WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

«Правовое регулирование и юридическая квалификация преддоговорных отношений в международном частном праве ...»

-- [ Страница 1 ] --

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Московский государственный юридический университет

имени О.Е. Кутафина (МГЮА)»

На правах рукописи

Степанищева Анна Михайловна

Правовое регулирование и юридическая квалификация преддоговорных

отношений в международном частном праве

Специальность 12.00.03 - гражданское право; предпринимательское право;

семейное право; международное частное право

Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Научный руководитель кандидат юридических наук, доцент М.В. Мажорина Москва - 2015 Оглавление Введение ………………………………………………………….………..3 Глава 1. Проблемы правовой природы преддоговорных отношений и особенности их правового регулирования.

§ 1.1 Сущность и виды трансграничных преддоговорных отношений

§ 1.2. Принцип добросовестности в трансграничных преддоговорных отношениях……………………………………………………………………...42 § 1.3. Особенности правового регулирования трансграничных преддоговорных отношений……………………………………………….........64 Глава 2. Проблемы юридической квалификации преддоговорных отношений в международном частном праве.

Проблемы юридической квалификации договорных и § 2.1.

внедоговорных отношений в международном частном праве…………………………………………………………………………...….90 § 2.2. Юридическое понимание и толкование преддоговорных соглашений…………………………………………………………………..…111 § 2.3. Преддоговорная ответственность: проблемы юридической квалификации………………………………….………………………………..140 Заключение……………………………………….……………………..167 Список использованной литературы………………….…………….169 Введение.

I.

Общая характеристика работы

.

Актуальность темы исследования. Трансграничные преддоговорные отношения являются своего рода «отправной точкой», базисом для развития договорных отношений, обуславливают их продуктивность, эффективность и возможность достижения правового результата. Несмотря на то, что теория преддоговорной ответственности начала разрабатываться в XIX веке, в доктрине и на практике преддоговорные отношения получают свое признание только в последнее время, что, в свою очередь, влечет постепенное осознание необходимости их самостоятельного регулирования.

Данные изменения были обусловлены, как процессами глобализации и интеграции в экономике и праве, так и усложнением договорных связей и появлением новых договорных форм в трансграничном торговом обороте, что отразилось и на процедуре заключения трансграничной сделки, которая уже не может ограничиваться только стадиями оферты и акцепта, а с необходимостью включает и другие контакты и взаимодействия сторон, в совокупности составляющие процесс переговоров.

Актуальность настоящей работе придает малоисследованный характер трансграничных преддоговорных отношений в доктрине международного частного права. Несмотря на постепенное развитие научного интереса к преддоговорным отношениям, он сосредоточен, в большей степени, на их национальной природе и не учитывает специфику, которую привносит иностранный элемент, порождая трансграничность отношений. В силу национального характера доктринальных исследований природа и квалификация преддоговорных отношений, в том числе отношений, возникающих в связи с недобросовестным ведением переговоров, содержание обязанности добросовестного ведения переговоров, получают различное понимание, которое иногда может и полностью нивелировать значение преддоговорной стадии для будущих договорных отношений.





Распространению и укреплению национальных подходов в данной области отношений способствуют и отсутствие общей концепции понимания преддоговорных отношений в теории международного частного права, отсутствие единой судебной и арбитражной практики на национальном и международном уровне, а также отсутствие специального унифицированного акта, содержащего материально-правовые или коллизионно-правовые нормы.

Поэтому для установления единообразного регулирования и предпосылок для дальнейшего развития и совершенствования регламентации трансграничных преддоговорных отношений основополагающую роль играет доктрина, целью которой является определение природы таких отношений, их сущности и правил квалификации.

Трансграничные преддоговорные отношения являются ярким примером частноправовых отношений, осложненных иностранным элементом, в наибольшей степени воспринявших нравственные начала.

Моральную нагрузку трансграничным преддоговорным отношениям привносит добросовестность, представляющая собой отражение процессов социализации и гуманизации в праве, а также являющейся составляющим элементом парадигмы справедливости в трансграничных преддоговорных отношениях. В силу вышеуказанного основным средством регулирования трангсраничных преддоговорных отношений должно выступать негосударственное регулирование, отражающее ценностный аспект в регулировании и оставляющее свободу усмотрения для сторон и суда.

Однако, учитывая трансграничную природу преддоговорных отношений, говорить о ценностном регулировании стоит с осторожностью, так как оно отличается самобытностью, связанной с их национальной природой, предполагающей изначальную дивергенцию нормативного регулирования.

Следовательно, именно задачей доктрины международного частного права стоит исследование и всесторонне изучение трансграничных преддоговорных отношений для достижения унификации понимания и регулирования таких разнородных отношений. Научное обоснование должно преследовать цель обеспечение такой конвергенции национальных, международных и надгосударственных моделей регулирования трансграничных преддоговорных отношений, которая бы обеспечивала постепенное вплетение национального понимания добросовестности «в общую ткань общечеловеческой, мировой правовой культуры» 1, внутри которой различия между национальными системами должны сохраниться в такой степени, чтобы можно было говорить о «единстве многообразия».

Актуальность настоящего исследования обусловлена и постепенным нормативным закреплением ответственности за недобросовестное поведение во время переговоров в национальных актах, в частности, в таких странах как Квебек, Италия, Израиль, Эстония, Россия, и в актах негосударственного регулирования, например, Принципы международных коммерческих контрактов УНИДРУА в редакции 2010 года2. Актуальность определяет и совершенствование российского законодательства, закрепившего коллизионное регулирование обязательств, связанных с недобросовестным ведением переговоров, которое пока не нашло повсеместного признания в национальных актах.

Степень научной разработанности темы диссертационного исследования представляется недостаточной, что обусловлено отсутствием в российской науке международного частного права комплексных исследований, посвященных проблемам трансграничных преддоговорных отношений.

В доктрине российского гражданского права отдельные аспекты преддоговорных отношений исследовались в двух диссертациях, посвященных проблемам преддоговорной ответственности - это работы К.В.Гницевича «Преддоговорная ответственность в гражданском праве: culpa in contrahendo»3 и В.Г.Полякевич «Ответственность за преддоговорные Черненко А.К. Теоретико-методологические аспекты формирования правовой системы общества. Автореф.

дис.... докт. юрид. наук. М., 2006. С. 39.

Принципы международных коммерческих договоров УНИДРУА 2010. / Пер. с англ. А.С.Комарова. URL:

http://www. unidroit.org/English/principles/contracts/principles2010/translations/blackletter2010-russian.pdf (дата обращения: 25.07. 2013 г.).

Гницевич. К.В. Преддоговорная ответственность в гражданском праве: culpa in contrahendo. Дисс. к. ю. н.

СПб., 2009.

нарушения» 4. В указанных научных трудах изучается институт преддоговорной ответственности (culpa in contrahendo) в свете анализа российской цивилистической доктрины и российского законодательства, применимого к регулированию соответствующих отношений.

В научном труде А.Ф.Багдасарян «Гражданско-правовые проблемы заключения договора коммерческой концессии (франчайзинга)» 5 проблемы преддоговорной ответственности исследуются только применительно к заключению договора франчайзинга.

Отдельные вопросы природы, сущности преддоговорных отношений и заключаемых на преддоговорной стадии преддоговорных соглашений освещались в работах таких отечественных цивилистов, как: Ю.В.Байгушева, Г.В.Вердиян, Е.А.Крашенников, М.Н.Малеина, К.Д.Овчинникова, А.Сергеев, Т.А.Терещенко, что, однако, не исчерпывает всех вопросов регулирования преддоговорных отношений, особенно с учетом их трансграничного характера.

Более комплексным характером отличаются диссертационные исследования В.В.Богданова «Преддоговорные правоотношения в российском гражданском праве»6 и О.В.Шполтакова «Правовое регулирование преддоговорных отношений в российском гражданском праве» 7, тем не менее, в них не анализируются преддоговорные отношения, осложненные иностранным элементом, и в силу этого, обладающие существенной спецификой вопросы их квалификации и регулирования.

Монография А.Н.Кучер «Теория и практика преддоговорного этапа:

юридический аспект» 8 и ее диссертационная работа «Заключение договора в соответствии с Венской конвенцией ООН о договорах международной Полякевич В.Г. Ответственность за преддоговорные нарушения. Дисс. к.ю.н. М., 2007.

Багдасарян А.Ф. Гражданско-правовые проблемы заключения договора коммерческой концессии (франчайзинга). Дисс. к.ю.н. М., 2008.

Богданов В.В. Преддоговорные правоотношения в российском гражданском праве. Дисс. к.ю.н. М., 2011.

Шполтаков О.В. Правовое регулирование преддоговорных отношений в российском гражданском праве.

Дисс. к.ю.н. М., 2015.

Кучер А.Н. Теория и практика преддоговорного этапа: юридический аспект. М., Статут, 2005. 363 с.

купли-продажи товаров»9 освещают вопросы, связанные с процессом заключения договора международной купли-продажи товаров, в том числе процесс ведения переговоров о заключении договора международной куплипродажи товаров, а также вопросы преддоговорной ответственности, тем не менее, данные исследования не формируют единую концепцию понимания трансграничных преддоговорных отношений, не обращаются к их коллизионно-правовому регулированию.

В рамках доктрины международного частного права в 2013 году Х.Д.Пирцхалава защитила диссертацию на тему: «Правовое регулирование внедоговорных трансграничных обязательств (на примере Российской Федерации и Испании)»10, в которой опосредованно уделила внимание институту преддоговорной ответственности и возникающим в связи с ним отношениям, но, в большей степени, через призму собственной концепции трансграничных внедоговорных обязательств. Проблемы коллизионного регулирования трансграничных преддоговорных отношений также в отечественной науке международного частного права глубоко не исследованы.

Вышеуказанные научные работы не формируют целостной концепции понимания сущности, юридической природы трансграничных преддоговорных отношений, особенностей правовой квалификации и нормативно-правового регулирования последних, а также не решают проблем выбора применимого права и особенностей установления содержания последнего для целей регулирования трансграничных преддоговорных отношений и сопряженного с ними института преддоговорной ответственности.

Объектом диссертационного исследования выступают трансграничные преддоговорные отношения: частноправовые отношения, Кучер А.Н. Заключение договора в соответствие с Венской конвенцией ООН о договорах международной купли-продажи товаров. Дис. к.ю.н. М., 2002 г.

Пирцхалава Х.Д. Правовое регулирование внедоговорных трансграничных обязательств (на примере Российской Федерации и Испании). Дисс. к.ю.н. М., 2013.

возникающие в процессе ведения переговоров для целей заключения трансграничных сделок, а также отношения, возникающие в связи с преддоговорной ответственностью (culpa in contrahendo).

Предметом диссертационного исследования являются нормы международных договоров, актов гражданского законодательства Российской Федерации и зарубежных государств, актов Европейского Союза, общие принципы права и общие принципы международной торговли, негосударственные своды транснациональных норм, торговые обычаи и обыкновения, а также отечественная и иностранная судебная и арбитражная практика, российская и зарубежная доктрины.

Целью диссертационной работы является комплексное исследование трансграничных преддоговорных отношений, а также разработка концептуальных основ понимания трансграничных преддоговорных обязательств, форм их объективирования, а также преддоговорной ответственности с учетом мировой практики и современных тенденций развития механизмов регулирования трансграничных отношений.

Для достижения поставленной цели диссертационного исследования предполагается решить следующие задачи:

- опираясь на российскую и зарубежную доктрины международного частного права и гражданского права, проанализировать сущностные черты трансграничных преддоговорных отношений, выявив юридически значимые признаки последних, влияющие на процесс правовой квалификации;

- определить природу трансграничных преддоговорных обязательств;

сформулировать определение трансграничных преддоговорных отношений;

- классифицировать трансграничные преддоговорные отношения, определив особенности отдельных видов;

- исследовать природу, содержание и особенности применения принципа добросовестности как регулятора трансграничных преддоговорных отношений;

- рассмотреть источники правового регулирования трансграничных преддоговорных отношений, определить значение и основания применения источников негосударственного регулирования для квалификации и толкования трансграничных преддоговорных обязательств;

выявить особенности коллизионно-правового регулирования трансграничных преддоговорных отношений с учетом специфики природы последних;

- установить содержание и специфику процесса квалификации трансграничных преддоговорных отношений, заключаемых в ходе их осуществления соглашений, а также преддоговорной ответственности (culpa in contrahendo).

Методологическую основу диссертационного исследования составляют общенаучные методы познания: метод анализа, синтеза, индукции, дедукции, аналогии, гипотезы, системный метод. При подготовке диссертационной работы также были применены частнонаучные методы исследования: формально-юридический, сравнительно-правовой, формальнологический, метод моделирования.

Теоретическую основу диссертационного исследования составляют работы российских и зарубежных ученых по международному частному праву, общей теории права, гражданскому праву.

При исследовании общетеоретических аспектов преддоговорных отношений были проанализированы работы ученых-правоведов в области общей теории права: С.С.Алексеева, А.Б.Венгерова, Р.З.Лившица, Я.М.Магазинера, А.В.Малько, О.В.Мальцева, Н.И.Матузова, Л.А.Морозовой, И.Б.Новицкого, Т.Н.Радько, Р.О.Халфиной, B.C.Нерсесянца, В.М.Корельского.

Для целей исследования правовой природы преддоговорных отношений и преддоговорной ответственности были проанализированы труды ученых-цивилистов: М.М.Агаркова, И.В.Бекленищевой, М.И.Брагинского, В.В.Витрянского, К.А.Граве, В.П.Грибанова, В.С.Ема, О.С. Иоффе, В.М.Корецкого, О.А.Красавчикова, С.Н.Лебедева, А.И.Масляева, В.П.Мозолина, С.А.Муромцева, В.С.Нерсесянца, И.Б.Новицкого, В.Д.Перевалова, И.С.Перетерского, А.С.Пиголкина, К.П.Победоносцева, И.А.Покровского, В.А.Рясенцева, О.Н.Садикова, А.П.Сергеева, К.И.Скловского, Е.А.Суханова, Ю.К.Толстого, М.Д.Шаргородского, В.Г.Шершеневича и др.

Из работ, написанных специалистами международного частного права, были использованы материалы трудов Я.О.Алимовой, Л.П.Ануфриевой, А.В.Асоскова, М.П.Бардиной, С.В.Бахина, М.М.Богуславского, Н.Г.Вилковой, Д.М.Генкина, Г.К.Дмитриевой, Н.Г.Дорониной, А.А.Дроздова-Тихомирова, Н.Ю.Ерпылевой, В.П.Звекова, И.С.Зыкина, Е.В.Кабатовой, В.А.Канашевского, А.С.Комарова, А.В.Кукина, С.Н.Лебедева, Л.А.Лунца, М.В.Мажориной, Н.И.Марышевой, Т.Н.Нешатаевой, М.Г.Розенберга, Г.Ю.Федосеевой и др.

При изучении отдельных аспектов преддоговорных отношений и преддоговорной ответственности автор обращался к публикациям таких зарубежных авторов, как: К.П.Бергер (К.Р.Berger), М.Ж.Боннел (M.J.Bonell), Дж.Картрайт (J.Cartwright), Дж.К.Чешир (G.C.Cheshire), О`Коннор (O`Connor), Ф.Эндерлайн (F.Enderlein), Г.Иорcи (Ersi G.), Дж.Фалконбридж (J.Falconbridge), А.Фарнсворт (А.Farsnworth), Дж.Фелемэгас (J.Felemegas), Ф.Феррари (F.Ferrari), П.Д.Финн П.Гиликер, Б.Голдман (P.D.Finn), (В.Goldman), А.Голдштейн (A.Goldstajn), Д.М.Годерре (D.M.Goderre), Р.Гуд (R.Goode), Ф.И.Грошейд (F.W.Grosheide), М.Хесселинк (M.Hesselink), Н.Хоффман (N.Hofmann), Дж.О.Хоннолд (J.O.Honnold), Т.Кейли (T.Keily), Ф.Кэсслер (F.Kessler), Дж.Клейн (J.Klein), О.Ландо (О.Lando), К.Ларенц Дж.Лукофски (J.Lookofsky), А.Лоунфельд (A.Lowenfeld), (K.Larenz), У.Магнус (U.Magnus), Д.Маскоу (D.Maskow), А.Мэсон (А.Mason), А.Мьюзи, П.Норт (P.North), Д.Осер (D.Oser), Е.Рейли (E.Reiley), А.Х.Робертсон (А.Н.Robertson), П.Шлехтрим (Р.Schlechtriem), Дж.Шмидт-Сзалевски (J.Schmidt-Szalewski), К.М.Шмиттгофф (С.М.Shmitthoff), Р.Скотт (R.Scott), А.Шварц (А.Schwartz), Д.Сим (D.Sim), В.Тетли (W.Tetley), О.Тене, К.Трой (К.Troy), Дж.Унгер (J.Unger), Ф.Фишер (F.Vischer), И.Виттакер (I.Whittaker), Р.Циммерманн (R.Zimmermann).

Особое значение для проведения исследования имели труды отечественных авторов: Ю.В.Байгушевой, И.В.Бекленищевой, В.И.Богатовой, В.В.Богданова, К.В.Гницевича, М.А.Каримова, А.С.Комарова, Е.А.Крашенникова, А.Н.Кучер, М.Н.Малеиной, К.Д.Овчинниковой, В.Г.Полякевич, А.Сергеева, Т.А.Терещенко.

При рассмотрении определенных аспектов принципа добросовестности и добросовестного поведения исследовались работы В.Н.Баева, М.Бартошек, Е.Е.Богдановой, Г.В.Вердияна, Т.Ю.Дроздовой, В.И.Емельянова, И.Б.Новицкого, К.И.Скловского, А.В.Поповой, Л.В.Щенниковой.

При анализе проблемы квалификации трансграничных преддоговорных отношений автор обращался к трудам Н.С.Бирюковой, В.Н.Власенко, А.Н.Копыловой, А.П.Коробова, Л.А.Лунца, А.В.Нечепурнова, Е.В.Чвялевой и др.

Нормативную базу исследования составляют международноправовые, российские, зарубежные акты, а также отдельные источники lex mercatoria, источники неофициальной кодификации норм негосударственного регулирования, в частности: Конвенция ООН «О договорах международной купли - продажи товаров» 1980 г.; Регламент (ЕС) № 593/2008 Европейского Парламента и Совета от 17 июня 2008 г. О праве, подлежащем применению к договорным обязательствам; Регламент (ЕС) № 864/2007 Европейского Парламента и Совета от 11 июля 2007 г. О праве, подлежащем применению к внедоговорным обязательствам; Конституция Российской Федерации 1993 г.; Гражданский кодекс Российской Федерации с учетом изменений, вступивших в силу в 2015 г.; Принципы международных коммерческих контрактов УНИДРУА в редакции 2010 г.; Принципы Европейского договорного права, Проект общей справочной системы (Draft Common Frame of Reference) 2009 г.; Принципы существующего договорного права Сообщества (Принципы Acquis) 2009 г.; Свод принципов, правил и требований lex mercatoria CENTRAL, Модельный закон УНИДРУА о раскрытии франшизы 2002 г.; Руководство ВОИС по франчайзингу 1994 г.;

Руководство УНИДРУА о международных соглашениях мастерфранчайзинга 1998 г.

В работе также анализируются иностранные акты: Единообразный торговый кодекс США, Свод договорного права США 1981 г., Обязательственно-правовой закон Эстонии 2001 г., Закон о договорах Израиля (общая часть) 1973 г., Гражданский кодекс Квебека 1991 г., Гражданский кодекс Италии 1942 г., Закон Украины о международном частном праве 2005 г., закон Бельгии о Кодексе международного частного права 2004 г., Кодекс международного частного права Болгарии 2005 г., Турецкий кодекс о международном частном праве и международном гражданском процессе 2007 г. и другие законы.

В диссертации принимается во внимание содержание Общеевропейского закона о продажах 11 и Проекта Гаагских принципов выбора права к международным коммерческим сделкам 12.

Автором настоящего исследования также были изучены решения отечественных и зарубежных государственных судов, а также решения международных коммерческих арбитражей в сфере регулирования трансграничных и внутригосударственных преддоговорных споров, связанных с нарушением обязанности добросовестного ведения переговоров и возложением преддоговорной ответственности.

Научная новизна диссертации заключается в том, что в ней разработана концепция понимания трансграничных преддоговорных отношений, впервые сформулировано их определение, а также выявлены Proposal for a Regulation of European Parliament and of the Council on a Common European Sales Law.

Brussels, 11.10.2011. COM (2011) 635 final 2011/0284 (COD). URL:

обращения:

http://ec.europa.eu/justice/contract/files/common_sales_law/regulation_sales_law_en.pdf (дата 25.09.2013 г.).

The Draft Hague Principles on Choice of Law in International Commercial Contracts. Preliminary Document №

6. July, 2014. URL: http://www.hcch.net/index_en.php?act=text.display&tid=49 (дата обращения: 25.01.2015).

особенности природы и правовой квалификации трансграничных преддоговорных отношений, форм их объективирования и преддоговорной ответственности.

Основные выводы, которые конкретизируют научную новизну исследования, отражены в следующих положениях, выносимых на защиту:

1. Трансграничные преддоговорные отношения предлагается понимать как основанные на принципе добросовестности частноправовые отношения, осложненные иностранным элементом, возникающие при вступлении в переговоры по поводу заключения трансграничной сделки.

Признаками трансграничных преддоговорных отношений 2.

выступают: волевая природа; трансграничный характер; возникновение с намерением заключить трансграничную сделку; нравственная составляющая;

рисковый характер; сложная внутренняя структура и неоднородность с точки зрения юридической природы, возможность возникновения ответственности за culpa in contrahendo.

Трансграничные преддоговорные отношения следует квалифицировать как отношения особенность которых проявляется в sui generis, поливариантном характере обязательственной природы: в сложном комплексе обязательств «в динамике».

В качестве иностранных элементов, обусловливающих трансграничный характер преддоговорных обязательств, в частности, выделяются:

- субъекты, имеющие разную государственную принадлежность и/или местонахождение коммерческих предприятий на территории разных государств;

- трансграничный характер основного договора, как обязательства, по поводу возникновения которого стороны вступают в преддоговорные отношения;

- факт причинения вреда в результате недобросовестного поведения во время ведения переговоров или возникновения вредоносных последствий вследствие недобросовестного поведения во время ведения переговоров на территории иностранного государства.

3. Трансграничные преддоговорные обязательства основываются на принципе добросовестности как одном из общих принципов регулирования трансграничных торговых отношений. Принцип добросовестности, являясь нормативным регулятором трансграничных преддоговорных отношений, гарантирует их надлежащую реализацию и обеспечивает защиту интереса сторон в доверии.

Добросовестность для целей трансграничных преддоговорных отношений может предполагать: соблюдение правил деловой этики; учет прав и интересов других участников трансграничных преддоговорных отношений; солидарность и сотрудничество при заключении трансграничной сделки; предоставление другим участникам переговоров достоверной и полной информации, имеющей значение для заключения трансграничной сделки; соблюдение конфиденциальности относительно процедуры заключения сделки и самой сделки, как в процессе трансграничных переговоров, так и впоследствии.

4. При квалификации обязательств, возникающих вследствие недобросовестного ведения переговоров о заключении договора, толкование принципа добросовестности может осуществляться:

- для целей выбора применимого права на основании права страны суда (lex fori) либо автономно;

- для целей разрешения спора по существу на основе избранного права либо автономно.

Вне зависимости от выбранного подхода суду следует учитывать трансграничную природу принципа добросовестности и стремиться к созданию единообразной практики его применения.

Критериями, влияющими на выбор метода квалификации, являются:

- место рассмотрения спора: государственный суд или арбитраж (с учетом склонности последнего к применению функциональных методик приоритетной в арбитраже должна быть автономная квалификация);

- национальная система права (в государстве страны суда или в государстве применимого права): возможно ли осуществить квалификацию обязательств, возникающих вследствие недобросовестного поведения во время переговоров, по праву соответствующего государства, если нет, то такие обязательства следует квалифицировать автономно;

- разумные ожидания сторон: стремились ли стороны подчинить свои отношения какому-либо национальному праву, выбрали ли право для основного договора, как они понимают содержание принципа добросовестности и пр.

5. В зависимости от фактически сложившихся обстоятельств ответственность, возникающая вследствие недобросовестного ведения переговоров, может быть квалифицирована как договорная, квази-договорная или деликтная. При квалификации отношений, сложившихся в процессе ведения переговоров, для целей выбора применимого права правоприменительный орган должен исходить из опровержимой презумпции их квази-договорного характера. Данная презумпция опровергается в случае, если связь преддоговорного отношения с потенциальным договором настолько мала, что природа заключаемого договора никак не влияет на сложившиеся преддоговорные отношения и социально-правовая сущность преддоговорных отношений в большей степени раскрывается в рамках внедоговорных отношений. В качестве критериев определения юридической природы отношений предлагаются:

- стадия переговоров, на которой имело место недобросовестное поведение;

- наличие или отсутствие преддоговорного соглашения;

- характер нарушения, которое явилось основанием преддоговорной ответственности, факт связанности нарушения с преддоговорным соглашением;

- заведенный порядок;

- обоснованная уверенность стороны в заключении сделки;

- доказательства намерения сторон заключить договор, так называемая «близость результата».

6. Коллизионное регулирование трансграничных преддоговорных отношений определяется преддоговорным статутом, в основе определения которого лежит коллизионный принцип - закон, регулирующий существо отношений (lex causae). В качестве lex causae могут выступать:

а) закон, избранный сторонами отношения (lex volunatis);

б) закон страны, где находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора (принцип характерного исполнения (сharacteristic performance);

в) закон наиболее тесной связи (Proper Law);

г) закон места причинения вреда (lex loci delicti commissii); либо закон страны места наступления вредоносных последствий в случае, если причинитель вреда предвидел или должен был предвидеть наступление вреда в этой стране; либо закон страны, в которой стороны имеют общее место жительства или основное место деятельности; либо закон страны, в которой стороны имеют общее гражданство или являются юридическим лицами этой страны.

7. Преддоговорным статутом определяются, в частности, следующие вопросы: основания возникновения преддоговорных отношений; права и обязанности участников преддоговорных отношений; содержание принципа добросовестности; основания наступления преддоговорной ответственности;

основания освобождения от преддоговорной ответственности; способы, объем и размер возмещения убытков.

8. Трансграничное преддоговорное соглашение (трансграничный преконтракт) представляет собой соглашение материального, процедурного или смешанного характера, осложненное иностранным элементом, обеспечивающее добросовестное проведение переговоров.

Правом, применимым к трансграничному преддоговорному соглашению, в зависимости от волеизъявления сторон, может выступать:

- право, избранное сторонами (lex voluntatis);

- право страны, где находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора (принцип характерного исполнения (сharacteristic performance);

- закон наиболее тесной связи (Рroper Law). При этом следует учитывать ослабление роли принципа характерного исполнения и приобретение более существенной роли закона наиболее тесной связи в коллизионном регулировании преддоговорных отношений.

Теоретическая и практическая значимость исследования заключается в том, что основные положения и выводы диссертации могут служить основой для дальнейшего развития различного рода теоретических исследований в сфере регулирования трансграничных преддоговорных обязательств, преддоговорной ответственности, а также трансграничных договорных и внедоговорных обязательств.

Основные выводы и предложения диссертации могут быть применены для совершенствования действующих норм международного частного права, а также для разработки и принятия новых правовых норм. Положения данной работы могут быть полезны для судебных органов, арбитражных институтов и практикующих юристов в процессе рассмотрения споров, связанных с трансграничными преддоговорными обязательствами.

Результаты исследования могут быть использованы в учебнопедагогической деятельности, в процессе преподавания курса «Международное частное право», а также смежных научных дисциплин в юридических ВУЗах.

Апробация результатов исследования. Диссертационное исследование выполнено и обсуждено на кафедре международного частного права Московского государственного юридического университета имени О.Е.Кутафина (МГЮА).

Некоторые положения диссертации освещались в выступлениях автора на научно-практических конференциях по вопросам международного частного права.

Основные положения исследования закреплены в опубликованных диссертантом научных статьях.

Структура научной работы определена кругом исследуемых проблем, ее предметом, целями и задачами исследования и содержит введение, две главы, объединяющие шесть параграфов, заключение и библиографический список использованных при написании диссертации теоретических и нормативных материалов.

Глава 1. Проблемы правовой природы преддоговорных отношений и особенности их правового регулирования.

–  –  –

Отношения, складывающиеся в процессе заключения трансграничной сделки 13, - преддоговорные отношения - создают основу и необходимые условия для возникновения, развития и существования трансграничных коммерческих отношений. этой стадии производится выбор «На потенциальных контрагентов по договору, осуществляется сбор информации об их правовом и финансовом положении, анализ перспектив сотрудничества с конкретным субъектом и т.п. Такая деятельность помогает избежать ошибок в выборе партнера, исключить или минимизировать риски имущественных потерь и неполучения прибыли в результате установления договорной связи и т.д» 14. Лица, заинтересованные в заключении трансграничной сделки, вступают в преддоговорные отношения с целью согласовать условия такой сделки, урегулировать возникшие противоречия в процессе ее заключения и прийти к общему, удовлетворяющему всех будущих сторон такой сделки, решению.

Преддоговорные отношения возникают на стадии тесного сотрудничества сторон, в процессе непосредственного взаимодействия по заключению сделки. В. В. Богданов считает, что начало преддоговорных отношений следует связывать «... не с момента любого вступления в переговоры по поводу будущего договора, а только с того момента, когда поведение сторон (или одной стороны) свидетельствует о намерении Мы будем говорить о трансграничной сделке (сделке с иностранным элементом) - сделки, для которой признается действие механизма коллизионного выбора применимого права.

Шевченко Е.Е. Заключение гражданско-правовых договоров: проблемы теории и судебно-арбитражной практики. - М.: "Инфотропик Медиа", 2012. С. 50.

заключить договор и/ или вести переговоры об их заключении»15. Только в том случае, когда намерения сторон направлены на согласование условий будущей сделки, на ее заключение, мы имеем дело с преддоговорными отношениями. Но в тоже время определение намерения сторон довольно трудоемкий процесс. Венская конвенция о договорах международной куплипродажи товаров 1980 г. 16 в ст. 8.3. закрепляет, что при определении намерения стороны или понимания, которое имело бы разумное лицо, необходимо учитывать все соответствующие обстоятельства, включая переговоры, любую практику, которую стороны установили в своих взаимных отношениях, обычаи и любое последующее поведение сторон.

Задача упростится, если стороны будут использовать в своих отношениях, так называемые, преддоговорные соглашения. Они могут оформлять стадии преддоговорного процесса и закреплять договоренности об условиях заключаемой трансграничной сделки, регламентировать процесс ведения переговоров, определять права и обязанности на преддоговорной стадии, решения, к которым стороны пришли во время ведения переговоров (в данном случае мы будем видеть ясное свидетельство намерения заключить трансграничную сделку) и выполнять другие функции. Документы, используемые на этапе переговоров, играют самостоятельную и важную роль для целей заключения трансграничной сделки. Их следует использовать при установлении действительной воли сторон в процессе толкования трансграничной сделки. Подробнее о данных документах речь пойдет в втором параграфе второй главы настоящей работы.

Основной составляющей преддоговорных отношений являются переговоры. Переговоры это процесс взаимодействия лиц, заинтересованных в заключении трансграничной сделки, направленный на разработку, согласование условий заключаемой сделки, подготовку и Богданов В.В. Преддоговорные правоотношения в российском гражданском праве. Дис...к.ю.н. М., 2011.

С. 9.

Конвенция о договорах международной купли-продажи товаров (Вена, 11 апреля 1980 г.) // Вестник Высшего арбитражного суда Российской Федерации. 1994. № 1. Ст.4.

заключение такой сделки.

Алан Шварц и Роберт Е. Скот выделяют три категории переговоров. В первой категории стороны начинают ведение переговоров и только обсуждают условия будущей сделки, но не заключают ее 17. В случае недобросовестного прекращения переговоров одной из сторон потерпевшая сторона не может получить какое-либо возмещение. При ведении переговоров второй категории стороны согласовали все существенные условия будущей сделки и планируют закрепить свое соглашение в письменной форме 18. Но в период времени между достижением соглашения и его формализацией одна из сторон потеряла интерес в продолжении переговоров о заключении сделки. Суды рассматривают такое соглашение в качестве договора и также как при заключении юридически обязательного контракта суды присуждают стороне, заинтересованной в продолжении ведения переговоров о заключении сделки, возмещения ожидаемых убытков.

В третьей категории переговоров стороны заключают предварительное соглашение, в котором согласовывают отдельные условия будущей сделки, а остальные условия оставляют открытыми для их последующего определения, то есть в результате таких переговоров стороны достигают предварительные договоренности о намерении заключить основной контракт. В том случае, если сторона недобросовестно прекращает ведение переговоров о заключении основной сделки, она будет обязана возместить другой стороне те расходы, которые эта сторона понесла в расчете на заключение основной сделки 19.

А. Н. Кучер приводит четыре типа переговоров 20. Первый состоит в том, что договоренности о наиболее принципиальных положениях будущего договора достигаются высшим руководством обеих сторон, после чего детальная разработка проекта будущего договора поручается юристам и Schwartz A., Scott R. Precontractual liability and preliminary agreements// Harvard Law Review. Volume 120.

January 2007. № 3. P. 664-665.

Schwartz A., Scott R. Opt. cit.. P. 664-665.

Schwartz A., Scott R. Opt. cit. P. 664-665.

Кучер А.Н. Теория и практика преддоговорного этапа. С.200.

специалистам, заинтересованным в заключении договора. Второй тип: одна сторона передает другой стороне предложение начать переговоры об условиях договора и просит представить данные по определенным параметрам будущего договора, а затем подготавливает проект договора. В отличие от первого типа инициатива не только в заключении договора, но и в ведении переговоров на всем их протяжении принадлежит первой стороне, в этом случае и трансакционные издержки, понесенные этой стороной, окажутся выше, чем издержки другой, более пассивной стороны. В третьем типе процедура заключения договора начинается классически, т.е. с направления оферты, после чего процедура переходит в неформальную стадию обмена встречными предложениями, запросом и предоставлением сведений и т.д., которые могут осуществляться письменно, устно, путем обмена проектами тех или иных фрагментов будущего договора. Согласно четвертому типу, стороны сразу начинают переговоры без первоначального выдвижения оферты. При этом А. Н. Кучер, вслед за М. Г. Розенбергом, выделяет предварительную стадию переговоров и стадию, начинающуюся направлением оферты, отмечая, что зачастую невозможно установить точно момент, когда первая стадия переходит во вторую.

Большинство ученых считает, что процесс заключения договора включает в себя только две стадии - оферту и акцепт21. Согласно данной точке зрения, действия, составляющие стадию преддоговорных контактов, поглощаются стадией оферты, а действия по разрешению преддоговорных См.: Перетерский И.С. Сделки, договоры. М., 1929. С. 20., Иоффе О.С. Советское гражданское право (курс лекций). Л., 1958. С. 101., Советское гражданское право: учебник. Ч. 1 / Под ред. В.А. Рясенцева. М., 1986.

С. 463., Гражданское право: учебник. Ч. 1 / Под ред. Ю.К. Толстого, А.П. Сергеева. СПб., 1996. С. 444..

Каткова Е.А. О некоторых вопросах заключения договора поставки // Вопросы советского государства и права. Т. 39. Серия юрид., вып. 7, ч. 2. Иркутск: Иркутский госуниверситет, 1965. С. 141., Жилинский С.Э.

Правовая основа предпринимательской деятельности (предпринимательское право). М., 1998. С. 235.

Избранные труды по гражданскому праву. В 2-х томах. Т. 2 / Новицкий И.Б. М.: Статут, 2006., Избранные труды. В 4-х томах. Т. 3 / Иоффе О.С. С.-Пб.: Юрид. центр Пресс, 2004., Основы советского гражданского права / Корнеев С.М. Под ред.: Рясенцев В.А. М., 195, Учебник русского гражданского права. Т. 2 / Шершеневич Г.Ф.; Науч. ред.: Ем В.С. М.: Статут, 2005, Гражданское право. Учебник. Ч. 2 / Агарков М.М., Граве К.А., Зимелева М.В., Липецкер М.С., и др.; Отв. ред.: Миколенко Я.Ф., Орловский П.Е., Перетерский И.С. М.: Юрид. изд-во НКЮ СССР, 1938, Советское гражданское право. Учебник / Брославский Л.И., Власова А.Г., Жукова Л.Ф., Зинчук Э.А., и др.; Под ред.: Куник Я.А. М.: Юрид. лит., 1973, Гражданское право. Учебник. Ч. 2 / Агарков М.М., Граве К.А., Зимелева М.В., Липецкер М.С., и др.; Отв.

ред.:

Миколенко Я.Ф., Орловский П.Е., Перетерский И.С. М.: Юрид. изд-во НКЮ СССР, 1938.

споров включаются в стадию акцепта.

В. Г. Вердников и В. И. Скарго выделяли следующие стадии процесса заключения договора: 1) преддоговорные контакты сторон; 2) предложение заключить договор (оферта); 3) принятие предложения заключить договор (акцепт); 4) разрешение преддоговорного спора. Авторами отмечается, что первая и последняя стадии могут не наступить 22.

В. В. Витрянский предлагает такие стадии заключения договора, как: 1) преддоговорные контакты сторон (переговоры); 2) оферту; 3) рассмотрение оферты; 4) акцепт оферты 23. При этом он указывает на факультативный характер первой стадии, используемой по усмотрению сторон, вступающих в договорные отношения, а также поясняет, что рассмотрение оферты как самостоятельной стадии заключения договора имеет правовое значение, как правило, для договоров, заключение которых является обязательной для одной из сторон.

Е. А. Суханов говорит о стадиях преддоговорных контактов сторон (переговоры); оферты; рассмотрении оферты; акцепта оферты 24.

Есть и другая позиция, которая утверждает, что переговоры являются самостоятельным способом заключения договора (А. Н. Кучер, А. С.

Комаров) 25. Принципы международных коммерческих контрактов в редакции 2010 г. (далее по тексту - Принципы УНИДРУА) 26 в ст. 2.1.1. закрепляют правило, что договор может быть заключен путем акцепта оферты либо в результате поведения сторон, достаточно свидетельствующего о соглашении 27. Подобные правила отражены и в Принципах Европейского См.: Вердников В.Г., Скарго В.И. Заключение хозяйственного договора // Советское государство и право.

1974. № 1. С. 51-55.

См.: Гражданское право: учебник. Т. 2. Полутом 1 / Под ред. Е.А. Суханова. М.: Бек, 1999. С. 170.

Гражданское право: В 4 т. Том 3: Обязательственное право: Учебник 3-е издание, переработанное и дополненное. Под ред. Е.А.Суханова. М.: Волтерс Клувер, 2008. С. 197.

Кучер А.Н. Теория и практика преддоговорного этапа. Юридический аспект. М.: Статут, 2005. С. 209., Комаров А.С. Ответственность в коммерческом обороте. М., 1991. С.46.

Принципы международных коммерческих договоров УНИДРУА 2010. / Пер. с англ. А.С.Комарова. URL:

http://www. unidroit.org/English/principles/contracts/principles2010/translations/blackletter2010-russian.pdf (дата обращения: 25.07. 2013 г.)

Принципы международных коммерческих договоров УНИДРУА 2010. / Пер. с англ. А.С.Комарова. URL:

http://www. unidroit.org/English/principles/contracts/principles2010/translations/blackletter2010-russian.pdf (дата обращения: 25.07. 2013 г.) Договорного Права 28 (Принципах Ландо), которые устанавливают, что договор считается заключенным, если стороны намерены быть юридически обязанными или стороны достигают надлежащего соглашения без какихлибо дополнительных требований. В коммерческой практике контракты, которые, в частности, относятся к сложным сделкам 29, могут заключаться по результатам продолжительных переговоров, без возможности установления последовательности оферты и акцепта 30. Например, процесс заключения сделки, связанной со слиянием и поглощением (M&A), может занять значительное время и начаться задолго до подписания окончательного договора. В процессе заключения такой сделки часто проводятся так называемые подготовительные процедуры, например, согласование и подписание соглашение о намерениях, определение перечня условий основного договора, проведение юридической, финансовой экспертизы и пр.

Развитие и усложнение трансграничных коммерческих отношений, «их диверсификация», интернационализация производства и рост взаимозависимости экономик различных государств вызвали усложнение структуры и характера договорных отношений. Как отмечает Н. Г. Вилкова, «в поисках наиболее выгодных мест приложения капитала и рынков сбыта на смену традиционным международным коммерческим контрактам приходят новые договорные формы, предполагающие более сложные формы экономического и юридического взаимодействия сторон; происходит значительная эволюция сторон таких контрактов: от традиционно Principles of European Contract Law. Part 1 & 2. Prepared by The Commission on European Contract Law / Ed.

by O. Lando & H. Beale. London, 2000. Р. 130-131. Принципы европейского договорного права. Перевод на русский язык А.Т.Амиров, И.Б.Пугинский// Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

2005. №3, №4.

Как правило, сделки M&A и вытекающие из таких сделок споры подчиняются иностранному праву (в большинстве случаев английскому), так как российское законодательство пока недостаточно развито и приспособлено к современным требованиям и стандартам заключения таких сделок. Именно правовые конструкции английского права позволяют структурировать в короткие сроки сложные сделки. Оно помогает предусмотреть в контракте условия, такие как различные варианты фиксации цены контракта, например, по результатам юридического (due diligence) и финансового аудита актива либо исходя из будущей прибыли приобретаемой компании (earn-out). Кроме того, английское право обеспечивает защиту покупателя от рисков убытков после приобретения актива в виде заверений и гарантий (representations and warranties) и ответственность сторон (indemnity) за взятые на себя гарантии и заверения. Поэтому в настоящей работе мы будем также обращаться к английской судебной практике.

Комаров А.С. Ответственность в коммерческом обороте. С.30.

функционирующих в рамках соответствующей правовой системы юридических лиц к транснациональным компаниям, в деятельности которых происходит очевидное разделение юридической стороны их деятельности (они выступают в качестве юридических лиц соответствующих государств) и экономической стороны их деятельности (экономически они функционируют как звенья одной системы)»31. Все это влечет не только расширение и модернизацию договорных отношений, но и усложнение процедуры становления таких отношений, процесса согласования их условий, а стадии оферты и акцепта могут не всегда отвечать реалиям настоящего времени и порою могут оказаться неспособными, в полной мере, обеспечить достижение взаимного согласия потенциальных контрагентов. Поэтому заключение сделок во время переговоров особенно актуально и чаще отвечает интересам сторон, так как позволяет решать возникающие споры в рабочем порядке, в ходе личных встреч, обсуждения и поиска компромисса.

Как указывал Р. Саватье: «В действительности заключение договора часто бывает гораздо более сложным (чем обмен офертой и акцептом – А. С.).

Предложение и контрпредложение сторон перекрещиваются таким образом, что соглашение достигается лишь в конце дискуссии. В результате ее создается совокупность соответствующих условий, составляющих детализированное целое... можно предположить, что сложность договоров, связанная с прогрессом техники, находит свое выражение в превращении классической схемы заключения договора в длительные переговоры по самым разнообразным условиям» 32.

Таким образом, переговоры могут являться способом заключения договора, как охватывающим стадии оферты и акцепта, так и самостоятельным процессом, подтверждающим достижение согласия по условиям заключаемой сделки, без необходимости выделения оферты и акцепта. Тем не менее, вопрос о том, был ли заключен договор во время

Вилкова Н.Г. Договорное прав в международном обороте. М., Статут, 2004. С. 10.

Саватье Р. Теория обязательств. М.: Прогресс, 1972. С 184.

переговоров, будет решаться судом. В деле Kennedy v. Lee суд подчеркнул, что в ситуациях, связанных с переговорами, следует анализировать процесс переговоров в целом и определять, согласовали ли стороны одинаковые условия. Если ответ будет положительным, то договор будет иметь место, даже при условии, что обе стороны или одна из них делали оговорки, которые не нашли какого-либо отражения в ходе переговоров33. В деле Hussey v. Horne-Payne было отмечено, что если соглашение достигнуто в ходе переписки сторон, то следует определить, является ли такое соглашение полным, а также имеются ли иные условия, подлежащие согласованию, и которые еще находятся в стадии обсуждения, не урегулировав которые стороны не будут иметь намерения заключить договор 34.

При признании договора заключенным важную роль играет намерение сторон вступать и вести переговоры с целью заключения трансграничной сделки. В случае, когда несогласованные условия или неразрешенные вопросы в ходе переговоров, представляются для сторон относительно неважными, суд может решить об отсутствии договорных отношений, если из формулировок договора, слов, выражений либо из иных обстоятельств следует, что стороны не намеревались быть юридически связанными до момента согласования этих вопросов35.

В деле Pagnan SpA v. Feed Products Ltd суд признал контракт заключенным, несмотря на наличие ряда открытых условий. Условия о предмете, цене, количестве поставляемого товара, сроке отправки, группе портов, пригодных для погрузки были определены, и суд решил, что стороны выразили намерение быть связанными контрактом на согласованных условиях, а остальные условия подлежали определению позднее. И в случае отсутствия согласия по открытым условиям контракт не лишился бы юридической силы, если только несогласованные условия не повлекли бы невозможность исполнения контракта или сделали его слишком Kennedy v. Lee (1817) 3 Mer. 441.

Hussey v. Horne-Payne (1879) 4 App. Cas. 311.

The Gladys [1994] 2 Lloyd's Rep. 402.

неопределенным для принудительного исполнения 36.

Таким образом, переговоры, в результате которых стороны достигают взаимное согласие по условиям заключаемой сделки, подтверждают заключение трансграничной сделки. П. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. В доктрине российского гражданского права выделяют существенные, обычные и случайные условия, составляющие содержание договора 37.

Существенными являются условия: о предмете договора; которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида; все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В. А. Канашевский отмечает, что «квалификация условий в качестве существенных должна осуществляться в соответствии с применимым к договору национальным правом и международными конвенциями. Таким образом, в отношении внешнеэкономических договоров проблематично говорить о существенных условиях (а равно иных - «несущественных»), поскольку таковые могут выделяться на основании какого-либо национального закона или международной конвенции» 38.

При заключении трансграничной сделки договаривающимся сторонам, помимо условий, необходимых для заключения аналогичного внутреннего Pagnan SpA v. Feed Products Ltd [1987] 2 Lloyd's Rep. 601.

Содержание договора составляет совокупность согласованных его сторонами условий, в которых закрепляются права и обязанности контрагентов, составляющие содержание договорного обязательства.

Выделяют существенные, обычные и случайные условия. К существенным относятся те, по которым необходимо достичь соглашения, для того чтобы договор считался заключенным (условие о предмете договора, для возмездных договоров - условие о цене). Обычными считаются пункты договора, которые необходимы для договора данного вида, предусмотрены законом и обязательны для сторон в силу самого факта заключения договора. Такие условия могут не согласовываться сторонами и действительность договора не зависит от действительности соглашения по таким условиям (условие о месте и порядке исполнения договора, моменте перехода риска и права собственности и др.). Обычные условия восполняются за счет диспозитивных норм закона. К случайным относятся те условия, которые отражают особенности взаимоотношений сторон конкретного договора (специальные требования к предмету, порядку исполнения, расчетам и т.д.). Эти условия должны быть специально оговорены в договоре. См.: Поздняков В.С., Садиков О.Н. Правовое регулирование отношений по внешней торговле. Часть 1. М., 1985. С. 112-114.

Канашевский В.А. Внешнеэкономические сделки: материально-правовое и коллизионное регулирование.

С.50.

договора, следует согласовать условия, которые обусловлены природой трансграничной сделки и, как считает Г. К. Дмитриева, «либо вообще отсутствуют в одноименных гражданско-правовых «внутренних» сделках, либо имеют значительно меньшее значение»39, в частности следующие:

- условия, связанные с платежом, возможно с обеспечением платежа;

- валютные условия: определение валюты цены, валюты платежа;

условия перевода одной валюты в другую, меры по предотвращению валютных рисков;

- условия перевозки;

- условия страхования;

- распределение обязанностей по выполнению таможенных правил, а также правил транзита через третьи страны;

- согласование необходимости заключения дополнительных контрактов (с перевозчиком, банком, страховой компанией);

- условия о влиянии непредвиденных обстоятельств на распределение ответственности сторон за полное или частичное неисполнение обязательств;

- применимое право;

- арбитражная оговорка;

- форма договора.

Данный перечень не является закрытым и зависит от конкретной сделки. Он носит рекомендательный характер для будущих контрагентов и обеспечивает достижение взаимоприемлемого согласия по всем или большинству условий заключаемой трансграничной сделки, снижает риск возникновения споров, связанных с заключением, исполнением и расторжением такой сделки. Эти условия не являются характеризующими признаками трансграничной сделки, а являются последствием международного характера сделки.

Превалирующей в науке частного права является точка зрения, в Международное частное право: учеб. / Л.П.Ануфриева, К.А.Бекяшев, Г.К. Дмитриева [и др.]; отв. ред.

Г.К.Дмитриева. ТК Велби, Изд-во Проспект. – 2004. С. 365.

соответствии с которой, переговоры являются основанием возникновения прав и обязанностей сторон и влекут возникновение особых доверительных отношений40. К. В. Гницевич считает, что «переговоры имеют самостоятельное юридическое значение и могут выступать непосредственным основанием для возникающих на этом этапе отношений прав и обязанностей» 41. К. Н. Овчинникова пишет о том, что уже «при вступлении в переговоры по поводу заключения договора стороны связывает подобное договорному обязательство, основанное на отношениях доверия (Vertrauensverhaltnis) и налагающее на них обязанность соблюдать интересы торгового партнера (Sorgfaltspflichten)»42. З. Кетц, Ф. Лорман полагают, что «вступление в переговоры является специальным юридическим фактом, в результате которого между сторонами возникает связь особого рода - это доверительное отношение», которое предполагает соблюдение «взаимной добропорядочности» 43. С точки зрения немецких исследователей, «с момента вступления в переговоры создается специальное отношение между договаривающимися сторонами (Sonderrechtsverhltnis) посредством права, накладывающего на обе стороны обязанности защиты и лояльности»44. По мнению В. Г. Полякевич, «взаимосвязь сторон, заключающих, но еще не подписавших договор, носит не только фактический, но и юридический характер: их вступление в переговоры или иные преддоговорные отношения порождает определенные обязанности» 45. А. Сергеев и Т. Терещенко придерживаются позиции, что «вступление в переговоры о заключении договора порождает обязанность участвовать в них в соответствии с Есть и другие мнения, например, В.В. Богданов в своей диссертационной работе доказывает, что преддоговорные отношения являются гражданскими правоотношениями. См. Богданов В.В.

Преддоговорные правоотношения в российском гражданском праве. Дис...к.ю.н.. М., 2011. С.8.

Гницевич К.В. Преддоговорная ответственность в гражданском праве: culpa in contrahendo. Дис...к.ю.н.

СПб, 2009. С. 68.

Овчинникова К.Д. Преддоговорная ответственность // Законодательство. 2004. № 3, 4. С. 29-36.

Кетц Х., Ломан Ф. Введение в обязательственное право // Проблемы гражданского и предпринимательского права Германии. М., 2001. С. 61.

Там же. С. 58.

Полякевич В.Г. Ответственность за преддоговорные нарушения: Дис...к.ю.н. М., 2007. С. 26.

принципом добросовестности»46. А. С. Комаров полагает, что «фактическое начало переговоров о заключении договора или вступление в подготовительный, направленный к началу таких переговоров, деловой контакт, возлагает на контрагентов повышенную обязанность быть тщательным и осторожным по отношению к другим лицам. За нарушение этой обязанности контрагенты должны нести ответственность в такой же мере, как и за нарушение обязанностей, возникающих из договора» 47.

В трансграничных коммерческих отношениях начало ведения переговоров является основанием возникновения особых отношений трансграничных преддоговорных отношений, которые, в свою очередь, влекут возникновение определенных прав и обязанностей участников таких отношений.

Выделим признаки таких отношений:

I. Волевая природа: возникнуть они могут только по взаимной воле будущих сторон заключаемой сделки, в них проявляется индивидуальная воля участников.

II. Трансграничный характер, присутствие иностранного элемента в их структуре. Понятие иностранного элемента было введено М. И. Бруном 48 и в наиболее законченной форме данная идея получила выражение в трудах Л.

A. Лунца, по мнению которого, наличие иностранного элемента в гражданско-правовом отношении, выходящем за пределы юрисдикции конкретного государства, может выразиться в следующем: «либо в том, что субъектом такого отношения является иностранный гражданин или иностранное юридическое лицо; либо в том, что объектом отношения является вещь, находящаяся за границей; либо в том, что юридические факты, с которыми связано возникновение, изменение или прекращение правоотношений имеют место за границей» 49.

В качестве иностранных элементов, обусловливающих трансграничный Сергеев А., Терещенко Т. Преддоговорная ответственность: основания для защиты интересов стороны, пострадавшей от недобросовестного ведения переговоров// Корпоративный юрист. 2010. №11. С. 28.

Комаров А.С. Ответственность в коммерческом обороте. С.45.

Брун М.И. Введение в международное частное право. Петроград, 1915. С. 7.

Лунц Л.А. Курс международного частного право. Общая часть. М., 1959. С. 15-16.

характер преддоговорных обязательств, могут выступать:

а) субъекты, имеющие разную государственную принадлежность и/или местонахождение коммерческих предприятий на территории разных государств50. Государственная принадлежность может определяться поразному в зависимости от национальных подходов. Так для физических лиц существует два варианта личного закона: 1) национальный закон или закон гражданства (lex nationalis, lex patriae); 2) закон места жительства (lex Для определения государственной принадлежности domicilii)51.

юридических лиц, как правило, используется два критерия - оседлости и инкорпорации 52.

Под местом нахождения коммерческих предприятий сторон на территории разных стран понимается 53:

- фактическое место ведения деловых операций, а не формальное место государственной регистрации юридического лица или место нахождения компании, указанное в учредительных документах;

- отсутствие непосредственной связи между понятием коммерческого предприятия, с одной стороны, и категориями корпоративного права (филиал, представительство, основное или дочернее общество) или налогового права (постоянное представительство);

Термин «коммерческое предприятие стороны» не совсем корреспондирует с терминологическим аппаратом гражданского законодательства РФ. В соответствии с ГК РФ термин «предприятие»

используется, во-первых, в значении объекта гражданских прав - имущественного комплекса (ст. 132), и вовторых, для обозначения особого субъекта гражданских прав - унитарного предприятия (ст. 113). В таком специфическом значении, как «постоянное место осуществления деловых операций», этот термин гражданскому законодательству России неизвестен и используется лишь для целей квалификации внешнеэкономических сделок. См.: Канашевский В.А. Внешнеэкономические сделки: материальноправовое и коллизионное регулирование. С.28.

Разграничение между сферами применения закона гражданства и закона места жительства является преимущественно территориальным. Считается, что в европейских странах, за исключением Норвегии, Дании, Исландии, в ряде латиноамериканских (Куба, Коста-Рика, Панама и др.) и арабских стран (Алжир, Египет и др.) действует коллизионный принцип гражданства. Напротив, в странах «общего права» действует закон места жительства. Сюда же относятся и некоторые латиноамериканские страны (Аргентита, Бразилия и др.) и три вышеуказанные европейские страны. Наряду с эти существуют страны, в которых действует «смешанная система» личного закона (Австрия, Швейцария, Венгрия, Мексика, Венесуэла, Россия и др.).

Подробнее см. Международное частное право. Под редакцией Г.К. Дмитриевой. С.126.

Там же.

См.: Асосков А.В. Сфера действия Венской конвенции ООН 1980 г. О договорах международной куплипродажи товаров, вебинар // Юридический институт «М Логос»,13.11.2013 // URLhttp://mlogos.ru/webinars/law/sfera_deistviya_venskoi_konvencii_oon_1980_g_o_dogovorah_megdunarodno i_qpli-prodagi_tovarov/15112013_15112013/ (дата обращения: 19.01.2014) стабильность нахождения коммерческого предприятия на определенной территории (то есть не временный или сезонный характер);

- определенная степень автономности коммерческого предприятия (наличие менеджмента, способного принимать коммерческие решения, касающиеся заключения и/или исполнения договора).

б) Трансграничный характер основного договора, как обязательства, по поводу возникновения которого стороны вступают в преддоговорные отношения. Как отмечалось выше, в доктрине международного частного права иностранный элемент обычно рассматривается в трех ипостасях:

субъект отношений, объект отношений и юридический факт, тем не менее, данный перечень не является закрытым и отношения могут быть осложнены иным иностранным элементом (п. 1 ст. 1186 Гражданского кодекса РФ закрепляет правила определения права, подлежащего применению к гражданско-правовым отношениям с участием иностранных граждан или иностранных юридических лиц либо гражданско-правовым отношениям, осложненным иным иностранным элементом, в том числе в случаях, когда объект гражданских прав находится за границей). Комментарии к Принципам УНИДРУА 2010 г. поясняют, что термин «международный» применительно к международным коммерческим контрактам должен толковаться по возможности широко, чтобы полностью исключить только те ситуации, в которых иностранный элемент вообще отсутствует и когда все имеющие какое-либо значение элементы договора связаны только с одной страной.

Проект Гаагских принципов выбора права к международным коммерческим сделкам также не ограничивает международный характер сделки каким-либо одним определенным элементом, а устанавливает, что сделка является международной, если стороны имеют местонахождения в разных государствах, или правоотношение в целом, или его элементы, несмотря на выбранное право, не связаны исключительно с одной страной 54.

The Draft Hague Principles on Choice of Law in International Commercial Contracts. Preliminary Document №

6. July, 2014. URL: http://www.hcch.net/index_en.php?act=text.display&tid=49 (дата обращения: 25.01.2015).

Поэтому в качестве так называемого «иного» иностранного элемента преддоговорных отношений мы назовем трансграничный характер основного договора. В силу основной цели и предназначения преддоговорных отношений, их подготовительного характера для будущей сделки, для организации будущих договорных отношений трансграничный характер основного договорного отношения влияет и на характер преддоговорного отношения, соединяя его, пусть и опосредованно (посредством потенциальных договорных отношений), с иностранным правопорядком.

Допустим, переговоры о заключении договора купли-продажи недвижимости, находящейся на территории иностранного государства, может предполагать и осуществление определенных подготовительных действий на территории данного иностранного государства, соединяя преддоговорные отношения с таким государством.

Иностранный элемент основного договорного отношения, определяя его трансграничность, будет проявляться в различных ипостасях в зависимости от заключаемого договора и определяться в каждом конкретном случае применительно к заключаемому договору.

в) Факт причинения вреда или возникновения вредоносных последствий в результате недобросовестного поведения во время переговоров (например, разглашение конфиденциальной информации, полученной во время переговоров) на территории иностранного государства.

Это имеет значение применительно к ответственности, возникающей вследствие недобросовестного ведения переговоров.

Преддоговорные отношения могут быть осложнены не одним иностранным элементом, а несколькими. Также вышеприведенный перечень не является закрытым, то есть иностранный элемент преддоговорных отношений может быть и другим, допустим, факт ведения переговоров на территории иностранного государства, факт заключения основной трансграничной сделки на территории иностранного государства, факт подписания преддоговорного соглашения на территории иностранного государства и любые другие элементы, соединяющие преддоговорные отношения с иностранным правопорядком. В тоже время сегодня в эпоху электронной торговли и развития глобальных информационных сетей обмена данных переговоры могут проводиться с помощью электронных средств, приведем пример А.В. Асоскова: оферта и акцепт отправлены по электронной почте в момент, когда соответствующие представители находятся в аэропорту транзитной страны, причем сервер, на котором зарегистрирован ящик электронной почты, может находиться на другом конце мира 55. В данном случае может встать вопрос о действительной связи отношения с иностранным государством, в силу того, что место заключения договора может иметь случайный характер. А. Шнитцер отмечает, что при заключении договора путем обмена сообщениями между сторонами, находящимися в разных странах (договор между отсутствующими), место заключения договора как фактическое действие, четко локализованное в пределах одной определенной страны, вообще отсутствует 56.

Поэтому, по нашему мнению, вышеперечисленные и иные элементы не всегда действительно связывают преддоговорные отношения с иностранным правопорядком, а порою могут иметь случайный характер, например, факт подписания преддоговорного соглашения в терминале аэропорта. И, выделив так называемые «основные» иностранные элементы преддоговорных отношений, мы не исключаем возможность проявление иной связи преддоговорного отношения с иностранным правопорядком и оставляем перечень иностранных элементом открытым и подлежащим установлению при разрешении конкретного спора.

III. Возникновение с намерением заключить трансграничную сделку.

Намерение должно быть направлено на создание юридических последствий:

на заключение основного договора. Вступление в преддоговорные отношения без намерения заключить основной договор является Асосков А.В. Коллизионное регулирование договорных обязательств. М.: Инфотропик Медиа, 2012. С.

360.

Schnitzer A. Die Zuordnung der Vertrage im internationalen Privatrecht // RabelsZ. 1969. Bd 33. S. 18.

недобросовестным поведением, которое влечет наступление преддоговорной ответственности. В силу того, что намерение сторон выражается в их поведении, то и вывод о наличии или отсутствия намерения можно сделать исходя из обстоятельств дела57. В деле Moran v. University College Salford установлено, что видимое намерение быть юридически связанным договором в процессе согласования его определенных условий может быть достаточным, иными словами предполагаемый оферент может быть признан обязанным, если его слова или действия являются таковыми, что побуждают разумное лицо полагать, что он намеревается быть связанным, даже если в действительности такого намерения не имеет 58. В другом деле также было отмечено, что если разумный человек посчитает должника имеющим намерение вступить в договор, то должник будет обязан исполнить свое обещание, даже при условии, что он сам не предполагал о возникновении какого-либо правового обязательства из своего обещания 59.

IV. Нравственная составляющая отношений, которой выступает добросовестность. Добросовестность - это «сложившаяся в обществе и признанная законом, обычаем, судебной практикой система представлений о нравственности поведения сторон договора при приобретении, осуществлении и защите субъективных гражданских прав, а также при исполнении обязанностей. Недобросовестность представляет собой дифференцированное понятие: особо злостное для общества поведение – есть неизвинительная недобросовестность, а поведение, не характеризующееся особой злостностью, представляет собой извинительную недобросовестность»1. Исчерпывающего определения добросовестности дать нельзя, но отметим, что это определенная система представлений общества, обладающая самобытным характером, связанным с конкретным народом и его историей, что отражается не только на характере трансграничных преддоговорных отношений, но и на их регулировании.

Wright & Co Ltd v. Maunder [1962] N.Z.L.R. 355 Moran v. University College Salford (No.2). The Times, November 23, 1993.

Carlill v. Carbolic Smoke Ball Co [1893] 1 Q.B. 256 (C.A.).

V. Рисковый характер трансграничных преддоговорных отношений означает, что стороны, вступая в такие отношения, не могут быть полностью уверены в возможности защиты их прав и интересов при ненадлежащей реализации принципа добросовестности на преддоговорной стадии. Это может иметь место в случае, если применимому праву будут не известны такие категории, как принцип добросовестности, обязательства, возникающие вследствие недобросовестного ведения переговоров и т.п.

Минимизировать рисковый характер стороны могут посредством выбора права к преддоговорным отношениям, подчиняя свои отношения определенному правопорядку, в котором действует механизм защиты прав и интересов добросовестной стороны в преддоговорных отношениях, удовлетворяющий стороны.

Определенную роль в уменьшении рискового характера может сыграть расширение и повсеместное распространение автономной квалификации трансграничных преддоговорных отношений.

VI. Сложная внутренняя структура и неоднородность с точки зрения юридической природы.

Данный признак проявляется в следующем:

1) организационный характер 60 преддоговорных отношений, так как они направлены на упорядочение отношений сторон по заключению основной сделки и обеспечению переговорного процесса, на организацию будущих договорных отношений сторон. Организационный характер предполагает, что такие отношения относятся к числу неимущественных отношений, связанных с имущественными в силу того, что опосредуют процесс взаимодействия субъектов гражданского оборота по поводу оптимизирования и упорядочения динамики товарно-денежных связей61.

В действующем российском законодательстве и в доктрине отсутствует подробно разработанная конструкция организационного отношения. Организационные отношения сегодня рассматриваются не только как отношения в области предпринимательской деятельности, но также в качестве самостоятельного типа правоотношений (См.: Пугинский Б.И. Коммерческое право России. М.: Юрайт, 2010. С. 312-320;

Давыдова Г.Н. Юридические процедуры в гражданском праве. Общая характеристика: Автореф. дис....

канд. юрид наук. Казань, 2004. С. 12), достаточно широко используемых в сфере гражданского оборота в целом (См.: Ефимова Л.Г. Банковские сделки: право и практика. М.: НИМП, 2001. С. 43; Она же. Рамочные (организационные) договоры. М.: Волтерс Клувер, 2006. С. 23).

Яковлев В.Ф. Россия: экономика, гражданское право. М.: РИЦ ИСПИ РАН, 2000. С. 35.

Среди основных критериев организационного отношения выделяют:

а) отсутствие в его содержании материального объекта 62.

Организационные отношения отделимы от обслуживаемых ими имущественных отношений, выступая в последних не физическим, а юридическим элементом63;

б) отсутствие явно выраженных обязанной и управомоченной сторон, обязанности носят взаимный, а не встречный характер;

в) безвозмездный характер отношений, который предопределяется отсутствием встречного предоставления;

г) организационное отношение характеризуется двух- или многосторонним характером в отличие от общего правила, согласно которому безвозмездное обязательство носит односторонний (простой) характер64;

д) объектом организационного отношения является поведение субъектов обязательства 65, деятельность его субъектов, направленная не на прямой экономический результат, а на создание условий для его скорейшего и более эффективного достижения. Данные отношения не носят характера имущественных, хотя и предопределяют появление таковых в будущем 66.

2) Преддоговорные отношения носят поливариантный характер, который означает, что однозначно определить природу таких отношений нельзя, а она будет различаться в зависимости от фактических обстоятельств дела. Основной разновидностью трансграничных преддоговорных

Пугинский Б.И. Коммерческое право России. М.: Юрайт, 2010. С. 314; Ефимова Л.Г. Рамочные

(организационные) договоры на внебиржевом межбанковском рынке ценных бумаг // Законы России: опыт, анализ, практика. 2006. N 7. С. 46; Долинская В.В. Прекращение договоров о создании юридических лиц // Законы России: опыт, анализ, практика. 2008. N 2. С. 35; Гражданское право: Учебник: В 3 т. / Под ред.

А.П. Сергеева. Т. 1. М., 2009. С. 24-25, 127, 851.

Гражданское право: Учебник: В 3 т. / Под ред. А.П. Сергеева. Т. 1. М., 2009. С. 25.

Гражданское право: Учебник: В 4 т. Т. 1 / Отв. ред. Е.А. Суханов. М.: Волтерс Клувер, 2006. С. 452.

См., например: Витрянский В.В. Существенные условия договора в отечественной цивилистике и правоприменительной практике // Вестник ВАС РФ. 2002. N 6. С. 78; Мейер Д.И. Русское гражданское право: В 2 ч. Ч. 2: По изд. 1902 г. М., 1997. С. 161; Гавзе Ф.И. Обязательственное право (общие положения).

Минск, 1968. С. 26; Советское гражданское право / Под ред. О.С. Иоффе, Ю.К. Толстого, Б.Б. Черепахина.

Т. 1. Л.: Изд-во ЛГУ, 1971. С. 168-172; Брагинский М.И. Общее учение о хозяйственных договорах. Минск:

Наука и техника, 1967. С. 138-139; Андреева Л.В. Существенные условия договора: споры, продиктованные теорией и практикой // Хозяйство и право. 2000. N 12. С. 90.

Гражданское право: Учебник: В 3 т. / Под ред. А.П. Сергеева. Т. 1. М., 2009. С. 851.

отношений являются трансграничные преддоговорные обязательства, как обязательства регулятивного характера: добросовестное ведение переговоров, так и обязательства охранительного характера: обязательство вследствие недобросовестного ведения переговоров. Отношения могут приобретать недоговорный 67, договорный или внедоговорный характер.

Отношения сторон, складывающиеся в процессе ведения переговоров «в чистом виде» носят недоговорный характер и стороны вступают во взаимоотношения с целью организовать дальнейшее договорное сотрудничество. В случае, если стороны заключат преддоговорное соглашение, то, соответственно, отношения сторон приобретут договорный характер. Если же сторона недобросовестным образом прекратит ведение переговоров и откажется от заключения сделки, то это будет основанием возникновения преддоговорной ответственности, которая, в свою очередь, может носить договорный, квази-договорный или деликтный характер.

Подробнее см. параграф третий второй главы.

Трансграничные преддоговорные отношения осложняются 3) приобретением комплексного характера посредством других самостоятельных отношений, возникающих на преддоговорной стадии.

Иногда для достижения своей цели трансграничные преддоговорные отношения могут сопровождаться заключением дополнительных контрактов, например, привлечение оценщика для оценки покупаемой недвижимости, медиатора, посредника для урегулирования возникших разногласий в процессе переговоров. В результате трансграничные преддоговорные отношения достигают своей цели с помощью целого комплекса самостоятельных контрактов. Если стороны переговоров привлекут третье лицо, например, медиатора для урегулирования возникших между ними споров, которое будет оказывать им определенные услуги по договору за определенную плату, то в рамках преддоговорных отношений возникают Мы используем термин «недоговорный», чтобы избежать смещения с «внедоговорными»

обязательствами.

самостоятельные отношения с медиатором. Однако в каждом отношении будут свои стороны, свое применимое право.

Возможность возникновения ответственности за culpa in VII.

contrahendo, ответственности за недобросовестное ведение переговоров, ответственности за убытки, причиненные на стадии ведения переговоров вследствие ненадлежащего исполнения виновной стороной обязанностей добросовестного поведения на преддоговорной стадии. Согласно п. 3 ст.

434.1 ГК РФ сторона, которая ведет или прерывает переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки. Убытками, подлежащими возмещению недобросовестной стороной, признаются расходы, понесенные другой стороной в связи с ведением переговоров о заключении договора, а также в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом.

Среди особенностей трансграничных преддоговорных отношений также следует сказать и об особом субъектном составе, и о системе регулирования.

Субъектами преддоговорных отношений являются стороны будущей трансграничной сделки – это так называемая «простейшая (линейная) структура преддоговорных контактов» 68. В тоже время очень часто, особенно когда речь идет о крупных компаниях, заключающих сложные сделки, в переговоры привлекаются различного рода посредники (может и по нескольку с каждой стороны), которые могут, как представлять интересы участников переговоров, оказывать помощь в успешном завершении переговоров, так и осуществлять иное содействие в процессе заключения трансграничной сделки. Данные лица являются участниками преддоговорных отношений, но по отношению к сторонам заключаемого договора - это третьи лица.

Особенностью регулирования трансграничных преддоговорных Преддоговорные правоотношения в российском гражданском праве. Дисс. к.ю.н. М., 2011. С. 29.

отношений является отсутствие системы комплексного регулирования.

Среди регуляторов общественных отношений выделяют государственные и негосударственные регуляторы, которые, в свою очередь, могут носить международный или национальный характер. Применительно к трансграничным преддоговорным отношениям следует сказать о коллизионных нормах и избираемых на их основе материально-правых нормах (так как материальные нормы международных договоров (ст. 1186 ГК РФ), закрепляющие трансграничные преддоговорные отношения, пока не разработаны). Значительную роль в регламентации трансграничных преддоговорных отношений имеет негосударственное регулирование, которое учитывает особый характер преддоговорных отношений, обусловленный категорией добросовестности, и, в определенной степени учитывает ценностное регулирование таких отношений и необходимость «мягкости» их регулирования.

Таким образом, трансграничные преддоговорные отношения предлагается понимать как основанные на принципе добросовестности частноправовые отношения, осложненные иностранным элементом, возникающие при вступлении в переговоры по поводу заключения трансграничной сделки.

Классификацию трансграничных преддоговорных отношений можно провести по нескольким основаниям.

1. По функциям можно выделить регулятивные и охранительные отношения. Регулятивные трансграничные преддоговорные отношения возникают из правомерных действий, направлены на удовлетворение тех или иных потребностей участников, закрепление и регламентацию возникших между ними отношений в их нормальном, желательном для всего общества и личности направлении. Примером можно привести преддоговорные отношения сторон, когда они подписали преддоговорное соглашение с целью регламентации порядка заключения основного договора.

Охранительные трансграничные преддоговорные отношения возникают вследствие нарушения лицом установленных правил поведения и своих обязанностей, и призваны обеспечить защиту нарушенных прав, пресечь действия нарушителя, устранить отрицательные последствия такого недобросовестного поведения, восстановить первоначальное состояние преддоговорная ответственность, возникающая вследствие недобросовестного поведения во время ведения переговоров о заключении трансграничной сделки. Все, что происходит с регулятивным отношением в результате нарушения является «взаимопревращением противоположностей» 69: регулятивное преддоговорное отношение сменяется новым охранительным преддоговорным отношением, у субъективного права возникает свойство принудительного осуществления, представляющее возможность принуждения или односторонних действий, способных привести правоотношение к цели.

2. По природе отношений, возникающих в рамках трансграничных преддоговорных отношений, можно выделить договорные и внедоговорные отношения. Трансграничные договорные отношения возникают по воле, по соглашению сторон, а внедоговорные помимо согласованной воли его субъектов, имеют односторонне обязывающий характер. При заключении преддоговорного соглашения трансграничные преддоговорные отношения приобретают договорный характер. В случае же недобросовестного прекращения переговоров в отсутствие соглашения между участниками переговоров трансграничное преддоговорное отношение приобретает внедоговорный характер.

3. По количеству участников можно выделить двусторонние и многосторонние отношения. Двусторонние отношения - это отношения будущих контрагентов заключаемой сделки. Многосторонние отношения, в свою очередь, могут включать две группы отношений: отношения сторон заключаемой сделки, например, в случае заключения трехсторонней сделки, См.: Мотовиловкер Е.Я. Теория регулятивного и охранительного права. С. 48-56, 74-80.; Гражданское право: Актуальные проблемы теории и практики / под общ. ред. В.А. Белова. М., 2008. С. 258-263.

и отношения с участием третьих лиц (третьими лицами они являются только по отношению к будущим сторонам заключаемой сделки), но они являются полноценными участниками преддоговорных отношений, обладающими правами и обязанностями и несущими ответственность.

4. Можно провести классификацию по видам заключаемого договора, отношения, направленные на заключение договора купли-продажи, аренды, лизинга, коммерческой концессии и т.п.

Подводя итог, отметим, что трансграничные преддоговорные отношения - это основанные на принципе добросовестности частноправовые отношения, осложненные иностранным элементом, возникающие при вступлении в переговоры по поводу заключения трансграничной сделки.

Трансграничные преддоговорные отношения являются отношениями sui generis, так они являются такой уникальной правовой конструкцией, которая, несмотря на определенную схожесть с другими правовыми конструкциям, не имеет аналогов в силу того, что специфические черты и характеристики трансграничных преддоговорных отношений не позволяют однозначно классифицировать их как договорные или внедоговорные, и особенность sui generis проявляется в поливариантном характере их обязательственной природы, а именно: в сложном комплексе обязательств «в динамике».

1.2. Добросовестность в трансграничных преддоговорных §отношениях.

Наибольшую трудность для судов и арбитражей представляет толкование и применение так называемых каучуковых норм - «норм, которые оставляли бы суду полную возможность выносить решение, по своему усмотрению растягивая или сужая до произвольно избранных пределов принятое законодателем правило» 70. Такие нормы содержатся как в национальных законодательствах, в том числе Российской Федерации, так и в международных договорах. Венская конвенция, например, содержит такие каучуковые нормы, как добросовестность в международной торговле, общие принципы Конвенции (ст. 7), разумное лицо (ст. 8), разумный способ и разумный срок (ст. 75), разумная замена цены (ст. 76) и др.

Нормативные акты не определяют понятие каучуковых норм, поэтому суды и арбитражи осуществляют их толкование по своему усмотрению, с учетом всех юридических и фактических обстоятельств. В случае, если по какому-либо вопросу уже имеется судебный или арбитражный прецедент, то дело намного упрощается для толкования, если его нет, то усложняется, и стороны, которые ссылаются на соответствующую каучуковую норму, вообще не представляют, какое решение может принять соответствующая судебная инстанция 71. Остановимся на понятии добросовестности, так как, составляя основное содержание отношений, складывающихся до момента заключения трансграничной сделки, она устанавливает рамки дозволенного поведения во время трансграничных переговоров и придает сторонам определенную степень уверенности в действиях другой стороны, предпринимаемых для заключения сделки.

В науке гражданского права имеет место позиция, согласно которой добросовестность рассматривается как объективная категория, как сложившийся в обществе господствующий идеал честного поведения, какого можно требовать от каждого члена общества и которым должен руководствоваться суд при оценке их поведения. Однако никто не сумел до сих пор показать, как обнаружить этот идеал, как избежать личных пристрастий суда при применении такого, весьма каучукового критерия 72.

Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право: Общие положения. Кн. 1. - 2-е изд., испр. - М.:

Статут, 1999 - С.143.

Белов А.П. Международное предпринимательское право. М., Юстицинформ, 2001. С. 275.

Более подробно см.: Новицкий И.Б. Принцип доброй совести в проекте обязательственного права // Вестник гражданского права. Пг., 1916. N 6. С. 57-69, 76-90; Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. С. 114-119.

В юридической литературе предлагаются различные определения добросовестности 73, например, И. Б. Новицкий полагал, что добрая совесть это «знание о другом, об его интересах; знание, связанное с известным доброжелательством; элемент доверия, уверенность, что нравственные основы оборота принимаются во внимание, что от них исходит каждый в своем поведении»74. Он предлагал рассматривать принцип добросовестности в объективном и субъективном значении. В объективном значении – как «известное внешнее мерило, рекомендуемое участникам гражданского оборота во взаимоотношениях друг с другом, и в таком качестве она выступает как параллельная или подсобная норма». В субъективном значении – как «определенное сознание того или иного лица, как неведение некоторых обстоятельств, с существованием которых закон связывает определенные юридические последствия» 75.

М. Г. Розенберг считает, что понятие «добросовестность», в частности, охватывает следующее: предоставление партнеру достоверных сведений о себе и о юридическом лице, от имени и в интересах которого выступает представитель; достоверная информация о товаре, являющемся предметом сделки; осуществление своих прав без нарушения охраняемых законом интересов других лиц; соблюдение правил деловой этики; принятие соответствующих мер для надлежащего исполнения договорных условий 76.

В тоже время многие цивилисты полагают, что дать определение данному понятию нельзя 77. Например, В. В. Витрянский указывает, что «...

См., например, Бартошек М. Римское право. Понятия, термины, определения. М., 1989. С. 131-132. Бабаев

В.Н. Презумпции в советском праве. Горький, 1974. С. 87.; Щенникова Л.В. Принципы гражданского права:

достижения цивилистики и законодательный эффект//Цивилистические записки: межвузовский сборник научных трудов. Выпуск 2. М.:Статут – Екатеринбург: Институт частного права. 2002. С. 58.; Емельянов В.И. Разумность, добросовестность, незлоупотребление гражданскими правами. М., 2002. С. 91.; Дроздова Т.Ю. Добросовестность в российском гражданском праве. Дисс…к.ю.н. Иркутск, 2004. С. 107.; Богданова Е.Е. Добросовестность участников договорных отношений и проблемы защиты их субъективных гражданских прав. Автореф. дисс…д.ю.н. М., 2010. С. 11-12.

Новицкий И.Б. Принцип доброй совести в проекте обязательственного права // Вестник гражданского права. Научный журнал. № 1: Т. 6. 2006. С.124.

Новицкий И.Б. Принцип доброй совести в проекте обязательственного права. С. 124-125.

Розенберг М.Г. Международная купля-продажа товаров: Комментарий к законодательству и практике разрешения споров. М., 2001. С.43-44.

См.: Новицкий И.Б. Принцип доброй совести в проекте обязательственного права // Вестник гражданского права. 1916. № 6. С. 59.

определить какие-то подходы, параметры понятия добросовестности... в принципе невозможно» 78. По мнению К. И. Скловского, «добрая совесть, имеющая не всегда совпадающее значение и функции, не может быть исчерпывающим образом определена даже доктринально, а тем более, легально»79.

В зарубежной литературе также не сложилось единого понимания добросовестности. Для А. Фарнсворта добросовестность означает «такое сотрудничество одной стороны договора, которое не лишает другую сторону разумных ожиданий в отношении договора»80. Д. Пикацо рассматривает добросовестность не только как запрет причинять вред другим лицам, но также как налагающую обязанность позитивного поведения сотрудничества81. Австралийский судья П. Финн признает, что стороны в международных коммерческих контрактах преследуют свои собственные интересы, но добросовестность требует от договаривающихся сторон принимать во внимание интересы другой стороны 82.Э. Мэсон в понятие добросовестность включает три составляющие: обязанность сторон сотрудничать для достижения цели договора, соответствие поведения стандартам честного поведения и стандартам разумности 83.

Добросовестность - это «инструмент», который используется для сокращения применения императивных конструкций права и позволяет приспосабливать регулирование международной коммерческой сделки к постоянно развивающимся обстоятельствам международной торговли 84.

К. Цвайгерт и Х. Кетц85, В. А. Канашевский 86, К. Шмитгофф87, К.

Витрянский В. Гражданский кодекс и суд // Вестник ВАС РФ. 1997. №7. С. 132.

Скловский К.И. Применение норм о доброй совести в гражданском праве России // Хозяйство и право.

2002. №9. С. 79.

Farsnworth A.E. Legal Remedies for Breach of Contract. 70 Colum. L. Rev. 1145 (1970). P. 669.

Dez-Picazo L. La Doctrina de los Actos Propios (Bosch, Barcelona 1963) 139.

Finn P.D. The Fiduciary Principle. T G Youdan (ed) Equity, Fiduciaries and Trusts. Carswell, Toronto. 1989.

Mason A. Contract and its Relationship with Equitable Standards and the Doctrine of Good Faith. The Cambridge Lectures. 1993.; Mason A. Contract, Good Faith and Equitable Standards in Fair Dealing (2000). 116 LQR 66.;

Peden E. Good Faith in the Performance of Contracts. LexisNexis Butterworths, 2003. Р. 160-170.

Corradini D. Il Criterio della Buona Fede e la Scienza del Diritto Privato. Giuffr, Milano, 1970.

Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права. В 2 т. М.: Международные отношения,

1998. Т.2. С. 5-39.

Бергер 88, А. Редферн и М. Хантер 89, Дж. Мастил 90, В. Гольдман91, К.

Шмитгофф 92, В. М. Кремадес93, Т. Карбонно относят добросовестность к общим принципам права. Общие принципы права являются достаточно сложной и спорной категорией в теории права94. Среди ученых ведутся многочисленные споры по поводу понятия, сущности, а также практической применимости общих принципов права в трансграничном торговом обороте 95.

Рассмотрение добросовестности как общего принципа права подтверждает и судебно-арбитражная практика, например, в деле BRI Production «Bonaventure» v. Pan African Export96 производитель джинсов (поставщик, Франция) заключил договор поставки с покупателем из США.

Сторонами было оговорено, что приобретаемый товар должен продаваться в Южной Америке и Африке. Поставщик неоднократно требовал Канашевский В.А. Внешнеэкономические сделки: материально-правовое и коллизионное регулирование.

С. 510.

Schmitthoff C. International Trade Usages, Institute of International Business Law And Practice Newsletter.

Special Issue. ICC Publ.440,4. Paris 1987. URL: http://www.trans-lex.org/108100 (дата обращения: 25.01.2014 г.) Berger K. P. An International Restatement of Contract Law. 1993. Kluwer Law and Taxation Publishers, Deventer. P. 544.; Berger K.P. International Economic Arbitration. 544 (1993).

Redfern A. and Hunter M. Law and Practice on International Economic Arbitration. Para. 2-61 (3rd ed., 1999).

The Rt. Hon. Justice Mustill. The New lex mercatoria: The First Twenty-five years, (1988) 4 ARBITRATION INTERNATIONAL 86.

Goldman B. The applicable law: general principles of law: the lex mercatoria, in CONTEMPORARY PROBLEMS IN INTERNATIONAL ARBITRATION 116 (Julian D.M. Lew ed., 1986).

Schmitthoff C. International Trade Usages, Institute of International Business Law And Practice Newsletter.

Special Issue. ICC Publ.440,4. Paris 1987. URL: http://www.trans-lex.org/108100 (дата обращения: 25.01.2014 г.) Cremades B.M. The Impact of International Arbitration on the Development of Business Law. 31 AM. J. COMP.

L. 526, 527 (1983).

В теории права различаются нормативная (позитивисткая, легистская) См. Теория государства и права.

Учебник/ под ред. д.ю.н., проф В.К.Бабаева. – М., 1999. С. 231.; Цыбулевская О.И. Значение общеправовых принципов для отраслевого законодательства/ Вопросы теории государства и права: новые идеи и подходы/ Под ред. М.И.Байтина. – Саратов. СГАП, 2000. Вып. 2 (11). С.75.; Теория государства и права. Учебник/ Под ред. д.ю.н., А.И.Королева, д.ю.н. Л.С.Явича – Л.: Издательство ЛГУ. 1987. С.285.; И естественно-правовая (философская, аксиологическая) школы права. См. Общая теория государства и права. Академический курс в 2-х томах/Под ред. М.Н.Марченко. Том 2. Теория права.- М.: Издательство «Зерцало», 1998. С. 22.; Общая теория права. Курс лекций/ под общей ред. д.ю.н., проф. В.К.Бабаева. – Нижний Новгород, 1993. С.128.

Zamora S. Is there customary international economic law?// International economic law. 2011. Vol. 1. P. 105Berger K.P. The creeping codification of the new lex mercatoria. Second edition-Wolters Kluwer, Law and Business. 2010. P. 263-270.; Канашевский В.А.Международное частное право. С. 288-289.; ДроздовТихомиров А.А. Правовые принципы как источник неформального регулирования коммерческих договоров //Международное право и международное частное право. Юрист, 2009. №6(51). С. 24-32; Мажорина М.В.

Общие принципы права и справедливости в регулировании трансграничных сделок // Вестник университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА). 2015. № 2. С. 91-100.

Cour d'Appel [CA][regional court of appeal] Grenoble, No. 93/3275, Feb. 22, 1995, in Journal du Droit International [J.D.I.] 632 (1995), translated in Pace Review of the Convention on Contracts for the International Sale of Goods (CISG) 379 (1998). URL: http://www.cisg.law.pace.edu/cisg/wais/db/cases2/950222f1.html (дата обращения: 22.02.2014 г.).

подтверждения места назначения приобретаемого товара как во время ведения переговоров о заключении договора, так и во время его исполнения.

Во время второй отправки товара поставщик узнал, что товар отправляется в Испанию и отказался от дальнейших отношений с покупателем. Суд, обратившись к ст. 8(1) Венской конвенции, решил, что покупатель не учел намерения поставщика, а именно его намерение поставлять джинсы для их последующей продажи в Южной Америке и Африке. Такое поведение покупателя образовало нарушение договора в значении ст. 25 Венской конвенции и согласно ст. 64 (1) Конвенции поставщик заявил о его расторжении. Суд присудил возмещение убытков в размере 10 000 франков за злоупотребление правом, решив, что поведение покупателя противоречило принципу добросовестности в международной торговле, закрепленному ст. 7 Венской конвенции.

В другом деле, рассмотренном Международным коммерческим арбитражным судом при Торгово-промышленной палате 08.02.2008 №18/2007 97, истец (российская компания) заключила контракт на поставку газа с ответчиком (молдавской компанией). Согласно контракту газ поставлялся партиями ответчику и третьей стороне - получателю. Хотя получатель и не являлся стороной контракта, было предусмотрено, что получатель должен оплачивать газ напрямую истцу. Получатель не оплачивал поставки газа, и истец потребовал оплаты газа не от получателя, а от ответчика. Когда ответчик отказался оплачивать газ за получателя, истец обратился в суд. Арбитраж отказал в удовлетворении иска по следующим причинам: 1) истец, несмотря на тот факт, что ответчик повторно проинформировал истца о безуспешной попытке получить какое-либо подтверждение от получателя его обязанности оплатить газ, поставлял газ напрямую получателю, сознательно принимая риски неоплаты. 2) истец не последовал правилам процедуры урегулирования споров, предусмотренной контрактом: в то время как стороны вступили в переговоры, получатель URL: http://www.unilex.info/case.cfm?id=1478 (дата обращения: 14.12.2013 г.).

участвовать в них приглашен не был. Согласно позиции арбитража истец в обоих случаях нарушил один из основных принципов международной торговли - принцип добросовестности, закрепленный в ст. 1.7. Принципов УНИДРУА и ст. 7, 8 Венской конвенции. Как указал арбитраж, международная практика рассматривает обязанность соблюдения добросовестности и честной деловой практики в качестве подразумеваемых обязанностей. На этом основании определение сторонами условия о поставки газа третьему лицу означает, что все лица, вовлеченные в исполнение договора, обязаны участвовать во взаимном урегулировании возникших разногласий на основании принципа добросовестности и честной деловой практики. То есть принцип добросовестности и честной деловой практики, толкуемый в трансграничных коммерческих отношениях как основной принцип, распространяет действие на поведение сторон на всем протяжении их отношений, с момента становления (начала переговоров или заключения договора) и до момента их прекращения.

В другом деле арбитраж в дополнение к принципу честного ведения дел, установленному ст. 265 Торгового кодекса Чехии, сослался и на принцип добросовестного сотрудничества как общий принцип права в обоснование юридической силы соглашения о сотрудничестве и ведении переговоров 98.

Арбитраж подтвердил, что принцип добросовестности и честной деловой практики как общий принцип трансграничных торговых отношений распространяет действие на поведение сторон на всем протяжении их взаимоотношений: с момента становления (начала переговоров или заключения договора) и до момента их прекращения99.

В деле Kolmar Petrochemicals Americas, Inc. v. Idesa Petroqumica Sociedad Annima de Capital Variab 100 продавец из Мексики и покупатель из США вели переговоры о заключении договора поставки с помощью URL: http://www.unilex.info/case.cfm?id=693 (дата обращения: 14.12.2013 г.).

URL: http://www.unilex.info/case.cfm?id=1478 (дата обращения: 18.12.2014 г.).

URL: http://www.cisg.law.pace.edu/cases/050310m1.html (дата обращения: 18.12.2014 г.).

электронных средств связи. Заказ на поставку был отправлен покупателем электронной почтой, в ответ на который продавец оговорил предварительный характер подтверждения заказа. В силу возникновения сомнений покупатель попросил позвонить ему для подтверждения заказа, но звонка или письма от поставщика не последовало. Позднее покупатель повторил свою просьбу о подтверждении поставки, что также осталось без ответа. В итоге, продавец уведомил покупателя, что сделка на выставленных условиях заключена не была, и предложил заключить договор по более высокой цене. Покупатель обратился в суд с требованием исполнения договора на первоначально оговоренных условиях. Суд первой инстанции отказал в иске и признал, что договор заключен не был в силу того, что стороны не согласовали дату и место поставки, о чем говорят и просьбы покупателя о подтверждении заказа. Суд апелляционной инстанции поддержал принятое решение и заявил об отсутствии нарушения принципа добросовестности, установленного ст. 7 Венской конвенции, так как договор заключен не был, а имели место только незавершенные переговоры. Такой же вывод сделан и о намерениях сторон:

очевидно, что стороны намеревались только вести переговоры об условиях поставки, но переговоры не завершились договором.

Принцип добросовестности как общий принцип регулирования трансграничных торговых отношений выступает и основой трансграничных преддоговорных отношений. Принцип добросовестности является нормативным регулятором трансграничных преддоговорных отношений, гарантирует их надлежащую реализацию. Стороны, вступая в трансграничные преддоговорные отношения, в большей степени, могут полагаться только на предполагаемую добросовестность своего контрагента, в случае же противоречия поведения добросовестности, это может послужить основанием для требований о возмещении убытков, причиненных таким недобросовестным поведением.

Добросовестность при ведении переговоров предполагает также такие обязанности, как обязанность раскрытия информации, соблюдение конфиденциальности, обязанность взаимодействия, лояльности, безопасности и другие. Как отмечает Ф. Бенатти, требование вести себя добросовестно включает в себя, в частности, информационную обязанность, обязанность хранить тайну переговоров и необходимость охранять интересы контрагента 101.

По мнению А.

Лиси, обязанностями, основанными на принципе добросовестного поведения во время переговоров, являются:

информационная обязанность, то есть обязанность предоставить всю существенную информацию относительно будущего контракта; требование ясности - обязанность «быть понятым» другой стороной; обязанность охранять тайну переговоров и предпринимать соответствующие меры для ее исполнения; обязанность совершить все действия, необходимые для заключения действительного контракта, например, получить все требуемые лицензии и разрешения 102.

Обязанность предоставления информации значима при построении отношений будущих контрагентов, так как получение подлинной и относящейся к заключаемой сделке информации необходимо для принятия решения о ее заключении, для защиты потенциальных инвесторов от мошеннических действий, для достижения баланса прав и интересов сторон.

Каждая сторона обязана предоставить другой стороне информацию, необходимую для принятия решения о заключении сделки, при условии, что информация не может быть получена самостоятельно и сторона, умалчивающая об определенных обстоятельствах, знает об этом103. Принцип доброй совести препятствует каждой из сторон втягивать другую в сделку, не сообщая то, что ей известно, и основываясь на незнании другой стороны о соответствующем факте, либо на том, что последняя полагает Kessler F. Culpa in Contrahendo, Bargaining in Good faith, and Freedom of Contract: A Comparative Study // Harv.L.Rev. 1964. № 77. P.401.

Lisi A. Lettere di Intenti e documenti precontrattuali nel commercio internazionale. URL:

http://www.comuni.it/servizi/praticaforense/articolo.php?idart=14. (дата обращения: 12.03.2013 г.).

April 26, 1912, Reichsgericht, 41 Juristische Wochenschrift 743.; BLOMEYER, ALLGEMEINES SCHULDRECHT 79 (2d ed. 1957).

противоположное 104. В деле O'Neill v. Phillips партнерство было определено «договором доброй совести», который предполагает, что на будущих партнеров возложена обязанность предоставлять все существенные факты, известные каждой стороне, но о которых другие лица, участвующие в переговорах о создании партнерства, не знают 105.

Обязанность раскрытия информации нашла широкое признание в отношениях франчайзинга106 и состоит в том, что на франчайзера императивно возложена обязанность раскрыть и предоставить необходимую информацию потенциальному франчайзи еще до момента заключения договора франчайзинга. Информационная обязанность франчайзера реализуется путем предоставления документа о раскрытии информации, к которому должен прилагаться проект договора франчайзинга. Модельный закон УНИДРУА о раскрытии франшизы 107 подробно описывает такой порядок и объем информации, подлежащей раскрытию. Данную практику закрепляет и Руководство ВОИС по франчайзингу108, согласно которому переговоры о заключении франчайзингового договора часто заключаются на основе определенных документов, представляемых франчайзером, таких как, предварительный договор франчайзинга, соглашение о конфиденциальности, заявления или анкеты и информационный документ о франчайзере (информация о деятельности франчайзера, экономическая и финансовая информация о его компании и общая характеристика предлагаемой франшизы). Руководство УНИДРУА о международных соглашениях мастерCarter v. Boehm (1766) 3 Burr. 1905.

O'Neill v. Phillips [1999] 1 W.L.R. 1092.

См.: Климова С.В. Правовой режим франчайзинга в национальном и международном обороте.

Дис...к.ю.н. М., 2011.; Ющенко Н.А. Правовое регулирование коммерческой концессии и франчайзинга в России и за рубежом. Дис...к.ю.н. Казань, 2008.; Багдасарян А.Ф. Гражданско-правовые проблемы заключения договора коммерческой концессии (франчайзинга). Дис...к.ю.н. М., 2008.; Бородина Ж.Н.

Правовое регулирование коммерческой концессии (франчайзинга). Дис...к.ю.н. Казань, 2005.

The Model Franchise Disclosure Law. Rome, September 2002.

обращения:

URL:http://www.unidroit.org/english/modellaws/2002franchise/2002modellaw-e.pdf (дата 12.01.2014г.).

The WIPO Guide on Franchising, 1994. Franchising Guide / International Bureau of World Intellectual Property

Organization (W1PO). – Geneva; WIPO, 1994. URL:

ftp://ftp.wipo.int/pub/library/ebooks/wipopublications/wipo_pub_480(e).pdf (дата обращения: 22.11.2013 г.).

франчайзинга109 закрепляет взаимные обязанности франчайзера, субфранчайзера и франчайзи, в том числе и по раскрытию информации.

Модельный закон УНИДРУА о раскрытии франшизы также предусматривает средства правовой защиты франчайзи в случае, если франчайзер не выполнил свои обязанности по предоставлению информации (ст. 8). Вводится запрет на ограничение или отказ от прав франчайзи, предусмотренных Модельным законом (ст. 10). Кроме того, перечислены случаи, когда предоставление информации франчайзером не является обязательным (ст. 5). Соблюдение указанных правил крайне важно для обеих сторон франчайзингового соглашения уже на договорном этапе, поскольку на основании ст. 8 Модельного закона, если франчайзер не предоставил потенциальному франчайзи на преддоговорном этапе необходимую информацию либо предоставленная информация ввела его в заблуждение, франчайзи может расторгнуть франчайзинговый договор и потребовать от франчайзера возмещения убытков. Модельным законом установлены сроки осуществления и защиты контрагентами своих нарушенных прав. Так, франчайзер может потребовать в одностороннем порядке прекратить действие договора в течение одного года со дня нарушения его прав, а право на взыскание убытков реализуется им в течение трех лет со дня нарушения.

Некоторые национальные акты закрепляют принцип обязательного предпродажного раскрытия и предоставления информации. В США Положение о франшизах 110 устанавливает административную ответственность за несоблюдение данного принципа: франчайзер должен уплатить штраф в размере 10 000 долларов США за каждое нарушение в пользу государства. Суд также может наложить запрет на дальнейшую продажу франшизы. А Федеральная комиссия по торговле наделена правом Руководство УНИДРУА 1998 г. о договорах международного мастер-франчайзинга (Guide to International Master Franchise Arrangements / International Institute for the Unification of Private Law (UNIDROIT). URL: http://www.unidroit.org/english/guides/2007franchising/franchising2007-guide-2nd-e.pdf (дата обращения: 22.11.2013 г.).

Disclosure Requirements and Prohibitions Concerning Franchising and Business Opportunity Ventures Trade Regulation Rule (FTC Rule), 16 C.F.R.pt. 436(1979).

обращаться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных нарушением обязанности предоставления информации, в пользу франчайзи.

Закон «О франчайзинге»111 Италии предусматривает, что за 30 дней до момента подписания франчайзингового договора франчайзер обязан предоставить потенциальному франчайзи договор в окончательной редакции и приложения, предусмотренные законом. На франчайзи лежит обязанность действовать честно и добросовестно и предоставлять франчайзеру сведения, необходимые для подписания франчайзингового договора. Ст. 8 Закона о франчайзинге устанавливает меры ответственности за нарушение вышеперечисленных обязанностей: если одна из сторон предоставила ложную информацию, другая сторона имеет право требовать признания договора франчайзинга недействительным на основании ст. 1439 Гражданского кодекса Италии, а также возмещения причиненных убытков.

Согласно французскому законодательству (закон от 31 декабря 1989 г.

«О развитии коммерческих торговых предприятий и улучшении их экономического, правового и социального окружения» 112, декрет от 4 апреля 1991 г. № 91-337 113 и приказом от 21 февраля 1991 г.) Будущему пользователю должны быть предоставлены документы, предусмотренные законом, не менее чем за 20 дней до момента подписания договора.

Несоблюдение данного срока влечет наложение штрафа: максимальный штраф для юридических лиц равен пятикратному размеру штрафа для физических лиц (ст. 131-41 Уголовного кодекса Франции). Максимальный штраф для физических лиц за данное деяние составляет 1500 евро, т. е. для юридических лиц - 7500 евро (ст. 131-13 Уголовного кодекса Франции).

Согласно Закону Бельгии от 19 декабря 2005 г. «Об информации, необходимой в системе договоров торговых товариществ (в системе См.: Norme per I'affiliazione della disciplina commerciale del 21 aprile 2004 (It) // Gazzetta Ufficiale. 2004. 24 maggio. No 120; URL: http://www.eff-franchise.com/italynationallevel.html (дата обращения: 18.09.2014 г.).

Этот документ более известен как закон Дубена (Loi Doubin) - он назван по имени министра, внесшего его на рассмотрение в парламент Франции. URL: http://www.eff-franchise.com/francenationallevel.html (дата обращения: 05.11.2014 г.).

Там же.

договоров франчайзинга) на преддоговорном этапе» 114 если франчайзер не предоставит франчайзи проект договора и необходимые документы, франчайзи имеет право требовать признания франчайзингового договора недействительным в течение двух лет с момента его заключения (ст. 5).

Преддоговорные информационные обязанности нашли детальное закрепление в актах Европейского Союза, в частности, в Принципах Европейского договорного права, Проекте общей справочной системы (Draft Common Frame of Reference)115, Принципах существующего договорного права Сообщества» (Принципы Acquis) 116, которые устанавливают не только круг обязанностей по предоставлению информации, но и конкретизацию предоставляемой информации, и последствия неисполнения такой обязанности. Стоит обратить внимание, что вышеуказанные документы являются актами неофициальной кодификации и не имеют обязательной юридической силы, а применяются по соглашению сторон.

Проект общей справочной системы содержит преддоговорные обязанности в главе 3 книги 1 проекта, например, ст. 3:101 определяет, что перед заключением договора на поставку товаров, иного имущества или оказание услуг предпринимателем другому лицу предприниматель обязан раскрывать другому лицу такую информацию, которую другая сторона может обоснованно ожидать и которая содержит сведения о предоставляемых товарах, ином имуществе и услугах, принимая во внимание стандарты качества, которые будут нормальными в подобных обстоятельствах. Для определении объема предоставляемой информации, раскрытие которой другая сторона может разумно ожидать в случае, если тоже является предпринимателем, следует определить будет ли не предоставление информации являться отклонением от сложившейся См.: Loi relative а l'information pre'contactuelle le carde d'accords de partenariat commercial du 19 decembre 2005 // URL: http://www.eff-franchise.com/ belgiumnationallevel.html (дата обращения: 10.11.2014 г.).

Principles, Denitions and Model Rules of European Private Law. Draft Common Frame of Reference (DCFR).

Outline Edition. 2009. URL: http://ec.europa.eu/justice/policies/civil/docs/dcfr_outline_edition_en.pdf (дата обращения: 09.01.2014 г.).

Contract I: Pre-contractual Obligations, Conclusion of Contract, Unfair Terms. Research Group on the Existing EC Private Law. European law publ., 2007.311 p.

коммерческой практики. В отношениях с потребителями закреплены специальные обязанности (ст. 3:102), в частности, не предоставлять информацию, вводящую потребителя в заблуждение о предлагаемых товарах, работах, услугах; в случае использования коммерческого предложения, оно должно содержать всю информацию, необходимую для принятия решения о заключении договора (такие как основные характеристики товара, услуги, особенности оплаты, поставки, язык, используемый для общения);

обязанность предоставления информации при заключении договора с потребителем, который находится в невыгодном положении. Проект говорит и об общих требованиях к предоставляемой информации: ясность, четкость, выраженность простым и понятным языком; требованиях к информации о цене, адресе и другой информации о предпринимателе и реализуемых им товаров, выполняемых работ или оказываемых услуг (ст. 3:106). За нарушение преддоговорной информационной обязанности Проект отсылает к общим положениям о правовых средствах защиты, применяемым в случаях нарушения любых обязательств (гл. 3 книги III), предоставив частным лицам и суду возможность самим решать, насколько те или иные правовые средства могут быть применены в каждом конкретном случае.

Мы полагаем, что добросовестность для целей трансграничных преддоговорных отношений предполагает:

а) соблюдение правил деловой этики - совокупность этических принципов и норм, которыми должны руководствоваться участники отношений;

б) учет прав и интересов других участников трансграничных преддоговорных отношений. В иностранной доктрине сложилось понятие договорного оппортунизма117, под которым следует понимать Cohen George M. Te Fault Tat Lies Within Our Contract Law // michiganlawreview.org/assets/_/cohen.pd.;

Posner E.A. A Theory of Contract Law under Conditions of Radical Judicial Error // Chicago Working Paper in Law and Economics. 1999. N 80 (2d series). P. 3.; O'Kelley Ch.T. Filling Gaps in the Close Corporation Contract: A Transaction Cost Analysis // Northwestern University Law Review. 1992. N 218. P. 222.; Kostritsky J. Plain meaning vs Broad interpretation. How the Risk of opportunism Defeats a Unitary Default Rule for Interpretation // Kentucky Law Journal. Case Legal Studies Research Paper. 2007. N 07-15. P. 7.

«преследование одной из сторон исключительно собственных интересов при игнорировании интересов контрагента» 118. Б. И. Пугинский считает, что договорный оппортунизм предполагает «...игнорирование договоров хозяйствующими субъектами, стремящимися за счет нарушений решать проблемы своих фирм...» 119. По мнению Дж. Коэна, «для договорного оппортунизма характерно навязывание одной из сторон поведения, которое способно причинить другой стороне определенный ущерб или лишить ее разумно ожидаемых выгод. Таким образом, оппортунизм вызывает уязвимость одной стороны договора перед другой стороной различными способами: использование полученной от контрагента информации для получения выгод в ущерб предоставившей ее стороны; предоставление неполной информации об обстоятельствах, имеющих значение при заключении договора и т.д.» 120. Ч. О'Келли полагает, что «при заключении договора стороны всегда преследуют собственные экономические интересы.

Однако в случае договорного оппортунизма сторона добивается реализации собственных интересов за счет контрагента, применяя такие способы, как неполное раскрытие информации, ее искажение, введение в заблуждение, обман и т.д.»121.

в) солидарность и сотрудничество при заключении трансграничной сделки - оказание другой стороне все возможное содействие в исполнении ею своих обязанностей;

г) предоставление другим участникам переговоров достоверной и полной информации, имеющей значение для заключения трансграничной сделки;

д) соблюдение конфиденциальности относительно процедуры заключения сделки и самой сделки, как в процессе трансграничных Богданова Е.Е. Принцип добросовестности в договорных отношениях в российском и зарубежном праве //Актуальные проблемы российского права. №7. Июль 2014. С.1363-1369.

Пугинский Б.И. Теория и практика договорного регулирования. М., 2008. С. 164.

Cohen George M. Te Fault Tat Lies Within Our Contract Law // michiganlawreview.org/assets/_/cohen.pd...

O'Kelley Ch.T. Filling Gaps in the Close Corporation Contract: A Transaction Cost Analysis // Northwestern University Law Review. 1992. N 218. P. 222.

переговоров, так и впоследствии.

В силу природы добросовестности исчерпывающим образом дать ей определение не представляется возможным. Она относится к оценочным понятиям, «не разъясняемым законодателем с тем, чтобы они конкретизировались путем оценки в процессе применения права и позволяли осуществлять в пределах зафиксированной в нем общности индивидуальную регламентацию общественных отношений» 122. Это позволяет участникам коммерческого оборота регулировать свои отношения, а суду – решать спор с учетом конкретной ситуации. Р. Циммерманн называет добросовестность «открытой нормой» 123, что означает такое закрепление понятия в законодательстве, при котором суд самостоятельно устанавливает его содержание и решает конкретный спор исходя из представлений о том, соблюдалась или нет добросовестность стороной.

Обязанность добросовестного поведения во время ведения переговоров о заключении договора находит свое закрепление и в национальных законах.

Например, ст. 1375 Гражданского кодекса Квебека установлено общее требование о том, что поведение сторон должно быть добросовестным, как при возникновении обязательства, так и при его исполнении или прекращении 124; ст. 1337 Гражданского кодекса Италии налагает на стороны обязанность вести себя во время переговоров добросовестно, и эта обязанность не зависит от исхода переговоров 125. Согласно ст. 12 Закона Израиля о договорах (общая часть) при проведении переговоров по преддоговорным спорам стороны должны действовать в соответствии с общепринятыми нормами и добросовестно. Сторона, действовавшая недобросовестно либо в противоречии с принятыми нормами при проведении переговоров по преддоговорным спорам, обязана выплатить Кашанина Т.В. Роль оценочных понятий в правовом регулировании применение советского права. Сб.

уч. труд. Свердловск, 1974. Вып. 30. С. 125.

Zimmermann R. The Law of Obligations: Roman Foundations of the Civilian Tradition (1992). Р. 30.

Гражданский кодекс Квебека / Науч. ред.: Козырь О.М., Маковская А.А. - М.: Статут, 1999. С. 220.

Гражданский кодекс Италии. Принят королевским декретом № 262 от 16 марта 1942 г. URL:

http://www.wipo.int/wipolex/en/details.jsp?id=2508 (дата обращения: 29.08.2013 г.).

другой стороне денежную компенсацию за ущерб, причиненный ей вследствие ведения таких переговоров или заключения договора 126.

Гражданский Кодекс Голландии 1992 г. не содержит общих положений о преддоговорной ответственности, но такие положения сформулированы судебной практикой. Верховный суд Голландии в 1957 году вынес решение по делу Baris – Riezenkamp 127, согласно которому участники переговоров являются «стороной правоотношения, подчиненного принципу доброй совести», а поэтому, им следует учитывать законные интересы каждого участника переговоров. Данное решение является своего рода «отправной точкой» для последующего развития теории преддоговорной ответственности в гражданском праве Нидерландов» 128. Позже, рассматривая дело Booy-Wisman, суд предписал в качестве обязанности продавца раскрывать существенные факты покупателю в ходе переговоров129. Следует учитывать, что в приведенных примерах споры были связаны с заключенными договорами, и принцип добросовестного ведения переговоров определялся в рамках теории введения в заблуждение.

Подходы к пониманию добросовестности различаются в странах романо-германской правовой семьи и странах англосаксонской семьи. Если страны романо-германской правовой семьи закрепляют в национальных законодательствах как общую обязанность добросовестности, так и обязанность добросовестного ведения переговоров или ответственность за нарушение данной обязанности, а доктрина и судебная практика развиваются в направлении защиты прав и интересов добросовестной стороны во время ведения переговоров, то страны англосаксонской правовой семьи придерживаются других подходов. Различия подходов осложняют выработку единого понимания добросовестности в трансграничных преддоговорных См.: Закон о договорах (общая часть). 1973 г. // Гражданское право Израиля. Законодательство зарубежных стран. СПб., 2003. С. 263.

Baris – Riezenkamp. HR Nov. 15. 1957. Nederlandse Jurisprudentie. 1958. P. 67.

Precontractual Liability in European Private Law (The Common Core of European Private Law). Ed. by Cartwright J., Hesselink M. Cambridge University Press 2008. P.46.

Booy-Wisman. HR Jan 21. Nederlandse Jurisprudentie.1966. P.183.

отношениях и создают трудности при квалификации обязательств, возникающих вследствие недобросовестного ведения переговоров.

В английском праве отсутствует общая доктрина добросовестности, но все же это понятие не является для него чуждым. Если договор прямо предусматривает обязательство стороны действовать добросовестно, она будет связана таким обязательством. В деле Compass Group UK and Ireland Ltd. (trading as Medirest) v. Mid Essex Hospital Services NHS Trust 130 было установлено, что содержание обязанности добросовестного сотрудничества, в большей мере, определялось контекстом. Обязанность могла предполагать как честное поведение, без злого умысла, так и строгое соблюдение договора в рамках его конкретных формулировок. В данной ситуации конкретное обязательство означало только согласие сторон на честное взаимодействие в стремлении к двум заявленным целям.

Суд в деле Horn v. Commercial Acceptances 131 решил, что нечестные действия не влекут с необходимостью нарушение обязательств добросовестности, для определения которого (нарушения) нужно анализировать само поведение сторон. В деле Petromec v. Petroleo 132 суд отметил, что определение добросовестности или недобросовестности в отношении обязательства добросовестного ведения переговоров может быть трудной, но выполнимой задачей. Таким образом, суды признают, что наличие в договоре явно выраженного обязательства добросовестности говорит о том, что оно имеет значение для сторон, но в случае судебного спора должно подлежать толкованию для выявления намерения сторон.

Тем не менее, обязанность продолжать переговоры на добросовестной основе по своей сути является несовместимой с позицией противостояния, присущей сторонам, когда они вовлечены в таковые, и неработающей на Compass Group UK and Ireland Ltd. (trading as Medirest) v. Mid Essex Hospital Services NHS Trust. [2012] All ER (D) 230 (Mar).

Horn v. Commercial Acceptances. 2011. EWHC 1757 (Ch).

Petromec v. Petroleo. 2006. 1 Lloyd's Report 121.

практике133. В США, несмотря на то, что ст. 2 Единообразного торгового кодекса, регулирующая договор купли-продажи товаров134 и § 205 Свода (второго) договорного права (1981) 135 устанавливают общую обязанность контрагентов действовать добросовестно, она не распространяется на процесс заключения договора. В данных странах преобладающую роль играют принцип свободы договора136 и алеаторная теория, согласно которой любое вмешательство права в процедуру заключения договора, когда стороны еще не связали себя договорными обязательствами и не совершили деликта, будет являться нарушением принципа свободы договора137. В деле Petromec Inc v. Petroleo Brasileiro SA Petrobras суд назвал три традиционных возражения против возможности принудительного обеспечения соблюдения обязательства добросовестно вести переговоры: 1) данное обязательство представляет собой соглашение о заключении договора в будущем, которое является слишком неопределенным, чтобы быть обеспечено правом, 2) в случае окончания процесса ведения переговоров зачастую достаточно проблематично установить является ли такое завершение отношений добросовестным или нет, 3) в силу того, что нельзя определить привели ли именно переговоры, добросовестно проведенные сторонами, к достижению соглашения, или установить условия возможно достигнутого соглашения, то и нельзя оценить потенциальные убытки, причиненные нарушением такого Walford v. Miles [1992] 2 A.C. 128. Еще в XVIII веке принцип добросовестности нашел отражение в английской судебной практике. Так в деле Сarter v. Boehm в 1766 г. Лорд Менсфилд подчеркивал, что принцип добросовестности должен применяться в отношении всех договоров и сделок. Однако в 19- начале 20 вв. этот подход не получил поддержки. Данный факт связан с распространением юридического позитивизма с его неприязнью к правовым принципам, которые содержат этические компоненты, а также стремлением к правовой определенности, отражавшие развитие либерализма. См.. Farnsworth A. Good faith performance and reasonableness under UCC// University of Chicago law Review. Vol. 30. №4. 1963. P. 666, 670.

Uniform Commercial Code. URL: http://www.law.cornell.edu/ucc (дата обращения: 03.03.2014 г.).

Restatement (Second) of Contracts (Selected Sections).

URL:http://home.comcast.net/~rnhauck/BusLaw/201RestConts.pdf (дата обращения: 25.01.2014 г.).

В англо-американском договорном праве выделяют два дихотомических понятия свободы: позитивную свободу договора (свобода заключения договора) и негативную свободу договора (свобода от договора).

Свобода от договора означает право при начатых преддоговорных переговорах, но до заключения договора отказаться от его заключения. См: Осакве К. Свобода договора в англо-американском праве: понятие, сущность и ограничения// Журнал российского права. 2006. № 7. С. 85.

Лорд Акнер указывал, что «обязанность добросовестности при проведении переговоров по заключению договора является по самой своей природе несовместимой с противоположными позициями оппонентов, ведущих переговоры». См.: Walford v. Miles [1992] 2 AC 128 URL: http://www.lawsociety.com.au (дата обращения: 12.10.2013 г.).

обязательства138.

Однако постепенно под влиянием права Европейского Союза, особенно под действием Директивы о несправедливых условиях в договоре с потребителем 139 и традиций стран романо-германской правовой семьи, длительно существовавшая враждебность к принципу добросовестности в определенных областях ослабляется (например, в отношениях с потребителями, в отношениях страхования) 140. Так, в Англии принят закон о несправедливых условиях в договоре с потребителем 1999 г., в который полностью имплементировано положение директивы ЕС. Также в английском статутном и общем праве закрепилось правило uberrimae fide utmost good faith 141. Подобное развитие способствовало тому, что в доктрине английского и американского права начинают складываться определенные воззрения о категории добросовестности и ее понимании 142.

Суды Англии и США прибегают к использованию других концепций вместо добросовестного ведения переговоров:

-концепция подразумеваемых условий договора, в данном случае речь идет о подразумеваемых обязанностях вести начатые переговоры добросовестно и приложить все усилия, чтобы довести переговоры либо до Petromec Inc v. Petroleo Brasileiro SA Petrobras (No. 3) [2005] EWCA Civ 891, [2006] 1 Lloyd's Rep. 121.

Директива Европейского Совета № 93/13/ЕЕС от 5 апреля 1993 о несправедливых условиях в потребительских договорах. Официальный журнал L 095. 21/04/1993. С. 29 - 34.

См. Steyn J.Z. Contract Law: Fulfilling the Reasonable Expectations of Honest Men. 1997.The Law Quarterly Review 433, P. 438.; Beatson J., Friedmann D. in: Beatson/Friedmann (eds.), Good Faith and Fault in Contract Law. Clarendon Press, 1997. P. 5, 13.

«Uberrimae fide utmost good faith» в английском праве обозначает соблюдение принципа наивысшего доверия, высшей добросовестности при заключении и исполнении требований договора. В целом, требование высшей добросовестности в Англии, как и во всем мире, применяется к договорам страхования и перестрахования. В соответствии с его доктриной стороны указанных договоров обязаны вести себя предельно добросовестно и честно по отношению друг к другу, страхователь и перестрахователь должны сообщать своим контрагентам полную и достоверную информацию об объекте страхования, обо всех обстоятельствах, влияющих или могущих влиять на степень вероятности наступления страхового случая, на размер убытков, как до заключения договора, так и в период их действия.

Подробнее см.: Wightman J. Good Faith and Pluralism in the Law of Contract. – Good Faith in Contract:

Concept and Context.; R. Brownsword, N.J. Hird, G. Howells (eds.). Dartmouth: Ashgate Publishing Company.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |



Похожие работы:

«Center for Scientific Cooperation Interactive plus Кузьмичева Дарья Александровна магистрант ФГБОУ ВО "Саратовский национальный исследовательский государственный университет им. Н.Г. Чернышевского" г. Саратов, Саратовская область СУЩНОСТЬ ИНВЕСТИЦ...»

«Голобородкина Елена Вячеславовна СОВЕРШЕНИЕ ОСПОРИМОЙ СДЕЛКИ КАК ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВОНАРУШЕНИЕ 12.00.03 – гражданское право, предпринимательское право, семейное право, международное частное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель док...»

«Павлова Мария Алексеевна ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ПОРЯДКА ОТКРЫТИЯ, ВЕДЕНИЯ И ЗАКРЫТИЯ БАНКОВСКИХ СЧЕТОВ Специальность 12.00.03 – гражданское право, предпринимательское право, семейное право, международное частное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук На...»

«УПРАВЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ РЕГИСТРАЦИИ ПРАВА И КАДАСТРА СЕВАСТОПОЛЯ 299011, г. Севастополь, ул. Ленина. 2, тел. (0692) 54-42-14, факс (0692) 54-20-53 ПРИКАЗ "25" ноября 2014 года № 082-П Об утверждении Памятки...»

«энциклопедический словарь / Гл. ред. В. Н. Ярцева. – М. :Сов. энциклопедия, 1990. – С. 9. 6. Расторгуев В.Н. Единодержавие: новые лики тоталитаризма // Вестник Московского университета....»

«http://www.institutemvd.by/ модели в рамках сокращения сроков обучения и цикла гуманитарных дисциплин является такая специфическая особенность системы высшего юридического образования в Российской империи, как ярко выраженная и акцентированная практическая подготовка юристов. Библиографический сп...»

«НАЦІОНАЛЬНИЙ СТАНДАРТ УКРАЇНИ Система стандартизації та нормування в будівництві ВИМОГИ ДО ПОБУДОВИ, ВИКЛАДАННЯ, ОФОРМЛЕННЯ ТА ВИДАННЯ БУДІВЕЛЬНИХ НОРМ ДСТУ Б А.1.1-91:2008 Введено: "ИМ Ц" (г. Киев, просп. Кр...»

«Правовая сущность брачного договора Тюгаев Анатолий Сергеевич Студент Филиал Казанского государственного университета им. В. И. Ульянова-Ленина, Набережные Челны, Россия E-mail: Anatolii27@yandex.ru Введение Задумывался ли кто-ли...»

«Православие и современность. Электронная библиотека Андрей Сазанов Библейская археология © Holy Trinity Orthodox Mission Содержание Часть 1 Введение Города израильтян в Египте Из путеводителя Этерии Израильтяне на Синае Ассирийские города и хронология книги Бытия Кни...»

«Елена Михайловна Филиппова Недвижимость: покупка, продажа, приватизация Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=6090336 Недвижимость: покупка, продажа, приватизация /Сост....»

«Информация о криминальной ситуации, происшествиях и мероприятиях, проводимых на территории обслуживания Управления МВД России по городскому округу Химки (с 10.05.2017г. по 17.05.2017г.) Общая характеристика За период с 1...»

«Тимур Тажетдинов Андрей Алексеевич Парабеллум Николай Сергеевич Мрочковский Как стать первым на YouTube. Секреты взрывной раскрутки Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=7626664 Как стать первым на YouTube: Секреты взрывной раскрутки / Тимур Тажетдинов, Ник...»

«Знаменская Вера Сергеевна ПРАВОВАЯ ОХРАНА НАИМЕНОВАНИЙ МЕСТ ПРОИСХОЖДЕНИЯ ТОВАРОВ В РОССИИ И ЗА РУБЕЖОМ 12.00.03 – гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право ДИСС...»

«НАКЛАДНЫЕ НЕ ДОГОВОР. ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ СОГЛАСОВАНИЯ СУЩЕСТВЕННЫХ УСЛОВИЙ ДОГОВОРА В своей профессиональной деятельности практически каждый юрист сталкивается со следующей ситуацией. Нео...»

«Ирина Лазаревна Муравьева Имя женщины – Ева Текст книги предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8870539 Имя женщины – Ева: Эксмо; Москва; 2015 ISBN 978-5-699-80205-0 Аннотация Закончилась Вторая мировая война. Ленинградский подросток Гриша Нарышкин, угнанный...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА И ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ ПРИ ПРЕЗИДЕНТЕ РФ МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ М. В. ЛОМОНОСОВА ЮРИДИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ ПРОБЛЕМЫ РЕАЛИЗАЦИИ ПРИНЦИПОВ ПРАВА В ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ Монография От...»

«СВЯТО НИКОЛАЕВСКИЙ Кафедральный Собор ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ В АМЕРИКЕ Июль 2007 г. St. Nicholas Cathedral, 3500 Massachusetts Avenue, NW Washington, DC 20007 Phone: 202 333-5060~Fax: 202 965-3788~www.stnicholasdc.org ~ www.oca.org настоятель  протоиерей Константин Уайт. Иерей Валерий Шемчук.    СВЯЩЕННОСЛУЖИТЕЛИ: По...»

«УДК 821.161.1-31 ББК 84(2Рос=Рус)6-44 Н56 Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается. Фотография Натальи Нестеровой — Дмитрий Романов Оформление — Екатерина Елькина Не...»

«ЗАКОН РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ 17 июля 2002 г. № 127-З О географических указаниях Принят Палатой представителей 18 июня 2002 года Одобрен Советом Республики 28 июня 2002 года Изменения и дополнения: Закон Республики Беларусь от 29 октября 2004 г. № 319-З (Национальный реестр пра...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "ПЕРМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ...»

«Общество с ограниченной ответственностью "Интер РАО – Центр управления закупками" Б. Пироговская ул., д. 27, стр. 3, Москва, 119435 Тел.: +7 (495) 664 8840, Факс: +7 (495) 664 8841, E-mail...»

«Приложение к постановлению администрации города Мурманска от 12.12.2016 № 3781 Устав муниципального бюджетного учреждения "Централизованная бухгалтерия по обслуживанию структурных подразделений администрации города Мурманска"1. Общие положения 1.1. В соответствии с постановлением администрации города Мурманска от 19.12.2011 №...»

«Свободное программное обеспечение – как альтернатива проприетарному и контрафактному ПО – его проблемы и перспективы.1 Борисов В.В., Кунявский М.В. Социальные аспекты цифровых технологий. В своей книге Свободная культура [1] основатель организации Creative Commons ("Творческие общины...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "ПЕРМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИ...»

«Ольга Викторовна Белякова Колдовство в полнолуние Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=6181809 Колдовство в полнолуние / О. В. Белякова: Научная книга; Москва; 2013 Аннотация Полнолуние всегда казалось нам чем-то загадочным. В э...»








 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.