WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 

Pages:     | 1 || 3 |

«Genuine Orthodox Mission St. Herman of Alaska (This book is a part of the Cycle: The Orthodox Art Of Surviving) Истинная Православная Миссия Св. ...»

-- [ Страница 2 ] --

В то время,когда я был с апачами,Карновисте решил искать для племени новую страну. На тот момент мы находились в горах Нью-Мексико,скорей всего в цепи Гуадалупе.Эта местность была уже довольно прилично населена индейцами,так как много апачей вытеснялись туда посягательствами цивилизованного мира. Карновисте послал меня и двоих индейцев,Эсакони и Пинеро, просмотреть дальний северо-запад на предмет нашего нового местообитания. В начале мы отправились на югозапад и вступили в старую Мексику,но там не нашли ничего подходящего для нас.После многодневной езды наши лошади обессилили и мы своровали свежих лошадей у мексиканцев,а потом взяли курс на северозапад,туда,где я думаю сейчас находится Аризона.Мы захватили пару осликов и погнали их вместе с нами,чтобы воспользоваться ими,если наши лошади устанут,а также, если не сможем найти диких зверей,то мы их убьём и съедим. Мы достигли водного источника у подножья покатой горы,где была хорошая трава и обильная дичь.Там мы распологались лагерем несколько дней. Наши лошади были измучены и еле держались на ногах,поэтому мы решили их пока здесь оставить до своего возвращения и пошли пешком, подгоняя двух осликов,хорошо нагруженных олениной и бурдюками,наполненными водой. Мы направились в неизвестную местность о которой знали лишь то, что ни одно наше племя никогда её ещё не видело. В течение нескольких дней мы неспеша продвигались точно на запад,пока не прибыли в пустынную необитаемую местность,полностью лишённую растительности и водных источников и распростёршую свои белые пески на многие мили во все стороны.

Всё же мы нашли родник перед тем, как вступить в эту пустыню,наполнили свои бурдюки и приготовились к длинному путешествию через столь несоблазнительную пустошь. Мы брели уже в течение нескольких дней и являлись единственной вещью,которая могла нарушить однообразие,созданное свирепыми песчаными бурями,которые иногда увлекали нас за собой,слепили и почти засыпали,мешая нашему путешествию. На шестой день,достаточно уже углубившись,мы различили цепь синеющих вдали гор,которую сначала приняли за низко стелющиеся облака. Мы ускорились и по мере продвижения горы начали приобретать осязаемые черты и теперь мы знали,что сможем их достичь на следующей неделе,если будем двигаться с такой скоростью и дальше,но к сожалению она постепенно сбавлялась,потому что наши ослики начали страдать из-за нехватки корма и воды.Когда у нас кончилась вода,мы поняли, что если не дойдём до виднеющихся гор,то точно погибнем в этой пустыне,вместе со своими верными осликами.Наконец,на пятнадцатый день нашего перехода через пустыню,мы достигли подножья гор и были настолько на этот момент обессилены,что если бы не пришли сюда сейчас,то вряд ли продержались ещё день. Пройдя ещё немного мы вошли в каньон и нашли там чистый источник и избыток травы. Тут мы остановились,чтобы отдохнуть несколько дней,перед углублением в эти горы. Получив необходимый отдых для себя,мы выступили в путь и неспешно продвигались в самое сердце одного из самых красивых мест,которые я когда-либо видел. Дичи было в избытке.Чернохвостый олени, медведи, дикие кошки,пумы и другие животные,были повсюду и не убегали при нашем приближении. Проводя изыскания в этих горах,мы были счастливы в своём одиночестве и обнаружили специфичную природную конструкцию, которая задержала наше внимание, и мы были поражены этим великолепием. Возле верха высокой горы было плато и оно резко кончалось обрывом или стеной, по которой стекала вода и намного футов ниже формировала бассейн.




Стена,по которой стекала вода,была ей отполирована до синего скального образования. В бассейне ниже мы нашли запасы чистой воды, которая имела привкус минералов и мы побоялись её пить,так как Пинеро сказал,что она могла быть отравлена.В этом бассейне мы обнаружили тот же синий тип скальных образований с обнажёнными пластами ярко жёлтой руды, толщиной в дюйм или два, которая легко отделялась. Пинеро и Эсакони предложили добыть сколько-нибудь жёлтых и синих камней для наших скво и мы своими ножами для скальпированиями отковыряли много больших кусков жёлтого минерала,сложили их в наши тюки и унесли. У меня было несколько таких кусков длиной в четыре или пять дюймов и толщиной в два или три дюйма. Мы обратили своё внимание на их тяжесть, тогда как синие камни были довольно лёгкие и все в порах. Мы понятия не имели,что это за минерал, так как были просто тремя молодыми индейскими щенками и не разбирались в минералогии, но когда мы прибыли в свою деревню,то Карновисте сказал нам,когда мы ему показали эти красивые камни,что это золото и поэтому мы не пойдём обживаться в те горы,так как не будем в безопасности там,где есть золото.Ещё Карновисте сказал,что раз там есть золото,то когда белый человек его найдёт,то будет его добывать,а мы ищем место,куда белый человек не придёт.

Пробыв в тех горах одну луну или месяц, стреляя животных и выбирая места для деревень,в которых должно будет разместиться после прибытия сюда наше племя,мы тронулись в обратный изнуряющий марш через широкую пустыню и наконец достигли места,где распологался раньше наш лагерь,в котором мы оставили своих лошадей,и мы обнаружили их хорошо отдохнувшими и нагулявшими жир. Отдохнув там несколько дней мы направились к местообитанию нашего племени, достигли его в своё время и рассказали Карновисте о том,какие мы нашли земные счастливые охотничьи поля,где Великий Дух обратил своё внимание на каждый каньон и где Его улыбка ласкала каждую горную вершину на рассвете каждого утра. Карновисте кряхтел от удовольствия и восторга,но когда мы показали ему красивые камни,которые принесли оттуда,то он печально покачал головой и сказал,что та заманчивая местность не для индейца,что она представляет собой иллюзию и ловушку и если мы пойдём туда,то только увеличим наши проблемы.

Теперь мы лишились всякой надежды на то,что когда-нибудь найдём землю, до которой белый человек не доберётся.

ГЛАВА 20.ЗАХВАТ СТАДА СКОТА.

Как-то в наш лагерь приехали поторговать мексиканцы.У них было много мескаля,кукурузного виски и табака,поэтому большинство племени просто упилось. Затем сто сорок индейцев и шестьдесят мексиканцев отправились в набег за скотом и к западу от форта Гриффин, на старой дороге,они повстречали большое стадо,перегоняемое в Канзас. С ним было около двадцати ковбоев и мы бросились на них открыв беспорядочную стрельбу. Стадо тут же обратилось в стампиду,а ковбои поскакали в противоположном от него направлении. Большинство из нас стали окружать скот, а остальные ринулись в погоню за ковбоями,но безрезультатно. На второй день нас догнали примерно сорок белых мужчин,которые попытались отбить животных и во время действия два мексиканца и один индеец были убиты,ещё одному индейцу они прострелили шею, также у нас было убито четыре лошади. Мы отбили их атаку и завладели двумя их мёртвыми,которых незамедлительно скальпировали. Я не знаю какие они ещё понесли потери. Мы продолжали двигаться вместе со стадом на юго-запад и когда прибыли наконец в деревню,то имели с собой больше тысячи голов животных. Мы обменяли стадо мексиканцам и не медля снова обратили его в стампиду. Я помню,что некоторые животные имели клеймо «HEY».

Скальпы двух ковбоев были помещены на высокие шесты,а затем начался большой праздник и военный танец.Мы убили около сорока быков и зажарили их. Прибыли другие мексиканцы и пополнили наши запасы виски. У нас случились с ними кое-какие разногласия и для того,чтобы разрешить спор положительно для обеих сторон,мы убили двоих мексиканцев и тоже водрузили их скальпы на шесты.Мы все пили виски,а потом с похмелья атаковали мексиканцев и забрали все их безделушки,ружья,боеприпасы и тд. Но им досталась большая часть скота,что в более,чем полной мере, компенсировало их затраты. Затем мы посокрушались над этим мексиканским делом и позвали их мириться. Мы переместили нашу деревню к Сэнд Хиллс и какое-то время охотились там.В том месте мы обнаружили оленей,антилоп,пекари и немного бизонов.

Меня часто спрашивают,как мы изготовляли кремниевые наконечники для пик и стрел.Здесь я попытаюсь изложить процесс. Вначале мы бросали в огонь большой кусок кремня от двух до шести футов в окружности. После того,как он сильно нагревался,его рассекали на тонкие маленькие кусочки.Мы выбирали такие кусочки, над которыми можно было меньше работать,чтобы придать им определённую форму. И пока они были ещё горячими, их насаживали на раздвоенные на одном конце палки. Пока эти насаженные кусочки были ещё горячими,мы их окунали в холодную воду теми частями,которые собирались заострять.Холодная вода вызывала изменения в месте соприкосновения с ней и можно было заняться обработкой. Таким вот образом мы делали наши некоторые наконечники стрел острыми,острее,чем изготовленные из камня. Много таких стрел в отличном состоянии можно ещё подобрать в определённых местах в Техасе.

Мы точили наши наконечники для стрел,ремонтировали наши луки и чистили наши ружья.Стрелы мы делали из прямого прута кизилового дерева, с канавкой для пера на одном её конце и наконечниками из кремниевого камня или стали,на другом. Вначале мы использовали кремниевый камень для наконечников,а также для лезвий ножей,которыми пользовались при разрезке шкур бизонов и других животных.Позже,когда на равнины начали прибывать солдаты,мы стали находить в окрестностях их лагерей обручи от бочек и другой металл,и из этого материала стали изготовлять стальные наконечники, отвергнув кремниевые. Мексиканцы снабжали нас напильниками,которыми мы правили и затачивали наконечники. Для тетив мы использовали сухожилия,вырезанные из оленей или быков.В отдельном взятом колчане имелось также несколько намазанных ядом стрел, которые предназначались для войны. Их наконечники обрабатывались ядом гремучей змеи.

Мы отправились в очередной набег на белых и первой вещью,которая нарушила монотонность движения и пробудила в нас немного низменного интереса,стало присутствие нескольких мужчин возле реки Кончо. У нас с ними произошла яростная схватка и трое наших смелых были потеряны.Мы поместили их завёрнутые в одеяла тела на ветки большого раскидистого дуба. Их ружья,стрелы и другие вещи,были завёрнуты вместе с ними. Их лошадей мы застрелили под этим деревом.Всё это нужно было сделать для того,чтобы индейцы прибыли в счастливые охотничьи поля верхом и в полном оснащении.Я не знаю какие потери понесли белые,так как не было возможности это узнать.

Мы поехали на юго-восток к другой реке и увидели человека,ходящего кругами. Индейцы подползли к нему,выждали удобный момент и пустили стрелу в правую сторону его груди.Он стоял потом и плевался кровью.Индейцы подождали пока он досточно настрадается,а затем отправили его по назначению и содрали с него скальп. По-видимому этот человек заблудился,потому что у него ничего не было для сражения,только несколько ржавых ножей и связанных в узел вещей,которые неважно выглядели из-за погодных воздействий.Следуя тем же курсом мы наткнулись на каких-то белых людей, работавших в каменоломне.Один из них охранял лагерь.Мы окружили их и два раза выстрелили по охраннику.Он убежал и спрятался в чаппарале.Работники бежали через густой подлесок и мы стали полными хозяевами их лагеря, в котором нашли всего одну лошадь, пять винчестеров 44-го калибра с патронами кольцевого воспламенения и пояса полные обойм, а также сахар,муку,соль и другие предметы,необходимы для жизни в лагере. Мы уничтожили то,что не могли унести.

Оттуда мы отправились на юг и я помню, что видели каких-то детей,которые играли в поле возле дома. Мы подобрались поближе и побежали к детям. Воин кайова,по имени Хватающая Черепаха,схватил одного из них,когда тот перелезал чере забор. Тут появился белый человек с винчестером в руках и выстрелил в колено Хватающей Черепахи.Мы воевали примерно часа два и пытались взять месть за это ранение,но тот человек был смелым и осторожным и мы не получили даже возможности попасть в него. Возле дома были коровы и быки,которые имели клеймо,напоминающее плотничий топор или топорик для оттёски. Но нам не нужен был скот, мы желали крови. Проехав ещё немного мы забрали девять хороших лошадей и отправили их обратно в нашу деревню вместе с раненым индейцем и двумя сопровождающими.

Проехав дальше мы наткнулись на человека, который делал оградку.

Когда мы поскакали к нему,то он бросил топор и побежал к своей лошади,небольшому гнедому пони. Мы въехали на холм и забрали там двенадцать лошадей, большого гнедого мула и светло- рыжего мула. Затем мы поехали домой через Кикапу Спрингс и там сделали сами себе подарок угнав табун славных жирных пони. Вскоре наши разведчики просигнализировали нам, что ненавистные рейнджеры идут по нашему следу. Мы опасались этих парней,поэтому не мешкая двинулись на равнины и ехали три дня и ночи без еды и сна. Нам хорошо было известно, что они неугомонно будут идти к цели,если безошибочно её определят,чтобы нанести ответный удар, и поэтому старались оторваться от них как можно дальше. На четвёртый день мы наткнулись на большого жирного старого осла,которого отпустили мексиканцы.Мы его разделали,зажарили и съели. После трёхдневной голодовки он показался нам очень вкусным. Мы отдыхали и пасли наших лошадей. Через два дня мы убили и съели мустанга. Мы посчитали,что находимся теперь в безопасности и поэтому стали немного беспечными. В то утро мы выступили на рассвете и примерно через полчаса после восхода солнца,рейнджеры неожиданно атаковали нас с восточной стороны.Наш вождь приказал нам остановиться и сражаться, сказав,что бежать бесполезно.

ГЛАВА 21. БОЙ С РЕЙНДЖЕРАМИ.

После своего возврата в цивилизацию я узнал,что этим отрядом рейнджеров командовал знаменитый разведчик и истребитель индейцев капитан Дэн Робертс,который сегодня (27 мая 1927 года)живёт в Остине,Техас. Несмотря на распоряжения нашего вождя, с началом боя наши люди рассеялись и лишь четверо остались сражаться против приученных к дисциплине рейнджеров. Некоторые из них поскакали за убегающими индейцем, лошадь которого была ранена в ногу, но он запрыгнул за спину Мокоашу,липану,который был с нами,и они ускакали.Бежавшие индейцы увезли с собой наши винчестеры с патронами кольцевого воспламенения.Другой индеец,брат нашего вождя,был выбит из седла и побежал на запад. Я подъехал к нему и он запрыгнул за меня и вместе мы поскакали за нашими компаньонами,но рейнджеры обогнали нас и отрезали от остальных,а те,кто до этого нацеливался на Мокоаша и его компаньона теперь переключились тоже на нас и поэтому мы оказались между двух огней. Воина,который был за моей спиной,звали Нустикено.Он защищал нас со спины своим щитом,а я выставил вперёд свой. Я посылал стрелы в тех,кто атаковал нас спереди,а он стрелял в догоняющих. Несколько пуль ударили по моему щиту и разбив его, скользнули по моему лбу, набивая на нём шишки,и тут же я услышал,как они вошли точно в щит Нустикено. Сразу вслед за этим моя лошадь была застрелена и я оказался под ней. Нустикено сломал свой лук,поэтому схватил мой и побежал. Я умолял его не бросать меня,но он не внял моим мольбам в своей сумасшедшей гонке за жизнь.Я был придавлен мёртвой лошадью и мне подумалось,что я должен оставаться под ней и принять свою судьбу,какой бы она ни была.Я уже достаточно долго там лежал,когда ко мне подъехали два или три рейнджера и кто-то из них навёл на меня свою винтовку.Я подумал,что моё время настало.

Тогда я закрыл глаза и раздался громкий звук и я почувствовал как пуля царапнула мой висок. Два рейнджера начали разговаривать и я открыв глаза увидел,что они смотрят на меня.Судя по этому их поступку,они поняли,что я не индеец.Затем они оба поскакали за Нустикено и я слышал,как они стреляли в него. Я вслушивался в происходящее,а потом посчитав,что они находятся далеко и не видят меня, выбрался из-под своей лошади и какое-то время полз на животе,прятаясь в траве. Через некоторое время рейнджеры вернулись посмотреть на меня. Я слышал как они перемещаются с места на место и разговаривают, и какое-то время они находились совсем близко от меня. Я лежал в хорошо укрывающей меня высокой траве и был ещё в несколько угнетённом состоянии,едва отваживаясь дышать из-за страха того,что они меня найдут здесь.Они оставались на поле боя в поисках меня ещё наверное целый час,а потом поехали на восток. Я оставался в своём укрытии,пока они совсем не скрылись из глаз,а потом встал и с опаской огляделся. Я пошёл к своей мёртвой лошади, но мой оружие было забрано у меня и я ничем не мог добыть себе еды.Моих товарищей нигде не было,или были убиты,или сбежали. Я пошёл в сторону,где стреляли в Нустикено и через шестьсот ярдов от места,где мы свалились с лошади,наткнулся на его труп. Он был скальпирован и судя по всему,как мне показалось,с него содрали всю кожу,а также забрали всё его оружие. Несколько секунд я смотрел на эту жуткую сцену,а затем повернулся и бежал до тех пор,пока не запыхался и не упал без сил на землю.

Перед началом боя с нами находился мексиканский мальчик,и когда рейнджеры были уже совсем близко от нас,он побежал к ним с поднятыми руками.Они забрали его с собой.

Отдохнув и приведя в порядок свои мысли,я осознал,что нахожусь очень далеко от своего индейского дома,примерно в трёхстах милях. У меня не было никакой одежды,кроме оленьей шкуры,и нечем было добывать еду.

Я отправился по индейским следу и двигался сутками напролёт,питаясь кузнечиками,ящерицами,букашками,корнями и всем остальным,что я мог найти или поймать. Я страдал от жажды. Наконец я добрался до небольшой пещеры,где была вода,но достать её оттуда было проблемой.

Но я настолько хотел пить,что стал протискиваться между камней вниз головой к полости наполненной водой и в отчаянном рывке добрался наконец до неё. Напившись, я обнаружил,что не могу сдвинуться с места и скорее утону,чем выберусь отсюда. Я брыкался и продирался задом наперёд,пока не достиг поверхности. Я устало шагал тяжёлой поступью, дальше по индейскому следу,пока не пришёл к месту,где индейцы убили антилопу. Волки доели всю оставшуюся плоть, и тогда я стал обсасывать косточки и грызть шкуру,чтобы хоть как-то заглушить чувство голода. Я питался опунцией(вид кактуса) и однажды настолько исстрадался от жажды,что хлебать водную муть,наполнившую ямку после дождя. Я жадно глотал воду,но был настолько обезвожен и голоден,что мой желудок не смог её принять. Я лёг около лужи и окунув свой пересохший язык в воду, держал его в ней,пока не смог напиться маленькими глотками. Я оставался там день и ночь. Я был слишком ослаблен,болен, и находился в полуобморочном состоянии,поэтому не ощущал сколь-нибудь сильной боли. Моя чувствительность притупилась и душевные мучения от ностальгия совсем не докучали мне.Я отдохнул там, и набравшись сил поймал несколько лягушек,которых съел сырыми,и посчитал это за изысканное лакомство. Я не хотел оттуда уходить,потому что у меня ничего не было для переноски воды.Но я понимал,что не могу здесь больше задерживаться. Я пошёл дальше и наконец достиг нашей деревни.Когда я туда прибыл,то ногти на моих ногах были сорваны и я долго и мучительно страдал.

Сбежавшие от рейнджеров индейцы прибыли в деревню на несколько дней раньше меня и сказали,что все остальные убиты и,что они убили наших лошадей и похоронили всё наше имущество вместе с нами. Они рассказали нашему вождю как я вернулся и подсадил к себе его брата Нустикено,чтобы помочь ему спастись,и велика была скорбь после того,как они сообщили о нашей с ним смерти. Когда я пришёл в деревню,то все были вне себя от радости лицезреть меня,а когда я рассказал,как я и три моих компаньона были брошены остальными,то гнев вождя перешёл все границы. Он сделал меня главным над всеми теми,кто покинул меня, и я чувствовал себя вдвойне отплаченным за все мои страдания.Они с лаской обращались со мной,предоставили мне хорошую удобную постель,приготовили для меня хорошую еду и старались угадать каждую мою мысль.

Для того,чтобы моя хорошая репутация стала полновесной,я сообщил племени,что перевернул тело Нутсикено лицом вниз и завалил его камнями,чтобы волки или другие дикие звери не добрались до него.

(Подумать только! Как они растерзали этого индейца. Он был ужасно разделан. У него не было никакого лица,чтобы поворачивать его вниз. Я вижу его окровавленные формы до сих пор,когда закрываю свои глаза).

После моего выздоровления я получил права,какими обладало подавляющее большинство взрослых индейцев. Теперь я мог носить бисер на красной тесёмке и возглавлять сражение,и мне очень хотелось испытать своё умение и храбрость,но я был вынужден оставаться в лагере ещё два месяца. Мы перемещались каждые несколько дней в поисках лучших охотничьих угодий и убили много дичи. Особенно много мы добыли антилоп. Первой вещью,которую мы делали после их убийства, это разрезание брюшка и поедания его содержимого,а также сердца и печени. Часто мы пировали древесными крысами,хорьками и опоссумами. Мы перебрались через Рио Гранде в горы Мексики и там стреляли медведя,чёрнохвостого оленя и пекари.

Индейцы пользуются собственной системой счёта,в которой основой является человеческая рука.Они считают по пальцам и когда достигают пяти,то показывают это число распростёртой ладонью.Шесть,это ладонь и один палец,а десять,это две открытых ладони. Но для обозначения двадцати есть другой метод. Двадцать соответствует одному человеку,а сорок,- двоим.Соответственно сорок пять,это два человек и рука, сорок шесть,это два человека,рука и палец первого человека,и тд.

Прежде,чем завершить эту главу,я хочу опять вернуться к бою с рейнджерами. Капитан Джиллетт, который живёт в Марфа,Техас,находился в роте рейнджеров капитана Робертса,когда они настигли нас на равнинах Кончо и навязали нам сражение. В своей книге «Шесть лет с Техасскими рейнджерами»,он рассказывая об этом бое,упоминает белого мальчика по имени Фишер,который был с индейцами.Тот белый мальчик,это я,а он очевидно имел ввиду Рудольфа Фишера,который был захвачен в округе Гиллеспи ещё до моего пленения. Так как капитан Робертс в своей книге «Рейнджеры и Суверенитет»,тоже говорит,что я,- это Фишер,значит и капитан Джиллетт совершает ту же ошибку.Фишер был захвачен команчами, до сих пор является членом их племени и проживает возле Апачи,в Оклахоме. Я же был захвачен апачами и находился с ними в упоминаемом столкновении. И капитан Робертс,и капитан Джиллетт, сообщают,что индейцы,с которыми они сражались,были липаны,но я то знаю,что это были апачи,потому что находился тогда среди них. Если они были липанами,то как Фишер мог оказаться там?Такие ошибки часто закрадываются в исторические записи и ими нельзя пренебрегать. Капитан Джиллетт упоминает также мексиканского мальчика, захваченного в округе Увалде и отбитого в этом бою. Мальчик совсем немного находился с индейцами,когда рейнджеры его освободили,и он ещё не научился хорошо говорить на языке апачей. Я был в лагере апачей,когда они возвратились из набега на юго-западе Техаса и привезли его. Он был захвачен нашим рейдовым отрядом и принадлежал Чинаве,храброму воину апачей.

Рудольф Фишер был немецким мальчиком, захваченным возле Фредериксбурга в 1869 году. Я думаю за год до того,как они забрали нас.

Он был принят команчами и примерно через десять лет жизни с ними,был доставлен к его семье возле Фредериксбурга.Он стал настолько индеанизирован,что просто невозможно было его приучить к образу жизни белого человека,и после годичного пребывания со своими родителями,он возвратился к команчам,среди которых были его скво и ребёнок.Сегодня он живёт со воей семьёй в Оклахоме на выделенном им земельном наделе. Фишер стал очень смелым воином и удостоился в племени самой высокой степени уважения.Я разговаривал с капитаном Робертсом в своём доме в Лойял Вэлли в 1881 году,после того,как возвратился из неволи,и мы тогда обсуждали этот бой. Видно он забыл моё имя,поэтому держал всё время в уме Фишера, а значит и упомянул именно его в своей книге.

ГЛАВА 22. БОЙ НА РАВНИНЕ КОНЧО.

В 1911 году,в “Hunter’s Magazine” (Охотничий Журнал), было опубликовано предоставленное капитаном Томасом Гиллеспи ещё одно описание происшедшего между рейнджерами капитана Робертса и апачами боя,участником которого я был. Капитан Джиллетт написал великолепный отчёт об этой схватке в своей книге «Шесть лет с Техасскими рейнджерами». Из-за ограниченности места в этой книге,я пользуюсь только отчётом капитана Гиллеспи.

В то время капитан Гиллеспи, судя по написанному, жил в Сан Антонио или в его окрестности: «В августе 1875 года,после разведки в верхней части долины Сан Саба,мы обнаружили следы индейцев около Скальп Крик в округе Менард.

Следы были относительно свежие и всё указывало на то,что их оставила группа от десяти до пятнадцати индейцев с табуном в сорок или пятьдесят лошадей.Наша команда включала капитана Робертса,Майка Линча,Джима Траута, Джима Хенкинса,Эда Сикера,Джима Джиллетта,Энди Уилсона,Генри Матаморе,человека по имени Крамп и меня самого. По-моему к нашему отряду были причислены ещё один или двое,имена которых сегодня я не помню, но в этой погоне участвовали только те,кого я упомянул.

Наши лошади были в неважном состоянии из-за продолжительных поисков,но альтернативы сейчас нам не оставалось и поэтому мы без промедлений начали погоню.Следы вели через истоки Драй и Рок Крикс, на севере округа Менард, и уходили в сторону Кикапу Спрингс, пересекая дорогу между фортами Маккаветт и Кончо примерно в девяти милях южнее Кикапу Спрингс. Уже ночью мы достигли этой дороги и наши лошади были сильно измучены и страдали от нехватки воды.Мы ушли с индейского следа и отправились к источникам Кикапу,где провели ночь.

Так как многие наши лошади сорвали свои подковы и поэтому хромали,то наутро мы отправились в ранчо,заново подковали там лошадей и вновь приступили к поискам.Примерно в двенадцати или пятнадцати милях выше истока Саут Кончо,мы опять нашли их следы и направились по ним к верхушке горы,где индейцы останавливались и удаляли подковы у сворованных лошадей. Так и остаётся загадкой по сей день почему они снимали подковы у украденных лошадей. Рейнджеры и пограничники выдвигали несколько теорий на этот счёт,но всё они так и не были подтверждены. Подковы остались там,где их сняли,и кроме того,индейцы вырезали из одеяла две длинные полосы и сложили их крест-накрест. В таком положении мы их и обнаружили. Было почти два часа после полудня,когда мы оказались на этой горе,и жара стояла кошмарная,но мы не мешкая взяли след и поехали так быстро,как могли это делать наши усталые лошади. Благодаря этим признакам,столь хорошо известным рейнджерам,мы уже знали,что индейцы находятся недалеко и перемещаются они в неторопливом темпе, поэтому мы надеялись увидеть их до сумерек. Мы ехали по их следам,которые вели на юго-запад,и выехали на равнины.Оттуда следы повернули на запад. За полчаса до наступления темноты солнца мы подъехали к пруду,где индейцы поили и купали лошадей. Вода после лошадей была взбаламученной и трава вдоль берега,на который ступали животные из воды,была всё ещё мокрой.Всё это указывало на то,что мы висим у них буквально на пятках.

Когда уже почти стемнело, капитан Робертс сказал нам,что лучше поужинать здесь и дать нашим лошадям немного отдохнуть.Всё это мы проделали,и поужинав снова сели в седло и ехали по следам столько,сколько могли их различить в темноте. Когда стало слишком темно и ничего разглядеть было уже нельзя,мы дали нашим лошадям такой отдых,в котором они очень нуждались.Когда стало достаточно светло,чтобы видеть,мы снова находились в седле и каждую минуту затем ожидали,что окажемся на зрении противника.Мы продвигались в среднем темпе примерно до семи часов утра,когда капитан Робертс вдруг остановился и сказал: «Ребята. Кажется я их вижу». На порядочном расстоянии от нас, на равнине, мы разглядели несколько тёмных силуэтов,но этого было недостаточно для того,чтобы точно определить всадники это или что-либо другое. Приставив к глазам свой бинокль Робертс получил хорошее увеличение и сказал: «Ребята,это они. Едут неспеша.Они пока не знают о нас. Сейчас парни вы поедете за мной колонной по одному.Солнце светит нам в спину и мы сумеем к ним подобраться ближе, до того как они нас заметят». Все мы были настроены на борьбу и приказы нашего командира выполняли неукоснительно. Мы поехали тем способом, который он указал, и уже находились не далее,чем в 600 ярдах от индейцев,когда они нас увидели.

Их было одиннадцать,что почти равнялось нашему числу. Кроме этих одиннадцати было ещё два всадника далеко левее,и как раз эти двое заметили нас первыми и оповестили остальных. Мы нарушили строй и развернувшись, ободряя самих себя помчались к дикарям во весь опор.

Индейцы ворвались в свой табун и пересаживались на свежих лошадей,и когда мы находились достаточно близко,чтобы начать экзекуцию,то они рассеялись и каждый из них начал спасаться бегством.Но примерно в 150 ярдах от нас они вдруг сплотились на небольшом пригорке и открыли по нам огонь. По-видимому это было сделано с целью выиграть немного времени,чтобы поймать и оседлать свежих лошадей. Мы застрелили трёх или четырёх лошадей и вероятно ранили или убили одного или двоих индейцев,прежде,чем эта куча рассеялась и бросилась удирать. У нас были винчестеры и игольчатые ружья,и каждый из нас был метким стрелком. Бой на ходу продолжался, и мы,кто поодиночке,а кто в паре,выбрали для себя дичь и поскакали за ней.Индейцы разделились по-двое и когда кто-либо из нас убивал лошадь под всадником,то тот прыгал за спину своего товарища и уже таким образом они продолжали свой бег. Эд Сикер и Джим Джиллетт погнались за двумя конными индейцами,у каждого из которых за спиной был щит и они «сжигали ветер»(мчались изо всех сил). Проскакав 500 или 600 ярдов мы подстрелили одну из их лошадей, мелькнув как молния, индеец оказался за своим напарником и преследование продолжилось. С двумя сидящими на ней индейцами лошадь стала терять ход и поскакала по кругу,маневр часто практикуемый индейцами,когда они оказываются загнанными в угол при таких обстоятельствах. Парни раз десять выстрелили по ним во время этого процесса,но их щиты были причиной того,что они до сих пор не были сбиты с лошадей. Видя эту уловку с движением по кругу, Джим Джиллетт спешился,прицелился из своего игольчатого ружья и выстрелил лошади в шею.Затем он запрыгнул опять в седло и бросился вперёд вместе с Эдом Сикером.Когда лошадь свалилась,индеец сидевший сзади,ударился о землю,поднялся и побежал,по-прежнему держа свой щит у себя за спиной. Другого индейца лошадь придавила при падении.

Парни подскакали к упавшей лошади и Джиллетт направил свой пистолет на индейца, плотно придавленного лошадью и уже собирался выстрелить,когда Сикер крикнул : «Не стреляй в него! Ты что, не видишь,это белый мальчик». Тогда Джиллетт опустил пистолет и так как было ясно,что мальчик надёжно удерживается тушей убитой лошади,и даже освободив ногу он не сможет из-под неё выбраться,они поскакали за убегающим индейцем,которого догнали примерно через 300 ярдов и убили. Совершив убийство они потратили ещё некоторое время,чтобы снять с убитого скальп,забрать его лук,колчан,щит и другие атрибуты в качестве трофеев, а когда вернулись туда,где оставили мальчика под мёртвой лошадью,то он уже исчез! Они очень сильно удивились этому.Место боя и погони было открытой равниной и на мили вокруг всё просматривалось, кроме того, с момента убийства лошади и до самого возвращения в эту точку,они постоянно оглядывали окрестности и мальчик такого сложения просто не мог совершить свой рывок,чтобы его не заметили. Вокруг было несколько разбросанных мескитовых деревьев,и больше ничего, где можно было бы спрятаться.Трава была зелёной,высотой в семь или восемь дюймов,и он по-видимому прополз в ней и где-то укрылся.Они начали поиск, а вскоре появилась остальная команда и присоеденилась к ним.

Каждый квадратный метр земли в миле вокруг был изучен,каждый кустарник и пучок травы,но мальчика нигде не было.Мы бросили поиски,потому что всё было бесполезно,и уехали в полном неведении того,что с ним произошло.

Спустя годы я узнал,что этим мальчиком был Герман Леманн,который ещё ребёнком украли у его родителей в округе Гиллеспи и удерживали в плену девять лет.За это время он стал совершенно индеанизирован, участвовал с принявшими его людьми в их войнах и рейдах за лошадьми,но пройдя этот отрезок своего жизненного пути,он возвратился к своей матери и со времени стал добропорядочным гражданином.

В том бою мы захватили тридцать лошадей, которых переправили в округ Мэйсон и отдали их владельцам. В самом начале мы так быстро приближались к индейцам,что седлая свежих лошадей они вынуждены были их побросать.Мы забрали эти сёдла,но так как они были старыми и совсем никудышными,то мы их выбросили.

ГЛАВА 23. ЛИШЕНИЯ В МЕТЕЛЯХ, НАБЕГАХ И ТД.

Когда зима вступала в свои права мы не уходили далеко от лагеря, откармливали своих лошадей и проводили время с женщинами и на охоте. Однажды, в холодный день, меня послали привести лошадей. Было пасмурно и повалил снег,но я продолжал идти и в итоге заблудился.Снег выпал толстым слоем и моя лошадь провалилась в расщелину и сломала себе шею. Я какое-то время пытался её вытащить оттуда,полагая,что с ней всё в порядке,но к сожалению она была уже мертва. К тому времени все следы были заметены.Я бродил кругами сквозь метель и буран до самой ночи и почти всю ночь.Наконец бросил это занятие и лёг.Я помню лишь как сильно страдал от холода,пока лежал там. Затем мне показалось,что я согреваюсь и подумал,что это наверное сон или видение. Снова и снова передо мной являлись покладистые олени,бизоны и антилопы, затем возникла старая скво и подала мне со вкусом зажаренное мясо,а потом всё исчезло. Следующей вещью, которую я осознал,было то,что я нахожусь в лагере и обложен бизоньим мясом. Затем я начал оттаивать и почувствовал,что мои руки,ноги,уши и нос,сильно обморожены. Меня растирали мясом,пока я не стал ощущать прикосновения и не начала циркулировать кровь. Затем меня посадили на брыкливую лошадь и она сбрасывала меня,а индейцы ловили её и опять усаживали меня на неё.Это продолжалось до тех пор,пока я не совершил несколько довольно жёстких падений.Затем они окунули меня в холодную воду,тщательно растёрли, уложили между двумя тёплыми одеялами и дали хороший кусок вкусного жирного мяса.

Когда я поел,то мне дали какое- то время поспать. Потом меня разбудили и опять накормили хорошим куском зажаренной вырезки из горба бизона, и после этого я действительно сладко заснул.Вскоре я полностью выздоровел.

Весна наступала стремительно, и когда тепло окончательно установилось, мы отправились в поселения в набег за лошадьми. Меня оставили на три недели в кедровой чаще,где я без труда обеспечивал своё пропитание мёдом и мелкой дичью. Возвратившись они привезли с собой одного молодого воина,который сильно растянул ногу при падении вместе с лошадью.Я заботился о нём,пока другие смелые находились в набеге на востоке. Когда они вернулись,то вознаградили меня парой хороших лошадей и несколькими верёвками. Вполне обеспеченные мы возвратились в лагерь.

Мы немного отдохнули в лагере,а потом отправились в набег к реке Сан Саба и оттуда в округ Мэйсон,где нашли табун лошадей.Человек,претендующий на то,что он якобы его охраняет, просто крепко спал.Мы пустили в него стрелу и он пробудился на несколько мгновений,но лишь для того,чтобы погрузиться в сон от которого никто из людей никогда бы его не смог пробудить. Мы скальпировали его и забрали лошадей.

Только мы отъехали с этого места,как появился фургон. Мы недолго возились с его хозяином,скальпировав его живым,бросили умирать и распрягли и забрали его животных.После этого мы поспешили убраться.

Следующей нашей забавой стал убой человека,который управлял упряжкой волов. Мы убили также его животных, высосали содержимое брюха и нижней кишки, ободрали толстую кишку,связали её с одного конца и заполнили водой, так необходимой нам в походе. Мы съели сырыми,пока они были ещё тёплыми, сердца,печёнки, лёгкие и почки, и смаковали кровь. Затем мы развели костёр,зажарили рёбра и пировали мясом этих старых волов,в то время,как наши разведчики стояли на страже и наблюдали за окрестностями, чтобы вовремя увидеть белых,если они появятся.Отдохнув в том месте несколько часов,мы ехали на юго-восток,пока ночь не накрыла нас. Такие воровские набеги вовсе не были похожи со стороны на рыбацкую вечеринку или весёлую прогулку.

Мы всегда проделывали всё молча,осторожно и быстро,постоянно держа наши глаза и уши открытыми.

Мы никогда не боялись регулярных солдат Дяди Сэма,так как знали,что у них много времени уйдёт на подготовку погони за нами,но зато боялись Техасских рейнджеров и пограничников,чьи винтовки всегда были заряжены и чья цель была точно определена.Они спали в седле и ели во время езды,или вовсе обходились без еды. Когда они брали след, то шли по нему решительно и упрямо, невзирая на время суток.Мы ещё коегде своровали лошадей и повернули в сторону нашей штаб-квартиры. В одно ясное утро мы обнаружили окрестности вокруг себя,заполненные солдатами, и отчаянно сражались с ними. Несколько наших было убито,поэтому мы бежали на север и по пути встретили команчей и кайова.Но не здесь было наше место отдыха и мы были загнаны в горы Вичита,и даже там,среди этих гор,красный человек,которому принадлежала по праву эта страна и её богатства,не смог удержаться. Он должен был покориться неизбежности. Он должен был в большинстве своём сдаться,оставить своё превосходство в мастерстве и сложить имеющееся огнестрельное оружие. К нам приехал Куана Паркер из команчей и убедил придти в резервацию в форте Силл.Наши люди были собраны в большую кучу и пересчитаны как какой-нибудь скот.Отовсюду из Техаса приезжали белые люди,чтобы осматривать и забирать наших лошадей.Те белые дети,которые находились у нас,были обменены на скво и наших детей.

Карновисте сказал,что он не терял никаких своих скво и поэтому он запретил выдавать меня,но я сам не хотел возвращаться,потому что научился уже ненавидеть собственный народ и поэтому постоянно прятался. Другие индейцы сказали белым,что вождь апачей Карновисте держит в своём лагере белого мальчика и поэтому солдаты начали меня искать.Я сидел в лагере вместе с Карновисте,когда появились синие мундиры с медными пуговицами. Я лёг на землю около вигвама и индейцы набросали на меня одеяла,уселись сверху и отрешённо курили,пока солдаты рылись в жилище.Один из офицеров не заходил внутрь,а разговаривал и курил с индейцами,озираясь по сторонам. Мой нос и рот погрузились в песок и я расплющился по земле как рогатая лягушка и едва мог дышать,но индейцы скорей убили бы меня,чем отдали.

Наш вождь рассердился из-за того,что офицер так долго здесь оставался и задавал так много вопросов.Поэтому он созвал на совет своих мужчин и было решено уйти из резервации.

ГЛАВА 24.МЫ УБЕГАЕМ.

Все наши мужчины собрались в одном месте вместе с женщинами и детьми. Мы забрали всех лошадей,одеяла и ружья,которые смогли найти,и под покрытием ночи бежали. Наутро мы были уже далеко от форта и ненавистных белых.Мы передвигались по равнинам так быстро,как только могли,и вскоре вступили в свои старые убежища.

Мы нуждались в лошадях и поэтому было объявлено о набеге и наш отряд отправился в дальний путь к поселениям. Первая наша встреча пришлась на двоих мальчиком у реки Джеймс,один был уже почти взрослый,а другой немного по-младше. Они отчаянно дрались,но были пересилены,убиты и оскальпированы. После этого,в той же местности, мы украли много лошадей,и некоторые из них,как позже я узнал,принадлежали Велгу,Стоуну,Эллебрешту и Генри Кайзеру. В ту ночь мы добрались до Фредериксбурга,но не стали никого убивать,так как не хотели убегать от рейнджеров.Затем мы повернули в область Паксэддл Маунтайн.Возле Сэнд Крик мы заметили человека рубящего дерево,а рядом с ним пасся гнедой осёдланный пони.Он увидел нас,запрыгнул на пони и попытался ускакать. Когда мы совсем близко к нему приблизились,то он бросил свою лошадь,свой топор,слетевшую с него шляпу, и побежа л в чащу.

Вскоре он выбежал из неё и побежал к дому. Мы видели как он туда входил. В основном мы не болтались возле дома,когда знали,что в нём находится человек,потому и сейчас, забрали лошадь этого человека и продолжили свой путь дальше вдоль ручья. Проехав немного мы наткнулись на двадцать лошадей и забрали их. Потом пошёл проливной дождь,намочивший наши тетивы,и поэтому мы поспешили в глубь чащи и развели костёр,чтобы просушить их. Мы как раз увлечённо этим занимались, когда белые люди нас атаковали. Мы сплотились и совсем немного времени сражались,но потом индейцы все разом прекратили сопротивление и рассеялись.Те из нас,кто уцелел,отправились на запад, чтобы присоедениться к племени в условленном месте. По пути мы своровали в одном месте ещё лошадей и поспешили убраться оттуда.Мы обнаружили,что по нашему следу идут страшные рейнджеры,которые догнали нас на второе утро недалеко от Кончо. Произошла ярстная схватка и все наши лошади без седоков были захвачены.Один индеец был убит,несколько ранено,но мы сумели бежать.

Мы повернули к тому месту,где нас должны были дожидаться все остальные из нашей группы, но прибыв туда никого там не нашли. Но зато мы нашли кости бизонов из которых была сложена картина,изображающая сражение с белыми людьми. Некоторые размещённые в определённом порядке кости указывали на то, что семь мужчин были пронзены стрелами,а фургон сожжён.Двенадцать костей размещённых по-особенному,указывали на двенадцатидневное путешествие.Мы проехали двенадцать дней и заметили вдали несколько,расположенных в ряд отдельных столбов дыма,которые указывали путь на запад. Это означало,что рейнджеров было слишком много и они так страстно преследовали индейцев,что тем пришлось переместиться западнее.Кроме того,это говорило о том,что за ними неотступно гнались и они предупреждали нас о внимательности,а также просили поспешить к ним на помощь.После этого мы проехали на запад примерно сто миль. В этой местности было мало воды,но мы знали точно,где находится источник. Теми белыми людьми,которые шли за индейцами из нашей группы,оказались солдаты,а не рейнджеры,и индейцы завели их в такие места,где воды не было совсем. Мы знали,что из этого получится и поэтому наполнили наши водные мешки и поехали за солдатами.Вскоре нам стали попадаться туши мёртвых лошадей,а затем мы наткнулись на человека,почти умиравшего от жажды. Мы его раздели,оскальпировали и расчленили. Затем мы поехали дальше и наткнулись ещё на восьмерых. Они разделили участь первого. Эти солдаты проходили недалеко от водного источника,но он находился в углублении и индейцы его хорошо замаскировали. Мы видели куда поехали другие солдаты и знали,что все они погибнут в сухих песках,поэтому отклонились вправо на след наших людей. Мы нашли их возле источника,но все они были в ужасном состоянии. Их лошади были загнаны и многие скво и дети шли пешком и страдали от жажды.

Опустошение,разорение и полное уничтожение,смотрели прямо нам в лицо.Среди тех солдат было сколько- то негров,и многие из индейцев впервые их увидели.Индейцы думали,что эти негры вышли из воды,так как наша тень всегда чёрным отображается в воде. Мы называли их «бизоньи солдаты», потому что они имели кудрявые,курчавые волосы, и голову,как у бизона. Наши стрелы не могли пробить их черепа. Я помню,как однажды наш вождь говорил нашим воинам,что в бою с «бизоньими солдатами» никогда не следует стрелять им в головы,так как черепа у них были слишком твёрдыми и отбивали стрелы, расплющивали пули, ломали копья и затупляли пики,и поэтому,чтобы уверенно убивать их,нужно стрелять им точно в сердце.

Находясь возле этого источника,мы настреляли для себя разного зверья и поймали немного мустангов. Оттуда мы отправились к истокам реки Пекос в сторону Скалистых Гор. Лишь там мы могли наконец обрести спокойствие,лечь и отдохнуть всласть. По-началу дичи было досточно,но по мере нашего там проживания,её становилось всё меньше и нашим лошадям уже негде было пастись. Мы проткнули отверстия в ушах наших молодых лошадей и прогнали их к подножью гор,чтобы они сами выживали. Но мы оставили всех старых,потрёпанных мулов,чтобы было чем самим кормиться. В первый день мы убили древнего ободранного серого мула.Его спина была сплошной мозолью от индейского седла. Мы съели его и высосали его шкуру и кости,чтобы получить все пригодные для пищи вещества. Заросшие болячки были первыми съеденными нами частями.Они были сладкими и нежными.

Потом пошёл снег и мы находились в этих высоких и холодных горах,без огня,без еды и без укрытий.

Если спускаться вниз по таким крутизнам в дождь со снегом, то малейшее скольжение означало бы для нас встречу с вечностью,а подъём вверх был просто невозможен,и поэтому мы были обречены там на голодную смерть. Мы убивали и ели подряд всех своих мулов, обсасывали их шкуры и кости как голодные собаки, грызли и пережёвывали собственные мокасины,и рыдали над своим прискорбным положением. Здесь не было ни сострадательного солдата,ни мстительного рейнджера,с кем мы могли бы сражаться,но мороз и голод были более кошмарной вещью. Мы кропотливо прокладывали себе путь вниз к подножью этих гор и когда наконец добрались до долины,то обнаружили,что большинство наших лошадей,которых мы отпустили, хорошо попаслись и находились в удовлетворительном состоянии. Нам повезло настрелять некоторое количество дичи и наше пробавление(питание) несколько улучшилось. Потратив какое-то время в этой местности,мы повернули к нашим старым охотничьим угодьям. Мы претерпели так много трудностей,что многие из племени получили отвращение к свободе и пожелали вернуться в резервацию. Был созван совет и мы решили возвратиться туда и больше не уходить.

Коммиссионеры в резервации разрешили нам разбить собственный лагерь в 25 милях от штаб-квартиры агентства,так как мы пришли добровольно,и по той же причине нам было предоставлено больше свобод,чем тем племенам которых вынудили придти и сдаться.

ГЛАВА 25. КАРНОВИСТЕ УБИТ.

В резервации у торговцев можно было свободно купить виски самого мерзкого сорта, который провозился в неё и продавался индейцам,несмотря на предусмотрительность солдат. Сегодняшняя деятельность бутлегеров носит такой же характер. По-моему напиток, предлагаемый сейчас, почти соответствует той бурде,которую приготовляли и продавали бедным недотёпам дикарям. Когда этот виски привозили в лагерь,то последствием всегда были ссоры и драки. Когда мы пили, то неизменно вспоминались старые распри и обиды,которые раньше случались между различными группами нашего племени,и за этим неизбежно следовали суматоха и убийства. Одна из таких пьяных склок закончилась смертью Карновисте,моего самого лучшего друга и хозяина одновременно, и мне пришлось бежать из племени навсегда. После одной общей попойки,одна недружественная к нам группа пришла и потребовала у некоторых наших воинов дать им «огненной воды». Вслед за этим последовала драка и один из наших воинов был ранен в живот.Через несколько дней мы ответили им тем же, когда пришли в их лагерь и помогли себе сами в приобретении некоторого количества «пива». Произошла яростная схватка и одна из двух групп была бы истреблена,если бы не вмешались солдаты. Так как агрессорами на данный момент являлись мы,то ожидалось,что нас хорошо накажут,и тогда мы собрали все наши силы и решили выкрасть лошадей у другой группы и опять убраться из резервации. Но до того,как отправиться к ним,мы решили устроить большой запой,так как торговцы только что, доставили нам хороший груз «огненной воды». Эта попойка оказалась наихудшей,которую я когда-либо видел. Скво падали и резали друг друга буквально на куски. Одна скво во время пьянки изменила своему мужу.

Тогда он обрезал жене нос и заставил идти в вигвам человека,который воспользовался ей в нетрезвом состоянии,и скво пришлось подчиниться.

Эта пара вынуждена была уйти жить на самый край нашей деревни.Несколько скво скончались от выпитого и поэтому их мужья разозлились и начали ссориться. Одни из нас погнали других к месту,где распологались солдаты,а затем многие из нас забрали все свои вещи,виски, и убежали на равнины. Мы ехали целые сутки не останавливаясь, и разбив лагерь в скрытом,прохладном и затенённом месте, приготовились для шумного веселья. Внезапно десяток воинов нашего же племени атаковали нас. Не в нашем характере было выставлять в таких случаях превосходящую команду,поэтому десять из нас вызвались сражаться с этими,но когда они готовились к бою,то противники убили одного из наших и бросились бежать. Карновисте приказал мне наклонить свой щит и помочь рассеять трусов. Он,я и ещё некоторые наши товарищи,сели на наших самых быстрых лошадей и пустились в погоню. Мы преследовали их пять миль до места,где они приготовили нам западню и мы очень глупо въехали прямо в неё.Казалось,что индейцы появились из земли и начали расстреливать нас.Все наши товарищи были убиты. Я и Карновисте развернулись и медленно двинулись в обратный путь,и это в некотором роде напоминало отступление с боем, которое длилось, пока мы не оказались примерно в четверти мили от нашего лагеря.Тут двое или трое из них настигли нас и произошёл рукопашный бой.Пики,копья и томагавки,оживлённо летали какое-то время, и я был слишком увлечён этим занятием,чтобы обращать внимание на то,что происходит вблизи от меня. Тут воин поднял своё копьё,чтобы закончить мои дни,но Карновисте заметив его движение, сделал выпад со своей пикой в его сторону. В тот же момент знахарь убил Карновисте.Знахарь посчитал,что его невозможно убить,что враги не смогут поразить его,пока он не ест свиное мясо. Я тоже думал,что его нельзя убить. Когда Карновисте упал,знахарь подошёл ко мне наставив на меня свой винчестер и размахивая при этом своим щитом. Он сказал мне : «Это твой последний день. Сейчас ты умрёшь». Я забежал за большой валун и ответил : «Ты или я».Я имел только лук и стрелы,но зато был полон решимости дать решительный бой и попытаться отомстить за смерть Карновисте. Другие воины поспешили в наш лагерь,разумеется полагая,что я не ровня знахарю. Он выстрелил два или три раза по мне,но пули срикошетили от моего щита. Я обежал вокруг валуна и оказался по другую сторону от знахаря,который был уверен в своей победе. Я всегда ненавидел этого старого дьявола,так как он никогда не упускал возможности по-издеваться надо мной. Но я,будучи всего лишь беспомощным мальчиком-пленником не мог воспротивиться его возмутительному обращению.Теперь всё было по-другому.Моё сердце было наполнено ненавистью,которая нашла своё высвобождение после гибели моего вождя. Я стал холодным и собранным и когда бежал на другую сторону скалы в четвёртый раз,то резко обернулся и послал стрелу под своим щитом точно ему в желудок.Он вскинул руки и я позволил ещё одному оперённому древку проникнуть в него.Я опасался,что он не настолько мёртв, каким пытался казаться,и поэтому пустил в него следующую стрелу,которая вошла точно в сердце.Он закатил свои глаза и умер, издав слабый вздох. Карновисте был отмщён!Я поднял его щит,снял с него ремень и пристегнул его себе на пояс.Затем забрал его винчестер,патроны,и почувствовал,что способен наказать всех тех, кто напал на нас сегодня. Я знал,что о смерти знахаря скоро станет известно,но тем не менее гордился своей победой. Поднявшись на возвышенность я наблюдал за воинами в нашем лагере. Я слышал их пронзительные победные возгласы,когда они рассеяли и уничтожили всю нашу группу.Я слышал вопли и стоны скво. Наконец я увидел,как некоторые из воинов вышли из лагеря и нашли тело знахаря,и вслед за этим поднялся дикий вой. Я спрятался среди скал в горах и несмотря на то,что они прилежно меня искали, найти меня они не смогли. Наступила ночь,и с её приходом я остался совершенно один в этом мире,без друга или покровителя, преследуемой и ненавистной вещью,подлежащей немедленному уничтожению при обнаружении. Все мои друзья погибли.

Куда мне было пойти? Холмы, или верней цепь холмов,которая дала мне укрытие,протянулась далеко на север от нашей деревни и образовывала затем полукруг. Место боя,где был убит Карновисте,было почти точно на запад от деревни.Понимая,что поисковые партии рано или поздно начнут меня искать,я пошёл в другую сторону на верхушку гребня к северу от деревни,и просидел там до полуночи. Я мог надеяться торлько на бегство.Но куда? В то время апачи и команчи как раз находились в не очень хороших отношениях,несмотря на договор между ними,заключенный некоторое время назад. В любом случае,без знания языка команчей, если наткнусь на них,то они могли меня убить.

Всё же я решился поехать, но прежде подумал,что до отъезда мне нужно как-то пробраться в деревню и поговорить с сестрой Карновисте по имени Ит.Она всегда была добра ко мне и я полюбил её нежно. Между прочим,эта женщина до сих пор жива,ну или была жива около двух лет назад(в 1925 году),когда я получил от неё письмо (которое она кому-то надиктовала),и в нём она просила меня приехать,чтобы увидеться,пока она не умерла. Она сообщала,что почти ослепла и очень немощна. Она жила в резервации апачей в Нью-Мексико. Вы наверно удивитесь почему я не решился увидеть эту женщину вновь.Я просто не имел смелости опять очутиться среди этого племени,так как ещё живы кое-какие воины,которые особо не раздумывая могли отомстить мне за смерть знахаря.

Когда я оказался в деревне,то рассказал Ит,как Карновисте умер,и как я,в свою очередь,убил его убийцу.Она поблагодарила меня и сказала,что никогда меня не забудет,но призвала меня не медля бежать отсюда. Она дала мне одеяла и продукты, и сказала,чтобы я пошёл в табун и взял там одного коня,который отличался выносливостью и крепким телосложением среди всех других скакунов племени. Он была серой масти и я выиграл с ним много скачек. Со слезами и всхлипываниями мы попрощались и я пошёл к табуну. Сейчас настал трудный момент для меня,когда я добровольно отказывался от прежних взаимосвязей и товарищества, и приступал к новой жизни,которая была мне неведома.

Стараясь не издавать шума я собрал вместе своё оружие,боеприпасы и продукты, подполз вплотную к лошадям и нашёл того серого,вышеупомянутого,самого быстрого в табуне. Из-за уважения,которое я питал к Ит, я бы скорее умер,чем взял другую лошадь. Я влез на него и направился в ту сторону,о которой я имел мало представления. Я лишь знал,что там я буду совершенно один, изолирован как от индейцев,так и от белых.Не будет никого с кем я смог бы поговорить,-ни друга,ни просто знакомого,ни даже врага.

Получая для себя лошадь,я шёл на неминуемый риск и лишь после полуночи наконец выбрался из табуна. Я поехал на восток и находился в многих милях от деревни,когда взошло солнце. Я находился на раскинувшейся равнине, с далеко на севере видневшейся низкой грядой холмов. Эта равнина была полностью лишена растительности,не считая кактусов и полыни. Почва была рыхлой и песчаной и это меня несколько беспокоило,так как мои преследователи легко могли меня на ней проследить. Весь день я и мой конь страдали от жажды,но ближе к вечеру мы достигли полноводного ручья.Солнце находилось в зените,когда я там оказался,и утолив свою жажду поехал к горному кряжу, который возвышался немного восточнее от места водопоя. На верху хребта я нашёл небольшую лощинку и там спешился и позволил коню попастись несколько часов. Сам я взобрался на венчающий хребет скалистый пик,чтобы осмотреть путь по которому приехал,насколько это возвышение конечно мне это позволяло сделать. Солнце уже почти опустилось и мне понадобилось полчаса,чтобы разглядеть всадников далеко на западе прямо на моём следе,которые пока были не более,чем пятнышками на горизонте. Я возвратился к коню,поспешно запрыгнул на него и продолжил своё путешествие, и мои прежние друзья апачи,были последним,что я видел человеческого в течение следующих нескольких месяцев.

Прежде,чем завершить эту главу,я хочу сказать,что одним из апачей,укравших меня,был брат Карновисте,который позже стал вождём племени,и его не было с нами во время боя,когда Карновисте был убит,и поэтому он остался жив. Имя этого вождя,-Чиват.Теперь он живёт с команчами в Оклахоме.Он ещё появится в описаниях в этой книге. Пинеро и Исакони живут там же.

ГЛАВА 26. Я ВЕДУ ЖИЗНЬ ОТШЕЛЬНИКА.

После многодневной поездки по сухой равнине, изрезанной холмами и песчаниками,я почти умирал от жажды и голода,когда достиг глубокого суживающегося каньона,по дну которого струился мелководный поток чистой,прозрачной воды, и по его краям росли тополя. Мой конь полностью обессилел и большую часть дня я провёл возле своего верного животного. Стены каньона вздымались почти перпендикулярно и я испытал некоторые затруднения в поиске места спуска к ручью. Наконец я увидел ведущий вниз склон и когда оказался уже в каньоне,то нашёл там не только хорошую воду,но и обилие хорошей травы.Здесь я обрёл свою обитель. Сколько я оставался в этом каньоне,сейчас уже не могу сказать,но точно, что месяцев шесть или восемь,а может и дольше. В своём первом исследовании каньона я нашёл оленьи тропы,а также следы других диких животных,которые использовали ручеек как водопой,а позже оказалось,что дичи там было очень много. После нескольких недель жизни в уеденении,я начал свыкаться со своим одиночеством.Всех людей я уже считал своими врагами. В удобной пещере в стене каньона я нашёл себе приют и укрытие на ночь,а когда звери спускались на водопой недалеко от моего тайного места, мне не приходилось бродить,чтобы добыть себе еды, вне пределов теснин каньона. Всё же я постоянно ощущал чувство опасности, тяготеющего надо мной предчувствия беды,которая должна придти, а также мучительного страха из-за того,что здешнее обилие травы привлечёт внимание моих врагов и тогда я буду убит.

В такой обыденности, мимо проносились дни,недели и месяцы,пока в одну светлую ночь я не был разбужен странным звуком. Не могу сказать, что это было на самом деле,но мне тогда показалось,что это был человеческий голос. Я вышел из своей пещеры и через несколько минут услышал громкий смех! Было полнолуние и каньон почти также просматривался,как и днём. Обойдя скальный выступ около моей пещеры я посмотрел на дно каньона и в трёхстах ярдах от себя увидел большой лагерный костёр и очертания людей,ходящих возле него,а также слышал человеческие голоса. Скрываясь за ивами, растущими по берегам ручья, я подполз достаточно близко к лагерю и с крайним смятением обнаружил,что это апачи, и я знал каждого из них.По-видимому они возвращались из набега в Техасе,так как у них был большой табун лошадей, который они загнали в ущелье ниже своего лагеря, попав туда с обратной стороны каньона. Я возвратился в пещеру,собрал имевшиеся запасы сухой оленины,оседлал свою лошадь и прошёл какое-то расстояние до прохода,который служил выходом на находящиеся выше равнины. Я поскакал на восток, не зная куда мне податься,и это ощущение было ещё большим,чем в прошлый раз,когда я спасал свою жизнь бегством от того же врага.

Я ехал уже несколько дней и переправился через множество стремнин.Несколько раз я видел людей,которых принял за белых и мексиканцев,и я уклонялся от них,так как знал,что они схватят меня,потому что я был апачи, то есть врагом всем остальным людям.

Потом я поехал на юго-восток,постоянно находясь настороже,чтобы белые или индейцы не застали меня врасплох.Я был земным скитальцем. Я приехал к потоку и некоторое время оставался там. Собрав юкки и повилики я кипятил их в воде,пока она не стала липкой.Затем я вымыл этим отваром свои волосы,которые стали длинными,прямыми и красивыми.

У меня когда-то было двадцать восемь патрон к винчестеру и каждый из них свалил оленя,антилопу или бизона.Боеприпасов хватило мне на довольно продолжительное время,так как я их расходовал экономно и часто использовал лук и стрелы,чтобы добывать дичь.Когда патроны закончились,то я перевёз своё ружьё в одно место между Пекос и Рио Гранде и спрятал в пещере. Я боялся мексиканцев,американцев и всех остальных, но моё ружьё больше ничем не могло мне помочь. Я не хотел избавляться от него совсем и поэтому запомнил это место,чтобы вернуться за ним, когда оно мне понадобится.Я думаю ружьё попрежнему в этой пещере, потому что я так и не съездил за ним.

В той местности дичи было очень мало и поэтому мне приходилось есть плоды кактуса, колючую грушу(сотол) и другую растительность. Я отправился на север и через небольшое время мои запасы воды и еды полностью иссякли.Я видел повсюду антилоп,но не мог их подстрелить,поэтому семь дней был без питья и пищи. Я уже почти был готов сдаться,лечь и умереть,когда наконец наткнулся на хорька.Я его убил, сварил и съедал небольшими кусочками,так как слишком долго не ел и опасался съесть его одним разом,ну к тому же корма вокруг было совсем мало.Скоро я набрёл на мутную лужу. Я положил на её гладь траву,чтобы во время питья не нахлебаться мух и других насекомых. Я напоил и полил водой своего коня и оставил его отдыхать,а сам поел ещё хорька,попил мутной воды, и наконец почувствовал прилив свежих сил.

Затем я продолжил свой путь и наткнулся на несколько бизонов. Выбрав маленького телёнка я накинул на него аркан.Затем я дёрнул малыша вниз и протащил его короткое расстояние,а затем посчитав,что смогу справиться с ним, соскочил с лошади,чтобы перерезать ему горло,но маленький паренёк встал,боднул меня так,что я упал,а потом перешёл через меня. Я поднялся,но он сбив меня,прошёлся по мне снова. Даже и не пытаясь встать, я снял с плеча свой лук. У меня имелось пятьдесят стрел и все их я воткнул в этого маленького бизона.Однако я был настолько обессилен,что не смог его убить и он продолжал меня бодать по всему телу. Наконец мне удалось добраться до своей лошади, влезть на неё и поехать вместе с телёнком на конце аркана.Я тащил его пока он почти совсем не выбился из сил,и тогда я уже смог его повалить и добить. Наконец-то я устроил себе настоящий пир. Я разрезал телёнка и как обычно поел тёплой печени,а из брюшка попил кислого молока,которое там оказалось,а затем довольно долго отдыхал.

Позже я содрал с него шкуру и освежевал.Затем поел ещё внутренностей и стал готовиться к приготовлению мяса.Я нашёл две сухих палки и стал тереть их друг о друга,делал новые вырезы и опять тёр,но я был настолько слаб, что никак не мог добыть огонь. Всё же благодаря напряжению всех сил наконец показался маленький дымок. Я начал дуть на кромку и вскоре мелькнула искорка и вслед за ней появилось небольшое пламя. Мне необходимо было быть очень осторожным, чтобы не допустить возникновения большого столба дыма.

Когда я нарезал мясо,то был очень аккуратен,чтобы не обидеть Великого Духа.Если индеец нарезал его стружками, резал или проделывал отверстие в куске мяса до или во время приготовления,то он оскорблял Великого Духа и неизбежно обуславливал этим возникновение несчастий в своей поездке. Если кто-либо в индейском лагере проталкивал палку сквозь кусок мяса,то он немедленно изгонялся прочь, а то и вовсе мог быть убит.

Я придерживался всех этих суеверий,потому что верил в них,и делал так, как меня учили. Я съел всё,что смог осилить,покурил и переехал в другое место.Там я снова поел,покурил и опять переехал. Вечером я положил свою голову на мясо и вскоре заснул. Я не привязывал своего коня,так как знал,что он не бросит меня. Ночью я услышал как он фыркнул и подбежал ко мне. Я схватил своё мясо и другие вещи,запрыгнул на коня и ускакал. Такие ночные переезды не были чемто необычным для меня.Скоро я убедился,что за мной никто не едет и тогда спешился и опять лёг спать. Но потом снова был разбужен и в этот раз увидел то,в чём заключалась проблема. Большой обжора лобо(волк) почуял запах мяса под моей головой. Разумеется я посчитал,что это индейцы нарядились в волчьи шкуры,чтобы близко ко мне подползти. Я вскочил и пустил стрелу,которая завершила волчью карьеру,потом развернулся и стрелял ещё и ещё,пока не убил пять волков,а несколько оставшихся убежали.

ГЛАВА 27. Я ИЗГОТОВЛЯЮ СЕДЛО.

Вскоре я очутился на самом настоящем бизоньем пастбище,а значит еды теперь у меня было достаточно,а вот моё седло,сделанное из раздвоенной палки,натирало спину лошади,поэтому я решил изготовить другое,более удобное. Я обжёг и обработал несколько шкур.К счастью среди моих владений имелись напильник и кусок стальной пластины.Я срубил жердь и прикрепил эту пластину на одном её конце,а другой конец воткнул в землю. Я тёр внутренней стороной шкуры об сталь,пока вся мясо не содралось. Потом я на шкуре разложил мозги животного,чтобы она стала мягкой и гибкой. Процесс шёл медленно,но времени у меня было более,чем достаточно. Я срубил иву,вырезал из неё рогулину и выстрогал её до формы деревянного седла,а затем покрыл это необработонной бизоньей шкурой,шерстью вверх,обтянул выделанной шкурой,а затем снабдил стременами и тд. Стремена я изготовил,согнув ивовые прутья в кольцо и обтянув их полосками шкуры.Затем я накрыл седло бизоньей шкурой и подрезал её вниз так,чтобы она представляла собой спереди защитные щетки.Я замерил длину спины лошади и подогнал седло под неё. Эта работа по установке седла была долгой и кропотливой,но мой труд и настойчивость были вознаграждены седлом, великолепно подогнанным и удобным при езде, а также представлявшим собой настоящую антикварную вещь. Я распорол бизонью шкуру на полосы,напоминающие чёрного полоза, и изготовил их них себе мокасины,обработав полоски напильником, и сшив шилом,используя сухожилия как нитки.

Я ездил по окрестностям, постоянно меняя своё место пребывания,до того момента,когда оказался перед каким-то поселением и увидел двух перемещающихся верхом людей. Я развернулся и поскакал в другую сторону так быстро,как мог это делать мой жеребец. Я двигался в сторону Пекоса и однажды убил медведя,развёл костёр и приготовил себе прекрасное жаркое. Тогда у меня была вкусная, жирная еда.

Обычно почвы в местах,которые я выбирал себе для отдыха,были каменистыми и лишены комфорта,но за всё время я ни разу даже не кашлянул. Вскоре мне минул шестнадцатый год. Ночами, лёжа на спине я разглядывал небесную панораму, тысячи блестящих орбит и конфигураций, необыкновенной красоты.Я смотрел на звёздный небосвод, на этот синий купол,а потом на свой щит,и видел,что звёзды находились на нём в том же положении,что и на небе, а значит в пасмурные дни мой щит мог служить не только защитой,но и как компас.

Я возвратился на равнины в наши старые охотничьи угодья,и расположился на водопое в ожидании антилоп,которые должны были придти сюда попить,а я тогда убил бы их. Мой конь был жирным из-за изобилия травы. Как-то ночью я услышал бегущих диких животных и взвизгивание как у пумы,но я не думаю,что это было животное. Всё-таки звучало это не совсем правильно. Затем начали выть волки и это было уже точно не похоже. Теперь я был уверен,что где-то рядом со мной индейцы,но имитация звуков была не из моего племени. Я лежал не шевелясь,напряжённо вслушиваясь. Гремучие змеи казалось были сейчас более кишащими,чем обычно,так как со всех сторон я слышал их трещотки. Казалось,что весь животный мир взбудоражился. Я тихо оседлал своего коня,забрал своё оружие и вещи,и скользнул в темноту ночи. Наутро я увидел много признаков индейцев, и они говорили о большом их отряде. Я видел их лошадь,но не стал её воровать,потому что у меня была собственное хорошее животное,а от этой не было бы никакой пользы,так как продать её было некому.

Я выехал на равнины и заставил прокладывать путь свои мокасины.

Пределы досягаемости воды были покинуты и мои запасы еды иссякли.

Несколько дней я искал дичь и воду,и когда наконец наткнулся на источник,то сначала подпустил к нему коня,но следил,чтобы он не перепил. Я находился около этой воды три дня и не хотел уходить оттуда. Потом я поднялся на возвышенность по соседству и увидел приближающихся индейцев. Сбежав с холма я запрыгнул на лошадь и поскакал прочь оттуда.Так или иначе,но мне пришлось вернуться в местность,где были бизоны и я не спешил её покидать,разъезжая по ней и иногда натыкаясь на старые брошенные места лагерей белых охотников,и там я порой находил полезные для себя вещи.

В конце концов я устал от одиночества и решил найти себе каких-нибудь друзей,и как-то мне пришла в голову мысль,что неплохо бы присоедениться к команчам. Я часто встречал их,пока жил с апачами,и несмотря на то,что не понимал о чём они говорят, запомнил некоторые знаки,с помощью которых они изъяснялись, и поэтому был уверен,что смогу освоить их язык. Мне пришёл в голову вопрос,- а в каких отношениях они сейчас с апачами и с белыми? Ведь прошёл почти год,как я покинул апачей, и два этих племени могут сейчас быть как в мире,так и в войне. Так или иначе,но я решил испытать своё везенье.

ГЛАВА 28. Я СТАНОВЛЮСЬ ВОИНОМ КОМАНЧЕЙ.

Однажды утром я разглядел отряд индейцев и вскоре понял,что это команчи. На безопасной дистанции от них,чтобы оставаться незамеченным,я весь день ехал за индейцами и понаблюдал уже ночью, как они вступают в свой лагерь. Подождав какое-то время, той же ночью я приблизился к лагерю, чтобы провести кое-какие исследования, прежде, чем открыться им, так как не знал как они меня встретят и поэтому хотел избежать ненужного риска. Привязав коня на удобной дистанции от лагеря, чтобы в случае чего первым завладеть им, я не мешкая отправился к лагерю. Подойдя почти вплотную к нему, я снял свой лук и стрелы, подполз совсем близко к костру и прислушался. Индейцы, сидевшие вокруг него, разговаривали и смеялись, и казалось находятся в весёлом настроении. Обычно команчи являются весёлыми людьми и любят по-доброму пошутить и посмеяться, а апачи напротив, всегда угрюмы и никогда не смеются, за исключением тех случаев, когда комунибудь больно или кого-либо из них постигло несчастье. По-видимому эти ребята рассказывали о своих дневных приключениях, но я не мог понять, что именно они говорили. Пробыв там минут двадцать или тридцать, я набравшись достаточно мужества, решился на очень смелую вещь.

Я просто взял и молча, без всякого предупреждения, подошёл прямо к ним.

Моё внезапное появление ввергло их в оцепенение. Издавая пронзительные боевые кличи и вопли, все эти смелые вскочили на ноги и мгновенно скрылись в темноте, оставив меня одного стоять в отблесках костра. По-видимому я выглядел злобно-смотрящим индейцем, с длинными нечёсаными волосами, странного и неопрятного вида. Так я там и стоял,задаваясь вопросом, вернутся ли они,чтобы убить меня? Скоро они взяв себя в руки, стали возвращаться в вопящей и орущей атаке, и почти молниеносно окружили меня. Я показал им знаками, что пришёл с миром, и попытался показать, что являюсь всего лишь несчастным одиноким индейцем, голодным и лишённым друзей. Первыми кто ко мне подошёл,были несколько их скво. Одна старая женщина со свирепым лицом и к тому же одноглазая, встала прямо около меня и что-то возбуждённо затараторила,но я не мог ничего понять. Я выглядел диким, юным и робким и не мог смотреть в один глаз старой чертовки, которая поставила моё существование на грань уничтожения. Позже я узнал,что она хотела, чтобы меня убили прямо там, на месте, уверяя, что я принесу им проблемы. Но тут подошёл молодой воин и заговорил со мной на языке апачей. Я сказал ему,что в силу определённых обстоятельств оказался и жил среди апачей, и был изгнан из их племени, потому что убил знахаря, который убил моего вождя и хозяина.Также я сказал,что по рождению являюсь белым человеком, но воспитание у меня индейское;

люблю индейцев и ненавижу белых; что на моём щите имеются скальпы белых, убитых мной в бою и, что моя собственная раса считала меня смертельным врагом. Ещё я сказал, что находился в подчинении у второстепенного вождя по имени Карновисте, который возглавлял небольшую группу воинов, но теперь они все мертвы, погибли в пьяной драке. Затем я объяснил ему,что навсегда покинул апачей и все они меня разыскивают, чтобы забрать мою жизнь, и я хочу стать команчем, остаться с ними жить навсегда и участвовать в их войнах с апачами и белыми. Я рассказал им о многих случаях, которые им тоже были известны, а затем выступил вперёд один смелый и сказал, что как-то видел меня с апачами, что я соревновался с ним в скачках и он знает и Карновисте и его апачей. Выслушав мой подробный рассказ, который я изложил правдиво, ничего не приукрашивая, они сказали мне, что я могу с ними оставаться столько, сколько пожелаю и, что могу отправиться с ними к основной массе их племени, к которой они выступают утром. Они пообещали мне, что их большой вождь по имени Котопа, встретит меня доброжелательно. С двумя смелыми мы сходили за моим конём. Скво обильно накормили меня, постелили мне удобную соломенную постель, и впервые за много месяцев я ощутил себя наконец в кругу друзей.

Впервые я уснул с ощущением довольства и безопасности.

Утром мой конь и я стали центром притяжения, потому что некоторые храбрецы попросили меня поучаствовать с ними в скачках. Они хотели поторговаться со мной за этого великолепного коня, но я не собирался с ним расставаться. В течение многих месяцев одиночества он был моим единственным компаньоном и я очень к нему привязался. Они предлагали мне за него лошадей, ружья, одеяла, щиты, а один пожилой воин отдавал даже свою дочь, но я был непреклонен в своём решении сохранить для себя своего верного коня.

Затем мы отправились к основной массе племени, и когда через несколько дней прибыли к месту назначения, всё племя доброжелательно меня приняло, выслушав рассказ о моих скитаниях. Вождь созвал своих воинов и они какое-то время посовещались, а потом через переводчика мне было сообщено, что я буду принят в племя, если только навсегда пожелаю остаться команчем, если буду помогать им в борьбе против их врагов и никогда не уйду к белым людям. Я выдал перед ними продолжительную речь, в которой сказал, что являюсь индейцем, ем сырое мясо, пью тёплую кровь волка, чтобы это придало мне свирепость этого дикого зверя; а также, что свои стрелы я намазываю ядом гремучей змеи, чтобы быть уверенным в том, что они убьют ненавистного белого человека, когда полетят в его сторону. Мои слова порадовали их и мы сели в круг и выкурили трубку мира. Покурив, мы все поднялись и прошлись по кругу, приложив свои руки к своим сердцам и воздевая их к небу.

Этот процесс начинался медленно, но по мере дальнейшего хождения, мы ускорялись, многократно прикладывая руки к своим грудным клеткам и поднимая вверх, подобно современным школьникам, делающим ритмичную гимнастику. Это продолжалось определённое время, несомненно с целью узнать сколько я могу такое вынести, а затем я предстал перед главным вождём для проведения своего рода ритуала, в котором я обещал добросовестно исполнять все обязанности воина команчей, которые включали в себя помощь, охрану, защиту в отношение тех, кто мне вверялся и кем я был окружён, а также подчинение своему вождю при любых обстоятельствах, как в мирное время, так и в военное. Вот так я был принят в племя и стал команчем. С тех самых пор я по-прежнему остаюсь команчем и по сей день сохраняю все те привилегии, которые они мне даровали в тот торжественный день. Также все команчи признают меня своим соплеменником, всякий раз, когда мне нужно подтвердить свою причастность к племени.

Мне было дано комачское имя Монтичема и до сегодняшнего дня я значусь в племенных списках в Вашингтоне, как Монтичема Герман Леманн. Мне было позволено выбрать семью, с которой я буду жить, став её членом, и после некоторых раздумий я избрал Котопу, который мог говорить на языке апачей, своим братом, и я никогда потом не пожалел о своём выборе, так как Котопа во многих отношениях был действительно как брат мне.

ГЛАВА 29. МОЙ ПЕРВЫЙ НАБЕГ С КОМАНЧАМИ.

Команчи казалось признали мою правочность и привилегии с самого начала,так как вскоре вождь,выбиравший воинов для набега на поселения белых,сказал,что я иду с ними. Он спросил у меня знаю ли я местность,в которую мы собираемся, и я ответил, что часто там бывал с апачами и фактически это была та самая местность,где я был ими захвачен ; что там имелось много хороших лошадей, и мы можем получить их всех,а он сказал,что знает про то,что я ему говорю,так как он и его народ жили там много лун назад,пока не пришли белые люди и не забрали у них эти охотничьи земли.

Прежде, чем отправиться в набег,было решено переместить к северу основной лагерь.Скво разобрали вигвамы, уложили вещи, привязали всё это к шестам травуа и мы двинулись вперёд. По мере нашего неспешного передвижения мы убивали дичь и сушили мясо. Команчи держали наблюдателей и охрану по сторонам,также как и апачи,и лишь один наш вождь мог планировать наши маршруты, выбирать подходящие места для лагерей, направлять набеги и военные экспедиции,а также быть главным управляющим всего остального,а когда наши рейдовые отряды уходили в путь,то самые наши лучшие знахари оставались в лагере вместе с скво,чтобы заниматься ранеными,которых отправляли домой для внимательного ухода,кормления,в отличие от апачей, всегда забиравших с собой в набег своих самых лучших знахарей.

Мы спокойно ехали,когда вдруг поступил тревожный сигнал от наших разведчиков. Не нужны было никаких дополнительных указаний,каждый понимал,что значит этот сигнал,и индейцы всегда были готовы к войне,неважно с кем или зачем. Мы поскакали на опережение скво и каждый из нас старался в этот момент вырваться вперёд. Мы не проехали далеко,когда увидели мексиканский караван,а они заметили нас. С криками и стрельбой мы окружили его. Мексиканцы в спешке всё побросали и скрылись в густом чапарале. В фургонах мы нашли двух девочек и мальчика. Некоторых мексиканцев мы убили и оскальпировали,и всё завершив в этом плане, начали изучать фургоны и нашли в них разный товар.Перед тем как сжечь фургоны, мы забрали всё их содержимое,- табак,сахар, порох, свинец, патроны, ружья, а также одеяла и одежду.Спешно убравшись с этого места,мы проехали примерно миль пять и наткнулись ещё на одну группу перевозчиков. Эти оказались очень сильны и поэтому мы не стали нападать, а только забрали всех их лошадей,оставив их пешими. Переместившись ещё немного, мы нашли идеальное место для лагеря и решили какое-то время здесь отдохнуть.

Разбив лагерь,мы развесили на шестах скальпы и провели большой танец скальпа, во время исполнения которого скво шли налево,а воины направо, совершая телодвижения,вопя и выкрикивая,и это продолжалось до утра и часть следующего дня.Затем наступил делёж добычи.

Находясь там,мы для начала отправились на охоту и настреляли дичи,обеспечив лагерь мясом,а затем взялись за организацию рейдовых отрядов. Мы разбились на небольшие команды и приступили к воровству.

Отряд в котором был я, спустился к Колорадо, переправившись через неё добрался до Сан Саба,а затем повернул к Льяно,воруя по пути всё,что можно. Ещё ниже, рядом с Паксэддл,округ Льяно, мы атаковали группу белых людей,которые вовремя залегли под отвесной скалой и ожесточённо начали отстреливаться. Трое из наших были сражены наповал и ещё несколько ранено. У нас были убитые и раненые лошади, но табун мы всё же сохранили и убрались оттуда.Должно быть мы тоже доставили белым неприятности,так как они не пытались нас преследовать. Уже ночью мы проезжали мимо стоянки рейнджеров или «дотошных людей». Они оставили одного старого негра охранять лошадей.

Мы пустили ему стрелу точно в сердце, забрали всех лошадей и быстро уехали,пока не подоспели остальные.

Скачка продолжалась и днём и ночью.Мы не останавливались ни для еды,ни для сна,чтобы как можно быстрей пересечь открытую местность.Когда мы прибыли в свой лагерь,то он оказался покинутым.Знаки,оставленные для нас на земле, сообщали,что произошло сражение с солдатами и тонкава, и племя вынуждено было перемещаться в песчаные холмы, с преследующими их по пятам врагами Нас предупреждали быть бдительными, так как между нами и племенем могли находиться солдаты. От этого лагеря до следующего водного источника было как минимум миль сто,поэтому мы наполнили коровьи желудки водой,перекинули их через лошадиные хребты и начали углубляться в эту сухую местность. К счастью на следующий день полил дождь. К концу этого же дня мы разглядели лагерь возле небольшого водоёма,и тогда обогнув его на порядочном расстоянии,мы выслали туда шпионов,который изучив обстановку,сообщили,что там находилось несколько человек с хорошим лошадиным табуном. Мы решили забрать этот табун. Итак, после наступления темноты мы отослали дальше по маршруту одного из наших воинов с теми лошадьми,которые у нас уже были,а сами отправились к лагерю,чтобы посмотреть,что можно предпринять. Подъехав вплотную к лошадям, мы наткнулись на троих мужчин их охранявших.

Когда мы начали стрелять,то они бросились в разные стороны наутёк, а лошади обратились в стампиду. В этот момент солдаты в лагере открыли огонь и нам показалось,что их там наверное сотни. Мы несколько раз выстрелили в их сторону,а затем поскакали собирать лошадей и гнать их в нужном нам направлении. Мы получили сорок великолепных пони, отдохнувших и крепких,и загнав в табун наших усталых верховых,мы пересели на новых. Там было так много стрельбы и криков,что индеец,который охранял других наших лошадей,подумал,что за ним гонятся и уехал. Скоро мы его разглядели и начали подстёгивать своих лошадей,но он тоже ускорился,сохраняя от нас приличную дистанцию. Это соревнование растянулось на многие мили,прежде,чем он понял,что мы не солдаты.Он не потерял ни одной лошади. Мы объеденили оба табуна и теперь двенадцать нас имели почти сотню хороших лошадей,а наш враг остался практически пешим.

На третий или четвёртый день мы догнали скво и детей со всем лагерным оснащением,и как только они узнали,что несколько воинов нашего отряда убиты,то подняли вой и собственными ножами стали наносить себе глубокие порезы.Мы потеряли в этом набеге троих храбрецов и поэтому военный танец не проводился.

ГЛАВА 30. КАННИБАЛИЗМ ТОНКАВА.

Мы знали,что долго оставаться на одном месте нам нельзя,так как солдаты преследовали нас.Также мы понимали,что место каждого убитого нами,займут семеро других. Так,что мы ожидали,что солдаты вскоре получат пополнение и вновь пойдут за нами. Мы разослали гонцов к других группам команчей, с просьбами о предоставлении нам помощи,и уже тогда мы бы отправились к мексиканской границе. В итоге мы усилились примерно 75 воинами. Мы особо не торопились,так как думали,что солдатам пришлось послать кого-нибудь в форт за подкреплением и новыми лошадьми. Поэтому мы убили бизона и неспешно перемещались, изредка убивая попадавшихся нам охотников на бизонов.

Как-то днём в лагерь примчались три воина и сказали,что они с ещё другими тремя воинами были окружены и пересилены тридцатью тонкава, которые были хорошо вооружены и имели много боеприпасов. В итоге лишь этим троим удалось бежать. Нас было раза в три больше,чем тонкава,поэтому мы сели на лошадей и поехали на встречу с ними.

После трёхчасовой скачки мы застали их пирующими в своём лагере.

Команчи и тонкава с незапамятных времён воевали друг с другом,и тонкава в результате этой войны почти полностью были уже истреблены.

Они в крайней степени ненавидели команчей и винили их во всех своих несчастьях, поэтому они заключили договор с белыми и объеденились с ними,чтобы уничтожать команчей, действуя как воины,разведчики и проводники.

К огда мы увидели лагерь тонкава,то наш вождь издал боевой клич и мы все вопя,в едином порыве устремились на них. Они дрогнули от такого натиска и оставили нескольких своих убитых. Мы полностью завладели их лагерем и,что мы же нашли жарившимся на костре? Одну из команчских ног!Воина нашего племени!Наш вождь провозгласил отмщение и мы дружным хором к нему присоеденились. Немедля мы сорвались в погоню.Ни один военный марш не увлёк бы наш небольшой отряд и не подгонял бы к победе так,как увиденное нами. Лишь одного взгляда на эти суровые лица с играющими желваками,было бы достаточно,чтобы понять,что эти люди желают лишь полного истребления своего врага.

Тонкавы остановились в овраге и встретили нашу атаку убийственным огнём, который лишь на мгновение остановил наш натиск,когда падающая лошадь подмяла собой всадника, после чего наше безумие достигло своей верхней точки. Сначала меня накрыла волна ужаса и мне казалось,что я не могу вот так смотреть смерти прямо в лицо. Но я находился впереди наших рядов и мои товарищи напирали на меня сзади. Наконец в меня тоже вселился дух мщения.Я пришёл в ярость, пришпорил своего коня и храбро ринулся в бой. Один из тонкава выехал их оврага,чтобы вступить в единоборство.Команчи бросился было к нему,но тут же свалился с лошади смертельно раненый. Ещё одного поразил смертельный выстрел. Казалось,что человеческая кровь придала этому тонкава смелость и даже наши щиты не хотели отражать его пули, но третьему воину удалось с ним сблизиться. В этом единоборстве,как бы по взаимному согласию,каждый из воинов резко остановился,перезарядил своё оружие и приготовился ко всяким неожиданностям. Дальнейшее их противостояние было коротким и храбрец тонкава упал туда,откуда выехал,под вопли с обеих сторон,с нашей торжествующие, а от тонкава неслись крики ярости. Через несколько мгновений мы сошлись в рукопашной схватке и вскоре враги были побеждены. Эти людоеды храбро сражались и восемь наших воинов легли мёртвыми на поле боя,кроме того,сорок или пятьдесят других получили ранения различной степени тяжести. Тем не менее наша работа ещё не была завершена. Большинство умирающих врагов открывали рты,прося воды,но мы не вняли этим просьбам. Мы оскальпировали их, отрезали их руки,отрубили ноги,вырезали языки и бросили их искалеченные тела и отсечённые конечности в их же собственный костёр. Сверху навалили ещё кустарника и подожгли всю эту кучу живых,умирающих и мёртвых тонкава. Некоторые из них оказались в состоянии вздрогнуть и начать извиваться как черви, другие взывали и молили о милосердии. Но мы навалили на них ещё больше дров и принялись танцевать, в великой радости от лицезрения того, как жир и кровь вытекали из их расплавляющихся тел,приходя в восторг,видя как они разбухают, и слыша,как трещат и лопаются в огне их шкуры.

Может кто-то из врагов и сбежал, но мы не видели никаких признаков этого. Мы добыли двадцать восемь скальпов, тридцать пять лошадей,с рассеченными пополам ушами,тридцать дальнобойных ружей, сколько-то сёдел, много одеял, луков, стрел, а также большое количество боеприпасов и других трофеев,в награду за наш мстительный порыв,который лишь частично удовлетворил наш кровожадный отряд.

Причиной гибели и ранения такого большого количества наших воинов,было то,что тонкавы имели преимущество в выборе позиции и в вооружении,а мы были настолько взбешены видом нашего зажаренного компаньона,что стали довольно безрассудными и не очень правильно использовали свои щиты.У меня на щите остались четыре отметки от острых наконечников и одна от пули. Если щит находится в движении,когда по нему ударяют пули,то они рикошетят от него.

Мы возвратились в лагерь со своими ранеными и мёртвыми,со скальпами и другой добычей. Своим приездом мы обеспечили печальное зрелище,плач,стоны,рыдания,вырывание волос и глубокие порезы. СКво наносили себе порезы на лицах и конечностях,да такие,что для их заживления требовались месяцы. Кроме того,эти скво держали эти места в сырости,чтобы рана ещё больше раздражалась,делая их воображаемое воздаяние для потустороннего мира ещё весомей. Не было ничего приятного и забавного в наших похоронных танцах,когда мы возвратились после боя с тонкава.

На полное выздоровление наших раненых понадобилось три месяца,а потом мы смогли отправиться в новый набег. Мы отклонились на север и там к нам присоеденились воины, ушедшие из форта Силл. С разных направлений прибыли другие и теперь наш отряд насчитывал около трёхсот смелых. Какое-то время мы охотились,пополняя наш склад бизоньих шкур,необходимых для изготовления одежды,мокасин,покрытия вигвамов и для других нужд. Женщины выполняли все работы,кроме изготовления луков,стрел,томагавков и курительных трубок. Мы ограбили несколько лагерей охотников на бизонов,оставив их владельцев обездоленными и пешими, умирать от жажды и голода на равнине, за сотни километров от дома.

ГЛАВА 31. КУАНА ПАРКЕР.

Много было сказано и написано о Куане Паркере, который стал великим вождём команчей. Он был сыном Синтии Энн Паркер,белой девушки, захваченной в форте Паркер в 1835 году и вновь захваченной через двадцать восемь лет,на этот раз рейнджерами под командованием Сала Росса, во время их большого сражения с команчами у реки Пис.

Согласно его рапорта, Пета Нокона был убит в этом бою. Но индейцы,рассказывавшие мне об этой схватке, утверждали,что Пета Нокона не был тогда убит,а скончался или погиб несколькими годами позже. Один старый индеец команчи под большим секретом сообщил мне,что Куана был сыном не Ноконы,а мексиканца по имени Йотава, который был захвачен ещё в детстве и вырос среди индейцев. Ещё этот индеец сказал мне,что Синтия Энн Паркер была скво этого мексиканца,но Пета Нокона забрал её у него,когда Куана был совсем маленьким ребёнком и вырастил его как своего сына. Я не верю в это,так как этот старый индеец был против того,чтобы Куана становился вождём,и думаю он пытался таким образом его дискредитировать.Я разговаривал с другими индейцами насчёт этого,и они заверили меня,что Куана являлся сыном Петы Нокона и Синтии Энн Паркер.

Куана Паркер стал большим человеком среди индейцев и был первым при возбуждении мира между индейцами и белыми. Благодаря его убеждениям, когда моя группа наконец сдалась, я сначала пришёл в резервацию,а потом вернулся к своему народу,затем он очень помог мне в предоставлении аллотмента и получении правительственного земельного надела. Я значился в списках,как один из парней Куаны Паркера.

Куана (Благовонный),как уже выше я сказал, приходился сыном Ноконы или Нокони(Скиталец),который был предводителем группы квахади,которая считалась наиболее враждебной группой команчей. Куана родился около 1845 года и взрослел в племени. После смерти своего отца, он быстро поднялся до влиятельного лидера. Его группа отказалась подписывать договор Медисин Лодж в 1867 году, согласно которому племенам команчи,кайова,апачи,шайен и арапахо,были выделены резервации.

Несмотря на это они продолжали совершать набеги,грабить и убивать, вплоть до 1874 года.В этот год, из-за организованной компании по истреблению белыми охотниками бизонов, Куана собрал воинов команчей,шайенов, половину кайова и ещё какую-ту часть из других двух племён,чтобы оказывать этому такое же организованное сопротивление. В июне 1874-го он возглавил 700 воинов этой конфедерации,во время их атаки против части охотников на бизонов,которые хорошо урепились в форте,известном как Адоби Уоллс у Саут Кэнейдиан в Техасской Пэнхэдл. Бой длился весь день и в результате Куана и его силы вынуждены были отступить,понеся существенные потери.

Индейцы не переставая совершали враждебные перемещения вплоть до следующего года,когда были поставлены в затруднительное положение войсками под командованием генерала Маккензи и большинство их сдались. Несмотря на это Куана оставался со своей группой ещё более двух лет на равнинах,а потом тоже сдался. Глубоко предвидя,он признал,что индейцы рано или поздно уступят превосходству белого человека,и поэтому он решает примириться с неизбежным и использовать во благо новые обстоятельства.То же самое он убеждает сделать своих людей. Благодаря своей молодости и врождённому интеллекту, который ему достался от его белых предков,он хорошо приспособился к образу жизни белого человека и стал наиболее продуктивной движущей силой в приведении своего народа к цивилизации. Благодаря его действиям конфедеративные племена внедрили политику долгосрочной аренды излишков пастбищных земель,что давало им приличный доход в дополнение к федеральным выплатам.Он продвигал развитие образования,жилищного строительства и сельского хозяйства,и не поощрял беспутный образ жизни и варварскую грубость,но вместе с тем способствовал сохранению традиционных верований и обычаев. Согласно бытующей в его племени полигамии,он имел несколько жён и много детей,которые все,без исключения,получили школьное образование,а некоторые его дочери вышли замуж за белых мужчин. Многие годы вплоть до своей смерти,он являлся наиболее выдающейся и влиятельной фигурой среди всех,вместе взятых,конфедеративных племён, во время любых переговорных процессов,в официальных отношениях с правительством,и в связи с этим он совершал регулярные поездки в Вашингтон, а также много путешествовал по стране в целом.

КУана скончался 22-го февраля 1912 года,в своём доме возле Кэш,в Оклахоме,в возрасте шестидесяти семи лет.

ГЛАВА 32. РАССКАЗ О БИТВЕ.

Где-то на равнинах большой отряд наших воинов во главе с Куаной Паркером(меня не было с ними)занялся группой охотников на бизонов, сделавших своей базой старую глиняную постройку, которой казалось была уже целая вечность. Индейцы не знали кто именно там укрылся и сколько их было. Но с прибытием на равнины сотен охотников на бизонов, индейцы поняли,что вся их дичь будет уничтожена и они лишатся средств к существованию. Как и следовало ожидать,ввиду их ненависти к белым людям,это посягательство на их охотничьи угодья послужило предлогом для объявления войны охотникам на бизонов, и поэтому когда стало известно,что старые глиняные постройки уже ими заняты, были предприняты шаги по изгнанию оттуда бледнолицых. Согласно принятому решению, Куана собрал своих команчей, привлёк некоторое число кайова и шайенов,и атаковал охотников. Я не принимал участия в этом сражении,так как на тот момент находился с другим отрядом в набеге южнее.Но когда вернулся, мне рассказали подробности этого дела те индейцы,которые были там. Много из нашего племени было убито и много ранено дальнобойными ружьями охотников на бизонов. Сам Куана получил серьёзное ранение. С команчами был негр,бывший солдат,который дезертировал и присоеденился к индейцам.У него была сигнальная труба,с которой индейцам было не скучно,когда они упражнялись в боевой подготовке на манер белых людей. Этот негр погиб в том бою,также как и один из самых больших знахарей нашего племени.Я не знаю сколько было убито охотников на бизонов,но точно знаю,что несколько из них были пойманы и убиты в самом начале первой атаки за пределами их временного лагеря в глиняных постройках. Наши воины догнали их уже возле дома,если это можно назвать домом, и вступили с ними в рукопашную схватку,а другие охотники в это время скрылись в форте.

Один охотник был поражён стрелой точно в сердце когда распахнул дверь, и он умер прямо на пороге,также как и другой их человек,который пытался его затащить внутрь. Белые повели убийственный огонь из бойниц в стенах,но индейцы несмотря на это продолжали штурм и даже попытались выломать дверь, правда безуспешно. Сражение длилось весь день, и уже поздно вечером,команчи,крайне удручённые, решили снять осаду.Они отступили от форта,как они думали за пределы досягаемости выстрелов охотников, и устроили совещание по поводу выноса тел их убитых с поля боя. Неожиданно один из них,без видимой причины упал замертво. Его осмотрели и обнаружили в черепе пулевое отверстие. Дул сильный ветер, и к тому же ружьё охотника на бизонов находилось на порядочном расстоянии от этого места и звука выстрела не было слышно, зато эффект от него был налицо.Это вынудило индейцев бросить своих мёртвых и убраться за пределы досягаемости такого дальнобойного оружия. Индейцы рассказали нам об этой битве,и судя по всему,как я думаю,это была та самая битва при Адоби Уоллс,широко впоследствии известная.

ГЛАВА 33. ПРОГОН ЧЕРЕЗ ЛАГЕРЬ БЛЕДНОЛИЦЫХ.

В то самое время,когда шло это сражение,упомянутое в предыдущей главе, около двенадцати команчей, включая меня, отправились в набег далеко за форт Кончо. С нами был один индеец по имени Исотема. Он и я были пешими и поэтому мы были опережены другими индейцами,которые ехали верхом. Мы подошли к небольшому городу, может это был Пайнт Рок,я не знаю точно. Там мы наткнулись на палатку,возле которой была привязана лошадь. Я имел дальнобойное ружьё и сказал Исотеме,чтобы он подкрался и забрал лошадь,а я в это время буду наготове с ружьём,чтобы выстрелить в первого оказавшегося там белого человека.Он отказался это сделать и сказал,что мы пешие,а он хочет ехать на лошади,но если мы убъём белого,тогда у нас будет совсем мало шансов покинуть эту местность живыми. Тогда я сказал,чтобы он взял ружьё и выстрелил в первого появившегося белого,пока я буду уводить лошадь,и он согласился. Я подкрался с обратной стороны и подошёл к лошади,которая фыркала и выделывала коленца. Схватив удерживающую верёвку,я обрезал её и повёл лошадь. Без происшествии мы покинули пределы города.

Затем мы отправились на восток и поздно вечером того же дня наткнулись на лагер,возле которого пасся приличный табун лошадей. На одной из них был большой бубенчик. Когда обитатели лагеря улеглись спать,Ис отема и я выпустили стрелы в лошадь с бубенчиком и убили её,чтобы она не побежала вместе с табуном и не разбудила этим его хозяев. Затем мы молча собрали в одну кучу других лошадей,всего около двадцати пяти голов, и взяли курс на собственный лагерь,распологавшийся далеко на равнинах. Мы беспрепятственно перемещались три дня,никого не увидев за это время. Проходя через горный проход, возможно это был Баффало Гэп, неожиданно для самих себя мы въехали прямо в лагерь белых. Понимая,что нужно действовать быстро, мы погнали наш табун через лагерь,выкрикивая и стреляя.

Случилось это на рассвете и как по команде повсюду появились сонные люди,поэтому мы достигли выхода из прохода,заросшего кустарником,не тратя времени на добывание их ружей. Когда мы проезжали через лагерь,то забрали и двух их лошадей,но не остановились,чтобы подсчитать сколько людей было там,и так как они не поскакали за нами,то наш побег был вполне безопасным.Вскоре мы въехали на бизонью тропу, которая обеспечила уничтожение следов нашего табуна и в итоге мы добрались до своей деревни с хорошей кучей лошадей. Другие десять индейцев,которые отправились в набег вместе с нами,возвратились ни с чем.

Перед прибытием в деревню, мы с Исотемой убили оленя,чтобы получить мяса,которого не пробовали уже в течение продолжительного времени. Мы потеряли свой единственный нож и находились в растерянности,не зная как нам содрать с него шкуру. В итоге нам пришлось разрывать её собственными зубами. Из-за той же причины мы не могли разделать тушу оленя и поэтому бросили её в огонь целиком и в таком виде зажарили.

Некоторое время наша деревня оставалась на одном месте,готовясь к переходу в более безопасную местность. Поражение,понесённое большим отрядом в глиняном форте,поспособствовало некоторому нашему унынию, так как мы понимали,что теперь белые охотники на бизонов будут приезжать на равнины в таких количествах,что индейцам не останется места для охоты на равнинах. Наши ряды редели с каждым днём,а военные отряды и налётчики уходили и больше не возвращались. Мы созвали большой совет,на который прибыли другие племена,и решили убивать всех белых,которые приходили на нашу территорию,-«убейте их,как они убивают нашу дичь; убейте их, как они убивают наших воинов ;

убейте их,как они убивают наших скво и детей ; преследуй их и убивайте,пока хоть один из нас остаётся». Когда совет завершился, мы провели большой военный танец.

Затем мы грабили лагеря охотников на бизонов и убивали их самих при первом обнаружении. Мы перемещались на север и видели,что равнины буквально кишат ими. На обратном пути мы непрерывно сражались с этими докучливыми охотниками. То было восхитительное время,когда вряд ли хотя бы день проходил без стычки или сражения. Было похоже,что скоро все наши воины исчезнут.На окраине юго-восточных равнин мы оставили своих женщин,детей и стариков,и вновь отправились в набег. В начале его мы как обычно разделились на меньшие партии,так как эта местность была сравнительно густонаселённой,а рейнджеров было так много и они были настолько дерзкими,что мы не осмелились рисковать большим отрядом. Исотема вновь стал моим компаньоном,а он был смелым,отважным парнем,очень осторожным и всегда принимавшим верное решение. Мы своровали много лошадей и положили многих белых людей мёртвыми или ранеными,оскальпированными и растерзанными.Мы совершали обманное движение на глазах рейнджеров,заходили им со спины и пока они хоронили своих мёртвых товарищей,обращали их лошадей в стампиду,оставляя тем самым многих бледнолицых храбрецов пешими посреди голой равнины.

Я и Марко,мексиканский пленник,отправились в набег на восток и у небольшой стремнины наткнулись на группу отдыхающих белых людей.

Мы немного отъехали от этого места и посовещавшись решили их атаковать. Согласно этому,мы зарядили свои ружья и поскакали к лагерю,вопя и выкрикивая.Подъехав почти вплотную мы выстрелили в сторону их костра, и четверо мужчин,распологавшихся там,разбежались в разные стороны. Мы обратили их лошадей в стампиду,но так как белые могли вернуться,нужно было их быстро собирать. Мы начали сгонять их в одну кучу,захватили девять голов и потащились уже неспеша домой.

В другом набеге,снова двенадцать из нас направились на восток и встретили этап из четырёх лошадей возле Кикапу Спрингс. С этим этапом было несколько мужчин,поэтому несколько миль шла скачка с боем,и в итоге нам пришлось оставить этот этап в покое. Продолжив свой путь мы наткнулись на пятерых бледнолицых и вступили с ними в бой.Они укрылись за деревьями и отстреливались от нас в нашей собственной манере. Они быстро целились и стреляли, и некоторым из нас лишь их щиты сохранили жизни. Бой завершился вничью, убитых у нас не было,но эти парни стреляли слишком плотно, не способствуя нашему комфорту. Я понятия не имею, как они пережили эту стычку, так как мы уехали,а они нас не преследовали. Возле Смутинг Айрон Маунтин мы забрали двадцать пять лошадей, снесли какие- то заборы и оставили вещи в таком виде,в котором,как мы полагали, Великий Дух предназначил им быть,- свободными и открытыми. Индейцы считали,что если Великий Дух пожелал бы закрыть эту страну,то он сам огородил бы её. Мы проехали к Хаус Маунтайн и украли там некоторое количество лошадей и одного старого мула,а потом поскакали по прямой линии через равнины,пытаясь оторваться от рейнджеров.Они догнали нас и в последовавшем сражении захватили всех наших свободных лошадей,мы рассеялись и устремились на запад,объеденившись вновь возле Бивер Лэйк. Наш предводитель сказал, что Великий Дух сообщил ему,что если мы последуем за этими рейнджерами и неожиданно их атакуем, то одержим лёгкую победу. Мы нашли рейнджеров на их стоянке возле водоёма и хорошо осмотрев окрестности осторожно приблизились к ним.Но не так легко оказалось застать этих рейнджеров врасплох,и когда мы находились в пятидесяти ярдах от них,они открыли по нам огонь,ранив воина и убив лошадь. Они заняли позицию вокруг раскидистого дуба.Мы их всё же атаковали,но каждый шаг давался нам кровью. В разгар боя два наших воина удачно обратили их лошадей в стампиду и когда они оказались на безопасной дистанции,мы вышли из боя и поскакали к ним. Объеденившись, мы убрались оттуда. Некоторые из нас получили серьёзные ранения.

Затем мы вернулись на равнины и продолжили военные действия против охотников на бизонов. Нам приходилось постоянно быть бдительными,так как вряд ли был хоть один день,когда мы не видели солдат или их признаков. Они казались помешанными на определении нас в резервацию.

ГЛАВА 35.УБИЙСТВО ОХОТНИКА ЗА БИЗОНАМИ.

Равнины вдоль и поперёк прочёсывались охотниками на бизонов, уничтожавших животных ради одних шкур. Мы часто видели тянущиеся большие фургонные караваны,нагруженные шкурами,а потом находили тысячи туш забитых бизонов.Такая бессмысленная бойня нашего основного продовольственного ресурса ввергала нас в отчаяние.

Однажды наш отряд заметил одинокого охотника за пределами своего лагеря,стреляющего в бизонов.Он уже убил сколько-то из них и мы увидели выезжающей из лагеря фургон с двумя мужчинами,по-видимому они ехали помогать ему сдирать шкуры. Окружив охотника мы убили его и оскальпировали,а затем поскакали к тем двоим, приближающимся из лагеря. Они нас увидели,развернули свою упряжку и погнали в заросший кустарником овраг,недалеко от них. Достигнув крутого обрыва они бросили свой фургон и скрылись в чаще. Мы их не нашли и они благополучно бежали.В лагере охотников мы уничтожили в нём всё, что нам не было нужно,а затем вернулись к телу охотника и вырезали с его головы два скальповых локона,сделав надрезы вдоль каждого виска, и проткнули его живот острой палкой. Один из воинов взял ружьё охотника и сказал,что теперь оно принадлежит ему. Это была самое дальнобойное ружьё,которое я когда-либо видел и оно непременно приносило несчастье каждому индейцу,который объявлял его своим. Затем мы нашли следы охотников на бизонов и долго ехали по ним.Наконец произошёл бой и индеец, забравший это ружьё,был убит. Другой индеец подобрал ружьё и заявил,что оно теперь его.Он тоже был вскоре убит. Затем это оружие перешло во владение сына вождя,и он тоже упал с ним в своих руках.

Индеец по имени Пять Перьев всё же долго им пользовался,но в конце концов и он был убит. Тогда знахарь сказал,что в это ружьё вселился злой дух и посоветовал нам выбросить его или спрятать так,чтобы белые люди никогда не смогли его найти. Тогда мы закопали на песчаном холме это ружьё вместе с двумя скальповыми локонами,срезанными с охотника на бизонов.

ГЛАВА 35.Я ПОЛУЧИЛ ВЫСТРЕЛ В НОГУ.

Меня часто спрашивают бывал я когда-либо ранен,находясь с индейцами.

У меня есть несколько шрамов от ранений,полученных в боях. Один из них от пули,попавшей в плечо,а другой оставлен пулей,выпущенной из бизоньей винтовки,которая прошла через мякоть моей ноги и довольно на долгое время сделала меня лежачим. Получил я эту рану в бою с белыми людьми, атаковавшими как-то на рассвете наш лагерь,и на тот момент мы меньше всего этого ожидали. Белых было много и какое-то время казалось,что они разобьют нас. С началом боя скво отвели лошадей на безопасную дистанцию от лагеря,чтобы они не достались белым. Мы заняли позицию под косогором и держали врагов на открытом месте под обстрелом в течение нескольких часов,а потом они отступили.

Когда пуля попала мне в ногу,я не почувствовал её, думаю,потому что,был сильно возбуждён. Я направился прямо в гущу сражения,но вскоре возникла сильная боль и мне пришлось лечь на землю. Один индеец был сбит с ног пулей и мы подумали,что он убит. Но оказалось,что пуля содрала ему только кожу на голове.Мы так хорошо были укрыты за холмом,что ни один индеец не был убит, а вот враги, я думаю,потеряли сколько-то мужчин. Я тогда стрелял из дальнобойной бизоньей винтовки и полагаю,что несколько раз попал точно в цель. В итоге белые убрались, а мы собрали наших скво,детей и лошадей, и тоже поспешили уехать с этого места.

В том бою с индейцами произошла одна забавная вещь,которую я не хотел бы упустить из своего рассказа. Мы схватили тогда одного здорового негра,который был с атакующим отрядом. Он был напуган чуть не до смерти и упав на колени умолял сохранить ему жизнь. Наш вождь велел ему раздеться и одеть на себя индейскую одежду. Затем он надёжно закрепил на его голове индейский военный головной убор и показал знаками бежать обратно к белым. Негр понял его и пустился наутёк. Но белые, при его приближении,подумали,что это индеец и наделали в нём полно дыр,умертвив его прежде,чем он достиг своих друзей.

Собрав своих скво,детей и лошадей,мы отправились на равнины и там повстречали апачей. Они предложили мне поехать с ними, но я отказался,и когда вернулся в свой лагерь, то постоянно держал глаза открытыми и был начеку из-за возможного вероломства или нападения на меня. Один старый апачи внимательно смотрел на меня и я был уверен,что он сделает попытку отомстить за смерть знахаря,которого я убил до своего побега, но я так и не предоставил ему возможности убить меня. Команчи тоже были настороже и обнаружив заговор против меня, сильно разозлились на апачей, и те только тогда оставили нас и уехали своей дорогой. Команчи дали клятву защищать меня и они её всегда выполняли. Апачи,боявшиеся подвергнуться в ту ночь нападению,поспешно убрались подальше от этого места. Это был мой первый и последний раз,когда я вступил в контакт с этим племенем,после того как сбежал из него и отправился к команчам. Некоторых его членов, позже,в течение нескольких лет я встречал в резервации в Оклахоме и разговаривал с ними,но они не всегда были из той группы,которая поклялась схватить меня. Старый Чиват до сих пор живёт в Индиахоум и ему теперь почти сто лет. Чиват хороший старый индеец и он всю жизнь оставался мне другом. После того,как племя окончательно осело в резервации,он стал правительственным разведчиком и хорошо себя показал в выслеживании мародёрствующих отрядов бежавших из резервации групп.

ГЛАВА 36. Я ПОЙМАЛ СТРЕЛУ В КОЛЕНО.

В наши дни бывает,что люди получают выстрел почти примерно при тех же обстоятельствах,что и в прошлом, и как правило проблема возникает вокруг женщины. Так и у меня случилось,когда спустя какое -то время после моего присоеденения к команчам,красивая индейская девушка стала причиной того,что я поймал стрелу собственным коленом. Её звали Топэй и насчёт неё у меня были определённые фантазии. Вскоре это прошло. Её отец плохо отнёсся к моим ухаживаниям и просто сказал мне,чтобы я держался от неё подальше и оставил её в покое,но я был упрям.

Однажды ночью,согласно договорённости с ней,я пробрался в их вигвам,после того,как её родители «уеденились» и мы посчитали,что отец крепко заснул. Сегодня не очень должны задеваться благопристойные чувства тех,кто читает эти строки, но несмотря на то,что человеческая природа взяла своё,мы всё же не предавались тогда любовным утехам,которые сейчас в моде. Я рассказал своей возлюбленной об угрозах со стороны её отца,а также сказал, что нам следует быть более осторожными,но она ответила,что он не сделает мне больно, просто попытается запугать. Я нашёптывал ей нежные слова любви и наслаждался райским блаженством здесь на земле,когда вдруг почувствовал грубый толчок.Мне не нужно было дополнительного намёка,так как понял,что это была передняя часть отцовского мокасина.Я направился к довольно большому выходу, но старый человек загородил его собой и мне пришлось вылазить через низ вигвама. Я пошёл вокруг палатки в одну сторону,а он в то же время обходил её с другой и когда мы встретились,то он пустил в меня стрелу,которая вонзилась в моё колено. Я упал на землю,не в состоянии двигаться.Рана оказалась очень болезненной и я впоследствии долго хромал. Девушка подошла ко мне и встав на мою сторону упрекнула своего отца в таком жестоком обращении со мной. Старый человек смягчился,простил нам нашу хитрость и вытащив стрелу выказал своё глубокое раскаяние происшедшим и даже предложил мне взять эту девушку своей скво,если я дам ему два пони. Но я отказался и до сих пор настороженно отношусь к женщинам.

Когда индеец выбирал себе жену,как у апачей,так и у команчей,он должен был за девушку платить лошадьми. Влюблённый в девицу смелый должен был идти к её отцу и предложить ему определённое количество лошадей и если его предложение принималось,то он забирал девушку в свой вигвам. Не было по этому случаю никакой религиозной церемонии, никаких шествий, торжественных песнопений или чего-либо ещё,чтобы брак выглядел волнующим или более,чем мимолётным событием. Молодой индеец просто приобретал для себя скво,а скво находила своего хозяина.

Иногда отцу девушки приходилось делать первые шаги самому и предлагать свою дочь какому-либо воину за определённое число лошадей,но для того,чтобы сделка была для него успешной, необходимо,чтобы такая привилегия исходила со стороны будущего зятя.

Скво у апачей часто рожали своих детей находясь с рейдовым отрядом.

Апачи разрешали своим скво отправляться с ними в набеги и если случалось так,что она рожала в это время,то её оставляли одну,заботиться о себе,как она сможет,но если в отряде находилась ещё скво, которая решала остаться и помочь своей подруге уменьшить её страдания,то ей позволялось это сделать. В соответсвующий срок скво со своим папусом (ребёнок) приходила в лагерь и её встречали ликованием,если ребёнок был мужского пола,так как это означало,что в будущем он должен стать воином. Но если ребёнок оказывался женского пола,то её прибытие не удостаивалось никаким вниманием. Я знал некоторых скво,которые родив ребёнка тут же его оставляли и без видимых сожалений присоеденилясь к военному отряду. Одна скво апачей родив близнецов,так сильно рассердилась из-за рождения двоих детей,вместо одного, что забила своих отпрысков ногами до смерти и оставила их маленькие тельца на съедение стервятникам.

Скво команчей были заметно добрей к своим детям и рожали они их как правило в своих деревнях. Ослабленной женщине не позволялось сопровождать её воина в набеге, и она оставалась в лагере до лучших времён. Они заботливо кормили своих новорождённых и давали своим детям, не важно мальчик или девочка, достаточно материнской любви.

Особо нужно отметить,что незаконорожденные дети среди индейцев были чрезвычайно редки. Это у них не считалось добродетелью и очень порицалось. Конечно случалось когда замужняя женщина «оступалась»,и в этом случае ей отрезали нос,но такое случалось редко,также как и то,что незамужняя девушка отвергала правила благопристойного поведения и рожала ребёнка.

ГЛАВА 37. МЫ ОПЕРЕЖАЕМ СОБАК.

Однажды два индейца, Ватсакатова и Исотема,а также я с ними, отправились на окраину цивилизованных поселений за лошадьми. Мы отправились пешими,но взяли с собой вьючного мула для перевозки нашего имущества,и каждый из нас поочереди вёл этого мула. Покинув прерии мы вступили в холмистую местность и немного пройдя по ней наткнулись на ручей. Мы заметили расположившихся возле воды лагерем белых людей. Северо-восточнее лагеря находились густые заросли и мы решили укрыть в них своего мула и обокрасть этот лагерь. Для того,чтобы достичь лагеря,нам нужно было пересечь открытое пространство перед ним,но по счастью там был небольшой овраг, и когда мы по нему проходили,то услышали грохот приближающего к нам фургона.

Ватсакатова и Исотема имели хорошие капсюльные ружья,у меня был великолепно отделанный пистолет и как минимум сто патрон к нему,и это всё кроме имеющихся ещё у нас луков и стрел. В фургоне было трое мужчин,что подтолкнуло нас к решительным действиям и мы дали по ним залп. Все трое вывалились из фургона,а один из них запрыгнул на осёдланную лошадь и помчался в лагерь. Другие двое, ошеломленные поначалу стрельбой,в следующее мгновение снова влезли в фургон и принявшись стегать лошадей повернули в ту же сторону. Очень скоро нас взволновал вид десятка вооружённых людей,появившихся из лагеря вместе с несколькими бладхаундами(гончие собаки,ищейки), поэтому мы рванули наперегонки с этого места.Исотема был молод и быстр,так,что он нас обогнал. Ватсатакова был крупным и грузным человеком,но быстро осознал ситуацию и тоже уже намного меня опередил. Мы скачками летели над землёй примерно миль шесть,опережая при этом гончих,иногда ослабляя взятый нами темп,и когда собаки приближались к нам,то мы получали новое вдохновение для того,чтобы ускоряться. Ватсакатова начал задыхаться или вернее был уже близок к этому, и тут я догнал его в этот критический момент,но собаки тоже получили некоторого рода вдохновение,которое чуть раньше посетило нас. Он сказал мне : «Не бросай меня. Давай остановимся и будем драться. Я не могу больше бежать». Я ему ответил,что он первый меня бросил,поэтому побежал дальше. Затем справа от нас раздался стук копыт, но фортуна тут оказалась на нашей стороне,так как прямо перед нами был высокий утёс,а сразу за ним очень глубокий обрыв.Мы боялись не прыжка с этого утёса,а пуль белых преследователей. Мы покатились вниз с этого утёса подобно еноту,спускающемуся с дерева, рассекая стебли и кустарники. Во время этого спуска длинные развевающиеся волосы Ватсакатовы стали похожими на размочалившееся коровье охвостье, и зацепившись своей спутанной косой за кустарник,он так резко её дёрнул,что на голове образовалась окровавленная лысина. Мы достигли дна обрыва все исцарапанные, порванные и покрытые ссадинами,но всё ещё сохраняли способность бежать. Собаки побежали за нами по обрыву,а всадники вынуждены были поехать в объезд. Собаки не очень были расположены нас догонять,когда рядом не было их хозяев. Не знаю почему,но думаю у них было предчувствие,что хорошо было преследовать убегающего врага,но вот после его поимки,стало бы уже не так хорошо. Вообщем собаки отстали от нас и дальше наш побег проходил более благополучно. Мы всё ещё имели при себе свои ружья,но другие наши вещи остались на муле, оставленном в зарослях поблизости от лагеря белых.

Человек не знает,как далеко он способен убежать,когда у него сохраняется надежда на спасение в побеге и понимание того,что если его догонят,то он умрёт. Именно это хорошо стимулирует его в то время,когда другие стимулы просто бесполезны.

Мы сбавили свой темп,потом совсем остановились и нашли пчелиную пещеру.В ней мы поживились немного мёдом,смешали его с небольшим количеством воды,убили попавшегося нам бычка,и сделали соус из определённого количества жира,мёда и воды.Потом зажарили мясо,полили его этим соусом и устроили себе пир. Мы располосовали шкуру примерно годовалого животного,сделали из полос арканы, и по мере своего дальнейшего продвижения своровали трёх лошадей. К следующей ночи мы добрались до небольшого поселения,увели оттуда лошадиный табун и направились в свой главный лагерь.

Судьба нашего вьючного мула до сих пор покрыта мраком и всё,что я могу предположить, так это то,что он по-прежнему может стоять привязанным в тех зарослях. Мы так и не вернулись,чтобы позаботиться о нём,так как находились от него уже во многих милях,когда наконец отделались от собак.

Как же смеялась скво Ватсатаковы,когда увидела его лысую голову! Он выглядел оскальпированным, и другие индейцы тоже потешались над тем,что он так быстро убегал,что даже потерял свою верхнюю шерсть.

Волосы у него больше не выросли и он так и ушёл в могилу с лысиной.

Как-то я вместе с отрядом команчей,в который были включены несколько кайова,находился у Пекос а,и там мы наткнулись на стадо скота,которое сопровождали десять или двенадцать ковбоев. Мы обратили стадо в стампиду и погнали его. Ковбои по-началу пытались сопротивляться нам,но в итоге бежали. В потасовке мы пристрелили двоих из них и так как нас было раза в два больше,то убили бы их всех,если бы они так быстро не ускакали. Мы погнали скот по равнинам в свой лагерь,по дороге некоторых из животных убили,других отпустили пастись в прерию, и потом довольно продолжительное время находили их, когда нам нужно было мясо,и забивали.

Эта стычка произошла возле места известного как Понтун Кроссинг на Пекосе(Понтонная Переправа)и годы спустя я встретил человека,который знал помнил всё об этом,а также знал этих двоих убитых ковбоев,и сказал мне,что их там возле реки Пекос и похоронили. Может он мне и сказал их имена,только я их позабыл. Во время моей дикой жизни случилось так много подобных этому инциндентов,что их подробности стёрлись из моей памяти.

ГЛАВА 38. СОЛДАТЫ УБИЛИ НАШИХ ЖЕНЩИН.

Как-то мы расположились большим лагерем у южной окраины равнин и большой наш отряд отправился к рекам Сан Саба и Льяно и добыл там огромное количество лошадей. Ранние поселенцы были очень добры к нам и разводили для нас лошадей,что решало многие наши проблемы.

Когда мы уже покинули ту местность,то оказалось,что за нами следуют рейнджеры,поэтому мы ускорились и вскоре оторвались от них. Когда мы прибыли в свой лагерь,то нашли его атакованным большой группой солдат и какого-то количества тонкава с ними. Много наших женщин были среди убитых. Несколько женщин и детей в качестве пленников были перемещены в форт Гриффин. В момент атаки большинство скво убежало и спряталось,но при побеге пять из них были убиты. На следующий день мы приехали уже к разбросанным трупам. Помню я наткнулся на лежащее изуродованное и оскальпированное тело очень храброго воина по имени Батсина,а рядом находились ужасно искалеченные останки его красавицы дочери Нуки, со вспоротым животом и тоже оскальпированная.

Их тела представляли собой отвратительное зрелище.По-соседству валялось много пустых гильз от карабина спенсер, служащих молчаливым свидетельством героического сопротивления старого Батсины. Винтовки его конечно не было рядом с ним,но я не сомневаюсь,что она очень хорошо поработала,прежде,чем её забрали. Были там и другие покалеченные тела,что указывало на руки тонкава в этой кровавой борьбе.

Скоро мы начали собирать наших разбежавшихся женщин,детей и стариков,и узнали от них печальные подробности этого нападения,и наша ярость не имела пределов. Пять наших женщин и несколько детей теперь находились в руках солдат. Мы провели совет и поклялись взять в плен десять белых женщин и в два раза больше белых детей,чтобы отомстить смерти своих скво,и особенно Нуки.Ещё мы поклялись убивать всех белых женщин её возраста(ей было почти 18 лет) и вспарывать каждой из них животы. Некоторые наши воины немедленно собрались ехать к поселениям и приступить к выполнению нашей мести,но мы настолько были деморализованы сейчас,что нуждались в восстановлении наших сил и мы должны были переместиться в другую местность,прежде,чем начать мстить.

Когда мы уже довольно далеко ушли на равнины,к нам прибыл Куана Паркер и ещё четверо индейцев, которые стали уговаривать нас придти в резервацию,уверяя,что дикая жизнь индейцев подошла к концу. Куана сказал нам,что дальше сражаться бесполезно,что белые убьют нас всех,если мы продолжим борьбу,а если придём в резервацию,то Большой Белый Отец из Вашингтона станет нас кормить и даст нам дома,и тогда мы станем жить как белые люди, иметь много хорошего скота,лошадей,а также красивой одежды. Ещё он сказал,что белые люди нас окружили полностью,что они будут на нас наступать со всех сторон и нам лучше сдаться. Кто-то из наших смелых хотел тут же отправиться в резервацию форта Силл,другие не хотели этого,так,что начались споры и привидения доводов. Куана оставался с нами четыре дня, заверяя нас всё это время,что нас не накажут и не нанесут никакого другого вреда,если мы придём в форт Силл, и вообще всё будет хорошо. Наконец мы пришли к согласию, и когда Куана выступил в путь,мы находились рядом с ним.Некоторые из нас ехали с большой неохотой.В их число входил я сам,а также Хиспорти,Котопа,Исотема и Ватсакатова. В самом начале пути Куана выслал вперёд разведчиков,чтобы те уведомили солдат в форте Силл о нашем прибытии и,чтобы они предоставили нам защиту. Через несколько дней нам повсюду стали попадаться белые люди,но из-за того,что Куана хорошо говорил по-английски, проблем у нас не было.

Мы находились не далее пятнадцати миль от форта,когда увидели столб пыли и услышали скачущих нам навстречу солдат. Я ехал на чёрной кобыле,красивом и быстром животном,и развернув её, поскакал в сторону гор Вичита. Куана гнался за мной мили три или четыре,прежде,чем догнал. Он сказал мне,что не нужно бояться и,что мне не сделают больно.

Я всё же не хотел с ним идти, тогда он сказал,чтобы я ехал в его собственный лагерь и указал направление. Когда он въехал в толпу,то там уже были солдаты и они окружили моих товарищей. Все были разоружены и препровождены в форт Силл,где их разместили в месте,огороженном частоколом, и держали там в качестве пленников какое-то время. Следуя наставлениям Куаны,вскоре я увидел лагерь,в котором не было солдат. Моих товарищей обязали выполнять работы возле поста,а также заставляли заниматься земледелием,с которым они не были знакомы. Я остался с Куаной и пас его лошадей,иногда охотился,и вскоре в какой-то мере смирился со своим положением.

Через некоторое время своего пребывания в форте Силл,два наших индейца,Исотема и Ичито,охранявшие стадо скота,недоглядели за ним и несколько голов пропало. Они были наказаны за это рубкой дров. Это их окончательно вывело из равновесия и они решили бежать. Тогда один из них попросил у охранника табак, а другой в это время его ударил по голове топором. Тот упал и они забрали его винтовку с боеприпасами и бежали.

ГЛАВА 40. ПОПЫТКА МЕНЯ УБИТЬ.

Я совсем недолго пробыл в лагере Куаны Паркера, когда обнаружил, что в той же местности находится много апачей, которые также вошли под федеральный контроль, и среди них были кое-кто, в чьих сердцах попрежнему скрывался дух мщения. Я не сомневался, что они попытаются меня убить и поэтому был теперь постоянно настороже. Как-то уже в сумерках я возвращался с лошадьми с пастбища, когда неожиданно в меня выстрелили несколько раз. Было темно и я заметил с какой стороны были вспышки от выстрелов. Я свалился с лошади и замер. Раздался ещё выстрел и тут я приподнялся и опорожнил свой пистолет в трусов.

Через несколько секунд послышался чей-то стон. Тогда я побежал в лагерь Куаны и по пути миновал большой чёрный пень, который до этого никогда здесь не видел и поэтому подумал, что это наверное тот самый человек в которого я только-что застрелил. Когда я рассказал о случившемся Куане, то он немедля созвал своих людей и обнаружил отстутствие пятерых из них. Начались их поиски и вскоре они появились сами, неся раненого индейца. Они всячески оправдывались перед вождём, говоря, что хотели только попугать меня. Но в итоге им пришлось сознаться в злом умысле. Оказалось, что какие-то трусливые апачи наняли этих индейцев меня убить. У них была апачская лошадь и именно ей они с ними расплатились.

Через некоторое время после случившегося, я почувствовал сильное недомогание и подумал, что скоро умру. В лагере Куаны жил искусный знахарь по имени Жёлтый Волк. Он заварил большой пучок трав и дал мне выпить этой отвратительной смеси, а потом укутал меня припарками и заботливо выхаживал, пока я полностью не выздоровел. Бедный старый Жёлтый Волк. Он умер сколько-то лет тому назад от удушья, когда они с Куаной Паркером остановились в отеле форта Уэрт. Они надышались газом. Наутро Жёлтый Волк был уже мёртв, а Куана Паркер находился при смерти.

Как-то после моего выздоровления, Куана захотел,чтобы я пошёл вместе с ним на пост. Когда мы туда пришли, то солдаты окружили нас и стали называть меня «Чарли Росс», и пока мы там находились они меня только так и называли. Они хотели меня оставить у себя и их командир сказал Куане, что моя семья жива и меня нужно отправить к ней. Куана в свою очередь сообщил мне, что моя мать и мои родственники живы, и спросил, хочу ли я пойти к ним. Я ответил,что нет, так как индейцы мой народ и я не хочу возвращаться к белым. Тогда Куана мне сказал, что он должен оставить меня здесь на посту с солдатами. Я обиделся на него и сказал, что он поступает неправильно, оставляя с этими солдатами. Затем меня повели разговаривать через переводчика команча по имени Джонс, и он сказал мне, что я должен пойти к своим людям, и когда я ответил, что этого никогда не случится, он ответил, что они любыми путями возвратят меня моей семье. После такого дополнения, я приготовил свой лук, вставил стрелу в тетиву, и Джонс поспешил убраться из опасной зоны.

Куана придержал меня и сказал, что он пойдёт со мной и если увидит, что они меня приняли плохо, то мы вместе вернёмся в его вигвам. Я повернулся, собираясь в любом случае убить Джонса, но его и след простыл.

Когда мы возвратились с Куаной в лагерь, то много разговаривали с ним об этом деле, и наконец ему удалось убедить меня уйти. Как-то днём я пошёл на пост и остался там. Солдаты были добры ко мне, но это меня никак не успокаивало. Они отправили меня на другую сторону ручья к моим бывшим товарищам и только тогда я обрёл полное спокойствие.

Солдаты снабжали нас пайками и боеприпасами, но мы тосковали по свободе.

Один индеец предложил мне своровать каждому по скво и сбежать. Я пошёл и поговорил с одной девушкой насчёт этого, и она согласилась убежать со мной. Мы должны были встретиться этой ночью. Мой товарищ уговорил другую скво, выкрал двух лошадей и они ускакали. Моя избранница была тоже верна своему обещанию, забрала всё необходимое,что могла унести, и прождала меня всю ночь, почти до рассвета. Когда я уже почти добрался до места,где она была, солдаты меня заметили и бросились в погоню. Я бежал по краю высокого обрыва и свалился прямо в ручей.Почти обледеневший,я в итоге вернулся обратно в лагерь. Оказывается за мной наблюдало так много солдат,что у меня совсем не было шанса убежать.



Pages:     | 1 || 3 |



Похожие работы:

«УЧЕБНИКИ Информационные таможенные технологии Учебник. Часть 1 (гриф УМО) Ю.В. Малышенко, В.В. Федоров 432 с., переплет, 2012 г., ISBN 978-5-9590-0279-4 (ч. 1), ISBN 978-5-9590-0281-7...»

«Анатолий Никифорович Санжаровский Сатира, юмор (сборник) Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=13230599 Сатира, юмор (сборник): Книга по требованию; Москва; 2014 ISBN 978-5-519-02705-2, 978-5-519-02616-1 Аннотация В одиннадцатый том Собрания сочинений в шестнадцати томах московский пис...»

«Н. Н. Савицкая Российский государственный профессионально-педагогический университет РАЗВИТИЕ РЕГИСТРАЦИИ ДОКУМЕНТОВ В РОССИИ В XVI – НАЧАЛЕ XX вв. Регистрация, т. е. присвоение документу регистрационного номера и внесение данных о документе в регистрационно-учетную форму1, является одним из важнейших этапов организации работы с доку...»

«Информация начальника управления по организации деятельности мировых судей Тамбовской области А.В. Игнатова на конференцию судей Тамбовской области 26 февраля 2015 года об организации деятельности мировых судей Тамбовской области в 2014...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ АДВОКАТУРЫ И НОТАРИАТА А. А. Власов Судебная адвокатура Учебное пособие для магистров 2-е издание, переработанное и дополненное Под общей редакцией ректора Российской академии адвокатуры и нотариата, президента Гильдии российских адвокатов Г. Б. Мирзоева Рекомендовано Министерством образования и науки Российской Федерац...»

«Приложение к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 11 января 2011 г. N 1н ЕДИНЫЙ КВАЛИФИКАЦИОННЫЙ СПРАВОЧНИК ДОЛЖНОСТЕЙ РУКОВОДИТЕЛЕЙ, СПЕЦИАЛИСТОВ И СЛУЖАЩИХ Р...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФГБОУ ВПО "Кемеровский государственный университет" Новокузнецкий институт (филиал) Факультет ЮРИДИЧЕСКИЙ РАБОЧАЯ ПРОГРАММА ДИСЦИПЛИНЫ Безопасность труда (ОПД.В.9) ( код и название дисциплины по рабочему учебному плану) д...»

«О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров Архивная версия Закон Республики Казахстан от 26 июля 1999 года N 456 ОГЛАВЛЕНИЕ Настоящий Закон регулирует отношения, возникающие в связи с регистрацией, правовой охраной и использованием това...»

«Приглашение № ИК-1/2017 от 10 апреля 2017 г. (с измен. от 25.04.2017 г) ПРИГЛАШЕНИЕ1 №ИК-1/2017 от 10 апреля 2017 г. с изменениями от 25.04.2017 г. на участие в Отборе на право временного владения и пользования частью имущественного комплекса международного медицинского...»

«Светлана Александровна Хворостухина Стильная бижутерия своими руками. Бусы, браслеты, серьги, пояса, ободки и заколки Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=...»

«Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь, 16.08.2014, 7/2764 ПРИКАЗ ВЫСШЕЙ АТТЕСТАЦИОННОЙ КОМИССИИ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ 3 мая 2014 г. № 119 О программах-минимум кандидатских экзаменов по специальным дисциплинам В соответствии с пунктом 3 статьи 227 Кодекса Республики Беларусь об образ...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ ЮРИДИЧЕСКИХ НАУК Н А У Ч Н Ы Е Выпуск 13 Том 2 ТРУДЫ МОСКВА УДК 34(061.2) ББК 67 Н 34 Н 34 Научные труды. Российская академия юридических наук. Выпуск 13 : в 2 т. Т. 2. — М. : ООО "Издательство "Юрист...»

«Ображиев Константин Викторович СИСТЕМА ФОРМАЛЬНЫХ (ЮРИДИЧЕСКИХ) ИСТОЧНИКОВ РОССИЙСКОГО УГОЛОВНОГО ПРАВА Специальность 12.00.08 – "Уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право" ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени доктора юридических наук Научный консультант: доктор юридических наук, профессор Яцеленко...»

«Powered by TCPDF (www.tcpdf.org) 1. ПАСПОРТ ПРОГРАММЫ ДИСЦИПЛИНЫ ОП.02 ПРАВОВОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ 1.1. Область применения программы Рабочая программа учебной дисциплины является частью программы подготовки...»

«ОЗЦ-03-2017 Поставка жилетов рабочих для персонала Протокол заседания Закупочной комиссии по оценке Заявок и выбору Победителя № ОЗЦ 03 – 2 " 05 " апреля 2017 года 11:00 мск г. Санкт-Петербург ПРЕДМЕТ ОТКРЫТОГО ЗАПРО...»

«Терри Пратчетт Дело табак Серия "Плоский мир" Серия "Городская Стража", книга 9 Текст предоставлен правообладателем. http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8271856 Пратчетт, Терри. Дело табак: Эксмо; Москва; 2014 ISBN 978-5-699-74329-2 Аннотация...»

«Министерство внутренних дел Российской Федерации Санкт-Петербургский университет УТВЕРЖДЕНА Начальник Санкт-Петербургского университета МВД России генерал-лейтенант полиции В.А. Кудин "" 2014 г. Кафедра уголовного процесса УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС Программа вступительных и...»

«8/10155 12.11.2003 48 РАЗДЕЛ ВОСЬ МОЙ ПРА ВО ВЫЕ АК ТЫ НА ЦИ О НА ЛЬ НО ГО БАН КА, МИНИСТЕРСТВ, ИНЫХ РЕС ПУБ ЛИ КАН СКИХ ОР ГА НОВ ГОСУДАРСТВЕННОГОУПРАВЛЕНИЯ ПО СТА НОВ ЛЕ НИЕ ГО СУ ДАР СТ ВЕН НО ГО ТА МО ЖЕН НО ГО КО МИ ТЕ ТА РЕС ПУБ ЛИ К...»

«Выпуск 7.2 программного обеспечения MSE действительный гид конфигурации и развертывания прибора Содержание Введение Предпосылки Требования Используемые компоненты Соглашения Справочная информация Системные требования Управленческое программное обеспечение и VMware лицензирование Потребн...»

«Фармацевтическая и медицинская промышленность Российской Федерации ДАЙДЖЕСТ ЗА 2014 ГОД Подготовлено для Министерства промышленности и торговли Российской Федерации Оглавление ПУТИН ВЛАДИМИР ВЛАДИМИРОВИЧ В России ввели уголовную ответственность за сбыт фальшивых лекарств. 7 Президент России Влади...»

«ПРАВИЛА СТРАХОВАНИЯ ЗДОРОВЬЯ ВЪЕЗЖАЮЩИХ В ЛАТВИЙСКУЮ РЕСПУБЛИКУ И ТЕРРИТОРИЮ СТРАН ШЕНГЕНА Nr. 9E-LV (Утверждены заседанием правления „Baltikums Vienna Insurance Group” AAS 02. март 2016 года...»

«САХА ©РОСПУУБУЛУКЭТЭ РЕСПУБЛИКА САХА (ЯКУТИЯ) "НЕРЮ НГРИ ОРОЙУОНА" МУНИЦИПАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ МУНИЦИПАЛЬНАЙ ТЭРИЛЛИИ "НЕРЮ НГРИНКИЙ РАЙОН" НЕРЮНГРИ ОРОИУОНУН НЕРЮНГРИНСКАЯ ДЬАЬАЛТАТА РАЙОННАЯ АДМИНИСТРАЦИЯ УУРААХ ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 2^ " от " _ 20 г. Об утвержден...»

«Извлечения из законодательных и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы, регулирующие деятельность по предоставлению государственной услуги по информированию о положен...»

«Фбразовательное частное учреждение вь1с1пего образо вания м в ждунА Р однь1й го Р у1ду1ч|, ский ин с титут Аспирантура Ё.А.[ильцов пРогРАммА вступитвльного эк3АмвнА АспиРАнтуРу в по ФилосоФия дисциплинв...»

«Метод управления нормативно справочной информацией (НСИ) в автономных информационных системах А.М. Бородин, С.Г. Мирвода, С.В. Поршнев 1. Введение Одной из основных задач любого предприятия, для решения кот...»

«Иван Иванович Любенко Супостат Серия "Клим Ардашев", книга 8 Текст предоставлен правообладателем. http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8891328 Любенко, Иван Иванович. Супостат: Эксмо; Москва; 2015 ISBN 978-5-699-78006-8 Аннотация Петроград, февраль 1915 года. Клим Пантелеевич Ардашев, статский советник МИДа, узнает о...»

«Теоретические, организационные, учебно-методические и правовые проблемы информатизации и информационной безопасности О СОВРЕМЕННОМ СОСТОЯНИИ ИНФОРМАТИЗАЦИИ ОРГАНОВ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ И ПЕРСПЕКТИВАХ РАЗВИТИЯ ИНФОРМАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ ДО 2015 ГОДА Д.ю.н, профессор. М.Л. Тюркин (начальник Департамента и...»

«GABD-000131 Ред. 001 OfficeServ 7200 Руководство по программированию OfficeServ 7200 Programming Guide АВТОРСКОЕ ПРАВО Данное руководство является собственностью SAMSUNG Electronics Co., Ltd. и защищено законом об авторском праве. Никакая информация, содержащаяся в дан...»








 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.