WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 
s

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

«Современное общество и право Современное общество и право Учредитель – федеральное государственное бюджетное Научно–практический журнал Образовательное учреждение высшего ...»

-- [ Страница 2 ] --

21. Шебанов А.Ф. Система отраслей законодательства: основания построения // Правоведение. 1976.

№4. С. 15 - 25.

22. Ямпольская Ц.А. Система советского права и перспективы ее развития // Советское государство и право. 1982. № 6. С. 94 - 97.

Тонков Евгений Евгеньевич Белгородский государственный национальный исследовательский университет Доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист РФ Директор Юридического института НИУ «БелГУ»

308015, г. Белгород, Победы, 85 Тел.: (4722) 30-12-26 E-mail: ETonkov@bsu.edu.ru _______________________________________________________________________№ 4 (21) 2015 Современное общество и право Синенко Владимир Сергеевич Белгородский государственный национальный исследовательский университет Кандидат юридических наук, доцент Заведующий кафедрой трудового и предпринимательского права Юридического института НИУ «БелГУ»

308015, г. Белгород, ул. Победы, 85 Тел.: (4722) 30-12-26 E-mail: sinenko@ bsu.edu.ru

–  –  –

The article is devoted to problems of formation and structure of the Russian system of law. The article presents the author's view on the relationship of the system of law and the system of legislative.

Substantiates the absence of the need for the formation of specific complex branches of law.

Keywords: system of law, system of legislation, subject and method of branch of law, complex branch of law, formation of branches of law.

BIBLIOGRAPHY

1. Azmi D.M. Sistema prava i ee stroenie: metodologicheskie podkhody i resheniya. M.: Yustitsinform, 2014.

392 s.

2. Aleksandrov N.G. O meste trudovogo i kolkhoznogo prava v sisteme sovetskogo sotsialisticheskogo prava // Sovetskoe gosudarstvo i pravo. 1958. №6. S. 117 - 123.

3. Alekseev S.S. Struktura sovetskogo prava. M.: Yuridicheskaya literatura, 1975. 264 s.

4. Andreev V.K. K razrabotke novoy redaktsii chasti pervoy GK RF // Khozyaystvo i pravo. 2008. № 10. S.

50 - 55.

5. Golovina A.A. Kriterii obrazovaniya samostoyatel'nykh otrasley v sisteme rossiyskogo prava. Av-toref. dis.

… k.yu.n. M., 2012. 34 s.

6. Ershov V.V., Ashmarina E.M., Kornev V.N. Ekonomicheskoe pravo kak megaotrasl' rossiyskogo pra-va:

ego predmet i sistema // Gosudarstvo i pravo. 2015. № 7. S. 5-16.

7. Ivannikov I.A. Aktual'nye problemy razvitiya otrasley rossiyskogo prava // Nauka i obrazova-nie: khozyaystvo i ekonomika; predprinimatel'stvo; pravo i upravlenie [Elektronnyy resurs] – Rezhim dostu-pa:

http://www.journal-nio.com/index.php?option=com_content&view=article&id= 149%3Apubl&catid=38&Itemid=77

8. Kovalenko A.Yu. Kompleksnye otrasli prava na sovremennom etape razvitiya sistemy rossiyskogo prava [Elektronnyy resurs] – Rezhim dostupa: http://eizvestia.isea.ru/reader/article.aspx?id=18433

9. Krasavchikov O.A. Sistema prava i sistema zakonodatel'stva: grazhdansko-pravovoy aspekt // Pravovedenie. 1975. №2. S. 62 - 71.

10. Livshits R.Z. Otrasl' prava – otrasl' zakonodatel'stva // Sovetskoe gosudarstvo i pravo. 1984. № 1. S. 26 Mavrin S.P. O roli metoda pravovogo regulirovaniya v strukturirovanii i razvitii pozitivnogo prava // Pravovedenie. 2003. № 1. S. 205 - 216.

12. Mitskevich A.V. Sootnoshenie sistemy sovetskogo prava s sistemoy sovetskogo zakonodatel'stva // Uchenye zapiski VNIISZ. 1967. Vyp. 11. S. 3 – 24.





13. Mozolin V.P. Sistema rossiyskogo prava (doklad na vserossiyskoy konferentsii 14 noyabrya 2001 g.) // Gosudarstvo i pravo. 2003. №1. S. 107 - 113.

14. Petrov D.E. Differentsiatsiya i integratsiya strukturnykh obrazovaniy sistemy rossiyskogo prava. Dis. … d.yu.n. Saratov, 2015. 505 s.

№4 (21) 2015 _______________________________________________________________________ 33 Теория и история государства и права

15. Polenina S.V. Kompleksnye pravovye instituty i stanovlenie novykh otrasley prava // Pravove-denie. 1975.

№ 3. S. 71 - 79.

16. Popondopulo V.F. Sistema obshchestvennykh otnosheniy i ikh pravovye formy (k voprosu o sisteme prava) // Pravovedenie. 2002. №4. S. 78 -101.

17. Raykher V.K. Obshchestvenno-istoricheskie tipy strakhovaniya. M. -L., 1947. 282 s.

18. Syrykh V.M. Metodologiya yuridicheskoy nauki: sostoyanie, problemy, osnovnye napravleniya dal'neyshego razvitiya // Metodologiya yuridicheskoy nauki: sostoyanie, problemy, perspektivy: Sb. st. Vyp. 1 / Pod red.

M.N. Marchenko. M., 2005.

19. Filosofskiy entsiklopedicheskiy slovar'. M.: Sovetskaya entsiklopediya, 1983. 840 s.

20. Khalfina R.O. Obshchee uchenie o pravootnoshenii. M.: Yuridicheskaya literatura, 1974. 348 s.

21. Shebanov A.F. Sistema otrasley zakonodatel'stva: osnovaniya postroeniya // Pravovedenie. 1976. №4. S. 15

- 25.

22. Yampol'skaya Ts.A. Sistema sovetskogo prava i perspektivy ee razvitiya // Sovetskoe gosudarstvo i pravo.

1982. № 6. S. 94 - 97.

Tonkov Evgeniy Evgen’evich Belgorod National Research University Doctor of legal Sciences, Professor Director of the Law Institute 308015, Belgorod, Pobedy, 85 Теl.: (4722) 30-12-26 E-mail: ETonkov@bsu.edu.ru Sinenko Vladimir Sergeevich Belgorod National Research University Candidate of legal Sciences, Associate Professor Head of Department of Labour and Entrepreneurial Law 308015, Belgorod, Pobedy, 85 Теl.: (4722) 30-12-26 E-mail: sinenko@ bsu.edu.ru

–  –  –

УДК 340.1 С.А. БЕЛОУСОВ

НАУЧНАЯ АБСТРАКЦИЯ «ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫЙ ДИСБАЛАНС»

В ПОНЯТИЙНЫХ РЯДАХ ОБЩЕЙ ТЕОРИИ ПРАВА

В статье обосновывается актуальность исследования вопросов дисбаланса в системе российского законодательства, его соотношения со смежными понятиями юриспруденции.

Отмечается тот факт, что в научном познании феномена разбалансированности системы законодательства используется целый ряд терминологических конструкций и понятий, которые зачастую не увязаны между собой в единую понятийную систему. Раскрывается взаимосвязь законодательного дисбаланса с такими дефектами нормативно-правовой материи, как коллизии в правовом регулировании, противоречия в праве, несогласованность нормативных предписаний, асимметрия правового статуса и рядом других. Дается анализ соотношения понятий «коллизия в праве» и «законодательный дисбаланс». Подчеркивается, что категория юридической коллизии не покрывает своим объемом всех форм и видов законодательного дисбаланса, не объясняет его конструктивных, созидательных последствий, не нацелена на раскрытие действительной многофакторной модели детерминации состояния разбалансированности законодательства и его постоянного присутствия в системе нормативно-правовых актов. Обосновывается перспективность теоретического построения модели законодательного дисбаланса на основе именно системного подхода. Предлагается авторская дефиниция понятия законодательного дисбаланса в России.

Ключевые слова: система российского законодательства, дефекты нормативного правового акта, коллизия в правовом акте.

Нарастающий темп социальных преобразований в мире, вызывает к жизни такие явления как социальные дисбалансы. Неустойчивость общественного развития по многим сферам продуцирует в качестве ответной меры механизм ускоренной адаптации государственно-правовой надстройки к быстроменяющимся общественным отношениям в целях их должного упорядочения. Современная тенденция развития российского законодательства, соответственно, – это нарастание темпа вносимых в него новелл и изменений. Данную тенденцию, ее наличие подтверждает практика государственноправового строительства в России. Система законодательства в настоящих условиях должна обладать свойством повышенной адаптивности, но не быть излишне неустойчивой и нестабильной. Поиск баланса между двумя данными тенденциями необходим, в том числе, и в теории права. Преобладание одной из тенденций приводит зачастую к разбалансированности всей системы законодательства. Представляется, что юриспруденция не должна стать исключением в деле изучения вопросов разбалансированности и баланса собственного объекта исследования, проигнорировав потребность в формировании таких категорий, как дисбаланс правовой системы, дисбаланс системы права и системы законодательства, дисбаланс правосознания и правовой культуры и т.п.

Совершенно очевидно, что в настоящий момент российское общество и государство переживают весьма непростые времена в общемировом пространстве. Накал во внешнеполитической и внешнеэкономической сфере взаимоотношений нашей страны с целым рядом государств, многие из которых занимают доминирующее положении на международном олимпе, стал одной первостепенных причин существенного внешнеторгового дисбаланса российской экономики, а также ее внутренней разбалансированности. Отдельные кризисные явления политического и экономического характера постепенно приобретают ощутимый системный характер, что требует от России существенной и быстрой мобилизации всех ее ресурсов – от экономических, правовых, социальных вплоть до научных, включая проведение комплекса специальных научных изысканий, направленных на поиск выхода из сложившейся неординарной ситуации.

Экономический и политический дисбаланс в существенной мере повысили уровень угрозы до критических значений для системы российского законодательства, состояние №4 (21) 2015 _______________________________________________________________________ 35 Теория и история государства и права которого становится все более и более неустойчивым, нестабильным по целому ряду направлений. В первую очередь, кризис затрагивает все моменты соприкосновения системы российского законодательства и международного права. Все острее и чаще звучат призывы к фактически полной «независимости», обособленности внутринациональной правовой системы от международно-правовых норм, к игнорированию важнейших международных договоренностей России с другими государствами, что обосновывается давлением на нее со стороны Запада в виде разнообразных санкций, попытками нарушения геополитического баланса в регионе и т.д.

В целом сложившаяся кризисная ситуация угрожает дисбалансом также внутриструктурным подсистемам и элементам российского законодательства.

Разбалансированность российской экономики выходит на более опасный уровень в виду отмеченных обстоятельств, что уже сейчас детерминирует не всегда последовательную правотворческую политику государства в области налогообложения, бюджетных обязательств, стимулирования экономической активности, административного управления, взаимодействия с институтами гражданского общества. При этом ряд законодательных новелл принимается поспешно, необдуманно, без какого-либо предварительного обсуждения. Если допустить еще и ситуацию критического законодательного дисбаланса и состояния повышенной неустойчивости правопорядка, то высока вероятность установления системной социальной нестабильности, чего допустить ни в коем случае нельзя.

Следовательно, триада «внешнеполитический дисбаланс – экономический дисбаланс – законодательный дисбаланс» должна стать в ближайшей перспективе одним из важнейших объектов научных изысканий в политологии, экономической теории, юриспруденции и социологии. Отыскание общих закономерностей их взаимного усиления, кооперативного негативного действия представляется жизненно необходимым для обеспечения и защиты поступательного развития российского общества.

В оценке состояния разбалансированности как самого законодательства, так и правовых явлений, сопровождающих процессы внесения в него изменений, принятия новых нормативных правовых актов, толкования и реализации его норм на практике, в юридической литературе используется ряд терминологических конструкций и понятий, порой не увязанных между собой в единую понятийную систему. В числе последних исследователи оперируют терминами – «асимметрия правил»1, «асимметрия конституционно-правового статуса»2, «дисбаланс статей»3, «дисбаланс системы уголовноправовых запретов»4, «дисгармония»5, «противоречия законодательства»6, «понятийные Балакшин В. Асимметрия» правил оценки допустимости доказательств // Законность. 2007. № 3. С.Г. К вопросу о соблюдении принципа равенства в условиях системы уголовно-правовых норм гендерной асимметрии // Уголовное судопроизводство. 2009. № 3.

Соловьева Е.А. Договоры о разграничении предметов ведения и полномочий между Российской Федерацией и ее субъектами как черта асимметрии конституционно-правового статуса субъектов Российской Федерации // Современное право. 2006. № 7.

Тасалов Ф.А. УК гуманизируется, дисбаланс остается // ЭЖ-Юрист. 2011. № 26. Тур И.А., Стельмах А.В.

Проблема нарушения баланса прав и интересов должника и взыскателя на стадии исполнения судебных актов // Арбитражные споры. 2011. № 1. (53). Ярошенко Н.И. Дисбаланс статей 125 - 127 Конституции Российской Федерации // Современное право. 2011. № 3.

Борков В.Н. Закономерности формирования и дисбаланс системы уголовно-правовых запретов на совершение должностных преступлений // Административное и муниципальное право. 2008. № 3.

Певницкий С.Г. Государство, налоги и собственность: баланс или дисгармония // Налоги (газета). 2006. № 7.

Александров А. Подход к преодолению противоречия в законе, регламентирующего заключение и реализацию досудебного соглашения о сотрудничестве по уголовному делу // Уголовное право. 2011. № 1. Бляхман Б.Я. О некоторых противоречиях норм трудового права и интересов населения // Трудовое право. 2007. № 11.

Борисова Н.К. О некоторых противоречиях в сфере гражданско-правового регулирования отношений при патентовании изобретений в Российской Федерации // Юрист. 2011. № 8. Быстров Г.Е. Противоречия Лесного кодекса РФ и новая концепция правового регулирования лесных отношений // Экологическое право. 2007. № 5.

Гаврилюк Р.В. О противоречиях в нормативном регулировании юридической и компенсационной составляющих института реабилитации в российском уголовном процессе // Юридический мир. Общероссийский научнопрактический правовой журнал. 2007. № 6.

_______________________________________________________________________№ 4 (21) 2015 Современное общество и право противоречия законодательства»7, «коллизии правового регулирования»8, «противоречия нормативных правовых актов»9, «несогласованность норм права»10 «диспропорция отношений»11 и др.

Достоинством работ, посвященных рассмотрению отдельных изъянов, дефектов, противоречий в системе нормативно-правовых актов является аналитический подход и детальный разбор конкретной проблемной ситуации. Однако накопленный материал в юриспруденции по отдельным моментам противоречивости, пробельности, несогласованности российского законодательства по-прежнему не получает надлежащего синтеза знания в направлении исследования состояний накопления определенных типов дефектов нормативно-правовой материи, характеризующихся некоторыми чертами системности, постоянства и трансформирующихся в те или иные формы законодательного дисбаланса. Кроме того, сами термины «асимметрия», «диспропорция», «несогласованность», «дисгармония» и некоторые другие не получают надлежащей теоретической обработки, формирования на их основе устойчивых понятийных конструкций, способных в общем учении о законодательстве в системном виде отражать сложные формы его разбалансированности.

Обратим внимание и на тот факт, что понятие «противоречие» по отношению к законодательству используется не в философском и общенаучном значении, а как фактически синоним категории «коллизия в праве», что существенно обедняет теоретикометодологический потенциал рассматриваемой понятийной модели.

Проблема коллизий в праве и в системе законодательстве как форме его выражения, безусловно, весьма актуальна и достаточно обстоятельно исследована в юриспруденции как на общетеоретическом, так и отраслевом уровне. Однако коллизии в праве не исчерпывают всех форм и типов проявления законодательного дисбаланса. По ряду параметров эта категория изначально не учитывает отправные постулаты общей теории систем, синергетики и кибернетики об имманентном присутствии на всем протяжении становления, функционирования и развитии сложной системы состояний ее неустойчивости, неравновесности и дисбаланса. В целом же категория «коллизия в праве», ее широко распространенный аналог в виде «противоречия законодательства» (в узко юридическом, а не философском понимании) выполняют важную аналитическую часть работы по исследованию дисбаланса в системе законодательства, но по ряду объективных и субъективных причин не в состоянии раскрыть всех системных вопросов состояния разбалансированности нормативно-правовой материи, не покрывают своим объемом всех его форм и видов, не объясняют конструктивных, созидательных последствий дисбаланса, не раскрывают действительной многофакторной модели его детерминации и постоянного присутствия в системе нормативно-правовых актов.

В общей теории законодательства для дальнейшего более углубленного изучения состояний и процессов устойчивого и неустойчивого, симметричного и ассиметричного, пропорционального и непропорционального, дефектного и нормального, равного и Власов А.А., Наумычева А.В. К вопросу о понятийных противоречиях в российском законодательстве о лицензировании // Современное право. 2001. № 8. Сергеев Д.Б. Термины «местное самоуправление», «органы местного самоуправления» и «муниципальное образование»: противоречия при использовании в понятийном аппарате российского права // Современное право. 2010. № 6.

Павлова М. Гражданское и административное судопроизводство: коллизии правового регулирования // Арбитражный и гражданский процесс. 2009. № 10.

Фархуллина Н.Н. К вопросу о противоречии федеральному и региональному законодательству муниципальных нормативных правовых актов субъектов РФ (практический аспект) // Конституционное и муниципальное право. 2010. № 2.

Женетль С.З. Несогласованность некоторых норм в новых законах // Арбитражный и гражданский процесс. // 2003. № 9. Липинский Д.А. Несогласованность Кодекса об административных правонарушениях // Юрист.

2003. № 7. Малкин О.Ю. Коллизионное регулирование наследственных отношений: несогласованность подходов // Наследственное право. 2007. № 1.

. Собянин С.С. Формирование правовых механизмов преодоления диспропорций регионального развития как этап совершенствования федеративных отношений в России // Право и политика. 2007. № 1.

№4 (21) 2015 _______________________________________________________________________ 37 Теория и история государства и права неравного в нормативно-правовой материи наиболее оптимальным представляется внедрение в познавательный процесс категорий «законодательный дисбаланс» и «законодательный баланс». Синтезирующий аспект в формировании понятия «законодательный дисбаланс» особо выделяет И.Н. Сенякин12. В настоящий момент для развития учения о законодательстве данная категориальная пара может выполнить весьма важную интегрирующую функцию, соединив в себе целый ряд диалектически связанных процессов, тенденций и явлений, в обязательном порядке характеризующих весь динамизм происходящих с ним трансформаций.

Не претендуя на завершенность и окончательность определения, предлагаем понимать под законодательным дисбалансом объективно обусловленный, детерминированный уровнем и условиями общественного развития, имманентно присущий законодательству динамичный процесс, выражающийся либо в несогласованности, несоответствии образующих его структуру и содержание элементов (подсистем) либо в неравновесии, неравнозначности используемых им средств, а также в диспропорции между тенденциями законодательства к устойчивости и стремлением к стабильности, специализацией и унификацией нормативноправовой материи, в каждом из перечисленных случаев создающий препятствия в правовом урегулировании общественных отношений, что в совокупности при достижении им критических значений неравновесия в законодательстве существенно снижает потенциал поступательного развития всей правовой системы.

Отдельные же дефекты законодательства в статике (коллизии, избыточность нормативно-правовых предписаний и др.) характеризуют уровень его разбалансированности, являются по своей природе следствием дисбаланса в его системе, служат предупреждающим сигналом для исследователей и юристов-практиков о наличии законодательного дисбаланса.

Однако причинно-следственная связь в данном случае имеет двусторонний, разнонаправленный характер. В свою очередь, накапливаемые в системе нормативноправовых актов дефекты по цепной реакции могут вывести проблему разбалансированности законодательства на более сложный уровень, трансформируя дисбаланс, например, из внутриотраслевого в межотраслевой.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Балакшин В. Асимметрия» правил оценки допустимости доказательств // Законность. 2007. № 3. С.

2 – 5.

2. Дзиконская С.Г. К вопросу о соблюдении принципа равенства в условиях системы уголовноправовых норм гендерной асимметрии // Уголовное судопроизводство. 2009. № 3. С. 7 – 10.

3. Соловьева Е.А. Договоры о разграничении предметов ведения и полномочий между Российской Федерацией и ее субъектами как черта асимметрии конституционно-правового статуса субъектов Российской Федерации // Современное право. 2006. № 7. С. 28 – 31.

4. Тасалов Ф.А. УК гуманизируется, дисбаланс остается // ЭЖ-Юрист. 2011. № 26. С. 1 – 3.

5. Тур И.А., Стельмах А.В. Проблема нарушения баланса прав и интересов должника и взыскателя на стадии исполнения судебных актов // Арбитражные споры. 2011. № 1. (53). С. 140-150.

6. Ярошенко Н.И. Дисбаланс статей 125 - 127 Конституции Российской Федерации // Современное право. 2011. № 3. С. 34-38.

7. Борков В.Н. Закономерности формирования и дисбаланс системы уголовно-правовых запретов на совершение должностных преступлений // Административное и муниципальное право. 2008. № 3. С. 9 – 15.

8. Певницкий С.Г. Государство, налоги и собственность: баланс или дисгармония // Налоги (газета).

2006. № 7. С. 12 – 18.

9. Александров А. Подход к преодолению противоречия в законе, регламентирующего заключение и реализацию досудебного соглашения о сотрудничестве по уголовному делу // Уголовное право. 2011. № 1. С. 54

– 57.

Законодательный дисбаланс / И.Н. Сенякин, А.А. Фомин, А.А. Никитин и др. / Под ред. И.Н. Сенякина. Саратов: Изд-во ФГБОУ ВПО «СГЮА», 2013.

_______________________________________________________________________№ 4 (21) 2015 Современное общество и право

10. Бляхман Б.Я. О некоторых противоречиях норм трудового права и интересов населения // Трудовое право. 2007. № 11. С. 46 – 53

11. Фархуллина Н.Н. К вопросу о противоречии федеральному и региональному законодательству муниципальных нормативных правовых актов субъектов РФ (практический аспект) // Конституционное и муниципальное право. 2010. № 2. С. 73 – 76.

12. Женетль С.З. Несогласованность некоторых норм в новых законах // Арбитражный и гражданский процесс. // 2003. № 9. С. 42 – 44.

13. Липинский Д.А. Несогласованность Кодекса об административных правонарушениях // Юрист.

2003. № 7. С. 30 – 33.

14. 29. Малкин О.Ю. Коллизионное регулирование наследственных отношений: несогласованность подходов // Наследственное право. 2007. № 1. С. 40 – 43.

15. Собянин С.С. Формирование правовых механизмов преодоления диспропорций регионального развития как этап совершенствования федеративных отношений в России // Право и политика. 2007. № 1. С. 46 – 52.

16. Законодательный дисбаланс / И.Н. Сенякин, А.А. Фомин, А.А. Никитин и др. / Под ред. И.Н. Сенякина. Саратов: Изд-во ФГБОУ ВПО «СГЮА», 2013. 720 с.

Белоусов Сергей Александрович ФГБОУ ВПО «Саратовская государственная юридическая академия»

Кандидат юридических наук Доцент кафедры теории государства и права 410056, г. Саратов, ул. Чернышевского, 104 Тел.: (8452) 29-90-03) E-mail: sbelousov@ssla.ru

S.A. BELOUSOV

SCIENTIFIC ABSTRACTION «LEGISLATIVE IMBALANCE»

IN THE CONCEPTUAL ROWS OF THE GENERAL THEORY OF LAW

The article substantiates the relevance of research questions the imbalances in the system of Russian legislation, its correlation with related concepts of jurisprudence. There is the fact that in scientific knowledge of the phenomenon of imbalance of the legal system uses a range of terminology designs and concepts that are often not linked together into a single conceptual system. Reveals the relationship of the legislative imbalance defects such legal matter, as a conflict in legal regulation and contradictions in the law, inconsistency of regulations, the asymmetry of legal status and a number of other. The analysis of the relationship between the concepts «conflict in the law» and «regulatory imbalance». It is emphasized that the category of legal conflict does not cover their scope all forms and types legislative imbalance does not explain its constructive effects, not aimed at the disclosure of valid multi-factor model determining the state of imbalance law and its constant presence in the system of legal acts. Substantiates the theoretical prospects of building a model of legislative imbalance based on system approach. The author offers a definition of the notion of legislative imbalance in Russia.

Keywords: Russian legislation, the defects of a regulatory legal act, a conflict in legal regulation, balance and imbalance in the legislation.

BIBLIOGRAPHY

1. Balakshin V. Asimmetriya» pravil otsenki dopustimosti dokazatel'stv // Zakonnost'. 2007. № 3. S. 2 – 5.

2. Dzikonskaya S.G. K voprosu o soblyudenii printsipa ravenstva v usloviyakh sistemy ugolovno-pravovykh norm gendernoy asimmetrii // Ugolovnoe sudoproizvodstvo. 2009. № 3. S. 7 – 10.

3. Solov'eva E.A. Dogovory o razgranichenii predmetov vedeniya i polnomochiy mezhdu Rossiyskoy Federatsiey i ee sub"ektami kak cherta asimmetrii konstitutsionno-pravovogo statusa sub"ektov Rossiyskoy Federatsii // Sovremennoe pravo. 2006. № 7. S. 28 – 31.

4. Tasalov F.A. UK gumaniziruetsya, disbalans ostaetsya // EZh-Yurist. 2011. № 26. S. 1 – 3.

5. Tur I.A., Stel'makh A.V. Problema narusheniya balansa prav i interesov dolzhnika i vzyskatelya na stadii ispolneniya sudebnykh aktov // Arbitrazhnye spory. 2011. № 1. (53). S. 140-150.

№4 (21) 2015 _______________________________________________________________________ 39 Теория и история государства и права

6. Yaroshenko N.I. Disbalans statey 125 - 127 Konstitutsii Rossiyskoy Federatsii // Sovremennoe pravo.

2011. № 3. S. 34-38.

7. Borkov V.N. Zakonomernosti formirovaniya i disbalans sistemy ugolovno-pravovykh zapretov na sovershenie dolzhnostnykh prestupleniy // Administrativnoe i munitsipal'noe pravo. 2008. № 3. S. 9 – 15.

8. Pevnitskiy S.G. Gosudarstvo, nalogi i sobstvennost': balans ili disgarmoniya // Nalogi (gazeta). 2006. № 7.

S. 12 – 18.

9. Aleksandrov A. Podkhod k preodoleniyu protivorechiya v zakone, reglamentiruyushchego zaklyuchenie i realizatsiyu dosudebnogo soglasheniya o sotrudnichestve po ugolovnomu delu // Ugolovnoe pravo. 2011. № 1. S. 54 – 57.

10. Blyakhman B.Ya. O nekotorykh protivorechiyakh norm trudovogo prava i interesov naseleniya // Trudovoe pravo. 2007. № 11. S. 46 – 53

11. Farkhullina N.N. K voprosu o protivorechii federal'nomu i regional'nomu zakonodatel'stvu munitsipal'nykh normativnykh pravovykh aktov sub"ektov RF (prakticheskiy aspekt) // Konstitutsionnoe i munitsipal'noe pravo. 2010.

№ 2. S. 73 – 76.

12. Zhenetl' S.Z. Nesoglasovannost' nekotorykh norm v novykh zakonakh // Arbitrazhnyy i grazhdanskiy protsess. // 2003. № 9. S. 42 – 44.

13. Lipinskiy D.A. Nesoglasovannost' Kodeksa ob administrativnykh pravonarusheniyakh // Yurist. 2003. № 7.

S. 30 – 33.

14. 29. Malkin O.Yu. Kollizionnoe regulirovanie nasledstvennykh otnosheniy: nesoglasovannost' podkhodov // Nasledstvennoe pravo. 2007. № 1. S. 40 – 43.

15. Sobyanin S.S. Formirovanie pravovykh mekhanizmov preodoleniya disproportsiy regional'nogo razvitiya kak etap sovershenstvovaniya federativnykh otnosheniy v Rossii // Pravo i politika. 2007. № 1. S. 46 – 52.

16. Zakonodatel'nyy disbalans / I.N. Senyakin, A.A. Fomin, A.A. Nikitin i dr. / Pod red. I.N. Senyakina. Saratov: Izd-vo FGBOU VPO «SGYuA», 2013. 720 s.

Belousov Sergey Aleksandrovich Saratov State Law Academy Candidate of Laws, Associate Professor Associate professor of the department of the theory of state and law of 410056, Saratov, Chernyshevskogo, 104 Теl.: (8452) 29-90-03 E-mail: sbelousov@ssla.ru

–  –  –

УДК 340 И.П. КОЖОКАРЬ

ЮРИДИЧЕСКИЕ ФАКТЫ, ВЛЕКУЩИЕ ВОЗНИКНОВЕНИЕ

ОБЯЗАТЕЛЬСТВ: ПРОБЛЕМЫ ДЕФЕКТНОСТИ

Статья посвящена анализу дефектов юридических фактов, связанных с обязательствами: сделкам, судебным решениям, актам государственных органов. Обосновывается актуальность изучения данного вопроса с позиции концепции дефектов механизма правового регулирования.

Ключевые слова: обязательство, механизм правового регулирования, дефекты, юридические факты.

Юридические факты представляют собой обстоятельства (факты) реальной действительности, которые обуславливают возникновение, изменение, прекращение обязательственного отношения. Исходя из сущности названной правовой категории, можно сделать вывод, что она обуславливает саму динамику правоотношения. Негодность юридического факта нивелирует те последствия, которые наступили или должны были наступить в результате его совершения, делает их юридически незначимыми. Таким образом, дефект юридического факта – такой изъян механизма гражданско-правового регулирования обязательств, при котором не достигается правовая цель в виде возникновения, изменения или прекращения обязательства.

В научной литературе предлагается рассмотрение дефектных юридических фактов, «как особого вида фактов, имеющего в своем юридическом составе дефект и (или) несоответствие реальному отражаемому действию (или событию) и, как следствие, вызывающего правовые последствия в виде собственной недействительности и восстановления нарушенного права»1.

Нельзя сказать, что проблема дефективности юридических фактов, связанных с обязательственными отношениями, является абсолютно новой. Так, значительное число работ посвящено вопросу недействительности сделок в гражданском праве. Очевидно, что сделки выступают основным юридическим фактом, оказывающим решающее влияние на развитие обязательственного отношения. Этим обусловлена тесная, имманентная связь дефектов юридических фактов и дефектных сделок.

Между тем, названная проблематика является слабоизученной в рамках концепции дефектов механизма правового регулирования обязательственных отношений. Кроме того, юридические факты, влекущие возникновение, изменение, прекращение обязательств, сделками не исчерпываются. Так, акты государственных органов и органов местного самоуправления, судебные решения, установившие права и обязанности, иные юридические факты могут быть дефективными, что подтверждается материалами судебной и иной правоприменительной практики. Сказанное обуславливает необходимость обоснования системного подхода к изучению дефектов юридических фактов, связанных с обязательствами.

Используя приведенную дефиницию, а также специфику обязательственного отношения можно выделить отличительные признаки дефективных явлений юридических фактов, связанных с обязательствами:

- представляют собой изъян механизма гражданско-правового регулирования обязательств;

- выражаются в несоответствии факта реальному действию (событию) либо имеет в своем составе дефект;

Муругина В.В. Дефективность юридических фактов как негативная черта правовой системы: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2010. С.8.

№4 (21) 2015 _______________________________________________________________________ 41 Теория и история государства и права

- нивелирует правовые последствия, которые наступили или должны были наступить в результате совершения юридического факта;

- замедляет динамику развития обязательственного отношения.

Самым распространенным и изученным видом дефектов юридических фактов, являются недействительные сделки. Как справедливо указано в научной литературе, «недействительность есть неспособность сделки – изначальная или последующая – к производству правового эффекта»2. Очевидно, вопрос недействительности сделок требует самостоятельного и глубокого изучения, особенно с учетом последних изменений ГК РФ.

С точки зрения цели нашего исследования следует сделать принимать во внимание следующие важнейшие обстоятельства:

- недействительные договоры и иные сделки – один из видов дефектных юридических фактов, связанных с обязательствами;

- дефект сделки может быть вызван пороком субъектного состава, воли, содержания, иными обстоятельствами, предусмотренными ГК РФ в качестве оснований для недействительности сделок, а также дефектом ранее заключенной сделки;

- концепция дефектов механизма гражданско-правового регулирования обязательственных отношений в некоторых случаях способна помочь отграничить недействительные сделки от сделок, которые таковыми не являются.

В особую группу юридических фактов, влекущих возникновение, изменение и прекращение обязательств, следует выделить акты государственных органов и органов местного самоуправления, а также судебные решения. Специфика названных юридических фактов заключается в том, что порядок их издания, форма и содержание указанных документов должны соответствовать не только гражданскому, но и административному, процессуальному законодательству, в противном случае их следует квалифицировать в качестве дефективных.

Так, администрацией было принято постановление о предоставлении ОАО земельного участка сроком на 25 лет, после чего был заключен соответствующий договор. Через год администрацией было принято постановление о предоставлении ОАО за плату в собственность арендованного земельного участка. Однако, через некоторое время администрацией было принято третье постановление, которым фактически отказано в предоставлении земельного участка в собственность. Не согласившись с последним актом, ОАО обратилось в арбитражный суд. Суд удовлетворил заявленные требования, учитывая, что оспариваемое постановление не соответствует закону и нарушает права заявителя3.

Как видим, изъян акта органа местного самоуправления, который выразился в его несоответствии закону, привел к дефективности всего механизма правового регулирования названных отношений. Как результат, не достигнута цель субъекта (муниципального образования) в виду прекращения обязательственного отношения.

Следует учитывать, что позиция Верховного Суда РФ, а ранее и Высшего Арбитражного Суда РФ заключалась в том, что для принятия судом решения о признании акта государственного органа и органа местного самоуправления недействительным необходим наличие одновременно двух условий: несоответствие акта закону или иному правовому акту и нарушение актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица4. Между тем, правовой акт может быть квалифицирован в качестве несоответствующего закону по различным основаниям, в частности, если его содержание противоречит законодательству, он принят с нарушением порядка издания или некомпетентным органом. В этой связи совершенно обоснованным представляется утверждение О.М. Зуева, коТузов Д. О. Общие учения теории недействительных сделок и проблемы их восприятия в российской доктрине, законодательстве и судебной практике: автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Томск, 2006. С. 10.

Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2012 г. по делу № А06-3890/2012 // СПС «КонсультантПлюс».

П.6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Российская газета. 13.08.1996. № 152.

_______________________________________________________________________№ 4 (21) 2015 Современное общество и право торый в авторской дефиниции юридически дефектного нормативного правового акта указывает, что это «документ, принятый субъектом правотворчества в нарушение его компетенции, либо с нарушением с нарушением содержательных, и (или) процедурнопроцессуальных требований, и (или) несоответствующий закону или нормативному правовому акту более высокой юридической силы»5.

В частности, по одному из дел судом установлено, что В. и А.В. обратились в суд с заявлениями об оспаривании постановления Правительства Москвы.

Заявители ссылались на то, что Правительство Москвы в нарушение законодательства субъекта Федерации утвердило в одностороннем порядке без согласования с Московской Городской Думой и ввело задним числом новые повышенные ставки оплаты услуг технического обслуживания дома для нанимателей и собственников жилья. Постановление возлагает обязанность по оплате услуг технического обслуживания жилья по незаконно установленной ставке, ущемляет их права и свободы и должно быть признано противоречащим законодательству со дня его принятия.

Удовлетворяя заявленные требования, суд указал, что нормативный акт принят Правительством Москвы с нарушением установленного законом порядка, а, следовательно, является незаконным6.

Из приведенных примеров вытекает отличительная особенность дефектных явлений анализируемых юридических фактов: несоответствие правового акта закону может вытекать из положений самого разного законодательства: административного, гражданского, процессуального и т.д. Таким образом, при изучении дефектов механизма правового регулирования, вызванных изъянами названных юридических фактов, необходимо, помимо прочего, применять нормы различных отраслей права, а также концепцию межотраслевых связей7.

Между тем, несмотря на тот факт, что причина дефекта акта государственного органа может лежать вне сферы регулирования гражданского права, в любом случае подобный изъян вызывает дефектность механизма гражданско-правового регулирования обязательственных отношений. Из сказанного следует вывод: анализируемые нами дефективные явления возникают не только из обстоятельств, непосредственно связанных с отношениями, регулируемыми гражданским правом.

Специфическим юридическим фактом, способным порождать и прекращать обязательственные права и обязанности, является судебное решение. В научной литературе отмечалось, что акт правоприменения представляет особый вид юридического факта8. Его существенным отличием от актов государственных органов является особый юрисдикционный характер, предусматривающий специально установленный законом процессуальный порядок его отмены и сохранение своей преюдициальной силы до факта его отмены9. Как справедливо указывает В.В. Долинская, «совершенствование общегражданского законодательства привело к признанию в теории как гражданского права, так и гражданского и арбитражного процесса самостоятельной роли судебной практики в системе юридических фактов»10.

Дефектность названного юридического факта устанавливается по правилам, установленным процессуальным законодательством. Так, в силу п. 1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным. Несоблюдение подобных критериев является основанием для отмены судебного акта, что приводит к аннулированию всех последствий гражданско-правового характера, вызванных данным решением.

Зуев О.М. Юридически дефектные нормативные правовые акты в системе источников права: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2011. С. 7.

Определение Президиума Верховного Суда РФ от 07.04.2004 г. № 89пв-03 // СПС «КонсультантПлюс».

О сущности межотраслевых и внутриотраслевых связей гражданского права см. Челышев М.Ю. Система межотраслевых связей гражданского права: цивилистическое исследование: дис. … д-ра юрид. наук. Казань, 2008.

Рожкова М.А. Юридические факты гражданского и процессуального права: соглашения о защите прав и процессуальные соглашения. М., 2009. С. 94 - 96.

Рожкова М.А. Судебный акт и динамика обязательства. М., 2003. С. 32 - 33.

Долинская В.В. Судебные акты в праве России // Законы России: опыт, анализ, практика. 2012. № 1. С. 3 - 13.

№4 (21) 2015 _______________________________________________________________________ 43 Теория и история государства и права Таким образом, можно однозначно утверждать, что вопрос дефектности юридических фактов, связанных с обязательствами, является актуальным и требующим дополнительного изучения.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Долинская В.В. Судебные акты в праве России // Законы России: опыт, анализ, практика. 2012. № 1.

2. Зуев О.М. Юридически дефектные нормативные правовые акты в системе источников права: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2011.

3. Муругина В.В. Дефективность юридических фактов как негативная черта правовой системы: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2010.

4. Рожкова М.А. Судебный акт и динамика обязательства. М., 2003.

5. Рожкова М.А. Юридические факты гражданского и процессуального права: соглашения о защите прав и процессуальные соглашения. М., 2009.

6. Тузов Д. О. Общие учения теории недействительных сделок и проблемы их восприятия в российской доктрине, законодательстве и судебной практике: автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Томск, 2006.

7. Челышев М.Ю. Система межотраслевых связей гражданского права: цивилистическое исследование: дис. … д-ра юрид. наук. Казань, 2008.

Кожокарь Игорь Петрович Саратовская государственная юридическая академия Кандидат юридических наук, доцент Заведующий кафедрой гражданского и международного частного права, 410056, г. Саратов, ул. Вольская, д. 1 Тел.:8 (8452) 29-91-47 E-mail:human_rights@sgap.ru

I.P. KOZHOKAR

LEGAL FACTS GIVING EMERGENCE OF THE LIABILITIES: DEFECTS

The article deals with analyzes the defects of legal facts related obligations: transactions, court decisions, acts of public authorities. The urgency of studying the issue from the perspective of the concept of defect mechanism of legal regulation.

Keywords: obligation, the legal regulation mechanism, defects, legal facts.

BIBLIOGRAPHY

1. Dolinskaya V.V. Sudebnye akty v prave Rossii // Zakony Rossii: opyt, analiz, praktika. 2012. № 1. S. 3 Zuev O.M. Yuridicheski defektnye normativnye pravovye akty v sisteme istochnikov prava: avto-ref. dis.

… kand. yurid. nauk. M., 2011.

3. Murugina V.V. Defektivnost' yuridicheskikh faktov kak negativnaya cherta pravovoy sistemy: avto-ref. dis.

… kand. yurid. nauk. Saratov, 2010.

4. Rozhkova M.A. Sudebnyy akt i dinamika obyazatel'stva. M., 2003.

5. Rozhkova M.A. Yuridicheskie fakty grazhdanskogo i protsessual'nogo prava: soglasheniya o zashchite prav i protsessual'nye soglasheniya. M., 2009.

6. Tuzov D. O. Obshchie ucheniya teorii nedeystvitel'nykh sdelok i problemy ikh vospriyatiya v rossiyskoy doktrine, zakonodatel'stve i sudebnoy praktike: avtoref. dis. … d-ra yurid. nauk. Tomsk, 2006.

7. Chelyshev M.Yu. Sistema mezhotraslevykh svyazey grazhdanskogo prava: tsivilisticheskoe issledova-nie:

dis. … d-ra yurid. nauk. Kazan', 2008.

Kozhokar Igor' Petrovich Saratov state law Academy Candidate of legal Sciences, associate Professor Head of the Department of civil and international private law, 410056, Saratov, ul Volskaya, house 1 Тel.:8 (8452) 29-91-47 E-mail: human_rights@sgap.ru

–  –  –

УДК 34.01 А.В. ЮЮКИН

ГЕНЕЗИС ОТЕЧЕСТВЕННОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

О ПРОСТИТУЦИИ

В данной статье анализируется процесс введения регламентации и развития законодательства в борьбе с проституцией в России; выявляются факторы, влиявшие на процесс правового регулирования; предлагается авторская периодизация генезиса отечественного законодательства о проституции, а также формулируется определение проституции.

Ключевые слова: проституция, генезис законодательства, легализация проституции, борьба с проституцией, определение проституции.

Проблема проституции из разряда древних, как и сама «профессия». Актуальность преодоления этого зла или по крайней его минимизация стоит на повестке дня и сегодня.

Решение вопроса о мерах и методах борьбы с этим многофакторном негативным явлением не может замыкаться рамками одной научной специальности. Однако, несомненно и то, что государственная политика в данной области, решает многое. К сожалению, в настоящее время считать эту проблему в нашей стране решенной не приходится. Нельзя не согласиться с А.А. Илюхиным, что «по существу идет имитация борьбы с проституцией: формально запрещая её, власти ничего не делают для искоренения фундаментальных причин этого зла и очень мало – для ликвидации его проявлений»1.

Ответы на многие современные вопросы дает история. В России были периоды и запрета, но практически без репрессивных мер, и периоды легализации, и активного противодействия проституции. Задачами данной статьи явилось выявление и исследование основных периодов законодательного регулирования в данной сфере с целью определения наиболее эффективных мер противодействия проституции.

В период Киевской Руси хорошо отлаженного института продажной любви не было.

Православие поставило нравственный барьер развитию проституции. Женщины были свободны, кроме рабынь, и наряду с мужчинами занимались ремеслами и торговлей. Женщины из элитного слоя: княгини, боярыни и др. участвовали в приёме иностранных послов, от их имени доверенные лица подписывали договора с другими государствами.

В XV веке в своде законов великого князя Ивана III нашло отражение положение женщины в обществе. По Судебнику 1497 года, памятнику классовой юстиции Русского централизованного государства положение женщины меняется. В Судебнике в случае убийства жизнь женщины оценена вдвое меньше жизни мужской.

Важно обратить внимание и на другой документ «Домострой» - свод статей – житейских правил и наставлений, сложившийся в XVI веке на основе народных обычаев. «Домострой» защищал принципы патриархального быта и деспотичной власти главы семьи. Свод возник в среде новгородского боярства и купечества2. «Домострой» затрагивает вопросы о блуде и пьянстве: «Чистоту телесную хранить от всякого блуда и пьянства, коварства и чревоугодия, от неурочных питья и еды, от обжорства и пьянства воздерживаться, да иметь бы им вместе с женами общих духовных отцов, к кому на исповедь ходят. Холостых же парней и девок, вошедших в возраст, жени, ибо, согласно апостолу: Честен брак и ложе не скверно, прелюбодеев же судит Бог». Какие же из холостых блуд творят твоим небрежением или тайком от тебя, тебе о том распытывать с пристрастием, чтобы никогда у тебя таковых не бывало дел»3.

Ильюхин А.А. Проституция в России с XVII до 1917 года. М. 2008. С. 55.

Советский энциклопедический словарь. М.: 1980. С. 411.

Домострой / пер. В.В. Колесова. Изд. Олма Медиа групп: 2013. С. 110.

№4 (21) 2015 _______________________________________________________________________ 45 Теория и история государства и права Русские женщины практически не могли стать путанами – профессионалками. За блуд женщин пороли кнутом на площадях с древнейших времен до времен Петра I. Для допетровского периода характерно наличие женщин, имевшие в жизни свои занятия, но любительски подрабатывали торговлей своим телом в корчмах, кабаках и особенно в банях. Но за блуд это не считалось4.

В «Домострое» есть прямое указание на существование проституток и сутенеров: «И по твоему наказу, и отца духовного научению, так же и они учили бы жён своих страху божию,…а не крали бы и не врали, не бражничали и не блудили, и не слушали баб, какие ко греху склоняют молоденьких женщин – то есть тех, которые сводят их с чужими мужчинами, да сверх того учат их красть и блудить и прочим порокам. Слышал о многих я жёнках и девках, бабами сводницами подстрекаемых, которые, хозяина обокрав и хозяйку, со многим добром убегают с чужими мужиками…»5.

Однако на Руси были больше обеспокоены обычным не профессиональным распутством. Мужчин укоряли за: «…блуд и распутство, и сквернословие, и срамные речи, клятвопреступление, гнев и ярость и злопамятство, с женщиной живет не в законе или на стороне блудит, в содомский впадает грех или держит корчму, ест и пьет безудержно, до обжорства и опьянения, праздников и поста не соблюдает, всегда пребывает в разгуле…»6. Судебник 1550 года брал проституток под защиту и обеспечивал им компенсацию за «бесчестие», т.е.

оскорбление7.

Как реально существующие негативное социальное явление «проституция» была признана в России при царе Алексее Михайловиче, что нашло отражение в Соборном Уложении 1649 года. Один из разделов Уложения называется «Наказ о градском благочестии», который предписывал объезжающему «голове» «по улицам и по переулкам и в день и в ночь ходить и беречь накрепко, чтобы в улицах и переулках… блядей не было»8. Никаких репрессивных мер против указанных лиц в «Наказе» не предусматривалось. Однако в XVII веке вышеназванное занятие уже считалось уголовным преступлением наряду с воровством, разбоем, грабежами и проч.

«Иностранцы, приезжавшие в Россию, привозили все те пороки, которыми отличалось тогдашнее европейское общество. Они селились преимущественно в немецкой слободе, а потому мы можем предположить, что первые публичные дома разврата основались именно в ней… Немецкая слобода была настоящим притоном людей, искавших каких бы то ни было развлечений. Там чаще всего происходили пирушки, там царило полное раздолье относительно выпивок и т.п., хотя, вообще, даже вельможи петровского времени очень не прочь были выпить и погулять… Вообще можно сказать, что нравственность после петровских реформ нисколько не улучшилась разврат начал проникать во все слои общества. Но так должно было быть, ибо всякий перелом в общественной жизни влечет за собой совершенно новые порядки»9. Ильюхов А.А. выделил последние замечание и отнес к нашим дням, «ибо возврат к капитализму, то есть «перелом в общественной жизни», способствовал появлению в современной России массовой проституции»10.

При Петре I разврат и безнравственность сделались настолько распространенными, что женщины среднего сословия стремились найти же себе знатного любовника, а мужчины заводили содержанок. Разврат несмотря на ортодоксальное православие, проник и в среду духовенства. Историк С.М. Соловьев писал, что «Проституция проникла в монастырские кеШтереншис М. Всемирная история всемирной проституции. Изд. Феникс: Ростов-на Дону, 2006. С. 184-185.

Домострой / пер. В.В. Колесова. Изд. Олма Медиа групп: 2013. С. 111.

Штереншис М. Всемирная история всемирной проституции. Изд. Феникс: Ростов-на Дону, 2006. С. 185.

Малахов А. Три века российской проституции // Коммерсант-Деньги. 2001. № 17-18. С. 16. Очерки истории СССР. Период феодализма. Конец XV века – начало XVIII века. М. 1953. С. 294.

Броннер В.М., Елистратов А.И. Проституция в России до 1917 г. / Борьба с проституцией в РСФСР. М. 1927.

С. 25.

Там же. С. 89.

Ильюхин А.А. Проституция в России с XVII до 1917 года. М. 2008. С. 89.

_______________________________________________________________________№ 4 (21) 2015 Современное общество и право льи как женские, так и мужские»11. В полицейские участки было разослано предписание, по которому полиция обязана была арестовывать «замужних и незамужних женщин, замеченных в безнравственном поведении, и отсылать их на прядильный двор»12.

При приемниках Петра I административные меры против борьбы с проституцией усилились. 12 сентября 1728 года всем губернаторам был разослан «Наказ», в котором им предписывалось: «Где явятся подозрительные дома, а именно: корчемные, блядские и другие похабства, и о таковых домах велеть подавать о разночинцах – воеводам; а о купцах – в ратушах известны и явки, по тем изветам досматривать, и буде по досмотру явятся, и таковых наказывать, как указы повелевают во всем неотменно, дабы все таковые мерзости, отчего всякое зло происходит, были испровергнуты. А когда в такие места для выемки будет посылка, чтоб в той выемке были послушны, приказать в том городе накрепко и публиковать»13. В тексте «Наказа» губернаторам прямо указано о «безобразиях» сообщать населению, видимо рассчитывалось на общественное осуждение.

Во времена императрицы Анны Иоанновны борьба с «непотребными девками» велась зверскими методами. В 1736 году издан указ против «непотребных женок и девок», в котором говорилось: «Понеже Правительствующему Сенату известно учинилось, что во многих вольных домах чинятся многие не порядки, а особливо многие вольнодумцы содержат непотребных женок и девок, что весьма противно христианскому благочестивому закону; того ради смотреть, ежели где такие непотребные женки и девки окажутся, тех высечь и из тех домов их выбить вон, а всем вольнодумцам трактирщикам объявить с подписками, чтобы впредь таких непотребных женок и девок держать не дерзали под жестоким штрафом и наказанием»14.

«Европейцы, пишущие на темы русской проституции, очень любят петровскую эпоху.

Они вешают на Петра все грехи, включая сатириазис, сифилис и гомосексуализм… они в априори выводят, что русский народ был и есть от природы развратен»15. А между тем, русский народ развратен не был. В России класс профессиональных продажных женщин не хотел складываться. Ремесло стало складываться под влиянием, приехавших из Западной Европы.

Указ 1 августа 1750 года, - изданный Елизаветой Петровной, прямо указывает «непотребных жен и девок, и сводниц смотреть и, пристрастным образом разведывая, оных ловить и приводить в Главную Полицию… А при этом оным командам накрепко подтвердить, чтобы честным домам и людям насильств, обид и приметок никаких не чинили и, кроме единых тех непотребных жен и девок и их непотребных пристанищах, ни чем ни до кого не касались»16.

В этом Указе называются места, где следует ловить жён и девок, а также впервые говорится о создании административного органа «комиссия» при Калинкином доме, куда должны являться непотребные жены и девки и сводницы с записками из Главной Полиции.

Можно предположить, что здесь их ставили на учет. Так стала складываться система контроля и борьбы с проститутками17.

Екатерина II, обеспокоенная вспышками венерических болезней в армии, утвердила ряд сенатских указов, определивших направления в борьбе с этим злом. Указы изданные в 1763, 1765, 1771, 1780 годах предписывали изолировать «непотребных девок» в работные дома или отправлять на фабрики. Первый Указ 1763 года был вызван тем, что из 670 человек солдат, лечившихся в петербургском госпитале, две трети были больны «франц-венереей».

Соловьев С.М. Собр. Соч. кн. 4. Т. 16-20 СПб. Б.г. Стб. 210.

Там же. Стб. 210.

Полный свод законов Т.VIII: 1728-1732. С. 111.

Полный свод законов Т.IX С. 805.

Штереншис М. Всемирная история всемирной проституции. Изд. Феникс: Ростов-на Дону, 2006. С. 184-185.

Домострой / пер. В.В. Колесова. Изд. Олма Медиа групп: 2013. С. 186.

Полный свод законов Т.VIII: 1728-1732. С. 91-92.

Ильюхин А.А. Проституция в России с XVII до 1917 года. М. 2008. С. 92.

№4 (21) 2015 _______________________________________________________________________ 47 Теория и история государства и права Врач заявил, что эту болезнь они получили «не от чего иного, как от непотребных женщин».

Поэтому Указом предписывалось опрашивать воинские чины об источнике заражения и по этой информации отыскивать женщин18.

Екатерина II во чтобы то не стало, хотела навести порядок в столице. Указ от 4 мая 1765 года предписывал генерал-полицмейстеру Чичерину: «Приведенных в главную полицмейстерскую канцелярию вдов и девок, кои не в престарелых летах и обращаются в праздности и в непорядочных поступках, отсылать на поселение в надлежащие места за караулом».

А Сенатский Указ 1771 года предлагал мануфактур-коллегии «непотребных девок», посылаемых из главной полиции, безоговорочно принимать на фабрику в работу.

Павел I в 1799 году издает Указ, который должен был оградить армию от проституток. В откровенной и грубой форме в Указе говорилось: «Блядок и непотребных не терпеть в лагере». В 1800 году Высочайшим Указом было повелено всех развратных женщин сразу отсылать в Нерчинские фабрики, т.е. на каторгу. Однако, жестокость российских законов издревле умалялась их невыполнением пишет историк А.А. Ильюхов. Многих освобождали от ссылки под поручительство родственников19.

Александр I относился индифферентно к путанам, в отличие от своего брата Николая I, который навел в деле покупного секса образцовый порядок.

В 1839 году царем был подписан и вступил в действие Сельский полицейский устав для государственных крестьян, в 182 статьях которых предписывалось «холостых и вдовых мужчин, равно незамужний и вдовых женщин, уличенных в непотребстве, употреблять в общественные работы как то: на метение и очищение улиц от грязи и сора, на мытье полов в общественных домах и т.п.»20.

При Николае I солдат, заразившихся сифилисом, в начале секли розгами и шпицрутенами, после лечили. Студентов, больных сифилисом исключали из университетов21. Если неофициальные публичные дома возникли в России в начале XIX века, то в 1843 году Николай I разрешил открыто содержать бордели и дома терпимости. Кроме этого началось введение контроля и отчетности сначала в Санкт-Петербурге и быстро распространилось по стране. В этом же году в стране были созданы врачебно-полицейские комитеты. Проститутки обязаны были зарегистрироваться в комитете и таким образом, они превращались в поднадзорных, что означало легализацию их занятий. Вместо паспортов путанам были выданы желтые билеты. Девушки стали называться «бланковыми».

В России, как и в других странах, официальным местом «непотребства» были публичные дома. Согласно правилам для содержания публичных домов, принятым 29 мая 1844 года, разрешение на открытие борделя получали только женщины в возрасте от 30 до 60 лет.

Вся деятельность содержательниц публичных домов регламентировалась властью.

Прежде, чем открыть бордель, его помещения должен был осмотреть врач и выдать свидетельство на право открытия и содержания публичного дома. Важным условием для его открытия являлось денежная состоятельность содержательницы. Не разрешалось открывать несколько «заведений» в одном здании.

Помещение для домов терпимости должны быть сухими и иметь достаточно света, а также они не должны находиться в подвальных этажах и вход должен быть с улицы. Не должно быть темных комнат, больших ящиков и ларей, т.е. никакой мебели, в которой могли бы спрятаться несовершеннолетние и сверхнормативные женщины22.

Достаточно четкая политика в отношении проституции, называемая «регламентацией», сложилась в России к середине XIX века. Государство взяло на себя функцию регулироПолный свод законов Т.XVI С. 258.

Ильюхин А.А. Проституция в России с XVII до 1917 года. М. 2008. С. 99.

Там же. С. 100.

Шишков С.С. Собрание сочинений. СПб. 1898. Т. 1.

Б-ский Н. Очерк проституции в Петербурге. // Архив судебной медицины и общественной гигиены. кн. 4.

Декабрь. 1868. Разд. III «Общественная гигиена». С. 88.

_______________________________________________________________________№ 4 (21) 2015 Современное общество и право вания и, по сути, организации проституции. Иначе говоря, проституция практически была официально легализована23.

Первоначально регламентация планировалась, как двухгодичный эксперимент (начатый в столице), но «опыт» затянулся на 75 лет и постепенно был распространен на все города империи. В июле 1844 года было издано специальное «Положение МВД, регулирующее деятельность врачебно-полицейских комитетов, первоначально оно предназначалось для Москвы и Санкт-Петербурга, а в октябре 1851 года было доведено до губернских начальников. В одном из пунктов положения указывалось: «Чтобы во всех городах составлены были полные и верные списки публичным, т.е. обратившим распутство в промысел, женщинам. …Списки публичных женщин должны храниться: в губернских городах – во Врачебной Управе, в уездных – в городской больнице, в ведении врача оной».

В заключении этого распоряжения министр внутренних дел подчеркивал, что это не его «измышления», а результат «высочайшего повеления» и направлено оно исключительно «к охранению народа от одной из наиболее гибельных болезней»24 (авт. имеется ввиду сифилис).

Таким образом, легализация проституции в России произошла к середине XIX века.

Государство стремилось своими юридическими актами сократить рост проституции, но все усилия правительства оказались малодейственными.

Советское правительство, исходя из идеологических представлений, преследовало лиц занимающихся проституцией во время политики «военного коммунизма». В конце 1919 года была создана Комиссия по борьбе с проституцией при Наркомате здравоохранения, а затем Междуведомственная комиссия по борьбе с проституцией при Наркомате соцобеспечения. С 1929 года вводится система, согласно которой лиц занимающихся проституцией отправляли в контролируемую НКВД систему «специальных учреждений принудительного трудового перевоспитания»25.

В соответствии со ст. 164.2 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях (утратившем силу 1 июля 2002 г.) занятие проституцией влекло предупреждение или наложение штрафа в размере до ста рублей26.

Действующее законодательство, а именно ст. 6.11 КоАП РФ предусматривает наказание за занятие проституцией в виде административного штрафа в размере от одной тысячи пятисот до двух тысяч рублей27.

В ХХ веке в России не были решены проблемы проституции. На современном этапе развития Российского государства, когда происходит постепенное атрофия духовной сферы жизни общества, утрате моральных и этических ценностей, нравственных принципов и приоритетов. Несмотря на законодательные запреты, проституция получила широкое распространение.

«Резкий всплеск проституции в наши дни вызван уходом постперестроечной России от социализма к капитализму. Если на одном полюсе скапливаются огромные богатства, то на другом – обязательно массовая бедность. Так было и так будет всегда в классовом обществе. В этом первопричина и проституции, и разгула преступности, и многих других социальных проблем»28.

С середины XIX века перед российским обществом стоит вопрос о легализации или запрете проституции, который до сих пор не потерял своей актуальности. В XXI веке, проституция в России превратилась в крайне прибыльный криминальный бизнес, с широким кругом лиц в нем участвующем. В этой связи особенно актуальной становится проблема принятия решения о новых адаптированных к современной действительности способах Ильюхин А.А. Проституция в России с XVII до 1917 года. М. 2008. С. 42.

Штюрмер К.Л. Сифилис в санитарном отношении. СПб. 1890. С. 14.

Лебина Н.Б, Шкаровский М.В. Проституция в Петербурге. М.: 1994. С. 56.

Кодекс РСФСР об административных правонарушениях от 20 июня 1984 г. // СПС «ГАРАНТ».

Кодекс РФ об административных правонарушениях от 30.12.2001 № 195-ФЗ // СПС «КонсультантПлюс».

Ильюхин А.А. Проституция в России с XVII до 1917 года. М. 2008. С. 523.

№4 (21) 2015 _______________________________________________________________________ 49 Теория и история государства и права борьбы с проституцией, либо о возможности ее легализации, как наименьшей из зол, способной хоть как-то упорядочить деятельность «ночных бабочек» и минимизировать негативное влияние на общество, лиц задействованных в данном виде деятельности. Тема данной статьи злободневна для современного общества Российской Федерации. Вопрос о генезисе законодательства о существующей проституции в российском государстве, которая является большим злом для любой цивилизации. Проституция же не только нравственно разрушает гражданское общество, но наносит удар по его физическому здоровью. Обращение к истории проституции имеет несомненную практическую значимость. До настоящего времени перед российским обществом весьма остро стоит вопрос, поставленный более века назад, о целесообразности разрешения и регламентации данного вида деятельности.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Броннер В.М., Елистратов А.И. Проституция в России до 1917 г. / Борьба с проституцией в РСФСР.

М. 1927. 108 с.

2. Домострой. пер. В.В. Колесова. Изд. Олма Медиа групп. 2013. 304 с.

3. Ильюхин А.А. Проституция в России с XVII до 1917 года. М. 2008. 560 с.

4. Кодекс РСФСР об административных правонарушениях от 20 июня 1984 г. // СПС «ГАРАНТ».

5. Кодекс РФ об административных правонарушениях от 30.12.2001 № 195-ФЗ // СПС «Консультант Плюс».

6. Лебина Н.Б, Шкаровский М.В. Проституция в Петербурге. М.: 1994. 219 с.

7. Малахов А. Три века российской проституции / А. Малахов. // Коммерсант-Деньги. 2001. № 17-18.

С. 16. Очерки истории СССР. Период феодализма. конец XV века – начало XVIII века. М. 1953. С. 294.

8. Б-ский Н. Очерк проституции в Петербурге. // Архив судебной медицины и общественной гигиены.

кн. 4. Декабрь. 1868. Разд. III «Общественная гигиена».

9. Полный свод законов Т.IX С. 805.

10. Полный свод законов Т.VIII: 1728-1732. С. 111.

11. Полный свод законов Т.XIII С. 340.

12. Полный свод законов Т.XVI С. 258.

13. Полный свод законов Т.XXIV С. 212.

14. Советский энциклопедический словарь. М.: 1980. 1600 с.

15. Соловьев С.М. Собр. Соч. кн. 4. Т. 16-20 СПб. Б.г. Стб. 210.

16. Шишков С.С. Собрание сочинений. СПб. 1898. Т. 1.

17. Штереншис М. Всемирная история всемирной проституции. Изд. Феникс. Ростов-на Дону: 2006.

18. Штюрмер К.Л. Сифилис в санитарном отношении. СПб. 1890. 94 с.

Ююкин Александр Викторович Воронежская областная коллегия адвокатов Адвокат, аспирант Белгородского университета кооперации, экономики и права Тел.: (4862) 41-98-07 E-mail: AVYuyukin@yandex.ru

–  –  –

GENESIS NATIONAL LEGISLATION ON PROSTITUTION

This paper analyzes the process of introducing the regulation and development of legislation in the fight against prostitution in Russia; identify the factors that influenced the process of legal regulation;

the author's periodization of the Genesis of the national legislation on prostitution and also introduce the definition of prostitution.

Keywords: prostitution, the Genesis of the law, legalization of prostitution, anti-prostitution definition of prostitution.

–  –  –

1. Bronner V.M., Elistratov A.I. Prostitutsiya v Rossii do 1917 g. / Bor'ba s prostitutsiey v RSFSR. M. 1927.

2. Domostroy. per. V.V. Kolesova. Izd. Olma Media grupp. 2013. 304 s.

3. Il'yukhin A.A. Prostitutsiya v Rossii s XVII do 1917 goda. M. 2008. 560 s.

4. Kodeks RSFSR ob administrativnykh pravonarusheniyakh ot 20 iyunya 1984 g. // SPS «GARANT»

5. Kodeks RF ob administrativnykh pravonarusheniyakh ot 30.12.2001 # 195-FZ // SPS «Konsul'tant Plyus»

6. Lebina N.B, Shkarovskiy M.V. Prostitutsiya v Peterburge. M.: 1994. 219 s.

7. Malakhov A. Tri veka rossiyskoy prostitutsii / A. Malakhov. // Kommersant-Den'gi. 2001. № 17-18. S. 16.

Ocherki istorii SSSR. Period feodalizma. konets XV veka – nachalo XVIII veka. M. 1953. S. 294.

8. B-skiy N. Ocherk prostitutsii v Peterburge. // Arkhiv sudebnoy meditsiny i obshchestvennoy gigieny. kn.

4. Dekabr'. 1868. Razd. III «Obshchestvennaya gigiena».

9. Polnyy svod zakonov T.IX S. 805.

10. Polnyy svod zakonov T.VIII: 1728-1732. S. 111.

11. Polnyy svod zakonov T.XIII S. 340.

12. Polnyy svod zakonov T.XVI S. 258.

13. Polnyy svod zakonov T.XXIV S. 212.

14. Sovetskiy entsiklopedicheskiy slovar'. M.: 1980. 1600 s.

15. Solov'ev S.M. Sobr. Soch. kn. 4. T. 16-20 SPb. B.g. Stb. 210.

16. Shishkov S.S. Sobranie sochineniy. SPb. 1898. T. 1.

17. Shterenshis M. Vsemirnaya istoriya vsemirnoy prostitutsii. Izd. Feniks. Rostov-na Donu: 2006. 304 s.

18. Shtyurmer K.L. Sifilis v sanitarnom otnoshenii. SPb. 1890. 94 s.

Yuyukin Aleksandr Viktorovich The Voronezh regional bar Association Lawyer, post-graduate student, Belgorod University of specialty of cooperation, Economics and law Tel: (4862) 41-98-07 E-mail: AVYuyukin@yandex.ru №4 (21) 2015 _______________________________________________________________________ 51 Конституционное и муниципальное право

КОНСТИТУЦИОННОЕ И МУНИЦИПАЛЬНОЕ ПРАВО

УДК 342.6 Л.А. ТХАБИСИМОВА

ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ИНСТИТУТОВ ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ

ВЛАСТИ СУБЪЕКТОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В УСЛОВИЯХ

СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ И ЭТНОНАЦИОНАЛЬНОЙ

НАПРЯЖЕННОСТИ

В статье рассматриваются вопросы функционирования институтов исполнительной власти в условиях социально-политической конфликтогенности, которая рассматривается в двух измерениях. Отмечается, что региональные институты исполнительной власти легитимируются в конкретном жизненном пространстве посредством адекватной организационно-управленческой деятельности, а реакция населения региона на их действия служит значимым показателем эффективности исполнительной власти субъектов РФ. Акцентируется внимание на том, что в настоящее время жесткой критике подвергается этнополитическая эффективность исполнительной власти в России, где массовым явлением стал переход публичной власти в сферу теневых отношений.

На основе проведенного исследования, отмечается, что учет и защита региональных интересов «смягчают» существующую напряженность и конфликтогенность в локальном политикоправовом пространстве, позитивно влияют на урегулирование конфликтов (как вертикального, так и горизонтального характеров).

Ключевые слова: исполнительная власть, конфликтогенность, органы власти, легитимность, гражданское общество, социальная справедливость, общественные организации, правовое сознание, социальное неравенство, публичная власть, теневое право, региональные интересы, субъекты федерации.

Анализ процессов функционирования институтов исполнительной власти в условиях социально-политической конфликтогенности показывает, что данный феномен является неизбежным фактором развития любой государственности.

В мировой государственно-правовой теории и практике социально-политическая конфликтогенность понимается как особое политико-правовое состояние, характеризуемое нарушением баланса жизненно важных потребностей, интересов, ценностей, норм, традиций, разобщенности и неадекватности функционирования публичных институтов, организаций, индивидуальных действий. Так, по мнению большинства российских исследователей, рост социальной напряженности и конфликтности в подавляющем большинстве случаев вызван неадекватной политикой органов власти в конкретном регионе, низкой эффективностью институтов исполнительной власти в управлении этнополитическими, социальноэкономическими и культурными процессами.

Среди характерных причин развития конфликтогенности выделяют: во-первых, ущемление интересов и потребностей членов этнополитического территориального сообщества; во-вторых, неадекватное восприятие происходящих в регионе изменений; в-третьих, неэффективность и ангажированность управления собственностью и приватизационными процессами в субъектах РФ; в-четвертых, ошибочное представление о реальных фактах, событиях, процессах в стране и регионе; в-пятых, нарушение индентификационных механизмов; в-шестых, дефицит ресурсов, властно-правового регулирования и кризис авторитета институтов публичной власти и др.1.

Социальные конфликты: экспертиза, прогнозирование, технологии разрешения. Вып. 20: Региональные конфликты: моделирование, мониторинг, менеджмент. М., 2003.

–  –  –

В стабильном развитии юридико-политической системы социально-политическая конфликтогенность рассматривается в двух измерениях: в негативном аспекте, связанном с социально-политической дестабилизацией общества, и в позитивном - как фактор, влияющий на качественное изменение и улучшение государственно-правовой жизни общества с целью «ответа» на усложнение социально-политических потребностей.

Однако в транзитивном состоянии государства и права социально-политическая напряженность выражается главным образом в отрицательном воздействии на институционализацию национальной правовой и политической системы, поскольку влечет за собой усугубление традиционных этнополитических и право-культурных проблем общества, влияя на разрушение традиций; искажение базисных идей, ценностей; нарушение социальной справедливости; обострение территориальных и межэтнических конфликтов; неравномерность социально-экономического, культурного, политического развития и пр. Поэтому в данных условиях главным организационно-управленческим фактором снижения социальнополитической напряженности, противодействия развитию этнополитической и территориальной конфликтогенности выступают региональные институты исполнительной власти, точнее, их функционирование, направленное на стабилизацию ситуации в российской провинции.

В отличие от федеральных органов власти, легитимность которых может (в ряде случаев) носить потенциально-легальный характер, региональные институты исполнительной власти легитимируются в конкретном жизненном пространстве посредством адекватной организационно-управленческой деятельности. Реакция населения региона на действия этих институтов и структур служит значимым показателем эффективности исполнительной власти субъектов РФ. Например, А.Б. Довейко и В.А. Кокарев считают, что диагностика социально-политической напряженности в том или ином региональном пространстве «основана прежде всего на тщательном анализе массовых социальных явлений, ведущих к конфликтам, выявлении лидеров, изучении мотивов, интересов, целей, позиций, причин, поводов, форм социальных действий и противодействий. Следует также учитывать факторы, определяющие ее массовость, остроту и возможные перспективы развития»2.

Таким образом, такая реакция становится индикатором социальной напряженности и конфликтогенности в регионе и проявляется в двух формах.

К латентным (скрытым) формам артикуляции социально-политической напряженности следует отнести:

- обращение граждан, общественных организаций во властные институты и структуры исполнительной власти;

- снижение консолидации властных региональных элит в принятии важных управленческих решений;

- социальную разобщенность в местном сообществе;

- эмоциональную напряженность - доминирование у членов регионального сообщества негативных представлений и поведенческих реакций в отношении институтов и структур исполнительной власти, их должностных лиц;

- отсутствие устойчивых институциональных форм и связей между представителями гражданского общества и органами региональной власти;

- расширение криминогенной социальной базы за счет увеличения маргинального слоя люмпенизированных групп населения (безработных, бездомных и других категорий людей, находящихся по жизненному уровню за чертой бедности).

Среди явных (открытых) форм выражения напряженности можно выделить:

- социальный бойкот - частичное или полное игнорирование властно-управленческих решений;

- общественный протест - массовое гражданское неповиновение, митинги, забастовки, пикеты, шествия и другие публичные формы выражения социального недовольства и Довейко А.Б., Кокорев В.А. Обращение граждан как источник изучения социальной напряженности в крупном городе. Социальные конфликты: экспертиза, прогнозирование, технологии разрешения. М., 2003. С. 145.

№4 (21) 2015 _______________________________________________________________________ 53 Конституционное и муниципальное право давления на региональную, местную администрацию;

- социально-политический бунт - неконтролируемые, стихийные массовые действия, носящие агрессивный, антиправовой характер.

В этом контексте необходимо отметить следующее: в отечественной правокультурной традиции политические, государственные и правовые институты и учреждения не имели самоценного и самодостаточного статуса, что можно наблюдать в западной политико-правовой традиции (где происходит фетишизация правовой системы), а по большому счету были ценностями вторичными, прикладными, обеспечивали реализацию в социальной действительности ценностей первичного характера, таких как: социальная правда, справедливость, порядок, гармоничность, духовная и нравственная свобода и т.п.

При этом эффективность и легитимность государственной и правовой систем обусловливалась верой в правду, в социальную справедливость, поскольку уважение к правде значило намного больше, чем разумные законы и рациональные по своей природе юридические и политические институты. Причем сегодняшние социологические исследования фиксируют преемственно воспроизводящееся отношение к государству и праву, отражая практически неизменный пласт национального политического и правового менталитета.

Так, в настоящее время «в качестве ведущих парадигм массового общественного запроса сформировалась триада - благосостояние, порядок, социальная справедливость. Эта триада занимает ведущие позиции во всех электоральных группах и остается практически неизменной», - делают вывод авторы аналитического доклада, посвященного социологическому исследованию национального политического и правового сознания3, обосновывая, что правовые и государственные институты не имеют самодостаточной ценности в отечественном правосознании и получают свое социокультурное значение только в связке с данными базовыми ценностями, для воплощения которых они и создаются. Таким образом, государство в институционально-правовом измерении для современных россиян - «это, прежде всего, инструмент реализации интересов общества, и именно его интересами как целого оно и должно руководствоваться в своей деятельности»4.

В таком ракурсе современное функционирование институтов исполнительной власти в региональных этнополитических пространствах характеризуется состоянием депривации и аномии. Депривация отражает состояние, возникающее при явном расхождении между ожиданиями людей и институциональными возможностями их удовлетворения. Депривация усиливается и, следовательно, повышает вероятность возникновения открытых (явных) социально-политических конфликтов: во-первых, при уменьшении институциональных способов, средств и ресурсов для удовлетворения уже сформировавшихся интересов и потребностей (социально-экономический, политический и культурный, индетификационный кризисы); во-вторых, в ситуациях, когда ожидания, запросы растут значительно быстрее, чем возможности их удовлетворения5.

Так, вследствие развития общественной системы происходят процессы эволюции идей, представлений, ценностей, т.е. трансформируются мировоззренческие основания институциональной системы. Тогда «институты перестают им соответствовать и даже перестают определять социальные представления. Институты начинают восприниматься как исторический реликт»6.

Все это приводит к тому, что в результате расхождения представлений и институтов нарушается общественное согласие, «размываются» социально-правовые ориентиры и критерии развития, подрываются идеологические основы развития общества. Например, кризис советской политической системы заключался в том, что потребности, жизненные стандарты и представления граждан о должном порядке социально-правового взаимодействия развиваГраждане новой России: как себя ощущают и в каком обществе хотели бы жить? (1998-2004): Аналитический доклад РАН ИКСИ. М, 2004. С. 122.

Там же. С. 117.

Дмитриев А.В. Миграция: конфликтное измерение. М., 2006. С. 54.

Игошин КН. Институциональные искажения в российском обществе. М, 2003. С. 17.

_______________________________________________________________________№ 4 (21) 2015 Современное общество и право лись быстрее, чем институциональные основы общества, порождая социальнопсихологическую дискомфортность, запуская процессы восприятия политико-правовой действительности с все большей долей критичности и недовольства. В этом контексте анализ смысловых оснований, а также трансформаций институциональных образов и представлений позволяет достаточно достоверно судить о развитии содержания концепта «легитимность» в определенном культурном пространстве.

В свою очередь, аномия отражает, с точки зрения Р. Мертона, кризисное, дисфункциональное состояние социально-политических систем, возникающее в результате обострения социальных противоречий7. В условиях кризиса и дисфункциональности институциональной системы возрастает число индивидов, для которых характерно негативное отношение к существующим публично-правовым институтам и которые для решения своих проблем, удовлетворения интересов и потребностей склонны использовать альтернативные средства, имеющие неправовой, антисоциальный, имморальный характер8. С этим состоянием связано и политическое отчуждение населения в том или ином региональном политико-правовом пространстве.

Так, искажение либо разрушение институциональных способов реализации интересов и потребностей, этнотерриториальных ценностей приводит к социально-политическому расколу, отражая особое патологическое состояние общества, в рамках которого существует противоречие между культурой и социальными отношениями, традиционной и модернистской системами ценностей, деятельностью органов власти и ожиданиями населения.

Другими словами, раскол означает, что общественный порядок находится на грани дезорганизации, состоит в постоянном кризисе (затянувшийся переходный период), под угрозой распада. «Для раскола характерен своеобразный заколдованный круг, когда активизация позитивных ценностей в одной из расколотых частей общества приводит в действие силы, отрицающие эти ценности в иной части общества»9, вследствие чего возникает отчуждение институционально-властной системы и социума. Как следствие, граждане начинают все больше связывать свои цели и помыслы не с государственными или общественнополитическими институтами, а с частной жизнью, жизнью своей семьи, социальной группой (а возможно, и с криминальными структурами) и т.п. Таким образом, происходит «уход» человека из публично-правовой жизни в частную, неформальную, «теневую». Это обусловливает, по мнению академика В.Н. Кудрявцева, резкое отчуждение населения от государственных институтов в целом и норм права как их инструментов10.

Столь же жесткой критике в наше время подвергается этнополитиче-ская эффективность исполнительной власти в России. Примером безграмотной, зачастую непродуманной правовой политики можно назвать фискальную деятельность, препятствующую развитию экономики, «аксиологическую индифферентность» государства по отношению к функции ретрансляции базовых социально-правовых ценностей, допущение управленческой хаотизации в самих органах государственной власти, отсутствие целенаправленного конкурирования в идеологическом поле. Не менее значимым представляется «отсутствие достаточной вертикальной мобильности в сочетании с серьезными показателями социального неравенства»11.

Кроме того, в современной России массовым явлением стал переход публичной власти в сферу теневых отношений. Мотивировочной основой возникновения и развития нелегальных публичных отношений выступает феномен коррупции, обусловливающий удовлетворение экономических и социальных потребностей бюрократии за счет теневых методов социального управления. При этом опасность упомянутого способа решения вопроса связана с приоритетом личного интереса конкретного чиновника, их группы над интересами общеМертон Р. Социальная теория и социальная структура. М., 2006.

Бачинин В.А. Энциклопедия философии и социологии права. СПб., 2006. С. 59.

Модернизация в России и конфликт ценностей. М., 1993. С. 43.

Кудрявцев В.Н. Преступность и нравы переходного общества. М., 2002. С. 138.

Доган М. Легитимность режимов и кризис доверия // Социологические исследования. 1994. № 6. С. 155.

№4 (21) 2015 _______________________________________________________________________ 55 Конституционное и муниципальное право ства, территориального сообщества, государства в целом, который к тому же в большинстве случаев сопряжен с антисоциальной деятельностью, содействующей разрушению правового порядка12.

Наконец, на уровне легальных институтов государственной власти протекают процессы дезорганизации, в то время как теневые структуры приобретают все большую упорядоченность13. Поскольку же недейственные методы социального контроля и управления не способны удовлетворить общественный спрос на выполняемые государством функции, нерезультативная деятельность легальных институтов государственной власти подменяется эффективной деятельностью их нелегальных антиподов, т.е. налицо институциональный кризис системы исполнительной власти. При таком конкурентном поле уже непросто возникает делегитимация легальных институтов государственной власти, но, что еще более опасно, создается информационное пространство сравнительных характеристик между эффективностью публичной власти и теневыми структурами, закладывая в сознание граждан теневые алгоритмы социального поведения как наиболее продуктивных и эффективных способов социального взаимодействия. Это позволяет многим теоретикам вести речь о формировании и институциональном развитии «теневого права»14.

Таким образом, к факторам, инициирующим кризис управления этнополитическими конфликтами на региональном уровне, кроме вышеназванных, следует отнести:

- все большее усиление расхождений между формальной институциональной системой и реальными общественными отношениями;

- высокую степень конфликтогенности и несбалансированности в различных областях социально-правового пространства;

- «размывание» единого правового и политического пространства страны и, как следствие, неравномерность легитимации государственной власти по регионам;

- криминализацию государственных институтов власти, их сращивание с организованной преступностью, т.е. делегализацию институтов публичной власти, а соответственно, и методов ее социально-правового воздействия.

Очевидно, что адекватность функционирования региональных институтов исполнительной власти лежит в плоскости социально-правовой и духовно-нравственной оценок.

В этом плане можно выделить ряд направлений, легитимирующих деятельность публичноправовых институтов власти:

- подверженный влиянию различных факторов опыт граждан по взаимодействию с представителями публичной власти (сюда входит как опыт личных контактов с государственной бюрократией, а так и опыт, передаваемый знакомыми, родственниками, коллегами);

- образ, создаваемый средствами массовой информации, деятельности властных структур. Это - ретрансляция реальных событий с участием государственных служащих, а также трансляция определенного образа самой государственной власти и ее представителей;

- уровень социального благополучия (национального благосостояния), развития экономики, технологий, науки, культуры и искусства;

- уровень личной и имущественной безопасности граждан и их объединений (т.е.

распространенность правонарушений, показатели раскрываемости преступлений, привлечение виновных и невиновных лиц к ответственности, адекватность этой ответственности виду правонарушения);

Казымбетова Д.К. Коррупция как политико-правовой феномен // Социологические исследования. 2004. № 8.

С. 145.

Ахиезер А.С. Дезорганизация как категория общественной жизни // Общественные науки и современность.

1995. № 6.

Баранов В.М. О теневом праве // Новая правовая мысль. 2002. № 1. С. 13. Хотя автор этой работы определенным образом смешивает такие категории, как «обычное право», «мусульманское право» как нетеневые регуляторы общественных отношений и криминальные или «околокриминальные» нормативные установления, утверждает о «правовом плюрализме», но приводит вполне убедительные доводы в пользу «нормативного плюрализма».

_______________________________________________________________________№ 4 (21) 2015 Современное общество и право

- степень свободы, сочетаемая с наличием механизма защиты лиц от злоупотребления правом, властью со стороны должностных лиц и органов публичной власти;

- традиционные образы и отношение населения к государственной власти («дистанция власти» как проявление политико-правового менталитета).

Перечисленные параметры являются основой для регулирования (снижения) социально-политической напряженности в регионе. В этой связи необходимо привести характеристики, влияющие на динамику институтов власти и управления: а) степень социальной напряженности в обществе; б) социально-психологическое состояние различных групп населения; в) мера удовлетворенности уровнем своей материальной обеспеченности и различными аспектами жизни; г) иерархия проблем, с которыми население сталкивается в наибольшей степени; д) уровень доверия и недоверия общества к исполнительной власти, ведущим ее представителям; е) характеристики сдвигов в мировоззренческих, политических и идейнонравственных ориентациях населения; ж) уровень протестного потенциала населения15.

Деятельность региональных органов исполнительной власти по снижению социальнополитической напряженности на различных стадиях ее развертывания включает в себя несколько взаимосвязанных стадий:

1) латентная стадия - определение и разрешение проявляющихся в региональном сообществе противоречий в интересах и потребностях;

2) возникновение конфликтных условий - налаживание адекватных ситуации правовых и политических форм взаимодействия институтов публичной власти и представителей гражданского общества, поиск компромиссов между потенциальными участниками конфликта;

3) конфликтная стадия, на которой происходит возникновение самой конфликтной социально-политической ситуации, - направление ее развития в установленных законом формах; конфликтная ситуация - урегулирование предмета социально-политической активности в законодательно определенных процедурах;

4) постконфликтная ситуация - разрешение сохранившейся социально-политической напряженности, достижение компромисса по приоритетным социально-политическим проблемам и баланса во взаимоотношении этнополитических элит. При этом индикатором эффективного разрешения конфликта являются региональная социально-политическая стабильность, устойчивость взаимоотношений между органами исполнительной власти субъекта РФ, местного самоуправления и институтами гражданского общества.

В рамках решения данных проблем особое значение приобретает создание специальных институтов взаимодействия федеральных и региональных структур исполнительной власти, упорядочение консультативных, экспертных и иных Советов (комитетов) при федеральных органах с участием представителей субъектов Российской Федерации. Кроме того, требуется более эффективное использование институциональных процедур совместного принятия решений, согласования планов, программ, региональных и федеральных концепцией развития, проектов законов и иных нормативно-правовых актов.

В современных реалиях институционализация системы исполнительной власти предполагает публичное обсуждение, формирование и принятие в каждом субъекте РФ концепции регионального социально-политического развития, последующее ее согласование и учет в федеральной концепции правовой политики России, т.к. учет и защита региональных интересов «смягчают» существующую напряженность и конфликтогенность в локальном политико-правовом пространстве, позитивно влияют на урегулирование конфликтов (как вертикального, так и горизонтального характеров).

Осуществляемый в ходе формирования федеративной правовой политики синтез различных интересов и этнополитических противоречий в значительной мере уменьшает и синдром отчуждения между территориальными единицами. В этих условиях управление этнополитическими и социально-экономическими конфликтами не утрачивает своей актуальноГоршков М.К. Российское общество в условиях трансформации: мифы и реальность (социологический анализ). 1992-2002 гг. М., 2003. С. 9.

№4 (21) 2015 _______________________________________________________________________ 57 Конституционное и муниципальное право сти, но избегает спонтанности и нескоординированности действий различных органов исполнительной власти, а управление становится более организованным, последовательным и подчиняется общественному и политико-правому контролю.

В процессе формирования федеративной правовой политики и региональной концепции социально-политического развития возрастает и роль института полномочного представителя Президента РФ в Федеральном округе, который должен координировать взаимодействие федеральных и региональных органов исполнительной власти в плане реализации общей правовой политики, а также участвовать вместе со своим аппаратом в разработке региональных и межрегиональных программ социально-экономического и этнополитического развития, направленных на снижение социальной напряженности и конфликтности, организуя контроль за реализацией общефедеральных социальных, политических, экономических и культурных стандартов, согласовывая тем самым интересы (политические, экономические и др.) региональных сообществ и федеративного центра.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Довейко А.Б., Кокорев В.А. Обращение граждан как источник изучения социальной напряженности в крупном городе. Социальные конфликты: экспертиза, прогнозирование, технологии разрешения. М., 2003. С.

145.

2. Граждане новой России: как себя ощущают и в каком обществе хотели бы жить? (1998-2004): Аналитический доклад РАН ИКСИ. М, 2004. С. 122.

3. Дмитриев А.В. Миграция: конфликтное измерение. М., 2006. С. 54.

4. Игошин КН. Институциональные искажения в российском обществе. М, 2003. С. 17.

5. Мертон Р. Социальная теория и социальная структура. М., 2006.

6. Бачинин В.А. Энциклопедия философии и социологии права. СПб., 2006. С. 59.

7. Модернизация в России и конфликт ценностей. М., 1993. С. 43.

8. Кудрявцев В.Н. Преступность и нравы переходного общества. М., 2002. С. 138.

9. Доган М. Легитимность режимов и кризис доверия // Социологические исследования. 1994. № 6. С.

155.

10. Казымбетова Д.К. Коррупция как политико-правовой феномен // Социологические исследования.

2004. № 8. С. 145.

11. Ахиезер А.С. Дезорганизация как категория общественной жизни // Общественные науки и современность. 1995. № 6.

Тхабисимова Людмила Аслановна ФГБОУ ВПО «Пятигорский государственный лингвистический университет»

Доктор юридических наук, профессор Заместитель, директора по научной работе Юридического института 357532, Ставропольский край, г. Пятигорск, просп. Калинина, д. 9.

Тел.: 40-09-39 E-mail: thabisimova@rambler.ru

L.A. TKHABISIMOVA

FUNCTIONING OF INSTITUTES OF EXECUTIVE POWER

SUBJECTS OF THE RUSSIAN FEDERATION IN THE

CONDITIONS OF THE SOCIO-POLITICAL

AND ETHNONATIONAL INTENSITY

In article questions of functioning of institutes of executive power in the conditions of a sociopolitical conflictogenity which is considered in two measurements are considered. It is noted that regional institutes of executive power are legitimated in concrete vital space by means of adequate organizational and administrative activity, and reaction of the population of the region to its actions serves as a significant indicator of efficiency of executive power of territorial subjects of the Russian Federation. The attention that now ethnopolitical efficiency of executive power in Russia where transition of the public power to the sphere of the shadow relations became the mass phenomenon is exposed to severe criticism is focused.

_______________________________________________________________________№ 4 (21) 2015 Современное общество и право On the basis of the conducted research, it is noted that the account and protection of regional interests «soften» the existing intensity and a conflictogenity in local political and legal space, positively influence settlement of the conflicts (both vertical, and horizontal characters).

Keywords: executive power, conflictogenity, authorities, legitimacy, civil society, social justice, public organizations, legal consciousness, social inequality, public power, shadow law, regional interests, subjects of federation.

BIBLIOGRAPHY

1. Doveyko A.B., Kokorev V.A. Obrashchenie grazhdan kak istochnik izucheniya sotsial'noy napryazhennosti v krupnom gorode. Sotsial'nye konflikty: ekspertiza, prognozirovanie, tekhnologii razresheniya. M., 2003. S. 145.

2. Grazhdane novoy Rossii: kak sebya oshchushchayut i v kakom obshchestve khoteli by zhit'? (1998-2004):

Ana-liticheskiy doklad RAN IKSI. M, 2004. S. 122.

3. Dmitriev A.V. Migratsiya: konfliktnoe izmerenie. M., 2006. S. 54.

4. Igoshin KN. Institutsional'nye iskazheniya v rossiyskom obshchestve. M, 2003. S. 17.

5. Merton R. Sotsial'naya teoriya i sotsial'naya struktura. M., 2006.

6. Bachinin V.A. Entsiklopediya filosofii i sotsiologii prava. SPb., 2006. S. 59.

7. Modernizatsiya v Rossii i konflikt tsennostey. M., 1993. S. 43.

8. Kudryavtsev V.N. Prestupnost' i nravy perekhodnogo obshchestva. M., 2002. S. 138.

9. Dogan M. Legitimnost' rezhimov i krizis doveriya // Sotsiologicheskie issledovaniya. 1994. № 6. S. 155.

10. Kazymbetova D.K. Korruptsiya kak politiko-pravovoy fenomen // Sotsiologicheskie issledovaniya. 2004.

№ 8. S. 145.

11. Akhiezer A.S. Dezorganizatsiya kak kategoriya obshchestvennoy zhizni // Obshchestvennye nauki i sovremennost'. 1995. № 6.

Tkhabisimova Lyudmila Aslanovna Pyatigorsk state linguistic University Doctor of legal Sciences, Professor, Deputy Director on scientific work of Law Institute 357532, Stavropol territory, Pyatigorsk, prospect Kalinina, 9.

Tel: 40-09-39 E-mail: thabisimova@rambler.ru №4 (21) 2015 _______________________________________________________________________ 59 Конституционное и муниципальное право УДК 342.7 П.А. АСТАФИЧЕВ, М.В. РОСТОВА

ГОСУДАРСТВЕННАЯ АККРЕДИТАЦИЯ ВЫСШИХ УЧЕБНЫХ

ЗАВЕДЕНИЙ В МЕХАНИЗМЕ РЕАЛИЗАЦИИ КОНСТИТУЦИОННОЙ

СВОБОДЫ ПРЕПОДАВАНИЯ И ТВОРЧЕСТВА

Статья посвящена исследованию ряда проблем, связанных с реализацией конституционной свободы преподавания и творчества в контексте административно-правового института государственной аккредитации высших учебных заведений. Авторы полагают, что сам по себе институт государственной аккредитации не следует трактовать в качестве инструмента нарушения конституционной свободы преподавания и творчества. Скорее – это форма ограничения данной свободы, что допускается по смыслу ч. 3 ст. 55 Конституции РФ при определенных условиях. Компетентностный подход – это лишь один из методов организации педагогической деятельности, который имеет ряд важных субститутов. В конечном итоге, вопрос его применения или отказа в применении должен предопределяться рядом существенных обстоятельств юридического характера.

Ключевые слова: свобода преподавания и творчества, академические свободы, государственные образовательные стандарты, компетентностный подход к обучению.

В современной системе российского образования прочно устоялись механизмы если не тотального, то весьма обстоятельного и всеохватывающего государственного контроля и надзора. С каждым годом они демонстрируют тенденцию к усилению. В целях обоснования подобной политики выработаны довольно примечательные критерии и принципы, в числе которых – официально заявленное стремление уполномоченных государственных структур обеспечить «качество» и «эффективность» вузов. То, что вузы должны быть качественными и эффективными – едва ли не аксиома современности. Борьба за качество и эффективность мотивируют не только сворачивание реализации отдельных образовательных программ и направлений вузовской деятельности (например, их советов по защите кандидатских и докторских диссертаций). Речь стала идти о допустимости существования многих вузов как таковых. Основным инструментом реализации подобной политики является институт государственной аккредитации.

Сам по себе институт государственной аккредитации, пожалуй, не следует трактовать в качестве инструмента нарушения конституционной свободы преподавания и творчества.

Скорее – это форма ограничения данной свободы, что допускается по смыслу ч. 3 ст. 55 Конституции РФ при определенных условиях: во-первых, ограничения могут устанавливаться исключительно федеральным законом (введение ограничений подзаконными актами, тем более – неформализованными «установками», «пожеланиями», «рекомендациями» запрещено конституцией страны); во-вторых, законодатель не вправе произвольно, по своему усмотрению ограничивать конституционную свободу преподавания и творчества в процессе правового регулирования государственной аккредитации вузов; он связан конституционными целями, которые непосредственно и исчерпывающим образом перечислены в ч. 3 ст. 55 Конституции РФ.

Аккредитационная экспертиза вузов ограничена предметом и процедурой. Ее предмет – не образовательная деятельность вузов вообще. Предметом экспертизы может служить только соответствие или несоответствие реализации конкретных образовательных программ требованиям государственных стандартов (которые в обиходе именуют ГОС, ФГОС). Сами стандарты – весьма лаконичные документы, требования которых в большинстве случаев являются достаточно четкими и, вследствие этого, поддающимися контролю, проверке и фиксации.

Так, требование ФГОС по образовательной программе юриспруденция (бакалавриат) обязывает соблюдать нормативы трудоемкости (240 зачетных единиц, по очной форме за год – 60 зачетных единиц); структуры образовательной программы (наличие трех учебных циклов, включая профессиональный; разделов учебной и производственной практики, итоговой государственной аттестации; базовых и вариативных частей в каждом учебном цикле);

_______________________________________________________________________№ 4 (21) 2015 Современное общество и право соотношения активных и интерактивных форм (более 20 % аудиторных занятий); удельной доли лекций (не более 40 % аудиторных занятий); трудоемкости одной учебной дисциплины (не менее двух зачетных единиц); обязательности выставления оценки в случае трудоемкости дисциплины более трех зачетных единиц; объема дисциплин по выбору (не менее одной трети вариативной части по циклам); максимальной учебной нагрузки (не более 54 академических часов в неделю); объема факультативных дисциплин (не более 10 зачетных единиц);

пределов аудиторной нагрузки (для очной формы обучения от 24 до 36 часов в неделю); каникулярного времени в учебном году (7-9 недель, не менее двух недель в зимний период) и т.п.

В содержательном аспекте стандарт содержит требования к наименованиям и трудоемкости учебных дисциплин базовой части. Например, в «гуманитарном, социальном и экономическом» учебном цикле юристы обязательно должны изучать философию, иностранный язык в юриспруденции, экономику, профессиональную этику и безопасность жизнедеятельности. В информационно-правовом цикле – информационные технологии в юридической деятельности. Профессиональный учебный цикл в его базовой части охватывает теорию государства и права, историю отечественного государства и права, историю государства и права зарубежных стран, криминалистику, а также отраслевые юридические дисциплины (конституционное, административное, гражданское, гражданско-процессуальное, арбитражнопроцессуальное, трудовое, уголовное, уголовно-процессуальное, экологическое, земельное, финансовое, налоговое, предпринимательское, международное, международное частное право и право социального обеспечения).

Все эти и аналогичные им условия допустимости образовательной деятельности представляются вполне законными и обоснованными с точки зрения реализации конституционной свободы преподавания и творчества. Высшие учебные заведения должны быть связаны требованиями трудоемкости, структуры основной образовательной программы, ее основного содержания. Вместе с тем, существенным компонентом федеральных аккредитационных показателей в современной России стала реализация не столько этих требований (они, как правило, соблюдаются достаточно строго), сколько «компетентностного подхода», основной смысл которого состоит в обязательности активных и интерактивных форм проведения занятий (компьютерные стимуляции, деловые и ролевые игры, разбор конкретных ситуаций, тренинги), внеаудиторной работы, встреч с представителями работодателей, мастер-классов экспертов и специалистов и т.д. Традиционный набор «знаний, навыков и умений» теперь замещается «матрицей компетенций», которыми должны овладеть обучающиеся на каждой из стадий образовательного процесса, причем фактическое владение этими компетенциями должно поддаваться внешнему административному контролю. Компетентностный подход к образовательной деятельности как юридическое требование к ее осуществлению набрал настолько стремительные обороты в современном обществе, что во многих вузах наблюдается «раздвоение» фактического и юридического образовательного процессов: учебная работа «согласно документам» разошлась с реальным воплощением в жизнь образовательных программ и, по утверждению ряда скептиков, эти две «альтернативные реальности», возможно, уже никогда не «сойдутся вместе».

Основная идея компетентностного подхода состоит в инновационности, оригинальности, современности образовательного процесса, его соответствии «духу» времени с точки зрения применяемых форм и методов обучения, направленных на меняющиеся потребности будущих работодателей. По логике, подобные тенденции в образовательной деятельности нужно только приветствовать. Однако, на наш взгляд, следует различать инновационные подходы к обучению, с одной стороны, как государственные требования, поддающиеся контролю и влекущие за собой юридические санкции, с другой – как добровольно используемые преподавателями и их объединениями (прежде всего, кафедрами и факультетами) методы и подходы, которые предопределяются особенностями изучаемой дисциплины, ее теоретическим или практически-прикладным предназначением, спецификой студенческой аудитории и предпочтениями конкретного преподавателя, являющегося представителем той или иной учебно-методической или научной школы. Государственное вмешательство в подобные процессы является, на наш взгляд, ограничением конституционной свободы преподавания и №4 (21) 2015 _______________________________________________________________________ 61 Конституционное и муниципальное право творчества по смыслу ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, нуждающимся в квалификации с точки зрения конституционной правомерности или, напротив, противоправности.

Приведем в качестве примера внедрение компетенционного подхода в преподавание конституционного права России. Данная дисциплина имеет, прежде всего, теоретикометодологическую направленность. Будущие правоведы вне зависимости от их последующей специализации должны иметь достаточно ясные и четкие представления об основах конституционной теории, законодательства и правоприменительной практики, уметь их логически понимать в виде целостной системы дидактических единиц, взаимосвязанных друг с другом, в будущем – применять в практической юридической деятельности полученные правовые знания. Требовать от студентов полного знания конституционной теории, законодательства и правоприменительной практики бессмысленно и вредно; ожидать от них способность сразу по завершению университетского курса эффективно представлять интересы клиентов в Конституционном Суде РФ или в Европейском суде по правам человека – тем более невозможно. В лучшем случае студент усваивает лишь определенную часть конституционноправового знания, и этого вполне достаточно, чтобы процесс познания теоретической и практической юриспруденции развивался в требуемом направлении. Какие еще «компетенции» помимо знаний, навыков и умений в сфере теоретической и практической конституционной юриспруденции должен приобрести студент в курсе конституционного права?

Полностью отрицать необходимость подобных компетенций (помимо очевидного требования знания конституционной теории, законодательства и правоприменительной практики, а также первичных навыков и умений в их применении в практической деятельности юриста) мы не будем. Разумеется, при изучении конституционно-правовых явлений и процессов студенты формируют свое политическое мировоззрение, общую культуру, вырабатывают навыки коллективной и индивидуальной работы, учатся критически воспринимать научную мысль, формируют чувства справедливости, нравственного долга. Но стоит ли подобные компетенции (реализация которых представляет собой весьма «тонкий», зачастую – «замаскированный» инструментарий практикующего педагога) демонстрировать открыто, тем более – формализовано? Допустимо ли с конституционно-правовой точки зрения придание им характера государственно-правовой общеобязательности, предполагающей государственный контроль и юридическую ответственность? Или это – автономная сфера «свободы»

преподавания и творчества, гарантированной действующей конституцией страны? Представляется, что второй вариант ответа на поставленный вопрос выглядит более предпочтительным с конституционно-правовой точки зрения.

Применение или неиспользование компетентностного подхода – вопрос автономного усмотрения педагога, кафедры, факультета и вуза. Компетентностный подход в одних случаях демонстрирует весьма высокую эффективность (например, в технических науках), в других – является совершенно неприемлемым (особенно в процессе преподавания общенаучных, философских дисциплин). Компетентностный подход – это лишь один из методов организации педагогической деятельности, который имеет ряд важных субститутов. В конечном итоге, вопрос его применения или отказа в применении должен предопределяться рядом существенных обстоятельств юридического характера (особенностями изучаемой дисциплины, ее теоретическим или практически-прикладным предназначением, спецификой студенческой аудитории и предпочтениями конкретного преподавателя, являющегося представителем той или иной учебно-методической или научной школы). Что касается государственного контроля его использования – представляется, что он нуждается в прямом юридическом запрете на уровне Федерального закона «Об образовании».

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации» от 29 декабря 2012 г. с послед.

изм. // СЗ РФ. 2012. № 53. Ст. 7598. 2015. № 18. Ст. 2625.

2. Авакьян С.А. Свобода преподавания: конституционно-правовая интерпретация // Актуальные проблемы преподавания конституционного и муниципального права. М.: РАП, 2008.

3. Болотова Е.Л. Свобода преподавания как объект правового научного исследования // Научные труды РАЮН. В 2-х т. Т. 2. 2011. № 11.

_______________________________________________________________________№ 4 (21) 2015 Современное общество и право

4. Зайцев С.Ю. Конституционно-правовые гарантии свободы преподавания. Автореф… канд. юрид.

наук. Белгород, 2015.

5. Кайгородцева Е.И. Основные причины закрепления свободы преподавания в Конституции Российской Федерации // Юридическое образование и наука. 2006. № 2.

6. Кайгородцева Е.И. Субъекты свободы преподавания в рамках действующего законодательства // Юридическое образование и наука. 2006. № 1.

7. Суворов М.И. О свободе преподавания // Юридическая наука и преподавание права: проблемы и перспективы. Тверь: ТГУ, 1996.

Астафичев Павел Александрович ФГБОУ ВО «Приокский государственный университет»

Доктор юридических наук, профессор, директор Юридического института 302020 Орел, Наугорское ш., 40 Тел.: (84862) 41-98-07 E-mail: pavel-astafichev@rambler.ru Ростова Мария Владимировна ФГБОУ ВО «Приокский государственный университет»

Ассистент кафедры «Конституционное и муниципальное право»

302020 Орел, Наугорское ш., 40 Тел.: 8-906-663-81-81 E-mail: rostova_mv@mail.ru P.A. ASTAFICHEV, M.V. ROSTOVA

STATE ACCREDITATION OF HIGHER EDUCATIONAL INSTITUTIONS

IN THE MECHANISM OF REALIZATION OF THE CONSTITUTIONAL

FREEDOM OF TEACHING AND CREATIVITY

Clause is devoted to research of some the problems connected with realization of constitutional freedom of teaching and creativity in a context of administratively-legal institute of the state accreditation of higher educational institutions. Authors believe, that the in itself institute of the state accreditation should not be treated as the tool of infringement of constitutional freedom of teaching and creativity. Is a form of restriction of given freedom that is supposed on sense of the Constitution of the Russian Federation under certain conditions more likely. The competence is only one of methods of the organization of pedagogical activity which has a number of the important substitutes. Finally, the question of its application or refusal in application should be predetermined by a number of essential circumstances of legal character.

Keywords: freedom of teaching and creativity, academic freedom, the state educational standards, the competence of training.

BIBLIOGRAPHY

1. Federal'nyy zakon «Ob obrazovanii v Rossiyskoy Federatsii» ot 29 dekabrya 2012 g. s posled. izm. // SZ RF. 2012. № 53. St. 7598. 2015. № 18. St. 2625.

2. Avak'yan S.A. Svoboda prepodavaniya: konstitutsionno-pravovaya interpretatsiya // Aktual'nye pro-blemy prepodavaniya konstitutsionnogo i munitsipal'nogo prava. M.: RAP, 2008.

3. Bolotova E.L. Svoboda prepodavaniya kak ob"ekt pravovogo nauchnogo issledovaniya // Nauchnye tru-dy RAYuN. V 2-kh t. T. 2. 2011. № 11.

4. Zaytsev S.Yu. Konstitutsionno-pravovye garantii svobody prepodavaniya. Avtoref… kand. yurid. na-uk.

Belgorod, 2015.

5. Kaygorodtseva E.I. Osnovnye prichiny zakrepleniya svobody prepodavaniya v Konstitutsii Rossiy-skoy Federatsii // Yuridicheskoe obrazovanie i nauka. 2006. № 2.

6. Kaygorodtseva E.I. Sub"ekty svobody prepodavaniya v ramkakh deystvuyushchego zakonodatel'stva // Yuridicheskoe obrazovanie i nauka. 2006. № 1.

7. Suvorov M.I. O svobode prepodavaniya // Yuridicheskaya nauka i prepodavanie prava: problemy i perspektivy. Tver': TGU, 1996.

Astafiev Pavel Aleksandrovich Prioksky State University Doctor of legal Sciences, Professor, Director of Law Institute 302020 Orel, Naugorskoe sh., 40 Tel: (84862) 41-98-07 E-mail: pavel-astafichev@rambler.ru Rostova Maria Vladimirovna Prioksky State University Assistant of the Department «Constitutional and municipal right»

Tel: 8-906-663-81-81, E-mail: rostova_mv@mail.ru №4 (21) 2015 _______________________________________________________________________ 63 Конституционное и муниципальное право УДК 342.8 Е.В. ДЕМЬЯНОВ

К ВОПРОСУ ОБ ОТКРЫТОСТИ РАБОТЫ ИЗБИРАТЕЛЬНЫХ

КОМИССИЙ СУБЪЕКТОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСРЕДСТВОМ РАЗМЕЩЕНИЯ ИНФОРМАЦИИ

В СЕТИ «ИНТЕРНЕТ»

По мнению автора, в целях обеспечения открытости работы избирательных комиссий различного уровня, существует необходимость создания на федеральном уровне единого реестра открытой информации (открытых данных) о выборах, референдумах и подготовке к ним. Данная информация должна единообразно размещаться на официальных сайтах избирательных комиссий в сети «Интернет».

Ключевые слова: избирательные комиссии, открытые данные.

В соответствии с пунктом 5 статьи 3 Федерального закона 12 июня 2002 г. № 67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации»1 (далее – Федеральный закон № 67-ФЗ) деятельность избирательных комиссий при подготовке и проведении выборов, референдума, подсчете голосов, установлении итогов голосования, определении результатов выборов, референдума осуществляется открыто и гласно.

Федеральным законом от 09 февраля 2009 г. № 8-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления»2 (далее – Федеральный закон № 8-ФЗ) определены способы обеспечения доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления, одним из которых является размещение государственными органами и органами местного самоуправления информации о своей деятельности в сети «Интернет» (пункт 2 статьи 6).



Pages:     | 1 || 3 | 4 |

Похожие работы:

«Саркисян Мери Самвеловна ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯМ, СОВЕРШАЕМЫМ В СФЕРЕ БАНКОВСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ. 12.00.08 – уголовное право и криминология, уголовно-исполнительное право Автореферат диссертации на соискание ученой степени...»

«Закон "О Счетной палате" (В редакции Законов КР от 4 июня 2007 года N 77, 7 июля 2008 года N 139, 21 июля 2008 года N 163, 15 октября 2008 года N 213, 26 января 2009 года...»

«Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь, 23.05.2017, 8/32047 ПОСТАНОВЛЕНИЕ МИНИСТЕРСТВА ЮСТИЦИИ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ 16 мая 2017 г. № 88 О внесении дополнений и изменений в некотор...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Владимирский государственный университет имени Александра Григорьевича и Николая Григорьевича Столетовых" (ВлГУ) ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА Студент Ровшенов...»

«Практика трудового права Goltsblat BLP is the Russian practice of Berwin Leighton Paisner (BLP), an award-winning international law firm Введение Юридическая фирма Goltsblat BLP – одна из лучших Международная команда Практики трудового права на российском рынке. Goltsblat BLP является од...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФГБОУ ВО "БУРЯТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ" ЮРИДИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ И.о декана В.М. Мельников _20 -^6 г. " Программа практики Н А У Ч...»

«Знаменская Вера Сергеевна ПРАВОВАЯ ОХРАНА НАИМЕНОВАНИЙ МЕСТ ПРОИСХОЖДЕНИЯ ТОВАРОВ В РОССИИ И ЗА РУБЕЖОМ 12.00.03 – гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой...»

«ПРОТОКОЛ Общего собрания акционеров АО АВТОБАЗА "ТВЕРСКАЯ-1" составлен "7" ноября 2016 г. Полное фирменное наименование общества: АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО АВТОБАЗА "ТВЕРСКАЯ-1" (далее именуемое Общество). Место нахождения Общества: г.Тверь, Старицкое шоссе, д.25. Вид общег...»

«ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ АВАРИЙНЫХ КОМИССАРОВ Моргунова А.Т., Гостева П.П. Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Оренбургский государственный университет" Кафедра метрологии, стандартизации и сертификации Транспортный факультет, Оренбург, Россия E-mail:lina1002993@gmail.co...»

«1 Арбитражный суд Свердловской области ЭЛЕКТРОННЫЙ ЖУРНАЛ № А60 – 2/2010 издается ежеквартально В НОМЕРЕ От редакции РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ Участие Арбитражного суда Свердловской области в правовом эксперименте по внедрению примирительных проце...»

«НАЦИОНАЛЬНЫЙ ВОПРОС И АЛЬТЕРНАТИВНЫЙ ПРАВОПОРЯДОК МАТЕРИАЛЫ К ОДНОИМЕННЫМ СЛУШАНИЯМ, ПРОВОДИМЫМ КОМИССИЕЙ ПО МЕЖНАЦИОНАЛЬНЫМ ОТНОШЕНИЯМ И СВОБОДЕ СОВЕСТИ Ноябрь ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ 1. МАССОВЫЕ ВЫСТУПЛЕНИЯ От Манежной к Бирюлево 1.1. Участие националистов 1.2. 2. КОЛЛЕКТИВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Родственни...»

«1 Проявления религиозной нетерпимости в отношении Украинской Православной Церкви Московского Патриархата. Мониторинг РИСИ Предлагаем вниманию читателя факты гонений в отношении Украинской Православной Це...»

«1. Цели освоения дисциплины Цель дисциплины "Международное частное право": изучение теоретических и практических вопросов коллизионного и материальноправового регулирования частноправовых отношений, осложненных с иностранным элемент...»

«Проект АгроІнвест ВІД АМЕРИКАНСЬКОГО НАРОДУ Науково-практичНий комеНтар до ЗакоНу україНи "про сільськогосподарську кооперацію" та суміжНих правових актів Національна асоціація сільськогосподарських...»

«23 сентября 1992 года N 3520-1 РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ ЗАКОН О ТОВАРНЫХ ЗНАКАХ, ЗНАКАХ ОБСЛУЖИВАНИЯ И НАИМЕНОВАНИЯХ МЕСТ ПРОИСХОЖДЕНИЯ ТОВАРОВ (в ред. Федерального закона от 11.12.2002 N 166-ФЗ, с изм., внесенными Федеральными законами от 27.12.2000...»

«Александр Карлович Золотько Роман Валерьевич Злотников Князь Трубецкой Серия "Князь Трубецкой", книга 1 Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=12496974 Князь Трубецкой/Роман Злотников, Александр Золотьк...»

«Шевченко Ольга Михайловна ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПО ОРГАНИЗАЦИИ ТОРГОВЛИ НА РЫНКЕ ЦЕННЫХ БУМАГ Специальность: 12.00.03 гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук...»

«Студенческий Меридиан № 4(13) 2017 год стр. 1 Коротко о главном : =стр.2 "Всемирный день здоровья = стр.3 "Субботник." =стр.2 "Советский человек первый." = стр.4 " Здоровье, самочувствие и вредные привычки = стр.5 "Пирамида правовой активности = и многое другое С...»

«Арбитражный суд Владимирской области СПРАВКА по результатам обобщения практики рассмотрения дел с участием прокурора за 2011 год и 5 месяцев 2012 года 1 I. Общие положения Настоящая Справка подготовлена в соответ...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "ПЕРМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ" ПЕРМ...»

«Послание от Председателя За последние четыре десятилетия, Таляль Абу-Газале организация (ТАГ Орг) выросла в одного из крупнейших мировых поставщиков профессиональных услуг и образования, который обслуживает глобальную базу клиентов с помощью своих 8...»

«АДМИНИСТРАЦИЯ БЕЛОГОРСКОГО РАЙОНА РЕСПУБЛИКИ КРЫМ ПОСТАНОВЛЕНИЕ 10 апреля 2QI5 года № 55г. Белогорск Об утверждении административного регламента, по предоставлению муниципальной услу...»

«Дэвид Макфадьен Русские понты: бесхитростные и бессовестные Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=7918357 Русские понты: бесхитростные и бессовестные / Дэвид Макфадьен: Альпина нон-фикшн; Москва; ISBN 978-5-9614-2315-0 Аннотация Понты во всем – в повседневной жизни и в культуре, в политике...»

«Мустафаева Наджиба Ильгар кызы МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВАЯ ПОЗИЦИЯ АЗЕРБАЙДЖАНА В ОТНОШЕНИИ РЕФОРМИРОВАНИЯ ООН Специальность 12.00.10 – Международное право; Европейское право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук...»

«Илья Альтман Неизвестная "Черная книга" Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=9245524 Неизвестная “Черная книга” под редакцией Василия Гроссмана и Ильи Эренбург...»

«а в г ус т а 2 0 1 4 3356-У О формах, сроках и порядке составления и представления в Банк России документов, содержащих отчет о деятельности и отчет о персональном составе органов кредитного потребительского кооператива, количество членов которого превыша...»

«1 Место дисциплины (модуля) в структуре ООП ВО: Б1.В.ОД.14 Дисциплина входит в вариативную часть Блока 1 "Дисциплины (модули)". Для изучения дисциплины студент должен обладать знаниями, полученными при изучении учебных предметов "Организа...»










 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.