WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |

«Международные стандарты и зарубежная практика регулирования журналистики ББК 76 Р49 Рецензенты: Сбруев В. В., д-р филол. н., проф. Энтин В. Л., канд. юр. н., ст. н. с. ...»

-- [ Страница 2 ] --

Право на доступ к информации, право знать поддерживает ЮНЕСКО. На Брисбенской конференции этой организации в 2010 году была принята декларация, которая призывает государства-участники принять законы, гарантирующие право на информацию в соответствии с международнопризнанным принципом максимальной открытости. Под ним понимается право каждого получить доступ к информации, хранящейся в государственных органах всех уровней – местных, национальных и международных3.

Свобода информации гарантируется и различными документами Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), такими, как Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе4, Заключительный документ копенгагенского совещания Конференции ОБСЕ по человеческому измерению5, Парижская хартия, согласованная в 1990 г.6, Заключительный документ встречи на высшем уровне в рамках ОБСЕ См. текст декларации ЮНЕСКО. URL: http://www.unesco.

org/new/en/communication-and-information/agship-projectactivities/world-press-freedom-day/previous-celebrations/2010/ brisbane-declaration/ Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе. Хельсинки, 1 августа 1975 г. См. полный официальный текст на рус. яз. в Ведомостях Верховного Совета СССР (1975, № 33) и в извлечениях, касающихся свободы выражения мнений на сайте «Право и средства массовой информации» // URL: http://www.medialaw.ru/laws/other_laws/ european/zakl_akt.htm.

Копенгагенское совещание Конференции ОБСЕ по человеческому измерению, июнь 1990 г. См., в частности, пункты

9.1 и 10.1.

Парижская хартия для новой Европы. Встреча на высшем уровне в рамках ОБСЕ, ноябрь 1990 г.

А. Г. Рихтер • Международные стандарты 68 и зарубежная практика регулирования журналистики в Будапеште в 1994 г.7, Декларация встречи на высшем уровне в рамках ОБСЕ в Стамбуле8. В Стамбульской хартии европейской безопасности ОБСЕ, в частности, говорится: «Мы [государства-участники] вновь подтверждаем значение… свободного потока информации, а также доступа общественности к информации. Мы обязуемся принять все необходимые меры для обеспечения основных условий для… беспрепятственного трансграничного и внутригосударственного потока информации, который мы рассматриваем как существенную составляющую любого демократического, свободного и открытого общества»9.

На Одиннадцатой встрече Совета министров ОБСЕ в Маастрихте (1-2 декабря 2003 г.) по разработке стратегии ОБСЕ в целях противодействия угрозам безопасности и стабильности в XXI в. было заявлено: «Транспарентность в государственных делах является одним из существенно важных условий подотчётности государств и активного участия гражданского общества в экономических процессах» (см. п.2.2.4. Документа-Стратегии ОБСЕ в области экономического и экологического измерения).

Важно отметить, что вопросы широкого доступа к информации касаются не только поиска и получения документов и других сведений, но и посещения мероприятий и заседаний государственных органов, таких, как судебные и законодательные.

Международное право на получение отдельных видов информации В последнее время были подписаны и вступили в силу несколько международных соглашений, признающих право На пути к подлинному партнерству в новую эпоху. Встреча на высшем уровне в рамках ОБСЕ в Будапеште, 1994 г., пункты 36–38.

Встреча на высшем уровне в рамках ОБСЕ в Стамбуле, 1999 г., пункт 27. См. также пункт 26 Хартии европейской безопасности, принятой на той же встрече.





Примечание 13, п. 26.

Глава II • Доступ к информации граждан на поиск и получение информации в той или иной специфической сфере. Первым следует назвать сферу экологической информации. Государства – участники Европейской экономической комиссии ООН (ЕЭК ООН) и Евросоюз подписали в 1998 г. юридически обязательную конвенцию «О доступе к информации, участию общественности в принятии решений и доступе к правосудию по вопросам, касающимся окружающей среды» (так называемую Орхусскую конвенцию). В её преамбуле сказано, что страны-участницы обосновывают необходимость принятия Конвенции: «…считая, что в целях обеспечения возможности отстаивать [право на жизнь в благоприятной окружающей среде] граждане должны иметь доступ к информации… признавая, что в вопросах, касающихся окружающей среды, совершенствование доступа к информации и участия общественности в процессе принятия решений повышает качество принимаемых решений и процесса их осуществления, способствует улучшению информированности общественности об экологических проблемах, предоставляет общественности возможность выражать свою озабоченность и позволяет государственным органам обеспечивать должный учёт таких интересов…»

Конвенция вступила в силу в октябре 2001 г. На сегодняшний день у неё 44 участника, включая 43 страны Европы и бывшего СССР и Евросоюз. Она требует от государствучастников принятия правовых мер по претворению в жизнь положений о доступе к информации об окружающей среде. Большинство их них записаны в статье 4, которая начинается со следующего положения: «Каждая Сторона обеспечивает, чтобы… государственные органы в ответ на просьбу о предоставлении экологической информации предоставляли общественности, в рамках национального законодательства, такую информацию…: а) без необходимости формулировать свою заинтересованность…»

За соблюдением Конвенции несудебный консультационный надзор осуществляет комитет, созданный согласно статье 15. Участники Конвенции могут также признать юрисдикцию Международного суда или арбитража по делам о нарушении Конвенции.

А. Г. Рихтер • Международные стандарты 70 и зарубежная практика регулирования журналистики Среди прочего Конвенция требует от государствучастников признать широкие определения понятий «экологическая информация» и «государственный орган», поставить исключения в праве на информацию в зависимость от заинтересованности общественности в получении такой информации. Она также устанавливает желательность создания в соответствии с национальным законом независимого и беспристрастного органа с полномочиями оспаривать законность с правовой и процессуальной точки зрения любого решения, действия или бездействия государственных органов по предоставлению экологической информации.

Конвенция признаёт право на доступ к информации как часть права на жизнь в экологически безопасной среде, а не как самостоятельное право человека. Тем не менее это был первый юридически обязательный международный акт, который установил ясные стандарты права на информацию.

В 1998 г. Генеральная Ассамблея ООН приняла Декларацию о праве и обязанности отдельных лиц, групп и органов общества поощрять и защищать общепризнанные права человека и основные свободы (Декларацию о защитниках прав человека).

Статья 6 этого международного акта особо отмечает право на доступ к информации о правах человека:

«Каждый человек, индивидуально и совместно с другими, имеет право:

а) знать, искать, добывать, получать и иметь в своем распоряжении информацию о всех правах человека и основных свободах, включая доступ к информации о том, каким образом обеспечиваются эти права и свободы во внутреннем законодательстве, в судебной или административной системах;

b) знать, как предусматривается в международных договорах о правах человека и других применимых международных договорах, свободно публиковать, передавать или распространять среди других мнения, информацию и знания о всех правах человека и основных свободах…»

В Декларации о защитниках прав человека сказано, что подобного рода деятельность необходима для защиты и эффективного осуществления прав человека и основных свобод.

Глава II • Доступ к информации Европейский суд о праве на доступ к информации Мировое признание значения свободы информации и свободы выражения мнения нашло отражение в трех региональных системах защиты прав человека – Американской конвенции о правах человека, Европейской конвенции о защите прав человека (ЕКПЧ) и Африканской хартии прав человека и народов.

В связи с этим любопытна позиция Европейского суда по правам человека, учитывая то, что ЕКПЧ в статье 10 говорит о праве «получать и распространять информацию», но не упоминает о праве на поиск информации (см. гл. I).

В первом деле, которое Европейский суд по правам человека рассмотрел по поводу права на поиск информации (дело «Леандер против Швеции», 26 марта 1987 г.), речь шла о правах заявителя, который был уволен со службы в органах государственной власти Швеции по основаниям угрозы национальной безопасности.

При этом ему не предоставили доступ к той информации о его частной жизни, которая содержалась в секретном полицейском досье на него и, собственно говоря, послужила основанием для его увольнения. Европейский суд по правам человека установил, что хранение и использование информации в сочетании с отказом предоставить её заявителю представляет собой вмешательство в его право на уважение частной жизни (т.е. нарушение ст. 8 ЕКПЧ). В данном случае вмешательство было, однако, оправдано интересами национальной безопасности Швеции: «Право на свободу получать информацию по сути запрещает органам власти препятствовать лицу в получении информации, которой другие лица хотят либо могут пожелать с ним поделиться. Статья 10, в обстоятельствах, подобных тем, которые рассматриваются в настоящем деле, не даёт человеку права на доступ… как, впрочем, и не возлагает обязанности на органы власти по предоставлению ему информации».

Интересно заметить: в итоге выяснилось, что Леандер был уволен лишь за свои политические убеждения, ему принесли извинения и предложили компенсацию от имени правительства страны.

А. Г. Рихтер • Международные стандарты 72 и зарубежная практика регулирования журналистики В деле «Гуэрра и Орс против Италии» (19 февраля 1998 г.) заявители, которые проживали вблизи «опасного» химического производства, обжаловали тот факт, что местные органы власти в Италии отказались предоставить им информацию об уровне риска загрязнения окружающей среды и необходимом поведении населения в случае аварии на этом производстве. Европейский суд по правам человека установил, что экологические катастрофы способны отразиться на благополучии людей, спокойном укладе их жизни и тем самым нарушить их право на неприкосновенность личной и семейной жизни. Следовательно, итальянские власти имели позитивное обязательство обеспечить заявителей информацией, необходимой для оценки риска проживания в городе рядом с химическим заводом. Отказ предоставить информацию составляет нарушение прав заявителей по статье 8 Конвенции.

«Хотя цель статьи 8 состоит по сути в защите человека от произвольного вмешательства органов власти в его жизнь, она не только обязывает государство воздерживаться от такого вмешательства:

в дополнение к этой преимущественно негативной задаче может возникать и позитивное обязательство, вытекающее из действенного уважения частной или семейной жизни».

Это решение особенно примечательно тем, что, как выяснилось в ходе слушаний, власти даже не имели требуемой информации, однако это означало лишь то, что им следовало позаботиться о сборе искомых сведений.

Ситуация стала складываться таким образом: создавалось впечатление, что Европейский суд действовал осторожно, давая понять, что его постановления касаются лишь фактов конкретного дела и не должны служить основой для общего принципа свободы поиска информации. Более того, желание суда обосновывать право на доступ к информации защитой личной жизни создавало серьёзные ограничения масштабов такого права.

Значительным шагом в сторону признания свободы поиска информации стало рассмотрение в Европейском суде по правам человека заявления общественной правозащитной организации «Венгерский союз гражданских свобод»

(ТАШ) в связи с отказом Конституционного суда страны Глава II • Доступ к информации раскрыть содержание поступившей к нему жалобы члена парламента в отношении конституционности поправок в уголовный кодекс Венгрии. Из пресс-конференции парламентария было известно, что жалоба касалась законности наказания за преступления, связанные с хранением наркотиков. Национальные суды отказались поддержать требования заявителя, ссылаясь на необходимость сохранять тайну личной жизни.

В деле «ТАШ против Венгрии» (14 июля 2009 г.) ЕСПЧ установил, что заявитель занимался законным сбором информации, представляющей общественный интерес, и что Конституционный суд в данных обстоятельствах воспользовался своим монопольным правом на информацию. Он пришёл к выводу, что такая ситуация представляет собой форму цензуры и нарушает статью 10 Конвенции. Логика его была следующей. Вначале Европейский суд по правам человека приравнял статус правозащитных организаций, которые он назвал «общественными сторожевыми псами», к статусу средств массовой информации (см. гл. IV). Он заметил, что ситуации, когда государственные органы отказываются предоставить информацию, необходимую редакциям СМИ или организациям гражданского общества, представляют собой осуществление «цензорских функций информационной монополией», так как такой отказ способен охладить желание «сторожевых псов» вести общественную дискуссию по вопросам, представляющим законный общественный интерес. Произвольный отказ может стать формой цензуры ещё и потому, что тем самым власти устанавливают препоны в сборе информации – существенном подготовительном этапе деятельности журналистов, свобода которой защищена статьёй 10. Однако, как ранее неоднократно заявлял ЕСПЧ, ведение общественной дискуссии не является привилегией только СМИ. Следовательно, права «общественных сторожевых псов» должны обладать схожим с прессой уровнем защиты по статье 10.

Ещё одним аргументом в пользу признания нарушения статьи 10 послужило то, что у заявителя было намерение поделиться запрашиваемой в Конституционном суде информацией с обществом. Таким образом, отказ предоставить А. Г. Рихтер • Международные стандарты 74 и зарубежная практика регулирования журналистики заявителю информацию явно нарушил его право на свободу распространения информации. Другими словами, свобода выражения мнения Венгерского союза гражданских свобод была нарушена тем, что без достоверной информации в отношении содержания жалобы эта организация, занимающаяся и вопросами политики в отношении наркотиков, не в состоянии вести содержательную общественную дискуссию. На основе этих аргументов Европейский суд по правам человека указал на беспочвенность ссылки на тайну личной жизни политика и подтвердил вывод дела «Леандер против Швеции» об обязательстве государства не препятствовать получению запрашиваемой заявителем информации: «Право на свободу получения информации по своей сути запрещает органам власти ограничивать право человека получить информацию, которую другие хотят или хотели бы ему передать».

В данном случае, как мы видим, запрашиваемая информация была у государства в наличии и не требовала какихлибо усилий органов власти по её сбору и обработке. ЕСПЧ при этом вновь сделал оговорку, что «из Конвенции сложно вывести общее право на доступ к данным и документам органов управления». Но в постановлении Европейского суда по правам человека также сказано, что в последних своих решениях он продвинулся к более широкой интерпретации понятия «свобода получения информации» и тем самым к признанию свободы получения информации.

Законодательство США о доступе к информации Четвёртый президент США Джеймс Мэдисон (1809–

1817) произнёс ставшую знаменитой фразу: «Открытое правительство без открытой информации или средств её получения является лишь прологом к фарсу или трагедии или, возможно, к тому и другому». Он также сказал, что «носители знаний будут во все времена управлять невежеством, а люди, которые претендуют на то, чтобы быть собственными управителями, должны вооружить себя мощью, которую дают знания». Эти идеи одного из авторов КонстиГлава II • Доступ к информации туции США и Билля о правах лежат в основании сложившегося во второй половине XX в. законодательства этой страны о свободе поиска и получения информации.

Закон о свободе информации был принят конгрессом США 20 июня 1966 г. Суть его состоит в полной открытости для граждан всех документов органов федерального правительства, за исключением тех случаев, которые оговорены в этом законе. Закон поставил под контроль судебной власти вопросы засекречивания документов и фактически запретил обнародование секретных решений правительства.

Закон распространяется на документы всех органов власти («учреждений»), кроме документов:

• президента США и его непосредственных советников;

• конгресса США, его комитетов и находящихся под его непосредственным контролем учреждений, таких, как Библиотека Конгресса;

• органов федеральной судебной системы. Закон не распространяет своё действие на органы исполнительной власти штатов, местного самоуправления, открытость которых регулируется законами штатов, хотя местные отделения федеральной власти (например, налогового управления) обязаны ему подчиняться.

Свобода доступа к информации достигается путём публикации документов в бюллетене «Федерал реджистер», а также предоставления гражданам права знакомиться с документами и копировать их. Для обеспечения последнего большинство правительственных учреждений создало читальные комнаты. Отсутствие опубликования документов в ряде судебных прецедентов привело к признанию решений учреждений недействительными.

Учреждение должно не только предоставлять общественности свои документы, но и создавать условия для их быстрого поиска путём регулярного издания указателей (реестров). Причины запроса на получение информации не нужно объяснять, установлены жёсткие сроки выдачи ответа на него. Отказ учреждения предоставить информацию можно обжаловать в окружном суде, такого рода жалобы рассматриваются в первоочередном порядке. В большинА. Г. Рихтер • Международные стандарты 76 и зарубежная практика регулирования журналистики стве случаев истцу возмещаются судебные издержки в случае успешного для него завершения дела.

Закон о свободе информации делает девять возможных (но не обязательных!) исключений из правила открытости документов.

К ним относятся:

• секретная информация, отнесённая правительством к таковой в силу интересов национальной обороны или внешней политики;

• информация о внутренних правилах распорядка и поведения персонала учреждения;

• информация, отнесённая иными законами к секретной, при условии, что такой закон а) аргументирует необходимость засекречивания таким образом, который исключает возможность свободного толкования, или б) устанавливает конкретные критерии засекречивания или ссылается на конкретные типы сведений, подлежащих сокрытию;

• торгово-промышленные секреты и коммерческая либо финансовая информация, полученная от третьего лица на условиях конфиденциальности;

• служебные записки и переписка в пределах учреждения или между учреждениями;

• личные и лечебные дела и другие документы подобного рода, предоставление которых имело бы результатом неправомерное вторжение в личную жизнь;

• документы или информация, собранные в целях правового принуждения, но лишь постольку, поскольку предоставление таких документов или информации: а) по имеющимся обоснованным предположениям, помешает проведению оперативно-розыскных действий; б) лишит лицо права на справедливое и беспристрастное рассмотрение его дела в суде; в) по имеющимся обоснованным предположениям, явится неправомерным нарушением неприкосновенности личной жизни; г) по имеющимся обоснованным предположениям, позволит идентифицировать конфиденциальный источник информации; д) раскроет методы и процедуры следствия или розыска, если, по имеющимся обоснованным предположениям, есть основания полагать, что такое раскрытие может предоставить возможность избежать законного наказания, или е) по имеющимся обоснованным Глава II • Доступ к информации предположениям, поставит под угрозу жизнь или физическую безопасность любого лица;

• сведения, относящиеся к актам проверок, отчётам и сводкам, подготовленным самим учреждением, отвечающим за регулирование или надзор за финансовыми организациями;

• сведения, содержащие геологические и геофизические данные.

В некоторых обстоятельствах учреждение имеет право отказаться подтверждать или опровергать сам факт наличия у него запрашиваемых документов.

В текст закона были внесены поправки, связанные с принятием Закона о защите права на неприкосновенность частной жизни (1974). Эти ограничения касаются информации, собранной государственными службами об образовании, финансовом положении, истории болезни, уголовном или трудовом прошлом частных лиц.

В контексте права на информацию нельзя обойти вниманием и вопрос аккредитации (иногда именуемой в США «получением пропуска в здание»). Это происходит в следующих случаях: во-первых, для освещения работы Белого дома, конгресса, Государственного департамента, Министерства обороны, некоторых других органов федеральной власти; во-вторых, для получения информации из органов власти штатов, а также местного самоуправления (мэрии, городского собрания), полицейских участков и управлений; в-третьих, для работы в штаб-квартире ООН (в НьюЙорке); наконец, аккредитация необходима для доступа к месту проведения военных операций (как, например, во время иракской войны). В получении аккредитации может быть отказано в случае несоответствующей тематики издания (программы), отсутствия надлежащего опыта у аккредитуемого журналиста, а иногда – отсутствия у него американского гражданства или постоянного места жительства в городе, где находится аккредитующая организация.

Её можно лишиться и в случае нарушения правил аккредитации.

В органах власти аккредитацию предоставляют сами аккредитованные журналисты, в своём пуле определяя, кто А. Г. Рихтер • Международные стандарты 78 и зарубежная практика регулирования журналистики достоин занять вакантные места в ложе для прессы. Именно так обстоит дело в конгрессе США.

Европейская конвенция о доступе к официальным документам Первым международным актом о праве на доступ к информации из государственных источников стала Конвенция Совета Европы о доступе к официальным документам10, которая была принята Комитетом министров Совета Европы 27 ноября 2008 г. и открыта для подписания 18 июня 2009 г. На сегодняшний день Конвенцию подписали 10 государств, ратифицировали – три, в то время как для вступления этого акта в силу необходимо десять ратификаций11.

В Конвенции Совета Европы о доступе к официальным документам (КОДОД) обоснованы причины предоставления доступа к официальным документам в странах этого региона, а именно:

• доступ обеспечивает источник информации населения;

• он содействует формированию у населения представления о состоянии общества и об органах власти;

• доступ также содействует укреплению морали, компетентности, эффективности и подотчётности органов власти, тем самым помогая укреплению их законности.

Конвенция устанавливает ограничения, которые, как и в случае с правами человека по Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, должны быть записаны в праве, необходимы в демократическом обществе и пропорциональны целям защиты следующих интересов:

• национальной безопасности, обороны и международных отношений;

• общественной безопасности;

Council of Europe Convention on Access to Ofcial Documents. CETS. – № 205.

См.: URL: http://conventions.coe.int/Treaty/Commun/ ChercheSig.asp?NT=205&CM=8&DF=30/10/2010&CL=ENG.

Глава II • Доступ к информации

• предотвращения, расследования и наказания уголовных преступлений;

• дисциплинарных расследований;

• проверок, контрольных и надзорных действий органов власти; тайны личной жизни и иных частных интересов;

• коммерческих и иных экономических интересов;

• экономической, финансовой и валютной политики государства;

• равенства сторон в судебном процессе и эффективного правосудия;

• окружающей среды; либо

• обсуждений внутри органов власти или между ними по тем или иным вопросам.

Конвенция предусматривает, что в доступе к информации, содержащейся в официальных документах, могут отказать, если её раскрытие нанесёт – или с большой долей вероятности может нанести – вред указанным выше интересам, за исключением случаев преобладающего общественного интереса в её раскрытии. Участники Конвенции должны также предусмотреть временные рамки указанных ограничений, за которыми они более не действуют.

По сути, Конвенция переносит в сферу ограничения доступа к информации принципы пункта 2 статьи 10 Конвенции о защите прав человека. Это означает, что, вопервых, секретность информации защищается в соответствии с законными целями, перечисленными в национальном праве. Во-вторых, секретность допустима, если раскрытие информации способно нанести существенный вред интересам защиты одной из этих целей. И, в-третьих, ограничения допустимы, если возможный вред преобладает над общественным интересом в разглашении такой информации.

Первое соглашение в мире по вопросу доступа к информации не производит сильного впечатления. Оно предоставляет меньшие гарантии этого права, чем законы большинства европейских государств. Например, соглашение применимо к ограниченному набору органов государственной власти, не устанавливает максимального срока для направления ответа на запрос информации и права обративА. Г. Рихтер • Международные стандарты 80 и зарубежная практика регулирования журналистики шихся за информацией обжаловать не удовлетворяющий их ответ в независимом органе или суде.

Статья 6 КОДОД предусматривает, что, если орган власти отказывает в предоставлении доступа к документу полностью или частично, он должен указать причины такого отказа. Заявитель по своей просьбе вправе получать от этого органа власти письменное объяснение причин такого отказа. Если ограничение применяется к части информации, содержащейся в официальном документе, то орган власти обязан предоставить доступ к оставшейся в документе информации. Любые изъятия должны быть ясно обозначены. При этом если в результате изъятий документ вводит в заблуждение или теряет смысл либо если очевидно, что органу власти неразумно нести бремя по выдаче того, что останется от документа, в таком доступе может быть отказано.

Пока Конвенция Совета Европы о доступе к официальным документам не вступила в силу, значение имеют рекомендации СЕ относительно вопросов свободы информации.

Это – Рекомендация Комитета министров Совета Европы от 25 ноября 1981 г. относительно доступа к информации, находящейся в распоряжении государственных ведомств [№ R (81) 19], а также принятая в 2002 г. тем же органом Рекомендация относительно доступа к официальным документам [№ R (2002) 2]. Появление этих специальных документов, видимо, вызвано тем, что основополагающий акт Совета Европы – ЕКПЧ – не содержит прямого указания на право доступа к официальной информации.

Гласность судопроизводства: права журналиста Для граждан важно иметь информацию и знания о функционировании правосудия как важнейшего общественного института. Европейский суд по правам человека полагает, что пресса представляет собой одно из средств, которыми располагает общественность для того, чтобы убедиться в выполнении полномочий судебной властью в соответствии с её высокой миссией. Он с особым вниманием подходит Глава II • Доступ к информации к сочетанию свободы освещения судебного разбирательства, которое бы не вредило обеспечению авторитета и беспристрастности правосудия (п. 2 ст. 10 ЕКПЧ), и праву каждого на справедливое судебное разбирательство (ст. 6

ЕКПЧ). Статья 6 Европейской конвенции по правам человека, в частности, гласит:

«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона.

Судебное решение объявляется публично, однако пресса и публика могут не допускаться на судебные заседания в течение всего процесса или его части по соображениям морали, общественного порядка или национальной безопасности в демократическом обществе, а также когда того требуют интересы несовершеннолетних или для защиты частной жизни сторон, или – в той мере, в какой это, по мнению суда, строго необходимо, – при особых обстоятельствах, когда гласность нарушала бы интересы правосудия».

Когда возник спор в отношении предвзятого освещения в СМИ уголовного дела по обвинению бывшего премьерминистра страны в коррупции, то Европейский суд по правам человека признал, что повышенный интерес СМИ к этому делу связан со статусом заявителя, с политическим контекстом и самой природой обвинений. ЕСПЧ подчеркнул, что в демократическом обществе неизбежно, что пресса с озабоченностью подходит к освещению судебных разбирательств, в которых ставится под сомнение мораль государственных деятелей, а также связь мира политики и мира бизнеса. Исходя из этого, Европейский суд по правам человека не согласился с позицией заявителя, что кампания в прессе нанесла ущерб справедливому разбирательству в отношении него (дело «Кракси против Италии», № 2, 5 декабря 2003 г.).

В США традиции информационной открытости судопроизводства очень сильны. Согласно американскому пониманию свободы массовой информации, пресса – это «глаза и уши» общественности в судах любой инстанции.

А. Г. Рихтер • Международные стандарты 82 и зарубежная практика регулирования журналистики Понимание того, что судебные репортёры, особенно фотографы и кинооператоры, могут извратить ход судебного процесса, пришло только в ходе разбирательства по нашумевшему делу 1930 г. о похищении ребёнка известного воздухоплавателя Чарльза Линдберга. По мнению председательствующего, кинокамеры и фотовспышки превратили зал суда в цирковой манеж.

В США, несмотря на существование круглосуточного кабельного телеканала «Корт-ТВ» (Court TV), специализирующегося на показе судебных заседаний, в подавляющем большинстве случаев редакции СМИ довольствуются рисованными портретами обвиняемых, свидетелей и присяжных, а когда журналистам всё же разрешают проведение видеосъёмки (как в рассматривавшемся судом штата Калифорния деле 1994 г. по нашумевшему обвинению известного спортсмена О. Джея Симпсона в убийстве), камеру обычно устанавливают в фиксированном положении.

Но даже в этом случае, по мнению судейского сообщества страны, процесс из-за дотошного его освещения по ТВ превращается в фарс. Как результат этого, позиции сторонников использования видеокамер в судах в дискуссии о такой возможности были отброшены далеко назад. Проведение фото-, кино-, видеосъёмки может разрешаться только в судах большинства штатов, в системе же федеральных судов такая съёмка запрещается федеральным законом страны.

В отношении освещения судебных процессов по телевидению важным прецедентом вначале было решение Верховного суда США по делу «Эстес против штата Техас» (1965). Он установил, что присутствие телевизионных камер, вопреки возражениям одной из сторон, было столь назойливым, что воспрепятствовало надлежащему отправлению правосудия. Однако в деле «Чэндлер против штата Флорида» (1981) Верховный суд изменил свою позицию. Он признал, что новые технологии съёмки позволяют уменьшить отвлекающий эффект присутствия телекамер и не наносят вреда правосудию при условии контроля за их положением.

Глава II • Доступ к информации Ответственность журналиста за распространение секретной информации Даже если распространение тех или иных сведений карается по закону, в большинстве западных стран журналисты не несут реальной ответственности за публикацию любой информации, охраняемой государством. И, конечно, государство, узнав о планах газеты опубликовать секретные сведения, не вправе осуществлять цензуру и запрещать распространение этой информации. В США, например, Верховный суд ещё в 1931 г. принял решение (дело «Нир против Миннесоты»), по которому счёл возможным предотвращать оглашение информации о передвижении американских войск во время войны, а также сведений, являющихся прямым подстрекательством к насилию, свержению правительства или содержащих явную угрозу правам обвиняемых на справедливый суд. Однако в этих целях цензура может осуществляться только по решению самого Верховного суда США, при этом на практике ни в первом, ни во втором случае суд таких решений не принимал.

Имевший место факт, когда Верховный суд отказался принимать подобное решение, вошёл в анналы борьбы за свободу массовой информации в США. Это дело о «бумагах Пентагона». В начале 1971 г. бывший ведущий аналитик Министерства обороны и Государственного департамента США Дэниэл Элсберг передал журналистам газеты «НьюЙорк таймс» фотокопии 47-томного исследования («доклада Макнамары») вовлечения США в войну во Вьетнаме. Эти документы свидетельствовали о нарушении президентами США международных соглашений по Вьетнаму, развязывании агрессии ради «престижа страны», пренебрежении к жизням вьетнамцев, многократном обмане американского конгресса и пр. Ранее он пытался заинтересовать этими сведениями сенаторов и конгрессменов, выступавших за прекращение войны, но они не стали обнародовать содержание доклада, дабы не быть обвинёнными в антипатриотизме и разглашении государственной тайны. Сам Элсберг был убеждённым борцом за мир и социальную справедливость.

А. Г. Рихтер • Международные стандарты 84 и зарубежная практика регулирования журналистики Три месяца Нил Шиэн, Хендрик Смит и другие сотрудники редакции «Нью-Йорк таймс» тайно изучали и обрабатывали семь тысяч страниц документов, и 13 июня 1971 г.

газета вышла с первой разоблачительной статьёй из серии «Вьетнамский архив». В тот же день генеральный прокурор (он же министр юстиции) направил издателю газеты телеграмму, требуя немедленно прекратить публикацию секретных материалов, ссылаясь на то, что она наносит «непоправимый ущерб интересам обороны США». «НьюЙорк таймс» проигнорировала призыв прокурора, сопроводив вторую статью из этой серии следующим редакционным комментарием: «Впервые за всю историю Республики генеральный прокурор США пытается остановить обнародование документов, которые он сам не читал, о войне, которая официально таковой не объявлена». Тогда генеральная прокуратура обратилась в окружной суд г. НьюЙорка с просьбой экстренно приостановить публикацию документов до проведения судебного разбирательства. Такое распоряжение было вынесено судьёй уже 15 июня того же года. Редакция исполнила решение суда, однако тут же редактор газеты «Вашингтон пост» Бен Багдикян получил от Элсберга материалы продолжения «Вьетнамского архива», они сразу же были опубликованы. После аналогичной процедуры приостановления публикации судом в Вашингтоне серию статей продолжили «Бостон глоб», «Чикаго сан-таймс», «Лос-Анджелес таймс», а затем и другие газеты страны.

Тогда дело принял к рассмотрению Верховный суд США, который вынес решение уже 30 июня. В суде представители правительства утверждали, что публикация архива показала бы врагу слабость и нерешительность властей в применении военной силы, их сомнения в поддержке союзников по НАТО, одно это поставило бы США под угрозу возможной ядерной войны с СССР. Однако, основываясь на прецеденте «Нир против Миннесоты», Верховный суд США признал, что правительство не смогло «самым серьёзным образом доказать необходимость введения ограничения на свободу печати». Раз так, то действует презумпция Первой поправки: ограничения свободы – неконституциГлава II • Доступ к информации онны, а цензурные решения районных судов – отменяются. Интересно, что за такое решение проголосовали шесть из девяти судей, но даже эти шесть человек колебались в своём мнении. Так, признавая право правительства на сохранение государственной тайны, они предлагали властям возбудить дело против журналистов и их источника по Закону о шпионаже 1917 г. Каждый из девяти судей написал изложение своей позиции12.

Уже через несколько дней после начала публикации ФБР установило, что Элсберг был источником информации, и организовало его поиск, по масштабам сравнимый с поиском похитителей сына Линдберга (см. выше). Вскоре Элсберг и его друг, который участвовал в организации копирования, были арестованы. Прокуратура угрожала Элсбергу сроком в 115 лет лишения свободы и безуспешно предлагала его «соучастнику» сделку. Федеральный судья по этому делу, которому президент США тайно пообещал пост директора ФБР, тем не менее признал, что органы власти многократно нарушали права обвиняемых, незаконно прослушивая их телефонные разговоры и собирая информацию о состоянии здоровья Элсберга. На этом основании он признал невозможность справедливого суда над арестованными, закрыл дело и освободил их. Дело против Элсберга выявило правонарушения команды президента Никсона, которые вызвали впоследствии уотергейтский скандал и его вынужденную отставку в 1974 г. Война во Вьетнаме закончилась через несколько месяцев после этого.

За делом о «документах Пентагона» последовало дело «журнала “Прогрессив”» (1979) по разглашению метода производства атомной бомбы. Суть его заключается в том, что журнал поставил в номер статью своего внештатного автора Говарда Морланда, названную «Тайна водородной бомбы: как мы её раздобыли и почему хотим поделиться».

О предстоящей публикации в левом журнале узнали компетентные органы, которые завели уголовное дело и добились выдачи судебного приказа о приостановке её печаНью-Йорк таймс” против США», «США против “Вашингтон пост”» (1971).

А. Г. Рихтер • Международные стандарты 86 и зарубежная практика регулирования журналистики ти. Основанием служило то, что закон об атомной энергии (1954) запрещает раскрывать тайну технических подробностей ядерного оружия. Дело «США против “Прогрессив”»

было, однако, закрыто после неожиданной публикации идентичного статье письма в ежедневной газете «Пресс Коннекшн» (Мэдисон, штат Висконсин) тиражом всего лишь 11 тыс. экземпляров – тайна вырвалась наружу. Два этих дела имели революционное значение в обеспечении прав и привилегий журналистов.

Что же касается наказания за уже распространённую государственную тайну, то сегодня в США единственный вид информации, за разглашение которой журналист, несомненно, будет нести уголовную ответственность, – это сведения, раскрывающие принадлежность конкретных лиц к тайным агентам правоохранительных и специальных органов, которые работают внутри страны или за её пределами.

Современные тенденции в европейском праве в отношении разглашения журналистами государственной тайны демонстрирует постановление Европейского суда по правам человека по делу «Штоль против Швейцарии» (10 декабря 2007 г.). В декабре 1996 г. посол Швейцарии в США подготовил меморандум под грифом «секретно» о возможных путях возмещения жертвам геноцида невостребованных вкладов в швейцарских банках. Данный документ был направлен в Министерство иностранных дел в Берне, а также ограниченному числу других лиц. Копия его попала в руки журналиста цюрихской воскресной газеты «Зонтагс цайтунг» Мартина Штоля, возможно, в результате разглашения тайны одним из получателей документа. Вскоре после этого Штоль опубликовал две статьи и привёл в них выдержки из секретного документа, эту тему подхватили и другие газеты. В 1999 г. этот журналист был приговорён к денежному штрафу в размере 800 швейцарских франков (520 евро) за публикацию «сведений, составляющих государственную тайну» по статье 293 Уголовного кодекса. Под действие этой статьи подпадают не только лица, виновные в разглашении секретной служебной информации, но и их соучастники, предающие такого рода информацию публичГлава II • Доступ к информации ной огласке. Суд учёл заключение швейцарского Совета по делам прессы (орган саморегулирования), который заключил, что в погоне за сенсацией Штоль вырвал отдельные фрагменты документа из контекста и весьма легкомысленно подошёл к их анализу.

При рассмотрении жалобы Европейский суд по правам человека руководствовался следующими соображениями:

• содержавшиеся в статьях сведения очевидно затрагивали вопросы, представляющие общественный интерес;

• в сферу внимания СМИ при выполнении ими роли «сторожевого пса» общества входят и вопросы международной и финансовой политики;

• конфиденциальность дипломатических отношений действительно нуждается в защите, но отнюдь не любой ценой.

Публикация газетных репортажей не подорвала основ швейцарской государственности. Поэтому ЕСПЧ посчитал, что интересы, вытекающие из свободы выражения мнения в демократическом обществе, вполне оправдывают общественную дискуссию, которая была инициирована опубликованием секретного документа. Наложение штрафа за разглашение его содержания ведёт к самоцензуре и созданию помех прессе. Поскольку Штоль был осуждён лишь за опубликование в газете выдержек из документа, то Европейский суд по правам человека счёл, что вынесенное Советом по делам прессы заключение о нарушении журналистом норм профессиональной этики не следует учитывать при решении вопроса о законности публикации документа.

Он напомнил, что свобода печати включает в себя возможность прибегать к преувеличению или даже к провокации.

В своём постановлении от 25 апреля 2006 г. ЕСПЧ большинством голосов постановил, что имело место нарушение статьи 10 Конвенции, поскольку осуждение Штоля не было необходимым в демократическом обществе, принимая во внимание важность обеспечения и защиты свободы печати для демократического общества.

Однако это постановление было обжаловано правительством Швейцарии в Большой Палате (апелляционном органе ЕСПЧ), которая 10 декабря 2007 г. пересмотрела постановление Европейского суда по правам человека. БольА. Г. Рихтер • Международные стандарты 88 и зарубежная практика регулирования журналистики шая Палата 12 голосами против пяти признала отсутствие нарушения статьи 10. Она подтвердила, что информация, содержавшаяся в меморандуме посла, представляла общественный интерес, а статьи заявителя были опубликованы в контексте важной и острой общественной дискуссии в стране, причём имевшей и международное значение. При этом Большая Палата пришла к мнению, что раскрытие содержания депеши посла было способно подорвать климат доверия, столь необходимый для проведения успешной дипломатии, а также имело отрицательные последствия для переговоров, проводимых в то время Швейцарией. В постановлении также отмечается, что, хотя Штоль документ не выкрал и закон при получении его не нарушал, это не должно служить определяющим фактором в оценке соблюдения им своих обязанностей и ответственности. Как журналист он не мог добросовестно утверждать, что не осознавал в своих действиях по разглашению меморандума нарушения статьи 293 Уголовного кодекса. Наконец, Большая Палата отметила, что опубликованные статьи Штоля были написаны и представлены в сенсационном ключе, что в них делались необоснованные намёки на антисемитизм посла, что они были пошлыми, неточными и способными ввести читателя в заблуждение.

На этот раз Европейский суд по правам человека согласился с Советом по делам прессы в том, что в опубликованных статьях есть недостатки. Он пришёл к заключению, что характер статей, который мог запутать читателя в отношении взглядов и способностей посла Швейцарии в США, лишь помешал ведению общественной дискуссии, а следовательно, решения национальных судов не нарушили норм статьи 10 Конвенции по правам человека.

Выступившие с особым мнением судьи сочли принятое решение опасным и необоснованным отклонением от прецедентного права ЕСПЧ в отношении природы и значения свободы выражения мнения в демократическом обществе.

Постановление Большой Палаты также противоречит принципу, закреплённому в совместной Декларации представителей ООН, ОБСЕ, ОАГ и АКПЧН (см. гл. I) 19 декабря 2006 г.

В ней сказано, что «журналистов не следует привлекать к Глава II • Доступ к информации ответственности за публикацию секретной или конфиденциальной информации, если сами они не нарушали закон при её получении».

В Германии поправки, внесённые в Уголовный кодекс в 1968 г., позволяют привлечь журналиста за разглашение государственной тайны лишь в случае нанесения такой публикацией «тяжкого ущерба внешней безопасности Федеративной Республики». В частности, СМИ не имеют права публиковать военные тайны, например, касающиеся вооружения армии или оперативных планов.

Не вдаваясь в подробности того, как обстоит дело в каждой из западных стран, можно с уверенностью сказать, что наряду с освобождением СМИ от ответственности общая тенденция заключается в значительном уменьшении сферы действительно охраняемых государством секретов.

На это есть две основные причины. Первая состоит в расширении признания и поддержки общественных движений за свободу информации. Многие убеждены, что чем больше граждане будут знать, тем лучше будет для общества, даже если при этом пострадает национальная безопасность.

Вторая заключается в том, что удерживать распространение информации становится всё сложнее технологически.

Даже если журналистам запретят публиковать определённые сведения в газетах, а издателям – в книгах, то и в этом случае желающие смогут с ней ознакомиться через сеть Интернет. Наглядным примером последнего является функционирование сайта «Викиликс».

Сохранение в тайне журналистских источников Рекомендация № R (2000) 7 Комитета министров государствам – членам Совета Европы относительно права журналистов не раскрывать свои источники информации подчёркивает необходимость установить в национальном законодательстве ясно выраженную защиту права журналистов не раскрывать информацию, позволяющую определить её источник, в соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В ней предА. Г. Рихтер • Международные стандарты 90 и зарубежная практика регулирования журналистики лагается, чтобы компетентные органы конкретно указывали причины, по которым интерес в раскрытии источника перевешивает заинтересованность в нераскрытии. Речь, в частности, идёт о случаях необходимости раскрытия источника в целях защиты человеческой жизни, предотвращения тяжкого преступления или обеспечения защиты в уголовном деле лица, обвиняемого или признанного виновным в совершении серьёзного преступления при условии соблюдения некоторых условий. К последним относится следующее: раскрытие источника должно происходить лишь после того, как другие средства и источники были исчерпаны сторонами в деле о раскрытии. Такие меры могут, например, включать в себя внутреннее расследование в случае, когда была распространена секретная внутренняя информация о предприятии или его администрации; усиление ограничений на доступ к определённой тайне, общее расследование следственными органами или распространение опровергающей информации в качестве контрмеры.

Важность защиты журналистских источников для свободы печати в демократическом обществе и опасное воздействие, которое судебный приказ о раскрытии источника может оказать на осуществление свободы печати, были определены ещё в постановлении Европейского суда по правам человека по делу «Гудвин против Соединённого Королевства» от 27 марта 1996 г.

Суть дела заключается в следующем. Журналистустажёру английского журнала «Инджиниэр» Уильяму Гудвину в 1989 г. позвонил человек, который ранее неоднократно снабжал его экономической информацией, и сообщил конфиденциальные сведения о состоянии компании «Тетра».

Речь шла о финансовых трудностях и потерях компании.

Это была добровольная и безвозмездная информация, она была получена на условии анонимности предоставившего её источника. Гудвин, намереваясь подготовить статью о «Тетре», звонил в эту компанию, чтобы проверить факты и получить комментарий. Однако «Тетра» обратилась к судье, сообщив, в частности, что информация, о которой идёт речь, содержалась в проекте секретного плана компании, один из экземпляров которого был таинственным образом утрачен.

Глава II • Доступ к информации Судья в тот же день вынес предварительный запрет издателям журнала «Инджиниэр» (а впоследствии и издателям других СМИ) публиковать любые сведения, полученные из конфиденциального плана компании. Запрет (который нарушен не был) объяснялся тем, что разглашение сведений может привести к банкротству компании.

Впоследствии по делу о хищении секретного плана суд потребовал «в интересах правосудия» раскрыть источник Гудвина, но журналист отказался это сделать. После того как палата лордов отклонила апелляцию Гудвина на это требование, суд оштрафовал его на 5 000 фунтов за неуважение к суду. Была применена статья 10 Закона о неуважении к суду 1981 г., которая предусматривает следующее: «Суд не может требовать от лица раскрытия источника информации, а лицо не может быть признано виновным в неуважении к суду за отказ раскрыть источник информации, содержащейся в публикации, за которую оно отвечает, если только не будет установлено, что такое раскрытие является необходимым в интересах правосудия или национальной безопасности, либо для предотвращения беспорядков или преступлений».

При рассмотрении жалобы Гудвина на нарушение его прав по статье 10 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, выразившееся в принуждении к раскрытию конфиденциального источника информации, Европейский суд по правам человека выстроил следующую логическую цепочку. Приказ о раскрытии источника в данном деле следует рассматривать в более широком контексте судебного предписания о запрете всем изданиям публикации любых сведений, почерпнутых из похищенного плана. Тем самым цель приказа о раскрытии источника (предотвратить распространение конфиденциальной информации, содержащейся в плане) в значительной степени уже достигнута этим запретом. Нет сомнений в том, что запрет оказался действенным и остановил распространение прессой конфиденциальной информации. Кредиторы, клиенты, поставщики и конкуренты компании «Тетра» лишились возможности получить эту информацию из печати. Это значит, что ключевой компонент угрозы причинения ущерА. Г. Рихтер • Международные стандарты 92 и зарубежная практика регулирования журналистики ба компании в значительной степени уже был нейтрализован. Раз это так, то, по мнению Европейского суда по правам человека, приказ о раскрытии источника служил лишь средством усиления запрета, дополнительным ограничением свободы печати. Исходя из фактов дела, нельзя прийти к выводу, что интересы «Тетры», стремившейся с помощью суда устранить остаточную (не через прессу) угрозу ущерба от распространения конфиденциальной информации, разоблачить своего нелояльного сотрудника и добиться возмещения ущерба, достаточны, чтобы перевесить жизненно важный общественный интерес – защиту источника информации, полученной журналистом-заявителем.

ЕСПЧ признал защиту конфиденциальных источников одним из краеугольных камней свободы печати.

Он указал, что ограничения в отношении такой защиты требуют самого тщательного рассмотрения и оправданы только в том случае, когда речь идёт о более важных требованиях общественного интереса:

«При отсутствии подобной защиты источники не стали бы оказывать содействие прессе, что отрицательно сказалось бы на способности прессы предоставлять точную и надёжную информацию по вопросам, представляющим общественный интерес. В результате жизненно важная роль прессы как стража интересов общества была бы подорвана. Принимая во внимание важность защиты журналистских источников для свободы печати в демократическом обществе и опасное воздействие, которое судебный приказ о раскрытии источника может оказать на осуществление свободы печати, подобная мера не может считаться совместимой со статьёй 10 Конвенции, если она не оправдывается более важным требованием общественного интереса» (п. 39). Большинством голосов Европейский суд по правам человека признал правоту Гудвина.

В другом своём постановлении (дело «Ромен и Шмит против Люксембурга», 25 февраля 2003 г.) он признал обыски, имевшие целью установить источник информации журналиста, даже если они не дали результата, ещё более опасным актом в отношении свободы выражения мнения.

Эта мысль была развита Большой Палатой Европейского суда по правам человека в другом постановлении – по Глава II • Доступ к информации делу «Санома против Нидерландов» (14 сентября 2010 г.).

Дело касалось требований полиции к редакции журнала «Автоуик» передать ей диск с фотографиями, сделанными корреспондентом журнала во время противозаконных уличных гонок (стрит-рейсинга). Снимки делались на условии соблюдения конфиденциальности участников гонок и были опубликованы журналом, но с заштрихованными лицами водителей и номерами машин. Полиция, в свою очередь, расследовала уголовное дело о налётах с целью похищения банкоматов, в которых участвовал автомобиль «Ауди».

Его водитель, по сведениям полиции, участвовал на этой же машине в уличных гонках. Редакция отказалась передать диск, несмотря на официальное предписание прокурора.

Европейский суд по правам человека пришёл к заключению, что требование полиции нарушило право на свободу выражения мнения по следующим основаниям. Любое предписание раскрыть конфиденциальный источник информации журналиста оказывает сдерживающий эффект как в отношении журналиста и редакции СМИ, которым оно направлено, так и в отношении всех других СМИ. Ведь их репутация может быть подорвана как в глазах потенциальных источников информации, так и аудитории, которая заинтересована располагать информацией, полученной журналистом из конфиденциальных источников. Журналисты должны полагаться на то, что обоснованность любых требований раскрыть источник конфиденциальной информации будет предварительно проверена независимым и беспристрастным органом, например судом. Такая незаинтересованная проверка будет учитывать общественный интерес как в раскрытии информации, так и в сохранении принципа защиты её конфиденциальности. Решение по итогам проверки должно быть основано на ясных критериях, включающих учёт возможности получить запрашиваемые сведения иным путём, нежели требование к редакции. В Голландии полномочия по принятию такого решения Уголовно-процессуальный кодекс страны возлагает на органы прокуратуры. Прокурор является лицом, которое хотя и обязано следовать в своих решениях требованиям закона, но заинтересовано в результативности следствия и не в состоянии прийти к объективА. Г. Рихтер • Международные стандарты 94 и зарубежная практика регулирования журналистики ным выводам в подобной ситуации. По указанной причине качество закона не выдерживает критики. В этом смысле ограничение свободы выражения мнения «не было предписано законом» в европейском понимании этого понятия.

Важным примером национального правового регулирования этих вопросов является принятый в 2005 г. в Бельгии Закон о защите журналистских источников. В соответствии с ним защита источников гарантируется в отношении как журналистов, так и редакционных сотрудников, под которыми понимаются все лица, которые при исполнении своих служебных обязанностей могут получить доступ к информации, способной привести к раскрытию источника, или узнать о ней. Закон гласит, что журналисты и редакционные сотрудники имеют право отказать судебным властям в раскрытии информации, если она может раскрыть личность источника, природу или происхождение самой информации, раскрыть личность автора текста или аудиовизуального произведения, а также если это ведёт к раскрытию содержания информации и документов, которые в свою очередь способны помочь в установлении личности информатора.

При этом судьи могут обязать сообщить информацию о конфиденциальном источнике в случае выполнения следующих трёх условий:

• информация касается преступлений, представляющих серьёзную угрозу физической неприкосновенности одного или нескольких лиц;

• информация имеет ключевое значение для предотвращения таких преступлений;

• её невозможно получить никаким иным способом.

Оперативные и следственно-розыскные мероприятия, такие, как обыски, выемки документов и прослушивание телефонов, не могут осуществляться в отношении данных об источниках информации журналистов и редакционных сотрудников, кроме случаев, когда такие данные способны предотвратить указанные выше преступления, а сами розыскные мероприятия удовлетворяют другим установленным там же условиям13.

Закон также защищает источники информации блогеров.

Подробнее см.: URL: http://medialaw.ru/publications/ zip/131-132/5.htm.

Глава II • Доступ к информации В других европейских странах – Португалии и Бывшей Югославской Республике Македония – право защищать тайну источников информации журналистов прямо предусмотрено в конституции государства. В 2007 г. Конституционный суд Германии пришёл к выводу, что конституционные гарантии свободы печати включают и право хранить в тайне источники журналистской информации.

В большинстве стран мира, где действует право журналиста на сохранение в тайне источника конфиденциальной информации, есть и ограничения, прописанные в национальном законодательстве. Выше уже приводился пример английского Закона о неуважении к суду. В Великобритании с 2000 г. действует также Закон о борьбе с терроризмом. Он предоставляет властям широкие полномочия требовать журналистские материалы при расследовании террористической деятельности, если есть достаточные основания полагать, что они представляют существенную ценность для такого расследования, и в общественных интересах раскрыть источники, так как они способны содействовать расследованию. Такое требование должен санкционировать судья. Этот закон неоднократно использовался для получения исходных материалов от журналистов, которые проводили свои расследования или интервьюировали подозреваемых в терроризме.

В Люксембурге действует Закон о свободе выражения мнения в СМИ 2004 г., в соответствии с которым журналистов можно принудить раскрыть источник в делах о предотвращении преступлений против граждан, о торговле наркотиками, отмывании денег, терроризме или государственной безопасности.

В Венгрии Уголовный кодекс предусматривает, что если источник передаёт журналисту сведения, составляющие государственную тайну, то последний должен сообщить об этом компетентным органам или сам нести уголовную ответственность.

Схожая ситуация сложилась и в США. Так называемые «законы о привилегиях журналистов» (shield laws), действующие в большинстве штатов, защищают право работников СМИ не разглашать источники получаемой ими А. Г. Рихтер • Международные стандарты 96 и зарубежная практика регулирования журналистики конфиденциальной информации во всех либо, по крайней мере, в гражданских делах. В уголовных делах суд может обязать разгласить такой источник, только если это необходимо для защиты обвиняемого либо если обвинение докажет, что речь идёт о «серьёзной преступной деятельности», для раскрытия виновных в которой не обойтись без скрываемых журналистом источников. Привилегии включают в себя и запрет правоохранительным органам обыскивать редакции и другие места работы журналиста.

Право на защиту конфиденциальных источников существует и в странах «третьего мира». Оно гарантируется в конституции Мозамбика, в законе о СМИ Сенегала и других государств.

При этом не следует думать, что журналисты вправе заниматься незаконным прослушиванием телефонных разговоров, «взламывать» почтовые сообщения и т.п. Когда выяснилось, что в 2006 г. два журналиста английской ежедневной газеты «Ньюс оф зе уорлд» прослушивали телефонные переговоры королевской семьи и других высокопоставленных лиц страны, то главный редактор, который утверждал, что ничего не знал о противоправных действиях своих подчинённых, был вынужден уйти в отставку. Журналистов же по итогам следствия приговорили к четырём и шести месяцам тюрьмы соответственно.

Вопросы для закрепления прочитанного материала

1. Приведите аргументы в пользу того, что право на информацию является неотъемлемым правом человека.

2. Докажите первостепенное значение сохранения в тайне конфиденциальных источников в журналистской профессии.

3. В чём недостатки Конвенции Совета Европы о доступе к официальным документам?

Глава II • Доступ к информации

4. Проследите эволюцию отношения Европейского суда по правам человека к проблеме права на доступ к информации из государственных источников.

5. Сравните дело Элсберга с делом Джулиана Ассанжа (Wikileaks).

6. Чем объяснить недавний бурный рост числа стран, в которых принят закон о доступе к информации?

7. Почему доступ каждого к информации не ведёт к тому, что журналисты останутся без хлеба?

8. Проведите исследование и выясните, как организуется аккредитация при том или ином органе власти за рубежом.

Список рекомендуемой литературы Аккредитация журналистики в районе ОБСЕ: Наблюдения и рекомендации // Специальный доклад Представителя Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе по вопросам свободы СМИ. – Вена, 2006. См. текст (на рус. яз.) URL: http://www.osce.org/node/22066.

Архипов С.В. Свобода печати и социальная ответственность журналистики: Монография. – Владикавказ : Изд-во СОГУ, 2010. – 232 с.

Банисар Д. Свобода информации и доступ к правительственным документам. Обзор законодательства по доступу к информации в мире / ред. С. Шевердяев. – М. : Де Ново, 2004. – 160 с.

Деннис Э., Меррилл Д. Беседы о масс-медиа. – М. : Вагриус, 1997. – С. 84–100.

Документы министерства обороны США // Правовые вопросы журналистики и телекоммуникаций в США / под.

ред. А. Г. Рихтера. – М. : Ин-т проблем информационного права, 2005. – С. 384–401.

Законы и практика СМИ в Европе, Америке и Австралии (сравнительный анализ). – 2-е изд., испр. и доп. / пер. с англ. – М. : Права человека, 2000. – С. 199–206.

Законы США «Об открытости правительства» и «О свободе информации» (с коммент.) // Правовые вопросы журналистики и телекоммуникаций в США / под. ред.

А. Г. Рихтер • Международные стандарты 98 и зарубежная практика регулирования журналистики А. Г. Рихтера. – М. : Ин-т проблем информационного права, 2005. – С. 333–352.

Защита журналистских источников // Правовые вопросы журналистики и телекоммуникаций в США / под. ред.

А. Г. Рихтера. – М. : Ин-т проблем информационного права, 2005. – С. 76–97.

Контроль гражданского общества за информационной открытостью власти: теория и практика. – М., 1998. – С. 112-121.

Лысова Е. В. Защита журналистских источников и вопросы национальной безопасности: немецкий вариант компромисса // Законодательство и практика масс-медиа. – 2008. – № 2. URL: http://medialaw.ru/publications/zip/162/1.htm.

Майн Х. Средства массовой информации в Германии / пер. с нем. – Берлин : UVK Medien, 2000. – С. 11-30.

Марвик К. Ваше право на правительственную информацию / пер. с англ. – СПб. : Манускрипт, 1996. – 232 с.

Мейзор Л., Миллер Дж.

Защита конфиденциальности источников информации журналистов в праве США // Пределы правового пространства свободы прессы (российские споры с участием СМИ в контексте мировой практики) :

сб. ст. / сост., отв. ред. А. К. Соболева. – М. : РИО «Новая юстиция», 2008. – С. 116–126.

Пособие по вопросам законного получения информации / Организация Access Info Europe и Союз журналистов, пишущих о Восточной Европе (n-ost) при поддержке Представителя Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе по вопросам свободы СМИ. – Вена, 2010. – 19 с. // Текст на рус. яз.: URL: http://www.osce.org/ru/fom/67867.

Право знать: Бюллетень Комиссии по свободе доступа к информации (1996–2004 гг.) // URL: http://www.dzyalosh.

ru/dostup-pravo-znati.shtml.

Прайс М., Круг П. Благоприятная среда для свободных и независимых средств массовой информации (пер. с англ.). – М., 2000. – 97 с. Текст на рус. яз.: URL: http://medialaw.ru/ publications/pdf/ee.pdf Практика Комитета по соблюдению Орхусской конвенции (2004–2008) / под ред. А. Андрусевич, Т. Алге, К. Клеменс, З. Козак. – Львов, 2008. – 78 с. // URL: http://www.rac.org.

ua/leadmin/user_upload/publications/CL3_ru_web.pdf.

Глава II • Доступ к информации Проблемы транспарентности правосудия / ред.-сост.

Е. Б. Абросимова, С. Л. Чижков. – М. : ЛексЭст, 2005. – 328 с.

Российская журналистика: свобода доступа к информации. – М. : Комиссия по свободе доступа к информации, 1996. – С. 195-212.

Российский и зарубежный опыт правового регулирования доступа граждан к правительственной информации. – М. : Комиссия по свободе доступа к информации, 1999. – С. 13-29.

Свобода доступа к информации в России: правовые, организационные, профессиональные проблемы. – М.

:

Комиссия по свободе доступа к информации, 1997.

Форссколь П. Мысли о гражданской свободе. Перевод оригинала рукописи с комментариями. – М. : Факультет журналистики МГУ имени М. В. Ломоносова, 2010. – 52 с. URL: http:// www.journ.msu.ru/science/books/1416/?sphrase_id=28798 Шайбе П. Право на отказ от дачи показаний и защита информанта как меры борьбы с обысками и конфискациями у представителей СМИ в ФРГ // Пределы правового пространства свободы прессы (российские споры с участием СМИ в контексте мировой практики) : сб. ст. / сост., отв. ред. А. К. Соболева. – М. : РИО «Новая юстиция», 2008. – С. 84–115.

«Дэниэл Элсберг – самый опасный человек в Америке»

(документальный фильм) / режиссеры: Джудит Эрлих, Рик Голдсмит. – США, 2009.

Интернет-ресурсы Ресурсы Комиссии по свободе доступа к информации.

URL: http://www.dzyalosh.ru/dostup.shtml.

Институт развития свободы информации (СПб.). URL:

http://www.svobodainfo.org.

Право и средства массовой информации // URL: http:// www.medialaw.ru/projects/.

Гильдия судебных репортёров. URL: http://www.

sudinform.ru/.

Юридическая Россия: Федеральный правовой портал.

URL: http://web1.law.edu.ru/.

ГЛАВА III

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОЛИТИКА В ОТНОШЕНИИ СМИ

В каждой стране мира существует национальная политика в отношении СМИ. Это связано с тем, что отношения в сфере массовой информации – это не просто бизнес, но деятельность, которая способствует информированию и культурному обогащению общества.

Свободные СМИ, как подчёркивал Комитет Организации Объединённых Наций по правам человека, играют существенную роль в политическом процессе: «[С]вободный обмен информацией и мнениями по государственным и политическим вопросам между гражданами, кандидатами и избранными представителями имеет исключительно важное значение. Это предполагает свободную печать и другие СМИ, имеющие возможность высказываться по вопросам общественной значимости без цензуры или ограничений и информировать общественное мнение»1.

Европейский суд по правам человека неизменно подчёркивает «исключительную роль прессы в правовом государстве»2. Он, в частности, отмечал: «Свобода печати даёт общественности непревзойдённый инструмент, позволяющий ей знакомиться со своими политическими лидерами и получать представление об их идеях и позициях. В частности, она позволяет политикам размышлять и высказывать свою точку зрения по вопросам, заботящим Замечание общего порядка № 25 Комитета Организации Объединённых Наций по правам человека, 12 июля 1996 г.

Дело «Торгерсон против Исландии» (25 июня 1992 г.), п. 63. См. текст постановления на рус. яз. // Сайт «Право и средства массовой информации». URL: http://www.medialaw.

ru/article10/6/2/25.htm.

Глава III • Государственная политика в отношении СМИ общественное мнение; таким образом, все получают возможность участвовать в свободной политической дискуссии, которая находится в самом центре концепции демократического общества»3.

В свою очередь, Межамериканский суд по правам человека констатировал: «Именно средства массовой информации претворяют в жизнь свободу выражения мнения»4.

Запрет цензуры и позитивные обязательства государств Важным элементом национальной политики в отношении СМИ в цивилизованном обществе является запрет предварительной цензуры со стороны государственных органов.

Конституции и законы большинства стран мира запрещают цензуру, в том числе цензуру в СМИ. Вот как, например, это определяется в конституции Нидерландов (ст.

7):

«1. Никто не нуждается в предварительном разрешении на публикацию своих мыслей и мнений в прессе и не может быть привлечён за это к ответственности.

2. Радио- и телевещание регулируются законами, принимаемыми парламентом. Предварительный надзор за содержанием радио- и телепрограмм запрещается.

3. Никто не нуждается в чьём-либо предварительном одобрении своих мыслей и мнений, распространяемых также иными, чем указанные в предыдущих пунктах, способами, и не может быть привлечён за это к ответственности…»

Дело «Кастеллс против Испании» (24 апреля 1992 г.), п. 43. См. текст постановления на рус. яз. // Сайт «Право и средства массовой информации». URL: http://www.medialaw.

ru/article10/6/2/11.htm.

Рекомендация «Обязательное членство в Ассоциации, предписываемое законом для занятия журналистикой» (Compulsory Membership in an Association Prescribed by Law for the Practice of Journalism, Advisory Opinion OC-5/85 of 13 November 1985, Series A, № 5), п. 34.

А. Г. Рихтер • Международные стандарты 102 и зарубежная практика регулирования журналистики Широко известен лаконичный текст Первой поправки к Конституции США: «Конгресс не вправе принимать законы… ущемляющие свободу слова или печати».

Статья 2 Международного пакта о гражданских и политических правах возлагает на государства обязанность «принятия таких законодательных или других мер, которые могут оказаться необходимыми для осуществления прав, признаваемых в настоящем Пакте». Это означает, что от государств требуется не только воздерживаться от цензуры и других форм нарушения прав, но и принимать позитивные меры для обеспечения уважения прав, в том числе права на свободу выражения мнения. Фактически государства обязаны создавать условия, в которых могут развиваться разнообразные независимые средства массовой информации, обеспечивающие тем самым право населения на информацию.

В связи с этим Специальный докладчик ООН по вопросу о поощрении и защите права на свободу мнений и их свободное выражение в своём ежегодном докладе за 2010 г. (пункт 38) отметил, что обязательство осуществлять или содействовать осуществлению права на свободу выражения мнения требует от государств принятия объективных и активных мер. В частности, должно уделяться достаточное внимание и выделяться достаточные ресурсы в целях предотвращения нападений на журналистов и принятие особых мер для противодействия таким нападениям, в том числе обеспечение защиты журналистов.

Это обязательство также включает в себя необходимость создавать условия для предотвращения нарушений права на свободу выражения мнения, в том числе путём обеспечения того, чтобы национальное законодательство по этим вопросам соответствовало международным обязательствам государств в отношении прав человека и эффективно применялось.

В целях защиты права на свободу выражения мнения крайне важно, чтобы СМИ имели возможность осуществлять свою деятельность вне зависимости от государственного контроля. Это обеспечивает их функционирование в качестве «сторожевого пса» и доступ населения к широкоГлава III • Государственная политика в отношении СМИ му спектру мнений, особенно по вопросам, затрагивающим общественные интересы. Таким образом, первоочередной целью регулирования деятельности средств массовой информации в демократическом обществе должно быть содействие развитию независимых и плюралистических СМИ, обеспечивающее тем самым осуществление права населения получать информацию из разнообразных источников.

В новых исторических условиях (характеризующихся, прежде всего, концом «холодной войны» и соперничества Запада и Востока) отмена цензуры сама по себе не является достаточным условием свободы массовой информации.

Иная точка зрения принципиальным образом противоречит современным воззрениям большинства западных исследователей. По образному выражению одного из них, доминирующим условием свободы слова более не является отсутствие цензуры – этого цепного пса прогнивших государственных структур, натасканного на героические СМИ;

им стали гражданские права. Каждый гражданин имеет неотъемлемое право на получение и распространение информации, на свободу мнений и их выражение, а именно право на свободу коммуникации5. Действительно, массовая информация свободна не столько тогда, когда государство снимает с её пути политические фильтры. Информация свободна, когда общество состоит из свободных и в полной мере реализующих свои гражданские и социальные права членов. В современном западном обществе гарантом свободы массовой информации выступает сама общественная среда, а не отважные журналисты и редакторы, как это представлялось и продолжает представляться у нас в стране. В развитии современных концепций свободы массовой См.: Норденстренг К. Структура медийной этики, или Как регулировать этические вопросы в демократическом обществе // Саморегулирование журналистского сообщества. Опыт.

Проблемы. Перспективы становления в России. – 2-е изд. – М. : Галерия, 2004. – С. 14. Подобное мнение об изменении парадигмы свободы массовой информации разделяют многие исследователи на Западе. Речь идёт о заседании «круглого стола Макбрайда», «движении культурной среды», авторах «новой информационной хартии». Там же. – С. 15.

А. Г. Рихтер • Международные стандарты 104 и зарубежная практика регулирования журналистики информации присутствует важное понимание того, что она должна быть средством обеспечения свободы слова и других прав граждан, а не самоценностью.

Следует заметить, что цензура может вводиться при определённых обстоятельствах. На них указал в своём ежегодном докладе за 2010 г. (п. 36) Специальный докладчик ООН по вопросу о поощрении и защите права на свободу мнений и их свободное выражение. По его мнению, «в случае чрезвычайного положения, которое угрожает жизни жителей страны и которое официально и законно объявляется в соответствии с международным правом, государство может приостановить осуществление некоторых прав, включая право на свободу выражения своего мнения. Однако такая приостановка допускается только в той степени, в какой это требуется обстоятельствами, и только тогда, когда она не противоречит его обязательствам по международному праву. Кроме того, существуют некоторые неотъемлемые права, которые охарактеризованы в статье 4 (2) Международного пакта о гражданских и политических правах. Таким образом, журналист не должен ни при каких обстоятельствах произвольно лишаться своих прав, подвергаться пыткам или жестокому, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию, тюремному заключению лишь на том основании, что он или она не может выполнить контрактные обязательства, обвиняться в каком-либо уголовном преступлении из-за действия или бездействия, которое не являлось уголовным преступлением в момент совершения, признаваться юридически недееспособным или лишаться права на свободу мысли, совести или религии».

–  –  –

существование климата идеологического плюрализма внутри общества и плюрализма различных источников информации.

Идеологическое, политическое и информационное разнообразие имеет свою внутреннюю логику. Столкновение мнений возможно в случае свободного доступа граждан к необходимой им объективной информации и свободы дискуссии. Такое столкновение, в свою очередь, открывает путь к разработке аргументации, которая впоследствии будет испытана на политическом уровне, что ведёт к политическому плюрализму. Политическое и идеологическое разнообразие является результатом разнообразия информации, и наоборот. Устанавливается приоритет идеологического и политического плюрализма: разнообразие информации, в том числе в форме свободы информации, является средством, а не целью идеологического и политического плюрализма.

Возможность доступа к плюралистичному содержанию СМИ является одним из признаков гражданского общества.

Разнообразие информации развивает открытое общество.

Освещение в СМИ различных интересов и точек зрения содействует снижению влияния экстремистских взглядов и развитию терпимости и стремления к компромиссу. Важный аспект позитивных обязательств государств по содействию свободе выражения мнения и свободе средств массовой информации состоит в необходимости развития плюрализма внутри СМИ и обеспечения равного доступа к СМИ для всех.

Европейский суд по правам человека отмечал:

«[Распространение] информации и идей, затрагивающих общие интересы… может успешно осуществляться только на основе принципа плюрализма»6.

Комитет ООН по правам человека подчеркнул роль плюралистических СМИ в процессе государственного строительства, отметив, что попытки принудить СМИ к пропаганде «политического единства нации» нарушают право на Дело «Информационсферайн Лентиа и другие против Австрии» (24 ноября 1993 г., п. 38). См. текст постановления на рус. яз. // Сайт «Право и средства массовой информации».

URL: http://www.medialaw.ru/article10/6/2/14.htm.

А. Г. Рихтер • Международные стандарты 106 и зарубежная практика регулирования журналистики свободу выражения мнения: «Законная задача защиты и фактически укрепления политического единства нации в сложной политической ситуации не может быть решена попытками заглушить голоса тех, кто отстаивает принципы многопартийной демократии и права человека»7.

Обязательство содействовать развитию плюрализма также подразумевает, что не должно существовать законодательных ограничений для тех, кто занимается журналистикой8, и что системы лицензирования или регистрации для независимых журналистов несовместимы с правом на свободу выражения мнения.

В Совместной декларации, с которой выступили в декабре 2003 г. Специальный докладчик Организации Объединённых Наций по вопросу о праве на свободу убеждений и их свободного выражения, Представитель ОБСЕ по вопросу свободы СМИ и Специальный докладчик ОАГ по вопросу о праве на свободу выражения мнения, отмечается: «К независимым журналистам не должно предъявляться требование о лицензировании или регистрации… Режим аккредитации для журналистов применяется только в случае необходимости обеспечения им приоритетного доступа в определённые места и (или) на определённые мероприятия; такой режим должен находиться под контролем независимого органа, а решения об аккредитации должны приниматься в соответствии со справедливой и прозрачной процедурой на основе заранее опубликованных ясных и недискриминационных критериев»9.

Лицензирование журналистов, которое традиционно существует не только в странах Латинской Америки, Африки Дело «Муконг против Камеруна» (Mukong v. Cameroon, 21 июля 1994 г, Communication. – № 458/1991, п. 9.7).

См.: Рекомендация «Обязательное членство в Ассоциации, предписываемое законом для занятия журналистикой», п. 27.

Совместная декларация Специального докладчика Организации Объединённых Наций по вопросу о праве на свободу убеждений и их свободного выражения, Представителя ОБСЕ по вопросу свободы СМИ и Специального докладчика ОАГ по вопросу о праве на свободу выражения мнения. 18 декабря 2003 г. См.: Сайт Бюро Представителя ОБСЕ по вопросам свободы СМИ. URL: http://www.osce.org/fom/28235.

Глава III • Государственная политика в отношении СМИ (например, в Сенегале, Эфиопии, Мали и Нигерии), но и в Италии, означает, что право на профессиональное занятие журналистикой ставится в зависимость от соответствующего образования, сдачи специальных экзаменов, стажировки, рекомендации со стороны журналистских организаций и союзов и т.п. Государственную (обычно) лицензию получить непросто, зато она, как правило, обеспечивает трудоустройство. Не имеющие её журналисты (в Италии их называют «публицистами») также работают в СМИ, но не имеют необходимых для профессиональной карьеры гарантий. В связи с этим следует обратить внимание на то, что в Венесуэле систему лицензирования ввели, когда после революции у себя в стране 1959 г. в страну бежали кубинские журналисты. Венесуэльские журналисты настояли тогда на введении лицензирования для защиты своих рабочих мест.

С точки зрения постановления Межамериканского суда по правам человека по делу гражданина США Стивена Шмидта, обвинённого в 1979 г. в Коста-Рике в журналистской деятельности без лицензии, лицензирование – нарушение свободы выражения мнения.

Как пишут американские авторы, комментируя это дело, правительство Коста-Рики выдвинуло три довода в поддержку своей зафиксированной в законе системы лицензирования журналистской деятельности: (1) лицензирование есть обычный способ регулирования профессиональной практики; (2) лицензирование журналистской деятельности способствует реализации общественной потребности в ответственности журналистов и соблюдении ими норм профессиональной этики; (3) лицензирование служит средством гарантирования независимости журналистов от своих работодателей. Признавая, что указанные цели подпадают под общую категорию поддержки общественного порядка, – а это в соответствии с частью 2 статьи 13 Американской конвенции о правах человека является одним из законных оснований для ограничения указанных в ней прав, – Межамериканский суд по правам человека тем не менее пришёл к заключению, что ни один из представленных доводов не является достаточным для законного вмешательства в своА. Г. Рихтер • Международные стандарты 108 и зарубежная практика регулирования журналистики боду журналистов. В ответ на первый довод правительства Коста-Рики он вынес заключение, что журналистика отличается от других профессий, так как она связана с деятельностью, прямо защищённой положениями Конвенции. Межамериканский суд по правам человека также отклонил утверждение, что ограничение свободы выражения мнения может служить средством её гарантии; вместо этого он пришёл к выводу, что для общественного блага существенное значение имеет максимально возможный объём информации. Наконец, он, хотя и высказал своё согласие с целью защиты независимости журналистов, пришёл к заключению, что эта цель может быть достигнута и без применения ограничений в отношении того, кто может заниматься журналистикой10.

В консультативном заключении по этому делу в ноябре 1985 г. этот суд следующим образом обосновал нарушение Американской конвенции о правах человека: «Если принимается закон о лицензировании журналистов, по которому заниматься журналистикой не разрешается тем, кто не состоит в коллегии журналистов, а вместе с тем, в коллегию принимают только тех, кто окончил университет по определённой специальности, то такой закон несовместим с положениями Конвенции. Ограничения свободы слова, которые допускает такой закон, не санкционированы статьёй 13 (2) Конвенции».

Межамериканский суд по правам человека заявил в том же заключении, что свобода выражения мнения требует, чтобы «средства распространения информации были потенциально открыты для всех без какой-либо дискриминации или, точнее, что не должно быть лиц и групп, лишённых доступа к таким средствам»11.

См. Прайс М., Круг П. Благоприятная среда для свободных и независимых средств массовой информации (пер. с англ.). – М., 2000. – С. 61-62. URL: http://medialaw.ru/publications/pdf/ee.pdf.

Рекомендация «Обязательное членство в Ассоциации, предписываемое законом для занятия журналистикой» (Compulsory Membership in an Association Prescribed by Law for the Practice of Journalism, Advisory Opinion OC-5/85 of 13 November 1985, Series A, № 5, para. 34).

Глава III • Государственная политика в отношении СМИ В связи с этим сегодня общепризнано, что любые государственные органы, наделённые полномочиями по регулированию в области СМИ или телекоммуникаций, должны быть полностью независимы от органов государственной власти и защищены от вмешательства со стороны политических и деловых кругов. В противном случае система регулирования СМИ легко может стать предметом злоупотребления в политических или коммерческих целях. Три специальных представителя отмечали в Совместной декларации: «Все государственные органы, осуществляющие официальные полномочия по регулированию СМИ, должны быть защищены от вмешательства, особенно политического или экономического характера, в том числе посредством порядка назначения его членов, который должен быть прозрачным, открытым для участия общественности и не контролируемым какой-либо конкретной политической партией»12.

Уместно напомнить, что государства – участники ОБСЕ обязались «использовать все возможности, предоставляемые современными средствами связи… для обеспечения более свободного и более широкого распространения всех форм информации»13.

В Европе существует несколько вариантов правил и противовесов для того, чтобы обеспечить плюрализм телерадиопрограмм и изданий. Обратим внимание на существующие в Европе меры, которые способны повлиять или ограничить свободу выбора оператором сети составляющих его мультиплекс каналов (см. гл.

V):

• В Голландии и Австрии в отношении общественного вещания и других эфирных каналов применяется правило Совместная декларация Специального докладчика ООН по вопросу о праве на свободу убеждений и их свободного выражения, Представителя ОБСЕ по вопросу свободы СМИ и Специального докладчика ОАГ по вопросу о праве на свободу выражения мнения, 18 декабря 2003 г.

Параграф 35 Итогового документа «Сотрудничество в гуманитарных и других областях» Венской встречи СБСЕ (1986 г.) // Свобода самовыражения, свободный поток информации, свобода средств массовой информации. Основные положения СБСЕ/ОБСЕ, 1975–2007 гг. – Вена, 2007 г.

А. Г. Рихтер • Международные стандарты 110 и зарубежная практика регулирования журналистики каналов, обязательных для трансляции. С другой стороны, такие меры не нужны в Великобритании, Испании, Италии и других странах, где за эфирными вещателями закрепляется место на платформе распространения цифрового ТВ.

• В Норвегии оператор мультиплекса резервирует возможности для так называемых «открытых каналов», и в случае, если местные станции потребуют доступа к платформе, оператор обязан найти соответствующую возможность.

• В Италии приняты меры, гарантирующие доступ к платформе так называемых «независимых каналов», т.е.

каналов, независимых от крупнейших вещательных компаний, которые сегодня контролируют операторов мультиплекса. Эти меры приемлемы, так как мультиплексы получили своего оператора не в рамках привычной процедуры конкурса, а были, скорее, «приобретены» национальными вещателями, желающими управлять цифровой сетью вещания. Создание таких гарантий было направлено на предотвращение проблем, которые неизбежны в случае создания вертикальной интеграции операторов сети ЦНТ, владеющих ещё и собственными телеканалами (см. ниже)14.

Привилегии прессы Свободе массовой информации сегодня грозит уравнивание правового статуса журналистов со статусом иных лиц. Например, в некоторых постсоветских странах были приняты прогрессивные законы о свободе информации, позволяющие каждому человеку и гражданину гарантированно получать информацию из государственных источников.

Свобода поиска, получения, производства и передачи массовой информации была распространена на всех граждан.

Параллельно в законах о СМИ (например, Азербайджана, Working Group on Digital Terrestrial Television in EPRA Countries. Final Report. 2 June 2004. См.: Официальный сайт межгосударственной организации «Европейская платформа регулирующих органов» (ЭПРА). URL: http://www.epra.org/ content/english/press/papers/DTTWG_nalreport.doc.

Глава III • Государственная политика в отношении СМИ Армении, Грузии) произошла ликвидация особых прав журналистов, в том числе права посещать государственные органы и организации, специально охраняемые места стихийных бедствий, аварий и катастроф, массовых беспорядков и массовых скоплений граждан, а также местности, в которых объявлено чрезвычайное положение; права присутствовать на митингах и демонстрациях, производить записи и других прав, служивших, как казалось, гарантиями свободы поиска и получения информации.

В некоторых из них упразднена возможность (и необходимость) для СМИ получать аккредитацию при государственных органах и общественных организациях, упраздняется существовавшая для редакций особая процедура запроса в получении информации (например, в Грузии).

Взамен вводится общая обязанность государственных органов отвечать на запросы граждан и на запросы редакций. Акценты такого элемента свободы массовой информации, как свобода выражения мнения, были перенесены с журналистов на всех граждан. Были отменены специальные права журналистов излагать свои личные суждения и оценки в сообщениях и материалах, предназначенных для распространения. Некоторые авторы в этих странах считают, что положения законов о СМИ о редакционном уставе, отношениях между редакцией, главным редактором и учредителями и др., устанавливающие статус журналиста, сохранялись «из-за советской правовой культуры и, следовательно, выглядят несостоятельными в современных условиях», противоречат рыночной экономике15. Некоторые из прав журналиста безосновательно названы просто «абсурдными»16. Научные исследования, проведённые в тех же государствах, указывают на то, что, напротив, такие действия законодателей оказались преждевременными17. Нельзя не отметить отсутствие в них учёта сложивСм.: Adeishvili Z. Media and Law. – Tbilisi, 2004. – P. 11.

Речь идёт о праве журналиста посещать зоны стихийных бедствий. Там же. – С. 63.

См., напр.: Алпаидзе Т. Правовые аспекты деятельности средств массовой информации : автореф. дис. … канд. юрид.

наук. – Тбилиси, 2005. – С. 27.

А. Г. Рихтер • Международные стандарты 112 и зарубежная практика регулирования журналистики шихся в постсоветском обществе традиций уважения и защиты прав журналистов, понимания важности выполняемого ими долга: журналисты реализуют необходимую социальную функцию поиска, получения и распространения общественно важной информации о деятельности государственных и иных органов (в том числе закрытых для других граждан). Нивелирование статуса журналиста приводит к лишению его многих информационных прав и возможностей, в результате чего СМИ обращаются к нетрудоёмким развлекательным темам.

Лишение журналиста внутриредакционных прав, ликвидация особых уставов редакций ведёт также к тому, что журналист становится «винтиком» медийных предприятий, зависимых исключительно от воли владельца. Всё вместе это снижает уровень доверия населения к СМИ и в итоге лишает свободу массовой информации защиты общественного мнения. Что же касается обязанностей журналистов, то в Грузии, Армении, Азербайджане вообще упразднено большинство из них. Журналист в них был низведен до статуса «осуществителя информационной деятельности»

(Армения).

Другая, столь же вредная для свободы прессы тенденция наблюдается в Казахстане, где происходит юридическое приравнивание к журналистам всех авторов в Интернете (см. гл. VI).

В постсоветских странах законы о средствах массовой информации предоставляли редакции и журналистскому коллективу уровень профессиональной (редакционной) самостоятельности по отношению к учредителю (собственнику) значительно более высокий, чем в большинстве стран мира. Установленная здесь схема отношений редакции и «собственника» хотя и усложнена внутренним напряжением, тем не менее гарантирует (по крайней мере, формально) редакционному коллективу больше свободы, чем в странах Запада, где нет имеющих примерно такую же силу редакционных уставов. Правда, там главный редактор или ведущие журналисты и комментаторы могут иметь определённые гарантии от увольнения по прихоти владельца либо при его смене (так называемый «золотой парашют»), но и Глава III • Государственная политика в отношении СМИ эти гарантии, как правило, означают лишь необходимость выплаты высокого выходного пособия. Вместо учредительного договора с редакторами заключаются индивидуальные трудовые соглашения (контракты). При этом главный редактор, естественно, желает заключить договор на три, пять, десять лет, а владелец, если он не уверен в своём редакторе, скорее всего, на три, пять, десять месяцев.

В ходе переговоров они находят компромисс.

По такой же схеме заключаются договоры с рядовыми работниками редакции. Если существует сильный журналистский профсоюз, подписывается коллективное соглашение, обычно предоставляющее работникам больше стабильности и гарантий. Не случайно русское слово «редакция» трудно перевести на другие языки, так как фактически этого понятия нигде больше не существует. Есть лишь наёмные работники, которые работают на редактора и на владельца газеты.

Большинство западных экспертов указывают, порой с завистью, на чрезвычайный либерализм этой части российского Закона «О средствах массовой информации» 1991 г.

Вот, например, что пишет о нём Монро Прайс: «Российский закон... отличается от американского законодательства, которое обычно не предписывает конкретного устройства внутренней структуры газетной редакции или телевизионной сети. В Соединённых Штатах, как и во многих других...

(странах. – А. Р.), не существует (юридической. – А. Р.) гарантии “независимости” редактора от издателя, сколь желанной ни кажется эта цель. В той мере, в которой редактор обладает независимостью, это является следствием традиции и только в редких случаях – контракта, но отнюдь не конституционного или статутного права.

В том же духе Закон о СМИ использует формы закона для предоставления больших, чем это свойственно западной практике, прав тем, кто работает в СМИ. …Положения (Закона о СМИ. – А. Р.) охватывают такие вопросы, как устав редакции, процедура назначения главного редактора, процедура прекращения деятельности, а также процедура смены учредителей или издателей. В Соединённых Штатах для журналистов… не характерно иметь права, существенА. Г. Рихтер • Международные стандарты 114 и зарубежная практика регулирования журналистики но отличающиеся от положений коллективных договоров в других сферах деятельности, если только это специально не отражено в структуре собственности СМИ»18.

При всём при этом, некоторые авторитетные издания возглавляют редакторы, избираемые журналистами – штатными сотрудниками редакции. Среди них – парижская «Монд» и лондонская «Гардиан».

Государственная регистрация СМИ В некоторых странах мира существует специальная государственная регистрация СМИ. В главе I уже было сказано о негативном к ней отношении в странах Африки, хотя в некоторых странах, например в Замбии и Танзании, она ещё не отменена. Что касается некоторых стран Восточной Европы, где она пока сохраняется, то следует обратить внимание на прецедентное решение Европейского суда по правам человека по делу «Джавадов против России» от 27 сентября 2007 г. Дело касается жалобы белгородского журналиста Валерия Джавадова на отказ властей в регистрации газеты под названием «Письма Президенту». В июле 2003 г. журналист получил официальный отказ в регистрации такой газеты по следующим двум основаниям. Вопервых, сведения в заявлении о регистрации не соответствовали действительности, поскольку указывалось, что газета будет освещать более широкий круг вопросов, чем это вытекало из её названия. Во-вторых, регистрирующий орган решил, что только Администрация Президента РФ вправе учреждать газету с подобным названием и без её согласия издавать СМИ с таким названием нельзя. (Здесь важно упомянуть, что такого основания для отказа в регистрации СМИ российское законодательство не содержит.) Валерий Джавадов обжаловал отказ в Тверском межмуниципальном суде Москвы. Суд ему отказал, согласившись Прайс М. Телевидение, телекоммуникации и переходный период: право, общество и национальная идентичность. – М. : Изд-во Моск. ун-та, 2000. – С. 127.

Глава III • Государственная политика в отношении СМИ с доводами регистрирующего органа. В своей жалобе уже в Европейский суд по правам человека Джавадов указал, что отказ в регистрации и судебные решения, поддержавшие позицию регистрирующего органа, нарушают статью 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, гарантирующую право на свободу выражения мнения и свободу информации. Ограничение этого права допустимо только на основании закона, соответственно, отказ в регистрации газеты не может носить произвольный характер.

ЕСПЧ подверг критике позицию российских судов, состоящую в том, что они расширительно истолковали термин «не соответствующие действительности сведения»

применительно к регистрации СМИ и использовали это в интересах регистрирующего органа. При этом использованные основания для отказа прямо в законе не содержались, и заявитель не мог их предугадать, знакомясь с требованиями о регистрации в Законе о СМИ. Помимо этого Европейский суд по правам человека указал, что название газеты в принципе не может соответствовать или не соответствовать действительности, оно лишь отличает газету на рынке масс-медиа от других печатных изданий.

Таким образом, ЕСПЧ определил, что отказ в регистрации газеты «Письма Президенту» не был предусмотрен законом и, соответственно, нарушает требования статьи 10 Конвенции. В качестве компенсации морального вреда Европейский суд по правам человека обязал российские власти выплатить Валерию Джавадову 1500 евро. Деньги заявитель получил, но решил пока воздержаться от новых попыток зарегистрировать СМИ с таким названием.

Практика регистрации СМИ была специально осуждена в резолюции «Преследования прессы в Республике Беларусь», принятой Парламентской Ассамблеей Совета Европы (ПАСЕ) в 2004 г. Впервые в документе столь высокого уровня было заявлено, что регистрация СМИ в принципе противоречит положениям ст. 10 Европейской конвенции о защите прав человека.

Разрешительный характер регистрации печатных СМИ был подвергнут критике и в Специальном докладе Представителя ОБСЕ по вопросам свободы СМИ «Регистрация А. Г. Рихтер • Международные стандарты 116 и зарубежная практика регулирования журналистики средств массовой информации в регионе ОБСЕ», изданном в 2006 г. Впоследствии, в 2010 г., Специальный докладчик ООН по вопросу о праве на свободу мнений и их свободное выражение вместе с Представителем ОБСЕ по вопросу о свободе средств массовой информации, Специальным докладчиком Организации американских государств по вопросу о свободе выражения мнений, а также Специальным докладчиком Африканской комиссии по правам человека и народов по вопросу о свободе выражения мнений и доступе к информации выпустили Совместную декларацию «Десять основных задач в области свободы выражения мнений в следующем десятилетии». В ней они выразили особую озабоченность существованием в ряде стран требований о государственной регистрации, предъявляемых к печатным средствам массовой информации или в отношении использования Интернета или доступа к нему.

В уже упомянутой резолюции «Преследования прессы в Республике Беларусь» указано и на недопустимость в принципе вынесения предупреждений (письменных либо устных) в адрес редакций СМИ по поводу злоупотребления ими свободой массовой информации. Совет Европы усмотрел в этом нарушение «фундаментального принципа разделения полномочий между исполнительной и судебной властями и противоречие статье 10 Европейской конвенции», потребовав (в данном случае от Белоруссии) изменить соответствующие статьи закона о СМИ.

Государственная поддержка СМИ Следует заметить, что в западных странах отсутствуют государственные и муниципальные СМИ (кроме информационных бюллетеней) и, следовательно, нет государственных медиасобственников или учредителей. Да и в целом государство там в малой степени вмешивается в массово-информационную деятельность. Однако это не мешает органам власти создавать привилегированный экономический общенациональный режим для СМИ. Существование государственной поддержки Глава III • Государственная политика в отношении СМИ СМИ за рубежом связано с принципом, в соответствии с которым массово-информационный бизнес – это не просто бизнес, но деятельность, которая способствует информированию и культурному обогащению общества. В том или ином виде система поддержки СМИ существует в большинстве стран Запада, хотя у неё могут быть различные модели.

Например, в Швеции субсидируют вторую по тиражу на рынке газету. Это связано с тем, что первая по тиражу газета (и это естественно) собирает основную часть рекламы, а для того чтобы «вторая» газета не умирала и содействовала плюрализму мнений, она может получать субсидии. В Великобритании и в США газеты не платят налог на добавочную стоимость. Хотя право Европейского союза рассматривает государственную поддержку как явление несовместимое с принципами свободы конкуренции, для СМИ существует исключение.

Такая экономическая поддержка допускается Договором ЕС в целях «развития культуры и сохранения наследия».

Система государственной поддержки СМИ существует и в Африке – в ЮАР, Мали и Сенегале.

Интерес представляет система соглашений о совместной деятельности изданий, принятая в США по Закону о сохранении газет 1970 г. Причиной принятия этого закона стала типичная для США второй половины ХХ в. ситуация, когда в крупных городах оставалось всего по две ежедневных газеты, причём на фоне падения спроса на прессу одна из них, не выдерживая конкуренции, шла к разорению. Покупателей на эту умирающую газету не было, и единственный, кто хотел бы её купить, – это конкурент, и то только для того, чтобы тут же закрыть. Но строгое антимонопольное законодательство препятствовало этому.

К тому же разорение газеты вело к нежелательной монополизации рынка идей. В 1970 г. было узаконено частичное или полное слияние производственных и финансовых подразделений двух газетных изданий при условии сохранения их независимости друг от друга и даже некоторой конкуренции редакций. Такого рода объединение назвали «соглашением о совместной деятельности».

Например, в городе Нашвилле произошло слияние принадлежащей национальной газетной империи Ганнета А. Г. Рихтер • Международные стандарты 118 и зарубежная практика регулирования журналистики утренней газеты «Теннесиэн» и издаваемой мелкой компанией вечерней газеты «Нашвилл баннер». Два издания разместились в одном здании, их обслуживала одна типография, у них были общими рекламный отдел, отдел подписки и распространения, бухгалтерия, автопарк, лаборатории, столовая, другие службы. В том же здании располагался корпункт обслуживающего оба издания информационного агентства Ассошиэйтед пресс. Но пропуска журналистов «Теннесиэн» не позволяли их владельцам входить на этаж, на котором находилась редакция «Нашвилл баннер», и наоборот. В середине 1990-х гг. в США действовало 21 соглашение о совместной деятельности газет, однако практика показала, что закон не столько способствовал их сохранению, сколько отодвигал окончание существования некоторых из них. Так, кстати, случилось и с «Нашвилл баннер», которая всё-таки закрылась в 1998 г.

В последние годы общественные вещатели в Европе всё чаще подвергаются обвинениям со стороны коммерческих телекомпаний за несоблюдение режима, установленного Договором Европейского союза относительно государственной поддержки в условиях честной конкуренции. Частные вещательные компании из разных западноевропейских государств неоднократно обращались с жалобами в Европейскую комиссию, требуя от неё выяснить, насколько установленная теми или иными государствами обязательная абонентская плата является такой формой экономической помощи, которая допустима в Европейском союзе.

Результатом разбирательств стало то, что Европейская комиссия признала введение абонентской платы зрителей в пользу общественного вещателя формой помощи, предоставляемой государством, которая нарушает или грозит нарушить конкуренцию путём создания более благоприятных условий некоторым компаниям или производству некоторых видов услуг. Однако она совместима с принципами общего рынка, поскольку направлена на развитие культуры компаниями, на которые обществом возложено предоставление услуг общего экономического значения.

С этой целью деятельность общественных вещателей должна соответствовать следующим условиям:

Глава III • Государственная политика в отношении СМИ

• она должна быть ясно и чётко определена органами государственной власти как предоставление услуг общего экономического значения (определение);

• предоставление данных услуг должно быть официально возложено на вещателя (поручение);

• государственное финансирование не должно превышать чистой стоимости этих услуг с учётом других прямых и косвенных доходов, извлекаемых в результате оказания этих услуг (соразмерность).

Первое требование означает, что необходимо выяснить, действительно ли государство предоставляет общественному вещателю компенсацию. В связи с этим Европейская комиссия настаивает на чётком определении функций общественного вещателя в интересах всего населения и прозрачности его финансирования. Для общественных вещателей в ряде стран это непростая задача, ведь законодательство не даёт точного определения того, в чём собственно состоят их уникальные общественные функции.

С учётом этого условия государственной поддержки после получения жалоб от частных вещателей Европейская комиссия обратилась в 2005 г. к Нидерландам, Ирландии и Германии с требованием разъяснить политику этих стран в отношении финансирования компаний общественного вещания. Она направила правительствам перечень конкретных вопросов, касающихся, например, необходимости финансирования интернет-сайтов и приобретения общественными вещателями прав на трансляцию различных спортивных событий. Правительства передали свои ответы, в которых изложили свою точку зрения, что в соответствии с европейским законодательством критерии абонентской платы не позволяют отнести её к форме государственной субсидии. На основе этих ответов Комиссия приняла решение в пользу правомерности сбора абонентской платы, при этом подчеркнув, что сфера деятельности общественного вещания не должна вторгаться в наиболее популярные и доходные сегменты вещания19.

См.: Телевидение в Европе: регулирование, политика и независимость. – Будапешт, 2006. – С. 145–148.

А. Г. Рихтер • Международные стандарты 120 и зарубежная практика регулирования журналистики Информационная безопасность, терроризм и экстремизм Категория «информационной безопасности» появилась в 1990-е гг. на Западе применительно к компьютерным сетям. В США энциклопедии и словари определяют это понятие как «систему директив, нормативных актов, правил и практических действий, которые предписывают организации методы управления, защиты и распределения информации». Информационная безопасность может распространяться на все виды и средства информации, причём она защищает не только информацию, но и информационную инфраструктуру – системы, процессы, услуги, технические средства и т.п. Западные авторы считают, что основными элементами (целями, принципами, характеристиками) информационной безопасности являются «конфиденциальность – целостность – доступность» информации, составляющие триаду (сокр., англ. CIA triad). В свою очередь, отечественные исследователи полагают, что информационная безопасность должна включать в себя обеспечение права субъектов на информацию, обеспечение должного качества информации и защиту ресурсов.

Окинавская хартия глобального информационного общества утверждает, что информационнокоммуникационные технологии являются одним из наиболее важных факторов, влияющих на формирование человека и общества XXI в. Окинавская хартия исходит из принципов максимальной открытости и дружелюбия органов власти по отношению к процессам глобализации.

В упомянутой выше Совместной декларации «Десять основных задач в области свободы выражения мнений в следующем десятилетии» была выражена особая озабоченность существованием в ряде стран мира правовых проблем с:

«a) неясными и (или) чрезмерно широкими определениями таких ключевых понятий, как безопасность и терроризм, а также запрещённых видов деятельности, таких, как обеспечение информационной поддержки терроризма и экстремизма, “прославление” или “рекламирование” терГлава III • Государственная политика в отношении СМИ роризма или экстремизма и простое повторение заявлений террористов;

b) злоупотреблением расплывчатыми терминами с целью ограничить критические или оскорбительные выступления, в том числе социальные протесты, которые не представляют собой подстрекательства к насилию;

c) официальным или неофициальным давлением на средства массовой информации, с тем чтобы они не делали сообщений о терроризме, на том основании, что такие сообщения могут рекламировать цели террористов;

d) расширенным использованием методов наблюдения и уменьшением контроля за наблюдением, что оказывает негативное воздействие на свободу выражения мнений и ущемляет право журналистов на защиту своих конфиденциальных источников».

Рекомендация № R (97) 20 Комитета министров Совета Европы по вопросам «разжигания ненависти» говорит о том, что «национальное право и судебная практика должны позволять судам иметь в виду, что отдельные случаи разжигания ненависти могут быть настолько оскорбительны для отдельных лиц и групп населения, что выйдут за рамки правовой защиты, предоставляемой статьёй 10 Европейской конвенции по правам человека в отношении других форм самовыражения. Это будет составлять именно такой случай, когда разжигание ненависти направлено на подрыв прав и свобод, заложенных в Конвенции, либо на их ограничение в превышении предусмотренных Конвенцией пределов». Таким образом, чтобы признаваться таковым, экстремизм должен быть направлен на подрыв или чрезмерное ограничение самих прав и свобод, составляющих основы демократии. Национальное право и судебная практика должны учитывать роль средств массовой информации в передаче сведений и идей, которые вскрывают, анализируют и объясняют конкретные случаи разжигания ненависти и их основополагающие причины в целом, а также право общественности на получение таких сведений и идей. В связи с этим необходимо проводить чёткую грань между ответственностью автора разжигающей ненависть информации, с одной стороны, и любой ответственностью А. Г. Рихтер • Международные стандарты 122 и зарубежная практика регулирования журналистики средств массовой информации и работников редакций, участвующих в её распространении в рамках своих задач по передаче интересующих общество информации и идей, с другой.

В вопросах разграничения экстремистских материалов и информационных материалов об экстремизме в СМИ следует также учитывать соответствующие постановления Европейского суда по правам человека (см. гл. I). Одним из них является решение по делу «Йерсилд против Дании»

от 23 сентября 1994 г. Его фабула такова. Журналист воскресного тележурнала на канале общественного телевидения Дании по имени Йенс Йерсилд подготовил сюжет о молодёжной расистской группировке «Зеленые куртки», которая совершала хулиганские поступки по отношению к иммигрантам из различных стран, в том числе и из СССР.

Выпущенное в эфир интервью содержало расистские и националистические высказывания подростков. По жалобе епископа прокуратура возбудила уголовное дело. Городской суд Копенгагена осудил всех трёх участников передачи за их экстремистские высказывания, а Йерсилда и ответственного за программу г-на Йенсена – за пособничество и подстрекательство интервьюируемых. Все они были приговорены к небольшому штрафу либо, в качестве альтернативы, к заключению сроком на пять дней. Апелляция, а также последовавшая за ней жалоба журналистов в Верховный суд страны были оставлены без удовлетворения.

Европейский суд по правам человека, куда, исчерпав национальные возможности защиты своих прав, обратился Йерсилд, изучил обстоятельства дела, нормы датского права, а также документы Организации Объединённых Наций относительно запрещения расовой дискриминации и предотвращения пропаганды расистских взглядов и идей.

В своём постановлении ЕСПЧ подчеркнул, что свобода слова является одной из главных опор демократического общества и что предоставляемые прессе гарантии имеют особое значение. На прессу возложена функция распространения информации и идей в общественных интересах, выполняя которую она не должна преступать пределов, установленных, в том числе, в интересах защиты репутаГлава III • Государственная политика в отношении СМИ ции или прав других лиц. В то время как на прессу возлагается задача распространять информацию и идеи, гражданам предоставляется право получать их. Если бы дело обстояло иначе, то пресса была бы не в состоянии играть свою жизненно необходимую роль «сторожевого пса общества». Важным аспектом анализа Суда была оценка того, насколько сюжет тележурнала, если его рассматривать целиком, объективно способствовал пропаганде расистских взглядов и идей. И здесь, по его мнению, журналист во время интервью с «зелеными куртками» отчётливо отмежевался от позиции своих собеседников. ЕСПЧ решил, что даже незначительное наказание журналистов за содействие в распространении заявлений, сделанных другим лицом в ходе интервью, способно серьёзно помешать средствам массовой информации вносить свой вклад в обсуждение проблем, представляющих общественный интерес, если только речь не идёт об особо серьёзных ситуациях.

Причём в ходе разбирательства никем не оспаривалось, что сам журналист при подготовке телепередачи не преследовал расистских целей.

Следовательно, постановил Европейский суд по правам человека, имевшее место вмешательство в осуществление права журналиста и редактора на свободу слова не было «необходимым в демократическом обществе», а использованные при этом средства не были соразмерны с преследуемой правомерной целью защиты «репутации или прав других лиц». Соответственно, это вмешательство привело к нарушению статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Суд также присудил возмещение датским государством журналисту материального ущерба и судебных издержек и расходов.

В постановлении по делу «Шенер против Турции»

(18 июля 2000 г.) Европейский суд по правам человека вновь подчеркнул, что в соответствии со сложившейся практикой пункт 2 статьи 10 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод жёстко лимитирует возможности для ограничения политических высказываний или дебатов по вопросам, представляющим общественный интерес. На этот раз нарушение Конвенции А. Г. Рихтер • Международные стандарты 124 и зарубежная практика регулирования журналистики заключалось в преследовании собственника и редактора еженедельного обозрения «Хаберле йорумда герчек».

В 1994 г. Шенер был приговорён стамбульским судом государственной безопасности к штрафу и шестимесячному тюремному заключению. На основании закона о предупреждении терроризма статья, опубликованная в обозрении, была расценена как преступление. В ходе разбирательства, предшествовавшего решению Европейского суда, турецкие власти утверждали, что, поскольку статья поощряла террористические действия против государства, журналист был ответствен за пропаганду сепаратизма. По мнению властей Турции, смысл статьи заключался в том, что единственным средством разрешения курдской проблемы была поддержка террористических действий против государства.

В противоположность турецкому суду ЕСПЧ высказал мнение, что, хотя оспариваемая статья и содержала определённые фразы, высказанные в агрессивном тоне, в целом она не восхваляла насилие и не возбуждала в людях чувство ненависти, мести или стремление к вооружённому сопротивлению. Напротив, Страсбургский суд счёл статью вдумчивым анализом курдской проблемы, призывающим к концу вооружённого конфликта. Он пришёл к мнению, что власти Турции не придали достаточного значения праву общества быть информированным о различных перспективах развития ситуации на юго-востоке страны. В итоге ЕСПЧ постановил, что, осудив Шенера, турецкие судебные власти нарушили положения статьи 10 Европейской конвенции по правам человека.

Ситуация с ограничениями свободы массовой информации обострилась во всём мире после террористического нападения на Нью-Йорк и Вашингтон 11 сентября 2001 г.

Комитет министров Совета Европы был вынужден принять 2 марта 2005 г. специальную Декларацию о свободе выражения мнений и информации в СМИ в контексте борьбы с терроризмом.

В ней содержится призыв к правительствам стран – участниц Совета Европы:

• не вводить новых ограничений на свободу выражения мнений и информации в СМИ, кроме абсолютно необходиГлава III • Государственная политика в отношении СМИ мых и соразмерных в демократическом обществе, и лишь после тщательного изучения того, не достаточно ли для этой цели уже имеющихся законов или иных мер;

• воздерживаться от принятия мер, которые приравнивали бы освещение проблемы терроризма в СМИ к поддержке терроризма;

• воздерживаться от создания профессионалам СМИ препятствий в доступе к местам совершения террористических актов, которые не были бы продиктованы интересами защиты безопасности жертв терроризма или правоохранительных органов, задействованных в ведущихся антитеррористических операциях, интересами следствия или обеспечения безопасности;

• гарантировать СМИ право быть в курсе обвинений, выдвинутых судебными органами против лиц, являющихся фигурантами антитеррористических судебных разбирательств, а также право следить за такими разбирательствами и вести с них репортажи в соответствии с национальным законодательством и при должном уважении к принципу презумпции невиновности и праву на уважение частной жизни.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |



Похожие работы:

«АДМИНИСТРАЦИЯ ВОРОНЕЖСКОЙ ОБЛАСТИ ПОСТАНОВЛЕНИЕ от 06 июня 2001 года N 577 О проведении открытого конкурса на право пользования недрами в целях геологического изучения и разработки месторождения гранитов Тихий Дон в Богучарском районе Воронежской области (Внесены изменения: Постановлением администрации Воронежской о...»

«I. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ Актуальность: Анестезиологи-реаниматологи, работая в условиях моральной и юридической ответственности за жизнь пациента, относятся к группе самого высокого медикоюридического риска. В рутинной практике им приходится ставить диагноз больным в критическом состоянии и выполнять инвазивные манипуляции в опер...»

«Знайте: у вас есть право на медпомощь Памятка для задержанных лиц, находящихся в центре временного содержания нелегальных мигрантов По прибытии Когда вас доставят в центр временного содержания, сотрудник медслужбы задаст вам ряд вопросов о состоянии вашего здоровья, в том числе о том, применялись ли по от...»

«HEСЕКРЕТНЫЕ КОНТРАКТЫ аргументы за прозрачность контрактов в добывающей промышленности Авторы: Питер Розенблюм и Сюзан Мэйплс Несекретные контракты: аргументы за прозрачность контрактов в добывающей промышленности. авторы: Питер Розенблюм и Сюзан Мэйплс Авторское пра...»

«С.Р. Ибатуллин, Т.К. Карлиханов Организационная структура и правовая база управления трансграничными водными ресурсами в Центральной Азии ИК МФСА Необходимость достижения интеграции управления водными ресурсами на бассейновом уровне была полностью осознана до обретения независимост...»

«Православие и современность. Электронная библиотека. Архимандрит Никифор Библейская Энциклопедия от Л до Я Москва, 1891. Репринтное издание 1990 г. © Holy Trinity Orthodox Schoo Содержание Л...»

«НЕДЕЛЯ БИРЖЕВОГО ФОНДОВОГО РЫНКА КАЗАХСТАНА 16 22 октября СПРАВОЧНАЯ ИНФОРМАЦИЯ Доллар США = 119,76 тенге по официальному курсу на конец периода. Доллар США = 119,79 тенге по биржевому средневзвешенному курсу на конец периода. Скорость девальва...»

«1. Сначала научитесь играть по правилам, потом придумывайте свои На танцевальные вечера трудящиеся должны приходить в легкой одежде и обуви. Танцевать в рабочей и спортивной одежде запрещается. Танцевать в искаженном виде запрещается. Танцующий должен исполнять танец правильно, четко и одинаков...»

«ОТКРЫТОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО ’’СТРАХОВОЕ ОБЩЕСТВО ГАЗОВОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ” УТВЕРЖДАЮ Правления СОГАЗ В.Э. Янёв 2009 г. ПРАВИЛА ДОБРОВОЛЬНОГО СТРАХОВАНИЯ ПАССАЖИРОВ ОТ НЕСЧАСТНЫХ СЛУЧАЕВ 1. Общие положения. Субъекты страхования 2. Объект страхования 3. Страховые риски и страховые случ...»

«Андрей Георгиевич Битов Нулевой том (сборник) Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8179286 Нулевой том: [роман, повести, рассказы, стихи] / Андрей Битов: АСТ; Москва; 2014 ISBN 978-5-17-084192-9 Аннотация В "Нулевой том" вошли ранние, первы...»

«ДОГОВОР ОБСЛУЖИВАНИЯ Настоящий Договор является официальным (публичным) предложением Общества с ограниченной ответственностью "МАГНУМ", именуемое в дальнейшем Агент" к юридическим лицам или индивидуальным предпринимателям именуемым в дальнейшем Принципал о присоединении (з...»

«Арабская версия Жития Святого Иоанна Дамаскина # по благословению высокопреосвещеннейшего Нифона Архиепископа Филиппопольского издание Антиохийского Арабского Православного Обществ...»

«А А А А А А А А Ж X А Л А А. А А. А. А А А^А А -А А Ж.—..у і Л, -*-А А А а а а а " ] 1917 Г О Д Ъ. [ ДО ДО, : 15 М ая. Г VVт V ^ т т -г-лг-у ч -• -У Г ^г т -г -у т Г Т Т ^ Г Т-^Т~Т'Т~Т'Т~ТТ,:ТГ^Г,1 Г Т~ТТ Ч восьмой. X ГОДЪ ТРИДЦАТЬ I АА.ААА.,АА.ААА.АА^АА. А А А -А А А А А А А А. А А..А. А. А А А А А А А А А. — ВЫ ХОДЯТЪ ДВА Р. въ мъсяцъ А ЗА а " Цна годовому изданію, е...»

«'····· Аrентство США по uе-.дународноuу развмтмю PUBLJCA TJON # 9 TAXATION IN ТНЕ REPlJBLIC OF MOL. DOVA in ftussian Налоrи и право Раздел Налоги Ответы и решения Подготовлено При подцержке Агентства CIIIA по международному развитию Кишинев Январь, 2004 CIPA Лидер в бухгшzтерской профессии BEST AVAI...»

«НАУЧНЫЕ ВЕДОМОСТИ Серия Гуманитарные науки. 2013. № 13 (156). Выпуск 18 207 НЕПРАВОВОЕ ИЗОБРАЖЕНИЕ ДЕТЕЙ В РЕКЛАМЕ (НА МАТЕРИАЛЕ ЛЬВОВСКОЙ ГАЗЕТЫ "СКСПРЕСС" 2011 Г.) Проанализировано украинское законодательство в сфере регулиро­ М. О. Кица вания влияния рекламы на детей и использовани...»

«Комиссия по спортивному праву Ассоциации юристов России Бразильские спортивные кодексы Серия "Актуальные проблемы спортивного права" Выпуск 4 Москва УДК 34.06 ББК Х67 Научный рецензент Ректор...»

«ЗАКОН УКРАИНЫ О беженцах и лицах, которые нуждаются в дополнительной или временной защите Данный Закон определяет порядок регуляции общественных отношений в сфере признания лица...»

«Права человека в сфере охраны здоровья Практическое руководство Казахс тан Алматы 2012 год УДК 342.7 ББК 67.400.7 Ж33 Рецензенты: С.Ф. Ударцев доктор юридических наук, профессор, директор Института правовой политики и конс...»

«Йон Маркман Свинг-трейдинг. Мощные стратегии уменьшения риска и увеличения прибыли Текст предоставлен правообладателемhttp://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=2451635 Свинг-трейдинг: мощные стратегии уменьшения риска и увеличения прибыли / Йон Маркман ; [пер. с англ. А. Соко...»

«АО ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ДЕПОЗИТАРИЙ ЦЕННЫХ БУМАГ Утверждено решением Совета директоров АО Центральный депозитарий ценных бумаг (протокол заседания от 29 июля 2011 года № 5) Введено в действие с 05 сентября 2011 года ПОЛОЖЕНИЕ о тарифах и сборах г. Алматы Положение о тарифах и сборах ЛИСТ ПОПРАВОК...»

«Аннотация учебной дисциплины "Менеджмент правоприменительной деятельности" Направление подготовки: 40.04.01 Юриспруденция Магистерская программа: Трудовое право, право социального обеспечения Форма обучения: очная Курс: 2 1. Ди...»

«IBM i версия 7.3 IBM i и связанное программное обеспечение Перенос данных IBM IBM i версия 7.3 IBM i и связанное программное обеспечение Перенос данных IBM Примечание Перед применением этой информации, а также поддерживаемого ей продукта ознакомьтесь с информацией, приведенной в разделе “Юридическая инфор...»

«Метод управления нормативно справочной информацией (НСИ) в автономных информационных системах А.М. Бородин, С.Г. Мирвода, С.В. Поршнев 1. Введение Одной из основных задач любого предприятия, для решения которых используются информационные системы (ИС), является задач...»

«СПРАВОЧНИК ВКЛАДЧИКА СРОЧНЫЕ ВКЛАДЫ ФИЗИЧЕСКИХ ЛИЦ ЗАО "Америабанк" RA, г. Ереван, ул. Гр. Лусаворича 9 Тел.: (374 10) 56 11 11; факс: (374 10) 51 31 33 эл. почта: office@ameriabank.am; www.ameriabank.am ВКЛАД "АМЕРИЯ" Минимальная сумма вклада: 200 евро Срок вкладов в днях От 181 до От 271 до От 3...»

«RU 2 507 092 C1 (19) (11) (13) РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ (51) МПК B60S 3/04 (2006.01) ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ (12) ОПИСАНИЕ ИЗОБРЕТЕНИЯ К ПАТЕНТУ (21)(22) Заявк...»

«№ 7/344 30.07.2003 РАЗДЕЛ СЕДЬМОЙ ПРАВОВЫЕ АКТЫ АДМИНИСТРАЦИИ ПРЕЗИДЕНТА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ И ДРУГИХ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ОРГАНОВ, НЕПОСРЕДСТВЕННО ПОДВЕДОМСТВЕННЫХ ПРЕЗИДЕНТУ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ ПОСТАНОВЛЕНИЕ УПРАВЛЕНИЯ ДЕЛАМИ ПРЕЗИДЕНТА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ 21 июля 2003 г. № 2 7/344 Об утверждении Инструкции о порядке выдачи специа льных...»








 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.