WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

«ОСПОРИМЫЕ СДЕЛКИ В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ РОССИИ ...»

-- [ Страница 1 ] --

МОСКОВСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ЮРИДИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ

На правах рукописи

Сухочев Алексей Викторович

ОСПОРИМЫЕ СДЕЛКИ В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ РОССИИ

Специальность 12.00.03 – гражданское право; предпринимательское право;

семейное право; международное частное право.

Диссертация

на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

.

Научный руководитель:

доктор юридических наук, профессор А.М. Эрделевский Москва - 2008 СОДЕРЖАНИЕ Стр.

Введение…………………………………………………………………… 3 Глава 1 Понятие исполнения оспоримой сделки, признанной судом недействительной…..…...…………….…….………………….… 11 Признаки исполнения оспоримой сделки, признанной судом 1.1.

недействительной …..………………………………

Элементы состава исполнения оспоримой сделки, признанной 1.2.

судом недействительной ……………….………………………………… 53 Глава 2. Отдельные составы исполнений оспоримых сделок, признанных судом недействительными……………

2.1. Составы исполнений оспоримых сделок с пороками субъекта, признанных судом недействительными

2.2. Составы исполнений оспоримых сделок с пороками воли, признанных судом недействительными …..…………………………… 104 Заключение ……………………………………………………………….. 152 Библиография…………………………………………………………….. 175 Введение Актуальность темы исследования.

Рыночные экономические реалии Российской Федерации потребовали принятие новых нормативно - правовых актов. Одним из основополагающих правовых актов, регулирующих экономические отношения, является Гражданский кодекс Российской Федерации. С момента его принятия прошло уже много времени. Практика применения ГК РФ позволила подтвердить правильность вывода о том, что «практически весь текст Гражданского кодекса решает задачу регулирования договоров»1. Исходя из гл. 9 ГК РФ, а именно п. 1 ст. 154, договор допустимо рассматривать как двух- или многостороннюю сделку. Глава 9 ГК РФ включает в себя также нормы, регулирующие недействительность сделок, которые имеют существенное значение для возникновения и развития гражданско – правовых отношений. Так, согласно п.1 ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью.

Пренебрежение нормами, содержащимися в гл. 9 ГК РФ, и, как следствие, совершение недействительной сделки влечет за собой ненаступление тех последствий, на которые лица рассчитывали, вступая в гражданские правоотношения. Таким образом, признание соответствующей сделки недействительной не позволяет судить о наличии обязательственных правоотношений или возникновении соответствующих вещных прав.

Статистические данные позволяют сделать вывод о росте числа споров о недействительности договоров (сделок), рассматриваемых арбитражными судами. По этому поводу О.Н. Садиков верно отмечает, что «в обзорах арбитражных споров, публикуемых в «Вестнике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации», уже традиционным становится специальный раздел, посвященный спорам о недействительности сделок, содержание См. Витрянский В.В. Гражданский кодекс о договоре // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1995. № 10. С. 100.

которого постепенно становится многостраничным»1. По-прежнему актуально мнение К.И. Скловского о том, что «оспаривание заключенных сделок и признание их судами недействительными приобрело почти эпидемический характер»2. Более того, все больше становится сторонников того взгляда, что «при желании можно опорочить в суде практически любую сделку»3. Все это позволяет сделать вывод, что апеллирование к недействительности сделки стало надежным инструментом, используемым недобросовестными субъектами гражданского оборота, для уклонения от исполнения обязательств.





Увеличение числа недействительных сделок, включая оспоримые сделки, признанные судом недействительными, явилось, в том числе и результатом несоблюдения субъектами гражданского оборота при совершении и исполнении сделок условий их действительности, что обусловлено снижением внимания указанных субъектов к проверке наличия таких условий.

Одной из причин этого является отсутствие в законодательстве четкого указания об отнесении совершения и исполнения недействительных сделок к неправомерным действиям. Закрепление этого положения повлекло бы за собой увеличение внимания к условиям действительности сделок и проверке их наличия при совершении конкретных сделок. А это свидетельствовало бы об усилении регулятивного воздействия гражданского права и создании условий для применения мер, направленных на предупреждение совершения недействительных сделок, что, в конечном счете, сказалось бы на стабильности гражданского оборота.

Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в связи с исполнением оспоримых сделок, впоследствии признанных судом недействительными.

Садиков О.Н. Недействительные и несостоявшиеся сделки // Юридический мир. 2000. № 6. С. 7 Скловский К., Ширвис Ю. Последствия недействительной сделки // Закон. 2000. № 6, С. 112 Щекин Д.М. Налоговые последствия недействительных сделок // Ваш налоговый адвокат. Консультации, рекомендации. Вып. 2 (8). 1999. С. 11.

Предметом исследования выступают действия по исполнению оспоримых сделок, признанных судом недействительными.

Цели и задачи исследования. Цель диссертационного исследования состоит в изучении теоретических вопросов исполнений оспоримых сделок, признанных судом недействительными, судебной практики по делам о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности, выработке на этой основе предложений по совершенствованию действующего российского гражданского законодательства и практики его применения.

Для достижения указанной цели предполагается решить следующие задачи:

Рассмотреть признаки действий по исполнению оспоримых 1.

сделок, признанных судом недействительными.

Исследовать элементы состава исполнений оспоримых сделок, 2.

признанных судом недействительными.

Проанализировать отдельные составы исполнений оспоримых 3.

сделок с пороками субъекта, признанных судом недействительными.

Выявить элементы отдельных составов исполнений оспоримых 4.

сделок с пороками воли, признанных судом недействительными.

Методологическую основу диссертационного исследования составили как общенаучные, так и специальные частно – научные методы:

историко-правовой и формально-юридический, метод сравнительного правоведения и системного анализа юридических явлений и др.

Теоретическую основу исследования составили труды отечественных и зарубежных ученых: М.М. Агаркова, С.С. Алексеева, М.И. Брагинского, С.Н. Братуся, Д.Н. Бахраха, В.В. Витрянского, А.В. Венедиктова, В.П.

Грибанова, О.С. Иоффе, О.А. Красавчикова, О.Э. Лейста, Л.А. Лунц, Н.С.

Малеина, Г.К. Матвеева, Д.И. Мейера, А.И. Масляева, И.Б. Новицкого, В.А.

Ойгензихта, С.А. Оганесяна, И.С. Перетерского, И.А. Покровского, Н.В.

Рабинович, В.А. Рясенцева, О.Н. Садикова, И.С. Самощенко, А.П. Сергеева, Е.А. Суханова, В.Л. Слесарева,, В.А. Тархова, В.М. Хвостова, Ф.С. Хейфеца, Е.А. Флейшиц, В.П. Шахматова, Г.Ф. Шершеневича, и др.

Нормативная и практическая база исследования. В качестве нормативной основы исследования было использовано действующее законодательство Российской Федерации, а также законодательство СССР.

Практическую базу составили Постановление Конституционного Суда Российской Федерации, Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Постановления и Информационные письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ, обзоры судебно – арбитражной практики, судебные дела Федерального Арбитражного Суда Восточно Сибирского округа, Федерального Арбитражного суда

– Московского округа, Федерального Арбитражного Суда Поволжского округа, Федерального Арбитражного Суда Северо – Западного округа, Федерального Арбитражного суда Центрального округа, Федерального Арбитражного Суда Уральского округа.

Научная новизна.

Научная новизна работы состоит в том, что настоящее исследование представляет собой первое комплексное исследование исполнений оспоримых сделок, признанных судом недействительными, и заключается в следующем:

проанализированы признаки исполнений оспоримых сделок, впоследствии признанных судом недействительными, что позволило сделать вывод о возможности отнесения их к неправомерным опасным действиям, могущим повлечь гражданско – правовую ответственность;

- сформулированы элементы составов исполнений оспоримых сделок, признанных судом недействительными;

- рассмотрены отдельные составы исполнений оспоримых сделок, признанных судом недействительными.

- подготовлены конкретные предложения по совершенствованию действующего законодательства.

Положения, выносимые на защиту:

На момент рассмотрения судом иска о признании оспоримой 1.

сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, сделка уже должна рассматриваться не как оспоримая, то есть указывающая на возможность ее оспаривания, а как оспоренная, то есть указывающая на факт подачи уполномоченными в законе лицами заявления об ее оспаривании. Следовательно, недействительной сделкой следует рассматривать не оспоримую сделку, а оспоренную сделку, в отношении которой есть соответствующее вступившее в законную силу решение суда. В связи с этим необходимо внести соответствующие изменения в законодательство.

Ответственность, которую может повлечь исполнение оспоримой 2.

сделки, признанной судом недействительной, как неправомерное действие нельзя однозначно отнести либо к деликтной, либо к договорной. В связи с этим, можно вести речь об отдельном виде ответственности. Элементами влекущего ответственность состава исполнения оспоримой сделки, признанной судом недействительной, являются: объект, субъект, объективные и субъективные элементы.

В статье 176 Гражданского кодекса России идет речь о 3.

возможности признания недействительных сделок гражданина, ограниченного судом в дееспособности по причине создания тяжелого материального положения семьи вследствие злоупотребления спиртными напитками или наркотическими средствами. О тяжелом материальном положении семьи гражданина, злоупотребляющего спиртными напитками или наркотическими средствами, однозначно можно говорить, если, вследствие злоупотребления этим гражданином спиртными напитками или наркотическими средствами, сумма денежных средств, принадлежащих его семье, становится меньше суммы размеров прожиточного минимума, определенных для каждого из членов семьи указанного гражданина исходя из норм российского законодательства.

Действующий Гражданский кодекс Российской Федерации 4.

позволяет признавать недействительными сделки гражданина, ограниченного в дееспособности вследствие злоупотребления спиртными напитками.

Однако, согласно действующему российскому законодательству, спиртные напитки представляют собой лишь один вид алкогольной продукции. В то же время, злоупотребление гражданином иной алкогольной продукцией, нежели спиртные напитки, также может привести к тяжелому материальному положению его семьи, что также должно приводить к ограничению дееспособности гражданина и соответственно возможности признания его определенных сделок недействительными. В связи с этим, необходимо внесение соответствующих изменений в законодательство, которые позволят признавать недействительными сделки гражданина, ограниченного в дееспособности вследствие злоупотребления не только спиртными напитками, но и иной алкогольной продукцией.

Исходя из статьи Гражданского кодекса Российской 5. 26 Федерации, по основанию, установленному статьей 175 Гражданского кодекса Российской Федерации, не могут быть признаны недействительными сделки несовершеннолетнего от 14 до 18 лет, связанные с внесением вкладов в кредитные учреждения и распоряжением ими. Действующим Гражданским кодексом учреждения отнесены к некоммерческим организациям. В то же время российским законодательством право на привлечение во вклады денежных средств физических лиц предоставлено банкам, которые созданы как хозяйственные общества, являющиеся коммерческими организациями. С целью недопущения возможности оспаривания сделок несовершеннолетнего от 14 до 18 лет, связанных с внесением вкладов и распоряжением ими, необходимо устранить имеющиеся противоречия.

В статьях 175, 176, 177, 178, 179 Гражданского кодекса 6.

Российской Федерации закреплено ограничение ответственности путем установления обязанности возмещения лишь причиненного реального ущерба. Это не способствует надлежащему предупреждению совершения и исполнения соответствующими лицами оспоримых сделок, упомянутых в указанных нормах законодательства. Полагаем, что в этих правовых нормах должна быть установлена обязанность возместить не причиненный реальный ущерб, а причиненные убытки и моральный вред.

Согласно статье 178 ГК РФ, сторона, по иску которой сделка 7.

признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненного ей реального ущерба, если докажет, что заблуждение возникло по вине другой стороны. Считаем, что в законодательстве следует закрепить возможность наступления ответственности и для случая, если лицо, хотя и не виновно в возникновении заблуждения, под влиянием которого совершена сделка, однако, совершая сделку, знало или должно было знать о наличии такого заблуждения у другой стороны сделки.

Крайнюю невыгодность сделки следует рассматривать как 8.

превышение (занижение) цены предмета сделки по сравнению с ценой, которая обычно взимается за аналогичный предмет сделки в отсутствии стечения тяжелых обстоятельств. При признании недействительными кабальных сделок о крайней невыгодности сделки однозначно можно вести речь, если цена предмета сделки превышена (занижена) по сравнению с ценой, которая обычно взимается за аналогичный предмет сделки в отсутствии стечения тяжелых обстоятельств, в два раза.

Теоретическая и практическая значимость исследования состоит в том, что результаты исследования, научные положения, выводы и предложения углубляют теорию гражданского права и могут быть использованы для последующего изучения рассмотренных вопросов с целью выработки предложений по оптимизации действующего законодательства.

Изложенный в диссертации анализ составов исполнений оспоримых сделок, признанных судом недействительными, позволяет осуществлять более точную их квалификацию, что может быть полезно при разрешении конкретных судебных споров и выработки судебной правоприменительной практики. Сформулированные в процессе исследования выводы также могут быть применены при подготовке учебно – методических пособий и преподавании соответствующих учебных дисциплин.

Апробация результатов исследования. Диссертация выполнена и обсуждена на кафедре гражданского и семейного права Московской государственной юридической академии. Положения диссертационного исследования отражены в ряде научных публикаций автора1. Некоторые выводы диссертационного исследования изложены диссертантом в выступлениях на научно – практических конференциях. Результаты проведенного исследования применялись автором в практической деятельности.

Структура диссертации и ее объем обусловлены целями, задачами и логикой исследования. Диссертационное исследование включает в себя введение, две главы, заключение, список использованной литературы.

Понятие недействительной сделки как гражданского правонарушения // Вестник Самарской государственной экономической академии (специальный выпуск) «Актуальные проблемы правоведения» г. - № 3 (9) - С. 160-164; Виновность лица – признак не всех гражданских правонарушений //

Современные проблемы публично – правового и частно – правового регулирования: теория и практика:

Материалы международной научно – практической конференции, посвященной памяти доктора юридических наук, профессора Орданского Марка Семеновича. Часть II. – Уфа: РИО БашГУ - 2005 г. С.

151-155. Вопросы квалификации сделок, совершенных предпринимателями под влиянием обмана // Проблемы правового регулирования предпринимательской деятельности: Материалы международного научного форума «Региональное развитие России: перспективы конкурентоспособности и политика», 16-18 мая 2005 года. Ч. 4 / Отв. ред. А.Е. Пилецкий. – Самара: Изд-во Самар. гос. эконом. акад., 2005. С. 185-188.

Понятие состава недействительной сделки как гражданского правонарушения // Правовое регулирование деятельности хозяйствующего субъекта: Материалы междунар. науч.-практ. конф. «Проблемы развития предприятий: теория и практика». 24-25 ноября 2005 г. Ч. 4 / Отв. ред. А.Е. Пилецкий. – Самара: Изд-во Самар. гос. эконом. акад., 2005. С. 185-188.; Объективные элементы состава недействительной сделки как «особого» гражданского правонарушения. // Вестник Самарской государственной экономической академии (специальный выпуск) «Актуальные проблемы правоведения». - 2005 г. - № 2 (11) С. 111-116. Состав кабальной сделки. // Проблемы теории и юридической практики в России: Материалы междунар. науч.практ. конф. молодых ученых, специалистов и студентов. 2-3 марта 2006 года / Отв. ред. А.Е. Пилецкий. – Самара: Изд-во Самар. гос. эконом. ун-та, 2006. – С. 154-158.; Субъективные элементы состава недействительной сделки как «особого» гражданского правонарушения // Вестник Самарской государственной экономической академии (специальный выпуск) «Актуальные проблемы правоведения». г. - № 1 (13) С. 82-85.; Опасность и противоправность как признаки оспоримых сделок, признанных судом недействительными // Вестник Башкирского университета. – Уфа: РИО БашГУ. 2006 г. № 4. С. 124

–  –  –

Согласно ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Данная статья расположена в главе ГК РФ, посвященной сделкам. В связи этим, для выяснения сущности недействительных сделок необходимо рассмотреть понятие сделки. Согласно, ст. 153 действующего ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. В статье же 26 ГК РСФСР 1922 г. говорилось о сделках как о действиях, направленных на установление, изменение или прекращение гражданских правоотношений. Таким образом, грамматически нынешнее легальное определение сделки отличается от определения, содержащегося в ГК РСФСР 1922 г., тем, что направленностью сделки является установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, а не гражданских правоотношений. Однако, по нашему мнению, установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей невозможно без соответствующего установления, изменения или прекращения гражданских правоотношений. В ст. 41 ГК РСФСР 1964 г. было указано, что сделками признаются действия граждан и организаций, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав или обязанностей. Отличие этого определения от нынешнего заключается в том, что в качестве субъекта сделки указана организация. Сохранение такого подхода с позиций действующего на сегодняшний день законодательства представлялось бы не совсем удачным. Так, возникли бы неясности связанные с двойственностью правового положения организаций, так как некоторые организации являются субъектами права и, не являясь юридическим лицом, в частности общественные организации, которые согласно ст. 18 Федерального закона «Об общественных организациях» от 19.05.1995 г. № 82-ФЗ с момента принятия решения об их создании, об утверждении устава и о формировании руководящих и контрольноревизионного органов считаются созданными: осуществляют свою уставную деятельность, приобретают права, за исключением прав юридического лица, и принимают на себя обязанности, предусмотренные этим законом.

По мнению М.М. Агаркова «сделками называются правомерные юридические действия, совершаемые одним или несколькими лицами, выступающими в качестве субъектов имущественных (гражданских) прав, и устанавливающие, изменяющие гражданские правоотношения, на установление, изменение или прекращение которых они направлены»1. Это определение было дано в 1946 году. Являясь правильным по существу, оно имеет определенные недостатки, обусловленные текстом норм действующего Гражданского кодекса Российской Федерации. Так, Гражданский кодекс Российской Федерации вместо словосочетания «гражданские правоотношения» использует такую формулировку как «отношения, регулируемые гражданским законодательством».

Ф.С. Хейфец, соглашаясь с М.М. Агарковым в том, что сделка представляет собой правомерное юридическое действие, порождающее соответствующие ей правовые последствия, акцентирует внимание на том, что она совершается в определенной форме и соответствует воле сторон.

Исходя из этого Ф.С. Хейфец, определяет сделку следующим образом:

«Сделкой признаётся правомерное юридическое действие одного или нескольких дееспособных субъектов гражданских (имущественных) прав, Агарков М.М. Понятие сделки по советскому гражданскому праву.//Советское государство и право, 1946.

№ 3-4.С. 55 совершённое в установленной законом или их соглашением форме, соответствующее подлинной воле субъектов и приводящее к правовым последствиям (установлению, изменению или прекращению гражданских прав и обязанностей), на достижение которых оно направлено».1 В то же время указывается, что сделка совершается субъектами гражданских прав. Однако в законодательстве употребляется (имущественных) формулировка отношений, регулируемых гражданским «участники законодательством». В связи с этим более обоснованным будет указание на то, что сделка совершается участниками отношений, регулируемых гражданским законодательством (гражданами и юридическими лицами), а также иными лицами, предусмотренными действующим законодательством.

Новицкий И.Б., в отличие от указанных позиций, в своем определении не указывает такого признака сделки как порождение ею тех правовых последствий, на которые она была направлена. Он лишь упоминает о направленности сделки на установление, изменение или прекращение гражданских правоотношений. По мнению И.Б. Новицкого сделкой называется правомерное юридическое действие, совершаемое одним или несколькими дееспособными лицами, выступающими в качестве субъектов имущественных прав, направленное на установление, (гражданских) изменение или прекращение гражданских правоотношений»2. Однако следует заметить, что действие, соответствующее признакам, указанным в этом определении, не может не породить тех правовых последствий, на которые было направлено.

По мнению Ю.П. Егорова «сделка - это правомерное действие сделкоспособного субъекта, выраженное в допускаемой законом форме, воздействующее на фактические общественные отношения путем формирования материального содержания, прав и обязанностей порождаемого правоотношения»3. Верно указывая, что сделка есть действие Хейфец Ф.С. Недействительность сделок по российскому гражданскому праву. - М.: Юрайт, 1999. С. 36.

Новицкий И.Б. Сделки. Исковая давность. М.: Госюриздат, 1954. С. 17.

Егоров Ю.П. Сделки в гражданском праве. Новосибирск, 1995.С. 5.

правомерное, Ю.П. Егоров использует в совсем определении такой признак субъекта сделки, как сделкоспособность. Однако, такое понятие как сделкоспособность не имеет закрепления в гражданском законодательстве и, поэтому требуется дополнительное разъяснения того, что оно означает.

Между тем, если «..понятие определяется через другое понятие, признаки которого неизвестны и которое нуждается в определении, то это ведет к ошибке, называемой определением неизвестного через неизвестное…»1.

Аналогичный недостаток имеет определение Т.Ш. Кулматова, который предлагает изложить ст. 153 ГК РФ в следующей редакции: "Сделками признаются правомерные юридические действия одного или нескольких наделённых правосубъектностью участников гражданского правоотношения, совершённые в установленной законом или соглашением сторон форме и приводящие к юридическим последствиям, на достижение которых они направлены»2.

Гражданское законодательство не оперирует таким понятием, как правосубъектность. В связи с этим употребление термина «правосубъектность» в определении сделки, подлежащем закреплению в законодательстве, вызовет сложности, так как не будет ясности, что же следует понимать под «правосубъектностью».

Исходя из ст. 8 ГК РФ сделки являются основанием возникновения гражданских прав и обязанностей. Таким образом, сделки являются юридическими фактами.

«Все юридические факты в зависимости от наличия в них проявления воли распадаются на две основные группы:

действия»3.

юридические события и юридические Следовательно, юридические события - юридические факты, не связанные с проявлением воли. Исходя из ст. 153 ГК РФ видовым признаком сделки как действия является направленность на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Растеряев Н.Г. верно отмечал, что «направленность сделки на установление, изменение или прекращение Кириллов В.И., Старченко А.А. Логика. М.: Юристь, 1996.С. 52 Кулматов Т.Ш. Недействительные сделки по гражданскому праву и правовые средства органов внутренних дел по их предотвращению. Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М. 1996, С. 13.

Красавчиков О.А. Юридические факты в советском гражданском праве. М.: Госюриздат, 1958. С. 82.

юридических отношений традиционно выделяется как неотъемлемый и характерный признак сделки, отличающий ее от иных видов юридических действий»1. Это позволяется сделать вывод о возможности отнесения сделки к юридическим актам. Так, в отличие от юридических актов юридические поступки влекут юридические последствия «независимо от того, были ли направлены эти действия на последствия, ими (в силу норм права) вызываемые, или нет»2. Направленность на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей является общим признаком сделок и административных актов. Для разграничения их необходимо выделить отличительные признаки, присущие им. Согласно п. 3 ст. 2 ГК РФ к имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, гражданское законодательство не применяется, если иное не предусмотрено законодательством. Таким образом, с точки зрения гражданского законодательства административные отношения характеризуются наличием властного подчинения одной стороны другой. Согласно же п. 1 ст. 2 ГК гражданское законодательство, регулирует имущественные и связанные с ними личные неимущественные отношения, основанные на равенстве их участников. Таким образом, основное отличие сделки от административного акта в том, что она является основанием возникновения, изменения или прекращения правоотношений, основанных на равенстве ее участников.

Как было отмечено, сделка как юридический факт относится к категории действий, которые связаны с проявлением лицом его совершающим определенной воли. В.А. Ойгензихт утверждал, что воля представляет собой психического регулирования поведения «процесс субъектов»3. Так как сделка имеет направленность на установление, Растеряев Н.Г. Недействительность юридических сделок по русскому праву. Часть общая и особенная.

Догматическое исследование. С.-Петербург,1900. С. 14-15 Красавчиков О.А. Юридические факты в советском гражданском праве. М.: Госюриздат, 1958. С. 114.

Ойгензихт В.А. Воля и волеизъявление (Очерки теории, философии и психологии права). Душанбе, 1983.С.

изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, то можно сделать вывод об определенном желании лица в наличии указанных последствий. В то же время формирование желания и последующего осознания необходимости совершения сделки для удовлетворения этого желания зачастую представляют собой внутренние психические процессы. В то же время И.Б. Новицкий правильно заметил, что «государство и право не могут иметь дела с такими психическими процессами, которые не получают никакого внешнего выражения»1. Таким образом, воля лица, не имеющая внешнего выражения, не имеет юридического значения, так как без такого выражения сложно судить об ее содержании. Внешнее выражение воли лица именуется волеизъявлением. Существуют различные мнения относительно соотношения воли и волеизъявления при совершении сделки. Так, В.П.

Шахматов полагал, что если воля выражена во вне, может быть распознана, и может быть установлен ее подлинный смысл, то предпочтение следует отдавать именно воле2. Аналогичную позицию занимала Н.В. Рабинович, указывавшая при расхождении между волей и волеизъявлением (если же воля распознаваема и сделка вообще может быть признана состоявшейся) предпочтение должно быть отдано воле, а не волеизъявлению»3. Гримм Д.Д.

по этому поводу подчеркивал, что волеизъявление может пониматься двояко: как процесс выражения воли и как его результат. 4 Иную позицию занимал И.Б. Новицкий, полагавший, что проявление воли может происходить не всегда надлежащим образом, а воля, не проявленная во вне надлежащим образом, не может быть критерием для выяснения ее подлинного содержания, следовательно, более обоснованно руководствоваться выражением воли5. Так как «действие и поэтому, как правило, юридические последствия связываются именно с волеизъявлением.

Новицкий И.Б. Сделки. Исковая давность. М.: Госюриздат, 1954. С. 19.

Шахматов В.П. Основные проблемы теории сделок по советскому гражданскому праву. Автореф. дис.

...канд. юрид. наук. Свердловск. 1951. С. 8-9.

Рабинович Н.В. Недействительность сделок и ее последствия. Изд-во ЛГУ.19660.С.7 См.: Гримм Д.Д. Основы учения о юридической сделке в современной немецкой доктрине пандектного права.

СПб., 1900. С. 131.

Новицкий И.Б. Сделки. Исковая давность. М. 1954.С.22.

Благодаря чему и достигается устойчивость сделок и гражданского оборота в целом»1.

Агарков М.М. указывал, что «не является юридическим действием внутреннее состояние человека, не получившее выявления вовне. Не является им также действие, обусловленное не внутренним состоянием, а внешней неодолимой причиной (vis absoluta)» 2. По мнению О.А.

Красавчикова, «действие и сознание едины. Волевая деятельность имеет своим источником побуждения, которые основываются на потребностях и интересах человека. Попытка произвести оценку действий в отрыве от сознания человека не будет иметь успеха так же, как и попытка определить сознание в отрыве от тех реальных действий, в которых выражается волевая деятельность. Только воля и волеизъявление, рассматриваемые в качестве определенного единства, и могут служить основанием для юридической оценки поведения лица»3. Таким образом, указанные ученые придерживались мнения о единстве воли и волеизъявления, однако не высказывали суждений о том, чему должно отдаваться предпочтение.

Сходную позицию занимал О.С. Иоффе, в то же время указывающий, что «закон не отдает предпочтения ни внутренней воле, ни волеизъявлению, а исходит из их единства»4. С ним соглашается М.И. Брагинский, полагающий, что «закон колеблется, но всегда признает приоритет то того, то другого элемента сделки (договора). Наглядный пример толкование сделки»5.

Учитывая, что договор представляет собой двухстороннюю сделку, то считаем допустимым обращение к ст. 431 ГК РФ. Согласно п. 1 ст. 431 ГК РФ в первую очередь при толковании договора суд должен принимать во внимание волеизъявление. И в том случае, если исходя из него, будет возможно осуществить толкование условий договора и определить его Новицкий И.Б. Сделки. Исковая давность. М. 1954.С.22.

Агарков М.М. Понятие сделки по советскому гражданскому праву.// Советское государство и право. 1946. № 3-4.С.46.

Красавчиков О.А. Юридические факты в советском гражданском праве. М.: Госюриздат, 1958. С. 96.

Иоффе О.С. Советское гражданское право. Л.: Изд-во Ленниград. ун- та, 1958. С.222.

Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. М.: Статут 1999. С. 173.

содержание, то действительную волю сторон суд может не выяснять. И только если из волеизъявления невозможно определить содержание договора, то, согласно п. 2 ст. 431 ГК РФ, судом должна быть выяснена действительная общая воля сторон. Таким образом, по нашему мнению, действующее законодательство устанавливает правило, согласно которому и воля и волеизъявление для определения содержания договора (сделки) имеют равное юридическое значение.

В науке нет единства взглядов на то, допустимо ли недействительные сделки относить к сделкам. Мнения ученых по данному вопросу условно можно разделить на две группы. В первую группу, можно объединить те, согласно которым недействительные сделки по своей природе являются сделками. Так, Д.М. Генкин считал, что правомерность или неправомерность действия не является необходимым признаком сделки, а имеют значение только для ее последствий 1. Таким образом, по мнению данного ученого, сделкой могут быть как правомерные, так и неправомерные действия. И.С. Самощенко полагал, что «сделка - один из видов действий участников общественных отношений. Регулируя их, гражданское право не только определяет общие условия и порядок их совершения, не только регламентирует отдельные типы сделок, но и определяет, какие сделки независимо от их типа - запрещены»1. Видимо к сделкам, которые запрещены, допустимо относить недействительные сделки. Следовательно, И.С. Самощенко косвенно рассматривал недействительные сделки как сделки. По мнению В.П. Шахматова, «недействительная сделка - это сделка, состав которой не соответствует описанным в нормах права признакам состава сделок данного вида в силу общественно вредных или общественно нежелательных свойств»2. Отсюда делается вывод, что недействительные сделки также являются сделками, однако признаком действительной сделки необходимо рассматривать Самощенко И.С. Понятие правонарушения по советскому законодательству. М.: Юридическая литература 1963, С. 181.

Шахматов В.П. Составы противоправных сделок и обусловленные ими последствия. Томск: Изд-во Томск.

гос. ун-та, 1967. С.87 действия1.

правомерность Новицкий И.Б. считал, элемент «что правомерности относится к типу сделки, а не к какой- либо конкретной сделке, которая по своему содержанию может быть и неправомерной, недействительной»2. Таким образом, им не исключалась возможность рассмотрения недействительной сделки по своей сущности как сделки.

Аналогичные мнения высказываются и в настоящее время3.

Иной позиции придерживаются ученые, по мнению которых основным признаком, отграничивающим сделку от недействительных сделок, не влекущих возникновение, изменение или прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей, является правомерность. Так Г.Ф. Шершеневич писал о том, что «юридической сделке противополагается правонарушение как такое юридическое действие, которое хотя и влечет за собой юридические последствия, но не те, которые желало лицо» 4. Д.М. Мейер указывал, что «только законные сделки можно назвать сделками, ибо сделки незаконные не считаются действительными, следовательно, и существующими»5. Таким образом, он полагал, что недействительные сделки являются незаконными и как сделки не существуют. И.С. Перетерский считал, что «сделка есть действие, дозволенное законом; действие, хотя и вызывающее юридические последствия, но не пользующееся охраной закона, не является сделкой.

Если же действие имеет вид сделки, но направлено против закона, то Шахматов В.П. Составы противоправных сделок и обусловленные ими последствия. Изд-во Томского университета, 1967.

Новицкий И.Б. Сделки. Исковая давность. М., 1954. С.65-67.

См. Рыжинкова Е.Н. Гражданско-правовые последствия недействительности сделок. автореф. дис. … канд.

юрид. наук: 12.00.03 / Рыжинкова Екатерина Николаевна – М.,2006; Данилов И.А. Вопросы совершенствования гражданского законодательства, регулирующего отношения в сфере недействительности сделок. дис. … канд. юрид. наук: 12.00.03 / Данилов Иван Александрович – М., 2006.;

Черярин А.В. Недействительные сделки и их последствия вопросы теории и правоприменительной практики. дис.

… канд. юрид. наук: 12.00.03 / Черярин, Александр Владимирович. – М., 2005; Мындря Д.И.

Недействительность сделки, не соответствующей закону или иным правовым актам дис. … канд. юрид.

наук: 12.00.03 / Мындря Диана Ивановна – Екатеринбург, 2003.

Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. Тула: Автограф, 2001. С. 158.

Мейер Д.И. Русское гражданское право. М.: Статут, 1997. С. 197.

оно не является сделкой» 1. Данный подход прослеживается в научных работах и в настоящее время 2.

В рамках того, что недействительные сделки не могут относиться к сделкам, ряд ученых предлагает их считать правонарушениями. Так, Т.Ш.

Кулматов полагает, что сделка, которая не «недействительная соответствует требованиям закона и иных правовых актов, не является сделкой, а по своей природе, представляет собой правонарушение, несмотря на то, что по содержанию и форме она возникла как сделка»3. Его мнение соответствует позиции Ф.С. Хейфеца о том, что недействительные сделки «являются гражданскими правонарушениями, влекущими ответственность с помощью гражданско-правовых санкций. Причем правонарушениями являются не только виновно совершенные «недействительные сделки», но и закона»4.

те, которые объективно не соответствуют требованиям Аналогичная позиция изложена и в ряде диссертационных исследований5.

Компромиссную позицию пыталась занять Н.В. Рабинович. Она считала, что «недействительная сделка является сделкой по своему содержанию, форме и направленности» 6. В то же время отмечала, что недействительная сделка «представляет собой правонарушение, поскольку

Перетерский И.С. Гражданский кодекс РСФСР, научный комментарий. Выпуск 5. Сделки. Договоры. М.:,

1929. С. 6.

См.Килина Е.Э. Недействительность сделок в предпринимательской деятельности: проблемы теории практики. дис. … канд. юрид. наук: 12.00.03 / Килина Екатерина Эдуардовна. – М., 2006; Мельников В.С.

Теоретические проблемы правового регулирования сделок (по современному гражданскому законодательству РФ) дис. … доктора юрид. наук: 12.00.03 / Мельников Владимир Сергеевич. – М., 2003; Чернякова С.А.

Недействительность сделок по незаконному субъектному составу и ее последствия по российскому гражданскому праву. дис. … канд. юрид. наук: 12.00.03 / Чернякова, Светлана Александровна – М., 2006.

Кулматов Т.Ш. Недействительные сделки по гражданскому праву и деятельность органов внутренних дел по их пресечению. Дис. … канд.юрид.наук. М., 1996. С. 69.

Хейфец Ф.С. Недействительность сделок по российскому гражданскому праву. М.: Юрайт, 1999. С. 45-46.

См.Блинова М.А. Недействительность сделки, совершенной с целью, противной основам правопорядка и нравственности. дис. … канд. юрид. наук: 12.00.03 / Блинова Марина Анатольевна – М.,2003; Кушнерук Е.С.

Недействительность сделок по ст. 169 Гражданского кодекса РФ: составы недействительных сделок и их правовые последствия дис. … канд. юрид. наук: 12.00.03 / Кушнерук Евгений Сергеевич – Волгоград, 2002.;

Утехина Е.С. Недействительность сделок и их последствия: гражданско-правовые и налоговые аспекты дис.

… канд. юрид. наук: 12.00.03 / Утехина Елена Сергеевна – М.,2005.

Рабинович Н.В. Недействительность сделок и ее последствия. Л.: Изд-во Ленинград. ун-та, 1960. С.12.

нарушает норму закона, установленный правопорядок»1. Аналогичного мнения придерживается Мамедкеримова Н.А.2.

Крашенинников Е.А. предлагает считать противоправными лишь ничтожные сделки, а оспоримые сделки относит к правомерным действиям3.

Для решения вопроса о возможности отнесения оспоримых сделок к неправомерным действиям необходимо выяснить, присущи ли им признаки неправомерных действий.

Необходимо отметить, что гражданское законодательство не содержит определения понятия «неправомерного действия». Однако в научной и учебной литературе существуют точки зрения такого неправомерного действия как гражданское правонарушение. Слесарев В.Л. не выделяет при определении понятия «гражданское правонарушение» такого признака как его опасность, влечение юридической ответственности, виновность правонарушителя, указывая, что «гражданское правонарушение представляет собой противоправное действие (бездействие), посягающее на общественные отношения, урегулированные нормами права»4. А.Б. Венгеров полагал, что гражданское правонарушение обладает таким признаком как вредность. Он также не выделяет в качестве обязательных признаков такие, как виновность лица, совершившего правонарушение, предусмотренная законом возможность привлечения этого лица к ответственности. По мнению А.Б.

Венгерова: ««гражданское правонарушение представляет собой общественно вредное поведение, нарушающее урегулированные нормами права имущественные и связанные с ними личные неимущественные отношения»5.

Там же. С. 12.

См. Мамедкеримова Н.А. Недействительность сделок по незаконному содержанию по российскому гражданскому праву. дис. … канд. юрид. наук: 12.00.03 / Мамедкеримова Наталия Абдулжалиловна – Махачкала, 2002.

См. Крашенинников Е.А. Последствия совершения порочных сделок // Проблемы понятийного аппарата наук гражданского и гражданского процессуального права: Сб. науч. тр. / Под ред. В.А. Носова. Ярославль, 1987. С. 42.

Слесарев В.Л. Объект и результат гражданского правонарушения. Томск: Издательство Томск. ун-та, 1980.

С. 5.

Венгеров А.Б. Теория государства и права. М.: Юриспруденция, 1999. С. 468.

Гражданское правонарушение является одним из видов правонарушения1, которому должны быть присуще его основные признаки. С целью их выяснения, руководствуясь определением того, что такое «понятие»2, приведем мнения ученых на понятие «правонарушение».

Малеин Н.С. считал, что «правонарушение можно определить как антисоциальное (общественно опасное, вредное), противоправное деяние, влекущее юридическую ответственность»3. Таким образом, он считает, что правонарушению присущ такой признак как антисоциальность. Однако ученый не раскрывает того, следует ли рассматривать этот признак как синоним общественной опасности и вредности, либо они входят в содержание «антисоциальности».

Самощенко И.С. не выделяет в своем определении правонарушения такой признак как влечение юридической ответственности за совершение правонарушения и, акцентируя внимание на виновности правонарушителя, предлагает рассматривать правонарушение как «виновное противоправное деяние участников общественных отношений»4. Однако, по нашему мнению, возможны случаи, когда правонарушение следует рассматривать как деяние, совершенное невиновным лицом.

Котляровский Г.С. и Б.Л. Назаров считают правонарушение юридическим фактом и указывают, что «правонарушение определяется как юридический факт, представляющий собой виновное противоправное деяние деликтоспособного лица»5. Михайловский М., также считая правонарушение юридическим фактом, предлагает следующее определение: «Каждое правонарушение есть юридический факт, противоречащий правопорядку, См. Теория государства и права / Под ред. В.В. Лазарева. М.: Новый Юрист, 1997. С. 239-240.; Теория государства и права / Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. М.: Юристъ, 1997. С. 534.; Клименко А.В.

Румынина В.В. Теория государства и права. М.: Мастерство: Высшая школа, 2000. С. 190.

Кирилов В.И. Старченко А.А. Логика. М.: Юристъ, 1996. С. 52.

Малеин Н.С. Правонарушение: понятие, причины, ответственность. М.: Юридическая литература, 1985. С.

47.

Самощенко И.С. Правонарушение и юридическая ответственность. М.: Юридическая литература, 1966. С.

7.

Котляревский Г.С., Назаров Б.Л. Проблемы общей теории права. М., 1973. С. 40.

совершенный вменяемым субъектом при наличности вины, посягающий на чье – либо право»1.

В науке нет единого мнения относительно того, что означает противоправность действия. Г.Ф. Шершеневич называет противоправное поведение недозволенным действием и определяет его как действие, запрещенное правом. Поэтому, по его мнению, всякое действие, которое является только осуществлением права, которое не выходит из пределов, очерченных законом, не составляет правонарушения как бы оно не было людям2.

вредно другим По нашему мнению, указанная трактовка противоправного поведения является узкой, так как правомерным следует считать действия, выражающиеся не только в осуществлении права, но и в исполнении обязанности, не выходящей за рамки, установленные законом.

О.С. Иоффе определяет неправомерное, а значит и противоправное, поведение как запрещенное правом или иным нормативным актом3. Однако данное определение является не точным, так как не все нормативные акты являются правовыми. Следовательно, противоправным может не быть поведение, не соответствующее нормативным актам, не являющимися правовыми. В.А. Тархов не относит противоправность к субъективным категориями и считает, что «противоправность является объективным фактором и существует независимо от сознания; возможно, что нарушение обязательства не было даже замечено его участниками, тем не менее, оно существует и является противоправным»4. Мы не согласны с этой позицией, так как оценка деяния, как правомерного или противоправного, осуществляется людьми, которые обладают соответствующим сознанием. По мнению одного лица соответствующее деяние является правомерным, другое лицо считает это действие противоправным. Также В.А. Тархов считает, что само причинение вреда является с точки зрения права противоправным, что Михайловский И.В. Очерки философии права. Томск: В.М. Посохин, 1914. С. 590.

Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. Тула: Автограф, 2001. С. 392.

Иоффе О.С. Обязательственное право. М.: Юридическая литература, 1975. С. 109.

См. Тархов В.А. Советское гражданское право. Ч. 1. Саратов: Изд-во Саратов. ун-та, 1978. С. 73.

противоправность состоит в самой вредоносности действия1. Мы не можем согласиться с такой трактовкой противоправности. Вредоносное деяние, не запрещенное нормами права, нельзя квалифицировать как противоправное.

Н.С. Малеин связывал правомерность поведения с закрепленным нормами права масштабом поведения и считает, что «действие противоправно, если оно противоречит указанному в норме обязательному масштабу поведения.

Бездействие – это один из видов поведения. Оно противоправно, если закон предписывает действовать в соответствующих ситуациях»2. В то же время автор не раскрывает, что в его трактовке следует понимать под масштабом поведения и как использовать это понятие при квалификации соответствующего деяния. И.С. Самощенко полагает, что деяние противоправно, если оно представляет собой «неисполнение юридической обязанности или злоупотребление правом, т.е. если оно правом запрещено»3.

Однако, согласно ст. 10 ГК РФ, одной из форм злоупотребления правом являются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу. Между тем возможны случаи, когда лицо, осуществляя свои права, выходит за пределы, установленные законодательством, но при этом у него нет умысла причинить вред другому лицу, и в этом случае нельзя говорить о злоупотреблении правом. В.П. Шахматов полагает, что «противоправными являются такие сделки, которые нарушают правовые запреты»4. Однако не всегда деяния нарушают именно правовые запреты. Зачастую общественные отношения урегулированы посредством предписания.

По нашему мнению, противоправным следует рассматривать деяние, нарушающее предписывающие или запрещающие нормы права. В термин деяния, включается и бездействие, так как противоправным необходимо Тархов В.А. Обязательства, возникающие из причинения вреда. Саратов: Коммунист, 1957. С. 45.

Малеин Н.С. Правонарушение: понятие, причины, ответственность. М.: Юридическая литература, 1985. С.

8.

Самощенко И.С. Правонарушение и юридическая ответственность. М.: Юридическая литература, 1966. С.

76.

Шахматов В.П. Составы противоправных сделок и обусловленные ими последствия. Томск: Изд-во Томск.

гос. ун-та, 1967. С. 166.

считать и воздержание от действий, обязанность совершения которых, предусмотрена правовыми нормами. Гражданско-правовые нормы содержат в источниках гражданского права. Следовательно, противоправным является деяние, нарушающее предписывающие или запрещающие нормы права, содержащиеся в источниках гражданского права, в число которых помимо гражданского законодательства и иных правовых актов, упомянутых в ст. 3 ГК, входят нормы международного права и международные договоры Российской Федерации, нормативные акты Союза ССР и РФ, принятые до введения в действие ГК, Акты органов власти и управления субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления, которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей, договоры, локальные акты юридических лиц, обычаи делового оборота. В то же время право принято подразделять на объективное и субъективное. Нарушение субъективного права лица также следует рассматривать противоправным. Таким образом, противоправным является деяние, нарушающее предписывающие или запрещающие нормы права, содержащиеся в источниках гражданского права, а также субъективное право лица.

Если рассматривать сущность сделки только из определения, содержащегося из ст. 153 ГК РФ, то с неизбежностью следует вывод, что недействительные сделки также подпадают под это определение.

Действительно, недействительные сделки не порождают тех юридических последствий, на достижение которых были направлены. Однако ст. 153 ГК РФ не устанавливает то, что сделками являются лишь те действия, которые порождают соответствующие гражданские права и обязанности. В ней упоминается лишь о том, что сделками являются действия, имеющие направленность на требуемые правовые последствия. Недействительными сделками также могут быть действия, имевшие направленность на возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Таким образом, исходя из определения сделки, указанного в ст. ГК РФ, и упоминания в гражданском законодательстве недействительных сделок, не порождающих последствия, на которые были направлены намерения сторон, следует то, что должен существовать антипод недействительных сделок в виде «действительных» сделок, соответственно влекущих правовые последствия, наступление которых желали стороны.

Недействительность сделки обусловлена отсутствием условий действительности сделки, которое выражается в пороке содержания, формы, субъекта или воли. Очевидно, что правомерное действие не может иметь каких - либо пороков. Соответственно, действительные сделки, влекущие возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, следует рассматривать как правомерные действия. Этот вывод соответствует и п.п. 1 п. 1 ст. 8 ГК РФ, согласно которому основанием возникновение гражданских прав и обязанностей являются сделки, не противоречащие закону. Если исходить из того, что и действительные и недействительные сделки являются видами сделок, то по признаку правомерности сделки должны быть разделены на: правомерные и неправомерные, то есть сделка может быть как правомерным (действительная сделка) так и неправомерным действием (недействительная сделка). В то же время сделки относятся к действиям как юридическим фактам, которые также подразделяются на: правомерные и неправомерные.

Следовательно, сделка как вид действия может быть, или только правомерным, или только неправомерным. Таким образом, понятие сделка не может объединять действительные сделки как правомерные действия и недействительные сделки как неправомерные действия. Значит, сделками могут именоваться или действительные сделки, которые порождают последствия, на которое были направлены, или недействительные сделки, такие последствия не порождающие. Учитывая сложившееся словоупотребление, полагаем, что именно действительные сделки могут именоваться сделками.

Недействительные сделки, подразделяются на: ничтожные и оспоримые. Ничтожные сделки недействительны с момента их совершения независимо от признания их таковыми судом. Оспоримые сделки являются недействительным с момента их признания таковыми судом. В то же время суд может и не признать оспоримую сделку недействительной. По мнению И.Б. Новицкого «недействительность сделки... выражается в том, что недействительная сделка… не влечет за собой тех юридических последствий, которые соответствуют ее содержанию»1. Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью. Таким образом, действительность или недействительность свидетельствует лишь о порождении или непорождении соответствующим действием тех юридических последствий, на которые оно было направлено, и суд, признавая или не признавая сделку недействительной, решает, порождает ли она соответствующие юридические последствия или нет. В то же время, оспоримые сделки как действия имеют место в объективной реальности и до вынесения судом решения о признании или непризнании ее недействительной. Таким образом, если уже в момент совершения оспоримая сделка нарушает субъективные гражданские права, то непризнание ее недействительной не превращает оспоримую сделку в правомерное действие, так как нарушение ею прав уже имело место быть. В то же время зачастую, сложно определить является ли действие оспоримой сделкой или нет.

Именно решение суда о признании оспоримой сделки недействительной является документом, наличие которого позволяет однозначно судить о действии как об оспоримой сделке и ее неправомерности. Как верно отметил Ю.С. Гамбаров, «спором не вызывается, а раскрывается недействительность оспоримой сделки, иначе нельзя было бы объяснить того, что сделка недействительна с начала»2. Дювернуа Н.Л. также указывал, что в отношении Новицкий И.Б. Сделки. Исковая давность. М.: Госюриздат, 1954. С. 68.

Гамбаров Ю.С. Курс гражданского права. Том I. Часть общая. СПб. 1911. С. 719.

оспоримых сделок имеется частно-правовая», «недействительность обнаруживаемая не необходимо, а лишь при наличии воли заинтересованного лица1. Однако до вынесения решение суда о признании оспоримой сделки недействительной необходимо руководствоваться правилом, согласно которому разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются (ст. 10 ГК РФ). Таким образом, до вступления в законную силу решения суда, квалифицирующего соответствующее действие как оспоримую сделку и признающего ее недействительной, следует исходить из того, что это действие порождает те юридические последствия, на которые было направлено. Образно выражаясь, без указанного решения суда, оспоримую сделку следует считать действительной, даже, несмотря на то, что де-факто она представляет собой неправомерное действие. Таким образом, неправомерной юридически допустимо рассматривать оспоримую сделку, впоследствии признанную судом недействительной, которой нарушены предписывающие или запрещающие нормы гражданского права, субъективное право лица.

Рассмотрим указанные в Гражданском кодексе России оспоримые сделки, признанные судом недействительные, на предмет их противоправности. Так, упомянутая в ст. 173 ГК РФ сделка, совершенная юридическим лицом в противоречии с целями деятельности, определенно ограниченными в его учредительных документах, впоследствии признанная судом недействительной, нарушает п. 1 ст. 49 ГК РФ, устанавливающий, что юридическое лицо может иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительных документах, и нести связанные с этой деятельностью обязанности. Зафиксированная в статье 173 ГК РФ, сделка, совершенная юридическим лицом, не имеющим лицензию на занятие соответствующей деятельностью, впоследствии признанная судом недействительной, нарушает п. 3 ст. 49 ГК РФ, закрепляющий, что право юридического лица осуществлять деятельность, на занятие которой Дювернуа Н.Л. Чтения по гражданскому праву. Т.1. СПб. 1898. С.907.

необходимо получение лицензии, возникает с момента получения такой лицензии или в указанный в ней срок и прекращается по истечении срока ее действия, если иное не установлено законом или иными правовыми актами.

Закрепленная статьей 174 ГК РФ сделка, совершенная органом юридического лица в результате выхода за пределы полномочий, ограниченных учредительными документами, впоследствии признанная судом недействительной, нарушает п. 1 ст. 53 ГК РФ, устанавливающий, что юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

Предусмотренная статьей ГК РФ сделка, совершенная несовершеннолетним в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет без согласия его родителей, усыновителей или попечителя, в случаях, когда такое согласие требуется в соответствии со статьей 26 ГК РФ, впоследствии признанная судом недействительной, нарушает п. 1 ст. 26 ГК РФ, который устанавливает, что несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет совершают сделки, за исключением названных в п. 2 ст. 26 ГК РФ, с письменного согласия своих законных представителей - родителей, усыновителей или попечителя. Упомянутая в статье 176 ГК РФ сделка по распоряжению имуществом, совершенная без согласия попечителя гражданином, ограниченным судом в дееспособности вследствие злоупотребления спиртными напитками или наркотическими средствами, впоследствии признанная судом недействительной, нарушает п. 1 ст. 30 ГК РФ, который устанавливает, что он вправе совершать сделки, за исключением мелких бытовых сделок, а также получать заработок, пенсию и иные доходы и распоряжаться ими с согласия попечителя. Предусмотренная статьями 177, 178, 179 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, или, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, или под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, впоследствии признанная судом недействительной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка) впоследствии признанная судом недействительной, нарушают п. 2 ст. 1 ГК РФ, устанавливающий, что граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права в своем интересе. Таким образом, указанные в Гражданском кодексе России оспоримые сделки, признанные судом недействительные, допустимо рассматривать как противоправные.

Следует отметить, что будет ошибочным вывод о том, что если сделка нарушает требования гражданского законодательства, то руководствуясь ст.

168 ГК РФ, ее необходимо рассматривать только как ничтожную. Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Таким образом, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, не должна рассматриваться только как ничтожная, так как если на это указано в законе, она может быть оспоримой,.

В качестве признака неправомерного действия выделяют также наступление в результате его совершения юридической ответственности.

К определению сущности юридической ответственности существует несколько походов. Так выделяется теория позитивной ответственности. С.С Алексеев понимает ответственность как неуклонное, строгое, предельно инициативное осуществление своих обязанностей1. О.Э. Лейст считает, что подобная ответственность возлагается на всех без исключения граждан, безотносительно к тому, совершили они правонарушение или нет, считая Алексеев С.С. Проблемы теории права. Т.1. Свердловск: Изд-во Свердлов. юрид. инст-та, 1972. С. 371.

целью такой ответственности, - предупреждение правонарушений1. Т.В.

Базылев также рассматривает ответственность как «способность человека предвидеть результаты своей деятельности и определять ее исходя из того, какую пользу или вред она принесет обществу», как «осознание своего долга перед обществом и государством»2. Однако, по нашему мнению, в рамках теории позитивной ответственности не раскрывается содержание признаков ответственности в той степени, которая необходима для успешного их применения при осуществлении практической деятельности. Более того, в рамках позитивной ответственности происходит рассмотрение ответственности как добровольно исполняемой обязанности по надлежащему правомерному поведению, то есть наличие ответственности не связывается с фактом совершения правонарушения. По нашему же мнению, наступление ответственности должно быть следствием совершения именно правонарушения. Считаем необходимым привести мнение К.В. Нам, который указывает, что «нет сомнения в том, что подобные концепции «позитивной ответственности» в советской литературе были продуктом системы социалистического хозяйства и коммунистической идеологии. С развитием рыночной экономики, с установлением частноправовой основы гражданского общества высказывания о «позитивной» ответственности в том виде, в каком они звучали, фактически теряют смысл. Подтверждением служит зарубежное право, которому несвойственна позитивная ответственность. Хотя определенный смысл, лежащий в идее такой ответственности, все-таки имеется. И что касается гражданско-правовых, торговых, коммерческих отношений, то этот смысл, как показывает зарубежная и международная коммерческая практика, прекрасно реализуется через принципы добросовестности и честной деловой практики»3.

Лейст О.Э. Санкции и ответственность по советскому гражданскому праву (теоретические проблемы). М.:

Изд-во МГУ, 1981. С. 214.

Базылев Т.В. Сущность позитивной юридической ответственности // Правоведение. 1979. № 4. С. 40 - 46.

Нам К.В. Ответственность за нарушение обязательств: теория и законодательство // Хозяйство и право.

1997. №4. С. 25.

Некоторые ученые рассматривают ответственность как обязанность.

А.Ф. Черданцев, С.Н. Кожевников считают, что «юридическая ответственность есть разновидность обязанности, наступающей при наличии определенных деяний или их результатов, отрицательно оцениваемых законодателем и очерченных в нормах права. Такая обязанность выступает как мера определенных неблагоприятных для субъекта лишений, ограничений личного и имущественного характера». При этом они указывают, что «юридическая обязанность как абстрактная категория юридической науки и практики — это мера должного поведения, обеспеченная государством. Юридическая ответственность как разновидность обязанности, следовательно, — также мера должного поведения субъектов, принудительно обеспеченная»1. С.Н. Братусь также отмечал, что юридическая ответственность - это обязанность, но только принудительно исполняемая. Он полагает, что по своей сути обязанность удерживаться от причинения имущественного вреда другому лицу то же самое, что и обязанность не совершать правонарушения. И при нарушении этой обязанности, вместо пассивной возникает активная обязанность возместить ущерб потерпевшему, устранить нарушение равновесия, восстановить имущественное положение конкретного лица до состояния, которое было до нарушения права. В случае добровольного исполнения этой обязанности увеличивается возможность прекращения возникшего правоотношения. Если исполнения не происходит, то указанная реализация обязанности осуществляется принудительным способом 2. Однако, по нашему мнению, не каждая принудительно исполняемая обязанность выражает сущность ответственности. Если обязанность не связана с какими – либо неблагоприятными последствиями для лица, привлекаемого к Черданцев А.Ф., Кожевников С.Н. О понятии и содержании юридической ответственности // Правоведение. 1976. № 5. С. 39-40.

Братусь С.Н. Юридическая ответственность и законность. М.: Юридическая литература, 1976. С. 88. См.

также: Рахмилович В.А. Основные вопросы договорной ответственности по советскому гражданскому праву. Автореф. дис. …канд. юрид. наук. М., 1955; Масевич М.Г. Договор поставки и его роль в укреплении хозрасчета. Алма-Ата: Изд-во АН Казах. ССР, 1964. С. 270-271.

ответственности, в виде лишений в имущественной или личной сфере, такая обязанность не может выражать сущность ответственности.

И.С. Самощенко и М.Х. Фарукшин возражают против отождествления долга, обязанности с ответственностью, утверждая, что юридическая ответственность может наступать только за прошлое поведение1. В связи с этим они определяют юридическую ответственность как реализацию санкции2. Однако санкция охватывает не только меры ответственности, но и меры защиты. Следовательно, не любая санкция должна рассматриваться как мера ответственности. Таким образом, не допустимо рассмотрение юридической ответственности как реализации санкции без указания того, что санкция выражается в какой – либо мере ответственности.

В.А. Тархов настаивает на том, что и в отношении настоящего и будущего, а не только прошлого, ответственность как долг, обязанность является юридическим регулятором поведения людей, и, что нельзя противопоставлять ответственность моральную юридической. Он, рассуждая об определении юридической ответственности, указывает, что «основной недостаток большинства определений их односторонность, — невозможность охвата ими различных случаев ответственности во всех отраслях права, что необходимо для общетеоретических определений»3.

Исходя из этого В.А. Тархов полагает, что «юридическая ответственность есть необходимость держать ответ за неисполнение правовой обязанности, существовавшей в том же правоотношении или вне его; необходимость, которая возникает и прекращается вследствие наступления определенных фактов»4.

юридических Однако, если меры ответственности будут определены исходя из указанной трактовки ответственности, то их применение будет затруднительно. В.А. Тархов не раскрывает, что значит Самощенко И.С., Фарукшин М.Х. Ответственность по советскому законодательству. М.: Юридическая литература, 1971.С. 8. См. также Лейст О.Э. Санкции в советском праве. М.: Госюриздат, 1962. С. 85.

Кофман В.И. Причинная связь как основание ответственности по советскому гражданскому праву. Автореф.

дис....канд. юрид. наук. М., 1961.

Самощенко И.С., Фарукшин М.Х. Указ. соч. С. 54.

Тархов В.А. Понятие юридической ответственности // Правоведение. 1973. № 2. С. 39.

Тархов В.А. Понятие юридической ответственности // Правоведение. 1973. № 2. С. 36.

держать ответ за свои действия, однако меры ответственности должны быть конкретны.

Существуют точки зрения, которые синтезируют и основные моменты теории позитивной ответственности, и базовые принципы негативной ответственности. Так, по мнению Г.А. Прокопович, юридическая ответственность - это правовое явление, рассматриваемое в динамике, имеющее своей сутью взаимосвязь диспозиции и санкции правовой нормы, позитивной ответственности, мер государственного принуждения, обеспечивающих должное поведение физических лиц и ответственность юридических лиц1. Д.А. Липинский использует аналогичный подход, указывая, что юридическая ответственность – это юридическая обязанность соблюдения и исполнения требований, предусмотренных нормой права, реализующаяся в правомерном поведении субъектов, одобряемом или поощряемом государством, а в случае ее нарушения – обязанность правонарушителя претерпеть осуждение, ограничение прав материального, правового или личного характера и их реализация 2. Однако, указанные определения могут быть подвергнуты критике при помощи аргументов, используемых при рассмотрении недостатков как теории позитивной ответственности, так и негативной ответственности.

По мнению О.С. Иоффе и М.Д. Шаргородского, юридическая ответственность должна рассматриваться как применение или возложение мер государственно-принудительного характера, также — сами меры государственного принуждения или реакцию государства на нарушение правовых норм, то есть на совершение правонарушения3. Они полагают, что юридическая ответственность есть мера принуждения к соблюдению правовых норм, которая применяется государственными органами к тем лицам, которые эти нормы нарушают; а правовые последствия, не связанные Прокопович Г.А. Юридическая ответственность в российском праве: Теоретический аспект. Автореф. дис.

... канд. юрид. наук. М., 2003. С. 25.

Липинский Д.А. Проблемы юридической ответственности / Под ред. Р.Л. Хачаурова. Спб.:Пресс, 2003. С.

15.

Иоффе О.С., Шаргородский М.Д. Вопросы теории права. М.: Юридическая литература, 1961. С. 318.

с мерами государственного принуждения, не относятся к области правовой ответственности 1. Однако ответственность и государственное принуждение не являются тождественными понятиями. Более того, наказание также рассматривается как мера государственного принуждения. Но ответственность не может сводиться только к наказанию. Следовательно, рассмотрение ответственности как государственного принуждения не допустимо.

Для определения сущности юридической ответственности рассмотрим два варианта, возможных в случае неисполнения лицом своих обязательств.

В первом случае суд понуждает лицо исполнить это обязательство, а во втором – взыскивает убытки. Из указанных вариантов только второй будет свидетельствовать о привлечении лица к ответственности. В первом варианте лицо понуждают к исполнению добровольно взятой на себя обязанности.

При взыскании же убытков для лица наступают неблагоприятные последствия в имущественной сфере. Если же рассматривать как привлечение к ответственности первый из указанных вариантов, то получается, что обязанность, добровольно принятая лицом, и ответственность, наступающая за неисполнение этой обязанности, совпадают, что фактически приводит к исключению проблемы ответственности. Следовательно, гражданско-правовую ответственность следует определять как претерпевание правонарушителем неблагоприятных последствий в имущественной сфере.

Говоря же о таком признаке как наступление ответственности в результате его совершения, мы не согласны с тем, что это признак присущ всем неправомерным действиям. Даже правонарушение не всегда влечет ответственность. Так, к видам правонарушения относятся преступления и административные правонарушения2. Согласно ст. 8 УК РФ состав преступления является основанием привлечения к уголовной Иоффе О.С., Шаргородский М.Д. Указ. соч. С. 318.

См. Теория государства и права / Под ред. В.В. Лазарева. М.: Новый Юрист, 1997. С. 239-240. Теория государства и права. / Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. М.: Юристъ, 1997. С. 534 - 535. Клименко А.В. Румынина В.В. Теория государства и права. М.: Мастерство: Высшая школа, 2000. С. 190 ответственности, а в соответствии со ст. 2.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за административное правонарушение установлена административная ответственность. Однако в гл. 11 УК РФ установлены основания освобождения от уголовной ответственности, а в ст. 2.9 КОАП РФ закреплено основание освобождения от административной ответственности. Таким образом, при наличии указанных оснований для лица, совершившего преступление или административное правонарушение, не наступает соответственно уголовная и административная ответственность. Уголовная и административная ответственность являются видами юридической ответственности.

Следовательно, административное правонарушение и преступление, являющиеся правонарушениями, не всегда влекут юридическую ответственность. Таким образом, наступление юридической ответственности не является признаком, присущим всем неправомерным действиям. Так, согласно п. 2 статьи 199 Гражданского кодекса России истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в удовлетворении иска. Таким образом, если лицо, которое виновно не исполнило обязательство и к которому после истечения срока исковой давности предъявлен иск о взыскании убытков, заявит о применении срока исковой давности, то в удовлетворении иска будет отказано, а само лицо, виновно не исполнившее обязательство, тем самым совершившее неправомерное действие, не будет привлечено к гражданско-правовой ответственности. Поэтому такой признак как наступление ответственности может быть и не присущ неправомерным действиям. Однако, ненаступление ответственности в результате совершения неправомерного действия должно являться скорее исключением, чем правилом.

«Наиболее характерными формами выражения гражданско-правовой ответственности являются неустойка, убытки….»1. Исходя из пункта 2 статьи Гражданское право. Ч. 1 / Отв. ред. В.П. Мозолин, А.И. Масляев. -М.: Юристъ, 2003. С.671.

15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Таким образом, наличие реального ущерба свидетельствует об убытках, что подразумевает возможность наступления гражданско-правовой ответственности. Следует отметить, что признание недействительными оспоримых сделок, предусмотренных ст. 175, 176, 177 ГК РФ, влечет обязанность возместить реальный ущерб, если соответствующее лицо знало или должно было знать об определенных обстоятельствах. Предусмотренная ст. 178 ГК РФ оспоримая сделка, влечет для контрагента, виновного в возникновении заблуждения, обязанность возместить причиненный реальный ущерб лицу, совершившему сделку под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение. Оспоримые сделки, предусмотренные ст. 179 ГК РФ, также могут повлечь обязанность возместить потерпевшему реальный ущерб. Таким образом, указанные оспоримые сделки могут влечь наступление юридической ответственности. В то же время необходимо четко различать, какое именно действие повлекло за собой возникновение реального ущерба.

Оспоримая сделка до признания ее недействительной должна рассматриваться действительной сделкой, представляющей собой действие.

Однако, как правильно отметил И.Б. Новицкий, «определение сделки как действия не вполне точно, ибо не охватывает всех случаев сделки. Дело в том, что фактический состав сделки нередко бывает более сложным: в него может входить два или несколько действий. В частности, в фактический состав сделки могут входить соглашение сторон, фактическая передача вещи и т.п.»1. В связи с этим полагаем, что следует выделять совершение сделки и ее исполнение. Так, согласно п. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме Новицкий И.Б. Сделки. Исковая давность. М., 1954. С.14.

должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. Это правило общее для всех сделок в письменной форме. Таким образом, с момента составления указанного документа, сделка будет совершена. Двусторонние (многосторонние) сделки в письменной форме могут совершаться также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны сделки. В этом случае, сделка будет считаться совершенной с момента окончания указанного обмена. Письменная форма сделки (договора) считается соблюденной и в случае если письменное предложение (оферта) заключить договор принято путем действий по выполнению указанных в нем условий договора. По нашему мнению, исполнение сделки, совершенной в письменной форме, происходит в процессе реализации ее содержания, воплощенного в соответствующем документе (документах), следовательно, при последнем упомянутом способе совершения сделки в письменной форме, момент совершения сделки совпадает с моментом начала ее исполнения.

Суждение об исполнение сделки, совершенной в письменной форме, в процессе реализации ее содержания, воплощенного в соответствующем документе (документах) справедливо как для консенсуальных сделок (договоров), «когда для заключения договора достаточно только соглашения сторон по всем существенным условиям»1, так и для реальных сделок которые заключенными лишь в момент (договоров), «признаются совершения действия по передаче предмета договора, происходящего на основании достигнутого соглашения»2. Так, в реальных сделках (договорах) совершению действия по передаче предмета договора предшествует достижение соглашения. А это возможно и посредством действий, признаки Гражданское право. Часть первая: Учебник. Под ред. А.Г. Калпина, А.И. Масляева. М.:Юристъ. 1997. С.

438.

Гражданское право. Часть первая: Учебник. Под ред. А.Г. Калпина, А.И. Масляева. М.:Юристъ. 1997. С.

438.

которых позволяют судить о них как о сделках, в том числе подлежащих и обязательному совершению в письменной форме. В упомянутых в п. 2 ст. 158 ГК РФ сделках, которые считаются совершенными в том случае, когда из поведения лица явствует его воля совершить сделку, момент совершения сделки также совпадает с началом исполнения сделки. А устные сделки, исходя из п. 2 ст. 159 ГК РФ, могут исполняться при их совершении. В то же время законодательством не исключатся случаи, когда совершение устной сделки и ее исполнение могут не совпадать.

Разделение совершения сделки и ее исполнения имеет существенное значение для защиты гражданских прав. Так, статья 12 Гражданского кодекса России, предусматривает, что защита гражданских прав осуществляется в том числе путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности. В то же время исходя из п.

ст. Гражданского кодекса России, одним из последствий недействительности сделки является двусторонняя реституция, при которой каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. А «кроме основных последствий недействительности сделки, закон предусматривает и дополнительные имущественные последствия, заключающиеся в обязанности виновной стороны возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб»1. Однако, если по оспоримой сделке сторонами ничего не было получено, то в случае признания ее недействительной применение таких последствий недействительности сделок как двусторонняя реституция и исполнение обязанности виновной стороны возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб Гражданское право. Часть первая: Учебник. Отв. ред. В.П. Мозолин, А.И. Масляев. М.:Юристъ. 2007. С.

286.

невозможно. Как следует из п. 2 ст. 167 ГК РФ, помимо полученного имущества, полученное по сделке может выражаться в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге. Если разделять совершение и исполнение сделки, то получение (передача) имущества, выполнение работы или оказание услуги происходит в рамках исполнения сделки. Следовательно, касаясь вопроса возмещения виновной стороной другой стороне понесенного ею реального ущерба, можно сделать вывод, что если бы не было исполнения оспоримой сделки, то не мог возникнуть бы и реальный ущерб. Таким образом, не совершение сделки, а именно ее исполнение создает предпосылки для возникновения реального ущерба. Следовательно, именно исполнение оспоримой сделки может повлечь за собой гражданско-правовую ответственность в виде возмещения реального ущерба. В связи с этим необходимо отметить позицию Тузова Д.О., считающего правонарушением не саму недействительную сделку, а предоставление по ней1.

В качестве признака неправомерного действия также предлагается выделять виновность лица. Вопрос о том, является ли виновность лица обязательным признаком правонарушения, всегда был одним из наиболее сложных и дискуссионных в правовой науке. Длительное время обсуждается, нужно ли для квалификации деяния как правонарушения учитывать вину правонарушителя. Причиной этого явилось наличие института ответственности без вины. Вопрос о возможности наступления ответственности без вины в разные периоды времени решался неодинаково.

В праве доклассического периода истории Римского государства юридической ответственности как таковой не было, вместо нее была месть потерпевшего, которая воплощалась в жизнь независимо от вины лица.

Практически не было факторов, препятствовавших мести, так как право того периода не устанавливало каких - либо предписаний относительно пределов мести. Основной целью мести являлась кара, определяемая сначала См. Тузов Д.О. Реституция в гражданском праве. Дис. … канд. юрид. наук. Томск, 1999.С.44.

желанием потерпевшего, а только потом законами. Так, законы 12 таблиц разрешали обращать несостоятельного должника в раба кредитора либо, если он задолжал нескольким кредиторам, разрубать его на части, соответственно доле каждого из них1. Итак, в указанный период широко применялся принцип причинения, суть которого наступление ответственности именно за сам факт причинения, наличие же вины являлось второстепенным критерием.

Впоследствии понимание недопустимости ответственности как мести повлекло за собой выработку государственных мер, которые ограничивали возможность мести со стороны потерпевшего. В результате этого в классический период римского частного права вине правонарушителя, как одного из обязательных признаков правонарушения и условия наступления ответственности, стали придавать большое значение. Этим и обусловлено появление выражения «без вины нет ответственности».

Такой древнейший источник русского права как «Русская правда», также по общему правилу закреплял принцип ответственности лишь при наличии вины, однако и там были положения, допускающие возможность наступления ответственности без вины. Например, на позор и разграбление отдавалась семья разбойника. Так называемую дикую виру платили все члены общины, на территории которой находили убитого2.

Со второй половины 19 века опять начинаются дискуссии, приведшие к порождению сомнений в справедливости принципа ответственности при наличии вины3. Одной из причин этого явилась промышленная революция, послужившая импульсом к росту производства, в том числе конструированию источников повышенной опасности, использование которых привело к увеличению несчастных случаев, наступавших без вины кого - либо. Указанные факторы укрепили обоснованность принципа наступления ответственности и при отсутствии вины. И хотя в качестве основного в ст. 647 т.10.ч.1 Свода законов Российской империи было Дождев Д.В. Римское право. М.: ИНФРА-М, 1997. С. 15.

Черданцев А.Ф. Теория государства и права. М.: Юрайт, 1999. С. 314.

См. Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М.: Статут, 1998. С. 284.

закреплено начало вины1, ответственность без вины имела широкое распространение.

Общественно - политическая ситуация в российском государстве после 1917 года обусловила изменение взглядов по вопросу ответственности.

Основным средством воздействия на имущественные отношения являлись административные акты, что предопределяло не приоритетное значение вины, а превалирующее значение принципов подчинения и плановости, что не исключало возможности привлечения к ответственности и при отсутствии вины. Статья 118 ГК РСФСР 1922 г. предписывала освобождение должника от ответственности, если он докажет, что невозможность исполнения обусловлена обстоятельством, которого он не мог предотвратить, либо создалась вследствие умысла или неосторожности кредитора2. А согласно ст.

403 ГК РСФСР 1922 г. причинивший вред личности или имуществу другого обязан возместить причиненный вред. Он освобождается от этой обязанности если докажет, что он не мог предотвратить вреда, либо что был управомочен на причинение вреда, либо что вред возник вследствие умысла или грубой неосторожности самого потерпевшего3.

А ГК РСФСР 1964 года довольно точно зафиксировал предписания об обязательном установлении вины для привлечения к ответственности, при этом устанавливая определенные случаи привлечения к ответственности и при ее отсутствии.

Подход стал несколько иным в связи с принятием Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 года и части первой Гражданского Кодекса РФ, которые закрепили положения о привлечении к ответственности лица, которое не докажет, что ненадлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие действий непреодолимой силы. Так, Политическая история России. М.: Юрайт, 1997. С. 534.

Хрестоматия по истории отечественного государства и права. 1917 – 1991 гг. / Под ред. Чистякова О.И. М.:

Зерцало, 1997. С. 127.

Хрестоматия по истории отечественного государства и права. 1917 – 1991 гг. / Под ред. Чистякова О.И. М.:

Зерцало, 1997. С. 170.

возможность применения ответственности без вины была значительна увеличена.

Относительно ответственности без вины можно выделить два подхода.

Сутью первого является понимание «ответственности без вины» именно как ответственности. Для второго же подхода присуще видение «ответственности без вины» не как ответственности, а как определенного случая, не совпадающего с ответственностью варианта восстановления имущественного положения потерпевшего. Так, Г.К.

Матвеев указывает:

«Случаи безвиновной ответственности можно было бы не именовать ответственностью, а говорить лишь об обязанности возместить вред»1. По мнению же других ученых, возмещение убытков или уплата неустойки невиновным правонарушителем – это именно ответственность, а не какое – либо другое правовое явление2.

Гражданско-правовой ответственности присуще наложение определенных обременений на лицо, совершившее правонарушение. Исходя из этого убытки и неустойку, по нашему мнению, можно рассматривать как меры ответственности, ибо им присущи признаки определенной имущественной обременительности для нарушителя. Таким образом, возмещение невиновным лицом причиненного вреда рассматривается нами как гражданско-правовая ответственность.

В науке неоднократно предпринимались попытки объяснить причины закрепления в законодательстве случаев ответственности без вины. Так, О.А.

Красавчиков3 полагал, что обязанность невиновного лица возместить причиненный вред не может признаваться мерой ответственности. Ее необходимо рассматривать как аналогию обязанности страховой организации выплатить страховое возмещение при наступлении оговоренного случая.

Рассмотрим оправданность такого похода. Так, ответственность возможна Матвеев Г.К. Основания гражданско-правовой ответственности. М.: Юридическая литература, 1970. С.

311.

Тархов В.А. Ответственность по советскому гражданскому праву. Саратов: Изд-во Саратов. ун-та, 1973. С.

423.

Красавчиков О.А. Возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности. М.:

Юридическая литература, 1966. С. 197.

при наличии определенных условий, а основанием для освобождения от такой ответственности является действие непреодолимой силы, для возникновения же обязанности выплатить страховое возмещение необходимо наступление страхового случая, которым в то же время может являться и непреодолимая сила. Неодинаковы и лица, которые обязаны возместить причиненный вред в том и другом случае. Таким образом, мы полагаем, что неправильно проводить аналогию между привлечением невиновного лица к ответственности и выплатой страховой организацией страхового возмещения при наступлении страхового случая.

В.И. Варкало1 считает, что закрепление ответственности без вины для владельцев источников повышенной опасности обосновано тем, что она имеет определенное превентивное значение, являет собой стимул по созданию более безопасных источников повышенной опасности, что, в конечном счете, влечет снижение количества случаев причинения вреда.

Однако не всегда наличие такой ответственности стимулирует владельцев источников повышенной опасности к соответствующему поведению, к тому же не для всех производителей является приоритетным создание источников повышенной опасности, обладающих особой безопасностью.

Принцип ответственности только при наличии вины ведет к определенному ущемлению интересов потерпевшего, так как возможность возмещения ему вреда находится в зависимости от условий, которые для него значения не имеют. Потерпевшему необходимо, чтобы его имущественное положение было восстановлено, а виновность лица для него имеет второстепенное значение. Однако ответственность без вины в некоторой степени несправедлива для правонарушителя, так как не принимается во внимание его отношение к произошедшему. Лицо ни в чем не виновато, однако неблагоприятные последствия для него наступают.

Попытка найти компромисс между субъективным отношением к содеянному со стороны потерпевшего и со стороны лица, обязанного См. Варкало В.И. Об ответственности по гражданскому праву. М.: Юридическая литература, 1978. С. 222.

возместить убытки или уплатить неустойку, была сделана В.А. Ойгензихтом.

Он полагает, что отсутствие вины при привлечении к ответственности не свидетельствует об отсутствии субъективного отношения лица как условия гражданско-правовой ответственности. Таким субъективным отношением является необходимость осознания повышенного риска при осуществлении деятельности определенного рода. Риск – это такое субъективное состояние лица, когда оно осознанно допускает с большей или меньшей вероятностью возможное причинение каких-либо убытков в будущем, при этом лицо не должно предвидеть неизбежность их причинения1. В.А. Ойгенизихт полагает, что осознание наступления неблагоприятных последствий влечет за собой определенное сходство между риском и виной. По этой причине он вводит понятие «виновного риска», в котором происходит определенный синтез противоправности и психического отношения лица в виде осознаванного допущения неблагоприятных последствий, обязательность наступления которых не должна и не может быть предвидена.

О.В. Дмитриева не согласна с доводами В.А. Ойгенизихта. Она полагает, что нельзя проводить аналогию между риском и виной как субъективным условием ответственности. Вина и риск, по ее мнению, обладают разной сущностью. Сущность вины – свободный выбор субъектом отрицательного варианта поведения, риск является скорее необходимостью.

Риск свидетельствует лишь об осознанном выборе рода деятельности, а не характеризует отношение лица к своим противоправным действиям2.

Для оценки обязательности наличия у неправомерного действия такого признака как виновность, мы будем исходить из норм действующего гражданского законодательства. В Гражданском кодексе России указаны случаи наступления ответственности независимо от вины лица, в том числе и при ее отсутствии (п. 3 ст. 401, п. 1 ст. 1070, п. 1 ст. 1079, ст. 1095 ГК РФ).

Ойгензихт В.А. Проблема риска в гражданском праве. Душанбе: Ирфон, 1972. С. 56 Дмитриева О.В. Ответственность без вины в гражданском праве. Воронеж: Изд-во ВВШ МВД РФ, 1997. С.

58-59.

В связи с этим необходимо определить, что является основанием наступления гражданско-правовой ответственности. Г.Ф. Шершеневич основанием гражданской ответственности называл правонарушение и выделял такие условия привлечения лица к ответственности как недозволенное действие, причинение имущественного вреда, нарушение субъективного права и вина правонарушителя1.

По мнению И.А. Покровского, гражданское право имеет своей задачей устранить вредные последствия, причиненные правонарушением, и для него важно одно установить, есть ли налицо то, что называется правонарушением и, что дает основание возложить ответственность на его виновника2. Таким образом, Г.Ф. Шершеневич и И.А. Покровский в качестве основания гражданско-правовой ответственности называли правонарушение.

В 1955 году Г.К. Матвеев в качестве основания гражданско-правовой ответственности предлагал считать состав правонарушения, включающий в себя объективные и субъективные элементы. К объективным элементам относятся: противоправное поведение, его результат и причинная связь между ними, субъективным элементом является вина правонарушителя3.

С.С. Алексеев предлагал объединить в качестве состава правонарушения условия наступления ответственности. По его мнению, в качестве признаков состава гражданского правонарушения необходимо рассматривать: объект, субъект правонарушения и его объективную сторону (противоправность действий правонарушителя, вредоносный результат и причинную связь между ними)4. С.С. Алексеев полагает, что вина не входит в число обязательных элементов правонарушения.

Представляется, что наступление гражданско-правовой ответственности невозможно в случае отсутствия элементов, образующих состав неправомерного действия. По общему правилу в перечень этих элементов входит и вина лица, совершившего такое действие. В случае же Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. Тула: Автограф, 2001. С. 392-393.

Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М.: Статут, 1998.С. 276.

Матвеев Г.К. Вина в советском гражданском праве. Киев: Изд-во Киев. гос. ун-та, 1955. С. 56-57.

Алексеев С.С. О составе правонарушения // Правоведение.1958.№1.С. 47-53.

наступления гражданско-правовой ответственности независимо от вины лица, вина не входит в число обязательных элементов, образующих состав неправомерного действия, а само неправомерное действие не является виновно совершенным. Следовательно, неверным является утверждение о том, что любое неправомерное действие представляет собой виновное деяние. Поэтому виновность деяния не является признаком всех неправомерных действий. В то же время статьи 176, 177, 178, 179 Гражданского кодекса России указывают на возникновение обязанности одной стороны оспоримой сделки возместить реальный ущерб другой стороне лишь в случае, если первая сторона знала или должна была знать о соответствующих обстоятельствах. Таким образом, обязательным признаком исполнения оспоримой сделки, впоследствии признанной судом недействительной, является виновность лица, причинившего исполнением оспоримой сделки реальный ущерб другой стороне.

В качестве признака неправомерного действия выделяется также общественная опасность деяния. Н.Ф. Кузнецов полагает, что «общественная опасность означает, что деяние вредононосно для общества, иными словами общественная опасность деяния состоит в том, что оно причиняет или создает угрозу причинения определенного вреда …общественным отношениям..»1. В то же время существует точка зрения, согласно которой общественная опасность является характеристикой преступления, а остальные правонарушения являются общественно вредными. Обобщенно эту позицию высказал Д.Н. Бахрах, который указывал: «Представляется, что общественно опасным следует считать такое деяние, которое причинило или реально способно причинить существенный ущерб…общественным отношениям. Общественно опасны деяния, которые в совокупности в определенной исторической обстановке нарушают условия существования данного общества. С этой точки зрения большинство…проступков нельзя признать общественно опасными. Проступки могут быть общественно Кузнецов Н.Ф. Преступление и преступность. М.: Изд-во МГУ, 1969. С. 96.

опасными, а могут и не быть. Но их качественная особенность состоит в том, что они являются вредными для общества, вредными для....общественных отношений»1. Рассмотрим данную точку зрения на предмет обоснованности.

В логике есть такая операция как деление, которая раскрывает объем понятия. «в операции деления следует различать делимое понятие – объем, которого следует раскрыть, члены деления – соподчиненные виды, на которые делится понятие (они представляют собой результат деления), и основание деления – признак, по которому производится деление. Делимое понятие рассматривается при этом как родовое, и его объем разделяется на соподчиненные виды»2. Одним из видов деления является дихотомическое деление. «дихотомическое деление….представляет собой деление объема делимого понятия на два противоречащих понятия. Если А- делимое понятие, то членами деления будут два понятия: B и не-B»3. Родовым по отношению к понятию «общественно опасные деяния» является понятие «опасные деяния». Если за основание деления брать такой признак как «общественная опасность», то при дихотомическом делении опасные деяния можно разделить на «общественно опасные деяния» и «необщественно опасные деяния». Делить опасные деяния на общественно опасные деяния и общественно неопасные деяния логически неправильно, так как общественно неопасные деяния не являются опасными деяниями и не входят в объем понятия «опасные деяния». Итак, опасные деяния по признаку общественной опасности делятся на «общественно опасные деяния» и «необщественно опасные деяния». Бесспорно, к общественно опасным деяниям относятся преступления. На это указывает часть 1 статьи 14 Уголовного кодекса России, согласно которой преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное УК РФ под угрозой наказания.

Однако относятся ли все остальные правонарушения к общественно опасным Бахрах Д.Н. Советское законодательство об административной ответственности. Пермь: Изд-во Перм. гос.

ун-та, 1969. С. 71, 73.

Кириллов В.И., Старченко А.А. Логика. М.: Юристь, 1996.С. 55-56.

Кириллов В.И., Старченко А.А. Логика. М.: Юристь, 1996. С. 58.

деяниям? Если да, то что же тогда относится к «необщественно опасным деяниям»?

Согласно части 2 статьи 14 УК РФ не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного УК РФ, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности. Основными признаками деяния, предусмотренного УК РФ, являются: противоправность, общественная опасность, виновное совершение, запрещение под угрозой наказания. Если мы исключим из числа этих признаков такой признак как «общественная опасность», то согласно ч.

2 ст. 14 УК РФ противоправное, виновно совершенное, запрещенное под угрозой наказания деяние не является преступлением. В то же время мы видим, что указанные признаки идентичны основным признакам административного правонарушения, под которым согласно статье 2.1.

КОАП РФ понимается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое КОАП РФ или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность. Таким образом, мы можем предположить, что в зависимости от общественной опасности преступление отличается от административного правонарушения тем, что первое – является общественно опасным, а второе – нет. Между тем под противоправными, виновно совершенными, запрещенными под угрозой наказания деяниями можно понимать не только административные правонарушения, но и другие правонарушения, не являющиеся преступлениями: гражданские, трудовые и т.д. Таким образом, если брать вышеприведенную классификацию, то к числу общественно опасных деяний следует относить преступления, а к необщественно опасным – другие неправомерные действия, не являющиеся преступлением. В то же время и преступления и неправомерные действия, не являющиеся преступлением, относятся к опасным деяниям. Таким образом, вполне обоснованно утверждать, что признаком всех неправомерных действий, как преступлений так и неправомерных действий, не являющихся преступлением, является их опасность. Рассмотрим, в чем она должна выражаться.

Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации высшей ценностью в Российской Федерации является человек, его права и свободы. Таким образом, в первую очередь именно они подлежат защите. Исходя из этого, применительно к неправомерному действию, опасность, в первую очередь, выражается в угрозе нарушения прав человека. В то же время интересы юридических лиц и государства также не должны оставаться без охраны и защиты. В связи с этим более обоснованным будет утверждение, что опасность, применительно к неправомерным действиям, выражается в угрозе нарушения прав физических лиц, юридических лиц, государства.

Рассмотрим, присуща ли исполнению оспоримых сделок, впоследствии признанным судом недействительными, опасность в рассмотренном контексте. Согласно ст. ГК РФ признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности являются способами защиты гражданских прав.

Защита гражданских прав не требуется, если отсутствует их нарушение или угроза этого. Следовательно, с помощью признания оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности устраняется нарушение гражданских прав или угроза их. Если бы оспоримая сделка не нарушала гражданские права, либо не создавала угрозу их нарушения, то не было необходимости выделения таких способов защиты гражданских прав как признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности. А раз такие способы гражданских прав закреплены в законодательстве, то нельзя отрицать, что исполнением оспоримой сделки, впоследствии признанной судом недействительной, создавалась угроза их нарушения. Значит такой признак неправомерного действия как опасность, присущ и исполнению оспоримых сделок, впоследствии признанных судом недействительными.

Таким образом, исполнению оспоримой сделки, впоследствии признанной недействительной, как неправомерному действию могут быть присущи такие признаки как противоправность, опасность, виновность лица и наступление юридической ответственности.

(гражданско-правовой) Необходимо отметить, что такими же признаками обладает и гражданскоправовой деликт. В связи с этим может возникнуть предположение о возможности отнесения исполнения оспоримой сделки, впоследствии признанной недействительной, как неправомерного действия к числу деликтов. Деликт влечет деликтную ответственность. Однако помимо деликтной ответственности в рамках гражданско-правовой ответственности выделяют еще и договорную ответственность. «Привлечение к гражданскоправовой ответственности возможно лишь при наличии определенных предусмотренных законом условий. Их совокупность образует состав гражданского правонарушения»1. Таким образом, гражданско-правовая ответственность не может наступить, если лицом не совершено гражданское правонарушение, являющееся неправомерным действием. Следовательно, договорную ответственность влечет неправомерное действие, не являющееся деликтом. Таким образом, деликт представляет собой лишь один из видов неправомерных действий. Значит неправильным будет являться утверждение о том, что все неправомерные действия представляют собой деликты. «При наступлении деликтной ответственности вред причиняется лицом, не состоящим ранее в обязательственном правоотношении с потерпевшим. …..

договорная ответственность наступает при нарушении конкретной обязанности должника в относительном правоотношении »2. Говоря же об исполнении оспоримых сделках, нами уже отмечалось, что до признания этих сделок недействительными судом, их необходимо рассматривать порождающими те последствия, на которые имели направленность, в том числе взаимные права и обязанности сторон, свидетельствующие о наличии Гражданское право. Ч. 1 / Под ред. А.Г. Калпина, А.И. Масляева. М.: Юристъ, 1997. С. 506.

Гражданское право. Ч. 1 / Отв. ред. В.П. Мозолин, А.И. Масляев. М.: Юристъ, 2003. С. 681 - 682.

соответствующего обязательственного правоотношения. В то же время, после признания оспоримой сделки судом недействительной, она недействительна с момента своего совершения, соответственно уже нельзя утверждать, что между ее сторонами имело место обязательственное правоотношение. Таким образом, ответственность, которую влечет исполнение оспоримой сделки, впоследствии признанной недействительной, нельзя однозначно отнести либо к деликтной, либо к договорной.

Элементы состава исполнения оспоримой сделки, признанной 1.2.

судом недействительной Исполнение сделки, впоследствии признанной судом недействительной, представляет собой неправомерное действие, которому как и гражданскому правонарушению присущ определенный состав. В науке нет единого мнения о том, что представляет собой состав гражданского правонарушения, какие элементы в него входят. Так С.С. Алексеев определяет состав гражданского правонарушения как «понятие, охватывающее в совокупности признаки правонарушения в сфере отношений, регулируемых гражданским правом, - признаки необходимые и достаточные для привлечения лица к гражданской ответственности»1. Таким образом, С.С. Алексеев полагает, что основанием для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности является именно состав правонарушения. Необходимо отметить, что аналогичную позицию занимают Г.К. Матвеев, О.С. Иоффе, О.А. Красавчиков, Н.С. Малеин2.

По мнению Г.К. Матвеева, состав гражданского правонарушения представляет собой определенное единство объективных и субъективных его элементов3. К объективным элементам относятся: противоправное поведение, его результат и причинная связь между ними, субъективным элементом является вина правонарушителя4.

С.С. Алексеев же считает, что состав гражданского правонарушения включает в себя следующие элементы: объект правонарушения, субъект правонарушения, объективная сторона. По его мнению «вина как условие применения гражданско-правовых санкций не имеет универсального значения. Поэтому, если быть последовательным, ей нельзя придавать Алексеев С.С. О составе гражданского правонарушения // Правоведение. 1958. № 1 С. 47.

См.: Матвеев Г.К. Вина в советском гражданском праве. Киев: Изд-во Киев. гос. ун-та, 1951. С. 7; Иоффе О.С. Ответственность по советскому гражданскому праву. Л.: Изд-во ЛГУ, 1955. С. 94; Красавчиков О.А.

Юридические факты в советском гражданском праве. М.: Госюриздат, 1958. С. 57; Малеин Н.С.

Имущественная ответственность в хозяйственных отношениях. М.: Наука, 1968. С. 22.

Матвеев Г.К. Основания гражданско-правовой ответственности. М.: Юридическая литература, 1970. С. 9 Матвеев Г.К. Вина в советском гражданском праве. Киев: Изд-во Киев. гос. ун-та, 1955.С. 56-57.

значение общего, обязательного элемента состава»1. Он считает, что невиновность представляет собой особую правовую категорию, являющуюся основанием освобождения от гражданско-правовой ответственности, за исключением случаев, указанных в законе2.

В.В. Витрянский полагает, что состав неправомерного действия, в том числе гражданского правонарушения, не имеет какого – либо значения для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности, а концепция состава гражданского правонарушения является надуманной. По его мнению, гражданско-правовой ответственности и «основанием (единственным общим) является нарушение субъективных гражданских прав как имущественных, так и личных неимущественных3. «При применении гражданско-правовой ответственности не имеют никакого правового значения «вредоносные последствия» с точки зрения негативного влияния допущенного нарушения гражданских прав на общественные интересы, «объективная» и «субъективная» сторона гражданского правонарушения»4.

В.В. Витрянский считает, что правильнее говорить не о составе неправомерного действия, а об условиях привлечения к гражданско-правовой ответственности, к которым он относит противоправность, нарушение субъективных гражданских прав, наличие убытков (вреда), причинную связь между нарушением субъективных гражданских прав и убытком (вредом), вину нарушителя.

Мы не можем согласиться с этим мнением. Установление состава неправомерного действия имеет своей задачей определение того, можно ли соответствующее деяние определенного субъекта квалифицировать как неправомерное действие. Наличие состава неправомерного действия не всегда влечет за собой привлечение этого субъекта к ответственности. Как раз именно при решении вопроса о привлечении лица к ответственности необходимо устанавливать, имеются ли условия для привлечения его к Алексеев С.С. О составе гражданского правонарушения // Правоведение. 1958. № 1. С. 47.

Алексеев С.С. Указ. соч. С. 47 Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. М.: Статут, 1999. С. 705.

Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. С. 705.

гражданско-правовой ответственности. Так, согласно п. 2 статьи 199 Гражданского кодекса России, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в удовлетворении иска. Таким образом, если лицо, которое виновно, не исполнило обязательство, и к которому после истечения срока исковой давности предъявлен иск о взыскании убытков, заявит о применении срока исковой давности, то в удовлетворении иска будет отказано, а само лицо, виновно не исполнившее обязательство, тем самым совершившее неправомерное действие, не будет привлечено к гражданско-правовой ответственности. Следовательно, состав неправомерного действия будет иметь место, а такое специфическое условие для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности, а именно срок, в течение которого лицо может быть привлечено к гражданскоправовой ответственности, будет отсутствовать. Итак, нельзя подменять состав неправомерного действия, в том числе и исполнения оспоримой сделки, впоследствии признанной судом недействительной, установление которого необходимо для квалификации соответствующего деяния как неправомерного действия, условиями привлечения к гражданско-правовой ответственности, установление которых необходимо для определения возможности привлечения соответствующего лица к гражданско-правовой ответственности.

Встречаясь с различными неправомерными деяниями, люди, так или иначе, отмечали в своем сознании их характерные признаки, те последствия, которые они породили, лиц, совершивших эти деяния, их отношение к деяниям и возникшим последствиям, предметы, на которые осуществлялись посягательства. Так постепенно формировалось представление об элементах, в совокупности составляющих целостное представление о неправомерных деяниях и позволяющих отграничивать их от правомерных деяний.

Обобщение указанных элементов привело к возникновению категории состава неправомерного действия.

Для признания соответствующего деяния неправомерным действием необходимо определить, имеются ли все элементы, образующие в совокупности состав неправомерного действия. Исходя из этого состав неправомерного действия, в том числе исполнения сделки, впоследствии признанной судом недействительной, можно определить как совокупность элементов, позволяющих судить о деянии как о неправомерном действии.

Рассмотрим подробнее элементы неправомерного действия, образующие, по нашему мнению, в совокупности состав неправомерного действия, в том числе исполнения оспоримой сделки, впоследствии признанной судом недействительной.

Каждое неправомерное действие посягает на конкретный объект, воздействуя на него. Невыяснение объекта неправомерного действия исключает возможность определения его направленности. Алексеев С.С.

верно указывает: «вопрос, который требует незамедлительного ответа при решении любого дела, касающегося гражданского правовой

– ответственности, - это вопрос о том, урегулированы ли в правовом порядке общественные отношения, явившиеся предметом нарушения, и, следовательно, можно ли квалифицировать его в качестве правового»1.

Объект является элементом состава каждого неправомерного действия, раскрывающим его содержание, характер и степень опасности действия.

Деяние только тогда может быть признано неправомерным действием, если оно направлено против определенного охраняемого законом объекта.

Правильное определение объекта неправомерного действия позволяет раскрыть юридическую природу деяния, определить его содержание и форму, установить круг субъектов, отграничить эти деяния от других неправомерных действий. От значимости отношения, от характера нарушения, зависит степень опасности неправомерного действия. Чем более значителен объект, тем более опасно деяние, посягающее на него, следовательно, и интенсивнее его охрана.

Алексеев С.С. О составе гражданского правонарушения //Правоведение. 1958. № 1. С. 49.

В науке гражданского права существуют различные мнения относительно того, что представляет собой объект гражданского правонарушения. Так, В.Л. Слесарев полагает, что «объект гражданского правонарушения можно охарактеризовать, как те явления (предметы) окружающего нас мира, на которые направлено гражданское правонарушение»1. Он считает объект правонарушения многообразным, в связи с этим выделяет социальный, фактический и юридический объекты правонарушения. По его мнению, «социальным объектом гражданского отношение»2, правонарушения является умаляемое общественное фактическим объектом – предмет правоотношения (вещь, обязательство, нематериальное благо)»3, а юридическим – нормы гражданского права4.

Представляется, что не могут рассматриваться как объект неправомерного действия, орудия, средства производства и другие материальные вещи. Вещь сама по себе до того момента, пока она не стала предметом взаимоотношения, нейтральна и находится вне интересов соответствующих лиц.

О.С. Иоффе считает объектом правонарушения «норму права и закрепленное в ней отношение»5. Но при совершении неправомерного действия никакого прямого воздействия на норму права не происходит, в связи с этим она не может выступать объектом неправомерного действия.

Полагаем, что следует согласиться с С.С. Алексеевым, по мнению которого, объект – это те общественные отношения, которые регулируются правом6.

гражданским Правоотношения это сложные социальные

– образования, включающие в себя ряд элементов. При совершении неправомерного действия лицо воздействует на те или иные элементы правоотношения. Это может выражаться в причинении вреда жизни или Слесарев В.Л. Объект и результат гражданского правонарушения. Томск: Издательство Томск. ун-та, 1980.

С. 16.

Слесарев В.Л. Указ. соч. С. 19.

Слесарев В.Л. Указ. соч. С. 23-25.

Слесарев В.Л. Указ. соч. С. 25 Иоффе О.С. Ответственность по советскому гражданскому праву. Л.: Изд-во ЛГУ 1955.С 89.

Алексеев С.С. О составе гражданского правонарушения // Правоведение. 1958. № 1. С 49.

здоровья другого субъекта правоотношения. Лицо может воздействовать на вещь, предмет, по поводу которого возникло правоотношение (например, завладение чужим имуществом). Лицо может нарушить правоотношение путем неисполнения лежащей на нем обязанности. Воздействуя на указанные элементы правоотношения, лицо изменяет его, ущемляя права соответствующего субъекта.

Круг общественных отношений, охраняемых и регулируемых гражданским законодательством, меняется в зависимости от конкретных исторических условий. Эти изменения непосредственно влияют на законодательство, обуславливая в одних случаях отмену соответствующих правовых норм, а в других – принятие новых норм, устанавливающих неправомерность деяний, ранее бывших правомерными.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |



Похожие работы:

«СРОЧНЫЙ ВКЛАД С ПРАВОМ УВЕЛИЧЕНИЯ СУММЫ Вид вклада: срочный Минимальная сумма вклада: 1 000 000 драмов РА, 5 000 долларов США, 5 000 евро, 400 000 российских рублей При данном виде вклада клиент имее...»

«Справочник разработчика Debian Авторы "Справочника разработчика", Андреас Барт, Адам Ди Карло, Рафаэль Герцог, Лукас Нуссбаум, Кристиан Шварц, Иен Джексон 19 июня 2016 г. Справочник разработчика Debian by Авторы "Справочника разрабо...»

«• Автор теста: Досжанов Ж.Б.• Название курса: Контрактное право • Название теста: Контрактное право • Предназначено для студентов специальности: юриспруденция очное, вечернее, ДОТ • Семестр:• Проходной балл: 50 • Время на тест:• Количество кредитов:...»

«ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 2017 год -Гражданский кодекс Российской Федерации часть 1. Федеральный закон от 30 ноября 1994 года № 51-ФЗ (текст по состоянию на 20.02.2017 г.) Раздел II. ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ И ДРУГИЕ В...»

«Теория и практика гражданского права и гражданского процесса Константин Забоев Правовые и философские аспекты гражданскоправового договора "Юридический центр" УДК 347.1 ББК 67.404.2 Забоев К. И. Правовые и философские аспекты гражданско-правового договора / К....»

«"Сысуев, Бондарь, Храпуцкий" юридическая фирма/адвокатское бюро Юридическая фирма "Сысуев, Бондарь, Храпуцкий" Сысуев Тимур Бондарь Александр Храпуцкий Александр Валерьевич Юрьевич Федорович О компании "Сысуев, Бондарь, Храпуцкий...»

«Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет V Заочная Многопрофильная Олимпиада-ПСТГУ-2010 Филологический факультет Русский язык 8-9 классы 5 баллов – 1. Есть два типа переносных значений: метафора и метонимия. Метафора – это перенос по сходству. Ср. золотое сердце: слово золотое использовано метафорически, потому что сердце не...»

«НАКЛАДНЫЕ НЕ ДОГОВОР. ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ СОГЛАСОВАНИЯ СУЩЕСТВЕННЫХ УСЛОВИЙ ДОГОВОРА В своей профессиональной деятельности практически каждый юрист сталкивается со следующей ситуацией. Необходимо выполни...»

«Владимир Семенович Высоцкий Роман о девочках (сборник) Текст предоставлен правообладателем. http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=596105 Высоцкий В. Роман о девочках: сборник: Эксмо; Москва; 2011 ISBN 978-5-699-46694-8 Аннотация Проза поэта – явление уникальное. Она приоткрывает завесу тайны с замысл...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ ЮРИДИЧЕСКИХ НАУК Н А У Ч Н Ы Е Выпуск 13 Том 2 ТРУДЫ МОСКВА УДК 34(061.2) ББК 67 Н 34 Н 34 Научные труды. Российская академия юридических наук. Выпуск 13 : в 2 т. Т. 2. — М. : ООО "Издательство "Юрист", 2013. — 876 с.Редакционная коллегия: Голиченков А.К., Капустин А.Я., Кропачев Н.М., Перевалов В...»

«энциклопедический словарь / Гл. ред. В. Н. Ярцева. – М. :Сов. энциклопедия, 1990. – С. 9. 6. Расторгуев В.Н. Единодержавие: новые лики тоталитаризма // Вестник Московского университета. Серия 12. Политические науки – 2009. – № 1. – С. 43–50....»

«Павел Васильевич Анненков О мысли в произведениях изящной словесности Текст предоставлен правообладателем. http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=2572045 Аннотация "Из всех форм повествования рассказ от собственного лица автора...»

«.Ш Ж Щ ММ Ш Е П А Р Х І А Л Ь Н Ы Я ВДОМОСТИ № 71, 1883 г. ЧАСТЬ ОФФИЦІАЛЬНАЯ. Сентября 15. I. ОПРЕДЛЕНІЕ СВЯТЙШАГО СИНОДА. О 6-го—13-го іюля 1883 года за № 1195, о пріем тъ семинарскихъ воспитанниковъ въ духовныя акаде­ міи ьъ наступающемъ учебномъ году. ІІо указу Е го Императорскаго Величества, Святй­ шій Прав...»

«Глава 2 Медиация как саМостоятельный способ урегулирования правовых споров Функция обеспечения благоприятного психологического климата означает действия медиатора, направленные на поддержание мирного взаимодействия участников примирительной процедуры и соблюдение баланса сил сторон. В данном случ...»

«Ахмедов Арсен Ярахмедович НЕПОИМЕНОВАННЫЕ ДОГОВОРЫ В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ РОССИИ 12.00.03 – гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Научный руководитель: кандидат юридич...»

«город Новосибирск 22.07.2015 ЗАКЛЮЧЕНИЕ по результатам публичных слушаний по проекту постановления мэрии города Новосибирска "Об установлении публичного сервитута на земельный участок по пер. Пристанскому, 5 в Железнодорожном районе" В целях обеспечения реализации прав жителей горо...»

«СТАТЬЯ ВОЛКОВА А.В. ДЛЯ ЖУРНАЛА ЦИВИЛИСТ Что является средством при злоупотреблении правом Свобода договора в общем виде изложена в ст. 421 ГК РФ. Высокая абстрактность этой нормы является самым распространенным средством для злоупотребле...»

«Постановление Правительства Мурманской области от 27 декабря 2007 г. N 634-ПП О Порядке предоставления мер социальной поддержки ветеранам труда Мурманской области Во исполнение статьи 2 Закона Мурманской области от 26.10.2007 N 895-01-ЗМО О ветеранах труда Мурманской области Правительство Мурманской области постановляет:1. Утвердить прила...»

«ЕЖЕКВАРТАЛЬНЫЙ ОТЧЕТ Открытое акционерное общество "Система-Галс" Код эмитента: 01017-Н За II квартал 2009г. Место нахождения эмитента: Российская Федерация, 115184, г. Москва, ул. Большая Татарская, д.35,стр.4 Информация, содержащаяся в настоящем ежеквартальном отчете, подлежит раскрытию в соответствии с законодательство...»

«ЗАКОН РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ 17 июля 2002 г. № 127-З О географических указаниях Принят Палатой представителей 18 июня 2002 года Одобрен Советом Республики 28 июня 2002 года Изменения и дополнения: За...»

«ЗАЯВЛЕНИЕ НА ПОЛУЧЕНИЕ СТРАХОВОЙ ВЫПЛАТЫ (заполняется только печатными буквами лицом, имеющим право на страховую выплату) Все поля обязательны для заполнения. Заявления без указания номера полиса, ФИО заявителя, информац...»

«УТВЕРЖДЕН: Общим годовым собранием акционеров "24" марта 2011г Протокол № 1от "28" марта 2011г ПРЕДВАРИТЕЛЬНО УТВЕЖДЕН Советом директоров Протокол № 3 от "28" февраля 2011г ДОКЛАД-ОТЧЕТ СОВЕТА ДИРЕКТОРОВ ОАО “Хоперская упаковка"” О ПРОДЕЛАННОЙ РАБОТЕ В 2010 ГОДУ 1 РАЗДЕЛ. Общие сведения об эмитенте.1. Полное наименовани...»

«Татьяна Юрьевна Степанова Колесница времени Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=9748150 Степанова, Татьяна Юрьевна. Колесница времени : роман: Эксмо; Москва; 2015 ISBN 978-5-699-79454-6 Аннотация Разве могла Катя Петровская, сотрудница Прессслужбы ГУВД Московской области, представить себ...»

«ХАРКІВСЬКИЙ ІНСТИТУТ СОЦІАЛЬНИХ ДОСЛІДЖЕНЬ ХАРКІВСЬКА ПРАВОЗАХИСНА ГРУПА МОНІТОРИНГ НЕЗАКОННОГО НАСИЛЬСТВА В ОРГАНАХ ВНУТРІШНІХ СПРАВ УКРАЇНИ (2004–2015 рр.) ХАРКІВ 2015 ББК 67.5 Ця публікація здійсне...»

«Ирина Лазаревна Муравьева Имя женщины – Ева Текст книги предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8870539 Имя женщины – Ева: Эксмо; Москва; 2015 ISBN 978-5-699-80205-0 Аннотация Закончилась Вторая мировая война. Ленинградский подросток Гри...»

«Лозко Виктория Ивановна ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ ТРУДОВОГО ДОГОВОРА 12.00.05 – трудовое право; право социального обеспечения Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук Москва – 2009 PDF created with FinePrint pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Диссертация выполнена на...»

«Антология Татьяна Викторовна Стрыгина Это мы, Господи. Повести и рассказы писателей-фронтовиков Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=11311090 Это мы, Господи! Повести и рассказы писателейфронтовиков / Сост. Т. В. Стрыгина. Худож. И. Ю. Олейников.: Никея; Мо...»

«АКАДЕМИЯ УПРАВЛЕНИЯ ПРИ ПРЕЗИДЕНТЕ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ УТВЕРЖДАЮ Ректор Академии управления при Президенте Республики Беларусь М.Г. Жилинский 28.04.2017 г. Регистрационный № УД-01....»








 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.