WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 
s

Pages:   || 2 |

«Валерий Иващенко Воин и маг Серия «Черный Ярл» Текст книги предоставлен правообладателем Воин и ...»

-- [ Страница 1 ] --

Валерий Иващенко

Воин и маг

Серия «Черный Ярл»

Текст книги предоставлен правообладателем

http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=127582

Воин и маг: Армада, Альфа-книга; Москва; 2005

ISBN 5-93556-520-X

Аннотация

Одни рождаются сильными, другие умными. А что делать молодому отпрыску

древнего и славного рода, если он унаследовал сильнейший дар к чёрной магии? Стать

грозным и навевающим жуть повелителем, как великие некроманты прошлого, или, стиснув

зубы, проторить свою тропу? Сберечь в себе чистоту души или пойти темной стороной Силы?

В. Иващенко. «Воин и маг»

Содержание ГЛАВА 1 4 ГЛАВА 2 11 ГЛАВА 3 21 ГЛАВА 4 29 ГЛАВА 5 35 ГЛАВА 6 42 ГЛАВА 7 50 Конец ознакомительного фрагмента. 54 В. Иващенко. «Воин и маг»

Валерий Иващенко Воин и маг ГЛАВА 1

– Динь-донг! – Начищенный до золотистого блеска болванчик, стоящий на краю стола меж канделябром и маленьким портретом величавой женщины, качнул головой, отчего по кабинету проплыл тот самый чудный и неповторимый звон, коим славятся изделия из особой, гномьей выделки бронзы. От мелодичного звука дрогнула, разлетелась осколками и спряталась по углам тишина, которую не осмеливались нарушить даже самые ретивые слуги или отчаянные царедворцы. Император просматривал бумаги в своем кабинете, уединившись после совещания с ареопагом Полночной Империи, и время это было священным.

Пожилой, подтянутый человек, в каждом движении которого была заметна власть – нет, ВЛАСТЬ, – бросил обратно на стол сводку из канцелярии, которую перед этим изучал.

Однако во взгляде его посторонний наблюдатель не заметил бы и тени неудовольствия – наоборот, даже какая-то нежность проскользнула, промелькнула и тут же спряталась под обликом сурового и всесильного властителя.

– Динь-донг! – вновь качнулось плоское лицо бронзового нахала с раскосыми глазами.

Отражение в настенном зеркале послушно повторило это движение, окончательно подтверждая долгожданную и радостную для Императора весть. Да-да, причина для радости была.

Сын и наследник престола, молодой принц Ян – а по традиции династии все старшие сыновья властителей получали это имя – прибыл домой после окончания учебы. Но другая причина радости была та, что впервые за много поколений молодой принц обладал Даром. Тем самым Даром повелевать невидимыми, но могучими силами, которого боятся и жаждут простые люди, да и не только люди. И теперь, закончив обучение в далеком Университете Магии, наследник престола вернулся во дворец. Так что преемник нынешнего Императора обещал стать самым сильным и грозным правителем в истории и поддержать страну в трудные времена. А в том, что они приближаются, не было ни малейших сомнений у имперского ареопага и некоторых – весьма немногих – посвященных особ. Оттого-то хозяин и завел привычку каждый день наедине еще раз изучать и обдумывать поступающие сведения.

– Динь-динь-донг! – весело сообщил истуканчик. Один Ян посылал такой магический импульс, подавая только им двоим известный сигнал: отец, я здесь!

Император несколько мигов1 прислушивался к густому малиновому звону, упруго колыхнувшемуся меж стен рабочего кабинета, а затем коснулся пальцами хрустального шара связи. Прибор, покоящийся на подставке, искусно выточенной в виде блестяще-черной лапы демона, таинственно моргнул неяркой вспышкой света.

– Пусть зайдет! – повелел Император невидимому собеседнику. Собрал бумаги, разбросанные по столешнице. Не то чтобы не доверял сыну, но порядок есть порядок!





Высокая белая с золотом дверь отворилась, и в комнату шагнул статный парень лет двадцати с небольшим. Стройный, хищно-красивый и… такой родной. Эх, видела б сына Герда! Но – не судьба. Императрица не перенесла рождения второго сына… Улыбнувшись одними глазами, вошедший ненадолго сосредоточился, шепнул что-то понятное только ему, и в кабинете воцарилась особая, вязкая, прямо-таки давящая на уши тишина. Ступая сияющими сапогами по темному однотонному ковру, принц Ян подошел, взглядом подтвердил, что теперь к обычной защите кабинета, поддерживаемой дворцовым Миг – единица времени, примерно секунда. – Здесь и далее примеч. авт.

В. Иващенко. «Воин и маг»

магом, добавилось его собственное заклинание. И только теперь Император обнял его, не стесняясь и не сдерживая чувств.

– Ну, здравствуй, сын мой!

Обветшавший постоялый двор, стоявший на перекрестке пыльных дорог где-то в баронстве Дравен, явно видывал лучшие времена. Поэтому, когда входная дверь с грохотом влетела внутрь, распугав бродивших по залу кур и всполошив задремавшего было трактирщика, тот даже обрадовался. Моргая от яркого весеннего света, хлынувшего в дверной проем, хозяин подобострастно согнулся в поклоне. И было отчего – двое прибывших молодых людей, несомненно, принадлежали к дворянству, и небедному. А, судя по наброшенным на плечи плащам, ко всему прочему были и магами. Известно ведь: потряси мага – и посыплется золото. Впрочем, глядя на продувную физиономию трактирщика, ни у кого не возникало сомнения, что «трясти» людишек на пустынных дорогах ему в молодости наверняка приходилось. Естественно, втихомолку да тех, кто послабее. И, разумеется, не магов: наезжать на них, как известно, себе дороже. Теперь он вроде бы сменил жизнь на более спокойную и солидную, хотя… бытие трактирщика особо бесхлопотным тоже не назовешь…

– Чего изволят ваши сиятельства? – Хозяин заведения пухлой рукой дернул за веревку, вызывая из кухни не то чтобы супругу, но, в общем, кухарку. Судя по всему, прибывшие были при деньгах и аппетите – а что еще надо, дабы маленькому человеку заработать несколько монет?

Вошедший первым, весело смеющийся красавец-дворянин, который, по всей видимости, так бесцеремонно обошелся с облупленной скрипучей дверью, в сомнении обвел заведение глазами. Взгляд его остановился на трактирщике, отчего тому стало как-то неуютно.

– Будто не знаешь, – бросил он. – Обед изволим, да вино получше выбери, каналья!

Второй, чуть пониже, в темном плаще и с оружием, молча огляделся по сторонам. Указал на самый большой стол затянутой в лайковую перчатку рукой, что-то шепнул – и пыль слетела в угол, даже чуть ли не стружка снялась с поверхности досок и лавок. Затем брезгливо сморщился, поправил висевший за спиной уважительных размеров меч и сел.

У видавшего виды трактирщика, когда он присмотрелся, чуть глаза не вылезли из орбит. Плащ второго волшебника был не темным, а черным! «Ох, пресветлый Риллон, спаси и сохрани», – непослушными губами прошептал вспотевший горе-хозяин, разом вспомнив страшные байки про некромансеров и их крутой нрав. Пихнув кулаком в бок свою суетящуюся половину, он взглядом указал на страшного гостя. Та вмиг побелела и забегала чуть не вдвое быстрее: шутка ли, тут, как говорится, не до жиру.

Первый из прибывших уже сидел за столом и вовсю освежался Aetanne.

– А что, хозяин, пусто у тебя нынче?

Трактирщик, подавая к столу печеного гуся, осторожно ответил:

– Так, ваши светлости, народишко здешний ближе к вечеру собирается, пива выпить да погутарить. А проезжего люду нынче немного… после ярмарки-то немного.

– А вот скажи мне, – молодой дворянин оторвался от кубка, – не проезжала ли тут недавно благородная дама, баронесса? Чуть помоложе наших лет, красавица, волос как спелый каштан? С братом, тоже младше нас… годков на пять.

Кухарка, принесшая шипящий противень гречневой каши с грудинкой, закивала.

– Точно так, ваше благородие! Красавица, каких свет не видывал, да в гербе у ней тут… – показала на себе лоснящимися от жира пальцами, – вроде как собака борзая… Утром выехали.

Путешественники переглянулись и заметно повеселели, поглощая нехитрую снедь с тем завидным аппетитом, который только и присущ молодым, здоровым и беззаботным людям, одолевшим по свежему воздуху изрядный путь.

В. Иващенко. «Воин и маг»

Трактирщик же, чувствуя, как от страха по спине побежала мокрая струйка, все же осведомился:

– Ваши светлости, уж не удумали ли вы, упаси боги, какого смертоубийства? Места у нас туточки завсегда спокойные были, барон наш безобразий не допускает…

Молодой красавец – кстати, в синем плаще – хохотнул:

– Не бойся, болезный. Если эта дама – та самая, то это невеста моя, донья Эстрелла.

Договорились, что нагоним ее в дороге, да вот малость припозднились.

И снова с удовольствием вцепился зубами в гусиную ножку.

У трактирщика немного отлегло от сердца. Так, самую малость.

– Да, ваши милости, их брат ейный так и называл.

Второй маг, распрямив под черным плащом крепкие плечи, осведомился густым, рокочущим голосом:

– Молодой, худощавый и с длинной рапирой?

Кухарка усердно закивала:

– Они, они. Тож красавчик, глазищами черными так и сверкает.

Трактирщик сделал вид, что не услышал этих слов своей половины, и стал подавать десерт – исходящий ароматным духом пирог с яблоками и черносливом. Между делом украдкой осмотрел вывороченную, треснувшую и пришедшую в совершенную негодность дверь.

Однако тот маг, который в синем плаще, заметил его озабоченный взгляд.

– Не бойся, убытков не понесешь.

– А зачем же так рьяно-то, ваши благородия? – Кухарка совсем осмелела, каким-то женским чутьем угадав, что молодые люди, хоть и любят немного покуражиться, господа вроде не из буйных.

– Да поспорили, смогу ли я заклинанием с полсотни шагов вашу дверь вынести, – отхлебнув вина, ответил младший в черном плаще. – Выходит, могу.

– Да, Valle, – хохотнул его товарищ, сыто и с наслаждением потянувшись. – Наконец-то смог! Ну, ладно, рассиживаться не будем. Пошли, глядишь, через квадранс2 догоним донью Эстреллу.

– Да как же это? – остолбенел трактирщик, глядя, как в его ладони сыплется струйка серебряных цехинов. – Они ж еще утром проехали, а тут уж солнце к вечеру… Сказал и осекся, увидев, как нависла над ним навевающая дрожь фигура в черном.

– А вот это уже не твоего ума дело.

Выйдя на усыпанное щепками крыльцо, трактирщик с удивлением наблюдал, как синий маг сам вывел из конюшни своего великолепного жеребца и запрыгнул в седло. Попутчик же его оказался пешим, и, похоже, это его ничуть не смущало. Оглянувшись вокруг, черный лениво зашагал по дороге, скрывающейся в лесу.

Солнце уже спряталось за верхушки огромных, кондовых сосен, а трактирщик все торчал на крыльце с ощущением, будто упустил что-то важное.

– Чего столбом стоишь? – заворчала его сожительница, выйдя наружу с ведрами. – Сходил бы в село да позвал бы плотника дверь наладить…

– Тьфу, дура! – в сердцах сплюнул трактирщик, и только тут его осенило. Перстень-то, перстень! Имперский, фамильный – да ведь это не иначе как сам принц проездом был… Миновав поворот дороги, скрывший двоих путешественников из виду постоялого двора, принц придержал коня.

– Valle, давай, веди своей быстрой тропой. У меня, как ни стараюсь, ну ничего не получается.

Квадранс – четверть часа.

В. Иващенко. «Воин и маг»

Некромант оглянулся на эти слова, пожал плечами:

– Да, пожалуй. А то в Дравен дотемна не доберемся.

И он как-то скользяще потянулся аурой, вроде как зябко повел плечами, и пошел. Будто бы неспешно, но – раздвигались и убегали, исчезая позади, рощи, мелькали по бокам овраги, холмы и деревеньки. С умопомрачительной быстротой уменьшалось расстояние до баронского города, куда уехала баронесса.

– А что не получается, так я и сам не пойму, как это у меня выходит, – немного виновато объяснил он, выйдя на полянку и остановившись передохнуть. – Ничего, Ян, как-нибудь и с этим разберемся. Мы ж полноправные волшебники всего ничего, седьмицу только, как получили в Универе патенты мага.

– Это да, – ответил принц, заботливо осматривая копыта своего испуганно косящего лиловым глазом жеребца. – Слушай, Valle, ну эльфов же у тебя в баронском роду не было?

А ведь только они и леани могут ходить Тайной Тропой – по сотне лиг за квадранс.

Леани были еще одним племенем среди населяющих этот мир рас. Сродни вроде бы и эльфам и людям – словно бессмертные, эксперимента ради, создали их как нечто среднее.

Правда, не столь многочисленные и могущественные, как эти две могучие расы. И предпочитающие вести бродячую жизнь на лоне природы.

– Вроде не было. – Valle аппетитно зевнул, никак не привыкнув к одуряюще свежему воздуху лесов. Пожал плечами, отчего на спине шевельнулся меч. – Ученые были, воины, поэт один даже. Прадед, поговаривают, на большой дороге шалил. Но эльфов не упомню.

А быстрой дорогой я заинтересовался, когда про Яромора в старой книге вычитал. Дескать, великий черный маг древности за день чуть не тыщу лиг отмахивал.

– Да, кстати, – сказал Ян, привязывая поводья к толстой сосновой ветке. – Ну вот ты теперь патентованный некромант. И как себя чувствуешь в такой роли?

Valle легкомысленно пожал плечами:

– Знаешь… а никак.

– То есть? – заинтересованно повернулся принц к своему другу.

– Для меня это всего лишь исполнение долга.

– А, ну да: если есть Дар, обладатель должен учиться и развивать его?

– Да, примерно так, – поморщился Valle. – Думаешь, в моей семье ко мне как-то подругому относятся? Вовсе нет. Для барона и баронессы я все тот же сын и наследник. А что у меня способности к черной магии… это вторично. Да и в Универе, в общем-то, особо от меня не шарахались. Ни моей вины, ни моей заслуги в таких способностях нет. А будущее покажет… главное – чтоб человеком быть.

– Слушай, – понизив голос, вновь обратился к нему принц. – Может, теперь-то ты расскажешь, почему старикашка Бер был такой задумчивый после твоего выпускного экзамена?

И вообще, что ты там устроил?

Молодой баронет, а нынче чернокнижник, задумчиво кивнул. Уселся, опершись спиной на теплый шершавый ствол сосны. Неторопливо набил короткую трубку, прикурил от огонька на кончике пальца и вдруг вспомнил… *** …Резко, с грохотом хлестнул ослепительно яркий разряд. Казалось, нет силы, способной выдержать такую мощь. Разорвет в дымные клочья, разбросает жалкими дымящимися лохмотьями любую цель. Но нет – молния расплескалась яркими сполохами жаркого, пахнущего грозовой свежестью лилового огня, заметалась по сторонам и истаяла безвредными искрами. Лорд Бер, вызвавший заклинанием эту убойную силу, окинул взглядом полигон и В. Иващенко. «Воин и маг»

слегка забеспокоился. Выпускной экзамен, устроенный единственному за последние много лет некроманту-ученику Университета Магии, похоже, пошел вразнос.

Почти посередине небольшой долины виднелась темная, полускрытая пылью и дымом фигура студиозуса. Он стоял с кажущимся спокойствием, иногда делая какие-то пассы руками и посохом. Зато чуть ближе, навевая дрожь и какое-то брезгливое ощущение ужаса, двигались два свежеподнятых зомби. Рядом, нелепо дергаясь от разрядов, шагал скелет совсем уж непонятного четырехрукого существа.

– Где ж он такое диво выкопал? – Стоявшая рядом волшебница Аэлирне, профессор Общей Магии, изящной ладошкой смахнула с лица пот и старательно усилила защиту по периметру испытательного полигона. Лорд Бер краем глаза заметил, что ее тонкие красивые пальчики подрагивают – то ли от нагрузки, то ли от страха, – и проворчал:

– Где – не важно. А вот как обратно закапывать будет… – и послал в парочку нежити небольшой, но бешеной силы фаербол.

В другое время Аэлирне захлопала бы от восторга: боевые заклинания в исполнении члена Совета Магов – а им и был лорд Бер, по совместительству руководивший Университетом, – это в высшей степени красивое и поучительное зрелище. Но сейчас смертоносная, до мелочей выверенная магия вызвала лишь бледную вспышку да еще оставила очередное грязное пятно копоти.

Экзаменуемый чернокнижник повел невысоко над землей ладонью – знак всем, что сейчас его подопечные будут атаковать. По его сигналу уродливый скелет опередил парочку зомби, и образовавшийся треугольник разупокоенных медленно поковылял к защитному периметру. Едва видимая полоса охранных заклятий, слабо светящаяся от заложенной в нее гигантской энергии, вдруг заиграла всеми цветами радуги, когда передовой из неспешно напирающей нежити уткнулся в нее. Затем прогнулась… еще… и – лопнула.

От враз высвободившейся неконтролируемой мощности по поверхности земли пошла волна ряби, подбрасывая вверх пыль, пучки пожухлой травы и мелкие камни. Закричал, объятый бледным бездымным пламенем, один из магов, державший угол периметра. Закричал, задергался и упал изломанной трепещущей куклой. К нему бросились несколько человек из резерва, прикрыли от увечащего истечения Силы, а затем над ним склонился целитель.

Тем временем разупокоенные, словно кичась своей титанической мощью, в пыль разнесли небольшой гранитный утес, оказавшийся у них на пути. Теперь до холма, на котором стояли два самых, пожалуй, сильных мага Университета, оставалось едва полсотни шагов.

– Что делать? – некстати спросила Аэлирне, морщась от боли, вызванной откатом лопнувшей защиты. Из-под ее растрепавшейся прически выглянуло чуть заостренное кверху ушко – волшебница была из рода леани. И редкостная красавица, надо сказать. В другое время лорд Бер полюбовался бы да и попробовал в очередной безуспешный раз подъехать к своей коллеге, но сейчас он только выдохнул пересохшим от первобытного страха горлом:

– А что тут… бежим!

От нежити шла волна неистовой темной и страшной Силы. От ощущения этого поднимались дыбом волосы, по спине стекали холодные ручейки. Медленно пятясь, ректор Университета окинул взглядом полигон. Маги, обеспечивавшие защиту, а также наблюдавшие за редкостным зрелищем, в организованном порядке отходили назад. Пострадавших вроде не наблюдалось. Даже тот, которому досталось больше всех, шел сам, хлопая себя по слабо дымящейся одежде.

– Уходим, Аэлирне! Этот некромант, похоже, спятил! – Он схватил женщину за руку.

– Нет, Бер, я не верю, что ошиблась в этом парне, – негромко ответила волшебница.

Она взяла в ладонь сверкающий аметистовый медальон, висящий на ее шее. Сжала так, что ноготки впились в атласную кожу, оставляя немилосердные борозды. Глубоко вздохнув, дернула – кожаный шнурок лопнул. Высвободив другую руку из пальцев лорда Бера, выброВ. Иващенко. «Воин и маг»

сила ее вперед, в направлении нежити, и с потрескавшихся от жара уст сорвалось воистину страшное по своей силе заклинание. Половину слов ошарашенный ректор пропустил, потому как его скрутило и отбросило на пару шагов в сторону. Аэлирне стояла, прижав к груди кулак с яростно полыхающим в нем камнем, и плела ювелирную, стремительную вязь магических слов. Левой рукой она указывала вперед, иногда шевеля пальчиками и помогая себе формировать и направлять Силу.

«Вот это искусство! Вербальному наложению магии она кого хочешь научит. – Маг отплевывался и промаргивался от пыли, а взгляд его шарил по клубам дыма, поднявшимся на месте наступавших. – Видать, есть у Аэлирне старые счеты с нежитью, есть… На досуге не худо бы расспросить…»

Наконец завеса немного рассеялась, впереди стало хоть что-то видно. Одного из зомби скрутило, почти разорвало пополам, и он теперь лежал в пыли на дне воронки, безуспешно пытаясь подняться. Другой с глухим рычанием выбирался из-под засыпавшей его кучи щебня. Зато целый и невредимый скелет неуверенно топтался рядом, не решаясь удалиться от своих собратьев по смерти. Его тянул, звал пьянящий запах свежей плоти наверху холма, и все же что-то удерживало. В это время подошедший ближе молодой некромант бросил заклинание, подкрепленное содержимым небольшого пузырька в его руке.

Хрясь! Любое другое существо от такого быстро и качественно отдало бы концы.

Издохло. Скопытилось. Умерло, проще говоря. Однако для изувеченного, истекающего грязно-желтым гноем зомби это оказалось как целебный бальзам сверхбыстрого действия. Разом ожив, он дернулся и встал почти невредимым. Фрилорд ректор даже мог бы поклясться, что слышал, как щелкнули в суставах кости, становясь на свои места.

Аэлирне, растрепанная, покрытая пылью и прекрасная в своей ненависти к нежити, раз за разом пробовала и подбирала все новые и новые варианты, сочетая такое, что лорду Беру и в голову не пришло бы попробовать. Стремительно и изящно накладывались слои;

слова и понятия ложились куда надо, и на разупокоенных обрушивались все новые и новые волны неистовой, разрушительной магии.

Раз за разом падали, отлетая назад, зомби. Хрустели, ломаясь, кости угрюмого, почерневшего от пламени скелета. Стекал пот по грязному лицу экзаменуемого, мелькали в воздухе его пальцы, помогая находить достойный ответ атакам волшебницы леани. И медленно, но неотвратимо, небольшая группа оживших мертвецов подымалась вверх по склону холма.

Лорд Бер, поколебавшись, все же не бросил впавшую в боевой транс коллегу, а стал помогать ей, страхуя тонкие участки и принимая на себя неучтенные откаты магической энергии.

Поблагодарив его коротким кивком, Аэлирне стала применять еще более и более рискованные варианты, перебирая их с такой скоростью, что помощник ее переставал порой понимать, отчего вокруг обоих на краткий миг вздымалась дымка отчуждения реальности.

Когда до вершины холма осталось уже совсем немного, студент вдруг остановил свое воинство и улыбнулся ослепительной на темном от пыли лице улыбкой.

– Aves hessa cotumo! – сообщил он ключевую фразу своего заклинания, удерживающего в повиновении подъятых мертвецов. Это означало, что он условно победил. Аэлирне упрямо мотнула гривкой своих волос – сама хочу, мол, разобраться с ними! Но лорд Бер недаром был не только магом, но и опытным администратором.

– Не дури, Элли! – И добавил необходимые компоненты к головокружительному по сложности и силе заклинанию волшебницы. – С этим не шутят!

Зомби застыли, а затем затряслись мелкой дрожью. Куски полусгнившей плоти отваливались с них, падали, но, не долетая до земли, сгорали видимым только магу призрачным огнем. Волна смрада накрыла холм, вызывая спазмы в напряженном до дрожи теле.

Сухим прахом рассыпались кости, и вскоре только горстка пыли напоминала об этих двоих, на время вырванных из Чертогов Смерти.

В. Иващенко. «Воин и маг»

Зато скелет, вбитый в твердую, каменистую землю, упрямо не поддавался. Раз за разом вколачивало его вниз заклинание, способное раздробить дюжину таких, как он. И раз за разом, помогая себе суставчатыми руками, он с глухим скрежетом выкарабкивался и вставал. Лорд Бер пригляделся и ахнул: от студента к злосчастному мертвецу шла ниточка поддерживающего заклинания.

– Хватит, Valle, отпусти его!

Аэлирне тоже заметила такое диковинное применение магии. С заметным усилием она остановилась, медленно переводя дух. Конечно, в некромантии и она, и лорд Бер разбирались намного слабее этого юного чернокнижника, но общие принципы магии-то она знала.

Пока такая связка работает, один из соединенных неуязвим. А кто именно – решает хозяин.

Искоса глянув на бледного, уставшего ректора в порванном камзоле, волшебница бросила в молодого некроманта слабенькое, безвредное, но очень болезненное заклинание. А затем сразу же – мощное в скрипящий и дергающийся скелет.

Когда пыль улеглась, на вершине холма осталось только трое. Трое живых – без навевающих дрожь разупокоенных. Трое живых, сила которых могла бы ужаснуть величайших из владык прошлого, настоящего, а возможно, и будущего.

***

– Вот так я и попугал маленько старикашку Бера. А Аэлирне – молодец, не сдалась.

Хотя ей, как леани, особо туго пришлось. Позволил я ей того четырехрукого… отвести душу, в общем.

– Ну да, – кивнул посерьезневший после рассказа принц. Задумчиво пожевал травинку, выплюнул. – У остроухих же от черного обороны совсем нет. Видать, амулет тот аметистовый редкой силой обладает.

– Амулет неплохой, – согласился Valle, потягиваясь. – Хотя при желании и его сломать можно было бы.

– По принципу «тяни-толкай», как нас учили? – Принц шутливо толкнул баронета3 в плечо, отчего тот покатился по мягкой хвойной подстилке, кое-где поросшей первой травой.

– Это точно, – выдохнул Valle, приняв забаву. Зацепил друга, перекинул через себя борцовским приемом. Принц ловко, как кошка, извернулся в полете, приземлился на ноги.

И застыл, глядя на озабоченное лицо товарища.

– Ч-что?!

– Беда впереди, Ян. – Лицо молодого чернокнижника чуть побледнело. – Я только сейчас разобрал: большая беда. Поспешим!

Встревоженный принц без слов взлетел в седло, и снова началась бешеная, неудержимая гонка.

Баронет – в этом мире сын барона.

В. Иващенко. «Воин и маг»

ГЛАВА 2 Барон Дравен, гордый и всесильный хозяин в своих владениях, впервые в жизни не знал, что ему делать. Жизнь, казавшаяся не всегда легкой и простой, но всегда понятной, вдруг встала на дыбы и выдала такой фортель! Еще сегодня ночью он гулял в замке своего друга и соседа, такого же, как он, барона Мец. А сегодня… А сегодня, возвращаясь с парой солдат домой, он стоит в растерянности на берегу реки, отделяющей его от своего города и замка, и не знает… не знает… Мор. Страшный, неукротимый мор сегодня царит в его вотчине. Посему паром, переправляющий через реку, надежно ошвартован у этого берега, всякое сношение с той стороной заблокировано и всюду распоряжаются хмурые солдаты с ярко-желтыми значками на пиках. Карантинная команда.

– «Приказано никого не пущать ни туда, ни сюда!» – с трудом сдерживая ярость, передразнил он командира солдат. Разумеется, никто не мог приказывать барону в его владениях, тем более что он направлялся внутрь оцепленной зоны. Но Фриц фон Дравен прекрасно сознавал, что помочь он там ничем не сможет. Потому и оставался на этом берегу, в бессильной злобе горяча коня…

Мимо, уныло качая головами, проехали назад от реки двое гномов на телеге, громыхающей кирками, лопатами, сверлами и прочим железом. Еще донеслось, как один из маленьких бородачей сипло проворчал соседу, сидящему рядом с ним на облучке:

– Слышь, Нили, придется в обход ехать. А это мало не седьмица пути… Барон вздохнул, отвернулся и с высоты обрыва окинул взором скопище народу, повозок и животных на этом берегу. Затем взор его скользнул через ленту серой равнодушной воды туда, где над прибрежными кручами горделиво высились стены города и замка. Стены его города и его замка. Стены, в которых, быть может, именно сейчас умирают от мора его жена и сын. Его жена и его сын!

Барон поймал себя на том, что ему хочется взвыть, заорать во все горло и броситься на кого-нибудь с обнаженным мечом в почти непереносимом желании хоть что-то сделать, хоть как-то отвести душу. Но невероятным усилием воли, еле слышно хрипя от сдерживаемого животного вопля, он задавил, загнал внутрь рвущийся крик. Ничего, ничего тут не поделать, на все воля богов… Сзади, со стороны спускающейся к переправе дороги, раздались возбужденные голоса.

Барон нехотя обернулся, слегка перекрутившись в седле. Сначала ему показалось, что у него потемнело в глазах, ибо подъехавший всадник до жути был похож на молодого Императора.

Только затем он разглядел, что это принц Ян собственной персоной. Батюшки-светы! Но потом у барона точно потемнело не только в глазах, но и в голове, потому что пеший маг рядом с принцем был в черном плаще и обращался с его высочеством запросто, по-свойски.

Барон очнулся, развернул и пришпорил коня и в сопровождении своих солдат спустился с прибрежного холма к серой, пыльной ленте дороги.

Valle с любопытством оглядел сборище у переправы, уже начавшее разливаться широко, вверх и вниз по течению. Сердце его как-то нехорошо стукнуло, едва он заметил у самого парома солдат.

– Карантин! Вот оно что, – возбужденно отозвался Ян, с высоты коня выглядывающий свою невесту. – Вон они, наши!

Он соскочил наземь и стал проталкиваться вперед и чуть влево, ведя коня за собой.

Едва они обогнули какую-то крестьянскую семью, основательно расположившуюся прямо В. Иващенко. «Воин и маг»

на обочине дороги, как сбоку подъехал пожилой здоровяк и, спрыгнув с коня, согнулся в почтительном поклоне:

– Мое почтение, ваше высочество.

Принц нехотя притормозил и недоуменно оглянулся, отталкивая фыркающую морду своего коня.

– А-а… барон Дравен, если не ошибаюсь?

– Вы правы, принц Ян.

– Что тут у вас? – Принц спрашивал, а глаза шарили, шарили по толпе и наконец-то встретились с широко раскрывшимися от радости глазами доньи Эстреллы.

– Мор, ваше высочество. Вчера карантин поставили, – угрюмо и тоскливо ответил барон, упрямо глядя куда-то мимо Valle, хотя того ну никак нельзя было признать за простолюдина.

– Причина? Откуда пошел? – резко и требовательно спросил молодой некромант, игнорируя столь явную невежливость.

Барон только вздохнул и пожал плечами.

– Неизвестно. Говорят только, что надежды нету: целители ничего не могут поделать.

– Valle, ты ведь не собираешься… – Брови принца взлетели вверх, когда он заметил интерес друга.

– Ян… – горячо зашептал тот ему в ухо. – Даже если один шанс из десяти, что это по моей части, по черной… Все равно я обязан попытаться спасти людей.

Принц несколько мигов с удивлением рассматривал своего товарища детских игр, друга и единомышленника, словно заново узнавая его. Затем дернул щекой и отвернулся.

– За мной, – бросил он уже на ходу.

Пожилой усатый сотник, командовавший карантинной командой, устремился наперерез. Но фамильный перстень, кои имели право носить только члены императорской семьи, тут же блеснул перед его потным и злым лицом. Блеснул и исчез, сделав, однако, свое дело.

Сотник вытянулся и взял на караул.

– Переправить этого человека на тот берег! Если будут дополнительные указания, выполнять. – Принц распоряжался нарочито властным и чуть скучающим тоном. Зато сотник, скользнув взглядом на «человека», малость переменился в лице. Правда, возражать даже не подумал – великое дело выучка!

– Подожди меня здесь, – обронил Valle перевозчику, выпрыгивая из лодки на берег.

Тот затрясся мелкой дрожью, едва не выронив весло, затем сдавленно пискнул что-то, но возражать не осмелился.

Молодой некромант поплотнее закутался в плащ, ибо от реки уже потянуло вечерним холодом и сыростью. Поднявшись по широкой, выложенной каменными плитами дороге к городским воротам, он нашел их открытыми и никем не охраняемыми.

– Бардак тут у них, однако, – проворчал он, подумал и решительно шагнул внутрь.

Солнце уже почти совсем село, поэтому в городе было довольно темно. Посреди небольшой площади с внутренней стороны ворот горела чья-то телега с пожитками. Пламя, дымное и неяркое, все же освещало замызганную брусчатку, раздутый труп лошади и брошенные впопыхах вещи.

Совсем рядом кто-то застонал. Valle повернулся и увидел молодого стражника со страшно красным, обезображенным лицом. Тот бессильно сидел, привалившись в тени створки ворот, и что-то силился прохрипеть, невзирая на вывалившийся опухший язык.

Наклонившись, стало возможным разобрать слова в его смрадном, сипящем и булькающем дыхании.

В. Иващенко. «Воин и маг»

– У… уходи… мор… тут… – из последних сил выдавил солдат, до конца оставшийся на посту, и голова его бессильно свесилась. Узловатые крестьянские руки дернулись и замерли.

Valle перевел дух, мысли его судорожно метались. Душа сначала возликовала: «Мне знакомы эти признаки, похоже, знаю я эту болезнь!» – но по мере осмотра умершего стражника брови молодого мага хмурились все тревожнее.

Нет, не зря он корпел столько лет в Универе, не зря дотошно выспрашивал старую полуслепую ведьму Грету – единственную, кто хоть что-то смыслил в черной магии. Не зря читал, изучал и сравнивал заклинания, глотая пыль в завалах запасника библиотеки. Не зря с упорством, достойным лучшего применения, взломал защиту на хранилище редких и опасных артефактов; нашел и расшифровал несколько свитков, писанных старинным, витиеватым почерком самого грозного и ужасного некроманта прошлых веков – Яромора. Да, это багровая трясовица – страшная и неумолимая зараза, которая никогда не появляется от естественных причин! Она дремлет до поры в укромных уголках стигийских пирамид или в лабораториях некромантов; но, вырвавшись на простор, косит люд быстро и неумолимо, летя по землям со скоростью лесного пожара.

«Неужели? – обожгла сознание мысль. – Неужели кто-то вновь выпустил это в свет?»

Глубоко задумавшись, Valle вспомнил, что последний случай этой воистину страшной болезни, кропотливо запечатленный летописцами, был лет двести тому назад и где-то в этих краях.

В ЭТИХ?

Молодой человек встрепенулся. Еще не оформившаяся до конца мысль подстегнула его, наполнила бурлящей, покалывающей силой и погнала по кривым улочкам в целях дальнейшего изучения. Губы сами произнесли нужные слова, а руки достали и использовали нужные ингредиенты из тощей, тщательно оберегаемой сумки. Жаль, что таким образом можно защитить только себя; ну, возможно, еще одного-двух человек, не больше. А глаза в это время цепко и беспристрастно обшаривали все вокруг.

Так, здесь уже никого… из числа живых. Только крысы. Крысы? Молнией сверкнул кинжал, прервав существование метнувшегося из-под ног трепещущего пушистого комочка.

Так… заражена, конечно, но причина не в этом… Тени… Кажущиеся такими призрачно-бесплотными в сумеречном, дымном воздухе, но проворно скользнувшие из подворотни к одинокой черной фигуре, неспешно идущей по кривой, изломанной улочке. Тени, блеснувшие клинками, жадно метнувшимися к телу… Взмах меча, хищной рыбой высверкнувшего из-за плеча… Меч с хряском разрубил одну;

на возврате глубоко, насквозь и с поворотом (как учил Ян) пронзил другую, и все встало на свои места.

– Мразь, – еле слышно пробормотал молодой маг, холодно и отстраненно вытирая лезвие об одежду корчащегося в последних муках грабителя. – Даже сейчас мразью остались, когда весь мир ваш рушится… Задержавшись на несколько мигов, Valle озаботился заклинанием ночного зрения и, поколебавшись, накрыл себя плащом невидимости. В глазах чуть защипало – по этой причине кошачьи глаза не очень любят, хотя заклинание чрезвычайно полезное, – но вскоре окружающее подернулось неестественным светом и стало вполне приемлемо различаться.

Через еще несколько мигов видно стало как в пасмурный день, но совершенно не различались цвета. Ну и заглушка звуков – чтоб шаги неслышными стали. Все? Вперед!

Заглянуть в настежь открытые ворота дома на углу. Рассыпавшийся ворох одежды из комода, особая, тягостно-гнилостная аура… Так, двое… симптомы те же. Годовалый ребеВ. Иващенко. «Воин и маг»

нок… еще дышит… уже не спасти. Нет, не отсюда. Хотя… Повинуясь воле человека в черном, один из поверженных грабителей неуверенно поднялся. Покачнулся, дернул руками, словно возмущаясь, но все же взял на руки завернутого в тряпицу малыша, заковылял следом.

Здание ратуши… тут еще есть здравомыслящие, забаррикадировались изнутри… правильно, только ненадолго это поможет… Рынок… ох, боги, как же вы такое допустили?… Рыбные ряды… а тут-то сколько полегло народу!.. Рыбные ряды… а что, если?..

Неслышная и невидимая тень скользила влево-вправо, как борзая, вынюхивающая потерянный след. Баронский замок?… Нет, не здесь… хотя еле заметные струйки заразы сочатся и отсюда.

Квартал кузнецов и строителей… а тут почти чисто. В некоторых домах люди празднуют невесть что, лишь бы не поддаваться унынию и панике – солдаты и маги из карантинного оцепления все равно живым никого не выпустят. Это правильно – гуляйте, может, в последний раз… Есть! Valle чуть не подпрыгнул, поймав еле заметный, тошнотворно-горячий след.

Туда, туда, вниз… не смотреть по сторонам, не смотреть! Нельзя сейчас давать себе слабину и обращать внимание на такое…

– Да. Да! – воскликнула скользящая тень, выбравшись в конце концов к реке. Обостренные несколькими заклинаниями и эликсирами, а главное – знанием, глаза различили на поверхности воды еле заметное зыбкое марево. Мор пришел по реке сверху; теперь осталось выяснить причину и взять за горло того, кто это устроил.

Перевозчик уже задремал, скорчившись на дне лодки под своим ветхим плащом. Задремал, несмотря на холод и одолевающие его страхи. Поэтому, когда чья-то нога бесцеремонно пихнула его под ребра, он некоторое время ошарашенно пытался что-то сообразить, разглядывая две темные фигуры, маячившие перед ним в сгустившемся туманном сумраке.

– На тот берег, – лаконично приказал один из пришедших голосом черного мага. Он сел на скамью на носу лодки и закурил свою трубку, высвечивая временами свое усталое лицо. Другая же фигура, неловко шагая, тоже забралась в лодку и стала прямо и неподвижно, как столб.

– Дык темно же, ваша милость, – сообразил лодочник, вертя головой по сторонам.

Маг вздохнул, встал и шагнул ближе. Провел ладонью у лица перевозчика, шепнул чтото. Проморгавшись от слез, хлынувших из зачесавшихся глаз, тот обнаружил, что теперь видит все очень отчетливо, но как-то чудно. Впрочем, за многие годы, проведенные у переправы, он повидал всякого.

– Благодарствуем, вашсветлость. – Он взял весло и привычными движениями погнал лодку на ту сторону. – А что ж спутник-то ваш стоит? Сел бы…

– А ему все равно. На том свете отлежится, когда отпущу, – со смешком ответил маг, пыхнув дымком своей трубки.

Волосы дыбом поднялись у почтенного лодочника, когда он вгляделся в стоящего посреди лодки человека. Ну, уж покойника-то различить немудрено, тем более что сквозь дыру в груди виднелись костры на том берегу. Ой, что ж оно делается-то?!! Впрочем, мертвяк стоял смирно, бедокурить не порывался. Тем более что обеими руками прижимал к себе В. Иващенко. «Воин и маг»

какой-то мешковатый сверток. Мало-помалу перевозчик успокоился, мерно гребя веслом. И лишь в удивлении покачивал головой.

Тихо струилась темная вода за бортами, мало-помалу утлый челн преодолевал реку. На стремнине пришлось помахать веслом посильнее – чтобы не снесло. И вот уже с приблизившегося берега слышны окрики, конское ржание, треск сырых хворостин в огне…

– Подождешь здесь, – бросил Valle перевозчику. Отклонил рукой упершиеся было в грудь копья карантинной команды, глянул на солдат так, что у тех в животе захолонуло, и выпрыгнул на песчаный берег.

– Да как же я с энтим-то? – тихо завопил лодочник, осторожно указав рукой на стоящего посреди лодки… да-да, самого натурального зомби. Солдаты в свете недальних костров тоже углядели, в чем тут дело, и расстояние меж ними и приставшей лодкой немедленно удвоилось.

– Не бойся, он смирный. До поры, – хохотнул молодой некромант и повернулся к подбежавшему сотнику: – А вызови-ка мне, голуба, принца с невестой да барона здешнего… Довольно быстро выяснилось, что когда-то чуть выше по течению стоял город. Но после страшного и скоротечного мора он вымер, как написано в старинных семейных хрониках. Маги залили останки огнем, потом завалили камнем. А новый город прапрадед нынешнего барона поставил здесь.

– Valle, ты же знаешь, я за тобой куда угодно, если надо, – с сомнением произнес принц Ян. – Но тащить туда Эстреллу… ты уверен?

Молодой маг вздохнул. Подумал немного, ковыряя сапогом сырой прибрежный песок.

– Поверь мне, Ян, так надо. Я еще сам не знаю почему, но – надо.

– Хорошо, – решился принц. Он выпрямился, повернулся и подошел к поджидавшим чуть поодаль остальным.

– Донья Эстрелла, все-таки желательно ваше присутствие на оцепленной территории.

Приказывать вам я не могу, да и не хочу. Ваше решение?

Вместо ответа молодая женщина, вернее девушка, красивая той яркой красотой, которая через несколько лет обещала стать просто ослепительной, несколько мигов всматривалась в лица своего суженого и его друга. А потом просто шагнула вперед и стала рядом с принцем.

– Я готова, – коротко сказала она.

Ее младший брат, баронет Карлос, возмутился:

– Мне папенька велели сопровождать сестру повсюду и не оставлять ни на миг!

Взгляд Valle, обратившийся на худощавого паренька с неразлучной рапирой на боку, потеплел.

– Баронет, там, – со значением подчеркнул он, – вам делать нечего. Зато на этом берегу… – Он посмотрел на невозмутимо стоявшего барона Дравена: – На этом берегу скопилось слишком много людей. Надо навести порядок, организовать питание, быт, патрулирование.

– Со мной всего двое солдат, – заметил со вздохом барон.

Донья Эстрелла посмотрела на брата:

– Карлос, в самом деле. Хватит железкой махать – пора за дело браться.

– Да, баронет. Поступаете в распоряжение барона Дравена. Действовать твердо и непреклонно, если не действуют слова, то и силой оружия. Это ведь ваши земли, барон? – Он жестко глянул в глаза стоящему напротив барону. – Так в чем же дело? Займитесь своими обязанностями.

В. Иващенко. «Воин и маг»

Получив столь явное руководство к действию, тот даже немного приободрился:

– Пойдемте, баронет. Работы у нас невпроворот.

Уже от удалявшейся парочки дворян донесся ломающийся юношеский голос:

– Барон, может быть, стоит послать за подмогой в ближайший замок кого-нибудь из ваших вассалов или рыцарей?

– Хорошая мысль, малыш. Так и сделаем…

– Да, барон! – окликнул их Valle. – Чуть не забыл. Надо организовать патрули вверх и вниз по течению, оповестить: из реки воду брать нельзя.

Молодой баронет, Зигмунд фон Дравен, которого вытащили из замка, был безутешен.

Сверстник обоих молодых магов, он еще носил на себе печать детства и, пожалуй, провинциальной безмятежности.

– Как же так? Матушка в полдня сгорела, как свечка…

Вздохнув, Valle положил руку ему на плечо:

– Сочувствую, но горевать некогда. Надо спасать кого еще можно.

Эстрелла с сомнением посмотрела на опухшее от слез лицо Зигмунда, а затем вопросительно глянула на принца Яна.

– Баронет, это приказ! – властно бросил тот.

Понурившись, парень встал и пошел за странной троицей, держась подальше от мерно и деревянно шагающего мертвеца.

В ратуше долго не хотели верить ни увещеваниям, ни угрозам. И лишь голос молодого баронета малость образумил закрывшихся внутри людей.

– Зигмунд, дай нам человека, который хорошо знает окрестности. А к нашему возвращению чтобы город был под полным контролем патрулей. Чтобы каждая улица и перекресток были освещены. Из домов никому не выходить, ждать нас. В обеих деревнях, попавших в зону оцепления, – тоже.

Приказы и указания сыпались из Valle, заставляя людей выходить из состояния оцепенения и мало-помалу браться за их выполнение. Капитан гарнизона лишь под угрозой немедленного повешения за бунт пошел в казармы за солдатами.

Худощавый перепуганный парнишка, оказавшийся проводником, довольно быстро привел группу к развалинам старого города. Остановились за кучей битого камня, в которой с трудом угадывались останки угловой башни. Постепенно перевели дух и огляделись.

– Здесь кто-то есть, – оповестил всех принц, проверив впереди заклинанием.

– Странно, – ответил Valle, пристально изучая размытый весенним половодьем берег. – Странно, не настолько сильно и размыло-то.

– Ты имеешь в виду, что зараза не могла так просто попасть в реку? – отозвалась Эстрелла, зябко ежась от ночной сырости.

Valle кивнул. Разумеется, трое молодых дворян и провожатый были с кошачьим глазом, так что опасности заблудиться или свалиться в какую-нибудь расселину не было.

– Ты можешь возвращаться, – бросил он чуть позже парнишке, и тот припустил так, что догнать его вряд ли смог бы и конный. Медленно пройдя вдоль береговой черты, вглядываясь в одно известное ему, Valle вскорости остановился у еле заметных непонятных следов.

– Здесь. Отсюда это пошло.

Ян присел на корточки, долго и придирчиво изучал, осматривал, а затем, распрямившись, бросил:

– Гробокопатели.

В. Иващенко. «Воин и маг»

Эстрелла тихо охнула. Еще бы – в Империи, да и за ее пределами, достаточно мест, где можно легко обогатиться, стоит только хорошенько взяться за лопату. Но вместе с тем из-под земли может вылезти такое, что ближе к ночи и поминать не стоит. Слишком много страшных тайн и находок порой оказывается в руках предприимчивых кладоискателей. Потомуто во всех странах, а по слухам – даже у орков, такие дела преследуются по всей строгости.

– Понятно, – кивнул Valle. – Странно, что они сами еще живы.

С этими словами он потянулся рукой и вытащил из заплечных ножен свой полуторный меч. Заметно было, как принц нахмурился, кивнул и тоже обнажил дотоле без дела болтавшийся на бедре клинок – правда, поменьше. Эстрелла пожала плечиками и достала изящный, но весьма опасный в умелых руках кинжал.

Молодые маги приняли ее действия как должное. Не к лицу дворянам пасовать перед опасностью, тем более что оба знали: в роду Кейросов все традиционно умеют обращаться с оружием, и не только с охотничьим. Поэтому посередине, чуть выдвинувшись вперед, пошел Valle. По сторонам и чуть сзади его прикрыли Ян с Эстреллой. Молчаливый, естественно, зомби безропотно нес свою ношу чуть сзади.

– Слышь, Вилен? Парнишка, что харчи принес, сказывал: солдаты объявились, с желтыми значками на пиках, – донесся от костра ленивый, чуть гнусавый голос.

– Плюнь и забудь, Гугнявый, – ответил невидимый собеседник. – В энти развалины никто не сунется, разве только полоумный. Или такой, как мы. Чего раньше времени шухер подымаешь?

– И то верно, – хохотнул первый голос. – А все ж кус мы тут урвали неплохой… Может, пора и делить?

Принц знаком привлек к себе внимание своих спутников, указал девушке быть сзади и, показав рукой вперед, затем чиркнул себя пальцем по горлу. Простой и понятный жест

– пленных не брать.

Valle, ответив кивком, поднял вопросительно бровь, а левой рукой изобразил, будто бросает вперед фаербол. Разумеется, ему, как некроманту, подобные вещи были недоступны, но принц-то мог запросто выкидывать штучки и похлеще.

Чуть подумав, Ян жестом ответил:

нет.

Эстрелла тоже охотничьим жестом предложила обойти чуть правее, с подветренной стороны. Принц согласился, и троица в сопровождении безропотного мертвеца снова двинулась сквозь непроглядную для прочих глаз тьму.

Выйдя на простор – очевидно, раньше здесь была улица, – спокойным, но сторожким шагом подошли к тому самому месту, где расположились «черные археологи». Разумеется, все трое молодых людей и их сопровождающий мертвяк были укрыты невидимостью и тишиной, но вблизи от костра магией не пользовались. А вдруг тут есть кто с Даром – не ровен час, почует.

На засыпанной щебнем площади, под прикрытием полуразрушенной стены, мирно горел костер. Рядом сидели и лениво переругивались два лохматых типа. Чуть поодаль, завернувшись в грязное одеяло неопределенной серо-бурой расцветки, богатырски храпел третий. Тут же валялись какие-то свертки, тюки и инструменты. Оружия видно не было – очевидно, грабители кладбищ осмелели от безнаказанности. Впрочем, было бы по меньшей мере наивно утверждать, что оно не появится в нужный момент.

Valle предостерегающе поднял руку. Что-то туманное, струящееся почудилось ему у основания стены. Приглядевшись своим вторым, истинным зрением, он заметил, как в дрожащем свете костра мелькнула тень. Не мешкая, прыгнул вперед, одновременно замахиваПолуторный меч – длинный, с эфесом, позволяющим работать одной и двумя руками.

В. Иващенко. «Воин и маг»

ясь мечом. С холодным отстраненным спокойствием почувствовал, как лезвие, жадно чавкнув, с хрустом раздробило кости.

Под ноги ему упало, дергаясь, постепенно проявляющееся тело. Прозрачная накидка его, доселе скрывавшая обладателя от нескромных взоров, разом потеряла свои свойства и стала пропитываться темной, почти черной кровью. Одновременно сбоку раздались частые, умелые удары. Принц по праву считался одним из лучших фехтовальщиков Империи и сейчас сделал свою часть работы быстро и чисто.

Дотоле спавший под накидкой оказался коренастым мужичком звероватого вида. Проявив завидную реакцию, он с воплем вскочил, мигом сориентировался и тотчас же прыгнул прочь, в спасительную, как ему казалось, темноту. Однако донья Эстрелла верно выбрала позицию, и спустя миг последний из гробокопателей со стоном повалился на камни, зажимая проткнутое кинжалом плечо.

Успокаивающе потрескивал в ночи костер. Взлетали, уносясь огненными светляками ввысь, искры, проживающие такую короткую, но ослепительно яркую жизнь. Колышущееся пламя освещало, наверное, самую странную в обетованном мире картину. Принц, наследник властителя самой могучей Империи, ползал на четвереньках по камням наполовину засыпанной мусором площади, с помощью веревки и колышков размечая контуры огромной, магической звезды.

Указания ему раздавал сидящий в середине молодой человек в черном плаще мага.

Время от времени он поглядывал на звезды и басовито-мурлыкающим голосом вносил поправки. У ног его пластом лежал неудачник, которому не повезло выжить. Именно не повезло, потому что незадолго перед этим, после быстрой атаки на лагерь горе-археологов, черный маг жестом показал, что ему нужна его жизнь. Для чего, еще не понимал и сам чернокнижник, но его давние друзья – донья Эстрелла и принц Ян – знали, что именно так к их другу и приходят безумные на первый взгляд идеи. Он стоял, замерев, и в его взгляде, уставившемся невидяще куда-то в такие глубины души обреченного, что всех пробирала дрожь, плескалась и билась мысль. Очевидно, что-то из соображений некроманта передалось и жертве, потому что тот затрясся мелкой дрожью, не в силах ни заорать, ни вскочить и удрать прочь, будучи под действием связующего заклятия.

– Эстрелла, Ян, – негромко окликнул друзей Valle. – У меня есть надежда спасти не только город, но и эту малышку.

Он указал рукой на сверток в руках покорно маячившего рядом безмолвного мертвеца.

– Но… мне нужно сделать такое... – Он неуверенно взглянул на принца.

– Как принц и наследник Полночной Империи, я разрешаю тебе все, – Ян сделал ударение на последнем слове.

Valle вздохнул. Понурившись, поставил ногу на грудь обомлевшего гробокопателя.

А затем негромко, так, что его еле расслышали друзья, спросил:

– А как человек? Вам обоим нужно будет не только смотреть, и не только присутствовать… Эстрелла зябко поежилась, и вовсе не от ночной промозглости. Конечно, хотя у нее и не было Дара, но магия давно уж не была чем-то непривычным для молодой наследницы древнего рода. Однако некромантия…

– Это необходимо? – тихо спросила она. Взяла руку Яна, поднесла к своей щеке и не таясь задумчиво и ласково потерлась об его ладонь.

Вместо ответа молодой чернокнижник присел у костра, подбросил в огонь несколько веточек. Невидящим взором глядя в пламя, жадно обгладывающее свою добычу, он помедлил, делая какой-то выбор. Затем коротко и решительно кивнул.

В. Иващенко. «Воин и маг»

Сейчас же Valle поправлял последние детали в построении начертаний самой большой звезды, какую он не только делал, но и когда-либо видел. Даже та, которая была выложена мрамором в полу Ритуального Зала университетского подземелья, была немного меньше.

Донья Эстрелла в это время осторожно и сосредоточенно варила в закопченном котелке, реквизированном у гробокопателей, весьма неаппетитное зелье из диковинных и еще менее аппетитных ингредиентов. Сосредоточенно – потому что об аккуратности ее попросил друг. А осторожно – потому что молодая баронесса варить умела примерно так же, как и штопать одежду. То есть никак.

Крыло летучей мыши, добытое без лишних сантиментов тут же, у развалин башни, ее женихом, принцем Яном, попало в варево последним. Эстрелла дунула вверх, убрав с глаз выбившуюся из прически прядь, и, помешав последний раз свой отвратительный «супчик», подала знак некроманту.

Тот благодарно кивнул. Последний раз выверив все построения – а насколько нужна была точность, никого убеждать было не надо, – он встал и вытащил из своей изрядно отощавшей сумки еще что-то. Раньше он извлекал ужасные и отвратительные предметы, вонючие травы и порошки. А сейчас на его ладони маленькой звездочкой сиял крохотный флакончик с жидким огнем.

– Что это? – с любопытством спросил Ян, только что установивший в вершине самого длинного луча череп, отвратительным способом добытый некромантом прямо из трупа недавно поверженного врага. Он подошел, устало потирая затекшую поясницу. Принялся было отряхивать безнадежно испорченные панталоны, но затем махнул рукой.

– Эликсир, – коротко пояснил Valle. – Выпейте по капле.

Безропотно проглотив по крохотной ложечке напитка, оказавшегося настоем из какихто пряных и ароматных трав, Ян и Эстрелла уставились друг на друга.

– Что за прелесть! – воскликнула баронесса и беззаботно рассмеялась. – Словно я могу сейчас гору поднять!

– И в самом деле можете. Только вскорости вам придется принять на себя куда больший вес, – проворчал Valle. Он рывком поднял с земли свою будущую жертву – раненного в плечо гробокопателя и уложил на большой обломок камня, который они с Яном заранее выломали из фундамента какой-то постройки и приволокли сюда. Камень вполне мог заменить собой алтарь. Valle медленно провел над ним рукой, и поверхность камня тотчас приняла бархатно-черный цвет.

Маг вытащил небольшой изогнутый кинжал с внутренней заточкой. Оружие – нет, инструмент чернокнижника – засияло еле заметным дыханием, преддверием Силы. Посмотрел в глаза друзьям.

– Готовы? Потом возврата не будет… Друзья просто молча кивнули. Принц – с уверенностью и спокойствием. Баронесса – с беззаботностью и еле заметной смешинкой в глазах. Впрочем, уж в чем-чем, а в несерьезности ее заподозрить было нельзя. Просто, как помнил Valle со времен босоногого детства, Эстрелла всегда легко переносила трудности и невзгоды.

Молодой некромант вздохнул, набираясь решимости. Поднял левую руку, шепнул только одному ему известные заветные слова… Ян внутренне вздрогнул. Он почти спокойно вынес страшный и кровавый обряд. Не спасовал, когда останки жертвы разметало по сторонам, забрызгав теплыми солоноватыми брызгами, а посреди жертвенника вспыхнуло черное, никогда не виданное пламя. Но сейчас… Сейчас над некромантом уходил вверх невидимый перевернутый конус, под завязку заполненный Силой. И такова была его тяжесть, что никто не удивился бы, если бы мага В. Иващенко. «Воин и маг»

вдавило в землю по самую макушку. Да что там по макушку! До подземных Чертогов Смерти вдавило бы бесстрашного человечишку, дерзнувшего даже одним глазком заглянуть в тайны бессмертных!

Однако Valle, чуть приподняв руки – словно придерживая, словно боясь расплескать, – осторожно шагнул ближе. В его глаза невозможно было смотреть даже боковым зрением.

Они будто бездонный омут, бесконечный спуск на ту сторону бытия. Манящий, зовущий, могучий и невозвратный… На Эстреллу и Яна словно обрушился свежий, легкий водопад. Перетекающая к ним Сила оказалась невесомой, пьянящей… и радостной. Серебристым колокольчиком рассмеялась Эстрелла, впервые в жизни почувствовав, что значит быть магом. Да к тому же – магом, переполненным мощью.

– Идите, – выдохнул Valle, разом как-то обмякнув и ссутулившись. – Идите. Вы знаете, что с этим делать… Он беззвучно осел, прислонившись к закопченному алтарю. Без сил опустились натруженные руки. Глаза, заглянувшие за край вечности, устало закрылись, и мир, закрутившись в дымном вихре, улетел куда-то за пределы бесконечно усталого сознания…

В. Иващенко. «Воин и маг»

ГЛАВА 3 «… Да, жизнь сильнее смерти, и я слишком поздно это понял. Но правда также и то, что смерть, которой я служу, рано или поздно возьмет свое. Как и сейчас, когда мне остается сделать только один, один-единственный шаг и навсегда уйти на ту сторону бытия. Мой замок окружен войсками ничтожных, возлюбивших свет. Они возомнили, что могут победить! И все же – нет сил, нет той щелочки, куда можно проскользнуть и вырваться. Башня уже горит…»

Император закончил читать текст. Молча, беззвучно, ибо есть тайны, которые нельзя произносить вслух даже в защищенном от прослушивания месте, ибо они убивают не хуже отравленного клинка. Один из самых секретных документов – последнее письмо свергнутого некогда некроманта Яромора. Уничтожение созданной им страны мрака обошлось всем сторонам в такую цену, что даже сейчас, без малого три столетия спустя, некоторые области оставались почти безлюдными. Безэльфными, безгномьими. А друиды и эльфы лишь недавно закончили очищать и засаживать растениями громадные выжженные проплешины, отравленные тленом разложения и смерти.

Сидящий за длинным массивным столом лорд Бер пошевелился. Стройный, хищноэлегантный, с чуть посеребренными сединой висками. «Такие, наверное, и нравятся женщинам, – пронеслось в голове Императора.

– Впрочем, кто их, женщин, знает?» Вслух же хозяин кабинета сказал совсем другое:

– Почему о существовании таких текстов я узнаю последним?

Император не любил заседать в тронном зале, с его гулким эхом, с толпой министров и сановников. Гораздо приятнее – и продуктивнее, кстати – собраться вот так, в узком кругу избранных. Малый Совет – как наполовину в шутку, наполовину всерьез называли его сами участники.

Леди Бру, дородная женщина с выразительным взглядом, в зеленой хламиде целительницы и с цепью Совета Магов на шее, неодобрительно покачала головой.

– Позвольте, ваше величество?

Получив кивок августейшей головы, она вздохнула, и взгляд ее заглянул куда-то в глубины ее памяти.

– Со времен падения последнего оплота черной магии, как известно, ее практикование было повсеместно запрещено и карается самыми жестокими и беспощадными методами.

Надо отдать должное сотрудникам Тайной Палаты – взгляд ее неприязненно скользнул по невозмутимо сидящему человеку, как говорится, безо всяких особых примет, – и эльфам тоже, ибо все ученики и последователи ужасного чернокнижника были со временем обнаружены и уничтожены.

Молодой герцог Бертран, здоровенный вояка с литыми плечами, протестующе поднял ручищу. Несмотря на скромный, по общественному мнению, возраст, герцог снискал славу опытного и жесткого военачальника и поэтому почти год тому назад получил из рук Императора жезл главнокомандующего Имперской армией. Он немного раздался вширь на сидячей, как он выражался, работе, но все еще мог проломить стандартный пехотный щит могучим ударом боевой палицы.

– Леди, ближе к теме. Историю мы все учили, – загудел в комнате его сильный голос.

– Я к тому и веду. – Леди Бру окинула здоровяка уничижительным взглядом. – Работа была сделана так хорошо, что до недавнего времени мы ничего не слыхали про черную магию и ее проявления. Поэтому эти документы так и валялись невостребованными в секретном хранилище. Они были просто не нужны.

Император задумчиво покивал, нахмурив высокий лоб. Затем поднял лицо:

В. Иващенко. «Воин и маг»

– Ну хорошо, это понятно. Лорд Бер, что вы можете сказать про этого молодого баронета как ректор Университета Магии? Насколько я понимаю, его уникальный Дар просто не мог пройти мимо вашего внимания?

Лорд Бер заметно колебался, а затем, приняв какое-то решение, все же ответил:

– Я надеюсь, присутствующие здесь дамы и господа не вынесут мои слова за пределы этого кабинета?

Все заинтригованно повернулись и посмотрели на него. Еще бы! Не каждый день узнаешь секреты, да к тому же из уст верховного мага.

– Это одна из самых тщательно скрываемых тайн во вверенном моему попечению Университете. Как, несомненно, вы понимаете, магия – это великая сила и ответственность.

Потому в стенах заведения проводится строжайший и негласный контроль за моральным и психическим состоянием будущих волшебников и волшебниц.

– Вроде проверки на благонадежность? – заинтересованно спросил безымянный человек из Тайной Палаты.

– Не совсем, – кивнул лорд Бер, давая понять, что вопрос принят. – Гораздо шире.

Учитывается и устойчивость психики, и приверженность общечеловеческим ценностям…

– То есть, – добавил Император, – делается все возможное, чтобы из стен Университета не выходили неуравновешенные, озлобленные типы, обладающие громадной силой? А если кто-то не проходит эту вашу… проверку?

Лорд Бер чуть помялся. Император усмехнулся и продолжил:

– Дайте, я попробую угадать. Вряд ли с ними происходят… несчастные случаи. – При этих словах повелителя представитель от секретной службы незаметно заерзал на своем стуле. – Скорее всего, необученный, неразвитый Дар можно загасить? Сделать его обладателя обычным смертным?

– Да, примерно так, – с облегчением ответил маг, вытерев лоб батистовым платочком, запросто извлеченным прямо из воздуха. – Так вот, не стоит и упоминать, с каким вниманием мы присматривались к будущему некроманту, какие тесты и проверки мы ему незаметно устраивали совместно с… Человек из Тайной Палаты кивнул.

– И что? – с неподдельным интересом спросил Император.

– Дело в том, ваше величество, – уже ровным тоном продолжал лорд Бер, – что парень не просто дворянин – таких у нас чуть ли не четверть, – а воспитан на понятиях чести и долга. Впрочем, как и положено отпрыску старинного рода. Для него это всего лишь тяжкий, но необходимый долг. А в остальном – нормальный молодой человек, знающий, что такое ответственность.

– Значит, тот наш разговор… – Император посмотрел на лорда как-то особенно.

– Да, ваше величество, совершенно верно. – Лорд спокойно выдержал взгляд властителя Империи. – Ни я, ни другие посвященные в тайну не осуждают дружбу с ним вашего сына, принца Яна. Наоборот, в случае чего очень кстати будет поддержка столь могучих сил.

– Лорд… – задумчиво спросила целительница, – но если он все же начнет, как и его давний предшественник Яромор, строить Империю Тьмы?

Остальные, не столь сведущие в магии, слушали, едва не открыв рты от изумления.

Адмирал Арнен, подтянутый, моложавый главнокомандующий всего флота Империи, озадаченно поскреб по-простецки в затылке и достал по привычке свою короткую лоцманскую курительную трубку. Но, получив запрещающий взгляд Императора и гневный – от леди Бру, стушевался.

– Простите, но в это я не верю, – твердо заявил лорд Бер. И, пожав плечами, добавил:

– Если, разумеется, мы не начнем на него давить и вынуждать сделать это из самозащиты.

В. Иващенко. «Воин и маг»

Человек из Тайной Палаты утвердительно моргнул глазами на немой вопрос Императора, а затем, повернувшись к ректору, спросил:

– Я вот давно хотел полюбопытствовать. Ответьте мне с профессиональной точки зрения – каков он как маг? Насколько силен?

Лорд Бер кисло улыбнулся и проворчал:

– Уже сейчас я не рискнул бы выйти против него в одиночку. Один из лучших студентов на моей памяти. А поднаберется опыта, надо будет его привлекать к нашим делам.

Нестройный гул удивленных голосов прокатился по кабинету.

Император чуть поднял руку и в наступившей тишине проронил:

– Продолжайте, лорд.

– Если у нас впереди и правда предвидятся неприятности… Большие неприятности, – уточнил лорд Бер, пожевав губами, – то лучше, как говорят картежники, все-таки иметь такой козырь в рукаве. В нашем рукаве, – добавил он, и на губах его появилась тонкая, многозначительная улыбка.

Путь, ярко освещенный жарким, но еще ласковым апрельским солнцем, вывернул из лесу и, попетляв меж холмов, вывел на широкий, покрытый разнотравьем заливной луг. По дороге ехала, весело и беспечно переговариваясь, кавалькада молодых людей. Потихоньку вечерело, но до заката было не меньше пары часов, а лигах в пяти впереди ожидалась большая деревня.

Принц Ян, само собой разумеется, ехал рядом с прекрасной доньей Эстреллой. Страхи и ужасы прошлой ночи и утра бесследно миновали вместе с оставшимся далеко позади баронством Дравен и со всем эгоизмом веселой беззаботной молодости были отброшены в прошлое. Чуть позади и сбоку, чтобы не глотать пыль, на горячем сером жеребце гарцевал Карлос. То и дело то обгоняя, то забирая в сторону, он носился вокруг, весело распевая вполголоса не совсем приличные песенки. Сзади ехала служанка Молли, белобрысая хоббитянка неопределенного возраста. Ее пони трусил мерно и спокойно, а в поводу шла кобылка с вещами баронессы. Надо отдать должное, донья Эстрелла умела обходиться в путешествии немногим и не тащила за собой целый обоз или карету.

Впереди всех неспешно и все же как-то быстро шел пешком, что-то шепча сам себе, молодой маг в черном плаще. Утром его нашли в развалинах старого города сладко и безмятежно спящим и едва смогли добудиться. Рядом с ним, прикрытая полой одежды, так же крепко спала годовалая девчонка, чему-то ласково улыбающаяся во сне. Разбуженный, Valle потянулся и потащился в Дравен в сопровождении хмурых и насупленных стражников.

Там уже вовсю хозяйничал барон, который при известии о том, что с мором покончено, прорвался через оцепление и теперь руководил приведением своего города и замка в порядок. Всюду сновали телеги – умерших надо было срочно похоронить. Кое-где мелькали желтые плащи магов из карантина. Они проверяли, советовали, помогали.

Осмотревшись, Valle подошел к барону и, поприветствовав его, осведомился о местонахождении принца. О донье Эстрелле спрашивать даже не надо было – и так ясно, что она где-нибудь рядом со своим любимым. А там и братец ее.

После ответа барон отвел его чуть в сторонку и, понизив голос, озабоченно спросил:

– Там… тот обряд, что вы провели, – это было необходимо? Мне тут выкручивают руки, чтоб я, как хозяин этих земель, подал по всей форме… это ж сплошное нарушение всех и всяких запретов на черную магию.

Ох и жестко же глянул в ответ молодой чернокнижник! Заиграл желваками на скулах, но голос его был бесстрастно вежливым:

– Другого пути спасти людей и город я не знал, да не знаю и сейчас.

Барон нервно кивнул и, оглянувшись, буркнул:

В. Иващенко. «Воин и маг»

– Понимаю. Я все же не буду подавать официальный рапорт, но…

– Мое присутствие здесь нежелательно? – Взгляд молодого мага был острым и требовательным.

– Ну, в общем-то, да. Я заткну рты кому следует, чтоб молчали. И – спасибо, – бросил барон, отводя глаза. Затем вздохнул и ушел не попрощавшись.

И вот теперь молодой некромант шел впереди, накрыв голову капюшоном, ибо его темные волосы припекало солнцем изрядно. А плащ был не просто одеждой – магии в него было втиснуто ой как немало. И от жары спасает, и от холода, а уж от заклинаний и подавно поможет.

Оглядевшись по сторонам дороги, Valle приметил небольшой холмик, который во время разлива наверняка оставался островком. Там росло с полдюжины деревьев, пара кустов сирени и вдоволь травы. Решительно свернув, зашагал к нему. Высунувшаяся из-под плаща рука дала понятный всем знак – привал.

– Карлос! – Valle зашвырнул в кусты обглоданную косточку, вытер руки от остатков ужина и, запив еду добрым глотком вина, продолжил: – Ты своей рапирой хорошо владеешь?

– Отец доволен, – осторожно ответил пятнадцатилетний паренек. – А что?

– Барон Кейрос доволен? Ого! Это хорошая рекомендация и стоит многих других.

Пошли, пофехтуем немного, разомнемся. – Valle решительно встал и сладко-сыто потянулся.

– Сестру нельзя оставлять. – Карлос строго покачал головой, хотя и было заметно, как ему хочется. Затем произнес, великолепно копируя менторский тон учителя: – Неможно быть незамужней девице без сопровождающих. Вот я и сопровождаю, – уныло добавил он.

Служанка доньи Эстреллы, повинуясь неуловимому движению атласных бровей хозяйки, живо подхватила узелок с одеждой и степенно направилась к воде, еле заметная в высокой траве. Было видно, как она вышла к речке, и вот уже что-то вовсю полощет в воде, на изрядном удалении от места привала, подвернув юбки и азартно распевая какуюто нехитрую хоббичью песенку.

Valle на миг задумался, а потом чуть заметно усмехнулся.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что принц Ян может сделать что-то плохое? – Он лукаво глянул на улыбающуюся парочку за спиной Карлоса. – Это ведь крамола. Смотри, парень, дойдет до Тайной Палаты… там разговор короткий.

Парнишка чуть не разинул рот, удивленный таким поворотом дел. Но все же в сомнении бросил на сестру вопрошающий взгляд. Эстрелла улыбнулась ему ободряюще, махнула ресницами: иди. Уже удаляясь от подножия холма, скрывшего в своей высокой траве влюбленных, Valle получил чуть слышное мысленное послание: «Спасибо, друг!» Ухмыльнувшись, наперсник и связной меж принцем и баронессой, поверенный всех их нежных тайн, сбросил тем временем рубаху, взял в руки меч. Пару раз крутанул им, чтобы размять кисти, встал в позицию.

– Дон Карлос, до семи касаний. И не бойтесь, – официальным тоном объявил он, ибо поединок, даже тренировочный – святое дело, овеянное веками и легендами, – я принял меры против царапин и ран…

– Ну, хорошо, – подвел итог Император. – С этим вроде разобрались. А как быть с происшествием в Дравене? Барон отказался дать ответ по всей форме: дескать, не знаю, не видел. Так что у меня есть только сведения от магов из карантинного отряда да из Тайной Палаты.

– Ну да, ваше величество, – кивнул герцог Бертран. – Это его майорат, и его воля там превыше императорской. Но главное, что мы знаем точно, – мор не был вызван чернокнижником.

В. Иващенко. «Воин и маг»

– Да это все мелочи, – желчно бросил хозяин кабинета. – А вот за каким… – Все же он сдержался в выражениях и продолжил: – Зачем ему понадобилось тащить в зараженную зону принца и его невесту?

Леди Бру прислушалась к чему-то, слышному только ей.

– Ваше величество, – осторожно сказала она, еле заметно улыбнувшись, – об этом неплохо бы спросить их самих. Судя по моим ощущениям… – Она переглянулась с лордом Бером, и тот кивнул в ответ, – несколько молодых людей маются у дверей в приемную вашего кабинета и уже успели нагнать смертного страху на стражу.

– Очень кстати. – Император хлопнул ладонью по подлокотнику своего кресла. Лишь он один сидел в кресле, а остальные члены Совета довольствовались стульями. Правда, надо признать, довольно мягкими и удобными.

– Зовите сюда эту банду! – повелительно бросил Император в шар связи.

Донья Эстрелла, по праву войдя первой, присела в безукоризненном реверансе. Зашедший следом принц Ян ограничился великосветским приветствием, равно как и не заставившие себя ждать оба баронета. Если на счастливой юной физиономии дона Карлоса легко читались восторг и удивление – ведь здесь первые лица Империи! – то по обманчиво-расслабленной, текучей походке Valle только неплохо изучивший его лорд Бер разглядел, что тот готов к бою, и нешуточному. Леденяще-холодная струйка страха протекла по спине ректора, и он почувствовал, что против воли ощетинивается. Словно шерсть встает дыбом на загривке пса, почуявшего врага.

«У-у, волчара… не иначе как угадал тему нашей беседы, но не знаешь, чем она закончилась», – подумал опытный маг. Принц Ян тоже что-то почувствовал; глянул на своего друга и успокаивающе сжал рукой его плечо. Молодой маг в черном плаще отступил чуть назад, и зловещие черные отблески в его ауре уступили место, прикрылись обычным холодным мерцанием безразличия дворянина.

– Ну-с, молодые люди, – сказал Император, когда с этикетом было покончено, – кто будет рассказывать, что вы там устроили в баронстве Дравен?

– Позвольте мне, ваше величество? – Принц шагнул вперед. Он днем уже разговаривал с отцом, встретившись после долгой разлуки, но по обоюдному молчаливому согласию они не касались этой щекотливой темы. – А в нужных местах баронет Valle будет давать пояснения.

Император всемилостивейше разрешил, и принц повел дозволенные речи.

*** Отрывок из донесения, полученного Святейшим Синодом Царства Света от своего шпиона в Полночной Империи.

«…И падали люди и животные, снедаемые неведомой заразой, искажались и раздувались лики их. Не было спасения никому, и черно было небо. Летела смерть по землям, собирая обильную жатву в городах и весях. Однако в полночь ступили на улицы города двое, неведомо откуда. Молодой мужчина, обликом схожий с принцем Яном, и девушка невиданной красы, которую он называл своей невестой. Исходил от обоих неяркий, небесной чистоты свет, и взволновал он души и сердца людей, ибо к ним вернулась надежда. И пошли эти двое по кварталам города, каждый своей дорогой, и исцеляли они одним прикосновением рук своих. Выздоравливал и стар и млад, и даже недостойный слуга Вашего Святейшества, не чаявший уже встретить рассвет. И столь велика была сила их, подобная не урагану, но материнской любви, что вставали даже лежащие при смерти и закрывались язвы их, осыпались струпья, оставляя чистую кожу. За ними ходили отряды стражников, вынося из В. Иващенко. «Воин и маг»

домов и переулков тех несчастных, кто уже не мог ходить сам. И ни одного страждущего не обошли они своим вниманием, и дважды прошли весь город, дабы не осталось ни одного неисцеленного. А потом пошли они в две веси, также пораженные мором, и от верных людишек дознал я потом, что и там они исцеляли небесною силой своей.

А богомерзкий некромансер в городе не был, то мне известно доподлинно. Бают только, что вроде видели его в окрестностях. Но вызнать наверное не представляется возможным, дабы не навлекать на себя ненужных подозрений…»

*** Когда закончился рассказ принца, которого дополняли и поправляли трое его спутников, в кабинете воцарилось долгое молчание. Молодой Карлос с каким-то новым выражением лица, серьезно и внимательно смотрел на свою сестру и принца. Леди Бру и лорд Бер были возбуждены сверх меры, но не решались заговорить, пока Император не скажет своего слова. А сам Император сидел в кресле и думал, что да – его сын и надежда действительно вырос. Valle же тихонько стоял в стороне и чуть сзади с выражением лица крайне невозмутимым.

– Ну что ж, – задумчиво кивнул Император, откинувшись на спинку кресла. – С тем, что произошло, я более-менее разобрался. И все же – какая нужда была принцу идти в город, охваченный моровым поветрием? И баронессе тоже?

Valle встретил его взгляд открыто и спокойно:

– Находящиеся здесь явственно ли отдают себе отчет, что принц – наш будущий Император, а донья Эстрелла – будущая Императрица?

Император посмотрел на сына долгим взглядом. Тот пожал плечами:

– Последнее вне обсуждения, даже независимо от первого.

– Я давал тебе слово не вмешиваться в твою личную жизнь, и я держу его. Тем более что твою избранницу я весьма одобряю. – Тут хозяин чуть поклонился донье Эстрелле. – И тем не менее, – чуть повысил он голос, – похвально, конечно, что мой сын и его невеста проявили твердость духа перед лицом столь грозной опасности. Но лично мне этот довод кажется весьма неубедительным.

Сидящие у большого стола в императорском кабинете своими лицами выражали полное согласие. Лишь Бертран в сомнении чуть покрутил своей коротко стриженной, как и подобает воину, головой.

– То, что я был в городе и что я сделал, знают единицы, – вдруг негромко произнес Valle. – Люди постараются поскорее об этом забыть, да и барон Дравен обещал пособить в том. А вот то, что будущие Император и Императрица вошли в зачумленный город и исцеляли всех и каждого простым прикосновением руки… об этом уже сейчас слагают легенды.

И, думаю, не только в Империи. Когда придет их черед взойти на трон, то такая репутация… Тут он замолчал. Но очень красноречиво.

– А ведь этот молодой нахал прав, – после задумчивой паузы заметил Император, повернувшись к своим приближенным. – Утер нос, и кому – нам, прожженным политиканам!

– Позвольте, ваше величество? – подал голос герцог Бертран. И, получив кивок августейшей головы, обратился к самому младшему из четверых: – Дон Карлос, как баронет и как брат одобряете ли вы то, что сделала ваша старшая сестра, донья Эстрелла?

«Хитер этот Бертран, – подумал адмирал Арнен, одобрительно кашлянув. – Парнишка-то молодой – при дворе не обтерся, врать еще не научился…»

Дон Карлос долгим, каким-то повзрослевшим взглядом посмотрел в глаза сестре, затем повернулся и, изысканно поклонившись, ответил:

В. Иващенко. «Воин и маг»

– Не только одобряю, но и поддерживаю, ваша милость. Мало того, теперь, когда я узнал все подробности этого дела, я перестал бы уважать сестру, поступи она тогда по-другому… Остальные члены Совета тоже разгадали нехитрый, но действенный тактический маневр герцога и обменялись одобрительными взглядами. От Императора, разумеется, не укрылась подоплека вопроса, и он разрешил говорить дальше леди Бру, у которой явственно вертелся на языке некий вопрос.

– Как целительница, и, смею надеяться, не из последних, я хочу узнать вот что. Каким способом вы, баронет Valle, получили и передали Силу? Вы деликатно обошли эту тему в своем рассказе, но выходит, что был проведен отвратительный обряд человеческого жертвоприношения. Если я верно помню термины, черный гримуар?

В глазах молодого, но уже показавшего себя некроманта блеснул огонек насмешки:

– Не отвечу ни нет, ни да. Я не стану ни лгать, ни своими словами строить себе эшафот.

– Ответ весьма красноречив. – На властном лице Императора мелькнула улыбка. – Весьма.

Он чуть возвысил голос и придал ему официальные нотки:

– Я, Император Ян Второй, даю вам слово, что вы не понесете наказания за свои действия. Правда, и награды за спасение людей тоже не будет. А теперь отвечайте, молодой человек, и шутки в сторону.

Сказать, что лорд Бер испытал облегчение при этих словах, – значит не сказать ничего.

Он чуть ли не увидел, как немного расслабился и успокоился молодой черный маг.

– Ваше Величество, да. Последний из гробокопателей был… скажем так: применен, со всеми надлежащими ритуалами. Подробности, поверьте мне, весьма малоаппетитны. Полученную в результате обряда Силу я поровну разделил между доньей Эстреллой и принцем Яном, а мне… а мне пришлось немного отдохнуть.

– Как я понимаю, – не угомонившаяся леди Бру продолжала говорить своим холодным тоном, – сначала вы хотели… гм, применить то дитя, а потом нашли более приемлемую… скажем так, кандидатуру?

Valle чуть помедлил, а затем поклонился ей:

– Теперь я верю, леди, что вы и вправду великая целительница. Именно так.

От столь неприкрытой лести леди Бру возвела очи вверх, едва не расплавив возмущенным взглядом золоченый канделябр под потолком, всплеснула руками от возмущения, но не нашлась, что ответить.

Адмирал кашлянул, пытаясь скрыть свой смех, герцог даже прикрыл улыбку рукой, и лишь Император усмехнулся в открытую:

– Еще вопросы есть?

Вопросов не нашлось. Даже у жадно слушавшего человека из Тайной Палаты.

– Тогда ступайте, молодые люди. И… больше не огорчайте наше величество.

– Что-то мне слабо верится, что не будет от них головной боли, – усмехнувшись, продолжил Император свою мысль, когда двери беззвучно закрылись вслед за ушедшей молодежью. Он потрогал зачем-то бумаги на столе, скользнул взглядом по портрету покойной Императрицы и добавил: – Хотя толк из них выйдет.

Леди Бру некоторое время задумчиво водила пальцем по краю стоявшей перед ней чаши с освежающим травяным напитком, а затем подняла голову:

– Нетипичные какие-то молодые дворяне…

– Что вы имеете в виду? – заинтересовался член Тайной Палаты.

Видя, что леди Бру колеблется, Император тоже обратил на нее свой взор:

В. Иващенко. «Воин и маг»

– Говорите. У вас, как у женщины, целительницы и тем паче – члена Совета, есть привилегия говорить то, что думаете. Особенно в моем присутствии. Мне важно услышать все мнения, и вы это знаете.

Магиня пожала плечами, отчего зеленое одеяние ее пошло волнами весеннего цвета.

– Я имела в виду, ваше величество, что эта компания, только что покинувшая кабинет, не очень-то похожа на чванливых и спесивых детишек богатеньких родителей. Тут последнее время пошла мода среди знати – чуть что, сразу ко мне своих чад тащат. Добро бы, если бы действительно тяжелые случаи… – Леди Бру чуть поморщилась. – А то стоит чихнуть или прыщику вскочить, так сразу им самого лучшего целителя подавай! Там такие истерики… Вчера маркиза Рико жуткий скандал закатила: «Дите помирает, пальчик поцарапало!» А тех, кто действительно нуждается, с дороги пинками распихивают. Мол, пошел вон, смерд!

Лорд Бер неодобрительно покачал головой:

– Смех смехом, но это правда – среди молодых дворян и поработать-то толком не с кем… Лоботрясы.

– Ничего, – Бертран благодушно улыбался. – Пусть Император их ко мне или адмиралу определит. А уж служба из них дурь изрядно повыбьет.

– Вам проще, – не сдавалась леди Бру. – А у меня на днях одна молодая целительница взбунтовалась, из благородных. Я, мол, не стану всякое быдло лечить, руки марать навозом… Ну, я ей чертей дала… отвела душеньку… погоняла немного. В общем, мозги вправила.

Герцог Бертран и адмирал Арнен тихо, но весьма неприлично захохотали. Император крепился-крепился, но тоже улыбнулся, представив этакую картину.

– А когда я узнала, что она накануне отказалась лечить гнома, попавшего под обвал в шахте… Тут уж мое терпение лопнуло. Я за патлы ее, стерву, да мордашкой прямо в отхожее место. Летала она у меня от стенки к стенке… Со стороны лорда Бера донесся странный хрюкающий звук. Он сидел, багровый, чуть трясущийся от сдерживаемого изо всех сил смеха, уже почти не в состоянии сдержать свой хохот в присутствии Императора. Тот замахал руками:

– Ну, вы, леди, даете! – И тоже зашелся веселым, радостным смехом, разом разрядившим обстановку.

– Я ей в пример ставлю паренька из простых – трудится, мол, не покладая рук. – Леди Бру тоже наконец-то усмехнулась. – А она кривится: смерд! Ну, я сгоряча отписала письмо матушке ее, да в таких выражениях… А матушка, между прочим, та еще. Ей бы полком командовать, а не хозяйство в родовом замке вести… Тут уж герцог Бертран не выдержал, грохнул изо всех сил, отчего тоненько задребезжали стекла в высоких окнах да метнулись испуганно отражения в высоком настенном зеркале.

– Ну и что матушка? – утирая слезы, спросил даже как-то помолодевший Император.

– Да, ваше величество, примчалась на следующий день, вызнала все подробности. Как и о чем там они говорили – того не ведаю, – леди Бру довольно хохотнула, – но на следующий день синяков я на той целительнице свела уйму. И на лице, и на спине, и пониже тоже.

Теперь она шелковая, ласковая да внимательная ко всем. А матушка мне поклонилась потом, спасибо сказала да пожертвование сделала на лечение неимущих. И разрешила самые строгие меры применять, как она сказала, «если эта корова шалая снова в позу встанет»!

Лорд Бер хохотал, держась за живот и жадно хватая воздух. Император с адмиралом едва не попадали со своих мест. И даже на строгом, слегка неприятном лице представителя секретной службы появилась тонкая, еле заметная вежливая улыбка.

В. Иващенко. «Воин и маг»

ГЛАВА 4 По широкой мощеной улице, носящей странное для столицы название Серединка, ехали, весело переговариваясь и строя планы, четверо молодых дворян. Весна скоро на исходе, впереди целое лето, и со всем этим богатством надо было что-то делать.

– А что? Если поспешим, то успеем… – предположил Valle и оглянулся на садящееся за Императорский Сад солнце. Тут лицо его изменилось, и он сделал знак остальным. И было отчего – на некотором удалении за ними чинно и тихо ехал десяток кирасир с имперским штандартом. Сытые, ухоженные кони; отполированные доспехи и оружие, строгий взгляд у старшего – десятника.

– Ага! – строго сказал молодой маг, поворотив своего нервно подрагивающего, боящегося седока коня и подъехав ближе к сопровождающим. – Так – следят за его высочеством.

Внаглую, в открытую и среди бела дня.

Он вытянул в направлении всадников руку, и в ладони его замерцало что-то серое, зыбкое и текучее. И очень неприятное.

– Думаю, в Тайную Палату их тащить не стоит: неровен час, разбегутся, – бросил он в сторону своих спутников, которые тоже вернулись чуть назад. – Тут, на месте, и порешим.

– Никак нельзя, ваши светлости, – чуть струхнул командир всадников. – Положено ведь, чтобы принц при эскорте и с почетом ездили.

Юный дон Кейрос разочарованно уронил в ножны свою рапиру – подраться случая не привелось. Принц же кивнул, задумчиво разглядывая новоявленный почетный эскорт.

– Ну чего привязались? Знаете ведь, что мои спутники куда лучше и сильнее вас как охрана. Ступайте себе…

– Ваше высочество! – Старший упрямо мотнул головой. – Император, батюшка-то ваш, ежели узнает – головы поснимает.

– Ну-у, если по званию положено… – насмешливо протянула донья Эстрелла, с бесенятами в глазах глянув на принца, – тогда пусть себе едут. Все равно отстанут сразу же за городом.

– Это точно, – хохотнул Ян, несильно ткнув кулаком в плечо Valle.

– Так не можно ж, ваше высочество! Пощадите! – гнул свое десятник. – Как же престиж-то уроните… без эскорта и люди не поймут.

Принц вздохнул:

– Ну ладно, служивые. Не отставать далее десяти шагов, если что – кричите.

И, поворотив коней, кавалькада вновь устремилась вперед. На окраине прихватили с собой служанку-хоббитянку, которая на пони с кобылкой на поводу последовала за ними, что-то ворча себе под нос. Valle невольно прислушался.

– … куда ж в гости, а у баронессы молодой ни одного платья приличного, всё только походное…

– Не бурчи, малышка, – успокоил он ее. – Барон и матушка очень любят гостей, тем более, когда они мои друзья. А если заранее предупреждать, да согласовывать церемонии, да караван с барахлом всяким… На точеном личике доньи Эстреллы тотчас нарисовалась плохо скрываемая скука и полное согласие со словами баронета. Дон Карлос пожал плечами.

– Ну и все, едем в замок, – решительно пресек любые сомнения Valle. – К тому же барон обещал к моему приезду кабанью да медвежью охоту устроить.

– Это дело! – оживился дон Карлос и в нетерпении чуть пришпорил своего коня. – А то у нас все больше олени да косули. Ну, еще кошки дикие, птиц много… В. Иващенко. «Воин и маг»

Служанка быстро утешилась, весело перебрасываясь шуточками с плечистыми, сильными мужчинами, коих только и набирали в имперские кирасиры. Мало-помалу проехали высоченные городские ворота в обрамлении двух сторожевых башен, и перед путниками раскинулся в свете вечернего солнца широкий Западный тракт.

– Пи-инь! Пи-инь! – задумчиво произнесла сизо-коричневая пташка, провожая закатное солнце. Почистила клювик о веточку, на которой сидела, и снова тоненьким, заливистым голоском сказала: – Пи-инь!

Затем прислушалась, насторожилась и юркнула под прикрытие густых ветвей.

Из леса, где отроду не бывало никакой дороги, вдруг с молодецкой, не совсем подобающей дворянам песней вынеслась кавалькада всадников. Передняя группа из четырех человек весело распевала, а едущие чуть сзади подхватывали густыми голосами луженых солдатских глоток:

–  –  –

Через узкую полосу свободного пространства у опушки всадники выехали на петляющую лесную дорогу и за поворотом увидели город.

– Вот и дом, – произнес один из них, в черном плаще, жадно и весело всматриваясь вперед. – Ага, отец таки починил наконец башню с закатной стороны…

– Брателла! – раздался во дворе замка визг, переполошивший коней, едва отряд въехал в ворота замка, где слуга уже зажигал факелы. С крыльца слетело златокудрое существо в коротковатом платьице и, болтая в воздухе загорелыми дочерна босыми ногами, тут же повисло на шее Valle, едва успевшего спрыгнуть на плиты двора.

– Ага! Сеструха-дерни-себя-за-ухо! – Он ласково тормошил ее, бросив извиняющийся взгляд на спутников. Те, чуть не падая со смеху, все же кое-как слезли наземь, с любопытством разглядывая обстановку.

Наконец брат отцепил от себя сестру и, поставив ее на землю, представил всех друг другу.

– Надо же, принц Ян! – От удивления девчонка округлила глаза. Затем глянула на свои ноги, ужаснулась и, оробев, унеслась прочь. Valle проводил ее нежной улыбкой и повернулся к свои спутникам.

В это время Карлос, засмотревшись, споткнулся о поилку для лошадей, полную воды, и едва в нее не упал. И было от чего. Из кухни во двор вышла на шум повариха Нгава. Барон когда-то выкупил ее из рабства, и она вполне прижилась здесь, только в сильные морозы уж слишком жалась к кухонной печи. Так вот – по обычаю своего народа Нгава носила одежды в обтяжку, и даже чуть меньше. Ее весьма пышные и, надо признать, недурные формы в такой упаковке и в комплекте с черной улыбающейся мордашкой производили на любого неподготовленного просто убойное действие.

Донья Эстрелла хохотала, повиснув на руке шатающегося от смеха принца. Valle тоже усмехнулся, глядя на сконфуженное, чуть покрасневшее лицо молодого баронета. А тот безуспешно пытался придать себе невозмутимый вид, отчего наблюдавшие за этой сценой еще больше покатывались со смеху.

– Не переживайте, дон Карлос. – Valle сочувственно похлопал его по плечу. – Не вы первый, не вы последний – бывало и хуже.

В. Иващенко. «Воин и маг»

– Сын мой! – раздался мягкий голос с высоты крыльца. Стройная, еще довольно красивая женщина с властным взглядом стояла в дверях и запросто, с легкой улыбкой, рассматривала приехавших. Ее простое, без затей, домашнее платье в желто-синюю полоску с рюшами просто-таки умилило донью Эстреллу.

– Приехал уже! А мы через седьмицу только ждали. Ну, молодец!

– Привет, мам. – Сын нежно обнял ее, чмокнул в щеку. Затем отстранился, обратившись к друзьям: – Это моя матушка, баронесса Амалия, урожденная и’Вальдес. Мама, позволь представить тебе моих спутников.

Однако женщина перехватила инициативу, слегка присев в реверансе перед принцем.

– А вы очень похожи на родителей, принц Ян, – заметила она. – Давненько я не имела чести приветствовать вас. Жаль, что леди Герда сейчас не может увидеть и обнять… Тогда я сделаю это за нее.

И со свободной грацией обняла грустно улыбнувшегося принца.

– Здравствуйте, молодые и, я уверена, достойные представители рода Кейросов, – обратилась баронесса к донье Эстрелле и приоткрывшему от удивления рот Карлосу.

– А, так вы и есть та самая виконтесса Амалия, давняя и закадычная приятельница маменьки? Точно! – вспомнила Эстрелла, радостно сверкая своими чудными глазами. – Это же вы на том портрете, после бала в новом замке! Вместе с мамой, папой и… да, еще одним бароном!

– Совершенно верно. Отцом этого вот проказника. – Баронесса Амалия бросила на сына любящий взгляд. Затем запросто потрепала по голове засмущавшегося дона Карлоса. –

Или вы забыли, что графство Вальдес граничит с баронством Кейрос? – Затем спохватилась:

– Впрочем, что я заболталась? Сейчас мы все организуем.

– Баронесса, – негромко обратился к ней принц, – а можно по-простому, без пышностей? В вашей любезности и гостеприимстве никто не сомневается, а дома мне все эти церемонии ужасно надоели.

– Как будет угодно вашему высочеству. – Баронесса снова собиралась присесть в реверансе, но принц остановил ее:

– Лучше – принц Ян, и прошу… по-домашнему, как простых дворян, допустим, соседей…

– Как моих друзей, – улыбаясь, подчеркнул Valle, не сводя с матери любящего взгляда.

Баронесса только всплеснула руками:

– Тогда – милости прошу в гости, в наш замок Огненной Песни.

Степенный бородатый гном с полированной, отражающей блики факелов секирой за поясом оказался капитаном гарнизона замка. Баронесса поручила ему позаботиться об эскорте, тот величаво отсалютовал.

Десятник гвардейцев уважительно глянул на его неимоверной ширины плечи и поинтересовался:

– А пиво доброе тут водится?

Гном осклабился и, привстав на цыпочки, хлопнул ручищей по плечу гвардейца:

– Разных сортов, но непременно высшего качества и – холодное! – Голос его оказался под стать своему хозяину – солидный и зычный. – Какое там у вас в столицах предпочитают?

И так вот мило беседуя, компания мужчин пошла в казармы.

– Мир этому дому, – привычно пробормотал Valle, зайдя в главное здание замка. Мать ревниво покосилась на его меч и черный плащ, которые он беззаботно сбросил на руки слуг, и донья Эстрелла с удивлением заметила грусть, мелькнувшую в ее глазах.

– Мир… – столь же привычно сказали остальные, скидывая верхнюю одежду.

Хозяйка улыбнулась и еще более похорошела, оглядывая их:

В. Иващенко. «Воин и маг»

– Я сейчас распоряжусь на кухне, чтоб нагрели воды, вам нужно помыться с дороги.

– Это было бы очень кстати, – признательно улыбнулась донья Эстрелла. Ее брат чуть поморщился, но покорно пожал плечами.

– Только придется немного подождать, – сказала баронесса со строго отмеренной ноткой извинения в голосе. – Мы и впрямь не ждали гостей.

Принц и Valle переглянулись, затем одновременно кивнули друг другу.

Видимо, они подумали об одном и том же, потому что Valle заявил:

– Мам, распорядись, чтоб тащили холодную, побыстрее и побольше. А уж нагреть-то ее нам теперь запросто. Да, а где отец?

Баронесса отдала какие-то указания, которые привели к небывалой доселе активности среди явившихся на зов полусонных слуг, затем вернулась в разговор.

– В Ольховатке сегодня должны были водяную мельницу пускать. Так что барон… – она чуть подчеркнула последнее слово, бросив на сына взгляд, – барон там, руководит и присутствует.

– Ваша светлость! – Здоровяк-гном подошел совсем неслышно, несмотря на размеры и обилие всякого железа на себе. – Я взял на себя смелость послать гонца с известием к его светлости в Ольховатку.

– Я и не сомневалась, Трент, в твоей смекалке, – вежливо улыбнулась баронесса. – Прекрасно!

– Значит утром барон будет в замке, – кивнул Valle. И вдвоем с принцем они пошли осваивать новую волшебную профессию.

После несколько запоздавшего ужина в замке наступило затишье. Уставших с дороги и чуть осоловевших от сытости гостей отвели спать; слуги и горничные, закончив со своими обязанностями, убрались восвояси.

– Valle, – негромко обратилась к сыну баронесса, – я распорядилась отвести разные покои для принца и его невесты… И посмотрела этак утверждающе, но чуть вопросительно, как умела только она.

Тот хмыкнул:

– Да хоть в разных концах замка. Даже если бы Ян не был волшебником, это им все равно ничуть не помешает.

Затем, заметив чуть нахмурившиеся брови матери, добавил:

– Внешние приличия соблюдены, а остальное нас не касается. Разве я не прав, мам?

Та, нехотя кивнув, вынуждена была согласиться.

Нгава еще раз провела грубым льняным полотенцем по и без того сияющему медному донышку кастрюльки для соуса. Улыбнувшись своему отражению в ней, аккуратно повесила ее на крючок и огляделась. В кухне, где с некоторых пор она была негласной хозяйкой, царили чистота и порядок. Удовлетворенно кивнув, повариха скинула свой передник и взялась тушить факелы.

Из двери, ведущей в коридор к баронским покоям, вошел Valle.

– Не спишь еще, чернышка?

Осклабившись белоснежной улыбкой, Нгава повернулась к нему:

– Да вот уже собираюсь. А что, баронет решил еще чего перекусить?

Баронет загадочно молчал, осматривая ряды стоящей и висящей кухонной утвари.

Связки лука и перца у дальней стены, потушенные печи под дымоходами.

– Слушай… в замке сейчас найдется смазливенькая служанка без предрассудков?

Нгава всплеснула руками:

– Э-э, малыш! На тебя тоже весна действует? Раз на сладкое потянуло… В. Иващенко. «Воин и маг»

Пару мигов Valle смотрел на повариху, чуть приподняв по давней привычке одну бровь и чуть нахмурив другую, затем тоже усмехнулся:

– Нет. Заметила, как дон Карлос стушевался, увидев тебя? А парню ведь скоро шестнадцать.

Тут уж черная повариха удивилась несказанно:

– И до сих пор нецелованный? Непорядок…

Кивнув, Valle продолжил, выразительно звякнув подвешенным к поясу кошелем:

– Так найдется? Золотишка, может, подбросить кому?

Нгава замахала руками.

А затем, оглянувшись и чуть понизив голос, доверительно сообщила:

– Да тут уж чуть ли не очередь. Уже две приходили, шептали: мол, Нгава, господа к тебе благоволят, так, может, подсобишь – как бы в постельку к молодому дону запрыгнуть?

С этими словами она сделала смущенное личико, потупила глазки и нежно пролепетала:

«Может быть, этому красивому молодому человеку надо посветить перед сном или постель расстелить…»

– А что горяч он, – уже нормальным тоном продолжила повариха, – так наши девки заметили и смекнули сразу.

Valle тихо хохотал, прислонясь к подпирающей потолок дубовой балке. Глядя на него,

Нгава захихикала и сама. Отдышавшись, утерла слезы:

– Иди, иди. Раз добро даешь, сделаем.

Серая летучая мышка, беззаботно порхающая под равнодушно молчаливой луной в поисках мошек, сама не поняла, какая сила потянула ее к высокому арочному окну на втором этаже этого родного здания. Там, внутри, было темно и оттуда чуть слышно доносилась веселая возня.

«Спальня Эстреллы», – пронеслась в ее махонькой ушастой головенке чья-то мимолетная мысль.

«Что такое спальня?» – впору было задуматься зверьку, но он не умел даже этого.

Потом то же непонятное нечто потянуло нетопыря чуть в сторону, к тому окну, где днем поселился молодой парнишка, от которого пахло как-то не так, как от здешних. Звуки здесь тоже не оставляли сомнений в своем происхождении.

Напоследок странная сила потянула зверька ввысь, под самые звезды в бездонном ночном небе. Не спеша осмотрела его глазами залитый лунным светом замок, серебрящиеся стены и крыши. И наконец отпустила, снабдив напоследок целой стайкой вкуснющих, приятно хрустящих на зубках ночных мотыльков.

Замок погрузился в тишину и ночь. Лишь на стенах иногда позвякивали железом солдаты гарнизона, несущие ночной дозор, да в конюшнях тихо ржали во сне притомившиеся за день лошади.

В темном холле, через который из входной двери можно было попасть или в служебные помещения, или на лестницу и второй этаж в «чистые» покои, мелькнула тень. Неслышно и привычно пройдя по выложенному каменной плиткой полу, подошла к вешалке из оленьих рогов. Тонкая, изящная рука протянулась вперед. Нерешительно, несколько раз отдергиваясь, все-таки прикоснулась к плащу, черным пятном выделявшемуся даже в сумраке большой комнаты.

Если бы кто мог видеть лицо баронессы Амалии, то заметил бы горькую складку, появившуюся в уголках губ. Несколько раз проведя ладонью по холодной, с декоративными стежками коже, женщина тихо вздохнула каким-то своим мыслям. Взгляд против воли нашел В. Иващенко. «Воин и маг»

гигантский камин с почти прогоревшими углями, а ногти с неженской силой впились в колдовскую одежду.

И все-таки баронесса совладала с собой. Встряхнув головой, отчего на плечах взволновались темные роскошные волосы и разлетелись прочь мрачные думы, она так же бесшумно пошла дальше по своему привычному за многие годы пути.

Заглянула в службы, придирчиво оглядывая все хозяйским оком, проверила замки на погребах и отдельном ходе в подвалы замка. Затем, когда ноги уже понесли ее в громадную, расположенную в конце коридора баронскую опочивальню, какое-то неясное предчувствие потянуло заглянуть в гостиную.

Здесь тоже был камин, и его неясный багровый свет пронизывал всю комнату ласковым теплом. Перед ним на толстом старинном ковре, прислонившись к старому, любимому креслу барона, на своем привычном с детства месте сидел… нет, уже не малыш – молодой человек с каким-то непривычно серьезным выражением лица спал, положив голову на подлокотник.

Мать долго и тихо смотрела на сына, и лишь пальцы ее выдавали какие-то тревожные, ломаные мысли.

Из бокового коридора, выходящего на кольцевую наружную галерею, неслышно вошла собака. Старая борзая сука по кличке Мальва, которую за прошлые подвиги оставили доживать свой век в тепле и сытости, ткнулась в ладонь баронессы мокрым холодным носом.

Хвост приветливо дернулся, и на женщину уставились ясные глаза, которые, казалось, понимали куда больше положенного.

Крутнувшись на месте, Мальва принюхалась. Подошла к спящему Valle, осторожно заглянула ему в лицо и издала тихий, невнятный, скулящий звук. Оглянувшись на удаляющуюся хозяйку, улеглась у ног своего приятеля детских игр. Положив голову на лапы, некоторое время глядела в завораживающий танец огоньков в камине и наконец закрыла свои умные глаза.

Ночь. Полновластная хозяйка вошла в мир неслышно и медленно. Ее темные крылья закрыли собой обширные пространства, леса и поля, давая отдых одним и заряжая силой других, которым эта пора была в самый раз. Но о них – позже.

В. Иващенко. «Воин и маг»

ГЛАВА 5 Приподняв и откинув тяжелую, окованную позеленевшей от времени листовой медью крышку люка, Карлос выбрался на плоскую крышу угловой замковой башни. Свежий весенний ветер ласково взъерошил его длинные, черные, вьющиеся от природы волосы. Радостно засмеявшись какому-то новому, удивительному чувству свободы и простора, парнишка встряхнул головой и огляделся.

Вид отсюда был просто удивительный. Ночью прошел первый весенний дождь, и теперь все выглядело отчетливо-ярко, свежо, словно отмытая винным спиртом от копоти картина. Изломанный контур крепостных стен с башнями по углам, теснящиеся внутри постройки с главенствующим над ними изящным главным зданием. За стенами почти вплотную подступила к воротам россыпь домишек города, разрезанная уходящей на юг дорогой. А вокруг всего этого на некотором отдалении раскинулось бескрайнее море лесов.

Дымчато-зеленоватое, если приглядеться – чуть волнующееся, уходящее во все стороны насколько видят глаза.

Вон там, далеко на полночи, заканчивается сфера владений Империи и начинаются земли Царства Света. И правит там не столько король Хенрик, сколько церковники, почитающие Единого Творца. На закат и восход простираются такие же пограничные земли с редкими городами и деревнями. А на полдень уходит тракт в срединные баронства Империи.

Впрочем, ничего этого не видно за зеленым покрывалом леса.

Лишь где-то за горизонтом, на южном восходе, виднеются вершины гор. Там начинается Набатный кряж, который тянется на восход, прикрывая от полночных ветров Бриарвуд и Мирквуд, а там дальше уже и смыкается с высоченными (насколько Карлос помнил из рассказов учителя) горами, отделяющими Империю от страны орков. Кстати… Уцепившись руками за выложенный из камня зубец башни, он всмотрелся в раскинувшиеся, казалось, под самыми ногами город и окрестности. Как ни странно, следов закончившейся недавно войны с орками, беспощадной волной прошедшейся по этим местам, почти и не было. Лишь выделяется на фоне остальных слишком новое нарядное здание городского магистрата, которое в здешних краях называют чудным словом ратуша. Да виднеются под шапкой пены глыбы разрушенного каменного моста через речушку… Как там ее назвала Нелли?..

Парнишка против воли вспомнил события этой нежной и волнующей ночи, и жаркий румянец выхлестнул на его щеки, еще не знающие ужасов бритья. Воровато оглянувшись

– не увидал ли кто ненароком? – Карлос улыбнулся и каким-то новым, пока непривычным усилием воли вернул мысли в более безопасное русло. Нет, как же здесь все так непохоже после родных каменистых степей баронства Кейрос! Там леса в диковинку, зато на коне раздолье. А тут… Карлос поневоле задумался: а каково же тут развернуться тяжелой, закованной в железо доспехов баронской коннице. Да ну – никакого простора! Только на пехоту с лучниками и вся надежа… А все ж богато живут здесь – места хорошие… Со стороны подъемного моста, при нужде поднимающегося к воротам замка и дополнительно прикрывающего их, донесся грохот копыт. Свесившись через парапет, от чего пришла бы в восхищенный ужас сестра, парнишка наблюдал, как по толстым потемневшим бревнам настила в замковые ворота проехал богато одетый всадник. А следом еще трое, у одного из которых на поднятом стоймя копье горделиво развевался штандарт с ощетинившимся черным волком.

«Ого! Да это ж барон собственной персоной! А я тут торчу…» – Карлос спохватился и кубарем слетел по лестнице, едва успев увернуться от захлопнутой за собой крышки люка.

В. Иващенко. «Воин и маг»

Эстрелла еще раз повертелась перед большим, в старинной вычурной раме зеркалом, вновь и вновь придирчиво изучая платье, которое за ночь пошили безвестные портные из города. С вечера какой-то мальчишка снял мерки и тут же унесся прочь, сопровождаемый грозным напутствием баронессы Амалии. На все расспросы она очаровательно улыбнулась и ответствовала, что, мол, есть тут одна семья потомственных портных… «Если барон за такие расходы не выгонит меня и дочь из замка, – тут баронесса усмехнулась, – то надо будет взять их сюда. Уж больно хорошо и быстро шьют».

И вот теперь Эстрелла не нашла, к чему придраться – и красиво, и удобно. Даже брату пару одежды изготовили чудо-мастера. Кстати, судя по шагам, это братец и бежит.

В дверь постучали.

– Ну донья, ну красавица… – восхищенно-завистливо протянула служанка Молли, с восторгом глядевшая на хозяйку, и пошла отворять.

– Карлос, вот, – указала старшая сестра на стол, где лежала его одежда. Ничуть не стесняясь присутствия с детства привычной Молли, Карлос мигом переоделся и тоже осмотрел себя в зеркале:

– А недурственно!

Эстрелла кивнула. В самом деле, черные с блеском длинные облегающие панталоны в паре с великолепной белоснежной рубашкой с распашным кружевным воротом чудно подходили к его белой коже и черным вьющимся волосам. Затем она шагнула ближе и застегнула пуговку на его груди.

– Ну вот еще! – привычно взвился Карлос против тирании старшей сестры. – Простора нет! Давит!

И расстегнул обратно.

Эстрелла молча ткнула пальчиком в весьма симптоматичное покраснение на шее брата, чуть виднеющееся опять, при свободно распущенном вороте. Карлос пристальнее глянул на себя в зеркало, этак очаровательно, еле заметно запунцовел и застегнул злосчастную пуговку. А затем бросил на сестру быстрый, испуганно-оценивающий взгляд искоса. Точно такой же, каким глядел, когда она проведала, что это он разбил любимую маменькину вазу гномьего хрусталя. Или когда нечаянно залил шоколадом ее новое платье из харадского шелка. Но на этот раз, против обыкновения, сестра читать мораль не стала.

Лишь чуть усмехнулась и пробормотала:

– Кажется, я знаю, кому на самом деле надо намылить шею… Барон оказался мужчиной мощного, крепкого сложения и с присущим истинно сильным людям добродушием. Сердечно поприветствовав гостей, он затем сжал в ласковых объятиях сына. Valle картинно застонал, вскинул глаза к потолку, подпертому закопченными балками. Охнул, почувствовав, как хрустнули его косточки. Рядом с отцом он казался стройным ясенем, выросшим возле могучего дуба. Баронесса Амалия улыбалась, глядя на них, и не могла сдержать радостных слез, почему-то набежавших на глаза.

– Мам! – горячим шепотом позвала ее крутящаяся возле дочь. – На кухне уж все готово!

Баронесса незаметно смахнула влагу платочком из рукава, подала супругу известный знак, и тот радушно и громогласно пригласил всех «отведать нашего скромного завтрака».

Принц незаметно улыбнулся донье Эстрелле, и та в ответ тоже улыбнулась, как она умела – одними глазами. После чопорной, чинной и строго регламентированной трапезы в императорском дворце здешние свободные, домашние нравы показались глотком прохладной воды в душный день. Барон блистал шутками – незамысловатыми, дружескими, не относящимися ни к кому конкретно, но заставляющими всех чувствовать себя раскованно и весело.

В. Иващенко. «Воин и маг»

После пармезанского салата речь зашла об охоте, и Valle кстати упомянул, что гости никогда не охотились на медведей и кабанов.

– Ха! – добродушно осклабился барон. – Верно, в тамошних краях такое почти и не водится! Хорошо, сейчас отправлю загонщиков, к завтрашнему утру все будет как надо.

Когда все, сыто и благодушно отдуваясь, вышли после трапезы погулять в ближний сосновый лес, Valle незаметно отвел отца чуть в сторонку.

– Слушай, отец! С каких это пор Ольховатка стала нашей деревней? Я только сейчас и сообразил…

Барон с хитрецой глянул на сына и хохотнул:

– Да еще осенью соседушка наш, барон Аль, решил пощипать мои земли. А мне прознатчики мои доложили о том чуть ли не раньше, чем отряд его выехал из тамошнего замка.

Valle восхитился:

– Разведку завел?

– Да какая там разведка… Просто есть у меня там один человечишко в его свите… Так вот, собрал я людей вдвое против него, да у самой Лисичанки его и подстерегли. Только он хотел через овраг да мою деревню пограбить, а мы его тут и прищучили!

Барон довольно улыбнулся, глядя на идущих чуть впереди дам и гостей.

– Ну, деньжат-то у Аля отроду не водилось, а после орочьего вторжения тем более. Так что за жизнь свою откупился он Ольховаткой, да еще и клочок земель пахотных я с него вытряс.

Valle тихо смеялся, представив себе размеры этого «клочка». И не то чтобы так уж особо не любил того барона, просто – водились за ним грешки, водились. Охотник был до чужого добра. Да на дорогах шалил, недобро шалил, и ладно бы только в пределах своих владений… Но… не пойман – не вор. А тут попался.

Донья Эстрелла, торжественно улыбаясь, взяла с принесенного служанкой подноса особый, острый разделочный нож и под одобрительный гул остальных присутствующих вонзила его в хрустящую, румяную, истекающую невыразимо аппетитным соком корочку на боку лежащего на громадном блюде запеченного кабанчика. Внутри, источая совсем уж одуряющий аромат, обнаружилась гречневая каша. Да с ирисом, диким чесноком и черносливом! Рассыпчатая, пропитанная сладко-сытным, духмяным кабаньим жиром, нетерпеливо притягивающая обоняние даже присутствующих здесь же поваров. Быстро и незаметно проглотив слюнки, молодая баронесса с какой-то новой, горделивой и спокойной уверенностью стала резать мясо на ломти, как ее подучили Молли и Нгава.

Сегодня утром ей впервые за три дня улыбнулась удача. С диким, пьянящим азартом подхлестнув свою перебирающую стройными сухощавыми ногами Пинту, молодая охотница налетела сбоку на ошалевшего кабанчика. Испуганно поводя ушами, низко пригнув массивную голову, тот, ничего не видя, пер напролом через поляну от настигающего сзади и с боков собачьего воя, рожков и трещоток загонщиков.

Впервые копье баронессы, хищно блеснув каленым стальным пером, безошибочно впилось в высокий ощетинившийся загривок, «под лопатку», как терпеливо показывали и учили барон и Valle. С легким тягучим хрустом острие вошло на всю глубину лезвия и не наткнулось на кость. Не согнулось и не обломилось, не скользнуло по шкуре, оставив болезненную, но неопасную для жизни царапину.

– Есть! Туше! – воскликнул скачущий сбоку и чуть сзади Valle с тяжелым арбалетом в руках. Несколько мигов приглядывался к упавшему как подрубленный кабану, а затем осторожно разрядил оружие и с облегчением подвесил на приделанной к седлу петле.

– Мои поздравления, донья Эстрелла! Добивать не требуется.

В. Иващенко. «Воин и маг»

Сама Эстрелла, с лихорадочно блестящими глазами, спрыгнула с Пинты и шагнула к поверженному зверю, чувствуя, как азартно стучит сердце и по жилам течет сладковато-пьянящая волна. Но каков! Вблизи кабан казался еще больше, и только тут ее пошатнуло запоздало толкнувшее под колени чувство страха. Впрочем, его быстро смыло спадающим потоком эмоций.

Осторожно присев, она погладила вздымающийся горбом загривок, потеребила жесткую, как в щетке служанки, щетину. С уважением пробежала пальчиками по желтоватым длинным, в ладонь, клыкам и с каким-то странным удовлетворением заглянула в потухшие глаза зверя.

– Да, хорош… Это не то что охотиться на косуль или оленей, – с мрачным удовлетворением констатировала донья Эстрелла. – Этот сдачи дать может… Она вспомнила, как накануне утром здоровенный секач, безоглядно удирающий из горящих камышей, вдруг развернулся к наседающим охотникам. Как с жалобным, последним взвизгом отлетел вверх и в сторону пес-гончак, а остальные так и брызнули в стороны, заливаясь надсадным лаем. Будто тяжелый рыцарь в окружении мелковатых орков, кабанище неожиданно проворно крутился и успел покалечить насмерть еще двух собак. Потом, поняв, что удрать невозможно, решил принять последний бой и встретил врагов лицом к лицу. Вернее – мордой к лицам и мордам… Вспомнила, как барон железной рукой придержал ее кобылу (бедная Пинта от такого обращения аж присела на задние ноги) и сердито рявкнул на азартно рвущуюся вперед Эстреллу:

– Куда, соплячка? Жизнь не дорога, что ли?

Опомнившаяся Эстрелла не обиделась, невольно залюбовавшись матерым зверем, гордо и непобедимо разгоняющим наседающих, заходящихся в лае собак. Вот еще одна поскользнулась на волглой траве, не успела уйти от стремительного удара в бок и взлетела, визжа и брызгая кровью, роняя нелепые комья внутренностей из распоротого брюха.

Но тут на секача с двух сторон уже насели барон и принц и разом, слаженно, будто всю жизнь охотились вместе, всадили в зверя свои копья. Оба попали – Эстрелла видела – глубоко и сильно. Кабан коротко взревел, тряхнул головой – обломки копий разлетелись в стороны, сделал шаг, другой… Передние ноги подломились, и под остервенелый лай собак, радостное улюлюканье людей и печальные вздохи ветра гордый зверь упал тяжелой головой в раздрызганную схваткой землю.

Это было вчера, а сегодня…

– Да, этот мой, конечно, не чета вашему вчерашнему. – Донья Эстрелла, улыбаясь, положила первый кусок себе – как и предписано старинной, благородной традицией. Затем барону, баронессе – как хозяевам. Потом принцу и далее по кругу. Последними, лично из рук охотницы, получили свою долю повара, приготовившие такую вкуснятину. Все как положено.

– Ну-у… – протянул барон, в предвкушении потирая свои сильные, привычные к оружию и инструментам ладони, – тот кабан был слишком старый. Так его запечь нельзя – мясо жестковато. На зиму закоптили, сала вытопили, шкура да щетина тоже в дело пошли. Зато этот…

– М-м-м, нежненький! – откусив, закатила глаза Эстрелла, подозревая, что и сегодня ей не удастся заняться похудением. Да ну его к Падшему! Разве можно отказаться хоть от кусочка!..

Баронесса Амалия налила в крохотную рюмочку темно-зеленого густого эликсира и поднесла донье Эстрелле. Такую же, чуть поморщившись, выпила сама и следом налила дочери.

В. Иващенко. «Воин и маг»

– Это особенная настоечка, на семнадцати травах. Дорогу-ущая! – Баронесса зажмурилась от расстройства и тут же улыбнулась: – Зато, милочка, можно есть сколько влезет – и ничего.

С этими словами она провела ладонями по своей вполне приемлемой для ее возраста талии и довольно стройным бедрам.

– Ната, не кривись и пей, – бросила она дочери. Та страдальчески вздохнула и, мученически подняв глаза к потолку, опрокинула в себя зелье.

Донья Эстрелла последовала ее примеру. Эликсир оказался морозно-обжигающим, с невыразимым травянисто-луговым ароматом, в котором она разобрала только горечь полыни.

– Ух! – только и сказала она, ошарашенно пытаясь отдышаться. Затем все-таки не выдержала, закашлялась и выскочила в соседнюю комнату.

Хозяйка поспешила следом. Молли, успевшая уже чуть распустить поясок на неприлично тонкой талии хозяйки, легонько похлопывала ее по спине. Раскрасневшаяся Эстрелла отдышалась, и через несколько мигов дамы величаво вплыли обратно в трапезную.

Мужчины привычно привстали при их появлении, затем пир покатился далее по накатанной колее. Донья Эстрелла с нехорошим интересом присмотрелась к ребрышкам – там еще кое-что оставалось. Так, всего ничего – чтобы накормить, например, платунг голодных кирасир.

Ее брату сегодня не повезло. Самую малость, пальца на два, он промахнулся, и копье скользнуло по кабаньей голове, срезав только ухо и вызвав дикое, оглушительное верещание.

Зато на обратном пути он, по своей привычке петляя вокруг отряда охотников, вспугнул стайку фазанов. Арбалет, разумеется, был у парня с собой, а уж как им пользоваться… Двум птицам не повезло, и их длинные, радужно отливающие хвосты свесились из притороченной к седлу баронета сумки.

Увидев птиц, Нгава радостно захлопала в свои розовые, странно смотрящиеся при ее черной коже ладоши.

– Это ж такие к нам в Захарадье зимовать прилетают. Точно! – пригляделась она. – Вечером суп сварю – закачаетесь! По особому, шаманскому рецепту.

Впрочем, до вечера было далековато, а посему Эстрелла махнула рукой на все, поддавшись радушной, милой обстановке за столом, и пустилась во все тяжкие. Это ж где еще можно так хорошо поесть, почирикать со своими донельзя дамами про моды, тряпки и парфумы? И напоследок выпить терпкого, нежно-ароматного белого вина и опять… нет, на этот раз насладиться яблочком, пропеченным, полупрозрачным, дожидающимся своего часа в приоткрытой пасти кабанчика, от которого, кстати, уже и осталось-то совсем немного.

Барон ободряюще подмигнул донье Эстрелле и вопросительно взглянул на супругу.

Ему хотелось присоединиться к разговору мужчин, с жаром обсуждавших в курительной комнате тонкости охоты на оленей.

– Иди уж, – ласково отпустила его баронесса Амалия, улыбнувшись, – а мы тут с девочками посекретничаем… К барону накануне приехал по делам один из его рыцарей, фон де Бир, да так и застрял в гостях. Но – успел вызвать из своего замка жену, леди Брунхильду, с дочерью двенадцати лет, так что день и вечер обещали быть интересными для всех… Баронесса Амалия сидела на каменной скамье, подставив лицо лучам прячущегося за недальним лесом солнца. С задумчивым и отсутствующим видом она опустила на колени ухоженные руки, и легкий ветерок лениво шевелил в них несколько листков бумаги.

С дорожки, ведущей в раскинувшийся под стенами замка сад, появился Valle. Прислушался к доносящимся сюда звукам веселья, неслышно подошел к матери.

В. Иващенко. «Воин и маг»

– Не помешаю? – поинтересовался он, всем видом давая понять, что появился здесь отнюдь не случайно.

Бледная улыбка осветила лицо баронессы.

– Ну что ты! Когда ты мне мешал?

Молодой человек сделал пару шагов по засыпанной розово-серым гравием дорожке, вздохнул, глядя куда-то в лес, а затем неожиданно спросил:

– Мам, ты ничего не хочешь мне сказать?

Баронесса посмотрела на сына серьезным, чуть колеблющимся взглядом.

Открыла было рот, затем спохватилась и, немного подумав, произнесла совсем не то, что намеревалась вначале:

– Скажи мне, малыш, ты хорошо помнишь мою покойную мать, свою бабку, леди Оливию?

Valle пожал плечами. Перед его мысленным взором предстала сухощавая старушка в старинном кружевном чепце, которой слуги помогали выбраться из кареты. А еще – острые, умные глаза на сморщенном, как печеное яблоко, личике.

– Да она и приезжала-то всего раза два-три, я тогда совсем малым был. А что?

Баронесса, собираясь ответить, зябко повела спиной. Неверно истолковав это движение, сын сдернул с себя плащ и укутал мать. Неприязненно покосившись на черноту, спадающую теперь с ее плеч, женщина решилась:

– Ты ничего не слыхал о ней?

– Один раз было… – вспомнил молодой баронет. – Я по детской непоседливости своей частенько бывал там, где не велено, и слышал то, что не положено… «Взгляд у графини дюже чижолый. – Он так великолепно передал выговор и интонацию, что баронесса сразу вспомнила свою покойную гувернантку. – Как ежели не в духе, так сразу у слуг-то разные неприятности приключаются».

Мать с грустной улыбкой кивнула.

– Да, малыш, да. Похоже, был у матушки скрытый Дар… Вот через поколение ты его во всей силе да чистоте и унаследовал.

– Ну и что? – Valle снова пожал плечами. Достал трубку, не спеша закурил, не боясь уже материнского гнева. Искоса глянул на нее: – Это ведь не все, мам, договаривай. Менято уже не проведешь!

Баронесса неслышно вздохнула и перевела взгляд на чуть синеющую дымку вечернего леса.

А затем решилась:

– Помнишь, зимой я тебе писала… двоюродная племянница моя, донья Луиза…

Чуть помрачнев, сын кивнул и продолжил:

– …ехала из гостей. Кучера и служанку убили, а девчонку, которой едва пятнадцать… обидели. Кто – неизвестно. Помню письмо твое, как же – она ж, хоть и дальняя родственница, но из клана Вальдесов.

– Так вот, – баронесса провела ладонью по бумаге в своей руке, – получила я недавно послание от отца, графа и’Вальдес. Странное послание.

– Что, дед все так же крепко держит клан в кулаке? – ухмыльнулся сын.

– Да, но дело не в этом, – чуть смутилась мать. – Просто… отец тогда поклялся, что разыщет, кто это сделал, и накажет примерно. И вот в письме… в письме он намекает на тот случай. А в самом конце… Баронесса глубоко вздохнула, собираясь с духом.

– А в самом конце он пишет, что приснился ему странный сон. Будто с бароном Аль беда приключилась. Страшная беда.

Мать прямо посмотрела в делано бесстрастные глаза сына.

В. Иващенко. «Воин и маг»

– И спрашивает, уж не вещий ли его сон и не стряслось ли с бароном и вправду какой неприятности?

Левая бровь Valle привычно вспорхнула в удивлении, а затем он сел рядом с матерью.

Спохватившись, погасил и спрятал трубку.

Обдумав что-то, негромко, сквозь зубы процедил, рассуждая:

– Случай тот был зимой, а письмо пришло к тебе, когда я как раз должен был домой вернуться… Ох и хитер же дед! – восхитился он. – Послушай, мам, а ошибиться он не мог?

Баронесса медленно и печально покачала головой с уложенными под жемчужную сеточку волосами.

– Там многое между строк, другим непонятное. Так что… Отец легкомыслием никогда не отличался, а уж к старости тем более. Но после Императорского эдикта смертоубийство меж дворян, тем более высокопоставленных, не допускается.

– Договаривай, мам, – тихо и серьезно произнес Valle. – Между нами не должно и не может быть неясностей.

Мать пытливо глянула сыну в глаза, а пальцы ее поднялись к наброшенному на плечи сыновнему плащу и несколько раз осторожно, словно боясь обжечься, погладили его черную лоснящуюся кожу.

Отведя взгляд, молодой баронет задумчиво покивал своим мыслям. Встал, снова закурил свою «чадилку», прошелся по дорожке. Впрочем, в Университете ему приходилось решать задачки и посложнее.

– Мам, – негромко спросил он, – Гуго Молчун в городе?

В глазах баронессы немой вопрос постепенно сменился пониманием, и она молча и медленно ответила взмахом ресниц.

Valle некоторое время спокойно покуривал, выпуская дым в объятия утихающего к вечеру ветерка. Затем посмотрел куда-то внутрь, что-то прошептал… Из-под скамьи нехотя вылез беленький, чистенький мышиный скелетик. Смешно подергиваясь и спотыкаясь, встал на задние лапки и проковылял на середину дорожки под восхищенно-испуганным взглядом баронессы. Потешно поклонившись, стал приплясывать, пританцовывать, дробно стукотя косточками и шурша гравием. И до тех пор кружился, подпрыгивал и приседал в танце, разводил лапками и изысканно шевелил костяным хвостиком, пока строгое лицо баронессы не осветилось робкой, радостно-удивленной улыбкой, пришедшей откуда-то из глубины детства.

Гуго, рыбак по прозвищу Молчун, жил на самом краю города вместе с женой и тройкой ребятишек. Когда-то давно весельчак и балагур Гуго был сержантом в баронской страже, и одним из лучших. Однако же, напробовавшись как-то молодого вина, проронил Гуго несколько весьма нелестных слов об Императорской фамилии. И надо же было случиться, чтобы слова те, сказанные по глупой молодости да из пьяного куража, дошли до нужных ушей! Вернее, до совсем ненужных.

И не миновать бы Гуго виселицы (плаха полагалась только для благородных), да баронесса успела привести в действие свои многочисленные и, похоже, действенные, связи. И вырвала-таки бедолагу из цепких коготков Тайной Палаты.

С тех-то пор и пошло за ним прозвище Молчун. Со службой, естественно, пришлось расстаться, но родня жены пособила научиться рыбному промыслу, так что семья, в общемто, не бедствовала. Зимой нанимался в охрану караванов, расползающихся по санным путям, благо вояка он был по-прежнему не из последних.

Поэтому, когда в сумерки в одну неприметную дверь на окраине стукнула некая тень, проронив в чуть пахнущие рыбой сени несколько слов, хозяин взял стоящий слегка осторонь мешок с воинской справой и отправился следом, в прохладную лунную ночь.

В. Иващенко. «Воин и маг»

ГЛАВА 6 Адмирал Арнен отворил дверь, выходящую из заполненного клубами табачного дыма кабинета на балкон, и чуть поморщился.

Керслунд, северная жемчужина Империи. Лучший на всем северо-западном побережье город-порт. Благодаря уникальной прихоти природы верфи и причалы располагаются в глубине города, и к ним ведут многочисленные каналы, проложенные здесь вместо улиц.

Сдвоенная крепость стоит на обеих сторонах входа в бухту, на берегах которой собственно и расположился город. Недаром в стратегических планах Империи предписывается «безоговорочное удержание Керслунда любой ценой».

Сам адмирал этот город недолюбливал. Северные туманы, холод – промозглая сырость.

Камень, камень и вода. Рай для простуд и ревматизмов!

Под окнами, в плещущем мутной водой Адмиральском канале, как раз проводили в верфи на ремонт небольшой разведывательный бриг «Деву». Попав в ужасный шторм, капитан его тем не менее не растерялся и сумел выполнить задание, а потом довести искалеченный корабль домой.

Из здания с той стороны канала раздался громкий, визгливо-пронзительный женский голос:

– Боцман, сто морских чертей тебе в печенку! Кто ж так реи брасопит? Смотри – ежели помнешь мои цветы, привяжу к якорю и отправлю русалок считать!

На балконе, прямо напротив адмиральского кабинета, который хозяин на время уступил прибывшему из столицы Арнену, грозно размахивала кулачком Сонька-купчиха.

Маленькая, кругленькая, она заботливо прижала к себе стебли густо растущих на балконе растений, которым и вправду угрожал болтающийся на снастях обломок гафеля. Поговаривали, что в молодости она немало пошалила на морских просторах, стоя на мостике быстроходной шхуны. Как бы то ни было, остепенившись и сойдя на сушу, Сонька занялась торговыми делами, и быстро оказалось, что чуть ли не четверть товаров, проходящих через торговый порт Керслунда, значится по ее контрактам.

На палубу проползающей внизу «Девы» выкатился старый, замшелый от древности боцман. Очумело повертев головой, кое-как отдал честь проплывающему почти над головой адмиралу и скрутил смачную фигу в сторону Соньки, чем вызвал новый поток изощренной морской брани с ее стороны.

Усмехнувшись, адмирал Арнен вернулся в кабинет. Кроме него и командующего базой на сегодняшнем совещании присутствовали и капитаны нескольких кораблей.

– Собери пять-десять надежных ребят – так напутствовал он вчера старого сослуживца, а ныне адмирала Северного Флота. – Император кое-что хочет… И вот теперь на креслах и кушетках собрались капитаны и офицеры, пара «купцов» и даже один маг из департамента. Самая разношерстная с виду публика, но наметанный глаз адмирала с ходу определил, что народ тут серьезный – как раз те, кто нужен. Просоленные волнами всех океанов, степенные и несуетливые профессионалы. Не старые моряки вроде него, но и не зеленая молодежь, так и норовящая где ни попадя погеройствовать да буйные головушки свои сложить.

– Ну, хорошо, – на правах старшего по должности продолжил адмирал Арнен. Он прикрыл балконную дверь, успев выпустить наружу часть табачного дыма и впустить взамен вдосталь пахнущей солью сырой свежести. – Допустим. Допустим, – подчеркнул он, – что так оно и есть. Но я попросил адмирала фон Трэша собрать вас здесь, чтобы услышать ваше, – лично ваше мнение. Сводки и разведданные мне известны и без того.

В. Иващенко. «Воин и маг»

Сидящий в кресле под прибитым к стене штурвалом коренастый гном чуть кашлянул и спрятал свою трубку. Вообще-то гномы были весьма редки во флоте, но лейтенант Сторн хорошо зарекомендовал себя еще во времена последнего конфликта с Крумтом – извечным морским соперником Империи. А нынче, уже в звании флаг-капитана, командовал тяжелым фрегатом, и лихо командовал.

Поправив свой кортик, размерами более схожий с абордажной саблей, Сторн кашлянул еще раз, как бы испрашивая дозволения, и заговорил. Сразу жалобно зазвенели стекла в кабинете, слегка заложило уши, и адмирал тут же вспомнил, что именно об этом капитане уважительно шутили, что он запросто может переорать любой шторм, а в умеренную погоду спокойно отдает команды целой флотилии. Да, голос у Сторна был куда как зычным, командным, в самый раз для капитанского мостика.

– …растудыть их через клюз! – закончил флаг-капитан привычную у флотских фразу «для зачину», а потом приступил уже и к делу: – Не верю я святошам этим! Пусть меня хоть под килем протащат – не верю! В нашем деле-то, моряцком, иной раз и сам не знаешь почему, а что-то тебе подсказывает: делай так. И делаем, и побеждаем. И не в удаче тут дело

– в опыте.

– Интуиция, – подсказал из угла изящный и аккуратный флаг-лейтенант Лирн.

– Да, именно! – воинственно кивнул Сторн своей стриженой рыжеватой бородой. – Вся моя интуиция прямо-таки вопит: чтой-то эти хари из Царства Света замышляют недоброе!

Флот их потихоньку стягивается вместе – раз! – Гном загнул крепкий, с коричневым прокуренным ногтем палец. – В портах ихних праздного гуляку аль бича уже и не встретишь. А ведь из кого армию набирают-то? – Он загнул второй палец.

– Ну-ка, ну-ка! – заинтересовался адмирал Арнен. – Поясните.

– Да чего пояснять-то? – отозвался слегка недовольный тем, что его прервали, Сторн. – Как в любой порт зайдешь, всегда на берегу люд есть морской. Кто отдыхает, кто деньгу проматывает, кто рейса дожидается.

– А и правда, – переглянувшись, кивнули «купцы». – Мы вот как раз из Царства Света пришли. В последнем порту еле собрали бригаду для разгрузки – все притоны и кабаки как повымело.

Остальные моряки тоже заговорили:

– Верно, верно сказал Сторн. Куда-то же людишки делись?

– Продолжайте, флаг-капитан, – кивнул адмирал Арнен, сделав в своих бумагах соответствующую пометку.

– И вот еще, – с чуть задумчивым выражением лица гном поскреб в затылке, отчего голос его сделался немного тише, – когда мимо побережья ихнего идешь, вроде как-то зябко становится.

– Я, безусловно, верю вам, – фон Трэш развел руками, – но к делу это не пришьешь.

А что скажут маги?

Маг-погодник в фиолетовом плаще пожал плечами:

– Что-то там делается, но конкретно сказать пока не можем. Святые дела тамошние не совсем по нашему ведомству.

– Смотрите, как бы потом поздно не оказалось, – отозвался Лирн, скептически хмыкнув. Принадлежа не к роду хумансов, а к народу леани, он отличался повышенной чувствительностью к магии. – Вообще-то мне тоже пару раз в тех водах вроде как по спине морозец пробежал. Но я думал: почудилось.

– М-да… – отозвался адмирал Арнен. – К официальным протоколам и сведениям такое и вправду не подошьешь…

– Еще одно, – посовещавшись втихую, добавили «купцы». – Мы на берегу с разным людом общаемся – с заказчиками, портовыми властями, трактирщиками да таможней. ОтноВ. Иващенко. «Воин и маг»

шение к имперцам как-то неуловимо изменилось. Раньше задирали по мере возможности, втихаря пакостили. А нынче – ни-ни!

– Да, адмирал, все верно, – кивнул фон Трэш седеющей головой. – Что-то затевается, но фактов пока у нас нет.



Pages:   || 2 |

Похожие работы:

«ЛИСТ СОГЛАСОВАНИЯ от 13.07.2016 Рег. номер: 4016-1 (09.12.2015) Дисциплина: Реализация правил ВТО в предпринимательской деятельности 40.04.01 Юриспруденция: Корпоративный юрист/2 года ОФО; 40.04.01 Учебный план: Юриспруденция: Корпоративный юрист/2 года 5 месяцев ЗФО Вид УМК: Электронное издан...»

«Анализ правоприменительной практики Федерального закона от 28.07.2012 № 139-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию" и отдельные законодательные акты Российской Федерации" Ситу...»

«c-pro 3 OEM Программируемые контроллеры (до 21 входов/выходов) ПОЖАЛУЙСТА, ВНИМАТЕЛЬНО ПРОЧИТАЙТЕ ДАННОЕ РУКОВОДСТВО и сохраните его для справок в будущем.ИЗУЧИТЕ СРЕДУ РАЗРАБОТКИ! ОСНОВНЫЕ ОСОБЕННОСТИ: питание от электросети напряжением 115. 230 Vac; модели с часами; аналоговых входов (могут быть также сконф...»

«Монтаж, эксплуатация и сервис систем вентиляции и кондиционирования воздуха Учебно справочное пособие Под общей редакцией проф. В.Е. Минина Допущено учебно методическим объединением по образованию в области энергомашиностроения в качестве...»

«Инструкция air o swiss u650 25-03-2016 1 Раздражительность удовольствовалась. Неоригинально зачесывающая ябеда раскатывалась. Правоподтверждающие разгерметизации приступают отдаваться занимающимся квалитетам. Совершающие аппараты исключительно неполн...»

«Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь, 06.06.2015, 5/40619 ПОСТАНОВЛЕНИЕ СОВЕТА МИНИСТРОВ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ 2 июня 2015 г. № 460 Об утверждении Стратегии обращения с радиоактивными отходами Белорусской а...»

«Людмила Алексеевна Черная Антропологический код древнерусской культуры Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=274672 Л. А. Черная. Антропологический код древнерусской культуры: Языки славянских культур; Москва; 2008 ISBN 978-5-9551-0269-6 А...»

«Святитель Николай Сербский Семь клю чей к вечной ж и з н и Мысли о пути человека к Небу Святитель Николай Сербский Семь ключей к вечной жизни Москва • "Никея" • 2013 УДК 281.9 Б Б К 86 С 90 Рекомендовано к публикации Издательским советом Русской Православной Церкви ИС 13-221-1764 Составитель Татьяна Михайлова Сер...»

«ТАМОЖЕННОЕ РЕГУЛИОВАНИЕ ПЕРЕМЕЩЕНИЯ ЧЕРЕЗ ТАМОЖЕННУЮ ГРАНИЦУ ЕАЭС ФИЗИЧЕСКИМИ ЛИЦАМИ ТОВАРОВ ДЛЯ ЛИЧНОГО ПОЛЬЗОВАНИЯ Дарья Кузьменкова Статья посвящена особенностям правоотношений, складывающихся в процессе перемещения через таможенную границу ЕАЭС физ...»

«Известия Сочинского государственного университета. 2014. № 4-2 (33) УДК 343 Вменяемость как признак субъекта преступления в уголовно-правовой доктрине и уголовном законодательстве России имперского и современного периодов 1 Марина Геннадьев...»

«Миннегалиева Альфия Маратовна Язык татарской религиозно-дидактической литературы (на материале трактата по исламской юриспруденции "Мухтасар ал-Кудури") 10.02.02—Языки народов Российской Федерации (татарский язык) АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой сте...»

«Правительство Новосибирской области Совет ректоров вузов Новосибирской области Новосибирское областное отделение Национальной системы развития научной, творческой и инновационной деятельности молодежи России "Интеграция" Сибирский гос...»

«Итоги оперативно-служебной деятельности Отдела МВД России по Можайскому району г. Москвы за 6 месяцев 2014 года Главные усилия Отдела МВД России по Можайскому району г. Москвы в отчетном периоде 2014 го...»

«Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ПРАВОСУДИЯ В.И. Анишина Избранное УДК 342.56 ББК 67.400 А 67 Анишина В.И. А 67 Избранное. — М.: РГУП, 2016. ISBN 978-5-93916-514-3 Да...»

«ПУБЛИЧНЫЙ ДОКЛАД ДИРЕКТОРА МОУ ППМС "ЦЕНТР ПОМОЩИ ДЕТЯМ" ЗА 2014 ГОД 1. Общая характеристика учреждения Муниципальное образовательное учреждение для детей, нуждающихся в психолого-педагогической и медико-социальной помощи, центр психолого-педагогической...»

«Приложение 2 к программе государственной итоговой аттестации по направлению подготовки 40.03.01 Юриспруденция /гражданско-правовой профиль подготовки/ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ "В...»

«УДК 070(078) Тройнина Татьяна Витальевна Troynina Tatiana Vitalievna соискатель кафедры международной журналистики PhD applicant, International Journalism Subdepartment, Санкт-Петербургского государственного университета, Saint Petersb...»

«Вестник ТвГУ. Серия Право. 2012. Выпуск 32. С. 271 – 284. Вестник ТвГУ. Серия Право. 2012. Выпуск 32 УДК [346.22+261.7]“18/19” ГОСУДАРСТВО И ЦЕРКОВЬ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ У XIXИ В НАЧАЛЕ XX ВЕКОВ И.С. Полищук1, Г.С. Сергеев2...»

«Обзор новостей рынка охранных услуг Подготовлено МАПБ "РД-Контакт" Москва 21 28 августа 2015 Обзор новостей рынка охранных услуг МАПБ "РД-Контакт" Содержание Нормативно-правовая сфера УЛРР МВД России напоминает ЧОПы, охраняющие подпольные казино, могут лишить лицензии Судебная практика Прокуратура Ц...»

«Борис Межуев Политическая критика Вадима Цымбурского Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=4387385 Политическая критика Вадима Цымбурского: Издательство "Европа"; Москва; 2012 ISBN 978-5-9739-0209-4 Аннотация Книга рассматривает биографию В.Л.Цымбурского, е...»

«1 ЦЕЛИ И ЗАДАЧИ ДИСЦИПЛИНЫ Цель изучения дисциплины "Международное частное право" – формирование у студентов теоретических знаний и практических навыков в области частноправовых отношений, осложненных иностранным элементом. В процессе изучения курса "Международное частное право" необхо...»

«Рэй Дуглас Брэдбери Кладбище для безумцев. Еще одна повесть о двух городах Серия "Венецианская трилогия", книга 2 Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8477568 Кладбище для безумцев: Еще одна повесть о двух городах: роман / Рэй Брэдбери; [пер. с англ. О. Аки...»

«ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО И ПРАВОВОЕ ГОСУДАРСТВО Николай БИРЮКОВ, Виктор СЕРГЕЕВ Демократия и соборность: представительная власть в традиционной российской и советской политической культуре * Парадокс устойчивости Советская политическая...»










 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.