WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 

Pages:   || 2 | 3 |

«Православие и современность. Электронная библиотека Старец Даниил Катунакский. Ангельское житие Перевод с новогреческого © Москва. 2005 ...»

-- [ Страница 1 ] --

Православие и современность. Электронная библиотека

Старец Даниил Катунакский. Ангельское житие

Перевод с новогреческого

© Москва. 2005

Содержание

От издателей

От переводчика

Жизнеописание почившего о Господе старца Даниила, уроженца Смирны и

устроителя каливы в честь преподобных отцов, на Святой Горе подвизавшихся, что

погребен в Катунаках († 1929)

На пути к монашеству

В Свято-Пантелеимоновой обители

В Ватопеде

Катунакский безмолвник

Соболезнования братству Даниилеев в связи с кончиной монаха Даниила Соболезнующее послание Великой Лавры Святой Горы Утешительное послание Дорофея из Каракалла, монаха и духовного сына новопреставленного Сочинения о монашестве Устав общежительного пребывания на основании святых определений Церкви Христовой Наставление желающему восприять великий и ангельский образ монашества Изъяснение великого и ангельского образа Введение. Монашеское во Христе жительство О высоком предназначении и достоинстве иноческого образа О таинстве совершенного и святого образа Точное изложение последования святого и великого ангельского образа Письма Послание об уставе монашеского общежития, писанное по настоянию Высокопреосвященнейшего митрополита Пентапольского господина Нектария (Кефаласа) инокиням его на Эгине Ответ монаха Даниила Маркиану, монаху Иверского скита, об отвержении мечтаний Ответное письмо монаха Иверского скита Маркиана иконописца на послание Даниила монаха от 12 января 1918 года об отвержении видений Об умной молитве. Письмо старца Даниила Каллистрату Четыре письма святителя Нектария Пентапольского старцу Даниилу Письмо 1 Письмо 2 Письмо 3.

Письмо 4 Примечания От издателей, Святая Гора, Святой Афон — земной рай, дивная обитель блаженных, страна мужей преподобных, овеянная славой непобедимая твердыня Вселенского Православия.

Под благодатным покровом Пресвятой Богородицы столетие за столетием сонмы честных отцов, отважных воинов Христовых, в бесчисленных монастырях, келлиях и каливах творя свой высокий подвиг, работали Господеви, мужественно превозмогая и тяжкие телесные недуги, и гибельные духовные искушения.

И ныне боголюбцы афонские бесстрашно оберегают чистоту Православия, решительно противостоя и дерзким еретическим притязаниям на истину, и церковному неообновленчеству, живо ополчась на диавольские страсти современного, скорого на грехи, мира. И ныне Афон — этот цветущий оазис в бесплодной пустыне всеобщей и повсеместной развращенности — является домом молитвы (Мф. 21, 13), священным для всей православной ойкумены, для каждого православного христианина.

И ныне Святая Гора — царство нелицемерного покаяния и беспрекословного послушания, земля радостотворных слез и непрестанной молитвы — место служения сосудов избранных (ср.:

Деян. 9, 15).

Но Афон — это не только первый удел Богородицы, не только оплот правой веры, не только благословенный вертоград, это еще и знаменитый скрипторий, в котором созданы удивительные письменные памятники благочестия.

Именно на священных кручах Афона затеплилась свеча православного возрождения:

трудами святых Макария Коринфского († 1805, память 17/30 апреля) и Никодима Святогорца († 1809, память 1/14 июля) на Афоне была собрана бессмертная («Добротолюбие»), «неложный путеводитель к созерцанию» и «орудие обожения».

Перевод этой поразительной книги на славянский язык, совершенный преподобным Паисием Величковским († 1794, память 15/28 ноября), в свое время подвизавшимся на Святой Горе, содействовал обновлению жизни монастырей, а русский перевод, сделанный святителем Феофаном Затворником († 1894, память 10/23 января), много способствовал духовному просвещению народа, подъему христианской общественной жизни и расцвету национального богословствования на Руси.





Такое влияние на религиозное бытие самых разных православных народов неудивительно, ибо сами святогорцы говорят, что Святая Гора — не место (), а образ () жизни. Говорят еще и так: «Если ты настоящий, подлинный монах, то, где бы ты ни был, Афон для тебя везде».

Несмотря на бесконечную череду испытаний: набеги морских разбойников, пожары и землетрясения, глумливое неистовство иконоборцев и еретиков, вандализм римокатоликов, гибель византийской государственности,— несмотря и на трагические годы почти пятисотлетнего агарянского ига, Афон выстоял и победил, Афон был и остался великой школой Божественного опыта для всех православных христиан.

Среди выдающихся подвижников, «зде просиявших», звездой первой величины является старец Даниил (Димитриос Димитриадис) Катунакский (1846–1929), один из самых замечательных представителей афонского монашества конца XIX — начала XX века, основатель монашеской общины в Катунаках, великий исихаст и неукротимый воитель духа. С детства обладая блестящими умственными дарованиями и высокой нравственностью, Димитриос весьма рано приобщился к священным истинам Православия; как раз сему способствовала, причем настолько, что будущий старец выучил знаменитую книгу почти наизусть. И после этого Святая Гора сделалась для Димитриоса воистину землей обетованной.

Аскетическая настроенность юноши привела его к решению оставить мир, причем необоримое влечение к монашеству было столь велико, что юный Димитриос тайком бежал из дома; впрочем, некоторое время спустя явившись к родному очагу, юноша немедленно припал к стопам нежно любимой им матери и тут же получил ее горячее благословение на служение Господу. И началась для Димитриоса, новая жизнь, сначала в послушниках, а потом, когда Димитриос со священным трепетом восприял иночество, и в монахах. До середины 70-х годов отец Даниил подвизался в СвятоПантелеимонове монастыре (Русике), в 1875–1880 годах в Ватопеде, а с 1881 года в исихастской каливе в Катунаках, где и провел в пустыннических подвигах сорок восемь лет, сочетая неукоснительное следование вековечным традициям иноческого правила со вседневным чтением и рукоделием. К месту сказать, еще в Русике отец Даниил стал осваивать благородное ремесло иконописания. Возобновил он занятия иконописью и в своей каливе, чем положил начало Дому иконописи.

Мученик совести и ревнитель святоотеческих установлений, отец Даниил все свои великие духовные дары, в том числе и дар предвидения, направил к тому, чтобы стать «выдающимся и многоопытным духовником. Глубокий и чистый ум, доскональное знание аскетических писаний, великая любовь ко всякой притекающей душе, безмерная кротость и смирение образовали в нем дивный пастырский дар, помогавший собеседнику не только раскрывать свою душу, но и внимать спасительным советам». Это принесло отцу Даниилу славу многомудрого и духовно одаренного наставника. Вокруг старца стали собираться братия. Со временем община так выросла, что в 1904–1905 годах в Катунаках были возведены новое здание исихастирия и храм во имя Всех преподобных Отцов, на Святой Горе подвизавшихся.

Старец явился и плодовитейшим духовным писателем. Как трудолюбивая пчела служил он сокровищнице святоотеческой письменности и оставил нам множество сочинений, посвященных самым разным вопросам. Среди них немало отразительных, противоеретических писаний, например «Против хилиастов», «Против евангеликов», «Против армян», «Беседа католического священника с православным», «О спасении еретиков и неправославных», «Обличение противников Священного Предания»; в других работах старец обращается к богословской и социальной проблематике — это «Письмо о пощении», «О таинстве Божественной Евхаристии», «О святых иконах», «Против социалистов», «О нравах и обычаях Америки» и подобные.

В настоящем издании, помимо Жизнеописания старца, печатаются его сочинения о монашестве, в том числе «Устав общежительного пребывания на основании святых определений Церкви Христовой» (1910), «Наставление желающему восприять великий и ангельский образ монашества», «Изъяснение великого ангельского образа» (1924). В последнем сочинении старец между прочим пишет: «Монашеское жительство — не собрание отвлеченных идей, не род безумного учения, но восхождение к небесному состоянию при бого-просвещенном руководстве и подвиге с рассуждением».

В книге помещен и ряд писем старца, среди которых, на наш взгляд, особое значение, при нынешнем состоянии некоторых православных умов, имеют письма, посвященные «прельщениям» и борьбе с ними («Об отвержении мечтаний. Ответ монаха Даниила Маркиану-монаху» (1918) и «Об умной молитве. Письмо старца Даниила Каллистрату» (1916)). В последнем письме особенно любопытны тонкие размышления старца «о части деятельной и части созерцательной»,— размышления, весьма актуальные в настоящее время, ибо даже многоопытный подвижник может поторопиться в желании достичь чаемого совершенства и, соблазнившись, погрешит против аскетической традиции и погибнет.

В заключение публикуются письма святителя Нектария, митрополита Пентапольского († 1920, память 9/22 ноября), светоча Православия, одного из наиболее почитаемых греческих святых, духовного друга старца Даниила.

Нет, не оскуде преподобный (Пс. 11, 2), не оскудела благодатными дарами Святая Гора, прославленная держава монахов — подвижников, аскетов, молитвенников, угодников Божиих,— грозная цитадель христианства, молитвенница за весь мир. И маленький скит-исихастирий Даниилеев, основанный приснопамятным отцом Даниилом,— всё смиренное братство скита, все мужи духоносные,— строго прилежит молитве, твердо следует Писанию и Преданию и свято чтит заветы великого старцаафонита, неложного свидетеля о Господе нашем Иисусе Христе.

А над скитом, над всем Афоном держит Свой покров Хранительница Святой Горы, Великая Заступница наша, Пресвятая Богородица.

Издательство надеется, что книга, в которой помещены и Жизнеописание старца Даниила Катунак-ского, и его сочинения, будет с интересом и любовью встречена самыми широкими кругами православных читателей.

От переводчика Цитаты из Ветхого Завета приводятся по-церковнославянски, так как Синодальный русский перевод, выполненный с древнееврейского и арамейского языков, нередко расходится с греческим текстом Септуагинты («переводом Семидесяти»); новозаветные тексты приведены в Синодальном русском переводе.

Цитаты из святоотеческих творений всюду, где это было возможно, даны по имеющимся русским переводам. Лишь в отдельных случаях мы сочли необходимым предложить собственный перевод.

Это относится к текстам следующих отцов:

— преподобного Иоанна Кассиана Римлянина,— поскольку старец Даниил цитирует тексты преподобного по греческому «Добротолюбию», русские же переводы (епископа Петра (Екатериновского)) выполнены с латинского оригинала;

— блаженного Диадоха Фотикийского, преподобных Каллиста Ксанфопула и Игнатия Ксанфопула,— поскольку переводы их текстов святителем Феофаном Затворником местами приближаются к свободному переложению;

— преподобного Григория Синаита,— поскольку вообще весьма добротный перевод текстов преподобного, сделанный епископом Вениамином (Миловым), в приводимом месте не вполне точен.

Когда представлялось затруднительным определить местоположение выдержки в конкретном сочинении данного автора или среди других его текстов, использовалась помета: «Цитата не установлена»; при невыясненной принадлежности текста — помета:

«Источник не установлен».

Ввиду того что в книгах о Святой Горе, вышедших за последние годы в России, основные типы монашеских жилищ нередко определяются по-разному, мы, не желая умножать разнобоя, сочли целесообразным выписать соответствующие определения из статьи «Афон», помещенной в современной «Православной энциклопедии», в надежде, что они будут признаны наиболее авторитетными (курсив, полужирный курсив, купюры, означенные отточиями, некоторые знаки ударения и препинания, некоторые раскрытые сокращения, а также греческое написание слова «исихастирии» — наши):

Келлии () представляют собой отдельные монашеские жилища, обычно это двух- или трехэтажное здание с пристроенным к нему храмом. Главенствующий монастырь уступает келлии за определенную плату посредством оформления долгового соглашения в преемственное владение малым общинам, состоящим из старца и 2–3 его учеников, составляющих синодию... Келлиоты живут своим трудом, возделывая виноградники, масличные сады и огороды на приписанных к келлиям земельных участках...

Каливы (— хижины) являются жилыми постройками небольших размеров и в отличие от келлий не имеют земельных участков. Каливиты занимаются рукоделием или выполняют за определенную плату работы для других обителей. Группы калив образуют небольшие поселки... Кафизмы (µ— седалища) — небольшие жилища, расположенные близ монастырей и находящиеся на их содержании. Обычно здесь уединяются подвижники, достигшие высот созерцательной жизни... Исихастирии (— места безмолвия)... находятся в пустынных и труднодоступных местностях... где в уединении или с одним братом-сподвижником подвизаются отшельники (Афон // Православная энциклопедия. М, 2002. Т. 4. С. 106–107).

Из Жизнеописания старца Даниила Катунакского хорошо видно, что перечисленные типы монашеских жилищ на практике не всегда бытовали в чистом и «беспримесном»

виде. Так, созданное старцем поселение именуется то каливой, то исихастирием. Далее, хотя каливы, в отличие от келлий, не имеют, как сказано выше, земельных участков, послушники отца Даниила разводят огород и плодовый сад.

И они же составляют синодию, численность которой, судя по всему, превосходит указанную выше для келлий и тем более для исихастириев. А монахи-болгары, в чьей кафизме проходил послушание будущий старец Даниил, зарабатывают на пропитание рукоделием, не отличаясь в этом от классических каливитов.

Жизнеописание почившего о Господе старца Даниила, уроженца Смирны и устроителя каливы в честь преподобных отцов, на Святой Горе подвизавшихся, что погребен в Катунаках († 1929) На пути к монашеству Одним из самых почитаемых и замечательных представителей афонского монашества начала XX века был старец Даниил Катунакский.

Уроженец крупнейшего малоазийского города СмирныI1, будущий старец Даниил появился на свет в 1846 году в благочестивой и многочадной семье, был самым младшим ребенком и в Святом Крещении получил имя Димитриос. Его отец, Стаматиос Димитриадис, происходил из селения Ксирохорион на острове Эвбея, мать, урожденная Геннадопуду,— из города Магнисии в Малой Азии. Кроме Димитриоса у супругов было еще два сына, Георгиос и Константинос, и три дочери, Екатерина, Анна и Параскева.

Добрая отрасль боголюбивой четы, отрок Димитриос, как и остальные дети, возрастал в постоянном памятовании о Боге и поучении в заповедях Его. Наделенный от Бога острым и гибким умом, твердой памятью и еще более твердой волей, он преуспевал в учении и позже, став воспитанником Евангелической школыII у себя в городе, неизменно первенствовал среди товарищей.

Помимо замечательных способностей, Димитриоса отличали редкая доброта и благожелательность. Однажды, когда ему было около пятнадцати лет, отец сказал при нем за семейным обедом: «Сколько на свете сирот и нищих, кому нечего есть, а мы вот пируем!». Эти слова пронзили сердце юноши как меч, и с той поры он всегда старался чем мог пособить нищим и убогим.

Проживая в Смирне, Димитриос духовно сроднился с двумя рабами Божиими, старшими по возрасту. То были его тезка Димитриос и Анастасис. Мыловар по профессии, господин Анастасис всегда держался правила: «Очисти не только лицо, но и душу от беззакония!». Кроме мыла, посетителям небольшой его лавки предлагались всевозможные предметы благочестивого обихода: духовные книги, свечи, ладан и даже канат, прикреплявшийся к потолку, для тех, кто пожелал бы при совершении бдений на дому подражать древним подвижникам. Лицо Анастасиса светилось благодатью. Он возложил на себя заботу о духовном воспитании молодежи и, собрав кружок юношей, наставлял их в истинно православном духе. Вместе они часто собирались в часовне, где упражнялись в чтении святых отцов, пели утреню или канон Божией Матери.

В эти благословенные часы душа боголюбца Димитриоса упивалась неземной и дотоле неведомой радостью, а сердце, подобно сердцам учеников, шедших с Господом после Его Воскресения в Эммаус, горело любовью. Столь же глубоко переживал он и воскресное песнопение, которое сам нередко исполнял: «Пустынным непрестанное Божественное желание бывает, мира сущим суетнаго кроме»III.

Разглядев в юноше желание мистического единения с Христом, Анастасис дал ему изучать «Добротолюбие». Во множестве его страниц, подготовленных трудами и попечением святых Макария Коринфского и Никодима Святогорца, боголюбивая душа Димитриоса обрела «книгу — клеть очищения, ума ограждение, таинственное научение Примечания, ссылки на Священное Писание и источники цитат вынесены в конец книги.

Примечания составителей греческого текста обозначены пометкой Сост., остальные принадлежат издателям. Все пояснения и уточнения в квадратных скобках в основном тексте и примечаниях сделаны переводчиком.

умной молитве; книгу — пример знания деятельного, неложный путеводитель к созерцанию, рай отцов, цепь златую добродетелей; книгу — частое с Иисусом собеседование, призывающую благодать трубу и, вкратце сказать, само орудие обожения, вещь, что всякой иной безмерно вожделеннее»IV. Сей «вещью, что всякой иной безмерно вожделеннее», многомудрый старец каждодневно услаждался всю последующую жизнь, а речения отцов оставались для него, по слову Псалмопевца, паче меда и сотаV.

Изучение «Добротолюбия» было столь «постоянно и разумно»VI, что через короткое время (чему способствовала, несомненно, и исключительная его память) Димитриос знал все прочитанные тексты наизусть или, по крайней мере, так, что пересказывал со всеми оттенками смысла и характерными особенностями древнего языка, и всегда мог определить, откуда они взяты.

При посещении с друзьями какого-нибудь отдаленного монастыря в его пламенеющей по Богу душе непрестанно звучали слова апостола Петра: Господи! хорошо нам здесь быть!VII. А господин Анастасис (которого многие называли «святой мыловар») говаривал, бывало, с нескрываемым томлением: «Вот бы достичь вам и вертограда Пресвятой Владычицы!.. Вот бы повидать вам Святую Гору, красоту и святость тамошнюю!..».

Святая Гора Афон сделалась для боголюбивого Димитриоса землей обетованной, новым Иерусалимом. Желание выйти из мира, стать странником и пришельцем ради Господа, укреплялось в нем непрестанно. Вдохновляемый писаниями преподобных Иоанна Лествичника и Исаака Сирина, восемнадцатилетний юноша — будущий старец и плодовитейший духовный писатель Даниил — создал первый свой труд «Об отвержении мира». Благодаря «Лествице» он знал: «Когда хотим выйти из Египта и бежать от фараона, то и мы имеем необходимую нужду в некоем Моисее, то есть ходатае к Богу и по Боге, который, стоя посреди деяния и видения, воздевал бы за нас руки к Богу, чтобы наставляемые им перешли море грехов и победили Амалика страстей» (Слово 1, 7)VIII. И Бог исполнил желание его сердца, послав наставника. В Смирне, на подворье Хилендарского монастыря, находился тогда духовник-святогорец, которому он открыл не только свои согрешения, но и сокровенное влечение к иночеству. Оценив пламенное желание, зрелость мысли, глубину внутренней жизни и, несмотря на юный возраст, аскетическую настроенность Димитриоса, духовно просвещенный муж усмотрел здесь несомненное призвание. «Чадо! — сказал он ему.— Много благочестивых юношей довелось мне исповедовать в вашем городе, но лишь в тебе замечаю призвание Божие к жизни равноангельной. Есть явное соизволение Пресвятой Госпожи Богородицы на то, чтобы быть тебе монахом Ее вертограда».

Димитриос летел домой как на крыльях. «Усладил мя еси любовию, Христе, и изменил мя еси Божественным Твоим рачением»IX. Желает и скончавается душа моя во дворы Господни... Когда прииду и явлюся Лицу Божию?X — шептал он дорогой.

Будь это возможно, он бежал бы и завтра. Не попусту ли прожит день, не отданный Богу? И разве властен человек в завтрашнем своем дне? С радостями и усладами мира ничто его не связывает, а в уме звучат слова преподобного Иоанна Лествичника: «Всего отвергнутся, все презрят, всему посмеются стремящиеся угодить Господу»XI. Вместе с тем у него не было и мысли действовать без благословения духовника.

Но Богу угодно было с первых шагов научить Димитриоса отсечению собственной воли — вседневному занятию подвизающихся иноков. Внезапно умер Стаматиос Димитриадис, что для большого семейства его означало, помимо прочего, неминуемую нужду. Опечаленный юноша пребывал в растерянности. «Потерпи немного, чадо,— сказал духовник,— и Бог откроет Свою волю». Так пришлось любителю безмолвия и искателю монашества заняться торговлей и помогать осиротевшим матери и сестрам. Но труды эти не могли, конечно, заполнить его душу. Как прежде, прилежал он молитве, пощению и всем аскетическим упражнениям, какие дозволялись опытным духовником.

По-видимому, то был замысел Божий о нем: до поры оставаться в миру для испытания собственной ревности, а вместе с тем и для духовной поддержки других юношей, которые тянулись к Димитриосу и пользовались его наставлениями, ибо он от души желал видеть их проводящими жизнь во Христе.

Между тем прежнее желание монашества сделалось неодолимой тягой. И трепет внушали слова преподобного Иоанна Лествичника: «Если бы земной царь позвал нас и пожелал бы нас поставить в служение пред лицем своим, мы не стали бы медлить, не извинялись бы, но, оставив все, усердно поспешили бы к нему. Будем же внимать себе, чтобы, когда Царь царствующих и Господь господствующих и Бог богов зовет нас к небесному сему чину, не отказаться по лености и малодушию, и на великом суде Его не быть безответными»XII.

После совета с духовником, известным высотой жизни, Димитриос принял бесповоротное решение оставить мир. Сговорившись с другим юным ревнителем монашества, Хаджиянисом из Пелопоннеса, он тайком покинул дом. Вдвоем обошли они почти все пелопоннесские монастыри. Самое глубокое впечатление осталось у Димитриоса от двух знаменитых обителей — Великой Пещеры и Святой Лавры, где он встретил благоговейных и любвеобильных иноков, снабдивших паломника драгоценными советами и напутствиями.

Из Пелопоннеса он отплыл на остров Идра, где провел месяц в процветавшей тогда обители в честь святого пророка Илии. Место это слыло бесплодным, а обитель — скудной благами земными, но богатой любовью и добродетелями. Именно здесь искатель монашества из Смирны уразумел на деле, что означают слова Апостола: мы ничего не имеем, но всем обладаемXIII.

Но сердце не получило извещения остаться здесь. И Димитриос отправился на поклонение иконе Божией Матери МегалохараXIV, хранящейся в женском монастыре Кехровунй на острове Тинос. Много лет спустя он стал духовным наставником этой благословенной обители и присылал игумении ее слова утешения и совета.

У юного боголюбца было и другое заветное желание — посетить известного своей святостью старца Арсения ПаросскогоXV и принять от него благословение. Попав же на Парос, он убедился, что добродетель сего мужа превосходит молву о нем. Его просветленный лик, ясный взор, простота, смирение и любовь покоряли всех имеющих очи видеть и уши слышатьXVI. Димитриос часто исповедовался отцу Арсению и беседовал с ним о монашеской жизни. Распознав в молодом человеке призвание к жизни совершеннейшей, светлый старец не захотел, однако, удержать его при себе. Он помолился, чтобы Господь явил Свою волю и, просвещенный свыше, посоветовал Димитриосу отправиться в знаменитую Свято-Пантелеимонову обитель, пророчески известив напоследок, что ему суждено окончить жизнь у подножия Святой Горы. Среди прочего Димитриос спросил старца, какого он мнения об Апостолосе МакракисеXVII.

Преподобный ответил: «Макракис — древо многолиственное, но бесплодное, с последствиями непредсказуемыми».

Прибыв с Пароса на Икарию, Димитриос и здесь обрел честных отцов, общение с которыми — особенно с сиявшим добродетелью иеромонахом Иосифом — принесло ему немалую духовную пользу. Напутствуемый их молитвами и благословениями, он ступил на корабль, чтобы отплыть к Святой Горе. Но ветер был неблагоприятный, и после целых суток мучений судно пришвартовалось в порту Смирны. Сойдя на берег, Димитриос тут же встретил своего духовного друга и тезку. Будущий инок не хотел заходить в родительский дом из опасения, как бы противник-диавол не уловил его в свои сети.

Ведь отсюда он и бежал, чтобы последовать Христу «невозвратным помыслом»XVIII! Но друг успокоил его: «Твоя мать — святая. Она не возроптала на призвавшего тебя Бога, но усмотрела в этом призвании, как и подобало, великую себе честь. Лишь одно причинило ей скорбь: что ты, самый младший, ушел не простясь и не получив напутственной молитвы. Она каждый день молит Пречистую не сподоблять тебя монашества без матернего напутствия, и Та, как видно, вняв мольбе и слезам, попустила непогоду на море, чтобы не оставлять ее в печали».

Едва Димитриос шагнул на порог, мать, горячо возблагодарив Пресвятую Деву, обняла его со словами: «Теперь ступай, дитя мое с миром, и да хранит тебя благодать Божия на пути, который ты избрал!».

В Свято-Пантелеимоновой обители Молодому Димитриосу довелось слышать много замечательного о СвятоПантелеимоновом монастыре, братия которого насчитывала в ту пору около двухсот пятидесяти монахов. Сам Арсений Паросский рекомендовал ему здешнее общежитие как образцовое.

Исполненный трепета и ревности к подвигу, он с благоговением облобызал землю вожделенной обители, сотворил поклон настоятелю и смиренно попросил принять его послушником.

*** По строгим правилам святогорского общежития испытуемых назначают на самые трудные работы, чтобы научить их безропотному послушанию, терпению и смирению.

Первым послушанием Димитриоса стал уход за монахом преклонных лет — старцем Саввой, что проживал в исихастской каливе, или кафизме, за пределами обители. У этого старца, некогда деятельного и энергичного, было достаточно опыта и духовных дарований для воспитания новичков, да и сам уход за престарелыми — отличная школа для начинающего послушника. Приходилось делать все: мыть, подметать, стирать, стряпать, и притом безукоризненно, с непременного благословения, рачительно и чинно. Нужно было многое терпеть, и не одни лишь стариковские причуды. Отец Савва твердо усвоил урок преподобного Иоанна Лествичника: старец, пренебрегающий ежедневным вразумлением и укорением послушника,— заслуженным или беспричинным,— лишает его и себя многих венцов. Оставалось лишь смиренно кланяться и на все отвечать: «Благослови, отче» и «Буди благословено».

Приобретаемый опыт, как и впечатления, вынесенные Димитриосом из прежних поездок по монастырям, учили, что послушание должно быть от всего сердца и во всяком деле, «кроме греха и ереси», как если бы повелевал Сам Господь. Известно и то, как приучали его к терпению. Однажды, когда усердный послушник старательно вымыл мраморный пол в часовенке кафизмы, старец Савва, проведя по мрамору носовым платком и якобы разглядев грязь, сердито отчитал его за «безразличие» к красоте Дома Божия и напоследок напомнил, что проклят человек творяй дело Господне с небрежениемXIX.

Потом его послали в другую кафизму к двум монахам-болгарам, которые прозывались «корзинщиками», так как изготовляли мешки и корзины для монастыря.

Предстояло выучиться новому ремеслу и прислуживать им. Это было тем труднее, что «корзинщики», не зная толком по-гречески, отличались вдобавок суровым нравом. Само же плетение мешков было для прекрасно образованного Димитриоса новым упражнением в смирении и послушании. Подобно апостолу Павлу, чьим ремеслом было изготовление шатров, первому ученику Евангелической школы пришлось навыкать грубому ручному труду. И вот свидетельство того, как мало дорожил он своей ученостью. Слушая в его чтении за вседневным правилом молитву об усопших «Упокой, Господи, рабы Твоя», нетвердые в греческом болгары поправили: «Упокой, Господи, раб Твоя». Димитриос не смутился, не стал объяснять им правила грамматики и впредь, из послушания, произносил эти слова с неверным согласованием. Но в устах послушника, который умертвил свое «я», они оставались благоуханным фимиамом, восходящим прямо к Престолу Божию.

*** Свидетельства отца Саввы и старцев-болгар о редких добродетелях и благочестии их послушника побудили игумена перевести его в монастырь, а затем и постричь с именем Даниил.

Как пережила боголюбивая душа Димитриоса страшный час посвящения ее Жениху Христу и принесения монашеских обетов? То ведомо лишь Богу да Ангелам. Но воспоминания о постриге всегда вызывали у отца Даниила священный трепет, а в его сочинениях о монашестве тема эта занимает особое место.

*** Настоятель и братия Русика вскоре оценили духовные дарования и нравственные качества нового инока, оказывая ему всяческое уважение. Достигший преклонных лет архимандрит Герасим назначил ему пребывание в игуменских покоях для вычитывания вседневного последования, которое по немощи не мог совершать с братией сам.

Но надлежало иметь и рукоделие. Вначале монах Даниил выучился вязать шерстяные чулки и носки для братии, а позже, под руководством отца Дионисия, стал постигать святое ремесло иконописца. А так как отец Даниил выделялся образованностью, решено было сделать его секретарем монастыря.

Но не иссякают скорби в жизни святых. Для монаха Даниила первым тяжелым испытанием на целые десять лет стал прогрессирующий нефрит, приступы которого сопровождались жестокими коликами, жаром и головной болью. Претерпев много страданий, он был совершенно исцелен от своего недуга Пресвятой Богородицей в день Положения честного Ее Пояса (31 августа по старому стилю)XX.

В Ватопеде Проведя некоторое время в Фессалонике и монастыре Святой Анастасии в Василике, отец Даниил возвращался в вертоград Пресвятой Владычицы с мыслью о безмолвии в одной из уединенных калив, к чему в последнее время все более тяготел. Но «путь Божий есть вседневный крест», и «никто не восходит на небо беспечально», по слову аввы Исаака Сирина. Едва достигнув Ватопедской обители, он вновь ощутил сильнейшие почечные колики, которые приковали его к постели. Тогда проистаменыXXI Ватопеда предоставили отцу Даниилу двухмесячный курс лечения в монастырской больнице, где его ожидали самый заботливый уход и всяческое утешение.

На помощь недужному поспешила Сама Хранительница Святой Горы и сугубая Заступница Ватопедской обители. В Ватопеде хранится часть честного Пояса Пресвятой Девы. И вот, на праздник его Положения (31 августа) Она чудесным образом избавила монаха Даниила от болезни, которая с тех пор больше не возвращалась. Но, преисполненный благодарности к Матери Господа нашего и послужившим ему братиям, он по-прежнему всей душой стремился к уединению. Отец Даниил хотел поблагодарить всех и тихо удалиться, но был остановлен в своем намерении проистаменами, которые обратились к нему с горячей просьбой остаться у них братом. Преуспеваюший в добродетели инок мог послужить примером и утверждением для всех насельников.

Отец Даниил встал перед трудным выбором. Он сослался на привычку к общежитию и неизбежные затруднения, ожидавшие его в ватопедском идиоритмеXXII. Но как наученный действовать во всем с совета и благословения, отправился все же в тамошний скит к знаменитому духовнику отцу Нифонту. Получив от того совет остаться в Ватопеде, благословенный сын послушания вновь отсек свою волю и, сотворив поклон, был причтен к тамошней братии.

ЭпитропыXXIII поставили его архондарем — начальником дома для гостей (архондарика). Под руководством отца Даниила архондарик превратился в общежитие, ибо новый архондарь заботился не только о порядке и чистоте, но и о душеполезном чтении, а беседы с ним духовно радовали и укрепляли стремящихся к Богу паломников.

Позже, по решению проистаменов, он был командирован к себе на родину, в Смирну, для благоустройства находящегося там подворья Ватопедского монастыря, где и провел девять месяцев.

Для своих земляков монах Даниил явился живым свидетельством о Христе, и пребывание его на родине послужило пользе многих душ. «Свет монахов суть Ангелы, а свет для всех человеков — монашеское житие»XXIV,— учит преподобный Иоанн Лествичник. Но благословенный подвижник не имел произволения оставлять Святую Гору и входить в соприкосновение с миром. «Дабы я воздавал всем почитание и отсекал свою волю, покрыла меня Госпожа Богородица, и мне ни разу не захотелось вернуться в мир». Это значит, что он носил в себе неотъемлемую внутреннюю полноту и мир души (ибо мирная душа есть обиталище Бога), а ведь только такой монах и может служить светом мируXXV. Но как очищенное от страстей сердце отца Даниила оставалось чуждо пожеланию почестей и успехов мирских, так и Господь почтил и возвеличил его через земляков-смирнян. «Презри честь,— говорит преподобный Исаак Сирин,— чтобы стать почтенным; и не люби чести, чтобы не быть обесчещенным»XXVI. Все наперебой спешили к дивному иноку за советом, вразумлением, утешением и в подвижническом облике его узнавали истинного служителя Христова.

Митрополит Смирнский Мелетий, который в продолжение этих девяти месяцев имел неоднократную возможность беседовать с отцом Даниилом, оценил его духовные дарования и попытался удержать при себе, сделав викарным епископом. Но иноксвятогорец, более всего возлюбивший смирение Христово, ответил, что недостоин высшей почести священства, и по завершении своей миссии возвратился в Ватопед. И тогда, среди возобновленного им попечения о паломниках, отцы вознамерились сделать его эпитропом Святой ГорыXXVII. Старец Даниил отказался, ибо освященная душа его давно и неукротимо алкала безмолвия. Поприще очищения завершилось.

Катунакский безмолвник «Безмолвник,— по слову преподобного Иоанна Лествичника,— есть земной образ Ангела». И еще: «Безмолвник — тот кто явственно вопиет: Готово сердце мое, Боже!

(Пс. 57, 8)XXVIII. Готовое для равноангельного служения Господу сердце отца Даниила упорно искало благословения Ватопеда на пустынное пребывание. И вот, после пятилетних трудов в означенном монастыре, он приобретает в 1880 году маленькую исихастскую каливу в Катунаках.

Знаменитые Катунаки — пустынная местность на юго-восточном склоне горы Афон, прямо над Карулей, пристанищем отшельников. Местоположение каливы отца Даниила, устроенной на высоте трехсот метров над уровнем моря, поражало неземной красотой и открывающейся панорамой. С виду бесплодный, этот пустынный край с его дикой, нетронутой природой оказался тем, к чему давно влеклось сердце безмолвника. По свидетельству МораитидисаXXIX, «даже камни там сочатся потами святых и слезами преподобных».

Не всем дано быть монахами, и не всякому монаху дано безмолвствовать. Надлежит долго и «законно» подвизаться в послушании и отсечении своей воли, чтобы по молитвам святых безопасно ступить на путь уединенного иноческого подвига. «Иди,— говорит преподобный Иоанн Лествичник,— и расточи имение свое вскоре и даждь нищимXXX, чтобы они молитвою помогли тебе в обретении безмолвия; и возьми крест твой, нося его послушанием и тяготу отсечения воли своей крепко терпя; потом гряди и последуй мне к совокуплению с блаженнейшим безмолвием; и научу тебя видимому деланию и жительству умных сил»XXXI.

Напутствуемый молитвами благодарной братии Ватопеда, отец Даниил водворился в пустыне. Малая и убогая калива не имела храма: лишь две кельиXXXII да цистерна для дождевой воды... Одну из келий новый безмолвник обратил в часовню, где вычитывал вседневное последование. Обустроив и несколько облагообразив место, ревнитель совершеннейшей жизни всецело предался тому, что составляет непременное обрамление пустыннического подвига и включает вседневное последование, иноческое правило, поклоны, чтение, молитву, рукоделие. Всегда мирная душа его вкушала безмерную радость. Что могло быть любезнее и слаще сопребывания Христу? Теснота внешнего существования не могла стеснить творческий дух подвижника, твердо знавшего, что добровольная нищета — начало беспечалия. Величайший из отцов Исаак Сирин говорит об этом так: «Начало пути жизни — поучаться всегда умом в словесах Божиих и проводить жизнь в нищете»XXXIII. Некогда секретарь Свято-Пантелеимонова монастыря, ар-хондарь Ватопеда, ради всепревосходящей любви к смирению отвергший епископство, рассудительный и мудрый монах Даниил зарабатывал теперь на жизнь вязанием носков.

Что же до провизии, то он с немалыми трудами переносил ее от самой пристани на слабых своих плечах ровно столько, сколько требовалось для самого непритязательного обихода.

Немного дождевой воды, самодельная утварь — вот все, чем обходился он в своем нехитром хозяйстве.

Один, без послушников, без всякой человеческой помощи и утешения извне... Но умудренный свыше старец давно усвоил слова святого Исаака Сирина: «Малая скорбь ради Бога лучше великого дела, совершаемого без скорби»XXXIV. И, как сказано далее у того же отца, «святые, из любви Христовой, показали себя благоискусными в скорбях, а не в покое, потому что совершаемое без труда есть правда людей мирских, которые творят милостыню из внешнего, сами же в себе ничего не приобретают»XXXV.

В пустынном безмолвии и — что много важнее — в безмолвии умиротворенного сердца старец-исихаст усовершался в умной молитве, приобретал непрестанное памятование о смерти, сердечное сокрушение и, наряду с познанием тайн Божиих, учился распознавать бесконечные козни и прельщения бесовские.

Это принесло отцу Даниилу славу опытного и духовно просвещенного наставника.

Несмотря на то что он не имел священного сана, иноки из всех монастырей и скитов Святой Горы, а затем и из всех уголков Греции стали приходить в его убогую каливу за руководством и советом. Рядом с ним все приходящие обретали внутренний мир и разрешение самых трудных вопросов. То же достигалось и при общении через переписку.

Милующее сердце старца не оставляло без ответа ни одного письма. И хотя дело это стоило многих усилий и бессонных ночей, отец Даниил исполнял его с радостью, видя в ободрении и облегчении чужих душ наиболее полное изъявление любви к братьям во Христе. Поистине то было чашею холодной водыXXXVI, которую испрашивал у него Сам Господь. И старец в который раз сызнова усаживался на скамью, раскладывал бумагу прямо на коленях, и из-под пера его выходили слова духовного утешения и любви.

Он возобновил занятия иконописью, которой обучался еще в СвятоПантелеимоновом монастыре. С каким благоговением и прилежанием совершался им святой труд изографа! Рука водила кистью, а облагодатствованное сердце творило непрестанную молитву Жениху Иисусу и Пренепорочной Деве.

Позже, когда старец принял в свою каливу первых послушников и вокруг него собралась со временем синодияXXXVII, он принялся обучать этому божественному ремеслу и братию. Так было положено начало Дому иконописи, мастера которого с благоговением и усердием продолжают свое святое делание и поныне. Здесь, в Доме иконописи братства Даниилеев, до сих пор хранятся иконы кисти преподобного.

Первым послушником старца стал иеромонах Афанасий из Патр, которого он принял наконец, после трех с половиной лет полного уединения. Еще через двенадцать лет прибавился второй послушник, отец Иоанн из Гревены, потом отец Даниил из Малой Азии — будущий преемник Даниила-старшего в начальствовании над каливой.

Исихастирий был очень мал, а братия умножалась. Поэтому в 1904 году началась напряженная и тяжкая работа по возведению нового здания. В результате возникло новое двухэтажное крыло с кельями, архондариком, иконописной мастерской и прекрасным храмом наверху в честь Всех преподобных Отцов, на Святой Горе подвизавшихся.

Средства на храм, возведение которого завершилось в 1905 году, в значительной мере предоставил иеромонах Кодрат из Каракалла, также известный святостью жизни.

Новое здание, по словам благочестивого писателя Александроса Мораитидиса, стало «красой и гордостью этого каменистого бесплодного взгорья, словно белоснежная лилия, что пробилась из сухой скалы, благоухая святостью и покоем». Но покуда «лилия в пустыне» возросла, инокам пришлось подъять немалый труд: так, воду для строительных нужд они доставляли на себе из самого скита Святой Анны.

В 1928 году, когда после многих трудов и затрат в каливу пришла наконец по трубам родниковая вода, святой старец так возрадовался духом, что приписал это событие чудесной помощи преподобных Афона.

Проведя воду, трудолюбивые иноки насадили оливковые деревья, развели небольшой огород для нужд исихастирия и посетителей. Распорядок жизни здесь был сугубо подвижнический. Подъем в два часа пополуночи, а в воскресные и великопраздничные дни — в полночь. Трапеза поставлялась однажды в сутки, в девятом часу вечера. После повечерия — ежедневное откровение помыслов старцу, ибо, по слову аввы Кассиана Римлянина, «ничто так не вредит монахам и не радует демонов, как сокрытие своих помыслов от духовного отца».

Старец Даниил был, по общему признанию, выдающимся и многоопытным духовником. Глубокий и чистый ум, доскональное знание аскетических писаний, великая любовь ко всякой притекающей душе, безмерная кротость и смирение образовали в нем дивный пастырский дар, помогавший собеседнику не только раскрывать свою душу, но и внимать спасительным советам.

Читатель непременно ощутит это при знакомстве с письмами отца Даниила к инокам, подпавшим бесовскому прельщению. Замечательный такт, с которым богатый духовным рассуждением старец, не желая смутить прельщенных, сперва хвалил их за ревность и лишь затем, с поразительным смирением и искусством, направлял на должный путь, показывает его чудным наставником и истинным кормчим душ.

Полагаем поэтому, что писания многомудрого отца должны стать предметом тщательного изучения специалистов в области пастырского богословия, как и самих пастырей. Ибо правильный подход к духовным проблемам возможен не на основе выводов безблагодатной психологии, а лишь под руководством царицы добродетелей — рассудительности и в сопутствовании ей теплой молитвы.

Никто из тех, чей ум неочищен, ни один современный психолог не сможет распознать обольщений демона, который явится в виде Христа, святого, Ангела Света, а то и самого Света, или станет поощрять инока на самочинный и неумеренный подвиг, ввергающий в гордыню.

Различение духов — высший из даров Духа Святого, перечисленных у апостола Павла: Одному дается Духом слово мудрости; другому слово знания тем же Духом;

иному вера, тем же Духом; иному дары исцелений, иному различение духов (ср.: 1 Кор.

12, 8–10). Итак, рассудительность — важнейшее из дарований Святого Духа, с чем согласны и великие отцы нашей Церкви.

Однажды, повествует авва Кассиан Римлянин, сошлись в Фиваиде, в келье Антония Великого многие отцы и заспорили, какая из добродетелей — наибольшая, так что обладателя ее и от сетей диавола сохраняет. И каждый называл важнейшую на его взгляд добродетель. Одни превозносили пощение и бдение, другие восхваляли нестяжательность и презрение к тварным вещам, третьи отдавали предпочтение милостыне. Напоследок же слово взял сам блаженный Антоний. «Все, что вы хвалите, необходимо и полезно для душ, взыскующих Бога. Но ни одной из добродетелей сих нельзя отдать первенства, ибо знаем многих, кто предавались непрестанному бдению и посту, раздавали обильную милостыню, но затем внезапно уклонились от блага и впали в прелесть. Итак, отчего потерпели они неудачу на иноческом поприще? Не оттого ли, думается мне, что не имели дара рассуждения? Ибо дар сей научает, шествуя царским путем, избежать впадения в обе крайности. Рассудительность есть око и светильник души». С сим мнением преподобного Антония все отцы согласились.

«Рассудительность,— продолжает авва Кассиан,— есть источник и корень, глава и связь всех добродетелей. А рождается рассудительность от истинного смирения; истинное же смирение приходит к монаху, который открывает отцам не только то, что делает, но и все помыслы, и который никогда не доверяет своим помыслам, но во всем следует советам старцев, веруя, что для души его только то хорошо, что им угодно одобрить».

Искушенный на путях нелицеприятного послушания и самоотвержения, ревнующий более всего о добродетели смирения, старец Даниил получил от Бога «неудободостижимое достояние рассудительности»XXXVIII.

Исчерпывающее знание аскетических творений, в которых сконцентрирован опыт святых отцов, и ежедневное соприкосновение с множеством душ, приходивших для окормления, отшлифовали этот дар пастырства и душеведения, премного содействуя славе старца как рассудительнейшего духовника. Поэтому не должно удивляться, что руководства его искали многие знаменитые современники.

Выдающийся писатель и ревнитель девства Александр Мораитидис с острова Скиафос, к концу жизни принявший постриг с именем Андроник, постоянно навещал дорогого духовника и состоял с ним в регулярной переписке. В своем произведении «По северным волнам» (Выпуск 5. Афины, 1926. С. 149-153) он вдохновенно описал первую встречу с ним в «пустынных, любимых, вожделенных для каждого Катунаках».

Благочествый писатель вспоминает, как, достигнув Карули, решил, что уже приблизился к Богу, но после беседы с преподобным старцем уразумел, сколь далек от Него.

О высоте внутренней жизни блаженного старца Даниила более всего говорит глубокая духовная его связь с величайшим «святым наших дней», Нектарием Пентапольским, который, сияя добродетелью и чудесами, был хранителем не только Эгины, но и «повсюду верных».

Святитель Пентапольский достиг, вне сомнения, величайшей святости, за что и сподобился величайшей славы от Господа. Но у отца Даниила было больше опыта в устроении иноческой и подвижнической жизни. Вот почему дивный в смиренномудрии Нектарий, устроив на острове Эгина женский исихастирий во имя Святой Троицы, не усомнился испросить у известного ему катунакского старца общежительный устав для него, а позже и другие советы в виде наставления насельницам.

Столь же милостивый, сколь и сам пребывающий в постоянной нужде, святитель Нектарий никогда не упускал случая из последних средств помочь строительству каливы и храма в Катунаках. Умиляясь безмерному смирению, милосердию и неиссякаемой любви о Господе святого Владыки, отец Даниил искренне величал его «строителем, отцом и игуменом келлии Всех преподобных Отцов, на Святой Горе подвизавшихся».

Случилось, что бесхитростного катунакского подвижника постигла скорбь. Один посетитель, изысканно одетый господин, отрекомендовался ему издателем, готовящим новый многотомник святителя Иоанна Златоуста, и предложил подписку с предварительным взносом для частичного погашения «немалых затрат». Старец немедленно занял в Великой Лавре пятьдесят лир, которые и вручил «издателю». Прошло много времени, но никаких известий о книгах не поступало. Наконец выяснилось, что «издатель» — обыкновенный мошенник. Отец Даниил глубоко опечалился: он не только не получил желанного собрания, но и сильно задолжал, и долг этот тяжким бременем лег на без того скудную кассу его каливы.

Желая облегчить свою скорбь, он без промедления написал о случившемся святителю Нектарию. Святой муж ответил прекрасным и поразительным по духовной глубине письмом. Поистине случай этот был попущен Богом, чтобы преподать нам пример высокого видения искушений и скорбей.

Святитель Нектарий не мог оставить старца без утешения. Узнав о его заветном желании пополнить библиотеку исихастирия творениями великого отца, он тут же собрал большую посылку из принадлежавших ему самому четырнадцати томов венецианского издания Златоуста и послал в дар Катунакской общине. Отец Даниил, который по отправлении письма Владыке внутренне укрепился и изготовился к мужественному несению предстоящих скорбей, при виде такой любви был растроган до слез.

Это произошло в 1903 году. Однако письмо святителя Нектария и в дальнейшем служило монаху Даниилу бесценной поддержкой во многих скорбях и искушениях от собственных послушников и от других людей, не познавших, по бесовскому наваждению, святости старца и сделавших его жизнь мишенью осуждения и клеветы. И если отцу Даниилу каждый день приносил венцы за незлобие, то досаждавшие ему и пребывшие нераскаянными получили от Бога праведное воздаяниеXXXIX Терпение обид и наветов — несомненный признак духовного совершенства. «Те, для кого мир омертвел,— пишет авва Исаак Сирин,— переносят поношения с радостью. Те, для кого мир жив, не могут выносить обид. Смиренномудренно переносящий возводимые на него обвинения достиг совершенства, и дивятся ему святые Ангелы. Ибо всякая иная добродетель не так велика и трудноисполнима, как эта»XL.

*** Духовной дочерью старца Даниила была также игумения монастыря Кехровуни на острове Тинос — старица Феодосия, глубоко почитавшая своего наставника и постоянно переписывавшаяся с ним обо всем, что касалось жизни обители. Сохранилось около двухсот писем отца Даниила к тиносской старице.

Прочные узы внутреннего родства соединяли его с учеником святителя Нектария — также святым наших дней Филофеем (Зервакосом) с острова Парос и с другими отцами Лонговардского монастыря, которые обращались к нему за решением многих духовных и догматических вопросов.

*** Эпоха, в которую жил премудрый старец, подобный городу, стоящему на верху горыXLI, практически не знала новых книг о монашестве. И потому, желая раскрыть как «внешним», так и инокам-простецам смысл и высочайшее достоинство великого ангельского образа, а заодно привлечь их внимание к другим духовным проблемам, катунакский исихаст написал много сочинений, часть которых помещена в настоящем издании.

Подобно всем великим подвижникам нашей Церкви, старец Даниил в непорочной глубине своего богоприимного сердца обладал не только тем, что, по слову святого Диадоха Фотикийского, есть «божественый дар богословия», но и неусыпно-пламенной ревностью о чистоте православной веры. Он оставил множество трудов, посвященных полемике с различными ересями и другим богословским вопросам: «Против Макракиса», «Голос Святой Горы по поводу ожидаемого Вселенского Собора», «Против хилиастов», «О спасении еретиков и неправославных», «Против евангеликов», «Против армян», «Против калапофакистов», «Письмо о пощении и о том, надо ли соблюдать пост перед приобщением Святых Таин», «Ответ на нечестивые утверждения Триан-дафилидоса», «Обличение противников Священного Предания», «О Таинстве Божественной Евхаристии», «О священстве», «О святых иконах», «Возражения на сочинение Поликарпа Псомиадиса об армянах», «Беседа католического священника с православным», «Утешительное послание Георгиосу Кремосу», «Фокиону Вамвасу, последователю Макракиса», «Опровержение мнений епископа Иерисосского Сократа», «Размышления по поводу возрождения христианской общественной жизни», «Опровержение некоего хулителя монашества», «Бывшему митрополиту Неврокопийскому Г. Георгиадису о том, подобает ли клирикам отращивать волосы», «О том, каким должен быть духовник», «Православным единоплеменникам, право правящимXLII слово истины», «О нравах и обычаях Америки», «Против социалистов», «Редактору издающегося в Смирне журнала "Евсевия"», «К Александру Мораитидису о поминовении усопших и сорокоусте», «К монаху Евдокиму о спасении еретиков». Надеемся, при содействии Госпожи Богородицы представить их в следующем томе как «Противоеретические сочинения» старца ДаниилаXLIII.

«Цель монашеской жизни,— пишет авва Кассиан Римлянин,— чистота сердца, а конец — Царство Небесное. Без чистоты невозможно достичь сего конца». Блаженнейший старец Даниил в течение всей жизни особо ревновал об очищении сердца, противясь суетным помышлениям, которые изгоняют памятование о Боге, и не допуская даже тени злопамятства омрачить сердечное небо его любви. Прервавшееся на восемьдесят третьем году житие праведника до последнего вздоха оставалось «понуждением естества непрестанным и хранением чувств неопустительным»XLIV.

В сентябре 1929 года отец Даниил сильно простудился и слег. Послушники ухаживали за ним с великим благоговением и сыновней любовью. До последнего часа старец сохранял ясность ума и безмятежность духа. В ночь на 8 сентября состояние больного ухудшилось. Он попросил причастить его Святых Таин, а потом со слезами на глазах и дрожью в голосе преподал молитву и последние наставления верным послушникам: «Христос да вознаградит труды ваши»,— молился он. И прибавил пророчески: «Бог не бывает несправедлив. Вы послужили мне, пошлет и Он Ангелов послужить вам. И распространится калива сия, и будет у вас два священника, и множество монахов приидет...». Наутро за Божественной литургией лицо его светилось радостью.

Затем совершено было Таинство елеосвящения. И по елеосвящении возлюбленная Предстательница наша и Госпожа Богородица приняла его на небеса праздновать всечестное Ее Рождество со всеми святыми, от века просиявшими.

Весть об исходе старца повергла в скорбь всех духовных его чад, в особенности же послушников. Преемником отца Даниила назначен был тезоименитый ему послушник, благоговейнейший и ангелогласный иеромонах Даниил.

Монахи Иконописного дома Даниилеев посвятили себя и другому служению — изучению и сохранению традиционно афонского стиля византийской церковной музыки.

В исихастирии Даниилеев все напоминает о блаженнейшем его основателе: здания, мастерские иконописцев, сушильня, книгохранилище, огороды, плодовые посадки, каменные скамьи... Но бесконечно ценнее другое достояние, которое оставил освященный и богоблагодатный его создатель — опыт «ангельского жития», сокровище поистине неоскудевающее, которое ни моль, ни ржа не истребляют и воры не крадутXLV.

Соболезнования братству Даниилеев в связи с кончиной монаха Даниила Соболезнующее послание Великой Лавры Святой Горы Писано в Великой Лавре 9 сентября 1929 года Вашему Преподобию отеческое о Господе благословение!

С глубочайшим прискорбием узнали мы о смерти досточтимого Вашего старца и нашего собрата, друга и советника. Кончина незабвенного старца Даниила — утрата не частная, но общая для всего нашего святого места, наипаче же для Вашей обители, составляющей гордость и украшение округи. В лице блаженного Даниила Святая Гора потеряла последнего выдающегося представителя нынешнего рода святогорцев.

Мы смертны, от смертных родились и совершаем [путь] смертного естества ради лучшего и блаженнейшего удела. Терний и страдания исполнено здешнее житие. Но блаженный старец и в многотрудном сем житии достиг того, что в старости маститой окружала его, как патриарха Иакова, великая любовь духовных чад, которая старость сию и саму кончину явила безболезненной и мирной. Поистине сбылось на честном старце божественное речение: Смерть бо мужу покойXLVI.

Посему, возлюбленные, переносите случившееся как истинно мудрые и благочестивые питомцы и благодарите Бога, ибо не умер блаженный, но перешел от худшего жития на лучшее, благочестно во Христе пожив и богоугодное пройдя жительство с такой синодиейXLVII любви, какая и в летописях Святой Горы не часто отыщется. Итак, хотя поневоле и испытываем боль от разлучения друг с другом, но печаль о смерти приснопамятного старца подобает преложить в хвалу и благодарение Богу, ибо усопший поистине совершенные блага узрел и синодией подлинного послушания и самоотвержения насладился.

Сего ради молимся, да подаст Вам Всесвятой Бог утешение, а новопреставленному — вечный покой и жизнь бесконечную.

Эпитропы святой и честной обители Великой Лавры Святого Афанасия Его Преподобию господину ДаниилуXLVIII, иконописцу в Катунаках Утешительное послание Дорофея из Каракалла, монаха и духовного сына новопреставленного Писано в общежительном монастыре Каракалл 22 октября 1929 года Многочестнейшее и любезное мне Преподобие Ваше братски лобызаю о Христе и вседушно увещеваю радоваться.

Иеромонаху и мусургуXLIX господину Даниилу в каливу Всех преподобных Отцов, на Святой Горе подвизавшихся, что в Катунаках.

Ваше Преподобие! Человек, яко трава дние его, яко цвет сельный, тако отцвететL.

Воистину яко трава, но и яко цвет! Достигнув зрелости и пожив повелением Божиим положенный срок, исполненный дней в старости маститой, но сохранивший крепость души и тела вкупе с остротой разумения, старец Даниил восприял во блаженном исходе мирную кончину живота. О том, что связано с новопреставленным отцом нашим Даниилом, всякому благомыслящему известно.

Жизнь его исполнена подвига и воздержания, житие его светозарно. Он был трудолюбивая пчела Церкви Христовой, светоч Святой Горы, путевождь монашествующим, послушникам просветитель, испытуемым детоводитель, а притекающим мирянам, здесь и в отдалении сущим, наставник в письмах преизысканных, цветоукрашенных и для всех, равно и для меня, на всякое время полезных. С рассуждением великим направляя ко спасению младых и старых, будучи всем для всех, он до глубокой старости и самой кончины преумножал вверенный от Господа талант силою и благодатью Божией, как и добрым своим произволением.

Ваше Преподобие! Недостанет времени исчислить все дары, отпущенные святому старцу Даниилу от Бога. Да и не под силу мне, некнижному и невежде во всем, достойно восхвалить наставника, вождя и просветителя моего, вооруженного обоюдоострым мечомLI и уста свои всегда имевшего уготованными к совету. Достодолжное слово о почившем отце да будет делом иных, я же — младенец, а посему младенчески и глаголю, и пишу. Итак, разделяю тяжкую скорбь и печаль, в которую повергла вас смерть отца нашего Даниила, безмерно полезного святой общине своей и всем притекавшим за утешением в многоразличных скорбях, всем окормлявшимся у него и в сладкогласных речах его, как самого Златоуста, сладость и умиротворение почерпавших. Один из них — автор убогого сего послания, которое он адресует теперь почившему своему благодетелю, как последнее и благодарственное, а вместе с тем и надгробное, в знак признательности и во исполнение священного долга. Се, реку: вечная твоя память, достоблаженне и приснопамятне старче Данииле, вечная твоя память! Отыди, отче, и покойся там, где уготовил себе благую часть многотрудным житием своим. Отыди от привременного к вечному, «идеже несть болезнь ни печаль», дабы приять сторицею воздаяние от руки всесильного Бога. На долю тебе выпали великий труд и попечение о святой синодии твоей, о вере православной, о Святой Горе и храме Всех преподобных Отцов, на Святой Горе подвизавшихся. Итак, покойся, где и преподобных сословие, коему ты принес в дар себя самого и дом, сиречь храм, во славу их освященный.

Сии убогие словеса да будут последним моим «прости».

Остаюсь в глубочайшей скорби, любви и почтении к Вашему Преподобию.

Малейший в монахах Дорофей из Каракалла Р. 5. Ваше Преподобие авва Даниил!

Хотя и почил о Господе преемник и последователь божественного Златоуста, хотя и повержен столп Святой Горы, но мы далеки от отчаяния. Ибо имеем преемником отцу нашему Даниилу — если не теперь, то вскоре — послушника его Даниила, а между старцем и послушником его нет разнствия. И притом почивший старец Даниил был простым монахом, новый же Даниил большую имеет благодать, будучи и монахом, и иереем. И вот, здесь больше ИоныLII.

Говоря об апостоле Павле, святой Иоанн Златоуст всех нас увещевает быть Павлами и присовокупляет, что достичь сего возможно, если захотим. Таковы убогие словеса мои, брат и отец Даниил. Молюсь и прошу у Бога явить тебя всеобщим образцом в меру старца твоего, делом и словом подобным, но и превосходящим, да прославится имя его и честная калива вкупе с благим его преемником, [новым] батюшкой Даниилом, и да явишься во всем соименным и единонравным тому. Сие буди!

Прилагаю просьбу: если Вы располагаете печатным изданием «Истории» с жизнеописанием почившегоLIII, пришлите нам с надежным братом в тщательно запечатанном пакете для передачи мне в собственные руки или через отца Гавриила, часовщика в Карее, который вручит его мне.

Всецело Ваш во Христе брат Дорофей из Каракалла Молюсь также о мире и благостоянии Церкви Христовой во отечестве.

Д. К.

Сочинения о монашестве Устав общежительного пребывания на основании святых определений Церкви Христовой Господь и Спаситель наш Иисус Христос, желая явить нам необоримую высоту общежительного пребывания, как и то, сколь полезно оно для ищущих добродетельного жития и в заботе о спасении вкупе с братиями подвизающихся, Сам первый в Пришествие Свое на землю избрал общее с апостолами жительство.

Явственнейший признак такового Его со святыми апостолами пребывания — общая трапеза и одежда, общая казна, общее соизволение и безраздельное во всем послушание учеников Господу нашему Иисусу Христу. Лишь Иуда, последовавший своему нраву и вознедуговавший непокорством и сребролюбием, превратился в труп смердящий.

В размышлении о божественном и спасительном пребывании общего жития, боговидные отцы Церкви, как истинные последователи Христовы, при учреждении лавр и общежительных их келлийLIV одно имели попечение, доподлинно зная, что подобным жительством непреткновенно достигается всякая добродетель и изгоняется всякое прилагаемое от своенравия действие лукавого сатаны. Где строго поддерживается общежительный уклад, там, без сомнения, возделывается добродетель, ибо преслушание и согрешение не обретают себе пищи.

А поскольку главная цель инока или инокини, отринувших мир и все его наслаждения, есть Сам Господь, то ни к чему иному так не стремятся они, как к одолению главных трех супостатов — разумею мир, плоть и диавола. И потому лишь чрез общежительное пребывание с легкостью возмогут они прогнать не только пустынных врагов, но также три главные и сильнейшие страсти — гордыню, сладострастие (или чревоугодие) и сребролюбие.

Страсть гордыни последовательно истребляется общежитием, ибо в тех, кто трудятся над собою, отсекая свою волю и мудрование, бесовская хитрость не обретает почвы, чтобы всеять семена тщеславия. И если случится иночествующим быть уловленными лукавством сатаны, то чрез епитимию от игумена или игумений, пострадав немного, получат совершенное исцеление.

Тем же жительством искореняется и сладострастие, ибо держащиеся общей трапезы и не имеющие дозволения вкушать наедине в келье приобретают воздержность в пище и таковым совместным воздержанием исторгают с корнем сластолюбивые помыслы.

Равным образом исторгается общежитием и страсть сребролюбия, ибо кроме рясы, и притом самой дешевой, не дозволено иноку никаких собственных вещей, от которых рождаются многие страсти и согрешения смертные.

Такова-то высота общежительного пребывания, такова-то польза общежития для всех, произволяющих упражняться в нем!

И поелику вы, богомудрые девы, уразумев высоту того жительства и единодушно восхотев достичь его, обратились к моему недостоинству за общежительным уставом, дабы, руководствуясь им, непреткновенно шествовать тесною стезей покаяния и послушания благому и боголюбивому расположению своему, посылаю вам сей распорядок. При сообразовании с ним вы, и на земле пребывая, устремитесь к житию равноангельному и одержите победу над проклятым сатаной.

ДОлжно знать, что демон своеволия всеми силами будет чинить вам препоны, ведая в своем нечестии, что святым тем жительством вы угасите все огненные его стрелы и исходатайствуете великую пользу девам, которые понесут подвиг в обители после вас. А для достижения сего жительства и достойного утверждения в нем подобает всем сестрам,— как только согласятся они в душеполезнейшем том деле, о коем речь,— единомысленно сойтись в келью к игумении и решиться с истинным самоотвержением вступить на поприще общего жития, ничего для себя не требуя. Ибо вполне вероятно, что некоторые из вас пользуются неуместными в святой обители услугами или располагают средствами большими, чем другие. Сего да не будет, и вы в любви и единомыслии сложите по списку пред игуменией все, чем обладаете, имение ли, деньги или иное что, составляющее капитал, который соединится с прочим достоянием обители. И да будет тотчас же составлено письменное положение, под которым подпишутся все сестры, чем избегнете в дальнейшем нестроений и соблазнов.

И во-первых, да будет единая трапеза, которой держатся все, исключая немощных: и сама игумения, и прочие во Христе сестры. И в воскресенье, вторник, четверток и субботу — разрешение на елей и малое количество вина, а вне постного времени — также на рыбу и сыр. В сии дни трапеза поставляется дважды: дневная — после Божественной литургии и вечерняя — после вечерни.

В понедельник же, среду и пяток да будет у вас одна трапеза без елея, знаменующая собою преполовение дня. Если же случится среди поста праздник, тогда разрешение на вино и елей, а в праздник Божией Матери — и на рыбу, как устав церковный повелевает.

Не могущие по болезни или старости соблюдать совершенное воздержание до девятого часа (то есть до вечера) испивают, по благословению игумении, теплоты с малым количеством хлеба. В Великую Четыредесятницу поставляется трапеза без елея единожды днем, по субботам же и воскресениям, когда бывает разрешение на вино и елей,— дважды.

Второе. Все монахини сообща занимаются рукоделием, кто какое знает,— портняжным, ткацким и всяким иным — для нужд обители и покрытия ее расходов.

Вознаграждение за труд сей влагается в кассу и употребляется, наряду с прочими расходными статьями, на одеяние для каждой сестры, получаемое ею от игумении.

Третье. К общим богослужениям утрени, часов, Божественной литургии, вечерни и повечерия все сестры, кроме больных, при ударах била да сходятся с усердием в церковь, имея наиболее сведующую в уставе типикариссойLV. Сия же, согласно уставу, назначает поочередно из числа сестер [опытных] певчих для согласного пения в воскресения и праздники, а для пения вседневного — менее искусных. И для каждой седмицы отделяет она двух сестер: одну для канонархания (канонархИссу), другую — чтицу (анагнОстрию) для чтения часов, кафизмы Псалтири и возглашения «Господи воззвах» [на вечерне]. Обе да имеют также заботу о церковном благолепии и лампадах. Поскольку же число насельниц в обители невелико и к служению сему привлекаются лишь немногие, прочие сестры да помогают им. Но дабы не допускалось в богослужении церковном малейшего замедления, все сестры подчиняются типикариссе, ставящей одну на чтение, другую — на псалмопение и тому подобное, прочие же замечаний отнюдь не делают.

Сверх того на каждый день да назначается чтица за трапезой; сестры же, благочинно вкушая и не взирая по сторонам, с благоговением внимают чтению. Чтение бывает из житий, похвальных слов празднуемому святому, дням воскресным, праздникам Господским или Богородичным. И если в какой из дней святой не имеет синаксаря, а жития преждепразднуемых святых уже прочитаны, как то происходит Великим постом, полагается чтение из святых Иоанна Лествичника, Ефрема Сирина и аввы Дорофея.

Четвертое. Для исполнения всякого послушания да поставляются сестры на месяц или пятнадцать дней; по две сестры — прислуживать за трапезой и по две — в поварню.

Также одна сестра — в пекарню для замешивания теста и выпечки хлебов, в каковом послушании помогают ей и другие сестры. Также и в архондарике и игуменских покоях да прислуживает инокиня, известная добродетелью и строгостью жития. Привратницей же всегда да будет старица, дабы не вызывать соблазна.

Отнюдь не подобает оказывать гостеприимство сродникам или знакомым мужского пола. Если же по нужде или обстоятельствам дела случится прибыть кому из благодетелей обители, такой да беседует о должном с игуменией в присутствии двух монахинь-стариц и затем покинет обитель. Если же будет ему нужда задержаться в монастыре для окончания своего дела назавтра, да проведет сию ночь вне стен обители в помещении, особо на то предназначенном.

Пятое. Для благопоспешествования делам святой обители и во избежание недоразумений и нареканий от других, подобает игумений иметь двух проэстоссLVI из числа пожилых монахинь, которые оказывали бы ей помощь в трудах управления. Сего ради да хранится у каждой из них по ключу от кассы или один ключ у обеих, другой — у игумении, дабы когда случится надобность оплатить расходы обители или инкассировать некую сумму, денежные средства изымались или влагались в общую казну под их наблюдением, что исключало бы всякое подозрение. И каждый год в день святителя Василия Великого да призываются все сестры в келью игумении для выслушивания отчета о годовых расходах и доходах обители. И если проэстоссы те заново избраны будут помогать игумении в управлении, да подвизаются и в наступившем году, в противном случае назначают других.

Шестое. Принятие новой сестры в общежитие бывает с согласия всех. Но надлежит испытывать ее в продолжение трех лет в послушании и тогда постригать. Не дозволяется сестрам держать по кельям, кроме сосуда с водой, ничего съестного и ни единой монеты, ибо творящие сие разрушают общежитие и подлежат наказанию с неразумными девами.

Седьмое. Все сестры да открывают (объявляют) свои помыслы пред игуменией или другой старицей, искушенной в делах духовных, чтобы та, распознавая природу каждого помысла, назначала сообразное врачевание, ибо козни бесовские многовидны. А сверх того надлежит им ревновать о любви, и когда приключится какое искушение или спор между сестрами, солнце да не зайдет во гневе ихLVII, но еще до наступления вечера предадут забвению все обоюдные недовольства и, сотворив друг другу поклон, испросят прощения, ибо закоснение в злопамятстве недобрые приносит плоды.

Восьмое. Сестра, ведающая поварней, с вечера вопрошает игумению о трапезе в наступающий день. Также и экклисиархиссаLVIII, когда приблизится время вечерни и прочего последования, отходит сперва в келью игумении и, сотворив поклон, ударяет в било, призывая сестер собираться в церковь.

Девятое. Да будет точно определено время вечерни и дневного последования:

вечерня всегда совершается летом в четыре часа, зимой же в два с половиной часа пополудни (по турецкому счету всегда в девять); утреня же с последованием — ежедневно в два часа пополуночи, а в воскресные и в праздничные дни — ровно в полночь.

Десятое. Да будет в святой обители больница, где при необходимости и в случае болезни лечится всякая сестра и всякая труженица, не могущие разделять общую трапезу.

Таково начертание общежительного распорядка, которое надлежит нерушимо соблюдать. Он основан на Уставной грамотеLIX Великой Церкви, каковую имеют за образец киновииLX; внутренний же устав каждой из них содержит и строжайшие, от Великой Церкви воспринятые, епитимии для нарушающих правила общего жития. Итак, приступая к деятельному исполнению предложенного, всеусильно стремитесь достичь горнего сего жительства, которое просветит светильники ваши и послужит сопричислению к неветшающему блаженству с мудрыми девами.

Как только, по исполнении с Богом всего вышеизложенного и объявлении обители вашей киновией, возымеете нужду в других моих советах, сие спасительное желание, при содействии Божием, будет с готовностью мною удовлетворено.

Писано в Катунаках на Святой Горе 12 октября 1910 года.

Монах Даниил иконописец Наставление желающему восприять великий и ангельский образ монашества Объятия Отча отверсти ми потщися, блудно мое иждих житие, на богатство неиждиваемое взираяй щедрот Твоих, Спасе, ныне обнищавшее не презри сердце.

Тебе бо, Господи, умилением зову:

согреших, Отче, на небо и пред Тобою.

Седален по 3-й песни канона в Неделю о блудном сыне (Постная Триодь) Сию умилительную молитву восприемлет каждый из сынов Небесного нашего Отца, кто заплутал и удалился, как блудный сын притчи, от источника благодати Отчей, многие годы жил беспечно и расточительно, а ныне видит, что погубил родительское наследие, дойдя до пребывания со свиньями, то есть лукавыми демонами. Бедствуя так, алкая духом и не насыщаясь сладко-горькою снедью рожцев (или своеволия), блудный юноша постигает наконец, от какого богатства славы и в сколь жалкое состояние ниспал, приходит в себя и говорит: «Возвращусь опять к милосердному Отцу моему, под покровительством Которого множество наемников в избытке насыщаются хлебом, я же, называясь сыном Его, изнываю от голода!».

Сердечно раскаиваясь в блудной жизни, поспешно устремляется он к благому Отцу и из глубины души с истинным сокрушением вопиет: «Отче, я согрешил на небо и пред Тобою и недостоин уже называться сыном ТвоимLXI; молю, раскрой вновь отеческие объятия и приими меня как последнего из рабов Твоих».

Возопив так, с горькими слезами, в сокрушении сердца и неложной чистоте, всякий, кто расточил небесные богатства Божественной благодати Отчей, но в глубоком покаянии обратился, вновь приемлется в объятия Отца, дарующие усыновление. И по повелению Божию, отбросив ветошь нерадения, заново облекается в одежду нетления, препоясуется силою свыше, и дается обувь на израненные стопы его, чтобы приуготовить их к благовествованию мира. И омытый банею истинного исповедания и покаяния сердечного, ризу спасения получает от Отца. Ибо любоблагосердый Бог, не желающий смерти грешника, доколе не обратитсяLXII, дарует прежнее сыновство и закалает для него упитанного тельца, веселясь со всем домом Своим.

Таковой благодати от Отца Небесного предлежит удостоиться и тебе, брат. И потому, возлюбленный, отверзи не только чувственные, но и духовные уши души своей и внемли гласу Жениха: Придите ко Мне, все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас; возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашимLXIII.

В сих немногих словах заключены весь строй и все научение иноческого, а лучше сказать, ангельского жития. «Придите,— говорит Избавитель наш,— ко Мне, все труждающиеся и обремененные». Вот первый зов, которым привлекаемся унаследовать Небесное Его Царство. Этот призывающий глас и тебя научил оставить домочадцев, сродников, всякую тщету привременного и суетного мира и сопричислиться здешнему монашескому братству.

И ты пришел сюда, чтобы отрешиться и очиститься в купели подвига чистым, от всего сердца и души приносимым покаянием, истинным послушанием и покорением себя легкому игу Господа нашего Иисуса Христа, Который обещает упокоить нас от суетных и бесполезных трудов привременного жития в Небесном Его Царстве, «идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание»LXIV, нет мучительства неразумных страстей, но жизнь бессмертная и нескончаемая.

«Придите ко Мне,— говорит Жених наш,— и Я упокою вас». Но упокою, если и вы упокоите Меня неложным исполнением Божественных Моих заповедей. «Возьмите,— глаголет Он,— иго Мое на себя». Возьмите, возложите на свои плечи собственное Мое иго — крестную смерть, которую Я прежде претерпел, чтобы восставить вас от мертвых дел и тления плотских страстей, подать вам дар нетления чрез ангело-подражательное жительство.

Взять Честной Его Крест означает для нас распять земные члены нашиLXV, то есть умертвить страсти плотские, душу нашу умерщвляющие, и искоренить страсти душевные:

кичение, самопревозношение, лицемерие, гордыню, досаждение, ярость, гнев, клевету, обиды, осуждение, многословие и празднословие, подозрительность, самомнение, самолюбие, любоначалие, прекословие, небрежение, сварливость, дерзость, ненависть, злопамятство, злонравие, срамословие, смехотворство, беспечность, безразличие, леность, многоспание, многоядение, тайно- и безмерноядение, пьянство и все прочие страсти души и тела, кои, будучи неисчислимы, порождают сынов и дщерей с потомством их.

Итак, Он призывает умертвить все обуревающие нас страсти души и тела, достичь очищения покаянием и отвержением мира, чистым исповеданием и неленостным исполнением заповедей Божиих.

Но спросят: «Как возможем мы, плОтяные и облеченные в страстное тело, победить безудержные порывы душевных и плотских страстей?». На это Сам Спаситель наш далее отвечает: научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашимLXVI.

Вот двоякое оружие, крепчайшее и непобедимое, оружие, которым наделяет нас, как воинов Своих, Царь Небесный,— и оружие это кротость и смирение, матерью своею имеющие венец всех добродетелей, то есть любовь.

Неложная и пламенеющая любовь прежде к Богу, затем к ближнему обладателя ее делает кротчайшим и смиреннейшим во всех испытаниях, какие приключаются ему попущением Божиим, показывает его боящимся Бога и трепещущим словес Его в опасении лишиться любви и отпасть богатства благодати Божией.

Так и к ближнему любовь по Богу творит человека кротким, тихим, смиренным и ревнующим о том, чтобы непрестанно усовершаться в евангельском учении и философииLXVII святых отцов для благотворения братьям нашим. В обращении с ближним остерегается он опечалить или оскорбить не только любящих, но и ненавидящих его, при тишайшей кротости всегда являя и крайнее смирение, с каковыми добродетелями легко достигает высшего совершенства. А потому преуспевший в стяжании главных добродетелей — любви к Богу и ближнему, кротости и блаженного смирения — приобретет с ними и все богатство прочих добродетелей. Как любящий Бога всегда трудится и употребляет усилие, чтобы сотворить волю Божию, и, сколько может, со страхом и трепетом молится Ему, боясь преступить единую от заповедей и огорчить Владыку своего, так и любящий ближнего ради любви к Богу стремится всегда быть кротким и ко всем благорасположенным. Высшим и старейшим повинуется он как отцам и братиям, воздавая честь и уважение, с меньшими же обходится как старший брат, не дерзостно, но с лаской и братолюбивым чувством.

Такой отнюдь не воспрекословит укорам не только начальствующих, но и низших братии, отвечая тем и другим кротко и смиренномудренно. Из осмотрительных уст его не исходят слово жесткое и брань, клевета и пустословие, могущие опечалить или оскорбить брата, но во всякое время тихо и без вражды угашает он раздоры и соблазн, водворяя в братстве своем мир, любовь и согласие.

Названные добродетели невозможно стяжать носящим в себе себялюбие и гордыню — страсти, от которых своеволие и прекословие, гнев и превозношение. Они-то и ожесточают человека, коим обладают, выказывая его дерзким на язык, грубым, высокомерным, а с братиями, старейшими или меньшими, донельзя гневливым, грубым и безрассудным. Все сие — признаки действующих в нем себялюбия и гордыни, каковые не только мешают преуспеть в добродетелях, но одержимых ими в другие трудноискоренимые и наказанию повинные страсти ввергают.

Посему и ты, возлюбленный, без всякого понуждения, но собственным свободным расположением и произволением ища восприять великий и поистине ангельский образ, потрудись достодолжно и с великим старанием вникнуть в страшные обеты, кои тебе надлежит исполнять. Ибо обеты эти изрекаются тобою в присутствии не только служителя Бога Вышнего и окрест стоящих свидетелей, но Самого невидимо пребывающего здесь Спасителя Христа и Ангельских Сил, записывающих твое исповедание, о котором воздашь ответ Господу в страшный день нелицеприятного Суда.

Итак, уразумей высочайшую почесть и благодать, неиждиваемое богатство великого таинства, какого сподобил тебя Бог, желая вновь соделать сыном и наследником Небесного Своего Царства. Посему и то, что выслушаешь из уст служителя Его, есть великое свидетельство Божия о тебе промышления, Божественный и небесный дар.

О нового звания! О дара тайны! [О новое призывание! О дарование таинства!]2 Второе крещение приемлеши днесь, брате, богатством Человеколюбца Бога даров [от богатства Человеколюбца и Бога дарований], и от грехов твоих очищаешися, и сын света бывавши, и Сам Христос Бог наш срадуется со святыми Своими Ангелы о покаянии твоем, закалая тебе тельца упитаннаго. Достойно прочее звания ходи [поступай впредь достойно сего призыва], устранися от суетных пристрастий, возненавиди в дольняя влекущую тя похоть, все твое желание преложи к небесным, отнюд не возвращаяся вспять, да не будеши столп сланый яко жена Лотова, или якоже пес на своя блевотины возвращаяйся, и исполнится на тебе [дабы не исполнилось на тебе] слово Господне, глаголюще: яко никтоже, возложив руку свою на рало и обращся вспять, управлен есть в Царствии Небесном. Несть бо тебе мала беда обещавшемуся ныне вся предреченная хранити, потомже нерадити о обетовании, или на первое житие возвратитися [немалая опасность для тебя — пообещав ныне соблюсти все вышесказанное, впоследствии обещание это презреть и устремиться к прежней жизни], или отца твоего духовного разлучитися и спостящихся [соподвизающихся] братии, или пребывающу нерадиво дни твоя: понеже тяжчайшее обрящеши осуждение паче первых, на страшном и неумытном Судищи Христове, елико множайшия благодати насладишися ныне [ибо тем большему Нижеследующий текст (кроме пояснений в квадратных скобках) приводится по Требнику («Доследование великаго и ангельскаго образа», л. 83–84) и представляет собой почти дословный церковнославянский перевод греческого текста Большого Евхология (богослужебной книги, совпадающей по содержанию с Требником и Служебником Русской Православной Церкви), который цититрует с некоторыми отступлениями старец Даниил.

наказанию на страшном и нелицеприятном Судилище Христовом подвергнешься, чем большей благодати вкусил прежде]: и добре ти бе [лучше бы тебе было], по реченному, не обещатися, нежели обещатися и не отдати. Ниже паки мни, яко в мимошедшем времени здешняго пребывания довольно подвизался ecи к невидимым силам вражиим [и не думай, будто в прежнее время земной твоей жизни достаточно подвизался против невидимого врага], но веждь, яко наипаче отныне приимут тя множайшии подвизи к брани на него [но узнай, что отныне наследуют тебя много большие подвиги борьбы с ним]. Никакоже бо на тя возможет ограждений тя обретаяй, к наставляющему тя верою крепкою и любовию, и ко всякому послушанию и смирению правотою [ибо он никогда не превозможет тебя, застав огражденным крепкою верой, любовью к наставнику и правотою во всяком послушании и смирении]. Сего ради да отыдет от тебе всякое непослушание, прекословие, гордыня, рвение, ревность, зависть, ярость, клич [крик], хула, тайноядение, дерзновение [дерзость], особное дружество [особая к кому-либо приязнь], ласканиеLXVIII [потворство], любопрение [спорливость], роптание, шептание, притяжание особное окаянныя вещи [приобретение в собственность чего-либо неподобающего], и другия вся злобныя виды, ихже ради приходит гнев Божий на таковая деющих, и вкоренятися начинает в них душ тлитель [и все иные разновидности порока, из-за которых грядет гнев Божий на творящих такое, и укореняется в них растлитель душ].

Паче же вместо сих стяжи подобающая святым: братолюбие, безмолвие, кротость, благоговение, поучение божественных словес [размышление о словах Божиих], чтение, соблюдение сердца от скверных помыслов, делание по силе, воздержание, терпение даже до смерти: на негоже отца обетования твоя возложил ecи, первое и последнее исповедание сердечных тайн твоих, якоже Божественная Писания глаголют:

«Крещахубося, глаголет, исповедающе грехи своя»3 [о чем отцу духовному обещания давал прежде и сердечных тайн твоих совершенное откровение, как Божественные установления повелевают. Ибо говорится: Крестились, исповедуя грехи своиLXIX].

Внемли со всей тщательностью начальным словам: «О новаго звания! О дара тайны!

Второе крещение приемлеши днесь, брате, богатством Человеколюбца Бога даров», как и последующим, также достойным величайшего внимания. Ибо новым сим от Божественного и неизреченного Промысла исходящим призыванием и обновляешься, и новым человеком соделываешься, чистым душою, словно младенец, исходящий из купели Святого Крещения.

И во время Святого Крещения, которое есть величайшее Таинство, крещаемый во имя Святой Троицы обещает чрез восприемника сочетаться Христу и жить свято, праведно, православно. Но возможно, что крещеные дети впоследствии не будут должным образом наставлены на сей путь ни родителями, ни восприемниками, невежественными в делах веры, и, уклонившись в дурные сообщества, осквернят одежду крещения и станут чуждыми Богосыновства и небесного наследия. Пришедший в такое состояние захочет, наверное, оправдаться тем, что не нашлось человека, который наставил бы и научил его хранить обеты Святого Крещения. Когда же, по благости Божией, удостоится он в Таинстве покаяния как бы второго Крещения, принимаемого не в младенческом, но в зрелом возрасте, чем оправдается, если вновь преступит обеты, принесенные пред Богом и людьми уже не в неведении, но сознательно и свободно?

Посему, возлюбленный, сподобляясь столь великой благодати, обезопась и огради крепкою стеною душу и тело от злокозненных прилогов душепагубного змия, который отныне ополчится на тебя с возросшей яростью и умножившейся ненавистью, чтобы, если возможно, и в другой раз лишить тебя новой одежды — одежды второго усыновления.

Некоторая невразумительность этого места в Требнике связана, по-видимому, с неточностью церковнославянского перевода. Предлагаемое далее пояснение в квадратных скобках ориентировано на древнегреческий оригинал.

Имей же всегда стражем и оградой ума своего страшную тайну, открывшуюся душе великого отца нашего преподобного Антония. Ибо когда та, сопутствуемая святыми Ангелами, проходила воздушные мытарства и демоны с лютым неистовством и гневом испытывали содеянное преподобным в жизни, Ангелы отвечали: «Оправданием согрешений его, бывших до отвержения мира, стало совершенное их оставление в Таинстве покаяния и восприятии монашеского ангелоподражательного жительства; если же найдете что достойное осуждения с тех пор, как начал он подвизаться, то укажите».

Демоны же, не имея что указать и не найдя повода к обвинению, со стыдом отступили.

Итак, потребны великое трезвение и внимание, чтобы толикое богатство дарования Божия соблюсти от напасти невидимых разбойников-душегубцев. Сам же Призвавший тебя всещедрый... Бог и многомилостивый, пречистыя утробы неизследимыя благости Своем отверзаяй всякому приходящему к Нему, желанием и любовию теплою, рекий: Аще бы и жена забыла исчадие свое, Аз же не забуду тебе, и твое ведый желание, и к предложению твоему прилагая яже от Себе силу ко исполнению заповедей Своих, да восприимет, и объимет, и защитит тя, и будет ти стена тверда от лица вражия, камень терпения, утешения вина, благомощия Податель, благодушия Снискатель, мужества Сподвижник, свозлегая, свостая, услаждая и веселя сердце твое утешением Святаго Своего Духа, сподобляя тя и части святых и преподобных отец наших Антония, Евфимия, Саввы и иже с ними, и всех святых, с нимиже и наследиши Царство Небесное, во Христе Иисусе Господе нашем, Емуже слава и держава, и Царство, и сила, со Отцем и Святым Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь. [Всещедрый и многомилостивый Бог, Который всем приходящим к Нему с желанием и пламенной любовью таинственно отверзает чуждую скверны глубину неисследимой Его благости и говорит: «Скорее мать забудет чадо свое, чем Я забуду тебя»,— и твое знает желание, и к произволению твоему прилагает от Себя силу ко исполнению Его заповеди, да приимет и обымет, и покроет, и да будет тебе стеною необоримой от лица вражия, камнем терпения, утешения основанием, силы Подателем, благодушия Снискателем, мужества Споборником, с тобою возлегающим, восстающим, услаждающим и веселящим твое сердце призыванием Святого Его Духа, сподобляющим тебя удела святых и преподобных отцов наших Антония, Евфимия, Саввы и иже с ними, и всеми святыми, с коими и унаследуешь Царство Небесное во Христе Иисусе Господе нашем, Емуже слава и держава, и царство, и сила со Отцем и Святым Духом. Аминь.] Изъяснение великого и ангельского образа Введение. Монашеское во Христе жительство Жительство иноческое не нуждается в наших ходатайствах, похвалах или оправданиях, в себе самом являя высочайшее свое достоинство, воспеваемое неисчислимым множеством уст — от богомудрых отцов и святых мужей до Вселенских и

Поместных Соборов, коими оно удержано и святыми правилами ограждено. Более того:

Православная наша Церковь Христова признала в нем одно из святых ее ТаинствLXX, составив особый чин пострижения и канонически закрепив все, что образует суть сего Таинства.

А о том, какие Божественные плоды принесло оное жительство в Церкви и во всем [православном] сообществе, свидетельствуют сами дела. И во-первых, через боговидных учителей Церкви — тех, что по окончании сего училища подвига и крайнего безмолвия горним устремлением ума явили себя как превысшие страстей и всего земного, а деянием и созерцанием — как сосуды Духа Святого, Церкви светочи, Святой Троицы богословы, чьи бессмертные писания утвердили верных, лютых же волков, то есть еретиков злославных, далече от стада Христова отгнали. И во-вторых, поскольку жительство то есть исполнение неложного законоположения евангельского, все проходившие поприще, с иноческим согласное, достигли победы над лукавым сатаной, соделались «светом миру» и примером христианского шествия для мирян.

А так как весь путь монаха подразумевает смерть для мира и дел его, желающий подвизаться в боголюбивом жительстве иноческом должен оставить, по велению Святого Евангелия, родителей, сродников и друзей, а сверх сего — душу свою, то есть желания и мнения, взять крест Христов и последовать Ему со всяким самоотвержением. И это — не каждого удел, но тех, кто, пребывая в мире, хотят проводить жизнь добродетельную и Христу угодить. Не могущие в греховных условиях мирских насытить высшие стремления духа, очиститься от страстей и заблуждений, поспешают они к уединенному пребыванию, одну имея заботу — спасение души. С этим согласно и речение Спасителя нашего: какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?LXXI.

Вот почему направляемые такой любовью к Богу и живым ощущением Его не погрешили против цели, но достигли ее при содействии благодати Божией и, на земле будучи, показали путь равноангельный, по которому и монашеское житие именуется «ангельским».

Но хотя житие то и явило столь выдающиеся плоды, хотя чрез него и взошло на горизонте Церкви множество небошественных и богоносных отцов, не только деяниями и чудесами, но и бессмертными писаниями всячески нас облагодетельствовавших,— однако имеется у него немало недругов, и не только из среды злославных еретиков (ибо те, разлучившись с благочестием и отпав от тесного и прискорбного пути Евангелия, должны, само собой, и на монашество нападать), но, к несчастью, и из наших многие, которые, похваляясь ученостью, святой образ иноческий хулят и порицают. Они не стесняются дерзко заявлять, что в средние века путь сей многие благородные души ввел в прельщение, что ввиду угнетенного положения народа большинство монашествующих оставляло мир из нуждыLXXII, что монашество не вытекает из заповедей Святого Евангелия и потому есть грубое заблуждение. Но глаголющие и мудрствующие так не видят, что при свете чистой истины оказываются предателями, чуждыми Церкви.

Пусть скажут они, какие житейские тяготы понудили Антония Великого, все имение раздавшего в один день убогим и нищим, водвориться в пустыне? Какой гнет привел к тому, что и Григорий Богослов, и Василий Великий, и Амфилохий Иконийский по окончании обучения своего предпочли горы Понта? И из других преподобных — будь то Евфимий Великий, Савва Освященный, Харитон Исповедник, Феодосий Великий и множество иных мужей величайшей святости,— избрал ли кто пустыню под гнетом внешней необходимости? Равным образом все проходившие пустынное жительство на горе сей, именуемою Святой: Афанасий и Петр Афонские, Максим Кавсокаливит, Павел Ксиропотамский, Симон, оба Григория — Синаит и Палама — весь сонм преподобных афонских сделали это, как доподлинно известно, не по принуждению, но единственно из любви к горнему. Взыскуя безмолвия, все они оставили мирские занятия, как корень бесчисленных зол, и облобызали иноческое жительство, дабы в нем посвятить себя Богу и по очищении души и тела от всякого сластолюбия неослабно работать Ему постом и молитвой.

Но что всего удивительнее, превосходнее и, сверх того, обнажает высшую природу философии иночества, есть сам корень смиренномудрия сих святых, в преизбытке почерпнутого из самого, так сказать, существа Евангелия. Ибо они отринули мир и все сущее в мире не для суетной славы, но по презрению к ней и во избежание душепагубной похвалы. Всех просиявших на небосводе монашества и прославленных Церковью святых отличала общая забота — скрыть свои добродетели. Но чем глубже таились, тем большую славу получили от Бога (чему свидетельством их жития), так что великое бесчестие вменилось им в честь, а безвестность — в торжество.

А что для монаха сие — наиважнейшее, усматриваем из слов преподобного Макария Александрийского, ибо тот на вопрос некоего усердного подвижника, полезно ли для души вкушать дважды в седмицу и спасется ли он, отдавая половину рукоделия своего нищим и совершая ежедневно триста молитв, вопросил в свой черед: «Вменяешь ли бесчестие в честь и бесславие в славу?». И услышав «нет», молвил: «Ничто из названного тобою не принесло тебе пользы».

Вот, собственно, и цель, и главный признак деятельного монашеского жития.

Почему и необходимо, чтобы упражнению в подвигах сопутствовали, в первую очередь, долготерпение и смиренномудрие. В заботе о том отцы утвердили основанием монашества нищету духа, то есть блаженное смирение с послушанием, которые, будучи достигнуты, изгоняют окаянное тщеславие и приуготовляют инока к исполнению остальных заповедей блаженства.

А что иноческое жительство укоренено в Святом Евангелии, сами же иноки — истинные последователи апостолов, явствует из обращения Господа к первоверховным Его ученикам: идите за Мною, и Я сделаю вас ловцами человековLXXIII.

Следуя тому же зову, оставляют и монахи по любви к Спасителю родителей, братьев, сродников, всех близких, не говоря уже о славе и богатстве житейском, и мужественно возлагают на себя крест Господень с единственной целью — шествовать за Христом.

Нищими и нагими вышли апостолы на проповедь Христову; нищими и нагими простираются монахи на борьбу со страстями и тремя главными супостатами — миром, плотью, диаволом. Христос, призвав учеников следовать за Ним, не сулил ни услад, ни славы, ни широкого пути, но путь тесный и прискорбный: лютые гонения, злобу врагов, многоразличные тяготы, а в конце — мученическую смерть. Верные тому же правилу, шествуют на подвиг и монахи, соделываясь небесными согражданами апостолов и сподобляясь многих дарований от Бога.

Но возможно, недруги монашества приведут и такой довод: «Апостольский и монашеский пути нимало не схожи! В самом деле, апостолы, наученные и посланные на проповедь Самим Господом, собрали дивную жатву, пленив язычников в познание Христово; монахи же, хвалясь тем, что отвергли мир и последовали Христу, не подражают апостольской проповеди, но, подобно трусливым воинам, бегут с поля битвы в пустыни и монастыри, не сотворив достойного плода».

От кого исходят такие упреки? От людей душевных, к кому относится слово Писания: Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумиемLXXIV. Таковым неведомо истинное различие между апостолом и монахом, учителем и учеником, начальствующим и подначальным. Но согласившись принять его и вникнув в замысел Господень, признали бы они, несомненно, и то, что сии два рода жизни, апостольский и монашеский, имеют общим законоположником Самого Христа.

Поясним сказанное. Призванные Христом, апостолы тотчас, без колебаний, но с твердою верой отправились вслед Ему, умертвив свою волю, мнения и предпочтения, всю былую жизнь. Взяв крест, взирали они с той поры лишь на Богочеловека Иисуса, Спасителя мира, а посему, премного возлюбленные от Господа и дивно Им облагодатствованные, победили все страсти и прилоги врага.

Иисус Христос, как прямой Наставник апостолов, наделил их многими дарами, а в день Пятидесятницы ниспослал Духа Святого. Вкупе с прежними величайший сей дар сообщил им силу проповедовать, глаголать иными языками и творить превосходящие всякое естество чудеса.

И не удивительно! Ведь им надлежало выйти, подобно овцам среди волков, на великий подвиг — проповедовать Евангелие всем народам. А сколько их было?

Двенадцать ближайших учеников Спасителя, да других семьдесят. Итак, без преизобилующей и неизреченной благодати возможно ли было в столь краткое время и при самых неблагоприятных условиях просветить евангельской вестью все концы вселенной? Но, сопоставляя апостолов с последующими святыми, богоносные отцы ясно показали, что один апостол равен по силе Вселенскому Собору. Да и могло ли быть иначе? Ведь каждый апостол, обходя, как на облаке, города и обширные области, проповедуя и поставляя там епископов и священников, обращал и крестил целый народ. А в наши дни и тысячи миссионеров, если таковые найдутся, не совершат малой доли того, что достигнуто проповедью одного апостола! Отсюда видно, что сия превосходящая естество благодать дана была лишь апостолам, стяжавшим чрез наитие Духа Святого всю полноту дарований и совершенств, тогда как бывшие по ним святые Церкви Христовой сподоблялись дарований Божиих постепенно и последовательно, по мере возрастания в добродетели и боговидном жительстве.

Монашество тогда лишь согласно со всесвятой волей Божией, когда ревнует об исполнении Евангелия; напротив, сведенное лишь к одеянию, без подвига и усердного исполнения обетов, не исходатайствует оно душам нашим никакой пользы.

Как стены гимназий и аудитории университетов сами по себе, без должного преподавания наставников и прилежания учащихся не доставят знаний, так без постоянного упражнения в иноческих добродетелях невозможно монаху стяжать победные венцы.

О высоком предназначении и достоинстве иноческого образа Величайшее предназначение его открывается, как мы уже сказали, не только в размышлении о высоте равноангельного жительства и произнесении формулы обетов, но в неуклонном исполнении страшных сих обещаний, приносимых пред святыми Ангелами и Самим Христом, Которому дадим ответ в том на Страшном Суде.

Как молитва Господня «Отче наш» дарована не затем, чтобы удовольствоваться буквой ее, но чтобы черпать в ней, как в источнике приснотекущем, образец всех прошений наших к Отцу Небесному, так молитвословия и все последование ангельского образа, включая и сами формулы обетов монашеских, нимало не послужат стяжанию святости без вседневного памятования о них и непрестанного самопонуждения к исполнению делом. Настоящее рассуждение предполагает в качестве монашеского руководства, по возможности, сделать это доступным всякому добросовестному монаху, чтобы возжечь в нем сознание высоты сего таинства, как и ответственности за то, чтобы всегда быть его достойным. Отсюда и забота наша об истолковании сего таинства не столько по букве, сколько по духу и существу, ибо все надлежащее его последование и относящиеся к нему молитвы нашей Церкви доступны даже некнижным инокам, возымевшим произволение получше в него вникнуть.

Обратимся же к изъяснению и истолкованию ангельского образа в помощь боголюбивым инокам, подвизающимся исполнить его в жизни, дабы всякий день воспламенялась ревность их и возгорался светильник навстречу Жениху.

О таинстве совершенного и святого образа Согласно уставу о святом ангельском образе, как излагают его отцы Церкви, и в особенности Василий Великий, ищущий пострига должен ревновать не только о стяжании рясы и схимы. Равным образом да не будет, чтобы мира отвергающийся мир сей почитал греховным! Ибо не мир зол, а побуждения, в нем действующие. Но достойно оставляют мир лишь искатели жития непорочного и всецело чуждого интересам мирским, дабы в несении благого ига Христова и совершенном отчуждении от всего внешнего спасительное произволение свое делом исполнить.

В жизни иноческой преуспеют окрыленные такой любовью и ради нее мир отвергшие, но отнюдь не те, кто сделал это с иной целью. Посему отцы Церкви установили всем ищущим монашества трехлетний испытательный срок, кроме редких исключений, которые сами же порой допускали.

Но для кого допускались подобные исключения? Без сомнения, не для юных телом и разумом, но для искушенных в добродетели и еще в миру приготовивших себя к иноческому пути упражнениями духовными.

Итак, всех приступающих к монашеству и причисляемых, согласно правилам, к общежитию, пустынножительству и прочим видам иноческого пребывания, надлежит, после того как уверились они, что имеют силы и усердие к исполнению спасительного своего намерения, со многим рассуждением к постригу приуготовлять.

Точное изложение последования святого и великого ангельского образаLXXV Накануне вносят монашеские одежды постригаемого в святой алтарь и полагают у подножия престола. И при совершении поутру Божественной литургии становится постригаемый против Царских врат неопоясанный, необутый, с непокровенною главой.

После Малого входа и пения антифонов читается дневной кондак на Славу, а на И ныне ныне поется умилительный тропарь Объятия Отча. Во время пения не должно оставлять без внимания точный смысл тропаря и цель, коей ради Церковь Христова установила петь его при пострижении. Сей тропарь, как всем нам известно, восходит к притче о блудном сыне, который расточил полученное от отца богатство, то есть впал в бездну разврата и растлил греховной жизнью все сокровище душевных сил, погубил сыновнее достоинство, все дарования Божий, пленен был ненавистником добра, но, опамятовавшись, увидел, откуда ниспал и в какой беспросветный хаос погрузился, воспомянул безмерное человеколюбие отца своего и со слезами раскаялся в том, что по неразумию содеял. И устремился к милостивому родителю, еще издали взывая: отче, я согрешил против неба и пред тобою!LXXVI. Но отец, предварив, обнял его и ввел в прежнюю честь. И поскольку в монашеском пострижении вспоминается возвращение блудного сына, постригаемый предстоит алтарю нагимLXXVII, с великим трепетом (о, трепет умиления!) и сокрушением сердца, но и в надежде стяжать Божию милость, отринуть вкупе с мирским одеянием все ненавистные ему ныне заблуждения мира и, взяв крест свой, с готовностью последовать Господу и Спасителю Иисусу Христу.

Итак, песнопение Объятия Отча, как и предваряющие его умилительные антифоны, положено здесь не без цели, как всего лишь вводная часть уставного последования,— нет, но показует приступающего самим блудным сыном, который вопиет: «Согреших, Отче, на небо и пред Тобою!». И кто, имея единомысленный разум и внимая столь умилительному чину, не восскорбит и не исповедует со слезами безмерную высоту настоящего таинства?

Кто не содрогнется при виде юноши в полном расцвете умственных и телесных сил, добровольно приходящего необутым и непокровенным ко святому алтарю в присутствии многих иноков и иных свидетелей для снискания милости Божией и обещания шествовать тесным и скорбным путем, на котором отвержению подлежат все услады и радости мира?

Но вернемся к началу. По исполнении антифонов, священных сих песнопений, постригаемыйLXXVIII входит со всяким трепетом, неопоясанный и необутый, во святой храмLXXIX и, поклонившись святым иконам Господа нашего Иисуса Христа, Владычицы нашей Богородицы и святого обители, полагает поклоны на оба клироса, тайно испрашивая молитвы святых отцов. Затем творит поклон настоятелю (или старцу, взявшему на себя обязанность восприемника), находящемуся у иконы Спасителя, и, словно осужденник, становится пред Царскими вратами, крестообразно сложив руки.

Вопрос4: Что пришел ecи, брате, припадая ко святому жертвеннику [алтарю] и ко святей дружине [святому сообществу] сей?

Ответ: Желая жития подвижническогоLXXX, честный отче.

Что означает слово «подвижнического»? Оно происходит от существительного «подвиг» и глагола «подвизаться»; иными словами, постригаемый желает монашеского жития — упражняться, или «подвизаться», в добродетели.

Вопрос: Желавши ли сподобитися ангельскому образу и сочетатися [быть причисленным к] в лик монашествующих?

Дальнейший текст последования (кроме прерывающих его рассуждений самого старца Даниила и наших пояснений в квадратных скобках) представляет собой «диалог» постригающего иерея и постригаемого.

Ответ: Ей, Богу содействующу [да, при Божием содействии], честный отче.

На вопрос, почему Церковь допускает именование монашеского образа ангельским, укажем несколько причин. Во-первых, потому, что Силы Ангельские, будучи бесплотны, соблюдают девство и всецелую непричастность плотским усладам и страстным помыслам.

Равным образом истинные монахи, хотя и носят плоть, но всячески ревнуют о том, чтобы чрез совершенный подвиг и боголюбивую брань достичь таковой чистоты ангельской.

Во-вторых, Ангелы день и ночь непрестанным занятием своим имеют славословие Бога. Сему подражают и монахи, денно и нощно Его славословящие.

Ибо, кроме установленных молитв, боголюбивые иноки непрестанно глаголют в сердце своем:

«Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас, грешных» и так, словно Ангелы, Богу собеседуют.

В-третьих, поскольку нет у Ангелов ни гордыни, ни взаимной зависти, ни вражды, но одна лишь любовь великая, смирение и братолюбие, то и верных сему правилу иноков справедливо зовут «равноангельными».

В-четвертых, Ангелы не знают иного попечения и помысла, кроме исполнения воли Божией, в чем должны подражать им и монахи.

В-пятых, боголюбивые деяния, всяческое благородство и прочие ангельские добродетели стремятся приобрести и иноки, для чего, будучи естеством телесны, употребляют свободное произволение и на пути том достигают бесстрастия.

Итак, образ иноческий по достоинству называют ангельским, что выяснится далее и при истолковании символического значения кукуля.

Иерей на вышеприведенный ответ постригаемого глаголет:

Воистинну, добро дело и блаженно избрал ecи, но аще и совершиши ё [если только исполнишь его]: добрая бо дела трудом стяжаваются [приобретаются] и болезнию исправляются [и тяжкими усилиями достигаются].

Вопрос: Не от некия ли нужды или насильства?

Иными словами: не из корысти ли, не с иной ли какой целью и не по чужому ли принуждению?

Ответ: Ни, честный отче.

Вопрос: Вольною ли твоею мыслию приступавши ко Господу?

Ответ: Ей, Богу содействующу, честный отче.

Вопрос: Отрицавши ли ся мира и яже в мире, по заповеди Господней?

Видите ли, что говорится здесь — что отвержение мира происходит по заповеди Господа, рекшего: если кто хочет идти за Мною, отвергнись себяLXXXI.

Ответ: Ей, Богу содействующу, честный отче.

Что означает «Богу содействующу»? То, что какие бы добродетели ни стяжал монах, не себе должен их приписывать, но помощи Божией, без которой ничего невозможно достичь.

Вопрос: Претерпиши ли всякую скорбь и тесноту монашескаго жития Царствия ради Небеснаго?

Ответ: Ей, Богу содействующу, честный отче.

Вопрос: Сохраниши ли себе в девстве и целомудрии, и благоговении?

Ответ: Ей, Богу содействующу, честный отче.

После сих страшных обетов постригающий начинает святое оглашение. Несмотря на возможность отослать заинтересованных монахов к Святому ЕвхологиюLXXXII, мы все же приведем его как оно есть, с малыми лишь упрощениями для большей внятности, чтобы они, имея его под рукой, черпали оттуда вещество к воспламенению святого своего желания5.

Нижеследующий текст дан старцем Даниилом не по Евхологию, а в собственном его переложении новогреческим, хотя и сильно архаизированным языком, почему и нами предлагается в русском переводе, а не по Требнику.

Смотри, чадо, какие обеты приносишь Владыке Христу. Предстоят здесь невидимо Святые Ангелы, записывающие исповедание твое, которое взыщет Господь наш в день грядущего Суда. Итак, указую тебе (то есть советую и увещеваю) последовать совершенному житию, в котором открывается путь подражания Господу, свидетельствуя (то есть утверждая через свидетельство) о том, чего подобает держаться и чего избегать. Отвержение мира (то есть отречение от него) воистину не иное что есть, как несение креста до смерти. Итак, знай, что от настоящего дня распнешь и умертвишь себя для всех услад мира через совершенное отвержение [их]. От сего дня отвергаешься родителей, братьев, жены, сродников, товарищей, друзей, обязательств [житейских], мирских сует, попечений, приобретений, имений, пустой и суетной славы; и не только вышеназванного отвергаешься, но и собственной души, по слову Господа, рекшего: Кто хочет по Мне идти, пусть отвергнется себя, возьмет крест свой и последует МнеLXXXIII. Итак, если воистину восхотел Ему последовать и желаешь неложно назваться Его учеником, уготовься отныне не к похвалам, не к беспечальному пребыванию, не к наслаждению или иному чему из земных радостей и услад, но к броням духовным, укрощению плоти, очищению души, нищете совершенной, плачу непорочному, всяческим скорбям и трудам радостотворной жизни по Богу. Будешь и жаждущим, и наготующим, и оскорбляемым, и поношаемым, и гонимым, и искушения многие претерпевающим, ибо в таковых испытаниях являет себя жизнь по Богу. И когда все сие претерпеваешь, радуйся, ибо велика будет награда твоя на небесах. Итак, радуйся и веселись, ибо ныне избрал тебя Бог, отлучил от мирской жизни и поставил как пред лицом Своим, в предстояние монашеского чина и в воинство ангельского жития, на высоту небесноподражательного жительства, чтобы ангельски поклоняться и служить Ему, помышлять и искать горнего, согласно Апостолу: Наше же жительство — на небесахLXXXIV. О новое призывание! О дарование таинства! Ныне ты принимаешь, брат, второе Крещение от преизбытка даров Человеколюбца Бога, которыми очищаешься от грехов и сыном света соделываешься, и Сам Христос и Бог наш радуется с Ангелами твоему покаянию, закалая откормленного тельца. Итак, поступай достойно сего призывания. Наблюдай, чтобы избавиться от пристрастий суетных, возненавидь похоть, к дольнему влекущую, все желание свое к небесному устреми. Никогда не озирайся вспять и не будь как жена Лота или пес, пожирающий собственную блевотину, дабы не исполнилось на тебе слово Господне: никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия БожияLXXXV. И в самом деле, немалая есть опасность, что ты, пообещав хранить обеты сии, впоследствии, по небрежению или беспечности, опять устремишься в мир и отлучишься духовного отца и подвизающихся с ним братии или, оставаясь в святой обители и [по видимости сохраняя верность] жизни подвижнической, жить станешь нерадиво. Много строже ответит такой на Страшном и нелицеприятном Судище Христовом, и лучше бы ему не обещать, чем нерадиво нарушать обещания, чтобы не исполнилось на нем речение: «Лучше не клясться, чем клясться и не воздать»LXXXVI. И не помысли в себе, что во время малого твоего испытания достаточно поборолся с невидимой силой вражией, но узнай, что от сего дня еще большую борьбу подымешь для отражения врага. Никогда не сможет он одолеть тебя, ибо застанет огражденным верой духовному отцу и правым во всяком послушании и смирении. Посему пусть удалятся от тебя непослушание, прекословие, гордыня, ревность, зависть, крик, хула, тайноядение, дерзость, любая особая приязнь, болтливость (то есть пустословие и суесловие), спорливость, ропот, нашептывание, приобретение какой-либо вещи в собственность и все иные виды порока, из-за чего грядет гнев Божий на сие совершающих, в ком начинает укореняться ненавистник душ наших демон. Но приобрети вместо сего то, что подобает святым: братолюбие, безмолвие, долготерпение, благоволение, размышление о Божественном Писании, хранение сердца от скверных помыслов, посильное делание, воздержание, терпение до смерти, о чем отцу [духовному] обещание давал прежде, и полное откровение тайн сердца твоего, как Божественные установления Церкви предписывают.

Ибо говорится:

крестились, исповедуя грехи своиLXXXVII.

Вопрос: Все, что исповедал с надеждой на силу и благодать Христову, обещаешься ли сохранить до скончания своей жизни?

Ответ: Да, с Божия содействия, честный отче6.

Затем иерей глаголет молитву:

Всещедрый убо Бог и многомилостивый, пречистым утробы неизследимыя благости

Своем отверзаяй всякому приходящему к Нему, желанием и любовию теплою, рекий:

«Аще бы и жена забыла исчадие свое, Аз же не забуду тебе», и твое ведый желание, и к предложению [расположению] твоему прилагая яже от Себе силу ко исполнению заповедей Своих, да восприимет, и объимет, и защитит тя, и будет ти стена тверда от лица вра-жия, камень терпения, утешения вина [причина], благомощия Податель, благодушия Снискатель, мужества Сподвижник, свозлегая, свостая [с тобою возлегая и восставая], услаждая и веселя сердце твое утешением Святаго Своего Духа, сподобляя тя и части святых и преподобных отец наших Антония, Евфимия, Саввы и иже с ними, и всех святых, с нимиже и наследиши Царство Небесное, во Христе Иисусе Господе нашем, Емуже слава и держава, и Царство, и сила, со Отцем и Святым Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Иерей трижды осеняет крестным знамением главу постригаемого и, обратившись на восток, произносит: Господу помолимся.

И молитву:

Сый Владыко Вседержителю, вышний Царю Славы, Иже с живым и ипостасным Твоим Словом и от Тебе исходящим Духом истины, господствуяй всякою теорию, видимою же и невидимою; Боже, седяй на Херувимех и трисвятым гласом от Серафимов воспеваемый непрестанно, Емуже предстоят тысящи тысящ и тмы тем святых Ангел и Архангел воинства. Ты ecи Свет, просвещаяй всякаго человека, грядущаго в мир;

умоляемь от Святыя Богородицы и Приснодевы Марии и всея Небесныя Твоея Церкве первенец [Церкви первенствующих] во Иерусалиме! Призри милостивным оком на смирение раба Твоего (имярек), иже возложи и исповеда пред многими свидетели;

совокупи дарованному ему от прародителей дару сыноположения и Царствия Твоего Святым Крещением [присоедини к данному ему от прародителей дару усыновления и Царствия Твоего через Святое КрещениеLXXXVIII] монашеское сие и ангеловидное обещание непоколебимое, совершенное на краесекомом и духовном камени еже в Тя веры;

укрепи его в державе крепости Твоея и облецы его во всеоружие Святаго Твоего Духа, яко несть ему брань к крови и плоти, но к началом, ко властем, к миродержителем тмы века сего, к духовом [духам] лукавства. Препояши чресла его силою истины и облецы его в броня правды и радования, и обуй нозе его во уготование благовествования мира. Умудри его восприяти щит веры, в немже возможет вся стрелы лукаваго разжженныя угасити;

и шлем спасения прияти, и меч духовный, еже есть глагол Твой. Заступаяй неизглаголанная сердца его воздыхания, сопричти его избранным Твоим, да будет Твой сосуд избранный, сын и наследник Царствия Твоего, сын света и дне, мудрости, правды, освящения, избавленияLXXXIX. Сотвори его орган доброгласен, псалтирь красен Святаго Духа, яко да отсюду по преспеянию совлекся ветхого человека, тлеющаго по сластолюбию прелестника многообразного змияXC [чтобы, духовно преуспевая отныне, совлек с себя ветхого человека, подвергшегося тлению из-за сластолюбия, которое всеял ему обольститель-змий, принимающий разные обличия], облечется в нового Адама, по Богу созданного в преподобии и правде. Утверди его всегда язвы и крест Иисусов носити на теле своем, имиже ему мир распятся и той мирови. Вообрази в нем добродетель истинную водити, а не на угождение человеков или на самоугодие [запечатлей в нем способность проводить жизнь истинно добродетельную, а не для человекоугождения или самоугождения], в терпении благочестие, во благочестии же братолюбие и послушание.

Здесь заканчивается свободное переложение и возобновляется цитирование Евхология, текст которого передан нами, как и прежде, по Требнику.

Облагодати его бодрствующа, делающа, спяща, востающа во псалмех и пениих и песнех духовных [облагодатствуй его и в бодрствовании, и в трудах, и во время сна, и при восстании от него для псалмов, пения и песнопений духовных] ангельски зрети Тя чистым сердцем и покланятися Тебе единому живому и истинному Богу, в радость его неизглаголанную. Яко Твое есть Царство, и держава, и власть, и Тебе подобает всякая слава, честь и поклонение Отцу, и Сыну, и Святому Духу, ныне и присно, и во веки веков.

Аминь.

Затем иерей простирает руку к Святому ЕвангелиюXCI и говорит наставленному:

Се Христос невидимо зде предстоит: виждь, яко никтоже тя принуждает прийти к сему образу; виждь, яко ты от предложения [по внутреннему расположению] хощеши обручения великаго и ангельского образа.

Ответ: Ей, честный отче, от предложения.

И после сего уверения глаголет ему иерей:

Возми ножницы, и подаждь ми я [их].

И когда наставленный, взяв ножницы, передаст их настоятелю, иерей забирает их у настоятеля со словами:

Се, от руки Христовы приемлеши я. Виждь, Кому приходеши, Кому обещаваешися и кого отрицаешися.

И по получении ножниц от настоятеля иерей произносит:

Благословен Бог, хотяй всем человеком спастися и в познание истины прийти: Сый благословен во веки веков. Аминь.

После сего постригает наставленного крестообразно, глаголя:

Брат наш (имярек) постригает власы главы своея, во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. Рцем [возгласим] о нем: Господи, помилуй!

Но для чего установлено Церковью Христовой пострижение волос? Объясним и это.

Пострижение волос и перемена имени установлены не случайно, не всуе, но в ознаменование того, что человек, над которым это совершено, не считается более мирянином (или лАиком), и как воин Христов призван строго блюсти иноческий устав и позабыть все мирские пристрастия, заботясь лишь об одолении и сокрушении мысленного змия.

Далее екклисиархXCII, взяв из алтаря, подает иерею первое черное монашеское одеяние, то есть подрясникXCIII, который тот принимает со словами:

Брат наш (имярек) облачится в ризуXCIV правды и радования, великаго и ангельскаго образа во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. Рцем о нем: Господи, помилуй.

И пока новопостриженный облачается, братия поют Господи, помилуй.

Почему одеяние сие названо «ризой правды»? — Поскольку «правда» [праведность] означает всякую добродетель, облачаемый в него с молитвой должен подвизаться во всякой добродетели и, взирая на то, во что облачен, утверждаться в плаче о грехах и отвержении мира.

Затем иерей подает ему аналавXCV, то есть многокрестчатую схиму, глаголя:

Брат наш (имярек) приемлет аналав во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа, восприемляй крест свой на рамех и последуяй Владыце Христу. Рцем о нем.

И поется опять: Господи, помилуй.

Усмотрим из слов сих значение аналава. Ибо новопостриженный возлагает его на плечи с намерением нести крест Господень; изображение же на нем не одного, но многих крестов, как бы окружающих отовсюду тело инока, знаменует собой ограждение и укрепление от нападений вражеских и пожеланий греховных.

Далее иерей подает ему пояс кожаный со словами:

Брат наш (имярек) препоясует чресла своя силою истины во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа.

Пояс, препоясующий «силою истины», удостоверяет, что получивший его воистину совершит предлежащее ему поприще духовной борьбы. И как пояс воина есть знак воинского достоинства, так и пояс инока показывает, что чресла его ограждены и уготованы на предстоящую брань.

Затем, подавая ему сандалии, священнослужитель говорит:

Брат наш (имярек) обувается в сандалия во уготование благовествования мира, во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа.

Сие означает вот что: как исправный воин всегда обут и тщательно завязывает свою обувь для скорого шествия по горам и стремнинам, так и этот воин Христов, уготовляясь на брань с невидимым врагом, должен быть защищен отовсюду.

Затем иерей подает ему паллий великого ангельского образа, или рясуXCVI, со словами:

Брат наш (имярек) приемлет паллий великаго и ангельскаго образа во одежду нетления и чистоты, во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа.

Сие означает лишь то, что новопостриженный будет упражняться отныне во всех добродетелях и неуклонно соблюдать обещанное, для чего и дается ему одежда нетления и непорочной чистоты.

Затем, при облачении новопостриженного в кукульXCVII, то есть накамилавник, иерей глаголет:

Брат наш (имярек) облачится в кукуль беззлобия, в шлем спасительного упования, во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа.

Кукуль назван одеянием «беззлобия» и «шлемом», будучи символом Горних Воинств и знаменуя собой крылья Ангелов (на что указывают длинные его края). Ибо и Ангелы закрываются крыльями, воспевая неприступному трисолнечному Божеству небесную Трисвятую песнь.

И наконец, ради Великой мантии, в которую облачают его напоследок, иерей возглашает:

Брат наш (имярек) прият великий ангельский образ во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа.

И по пении Господи, помилуй, доколе тот облачится, братия поют настоящие тропари четвертого гласа:

Облецытеся в ризу спасения, препояшитеся поясом целомудрия, приимите знамение креста; ноги умныя вооружите воздержания оружии [оружием] и обрящете покой душам вашим.

Да возрадуется душа моя о Господе, облече бо мя в ризу спасения и одеждею веселия одея мя. Яко на жениха возложи на мя венец, и яко невесту украси мя красотою.

Иерей же произносит следующие молитвы:



Pages:   || 2 | 3 |



Похожие работы:

«ПРАВО И ПРАКТИКА Может ли оплата труда быть ниже МРОТ?– Может, если сотрудник не отработал норму рабочего времени. В каком документе можно определить норму рабочего времени?– В Правилах внутреннего трудового распорядка или в трудовом договоре. Могут ли сотрудники разных филиалов компании, которые трудятся на одинаковых до...»

«Гондалоева Аза Ахметовна преподаватель Государственное бюджетное профессиональное образовательное учреждение "Чеченский Технологический Техникум" г Грозный КОНСПЕКТ УРОКА ПО...»

«Федорова Юлия Михайловна ДОГОВОР ВОЗМЕЗДНОГО ОКАЗАНИЯ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ УСЛУГ В СФЕРЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ Специальность 12.00.03. – гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук Томск – 201...»

«Ахмедов Арсен Ярахмедович НЕПОИМЕНОВАННЫЕ ДОГОВОРЫ В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ РОССИИ 12.00.03 – гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Научный руководитель: кандидат юридических наук, д...»

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ (ФИЛИАЛ) АКАДЕМИИ ГЕНЕРАЛЬНОЙ ПРОКУРАТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Я. И. ГИЛИНСКИЙ, Г. В. ОВЧИННИКОВА ТОРГОВЛЯ ЛЮДЬМИ: КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЙ И УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ Учебное пособие Санкт-Петербург...»

«sC,oe,Щ ВЁР'^АК. СОГЛАСОВАНО Председатель первичной профсоюзной МБОУ ДОД ДООЦ "Исток" МБОУ Э0Д^)$4сток" Н. Н. Свирина Кухаренко Lti'-' -1. Г / Г ^. "" ^2014г. 2 ПРАВИЛА внутреннего трудового распорядка / I. Общие положения 1.1. Настоящие Правила внутреннего трудового распорядка разработаны в соответствии с Конституцие...»

«Приложение 2 МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Саратовский государственный аграрный университет имени Н.И....»

«Закон РФ от 23 сентября 1992 г. N 3520-I О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров (с изменениями от 27 декабря 2000 г., 30 декабря 2001 г....»

«Министерство внутренних дел Российской Федерации Тюменский юридический институт О.В. Десятова Е.В. Покрышкин ОСОБЕННОСТИ ПРОФИЛАКТИКИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С НЕЗАКОННЫМ ОБОРОТОМ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ,...»

«Елена Михайловна Филиппова Недвижимость: покупка, продажа, приватизация Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=6090336 Недвижимость: покупка, продажа, приватизация /Сост. Е. М. Филиппова.: АСТ, Сова; Москва, Санкт-Петербург; 2011 ISBN 978-5-17-071123-9 Аннотация Очень многим людям т...»

«УТВЕРЖДЕН: Общим годовым собранием акционеров "24" марта 2011г Протокол № 1от "28" марта 2011г ПРЕДВАРИТЕЛЬНО УТВЕЖДЕН Советом директоров Протокол № 3 от "28" февраля 2011г ДОКЛАД-ОТЧЕТ СОВЕТА ДИРЕКТОРОВ ОАО “Хоперская упаковка"” О ПРОДЕЛАННОЙ РАБОТЕ В 2010 ГОДУ 1 РАЗ...»

«Правовая сущность брачного договора Тюгаев Анатолий Сергеевич Студент Филиал Казанского государственного университета им. В. И. Ульянова-Ленина, Набережные Челны, Россия E-mail: Anatolii27@yandex.ru Введение Задумывался ли к...»

«Соотношение понятия "злоупотребление гражданским правом" с недействительными сделками. В науке гражданского права на сегодня не выработано определение понятию злоупотребление...»

«Томас Гоббс Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского "Левиафан": Мысль; Москва; 2001 ISBN 5-244-00966-4 Аннотация Томас Гоббс (1588–1679) – классик политической и правовой мысли, выдающийся английский философ. В своем основном произведении `Левиафан` впервые в Новое время...»

«Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет V Заочная Многопрофильная Олимпиада-ПСТГУ-2010 Филологический факультет Русский язык 8-9 классы 5 баллов – 1. Есть два типа переносных значений: метафора и метонимия. Метафора – это перенос по сходству. Ср. з...»

«Зоя Юркова Сенная площадь. Вчера, сегодня, завтра Серия "Всё о Санкт-Петербурге" Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=3001115 Сенная площадь. Вчера, сегодня, завтра.: Центрполиграф; Москва; 2011 ISBN 978-5-227-02864-8 Аннотация Книга...»

«ИНФОРМАЦИОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ РЕГИОНОВ РОССИИ (ИБРР-2015) IX САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКАЯ МЕЖРЕГИОНАЛЬНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ   Санкт-Петербург, 28-30 октября 2015 г.МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ Санкт-Петербург http://spoisu.ru ИНФОРМАЦИОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ РЕГИОНОВ РОССИИ (ИБРР-20...»

«Екатерина Валерьевна Мириманова Вызов Текст предоставлен правообладателем. http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=6893753 Мириманова Е. В. Вызов: Эксмо; Москва; 2011 ISBN 978-5-699-49689-1 Аннотация Говорят, браки совершаются на небесах. Во всяком случае, в судьбах Вероники и Макса без влияния небесных сил точно...»

«ОГЛАВЛЕНИЕ Введение..3 1. Юридическая природа договора энергоснабжения.6 1.1.Понятие и правовая природа договора энергоснабжения.6 1.2.Сфера применения договора энергоснабжения.19 1.3.Виды договора энергоснабжения..21 2. Элементы до...»

«Татьяна Юрьевна Степанова Колесница времени Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=9748150 Степанова, Татьяна Юрьевна. Колесница времени : роман: Эксмо; Москва; 2015 ISBN 978-5-699-79454-6 Аннотация Разве могла Катя Петровская, сотрудница Пресс-службы ГУВД Мос...»

«Уважаемые участники совещания, уважаемые гости! Прежде всего, я хочу поприветствовать всех собравшихся в этом зале. В нашей системе существуют разные форматы для таких встреч и обсуждения самых важных вопросов, но мне всегда представлялось, что формат такого совещания – один из самых продуктивных. Нескольк...»

«УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ КАЗАНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. СЕРИЯ ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ 2016, Т. 158, кн. 2 ISSN 1815-6126 (Print) С. 527–536 ISSN 2500-2171 (Online) УДК 347.4 СОГЛАШЕНИЕ СТОРОН КАК ОСНОВАНИЕ (СПОСОБ) ИЗМЕНЕНИЯ ИЛИ РАСТОРЖЕНИЯ Д...»

«Саркисян Мери Самвеловна ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯМ, СОВЕРШАЕМЫМ В СФЕРЕ БАНКОВСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ. 12.00.08 – уголовное право и криминология, уголовно-исполнительное право Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук Москва 2009 PDF crea...»

«Константин Игоревич Забоев Правовые и философские аспекты гражданскоправового договора Серия "Теория и практика гражданского права и гражданского процесса" Текст предоставлен издательством http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=11282141 Правовые и философские аспекты гражданско-право...»

«Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области Управление Федеральной Налоговой Службы Российской Федерации по Иркутской области Восточно-Сибирский филиал Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высше...»

«Степанищева Анна Михайловна ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ И ЮРИДИЧЕСКАЯ КВАЛИФИКАЦИЯ ПРЕДДОГОВОРНЫХ ОТНОШЕНИЙ В МЕЖДУНАРОДНОМ ЧАСТНОМ ПРАВЕ 12.00.03 гражданское право; предпринимательское право; се...»

«Альмурзиева Фатима Магометовна РЕАЛИЗАЦИЯ ПРИНЦИПОВ ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА ПРИ СОВЕРШЕНИИ КРУПНЫХ СДЕЛОК С АКЦИЯМИ 12.00.03 – Гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный...»

«город Новосибирск 22.07.2015 ЗАКЛЮЧЕНИЕ по результатам публичных слушаний по проекту постановления мэрии города Новосибирска "Об установлении публичного сервитута на земельный участок по пер. Пристанскому, 5 в Железнодорожном райо...»

«Свободное программное обеспечение – как альтернатива проприетарному и контрафактному ПО – его проблемы и перспективы.1 Борисов В.В., Кунявский М.В. Социальные аспекты цифровых технологий. В своей книге Свободная культура [1] основатель организации Creative Comm...»








 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.