WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 
s

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 14 |

«Чезаре Ломброзо ПРЕСТУПНЫЙ ЧЕЛОВЕК МИДГАРД От человека преступного к человеку гениальному Во всем, что представляется действительно новым в об ласти эксперимента, наибольший вред приносит ...»

-- [ Страница 9 ] --

Во всяком случае, однако же, нельзя отрицать, что современные евреи начинают нарушать древние постановления. Среди них теперь встречаются и живописцы, и скульпторы, и даже неверующие, свободные мыслители. В общем, у евреев начинают развиваться те же способности, которые преобла дают в окружающей их среде. Так, в Германии еврей является ученым, в Польше — суеверным, в Венеции — говоруном, в Пьемонте — трезвым и молчаливым. Акоста и Спиноза — два еврея, сильнее других нападавшие на иудейские предрассудки и верования, родились в Голландии, как раз там, от куда вышли и наиболее упорные противники католического правоверия.

Но вместе с тем евреи потеряли и многие из своих исторических досто инств. Храбрость и презрение к жизни были когда то выдающимися каче ствами этого сильного народа, ручьями проливавшего свою кровь на сте В Пруссии среди евреев на 100 девочек рождается 113 мальчиков, а в Ливонии —

120. В Пруссии между христианами умирает 1 на 34, а между евреями — 1 на 40.

У католиков в Вероне одно незаконное рождение приходится на 5 законных, а у евреев — на 100. Поэтому и смертность еврейских детей равняется 30%, тогда как у католиков она вдвое больше. Но среди взрослых евреев смертность равняется 65%, а среди католиков — только 39%.

396 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски нах Массады*, так что римляне, победители, заняв город, впервые увидали самоубийство целого населения, не пожелавшего пережить национальный позор. Но вот теперь среди современных евреев эти качества встречаются очень редко и уступили свое место инстинктивному страху смерти, что до казывается как незначительным процентом самоубийств, так и отсутстви ем замечательных военных людей между евреями.

Потеряв некоторые достоинства, они, однако же, приобрели другие, которыми не обладали до переселения в Европу. Так, семейное чувство раз вилось среди них очень сильно; вошедшая в пословицу азиатская инерция, полное равнодушие ко всему, кроме древней веры и золота, вытекающее из этого равнодушия невежество — все это исчезло, заменившись лихорадоч ной деятельностью на всех поприщах общественной жизни. Повсюду ев рейство дало выдающихся людей: в политике — Абрабанеля; в диалекти ке — Спинозу; в иронии — Гейне; в публицистике — Юнга, Вейля и др.; в музыке — Мейербера, Галеви. Знаменитейшие врачи и физиологи Герма нии — Каспер, Гирш, Шифф, Валентин, Конхейм, Траубе, Френкель — по происхождению евреи. В общем, еврейская нация дала пропорционально столько же, если не больше, интеллектуальных работников, сколько дали их расы несемитические, и притом в таких отделах знания, к которым се миты прежде считались неспособными, например в точных науках. Только в пластических искусствах и в механике они не дали ни одного сколько нибудь заметного деятеля.

Значит, семиты не только сравнялись с арийцами, но и превзошли их во многом. Вот, следовательно, еще одна раса, которая на наших глазах, со храняя отчасти свой первобытный тип, преобразовалась и поднялась на более высокую ступень совершенства.

Как это произошло — всем известно. Принудительная эмиграция поста вила малопрогрессивную расу под влияние климатов, совершенно не похо жих на тот, в котором она развивалась; а затем постоянное многовековое преследование обострило интеллект и укрепило характер тех, которых не могло задушить окончательно (и таких было большинство). А так как уси ленная деятельность, коварство и скупость, развившаяся вследствие необ ходимости казаться бедняками, одни только могли спасти евреев от слиш ком жестоких преследований, то эти пороки и развились в них с особой си лой; храбрость же и щедрость — достоинства, которые в их положении мог ли быть скорее вредными, чем полезными, — исчезли совершенно.





Впоследствии, как мы увидим ниже, у евреев развился особого рода невроз.

Это совокупное влияние климата и окружающих обстоятельств высту пает еще резче при сравнении евреев европейских с теми, которые живут на первоначальной родине, в жарких странах и никаких преследований не испытали. Эти последние — в Абиссинии, например, — ни в чем не изме нились и даже, пожалуй, одичали, несмотря на всевозможное ухаживанье за ними со стороны европейских единоверцев.

Политическая преступность В Бомбее евреи — земледельцы, каменщики, плотники, солдаты, — пре тендующие на прямое происхождение от племен, плененных ассирийцами во время Осии, строго соблюдают субботу и обрезание, почитают Библию, не понимая ее, и женятся только в своем кругу. Объединенные в особые корпорации еще до появления европейцев, они не успели подняться выше уровня самых низких индийских каст.

В горах Атласа среди берберов Дэвидсон нашел евреев, очень бедных и нисколько не отличающихся от других полудикарей. То же самое и в Хал дее, где евреи живут со времен Навуходоносора.

В Китае, где они обосновались тысячи две лет тому назад, среди евреев незаметно никакого прогресса, несмотря на то что там их никто не пресле дует. Они уже позабыли большую часть обычаев и религиозных постанов лений иудаизма, подобно китайцам, не произносят букв «б» и «р», наконец, приняли даже отчасти китайский культ предков.

Недостаток сродства. Одной из важных причин политических волне ний является недостаток духовного сродства между народностями, вслед ствие завоевания или иммиграции, одновременно живущими на одной и той же территории.

Уже Аристотель заметил, что разница в происхождении народов, живу щих вместе, может служить причиной революции до тех пор, пока они не ассимилируются и не поглотят друг друга; так, ахейцы, присоединившиеся к трезенцам, чтобы основать Сибарис, прогнали последних, когда стали более многочисленными.

Таким же недостатком сродства можно объяснить ненависть славян к туркам, чехов — к венграм, басков — к испанцам, европейцев — к евреям.

Мусульмане, живущие на севере Суматры, постоянно восстают против голландцев. Причиной этого служит не климат и не управление — очень разумное, терпимое и дающее им полную свободу (остаются же покойны ми буддисты на Яве), — а разница расового характера, которой разница в религиях служит только признаком.

5) Плотность населения. Изучение отношений, существующих между плот ностью населения и монархическими наклонностями в различных департа ментах Франции, доказывает, что там, где население более скучено, обще ственное мнение склоняется к идеям республиканским, и наоборот. В самом деле, те департаменты, в которых количество жителей на квадратный кило метр не превышает 40–60 (Нижние Альпы, Эндр, Вандея, Нор, Жер, Аверон и прочие), дали большое количество монархических голосов на выборах 1877– 1881–1885 годов. Напротив того, те департаменты, в которых народонаселе ние очень плотно (Сена, Рона, Луара, Сена и Уаза и прочие), дали большин ство голосов республиканских, как это видно на диаграмме (с. 398).

Легко понять, что в больших городах, где население особенно скучено, политические волнения почти не прекращаются. Это особенно ярко про является в Париже, куда, по словам Виоле ле Дюка, весь свет выбрасывает 398 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски свою пену, делая из столицы Франции космополитический город, в кото ром кочевая беспринципная толпа нагло распоряжается выборами и пользу ется несчастьями страны для того, чтобы колебать правительство и стано виться на его место.

Поэтому то после Коммуны на 36 тысяч арестованных пришлось 25 648 про винциалов и 1725 иностранцев.

«Вот в этом то и состоит, — прибавляет Максим дю Кан, — недостаток чересчур централизованных стран, в которых провинциальная жизнь слиш ком неразвита.

Большие столицы вредят политическому покою страны; подобно вса сывающему насосу, они притягивают и задерживают. У Франции голова несоразмерно велика, и потому она, как все страдающие водянкой в голо ве, по временам подвергается приступам буйного бреда. Коммуна была од ним из таких приступов.

Чистокровный парижанин лишь в слабой степени участвует в таких взры вах. Пена провинций волнует Париж. Все неудачники, тщеславные, себя любивые и завистливые люди скопляются в столице, считая себя способ ными управлять всем миром, потому что удачно проповедовали в кабачках родного города. Париж должен осуществить их надежды или погибнуть, а так как он не знает даже их имен, то пусть проваливается».

6) Отношение к гениальности. Что касается гениальности, то, что бы ни говорил Якоби — исследованиям которого мы, однако ж, многим обяза ны, — отношение ее к плотности населения очень слабо выражено. Если и Политическая преступность проявляется некоторый параллелизм, то только в очень крупных центрах (Париж, Лион, Марсель), а в средних он незаметен.

Да, наконец, большое количество гениальных людей в крупных центрах есть явление скорее кажущееся, чем действительное. В другом месте мы до казали, что гениальные люди хотя и умирают по большинству в больших го родах, но родятся они в провинции, откуда уходят в города лишь потому, что там легче могут проявить себя. Это заставляет думать, что крупные центры способствуют скорее проявлению, чем нарождению гениальных людей1.

Если в первые эпохи эволюции плотность населения содействовала про грессу, то теперь, если судить по Китаю, Египту, Мадриду и Неаполю, этого сказать нельзя.

В общем, можно признать, что плотность населения благоприятна как для бунтов, так и для эволюции, но больше для первых, чем для последней, что доказывается и малым ее влиянием на гениальность, служащую выс шим проявлением эволюции.

7) Земледельческий и промышленный прогресс. Возникновение крупных рабочих центров, предоставляя всяким новым идеям более легкую возмож ность распространения, увеличило удобства и неудобства чрезмерной ску ченности. Если быстрые средства сообщения — телеграфы и железные до роги — облегчают принятие репрессивных мер, то они облегчают и распро странение бунтов. Поэтому то деспотические правительства и относятся враждебно к почте и железным дорогам.

Научные открытия, вообще, не только помогают развитию промышлен ности, но дают оружие революционным силам; динамит и керосин пред назначены, по видимому, сыграть для пролетариата ту же роль, которую сыграл порох для буржуазии при ее борьбе с дворянством.

Из диаграммы (с. 399) видно, что промышленные округа Франции дают большинство голосов республиканских, а земледельческие — монархичес ких. Распространение земледелия и виноградарства преобладает в странах монархических.

То же самое можно бы было сказать и о преобладании гениальности в странах промышленных, но так как она преобладает также и в странах гор ных, которые часто становятся промышленными только потому, что негод ны для сельского хозяйства, то влияние промышленности маскируется вли янием орографическим.

Быстрый ход эволюции в промышленных странах вполне подтверждает исторический закон Спенсера, согласно которому промышленный период представляет собой венец человеческой эволюции, так же как и высочай шую степень развития благосостояния.

«На истощенной почве столиц гениальные люди не растут», — говорит Бажео;

«Ни один поэт не родился в столице», — говорит Рихтер в своей «Автобиографии».

То же думают Карлейль и Смайльс.

400 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски

8) Образование. После всего сказанного становится вполне понятным, что эволюция идет быстрее там, где шире распространено образование. Как видно на диаграмме, департаменты, население которых наиболее образованно (90– 95% грамотных), суть чисто республиканские, а в департаментах, средних по образованию, монархисты и республиканцы друг друга уравновешивают. Од ного только я не могу себе объяснить — почему республиканцы преобладают также и в департаментах, дающих наименьший процент грамотности.

9) Гениальность. Распространение гениальности и республиканских принципов повсюду вполне совпадает, как предвидел Якоби.

Политическая преступность Департамент Сены дает максимум гениальности и минимум реакцион ных голосов. Точно так же республиканские департаменты Вар, Рона, Сена и Уаза, Сена и Марна богаты гениальными людьми, тогда как Вандея, Мор биан, Па де Кале, Нор, Верхние и Нижние Пиренеи, Жер и прочие реак ционны и бедны гениальностью. Эта аналогия до такой степени полна, что маскирует влияние расы, плотности населения и прочее, что вполне естест венно, разумеется.

Гениальность есть одновременно и проявление, и показатель эволюции, как потому, что рождается из последней, так и потому, что выдвигается ею на свет.

Карлейль пишет, что лучшим показателем интеллектуальной культуры данной эпохи является отношение последней к гениальным людям.

В Древней Греции литература и искусство процветали, потому что она посредством эстетического воспитания, Олимпийских игр и частых рево люций приучала народ ценить гениальность, лишь бы последняя не слиш ком опережала век, как это случилось с Сократом.

«Во время моих путешествий, — пишет Лебон, — я мог убедиться, что средние слои общества у китайцев и индусов нисколько не уступают в раз витии тем же слоям нашего общества, но у нас гораздо больше лиц, превы шающих средний уровень».

По мнению Ренана, две главные религиозные революции евреев — иудаизм и христианство — произведены пророками, то есть гениальными людьми.

Народы, одаренные живым воображением, более других склонны к вос станию; это доказывается не только примером Парижа, но и примером Флоренции. Женева, слывшая в XVI столетии городом недовольных, была, конечно, культурным центром Швейцарии. То же можно сказать и об Афи нах, где в цветущий период развития цивилизации насчитывалось 56 зна менитых поэтов, 21 оратор, 12 историков и писателей, 14 философов и уче ных, 2 знаменитых законодателя — Дракон и Солон. Между тем в Спарте не было ни революций, ни знаменитых людей (по счету Шолля, всего 6).

402 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски В Италии республиканские принципы особенно процветают в Романье, в стране, в которой, по словам Массимо д’Азелио, «человек вырастает бо лее красивым и могучим, чем в остальной Италии». Но тут дело осложняет ся влияниями орографическими.

Польша. Другое дело — Польша, где все, по видимому, противодейству ет республиканскому настроению, так как страна эта представляет собой равнину, расположенную в холодном северном климате и населенную сла вянским брахицефальным племенем. А между тем поляки считаются наи более революционным народом в Европе.

Формой правления, борьбой при выборе королей, существованием liberum veto* этого объяснить нельзя, потому что бунты в Польше предшествовали окончательному установлению государственного строя. Революционное на строение польского народа скорее объясняется очень ранним и широким распространением в стране интеллектуальной культуры, которая, в свою оче редь, обусловлена была географическим положением Польши между север ными славянскими племенами, германцами и разлагающимся Византийским Востоком, а кроме того — крайней смешанностью населения.

Первый толчок к насаждению интеллектуальной культуры в Польше был дан Болеславом Великим, призвавшим в 1008 году орден бенедиктинцев.

Затем Казимир I вызвал и из Льежа многих французских ученых. В XII веке школы и библиотеки в стране процветали, а в XIII поляки не только явля ются студентами Падуанского, Болонского и Парижского университетов, но даже профессорами и ректорами, как Николай Краковский, Ян Грот и Пржеслав.

Спустя еще одно столетие в Польше уже являются собственные ученые:

историки — Матиас Холева, Винцент Кадлубек, Мартин Полоний, и зна менитый математик Вителий.

В 1347 году основывается Краковский университет, первый на севере Европы; в 1364 году он уже считается одним из самых знаменитых, а спустя еще одно столетие польские доктора считаются первыми после болонских.

В ту же эпоху Григорий Саннок отличается как философ и натуралист, а Матвей Краковский диктует «Ars moriendi», напечатанное в Гарлеме в 1460 году.

Эразм Роттердамский в письме к Северино Буару называет Польшу «оте чеством ученых». Говорят, что первой типографией в Европе была краков ская, основанная в 1474 году, но вполне достоверно, что среди типографов, рассеянных по разным странам, встречалось много поляков. Как, напри мер, можно указать на Адама в Неаполе (в 1478 году), Скражецкого в Вене и прочих.

Царствование двух Сигизмундов (1502–1622) было очень богато знаме нитыми людьми, среди которых можно отметить Коперника и историка Яна Длугоша.

Образование проникало в самые низшие слои народа. Несмотря на шля хетские привилегии, каждый мог подниматься в высшие слои общества Политическая преступность личными талантами: Клемент Юницкий, Дантиск, Кромер, Xoзий были людьми низкого происхождения.

Юридические сочинения Бернарда Люблинского и Яна Пильзенского во многом сходятся с творениями Беккариа и Филаджери.

Бедность — результат постоянных войн и внутренних неурядиц — вместе с допущением иезуитов к школьному делу (при Сигизмунде III, в 1528 году) обусловили начало падения цивилизации в Польше, ускоренного политичес кими преследованиями и эмиграцией лучших людей. Но все же Сянчинский в своем «Словаре знаменитых людей Польши» насчитывает при Сигизмун де III 1149 знаменитых людей, 711 писателей, 110 полководцев.

Но падение мало помалу усиливалось. При Владиславе III едва можно насчитать одного проповедника и одного поэта, Сербиновского.

В Польше, как в Афинах и во Флоренции, слишком высоко развитая гениальность выродилась в беспрестанные бунты.

Вообще интеллектуальная культура, если она преждевременна, слиш ком интенсивна и плохо направлена, оказывается вредной. Таким обра зом, и у нас, в Италии, в известную эпоху пасторальный классицизм, культ формы и классико архаический патриотизм, проведенный иезуита ми, немало содействовали подогреванию в душах молодых людей револю ционного настроения и ненависти к иностранцам. Даже и теперь класси ческое образование, мало культивируя нравственность и не представляя собой вспомогательного средства при борьбе за жизнь — каковым явля ются точные науки, — увеличивает число неудачников, то есть усиливает несоответствие между потребностями и возможностью их удовлетворе ния, что, конечно, не может не быть вечной угрозой общественному спо койствию.

Нигилисты. По мнению Шерера, одной из причин развития нигилизма в России была чрезмерная интеллектуальная культура женщин. В самом деле, если сначала русские девушки стремились поступать в гимназии и университеты, открытые для них Александром II, из любви к просвеще нию, то затем большая их часть стала поступать туда единственно ради моды, а те, которые шли исключительно по призванию, занялись изучением есте ственных наук и стали анархистками.

Этому содействовали, может быть, и причины этнические. Бурже дока зывает, в самом деле, что пессимизм, порождаемый контрастом между дей ствительностью и мечтами, навеянными преждевременной и чрезмерной интеллектуальной культурой, особенно сильно развивается у славян, ази атская кровь которых содействует безграничным полетам воображения.

Поэтому то 15–18 летние девушки лучших фамилий, повинуясь инстин кту эмансипации, толпами бегали из дому, чтобы поступать в высшие учеб ные заведения, где братались со студентами, превращались в нигилисток и становились искательницами приключений.

Бабизм. Для народа нет ничего опаснее интеллектуальной культуры, про тиворечащей его традициям, тем более если она преждевременная и ско 404 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски роспелая. Это особенно ярко проявилось в Индии, где школы, управляе мые англичанами и устроенные по европейскому образцу, развели бабис тов, считающихся теперь тысячами. Они обезьянят европейскую интеллек туальную культуру, не понимая ее, а потому превратились в нечто умствен но и нравственно дряблое, достойное презрения.

У бабистов слова заменяют идеи. Это слепые, окруженные цветами. Ко ролева Англии, принц Уэльский и первый министр заменяют для них буд дийскую троицу. Они позабыли свой язык, свою религию, литературу, утра тили традиционную нравственность, не приобретя взамен ничего европей ского, кроме слов, не имеющих значения.

Трусливые перед европейцами, которым дозволяют даже бить себя, ба бисты грубо и деспотически относятся к другим индусам. Администрация Индии находится в их руках, но они надеются захватить в свои руки и пра вительство, для чего устраивают заговоры и бунты.

Бабисты представляют собой разительный контраст пандитам, индусам, воспитанным в национальных школах; последние отличаются серьезнос тью, благовоспитанностью и честностью. Нельзя не признать, что вице ко роль Индии, учредивший в этой стране европейские школы, оказал плохую услугу Англии, так как бабисты, ведущие теперь только устную и печатную пропаганду, рано или поздно устроят восстание в пользу России.

10) Печать и литература. Влияние вожаков революции и культуры ума было бы гораздо незначительнее, если бы ему не содействовала печать, ко торая теперь направляет общественное мнение и служить главным союзни ком современных агитаторов.

Благодаря ей энциклопедисты подготовили падение старого режима. Но и у них были предшественники, как, например: Мабли, Бриссо (которому приписывают изречение: «Собственность есть кража») и аббат Морелли, проповедовавший коммунизм в начале XVIII века. «Начиная с Евангелия, — говорит Бональд, — и кончая “Общественным договором”, революции все гда производились книгами. Маркс и Лассаль посеяли первые семена осво бождения рабочих классов путем печати; тем же путем Герцен, Чернышев ский и Бакунин начали борьбу с самодержавием в России. Точно таким же образом дарвинизм разрушил в науке последние остатки религиозных суе верий».

Если верить одному английскому писателю, то гражданская война Ир ландии с Англией тоже опиралась на печать.

В самом деле, прежде ирландский народ читал только рассказы про кол дунов да разбойников, а теперь он читает биографии борцов за свободу Ирландии. Исторический «Мемуар» О’Коннела вновь подогрел не только расовую, но и религиозную вражду между двумя народами*, а за ним после довали другие сочинения, хотя и не обладающие такими же достоинства ми, но имеющие в виду ту же цель, вроде, например, стихов Томаса Дэвиса, наиболее выдающегося поэта националиста.

Политическая преступность Наибольшим влиянием пользуется, однако же, периодическая печать, так как из 153 ирландских газет 59 пропагандируют националистическое движение, не считая фенианских изданий, выходящих в Нью Йорке. Одно из них — «Irish Words» — пользуется особым почетом в народе.

Нельзя сказать, следовательно, чтобы роль печати всегда была умиро творяющая и чтобы газеты, как думает Кетле, служили регулятором, пре дохранительным клапаном, мешающим революционным силам дойти до степени опасного напряжения.

Мы теперь воочию видим, как во Франции и в Германии громадное ко личество газет и брошюр, проходя через руки народа, сеют ненависть меж ду различными его классами. Анархисты особенно щедро наводняют стра ну листками, иногда положительно преступного содержания и с возмути тельными заглавиями, вроде: «Журнал убийц».

Вот, например, один абзац из немецкой «Freiheit»:

«Убивайте, убивайте! Пусть мщение будет ужасными. Таков должен быть и припев революционных песен. Таков будет лозунг исполнительного ко митета после победы пролетариата над буржуазией. В критические минуты перед каждым убежденным революционером является дилемма: или в воз можно большем количестве рубить головы своих врагов, или потерять свою собственную. Наука дает теперь средства уничтожать этих чудовищ оптом и очень деликатно».

А вот другой, из газеты «Сiсlоpе», выходившей несколько лет тому назад в Мантуе:

«Эта масса прекрасно знает, что ей выгодно душить собственников, жечь их пожитки, завладевать великолепными дворцами, ею же построенными, взламывать железные сундуки, перевернуть кверху дном всякий авторитет;

перевешать королей, министров, сенаторов, депутатов, адвокатов, полицей ских комиссаров, префектов и тому подобную сволочь. Эта униженная масса добьется своих прав только путем революции».

Ясно, каким образом должны действовать такие фразы на невежествен ный и истощенный лишениями народ.

11) Роль страстей в революции и бунтах. Страсти являются могуществен нейшими факторами как в революции, так и в бунтах. В первой работают обыкновенно страсти более благородные и человечные, а в последних — жестокие и бесчеловечные, но и там и сям они проявляются бурно, резко и потому кратковременно. Вообще страсть действует наподобие взрыва, бро сающего народ гораздо дальше намеченной цели.

«Во дни этого ужасного кризиса, — пишет Вальберт, — истины, в кото рые вчера еще все верили, оказываются лишенными смысла. Мудрость ка жется сумасшествием, а сумасшествие — мудростью. Мирные люди испус кают воинственный крик, тихие становятся буянами, сердца большинства черствеют. Закон причинности как бы отменяется; дело целого столетия совершается в один час.

406 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски Не требуйте от революций благоразумия, это значило бы требовать от бури, чтобы она вела себя тихо».

Член Конвента Бодо говорил: «У людей лихорадка продолжается сутки, а меня она треплет десять лет сряду».

«Во время революции, — говорит Маколей, — жизнь протекает с не обычайной быстротой; в несколько часов люди приобретают опыт несколь ких лет. Закоренелые привычки сразу искореняются, а новшества, возбуж давшие страх и отвращение, становятся привлекательными и желанными».

Мы видели, например, как ультрамонархические парламенты вдруг ста новятся республиканскими. Кларендон, приходивший в отчаяние оттого, что его сын перешел из службы Иакову II на службу к Вильгельму, сам че рез пятнадцать дней поступил так же. Св. Павел, ожесточенный враг Хрис та, сделался апостолом.

«Во всякой революции, — пишет Ренан, — создатели ее поглощаются и заменяются теми, кто выступает позже. Родные и друзья Мухаммеда, же лавшие воспользоваться революцией, которую совершили, подверглись истреблению в первый век Хиджры*».

При французском движении прямые ученики св. Франциска Ассизско го через одно поколение были признаны опасными еретиками и сотнями сжигались на кострах.

Это потому, что идея в первые дни своей творческой деятельности в силу закона инерции, о котором мы говорили выше, идет гигантскими шагами, так, что инициатор ее скоро становится уже отсталым, делается препятстви ем к ее распространению.

Понятно, стало быть, почему в революционные эпохи (Афины, Флорен ция) великие люди, обыкновенно прозябающее в неизвестности, принима ются с распростертыми объятиями. Страсти заглушают мизонеизм и ищут своих естественных союзников, а при отсутствии последних довольствуют ся великими фанатиками, как было в 1789 году.

Лавеле говорит, что великим революциям свойственно возвышать души современников и давать им особый закал, который, однако же, скоро исче зает. Самые темные и низменные люди, которые даже никакого участия в великих событиях не принимали, и те начинают выражать чувствования, в обыденной жизни им несвойственные. Достаточно жить во время револю ции, чтобы выйти из нее более чистым и твердым.

Страсть, поддерживаемая и усиливаемая подражанием, препятствиями, победами, заставляет людей совершать такие деяния, которые напоминают эпидемическое сумасшествие.

Офицеры Кромвеля, сообщает Маколей, помимо военных исполняли и духовные обязанности. В свободное от службы время они проповедовали и совершали богослужения. Экстаз заменял для них знание и уменье. Давая ему волю в проповедях, они удивляли не только слушателей, но и самих себя тем красноречием и эрудицией, которые у них неизвестно откуда являлись.

Политическая преступность Англиканская проповедь, икона Богородицы, нарисованная на стене, возбуждали среди пуританского воинства такую злобу, что офицеры едва могли ее сдерживать. Кромвель едва мог остановить своих солдат, чтобы они не взяли штурмом кафедру проповедника.

Перед началом битвы весь лагерь пел псалмы. Борясь за святое дело, солдаты Кромвеля смотрели на раны как на отличие, а на смерть как на мученичество. Усталость и опасности не только не разрушали их благочес тивого настроения, а даже усиливали его.

Первые христиане учили, что брак постыден, красота бесполезна, а му ченичество обязательно.

Только влиянием страстей, разбуженных Савонаролой, можно объяснить иконоборческое усердие флорентийцев, наиболее артистического народа в Италии. Теми же страстями объясняется предложение депутата Жана Деб ри (в заседании 26 августа 1792 года) образовать корпус из 1200 доброволь цев, которые бы «посвятили себя индивидуальной борьбе — один на один — с тиранами, объявившими войну Франции, и генералами, стремящимися уничтожить в ней свободу». Той же страстью объясняется жестокость евре ев зелотов к умеренным, которых они не только всех поголовно задушили, но и дома их сожгли; антропофагия современного человечества в Париже и Палермо; Сицилийские Вечерни, когда народ, не имея оружия, разбил фран цузские и австрийские войска.

По словам Амари, в Сицилии перед Вечернями не было ни заговора, ни внушения со стороны каких либо гениальных личностей; народ восстал исключительно из за национального антагонизма.

«Налоги для предприятия в Греции, жестокости, проявленные в Палер мо за неделю до Пасхи, наконец, невыносимое оскорбление, нанесенное Дроэтто*, истощили терпение народа».

«Избиение совершалось до такой степени безжалостно, — говорит Ма ласпина, — что, убивая француза, каждый как бы мстил за смерть своего отца или сына и думал сделать угодное Богу».

«Толпа, — говорит Тард, — есть нечто очень странное. В сущности, она представляет собой разнокалиберный сбор элементов, не имеющих друг с другом ничего общего, а между тем как только искорка страсти проскочит от одного к другому, наэлектризует это разнородное сборище, так оно вдруг является уже организованным. Бессвязное — связывается;

шум становится голосом; тысячи рядом стоящих людей вдруг сливаются в одно чудовищное дикое животное, с непреклонной решимостью стре мящееся к своей цели. Большинство присоединяется к толпе чисто из любопытства, но страсть, кипящая в некоторых, заражает всех и проявля ется в виде дикого бреда. Человек, прибежавший исключительно для того, чтобы воспрепятствовать убийству невинного, вдруг сам, один из первых, заражается стремлением убивать и даже нисколько этому не удивляется.

408 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски Вот хоть бы во времена Коммуны: человек в белой блузе проходит мимо возбужденной толпы, собравшейся на площади; кому то он кажется подо зрительным; подозрение это ни с того ни с сего вдруг охватывает всю толпу, и затем — все кончено. Никакой протест, никакие доказательства или оп равдания не помогают — подозрение превратилось в глубокую уверенность».

Влияние страсти чувствуется даже в манере переносить страдания так, как будто бы они доставляли большое удовольствие.

«Можно сказать, — пишет Ренан, — что первые христиане жили ожида нием казни. Мученичество лежит в основе христианской апологетики. По словам тогдашних писателей, оно есть признак истинности христианства.

Только ортодоксальная церковь обладает настоящими мучениками, а дис сидентские секты из всех сил стараются доказать, что и они не лишены это го единственного доказательства истины».

«Гонения были главным элементом, сплотившим ту группу людей, ко торая впервые отстояла свое право от тиранических поползновений госу дарства.

В самом деле, люди умирают только за то, во что верят, а не за то, что знают наверное. Наиболее блестящие победы христианства — обращение Тертуллиана, например*, — были одержаны лицезрением мужества муче ников, их готовности радостно переносить страдания, а также и возмути тельной жестокости преследователей».

Среди посланий, написанных Игнатием из Смирны, есть одно, адресо ванное к римлянам, в подражание апостолу Павлу. Резким простонарод ным языком в нем выражена та живая жажда страданий за веру, которая в течение двухсот лет была характерной для христианских обществ.

«Дело устроилось, — говорил он, — только бы ничто мне не помешало достигнуть цели, то есть быть умерщвленным. Правду сказать — это вы меня беспокоите; я боюсь, как бы ваша привязанность ко мне не послужи ла препятствием. Вы ведь ничем не рискуете, а я могу потерять благодать Божию, если вы меня спасете. Другого такого случая мне никогда не пред ставится, и если вы сделаете мне одолжение и не вмешаетесь, то это будет с вашей стороны добрым делом. Если вы промолчите, то я буду принадле жать Богу; а если вы пожалеете мою плоть, то мне придется вновь участво вать в мирской суете. Ах, как я хотел бы успокоиться в Боге! Вы никогда никому не делали вреда, зачем же хотите начать теперь с меня?

Дайте мне накормить своим телом диких зверей — я буду радоваться и о Господе. Я есмь пшеница Божия и должен быть смолот звериными зубами для того, чтобы стать хлебом Иисуса Христа. Позаботьтесь скорее о зверях, чтобы они ничего от моей плоти не оставили и были моей могилой, так, чтобы и похороны никому ничего не стоили.

Надеюсь, что они будут достаточно голодны; в случае надобности я их побью, чтобы они тотчас же меня растерзали и не поступили со мной как Политическая преступность с некоторыми другими, которых боятся тронуть. Не захотят, так я их зас тавлю.

Пусть огонь и крест, нападение стаи зверей, изуродование членов, все демонские казни обрушатся на меня... я все вынесу, лишь бы радоваться о Христе Иисусе».

Рядом с этим посланием в наше время можно поставить только следую щую песнь умирающей нигилистки, которая вызвала слезы на глазах даже ее судей и палачей.

«Слышите, судьи, приговаривайте меня скорее; преступление мое вели ко и ужасно! Одетая в простое ситцевое платье, без башмаков, я пошла туда, где стонут наши братья, где царствуют вечный труд и вечный голод. Зачем ваши фразы и речи? Разве я не сознаюсь в своем преступлении? Смотри те — на мне и теперь еще крестьянское платье, ноги мои босы, руки — в мозолях, я истомилась от работы. Но величайшей уликой против меня слу жит моя любовь к родине. Как бы я ни была виновна, однако же вы, судьи, вы бессильны против меня. Да, всякое наказание бессильно против меня, потому что я имею веру, которой вы не имеете, — веру в окончательную победу моих идей. Вы можете посадить меня в тюрьму на всю жизнь, но моя болезнь, как видите, сократит наказание. Я умру с сердцем, переполнен ным любовью, и сами палачи будут плакать и молиться у изголовья моего смертного одра».

Шестьдесят лет спустя после смерти Игнатия Смирнского характерная фраза из его послания: «Я есмь пшеница Божия» сделалась лозунгом церк ви; и ее повторяли для того, чтобы поддержать дух мучеников. Равным об разом песнь умирающей нигилистки и теперь воспламеняет русских стра дальцев.

Влиянием страсти объясняется факт, недостаточно отмеченный исто рией и состоящий в том, что всякое восстание, всякая революция сопро вождается особым гимном, возбуждающее действие которого не оправды вается иногда достоинством слов и музыки. Так, в 1769 году появились «aira» и «Марсельеза»; в 1831 году — «Su figli d’Italia»; в 1849 году — «Fratelli d’Italia»; в 1860 году — гимн Гарибальди: «Siscopron le tombe», а в последнее время «Pioupious d’Auvergne» и «En revenant de la revue», распространяемые для подготовки буланжистского движения. Наконец, анархисты в Чикаго распевают «Песнь бродят и бунтовщиков».

От древней жизни осталась нам знаменитая марсельеза афинского на рода — «Sсоlion», сочиненная Каллистратом в честь убийц Гиппия*.

«Я буду носить нож под миртовой веткой, как Гармодий и Аристогитон, когда они убили тирана и возвратили Афинам свободу.

О Гармодий! Говорят, ты не умер, а живешь на островах блаженства вме сте с быстроногим Ахиллом и Диомедом, сыном Тидеевым.

410 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски Я буду носить нож под миртовой веткой, как Гармодий и Аристогитон, когда они на афинских торжествах убили тирана Гиппарха.

Ваша слава, о Гармодий и Аристогитон, никогда не потухнет на земле, потому что вы убили тирана и возвратили Афинам свободу».

В царствование Иакова II весьма плохие стихи Томаса Уортона оказыва ли такое влияние на публику, что этот бесталанный поэт хвастался потом, что он один изгнал короля.

Пение, которым у первобытных народов сопровождалась всякая работа, всякое действие в силу атавизма, и теперь служит необходимой принадлеж ностью всякого общественного движения, в котором участвует страсть. Но оно не только сопровождает эти движения, а может и породить их, так же как цвета знамен, крики, исступленные жесты, которые, иногда будучи со вершенно бессмысленными, возбуждают массу и направляют ее к какой нибудь заранее намеченной цели.

Песня благодаря своей неопределенности может отвечать всяким стрем лениям толпы и связывать последнюю в одно целое. Она играет роль тота лизатора, сводящего к одному общему чувству разнообразные стремления отдельных лиц, так что может быть одновременно и причиной, и следстви ем общего брожения.

Такое брожение часто вызывается добрыми чувствами, но в дальнейшем своем течении, особенно во время бунтов, оно часто становится и неспра ведливым, и не соответствующим цели, которая его вызвала. Это, разуме ется, вполне естественно, так как страсть опирается не на разум, а на чув ство, которое всегда сильно.

Один и тот же народ, находясь под влиянием страсти, может разражать ся взрывами жестокого бунта из за пустяков, а затем оставаться апатичным, несмотря на очень важные причины для восстания. Так, во время Париж ской Коммуны удовольствие насолить буржуазии делало героями таких лю дей, которые апатично относились и к иностранному нашествию, и к ди ким погромам черни.

Подражание, как при Коле ди Риенци, и голод, как во времена Мазани елло и в 1759 году, могут усилить или ослабить влияние страсти, особенно когда она только что начинает действовать.

Французы, проявившие такую энергию в 1789 году, оставались апатич ными в 1815 году; энтузиазм, охвативший итальянцев в 1848 году, ослаб в 1859 и еще более к 1866 году. Что значили Фикуцца и Ментана в сравнении с первыми подвигами Тысячи*? А между тем и народ, и вождь, и деятели, и обстоятельства остались почти те же самые.

В Древней Византии бунты возникали по самым пустячным причинам, иногда просто из за прибавки или опущения какой либо фразы в молит вах. В 658 году до Р. X. одна такая прибавка, сделанная каким то еписко пом, погубила империю Анастасия. В некоторых церквах ее приняли и пели, Политическая преступность а в других ей свистали. Император счел долгом вмешаться и наказать на сильников, но был за это низложен патриархом. Началось вооруженное восстание, предводительствуемое монахами, призывавшими народ к бит ве, к страданиям за правду. Другой бунт возник из за вопроса о том, дей ствительно ли на кресте умерла одна из ипостасей Св. Троицы. При этом был убит один монах, друг Анастасия, сожжены дома еретиков, и сам импе ратор спасся, только отдав своих министров диким зверям на растерзание.

А между тем в то же самое время гунны опустошали Фракию и убили 65 ты сяч христиан в окрестностях Византии.

Между прочим, при Анастасии и Юстиниане в Византии тянулась не скончаемая борьба между партиями синих и зеленых, возникшая по поводу разногласия в вопросе о наездницах цирка и служившая причиной целого ряда возмутительных преступлений, массовых убийств и бунтов, колебав ших даже императорский трон.

Вообще бунты чаще обусловливаются низкими и жестокими страстями, а революции — благородными и возвышенными.

12) Эндемическое и эпидемическое сумасшествие. Подмеченная нами связь между тотальностью, неврозами и сумасшествием уже а priori заставляет предполагать их совместное проявление в массах, причем эволюция явля ется одновременно и причиной, и следствием усиленного нервного напря жения. В другом месте я доказал, что семьи, богатые сумасшедшими, изо билуют также и гениальными людьми. Весьма естественно, что это прави ло подтверждается и на целых народностях.

Бед, например, доказал, что в на Соединенных Штатах неврастения рас пространена эндемически, почему весьма многие там не переносят ни силь ного шума, ни сильных запахов, ни спиртных и вообще возбуждающих на питков (кофе, чая, какао), которые, однако же, очень любят. Поэтому же, то есть благодаря неврастении, сопровождающей цивилизацию, Европа так сильно терпит теперь от алкоголизма. В самом деле, дикие и негры также пьянствуют, но алкоголиками не делаются, так же как не делаются и мор финоманами, несмотря на потребление морфия, а в то же время и сумас шедших среди них очень мало. В северных штатах, отличающихся особой любовью к новшествам, гораздо больше сумасшедших, чем в южных, насе ление которых консервативнее. Сумасшествие принимает там даже эпиде мический характер, выражающийся в появлении странных сект вроде пер фекционистов, лаятелей, шейкеров и прочих.

Евреи, среди которых встречается гораздо больше гениальных людей, чем среди какой нибудь другой народности, богаты также и сумасшедши ми, причем количество последних, по исследованиям Джекобса, пропор ционально количеству первых1.

Джекобс дает следующие цифры.

Среди англичан сумасшедших 3050 на миллион жителей, а гениальных людей — 24.

412 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски Джекобс доказал, что число сумасшедших увеличивается параллельно прогрессу цивилизации: в течение 33 лет народонаселение Франции уве личилось на 11,2%, а число сумасшедших — на 53,5%, то есть в 47 раз боль ше. В Англии в 1844 году один сумасшедший приходился на 802 человека, а в 1868 — на 432.

Этим отношением между гениальностью и неврозами (почти всегда де генеративными) можно объяснить, почему народы, ультраконсервативные в политике и религии, могут давать великих революционеров в других об ластях человеческой деятельности. Таким образом семиты, оказывавшие в древности наиболее упорное сопротивление римскому владычеству и про изведшие две великие религиозные революции — христианскую и магоме танскую, в настоящее время благодаря старчеству расы являются ультра консерваторами в политике, но в других отраслях человеческой деятельно сти не перестают давать таких революционеров, как Неандер, Клоотц1, Кре мье, Спиноза, Гейне, Маркс, Лассаль и прочие.

У нас в Италии, в Венето и Тоскане, среди чисто консервативного и про питанного клерикализмом населения тоже встречаются новаторы вроде Трецца, Ардиго, Марцоло, Фузиньери, Кардуччи. Наоборот, народы чисто новаторские, каковы южные американцы и русские, не давая крупных ре лигиозных и научных революционеров, быстро осваиваются с революци онными идеями, занесенными извне.

Таким образом, социализм и принципы итальянской уголовной школы находят себе последователей преимущественно в России.

Во Франции, в Италии и в Южной Америке, где так часты возмущения, настоящих крупных революционеров в области политики и науки встреча ется очень немного.

Это странное противоречие объясняется, по нашему мнению, тем, что хотя старые расы и наиболее склонны к нервным болезням и гениальности, но то и другое проявляется среди них только у небольшого количества ин дивидуумов, тогда как массы, истощенные старческим маразмом, оказыва ются более склонными к постоянству традиций и мизонеизму.

Молодые народы, напротив того, не измученные избытком цивилиза ции, менее противостоят новшествам, но зато благодаря отсутствию крово смесительных браков, обломков старого дворянства и проявлений старчес кого маразма расы менее страдают и от неврозов, менее дают сумасшедших и революционеров.

Среди шотландцев сумасшедших 2400 на миллион жителей, а гениальных лю дей — 26.

Среди евреев (в Англии) сумасшедших 3600 на миллион жителей, а гениальных лю дей — 27.

Клоотц был, кажется, офранцуженный пруссак. — Примеч. перев.

Политическая преступность Связью сумасшествия с гениальностью и новаторством объясняются подражательные эпидемии сумасшествия и самоубийства, возникающие иногда во время бунтов и революций, придавая последним характер край ней жестокости и бессмыслия.

Эскироль заметил, что политические потрясения «усиливают деятель ность всех интеллектуальных способностей человека, возбуждают самолю бие и увеличивают число сумасшедших». Так, начиная с 1789 года и во все время Французской революции количество самоубийств и сумасшествий было громадным.

Те же явления повторились и в 1831, 1832 и 1848 годах в Париже.

Тяжелые для Франции 1870–1871 годы равным образом вызвали эпиде мию сумасшествий, так как, согласно сведениям, собранным с 1 июля 1870 по 31 декабря 1871 года, во Франции было зарегистрировано до 1800 све жих случаев помешательства.

Рамос Мейха, составивший историю Аргентинской конфедерации, при писывает частые революционные вспышки в Буэнос Айресе, особенно в 1816 году, настоящей эпидемической истерии, проявившейся многими кро вавыми эпизодами и жестокостями, напоминающими Парижскую Комму ну. То же самое повторилось и в 1820 году, когда в Буэнос Айресе в течение нескольких часов произошло три бунта и были последовательно провоз глашены и низвергнуты три правительства.

Одновременно с политическими потрясениями в Аргентине, особенно при тирании президента Росаса, господствовало нервное настроение, гра ничившее с безумием. Мания человекоубийства, поддерживаемая алкого лизмом и доходящая до некрофагии, а с другой стороны — болезненное обожание Росаса, которое заставило его сторонников окрашивать в крас ный цвет (Rozas — красный) все предметы домашнего обихода.

За периодами болезненного возбуждения при массовом сумасшествии, так же как и при индивидуальном, следуют периоды полной прострации.

Но как те, так и другие носят на себе особый характер, соответствующий причине, которой было вызвано сумасшествие. Характер этот отражается и на бредовых идеях. Так, в 1848 году во Франции одна сумасшедшая считала себя «матерью республики», обязанной освободить политических арестан тов и разорвать цепи деспотизма; другая — честная работница и хорошая мать — бегала по улицам крича: «Долой религию! Истинные пастыри рода человеческого суть Робеспьер, Прудон и Ледрю Роллен!»

Беспристрастный очевидец, состоявший секретарем военного министер ства Парижской Коммуны, так описывает деятельность этого министерства.

«С одиннадцати часов утра до семи вечера, — говорит он, — к нам беспрес танно являлись депутации офицеров, жалующихся на генералов; солдат, жалующихся на офицеров; избирателей и избранных, жалующихся на вы боры. Особенно надоедали избиратели. Один из них требовал постройки 414 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски особого театра, в котором бы мог петь “Марсельезу” его сын — мальчик, так хорошо певший этот гимн, что дрожь пробирала».

Беррон говорит о нелепых идеях некоторых вожаков Коммуны. Россель, например, предлагал разбить пруссаков, уничтожив предварительно вер сальскую армию, и все это с одним батальоном.

13) Самоубийство. Известно, что среди самых образованных классов и у наиболее прогрессивных наций самоубийства начинают приобретать харак тер эпидемии.

Во Франции за 39 лет народонаселение возросло на 1/5, а число само убийств — на 150%.

Во время Великой революции, благодаря полной перестройке государ ственного быта и переоценке всех общественных, религиозных и нравствен ных понятий, так же как и ввиду жестокостей, совершавшихся на каждом шагу, самоубийства страшно размножились. В кровавые сентябрьские дни множество арестантов, сидевших по тюрьмам, спешили предупредить па лачей, лишая себя жизни добровольно. По этому поводу Фукье Тенвиль предложил Конвенту издать декрет, признающий таких самоубийц как бы казненными по приговору суда.

Из 76 членов Конвента трое лишили себя жизни, а из 124 знаменитых политических честолюбцев — 9.

Палачи и жертвы, судьи и подсудимые, победители и побежденные оди наково истребляли сами себя. Священник Жак Ру, которого Марат прозвал бешеным и который провожал Людовика XVI на эшафот, будучи впослед ствии приговорен революционным трибуналом к смерти, зарезался в Би сетре.

Из жирондистов лишили себя жизни: Валязе, Барбару, Бюзо, Петион, Лидон, Шамбон и Ролан.

Из вожаков Коммуны самоубийцей был один Ранвье, но это потому, что преступников по страсти между ними было мало, а большинство принадле жало к числу преступников прирожденных (см. ниже).

Надо заметить, однако же, что в самый разгар революций самоубий ства становятся редкими, потому что бурная политическая деятельность заглушает личные импульсы. Так, в 1830 году число самоубийств упало с 1904 (в 1829 году) до 1756. Наоборот, в 1831 году, несмотря на восстановле ние порядка, оно возросло до 2084 — благодаря, вероятно, экономическо му кризису, последовавшему за политическим.

В 1848 году число самоубийств во Франции опять упало с 3647 до 3301, а в 1844 году поднялось до 3583 и стояло около этой цифры несколько лет, после чего стало быстро подниматься.

В 1848–1849 годах число самоубийств упало даже во всей Европе и в осо бенности в тех странах, в которых политическая борьба была сильнее: в Дании, Пруссии, Франции, Вюртемберге, Саксонии, Баварии и Австрии.

Число это продолжало расти только в Бельгии и Скандинавии.

Политическая преступность Точно так же в 1870–1871 годах число самоубийств во Франции упало с 5198 (средней цифры за последние четыре года) до 4157; 1846 год — для Дании, 1866 год — для Австрии и 1870–1871 годы — для Германии имеют то же значение.

14) Галлюцинации. При многих религиозных и политических революци ях развиваются массовые галлюцинации или даже импульсивное помеша тельство. Так, в Париже в 1870–1871 годов повсюду видели прусского шпи она, а в впоследствии коммунары с остервенением разрушали чудеса фран цузского искусства.

Толчок к развитию таких эпидемий на заранее подготовленной почве (голод, неудачная война и прочее) чаще всего дается какими нибудь фана тиками, пророками, неизвестно откуда появляющимися и удивляющими невежественную публику своей выносливостью к холоду, поранениям и прочему. Болезненно возбужденный организм быстро воспламеняется ре чами и чудесами этих фанатиков, причем душевное равновесие нарушается до степени острого припадка сумасшествия.

В другом месте мы уже имели случай упоминать о примерах такого мас сового умопомешательства, в особенности на религиозной почве, — о де мономаньяках, анабаптистах, янсенистах и прочих, вообще о распростра нении самых странных психопатологических эпидемий, основанных иног да на концепциях грандиозных, но не соответствующих степени интеллек туальной культуры народа.

Так, анабаптисты в Мюнстере, Аппенцеле и Польше, а потом кальвини сты и янсенисты заявляли, что видят сонмы ангелов или демонов, сражаю щихся в облаках друг с другом; получают приказания убивать своих детей (мания убийства), воздерживаться от пищи по нескольку месяцев и прочее.

Вообще, при внимательном рассмотрении можно заметить, что всем ве ликим революциям, даже чисто литературным, сопутствовали или предше ствовали эпидемии помешательства. Так, эпоха немецкого Возрождения (1799–1833) сопровождалась, как известно, двумя бессмысленными дви жениями, из коих одному, не без основания называющемуся периодом бурь и борьбы*, предшествовало слепое поклонение Клопштоку и слепая нена висть к Виланду.

На это еще более справедливо по отношению к революциям религи озным. Проповедь христианства, например, была предшествуема и со путствуема настоящей психической эпидемией религиозной мании, представительницами которой были секты Иуды Гавлонита и Тейды, из коих последняя обещала перейти посуху Иордан. А за несколько лет пе ред тем Самария была взволнована откровениями одного фанатика, обе щавшего открыть место, в котором Моисей спрятал некоторые священ ные предметы. Начиная с 45 года до Р. X. в Иерусалиме образовалась странная секта теологов убийц, убивавших того, кто, по их мнению, на рушал закон.

416 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски «Личности, считавшие себя вдохновенными свыше, волновали народ и уводили его в пустыню, обещая показать при помощи знамений, что Бог скоро освободит свой народ. Римские власти тысячами истребляли после дователей этих агитаторов.

Один еврей, пришедший в Иерусалим из Египта (в 56 году до Р. X.), привлек к себе чудесами 3 тысячи человек и 4 тысячи вышеупомянутых убийц на теологической почве. Из пустыни он привел их на Оливковую гору, чтобы видеть, как по слову его падут стены Иерусали ма. Феликс, тогдашний прокуратор, уничтожил эту банду поголовно, а гла ва ее успел бежать и скрылся. Но как в больном организме припадки следу ют одни за другими, так и в Иудее того времени народные движения не пре кращались. Через несколько времени подобные банды, состоящие из фа натиков и воров, стали появляться беспрестанно, открыто возбуждая народ против Рима и угрожая смертью всем, не желающим подчиниться. Под этим предлогом они убивали богатых людей, грабили их имущество, жгли города и свирепствовали по всей Иудее, производя смятение, граничащее с сумас шествием».

Подобное же смятение предшествовало и сопровождало в России ниги листическое движение. За последнюю половину XIX столетия там сотнями и тысячами появлялись религиозные и политические сектанты, более или менее лишившиеся рассудка. Сакни говорит, что их было не менее 13 мил лионов. К этому числу принадлежали, например, христовы воины или ка лики перехожие, не желавшие избирать себе места жительства на земле;

хлысты, воплощавшие в себе Христа; немые аскеты, хранившие молчание и готовые скорее умереть, чем заговорить; немоляки, отрицавшие всякое духовенство; нигилисты, отрицавшее решительно все; штундисты, то есть коммунисты, убивавшие тело, чтобы спасти душу; шелопуты — социалис тическая секта, поклонявшаяся Духу Святому, отрицавшая торговлю и вся кий труд, кроме сельскохозяйственного; скопцы, уродовавшие себя во имя веры, и прочие.

«Точно будто народ ждал каких то великих происшествий, — прибавля ет Сакни, почти повторяя выражения Ренана, — только ожидание это вы разилось в форме религиозных стремлений».

«Все, имеющие возможность близко наблюдать деревенский люд, — пишет Ругабин, — замечают теперь в народных массах глухое, смутное, но постоянно усиливающееся волнение».

«Ложные верования, — справедливо говорит Лебон, — и всяческие ил люзии служат главными факторами цивилизации. Все это бред, конечно, но бред могучий, без которого народы обойтись не могут. Во имя такого бреда воздвигались пирамиды и Египет в течение 5000 лет наполнялся гра нитными громадами; во имя его же в Средние века европейские города украшались величественными зданиями. Не в погоне за истиной, а в пого не за иллюзиями человек утомлялся всего более; никогда не достигая хи мер, к которым стремился, он содействовал прогрессу, о котором и не по Политическая преступность мышлял, — совершенно так же, как Колумб, поехавший искать Азию и от крывший вместо того Америку».

15) Эпидемическая преступность. К невзгодам и сумасшествию присое диняются обыкновенно преступные инстинкты, которые во время бунтов становятся преобладающими.

«Инстинкт человекоубийства, заложенный даже в ребенке, — пишет Андрель, — и часто достигающий необычайной силы во взрослом, под вли янием политических и религиозных страстей может проявиться эпидеми чески».

Свидетели избиений 1792 года утверждают, что на третий день убийцы совсем уже потеряли самообладание.

Вид крови порождает желание проливать ее в еще большем количестве.

Человекоубийственный инстинкт, подобно огню, тлеющему под пеплом, готов вспыхнуть ярким пламенем при первом дуновении. В толпе доста точно малейшего повода для того, чтобы вся она сразу заразилась стремле нием убивать. Бесформенный конгломерат разнородных человеческих лич ностей, по словам Флобера, долго наблюдавшего за стачками, так прочно цементируется собственными своими действиями, что превращается в од нородную массу. Любопытствующая и мирно настроенная толпа превра щается иногда в дикого зверя под влиянием слов оратора, которых она даже и не расслышала хорошенько.

«Человек, присоединившийся к такой толпе с самыми добрыми намере ниями, — пишет Тэн, — способен вдруг проникнуться ее инстинктами и стать самым рьяным убийцей. Так, некто Грапэн, посланный для того, что бы спасти от смерти двух арестантов, садится рядом с Мальяром и 63 часа сряду произносит смертные приговоры».

«Толпа, — говорит Максим дю Кан, по поводу Коммуны, — избивает бессознательно, только для того, чтобы убивать. Она перебьет и своих дру зей вместе с врагами из одного только нетерпения убить поскорее. При рас стреле заложников один коммунар, бросив ружье, стал хватать священни ков и бросать их к стене, у которой производилась экзекуция. Толпа апло дировала. Но когда один священник стал сопротивляться и упал на землю вместе с захватившим его коммунаром, то убийцы не вытерпели, дали залп и вместе со священником убили своего товарища».

Дело в том, что примитивные инстинкты убийства, воровства, сласто любия и прочего, дремлющие в каждом индивидууме, пока он живет изо лированно, и притом сдерживаемые воспитанием, вдруг просыпаются в нем при малейшем его возбуждении.

Преступник есть по самой природе своей импульсивный неврастеник, ненавидящий учреждения, которые мешают ему проявлять свои инстинк ты, и потому вечный мятежник, только в бунтах видящий средство удовлет ворять свои страсти, тем более что они тогда получают как бы всенародную санкцию.

418 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски Такие прирожденные преступники и по природе, и из выгоды всегда яв ляются сторонниками всякого новаторства. Они ненавидят всякий суще ствующий порядок за то только, что он сдерживает их и наказывает. Для них порядок этот, каков бы он ни был, должен казаться насильственным и несправедливым. Будучи импульсивнее всех прочих, они поэтому готовы становиться под всякое знамя, обещающее так или иначе разнуздать их ин стинкты.

Это, впрочем, давно уже замечено. Еще Сократ говорит, что революции происходят, во первых, благодаря непостоянству всего земного, а во вто рых, потому что в иные эпохи (которые он определял при помощи доволь но неосновательных геометрических формул, как позднее Феррари) родится много порочных и совершенно неисправимых людей. Аристотель, переда ющий слова Сократа, прибавляет: «Это правда, потому что действительно существуют люди, неспособные быть добродетельными и образованными.

Но почему, — спрашивает он далее, — революции случаются и в странах прекрасно управляемых?»

Среди анархистов, бунтовавших в Лондоне, в 1888 году один очевидец заметил много татуированных, то есть прирожденных преступников. «На тыльных поверхностях их рук или на предплечье, под грязным рукавом мож но было видеть нататуированные сердца, черепа, скрещенные кости, якоря и даже кружевные узоры, накалывание которых очень мучительно. Неко торые не пощадили даже своих лиц: на лбу одного я видел нататуирован ный лавровый венок, а на лбу другого слова “I love you — я вас люблю”».

«На пятьдесят политических арестантов, — пишет Готье, — принадле жащих к среднему — если не к высшему — классу рабочих такого большого города, как Лион, по крайней мере полдюжины чувствуют себя в тюрьме как дома и сближаются больше с уголовными арестантами, от которых за имствуют и нравы, и манеры, и язык, и противоестественные аппетиты — вообще всю их дикость и злобу. Я здесь говорю, конечно, не о тех, которых полиция захватила по ошибке, и не о тех, которые еще прежде побывали в тюрьме и успели с ней свыкнуться».

В истории мы встречаем множество примеров совмещения политичес кой преступности с врожденной, причем то политические страсти преоб ладают над преступным инстинктом, то наоборот.

Консерватор Помпей, например, защитник Сената, имеет на своей сто роне всех честных людей — Катона, Брута, Цицерона, тогда как сторонника ми Цезаря являются: грязный пьяница Антоний, банкрот Курион, сумасшед ший Клелий, Доллабелла, уморивший свою жену, и, наконец, Катилина.

Во время неаполитанской революции округа, наиболее склонные к во ровству и разбойничеству, как, например, Изерния, Мельфи и Лонгано, сильнее других противостояли реакции Бурбонов и кардинала Руффо; в Гре ции клефты, в мирное время занимающиеся разбоями, оказались самыми храбрыми защитниками независимости своей родины*.

У нас в Италии в Политическая преступность 1860 году сицилийская мафия присоединилась к Гарибальди, а неаполитан ская каморра — к либеральной партии. Эти преступные организации, впро чем, скоро воспользовались удобным случаем, чтобы сформировать банды шалопаев, нападавших на тюрьмы, не дававших никому покоя и совершав ших возмутительные жестокости в Палермо.

Надо заметить, что каморра и теперь еще не совсем исчезла, как это мож но видеть по разоблачениям на последних парламентских дебатах. Значит, вмешательство прирожденных преступников в политику всегда очень по дозрительно, потому что они редко забывают свои индивидуальные цели, и как только политические страсти затихают, так простая преступность вновь поднимает голову. Трудно было бы определить границу, за которой прирож денный преступник перестает быть политическим и становится просто уго ловным, если бы антропология не давала нам признаков врожденной пре ступности.

Прирожденные преступники выступают обыкновенно в бунтах и при начале революций, заражая своим примером слабых и нерешительных — порождая настоящую подражательную эпидемию.

Шену, говоря об эпохе, предшествующей 1848 году, показывает, как по литические страсти превращались мало помалу в открытую наклонность к преступлению; так, тогдашние предшественники анархистов под руковод ством Коффино, доводя до крайности коммунистические принципы, воз вели воровство в политический идеал. Они грабили лавки, оправдываясь тем, что наказывают будто бы заведомых воров и отнимают у последних украденное, а затем под таким же предлогом стали подделывать банков ские билеты. Такая преступная деятельность, прикрываемая революцион ными целями, вызывала во всех недовольных подражания и привела к ре волюции. Надо заметить, однако же, что настоящие республиканцы с от вращением отвернулись от этих своих предшественников, которые в 1847 го ду и были наказаны по суду.

В Англии во время образования заговоров против Кромвеля страшно размножились воры и разбойники. Собираясь в шайки и маскируя полити ческими целями свои преступные стремления, они грабили мирных жите лей без различия партий. Даже постоянные войска не всегда могли с ними справиться.

Перед началом Французской революции тоже появлялись шайки бро дяг, воров и убийц. Мерсье говорит, что из них составилась армия тысяч в десять человек, которая мало помалу проникла в столицу и сделалась глав ной пособницей террора, участвуя во всех массовых избиениях. По опреде лению Мейснера, сами революционные комитеты были не что иное, как «ассоциации, организованные ради безнаказанного производства убийств и грабежей».

«В 1790 году в Консьержери содержалось 490 преступников, а в 1791 году уже 1198. Арестанты, прикрываясь гражданскими мотивами, вели себя пе 420 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски ред судом нахально, а осужденные публично занимались у позорного стол ба мастурбацией».

То же происходило и во время Парижской Коммуны.

Народонаселение Парижа, оскорбленное во своих патриотических чув ствах несчастной войной, возбужденное беспрестанными битвами, голодом и алкоголем, выделило из себя подонков — преступников, сумасшедших, пьяниц, — которые и восстали ради удовлетворения своих анормальных аппетитов. Характер этого восстания ярко выразился в избиениях безоруж ных пленников, в изобретении жестоких пыток и ненужных истязаний. Один заложник был убит 69 пулями; тело отца Бенжи было изранено 62 штыко выми ранами.

Кровавая расправа правительства с коммунарами не прекратила прояв лений преступности. В самом Париже во время анархических бунтов 1883 го да из 33 человек, арестованных по политическим причинам, 13 были уже судимы за воровство. Затем в Бельгии во время бунтов рабочих стеклянной промышленности на 67 арестованных пришлось 22, уже по 10–12 раз от бывших наказание за воровство и буйство.

Да нам, к несчастью, и не нужно никаких цифр для того, чтобы убедить ся в удобосовместимости самых прогрессивных идей с самыми преступны ми наклонностями. Мы на всяком шагу встречаем лиц, весьма развитых в современном смысле слова, но относящихся к действительной жизни дале ко не так корректно, как люди старого закала, ограниченные по идеям, но более честные и твердые по характеру. В каждом городе можно встретить красноречивых, но бессовестных болтунов, злоупотребляющих доверием публики с личными целями. Недаром слово «политик» стало синонимом интригана.

16) Роль преступности в эволюции. История показывает, что преступность является одним из агентов настоящей эволюции.

В другом месте мы уже указывали на то, что нравственность и правосу дие родились из преступления. «Обман победил жестокость первобытного человека. Семья утверждена суровыми мерами: тысячи изувеченных жен щин жизнью заплатили за нарушение супружеской верности. Порядок был установлен разбойниками, превратившимися в жандармов». Ранее я пока зал, что гениальность часто совмещается с преступностью.

Во всяком случае, изучая в этом отношении бунты и революции, мы, кажется, можем сделать заключение, что преступники участвуют главным образом в первых, тогда как в последних они являются скорее противника ми, чем пособниками настоящих революционеров. Революционеры чаще являются жертвами преступлений и если совершают последние, то только в виде реакции. В переворотах, совершенных Иисусом Христом и Люте ром, в голландской и итальянской революциях новаторы являлись жертва ми, точно так же, как и нигилисты, по крайней мере отчасти. Французская революция и Сицилийские Вечерни опозорили себя преступлениями, но Политическая преступность мы выше видели, что это были скорее бунты, чем революции, да кроме того, преступления, их запятнавшие, являлись часто простой реакцией на ошиб ки противной партии.

17) Статистика преступности. Все это подтверждается новейшими ста тистическими данными, доказывающими, что революции имеют одинако вое с бунтами и кровавыми преступлениями географическое и метеориче ское распространение. Так, в Италии политические преступления чаще со вершаются в Ливорно, Луго и Равенне, где с человеческой жизнью вообще мало церемонятся.

Сопоставляя (относительное к числу жителей) число обвиненных и осуж денных в разных департаментах Франции с господствующим политичес ким настроением последних, можно убедиться, что число это растет про порционально большему или меньшему республиканизму общественного мнения. В самом деле, будучи ничтожным там, где количество монархис тов равно количеству республиканцев или превышает его, оно доходит до максимума там, где республиканцы преобладают. Из 51 республиканского департамента в 19 число преступников выше среднего, а из 34 монархиче ских департаментов оно выше среднего только в девяти.

Из новых наших исследований (которые появятся в другом месте) вид но, что убийство совершается чаще в странах промышленных, населенных лигурийской, бельгийской и галльской расами, т. е. наиболее прогрессив ными, образованными и республиканскими.

С другой стороны, мы видим, что преступность, параллельно гениаль ности, интеллектуальной культуре и эволюции, растет в больших бытовых центрах, где распространяется даже на прекрасный пол; у народов перво бытных, насколько мы можем судить, этого не замечается1.

Глава 7. Социальные, политические и экономические факторы

1) Борьба за преобладание между различными общественными классами является результатом того неравенства, которое Аристотель считал причи ной революции. «С одной стороны, — пишет он, — восстают такие, кото рые, будучи поставлены ниже других, оскорблены этим неравенством и Искренний республиканец Эмиль Золя в своей «Карьере Ругонов» в качестве выдающегося республиканца выводит Антуана Макара — пьяницу и сына пьяницы, вора и контрабандиста, который становится ожесточенным республиканцем в тот день, когда его поймали с поличным на краже.

Другой настоящий республиканец, Сильвьер, происходил из эпилептической, истерической и чахоточной семьи; маттоидом он сделался благодаря чтению книг, не соответствующих полученному им образованию.

422 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски стремятся к власти; а с другой стороны, восстают и такие, которые, будучи поставлены выше прочих, все таки сами себя считают обделенными».

Стало быть, борьба классов представляет собой не одно только стремле ние угнетенных свергнуть с себя закон природы, в силу которого все части организма стремятся работать одинаково, так как иначе те из них, которые менее работают, должны бы были атрофироваться.

Это проявляется и в процессе развития древних цивилизаций, Рима и Этрурии, например, или даже раньше — Индии и Египта, где сначала пра вящим классом были жрецы, потом воины, аристократия и наконец — цари, как представители низших классов народа*. Даже номады, бывшие сначала охотниками, затем — пастухами, затем — рабами жрецов и воинов, превра щаются в граждан.

Тот же процесс совершается и теперь: по мере того как аристократия, убаюканная обеспеченностью существования, становится все более и бо лее инертной, буржуазные классы развивают свою энергию, опережают правящие классы и наконец свергают их окончательно.

Правда, что крайняя тирания ставит иногда народ в полную невозмож ность восстать за свои права, как это было с народами Италии под игом лангобардов, но тирания не может быть вечной и рано или поздно восста ние разражается. Для того чтобы вызвать реакцию, достаточно злоупотре бить властью, а между тем уже Аристотель говорит, что «всякое правитель ство склонно искажать преувеличением те принципы, на которых оно ос новано».

В Англии монархический принцип сдерживал тиранические инстинкты аристократии, а когда он сам превратился в тиранию, то при Кромвеле воз никла революция из за восстановления конституционной свободы. Рево люция эта была, в сущности, реакцией со стороны средних классов, кото рые, выделившись богатством и образованием, почувствовали, что не пользуются в общественных делах соответствующим влиянием.

В Польше выбор королей только из состава не более 200 семей высшей аристократии послужил к гибели государства.

Во Франции революция 1789 года, потопившая монархический прин цип в крови короля, превратилась сначала в анархию, а потом в империю, вновь возникшую после анархии 1849 года.

2) Исключительное преобладание одного класса. Жрецы. Независимо от формы правления преобладание одного какого нибудь класса или касты над другими всегда является опасным, так как останавливает органическое развитие страны, предрасполагая ее сначала к атрофии, а затем — к бурной революции и анархии.

«Тело, — пишет Аристотель, — состоит из членов, которые должны рас ти одновременно для того, чтобы целое вышло пропорциональным. Это сравнение приложимо и к государству.

Политическая преступность Если одна из его частей развивается сильнее, например если в демокра тической республике низшие классы безмерно размножаются, то револю ция неизбежна».

Так, преобладание и размножение духовенства в Испании, Шотландии, Неаполитанском королевстве, папских владениях надолго остановило про гресс в этих странах и вызвало в них бунты, часто бесплодные.

«В странах, в которых религия основана на принципе непоколебимос ти, инерция становится общественным догматом и прогресс оказывается противоречащим законам совести, — говорит Кине. — Для того чтобы вне сти какое нибудь изменение в строй государства, основанного на непоко лебимой Церкви, нужна сила, нужно насилие.

Как же перейти от деспотического строя, основанного на религиозном терроре, к либеральному строю, основанному на разуме? Все католически республики Италии погибли, пытаясь совершить такой переход, и та же судьба постигла другие католические страны, гонявшиеся за свободой. Пос ледняя являлась для них чем то бурным, противным природе, нарушаю щим естественный ход жизни. Они боролись, волновались, делали револю ции, проходили через свободу, но возвращались опять к абсолютизму как к своей естественной основе. Сравните католические республики Южной Америки с протестантскими республиками Северной: у последних был Ва шингтон, а у первых только Росас да Франция».

В Италии восемь веков религиозных войн и уединение погубили циви лизацию и укрепили преобладание духовенства, которое, изгоняя невер ных и сжигая мыслителей, задушило все новые идеи, всякую промышлен ность, все самостоятельные и гениальные порывы до такой степени, что в нужную минуту в стране не оказалось ни одного человека, способного быть не только министром или генералом, а даже капитаном корабля, даже тор говцем! Все должности пришлось заполнять ненавистными иностранцами.

И такой недостаток людей до сих пор еще существует — ужасный урок аб солютистам, которые кровавыми преследованиями своих политических противников превращают свою родину в интеллектуальную пустыню, бо лее безотрадную, чем пустыня материальная.

Кирк дает нам картину условий, в которые Шотландия была поставлена преобладанием духовенства в прошлом столетии.

Недостаточно почтительный разговор с проповедником считался важ ным проступком; не поклониться ему было уже преступление; не бояться грома считалось признаком нечестия; самое невинное веселье было запре щено, желать иметь сына — смертный грех, а всякие, даже самые незначи тельные, грехи влекут за собой вечное проклятие; каждый человек грешит даже раньше своего рождения, поэтому распоряжаться его жизнью должен священник. Для суда над грешниками были установлены трибуналы, нака зание штрафами, епитимьями, кнутом и каленым железом. Принять в гос 424 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски тиницу католика — грех; помочь голодному или умирающему еретику — будь это собственный сын или отец — не только грех, но и преступление.

Грехом считался также переезд из одного города в другой, визит к знакомо му в воскресенье, даже прогулка или ванна в этот святой день! Все это ни сколько не удивительно, потому что религия есть учреждение, воплощаю щее в себе мизонеизм.

Сказанное относительно преобладания духовенства может равным об разом быть приложено и к преобладанию какого угодно класса общества.

3) Аристократия. В самом деле, тирания патрициев привела Рим снача ла к Сатурнину, потом — к Катилине и наконец к диктатуре Цезаря. А эта последняя вызвала в свою очередь покушение Брута, не соответствовавшее цели, потому что империя должна была явиться справедливой реакцией низших классов против олигархии высших.

Очень часто олигархи, соперничая за власть, сконцентрированную в не многих руках, сами давали народу средства свергнуть себя. Иногда они даже делались демагогами для того, чтобы победить своих противников.

В Средние века во Флоренции тирания аристократов подготовила три умф богатой буржуазии, а злоупотребления последней привели в свою оче редь к призванию герцога, который потом тоже был изгнан народом.

В Риме тирания баронов подготовила триумф Колы ди Риенци и его сто ронников.

Бунты ремесленников были вызваны злоупотреблениями аристократии и желанием народа участвовать в управлении государством.

Причиной социальной революции, поднятой в Париже Этьеном Мар селем (в 1356 году), было презрение короля и аристократии к буржуазному парламенту, которым они пользовались только для сбора податей. Жаке рии возникли благодаря жестокому обращению аристократов с крестьяна ми, разбегавшимися от пыток, преследований и разорения по пещерам.

4) Рабство. В древности рабы пользовались всякими войнами и обще ственными бедствиями для того чтобы восставать против своих господ.

Так, илоты составляли заговоры и пробовали бунтовать при вторжении Ксеркса и во время войн Спарты с Афинами и с Фивами.

Ганнон поднял 20 тысяч карфагенских рабов, чтобы проложить себе путь к диктатуре.

В Тире рабы убивали свободных людей, чтобы стать на их место.

В Риме в первые годы республики рабы входили в соглашение с плебея ми, с вольсками, с изгнанниками. Бунт Спартака возник во время войн в Испании и Азии; бунт Трифона Сальвия и Афениона — во время вторже ние кимвров и тевтонов. Катилина рассчитывал на рабов для того, чтобы сжечь Рим, а Сатурнин имел большое их количество в числе своих сторон ников. Марий обращался к их содействию в то время, когда Сулла занял Рим, а этот последний в свою очередь, освободив 10 тысяч рабов, причис лил их к римским трибам.

Политическая преступность

5) Солдаты. Военные бунты. У народов цивилизованных преобладают бунты рабочих, восстающих по причинам экономическим, а у народов вар варских — бунты из за голода, военные и религиозные.

История показывает, что в Азии и Африке не бывает других бунтов, кроме военных и религиозных, так как способность различных классов общества к восстанию пропорциональна их жизненности и социальному значению.

В первобытные эпохи и у первобытных народов человек стоит на воен ной и теологической стадии развития, а потому всякая перемена его быта связана с религией или военным ремеслом, и только формы да поводы к восстаниям меняются сообразно условиям.

Победы и поражения, невыдача жалованья, бедность центрального пра вительства, предпочтение, оказываемое им какой либо одной части войс ка, — все это вызывает военные бунты, иногда даже прямо военную дикта туру, как в императорском Риме, в Турции (при янычарах), в Египте, в Ту нисе, в Алжире и недавно в Италии.

Всюду войска присваивали себе власть, нарушали общественное равно весие, вызывали беспрестанные бунты и содействовали распадению госу дарства.

Бунты в Алжире поднимались пиратами и войсками, возмутившимися против начальства. Бунты в Турции и в старой России, будучи, собственно говоря, дворцовыми, всегда опирались на войска, а иногда и на духовенство.

Всемогущество легионов, начавшееся триумфами Мария и Цезаря, воз росло с увеличением числа преторианцев, которых при Вителлии было 16 ты сяч, а при Севере — 50 тысяч. Рассеянные, по распоряжению Августа, по раз личным городам Италии, при Тиберии они все были собраны в Риме, где, укрепившись на высотах, господствующих над городом, стали постоянно ус траивать бунты.

Клавдий, возведенный ими на престол, платил каждому по 2700 ливров;

Марк Аврелий платил уже по 3600, а Адриан, пожелав сделаться цезарем, должен был истратить на преторианцев 56 миллионов. Падение Гальбы, Ото на и Вителлия научило их смотреть на императоров как на орудие своего про извола, который еще более усилился при Каракалле, когда команду над пре торианцами вместо образованных людей стали давать простым мужикам вроде Максимина и даже варварам, для которых родиной был лагерь.

Грубые солдаты убили Пертинакса единственно за то, что он был честен, и дошли до того, что стали торговать императорским титулом. Юлиан Се вер за 4600 ливров на каждого преторианца перекупил, например, этот ти тул у Флавия Сульпиция, который давал только 3680 ливров. Он процар ствовал всего 66 дней.

Провинциальные легионы захотели, однако же, урвать что нибудь и в свою пользу, так как были достаточно сильны для этого. Отсюда — беспре станные войны, сменяющиеся бунтами. Личные достоинства перестают иметь значение; все делается по капризу. Когда войска заставили Сатурни 426 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски на сделаться императором, то он, оплакивая свою судьбу, сказал им: «Со здав плохого императора, вы лишились хорошего вождя».

6) Низшие классы народа. Если, по словам Макиавелли, низшие классы соперничают с высшими, не уничтожая последних, то результат получается хороший, а если низшие классы забирают власть в свои руки, как это было во Флоренции, то результатом будет потеря свободы. К такому результату и привела излишняя демократичность государственного строя в Сиракузах, в Мессине, в Жилете, в Мегаре и на Самосе, где политическое равенство и самодержавие народа провозглашены были во время кровавых беспоряд ков и анархии. Эти маленькие республики кончили тем, что принуждены были отдаться во власть тиранам.

7) Деревня и город. В Аргентине исключительное преобладание столицы, населенной людьми белой расы, над провинцией, населенной туземцами, было причиной кровавых восстаний деревни против города. Когда Росас завладел последним, то начал гонение на образованных людей и окружил себя исключительно гаучо*.

8) Классовое равновесие. Там, напротив того, где общественные классы уравновешены во власти, свобода поддерживается и революции случаются весьма редко.

Так, по словам Аристотеля, прочность Спарты была обусловлена спра ведливым распределением власти между сенатом — представителем выс ших сословий, эфорами — представителями сословий низших, и царями, влияние которых ограничивалось уже тем, что их было два, так что ни один не мог стать тираном.

В Афинах, которые между тем считаются образчиком демократического правления, для того чтобы уравновесить численность и влияние собраний, не только были установлены дохимасии, устранявшие бесчестных людей от трибуны, но и все проекты законов, представлявшиеся один раз в год, дол жны были быть предварительно рассмотрены сенатом, который мог не раз решить их обсуждения. Что касается автора проекта, то против него всякий мог возбудить обвинение в нарушении закона.

Кроме сената, распоряжавшегося между прочим финансами страны, конституция противополагала самодержавию народ. Еще ареопаг, который благодаря несменяемости своих членов, широте своей юрисдикции и праву вето относительно мер, предлагаемых собранием, представлял собой эле мент консервативный и устойчивый.

Когда впоследствии при Перикле ареопаг был лишен права вето, то Афи ны превратились в демократическую диктатуру и быстро пошли к упадку.

Полибий, а позднее Макиавелли доказали, что величие Рима следует приписать уравновешенному сосуществованию трех властей, согласно по ложению, высказанному Ликургом, что всякая форма правления, опираю щаяся на один какой нибудь принцип, не может быть прочной, потому что сама в себе носит зародыш своего разложения.

Политическая преступность Так, в самом деле, даже после перехода от аристократических комиссий по куриям и центуриям к демократическим комициям по трибам и к трибу нату сенат сохранил свою преобладающую роль, образовав таким образом интеллектуальную и денежную олигархию, опирающуюся на демократичес кие законы.

Помимо этого, даже в комиции по трибам всеобщие выборы посылали преимущественно консерваторов, потому что большинство голосов принад лежало мелким собственникам деревенских триб.

Но устойчивое равновесие больше всего поддерживалось трибунатом.

Все и старики единогласно признают, что это удивительно простое уч реждение служило достаточным противовесом патрициев, опирающихся не только на богатство традиций и высшую институальность, но даже на зако ны. Оно долго поддерживало настоящее гражданское равенство, оставляя власть в руках наиболее культурных классов, и, только выродившись впо следствии, вызвало демагогию и цезаризм.

Трибун соединял в своем лице нашу теперешнюю парламентскую оппо зицию, печать и кассацию.

Трибуны, избираемые низшими классами народа, были, так сказать, живым воплощением закона и единственными независимыми чиновника ми в то время, когда все писаные законы и магистратура находились в зави симости от произвола патрициев. Они служили предохранительными кла панами против чрезмерного накопления недовольства в плебеях, а вместе с тем и кольцом, соединяющим последних с патрициями. По словам Макиа велли, благодаря трибунату общественные классы Рима взаимно пользова лись силами друг друга, не тратя их на междоусобную борьбу.

Сначала трибуны не пользовались особыми прерогативами и даже не имели кресла в сенате, а должны были слушать его дебаты, стоя у дверей, но потом они получили право арестовывать всех правительственных чинов ников; приостанавливать исполнение судебных приговоров; налагать смерт ную казнь; публично защищать обвиняемых; созывать комиции; освобож дать от ареста должников; вызывать к себе кого угодно, не исключая консу лов, и приводить их силой в случае отказа, а помимо всего этого — налагать свое вето на любую меру.

Позднее, когда законы Солона — это примитивное гражданское и уго ловное уложение, дающее перевес богатым и сильным*, — были пересмот рены; когда законы стали мягче, хотя и сохранили еще в себе чересчур су ровое отношение к должникам; когда 10% были признаны нормой ростов щической выгоды — трибунат был уничтожен как ненужный. Но вскоре его пришлось восстановить, хотя уже с несколько иными правами — трибунату дозволялось только налагать штрафы, а не смертную казнь, кроме того, они назначали квесторов. Затем им был дан совещательный голос в сенате.

В 620 году, ввиду возрастания бедности в народе, Гракхи — патриции, ставшие наиболее энергичными трибунами, — при помощи некоторого по 428 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски добия всеобщей подачи голосов успели добиться закона, отдающего плебе ям государственные земли и устанавливающего для них понижение цены хлеба наполовину. Эта реформа, сама по себе прекрасная, послужила, од нако же, первым шагом к цезаризму.

В самом деле, несколько позднее деятельный и красноречивый, но слиш ком буйный Сатурнин насилиями добился чисто социалистического зако на, при помощи которого успел еще понизить уже и без того низкую цену на хлеб. Вызвав против себя реакцию, он поднял рабов и начал первую в Риме гражданскую войну (10 декабря 654 года). В 666 году Сульпиций Руф организовал уже целую армию демагогов в 3 тысячи человек.

В 696 году Клавдий ограничил права цензоров по надзору за нравами и уничтожил законы, ограничивавшие право ассоциации.

С тех пор трибуны становятся тиранами республики и причиной ее па дения. Путем потворства беспорядкам и покровительства своим сторонни кам, назначавшимся на важные посты, они подготовляют империю.

Многие думают, что с учреждением империи трибунат прекратил свое существование. И действительно, Цезарь удержал власть трибунов за со бой, но последние все таки не были уничтожены, как этого и следовало ожидать, потому что императорское правительство, несмотря на свою дес потическую форму, охраняло, в сущности, интересы народа. Но власть три бунов действительно была стеснена. Они сохранили за собой Jusauxilii и Jusinterussionis* по отношению ко всем членам администрации, кроме им ператора, которому прямо были подчинены. Потеряв право вето, они со хранили за собой право заседать в сенате и председательствовать в несколь ких кварталах Рима, что, сказать правду, и до сих пор еще практикуется, хотя под другим названием.

Трибунат стал чином, даваемым императорами.

Как бы то ни было, он просуществовал более четырнадцати веков и потому, вероятно, что считался одним из лучших и полезнейших учрежде ний Рима.

Венеция обязана была своей долговечностью не только экономическо му процветанию, но и строгой справедливости, с которой относилась к классам, лишенным политической свободы; религиозной терпимости — столь редкой в те времена; наконец — редкому единодушию патрициата.

По словам Аристотеля, в олигархиях, сумевших хорошо сплотиться, рево люции бывают редко, а там, где сплоченности не имеется, они беспрес танны.

Политическое спокойствие современной Англии основано на союзе пат рициев с буржуазией, соединившихся для противодействия короне, что и дало преобладание парламенту. Между тем во Франции, где феодалы упор но держались за свои привилегии, буржуазия не могла подняться, и потому там было только два класса народа, патриции да плебеи, что, по словам Бок ля, и было одной из главных причин революции.

Политическая преступность

9) Партии и секты. Будучи иногда полезны для борьбы слабых с силь ными, партии и секты, по словам Коко, часто являются средством для развращения человеческого характера, что в свою очередь развращает всю нацию.

Наиболее очевидным доказательством справедливости сказанного мо гут служить итальянские средневековые общины, особенно Флоренция, которую крайность и нетерпимость партии привели к полному политичес кому и интеллектуальному истощению.

Достаточно, в самом деле, вспомнить, что тысячи самых лучших граж дан целыми семьями были периодически изгоняемы из Флоренции то той, то другой победившей партией, причем изгнанники весьма часто уже не возвращались более. Таким образом Альбиццо эмигрировали в Гаэту, Аль берти — во Фландрию, Алигьери — в Верону, Гуаданьи — в Барселону, Пе руцци — в Авиньон, перенося свои богатства и свою просвещенную дея тельность в чужие страны.

Та же судьба постигла многих художников и гениальных людей. По это му поводу рассказывают даже, что в 1422 году, когда Венеция колебалась, вступить ли ей в союз с Флоренцией или Миланом, граждане стояли за пос ледний в надежде, что флорентийские художники будут свободнее эмигри ровать в Венецию.

Само правосудие долгое время служило во Франции партийным це лям. Когда какой нибудь подеста осмеливался наказывать преступников, принадлежавших к господствующей партии, то его выгоняли в отставку.

В 1353 году простой народ выбирал себе вожаков между ворами; моло дежь собиралась по звуку трубы для того, чтобы грабить город.

Не лучше шли дела и в других общинах, где гвельфы и гибеллины, стоя под различными с виду знаменами, одинаково предавались классовой борь бе. Это была, конечно, не та парламентская борьба, которая в Англии обус ловливает равновесие властей и которой мы, жители континента, вздумали подражать, не обладая нужными для того людьми, характерами и образова нием; потому то мы из наших потуг и выносим только разочарование.

Когда партии являются чересчур прямолинейными, то выходит еще хуже. Реакция Росаса в Аргентине была вызвана именно прямолинейнос тью унитаров Буэнос Айреса. Эта партия состоит из утопистов идеологов, которые, подобно нашим мадзинистам, гордо шествовали по теоретичес ки предначертанному пути, ни на йоту не уклоняясь в стороны, не снис ходя ни на какие компромиссы и отвечая презрительными фразами на всякую попытку столковаться. Накануне сражения они занимались со ставлением резолюций в ходульно торжественных выражениях. Трудно встретить людей более логичных, более предприимчивых и более... ли шенных здравого смысла.

Вот и в Италии как парламент, так и все важнейшие посты переполне ны, к несчастью, такими утопистами.

430 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски

Вот как Токвиль характеризует современные партии:

«Партии суть зло, присущее либеральным правительствам, по целям и характеру они являются разнообразными.

Великие политические партии интересуются больше разработкой прин ципов, чем практическим делом; обобщениями, чем специализацией; иде ями, чем людьми.

По сравнению с прочими они отличаются большим благородством, гу манностью, силой убеждения и откровенными, смелыми порывами; в их среде личные интересы — всегдашние двигатели политических страстей — так искусно скрываются под маской стремления к общему благу, что неяс но сознаются даже теми, кого вдохновляют.

Маленьким партиям, напротив того, стремление к общему благу совер шенно чуждо; о высоких идеалах они не заботятся; всякое их деяние носит отпечаток открытого эгоизма. Они искусственно подогревают свое чувство;

речи их бурны, а действия робки и нерешительны; средства, ими употреб ляемые, столь же низки, как и цели, к которым они стремятся. Поэтому то когда революция кончается и наступает период успокоения, то великие люди, выделившиеся в периоде борьбы, вдруг исчезают, точно куда то про валиваются.

Великие партии ставят общество кверх ногами, а маленькие поднимают бунты; первые его насилуют, а последние — развращают, но первые иногда спасают, насилуя, а последние только тревожат без всякой пользы».

Чем более возрастает влияние партии по мере развития свободы в обще стве, тем более уменьшается влияние сект, которые суть чисто результат угнетения. Гонение превращает идеи в чувства, на основе которых и возни кают секты. Благодаря такому происхождению они успели вызвать много политических реформ и оказать много важных услуг современной цивили зации. Достаточно вспомнить итальянских карбонаров, ирландских чарти стов, греческих гетеристов* и даже русских нигилистов, хотя идеалы после дних не совпадают со стремлениями большинства русского народа, кото рый, по словам Степняка, до сих пор, как в Древней Руси, верит только Богу да царю.

«Сектам вообще суждено приобретать репутацию святости, пока они уг нетены, и терять эту репутацию, когда гонение прекращается. В состав го нимого общества люди могут вступать только по глубокому убеждению, а потому такие общества и слагаются исключительно из честных людей. Как бы ни была строга дисциплина в среде религиозной секты, но ввиду пре следования извне сохранять ее нетрудно. Только сильно и искренно верую щие люди могли жаждать крещения в то время, когда Диоклетиан пресле довал церковь, или стремиться в общины протестантов в то время, когда протестантов жгли живыми. Но как только секта становится господствую щей, так в нее спешат вступать себялюбцы, часто превосходящие своих еди новерцев внешними проявлениями усердия. Рядом с пшеницей начинают Политическая преступность расти плевелы; публика вскоре начинает видеть, что сектанты ничем не от личаются от прочих людей, и заключает из этого, что если они не лучше, то должны быть хуже, и таким образом печать святости заменяется печатью святошества».

В Южной Италии лет 50 тому назад общество св. Винцента, казалось, было очагом либерализма, так же как и франкмасонство во всей Европе, которое теперь все более и более становится союзом и орудием простых аферистов.

В наше время, по видимому, на долю сект выпадает одна только зада ча — собирать в своей среде отбросы общества, конспирирующие против последнего за неимением лучшего занятия. Таковыми являются, например, потомки якобинцев, которые в Париже называются коммунарами, в Ир ландии — непобедимыми, в Бельгии, Германии и прочих — анархистами.

Ненависть к сильным и к социальной несправедливости, кипящая в людях, которые жаждут материального благосостояния и сознают свое мо гущество, каково, например, современное поколение, может служить объяс нением, почему обломки вышеупомянутых сект пользуются теперь таким влиянием, несмотря на то что проповедуют реформы, в большей части слу чаев невыполнимые.

Вот, например, Интернационал, обобщающий все секты, которые стре мятся к социальной революции. Из маленького коммунистического союза, образовавшегося в Лондоне, он распространился по всей Европе и в тече ние тридцати лет положил начало бесчисленному множеству ассоциаций и федераций — кооператистов, коллективистов, коммунистов, социалистов и анархистов, — повсюду производящих беспорядки, между прочим убий ство Прима и Парижскую Коммуну.

Не признавая стачки средством к прочному улучшению быта рабочих, они признали их (на Конгрессе 1812 года) могучим подготовительным сред ством к великой и окончательной революционной борьбе. В прокламации, представленной испанским отделом Интернационала министру Сорилье, он сам себя характеризует как «ассоциацию, враждебную принципу власти и основанную для того, чтобы его свергнуть, создав такой социальный строй, при котором бы никто не повелевал и никто не подчинялся». Свержение этого принципа испанский отдел начал убийством генерала Прима и поку шением на жизнь короля Амедео.

Ваньян так очерчивает политические цели Интернационала: «Только овладев политической властью и подчинив на время революции все обще ство диктатуре пролетариата, рабочие могут искоренить правящие классы».

За этой могучей ассоциацией, в которой, по несколько преувеличенно му, может быть, расчету, состоит теперь 2,5 миллиона членов, следует партия социалистов, силы которой выяснятся, если вспомнить, что в 1864 году в Германии она насчитывала 4610 человек сторонников, а в 1884 году после дних было уже 526 241. Во Франции «Fderation des travailleurs socialistes» счи 432 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски тает в своих рядах от 100 до 200 тысяч членов, из коих 2000 в одном только Париже.

В Америке социализм растет еще быстрее. Недавно было сочтено, что одна только ассоциация, основанная в 1869 году в Филадельфии, к концу 1886 года состояла уже из целого миллиона членов. Замечательно, что эта ассоциация, отрицая стачки и вооруженные восстания, рекомендует лишь пропаганду кооперации и взаимного страхования — все это при самой край ней программе. Очевидно, здравый смысл американцев повлиял умерен ным образом на социалистические идеи европейцев.

Английские рабочие союзы, примкнувшие к Интернационалу, в IX пара графе их окончательной программы (Лондон, 1871 год) говорят так: «Во вре мя борьбы экономическое движение рабочего класса неразрывно связано с политическим».

И на самом деле эти союзы за последнее время перенесли свою деятель ность на политическую арену: стали во враждебное отношение к правитель ству, провозгласили солидарность с германскими социал демократами и образовали на Наттингальском конгрессе (сентябрь 1883 года) рабочую по литическую партию.

Продуктом политической деятельности рабочих союзов явилось обще ство национализации земли, поддерживающее ирландских фениев и создав шее, в противовес лендлордизму, анархический лендкоммунизм, имеющий уже своих писателей в лице Генри Джорджа и Уоллеса, сочинения которых («Progress and Poverty», «Landnationalisation») распространяются между ра бочими в тысячах экземпляров.

Надо заметить, что ассоциации, образовавшиеся с самыми хорошими целями, под влиянием преступных элементов нередко вырождаются в чис то разбойничьи, что и понятно, если вспомнить о связи, существующей между преступностью, бунтами и эволюцией. Прекрасным примером та кого вырождения могут служить пенсильванские Молли Магуайры*, кото рые сначала образовали ассоциацию для надзора за отношениями рудоко пов к предпринимателям, а потом, в 1863–1869 годах, благодаря вторже нию преступных элементов терроризировали всю страну, совершив целый ряд насилий над выдающимися лицами, стоявшими во главе рудного дела.

Только в 1876 году, казнив 22 человека, правительство водворило порядок и спокойствие в округе.

В Италии Джирдженское общество Братской руки (Mano fraterna), от крытое в 1883 году, было сначала предназначено для взаимной помощи в болезнях и в случае смерти, но оно почти тотчас же выродилось, доведя ес тественные обязанности членов до преступной крайности. Так, оберегая престиж общества, члены обязаны были заставить уважать себя, защищать друг друга от обид и оскорблений, покровительствовать слабому полу и про чее, но они так рьяно принялись за исполнение этих обязанностей, что пре вратили общество в разбойничью шайку убийствами, террором, запугива Политическая преступность нием судей и прочим, добившуюся диктатуры над целым округом, так что мирные обыватели принуждены были прибегнуть к реакции столь же тер рористического характера.

В Ирландии около Аграрной Лиги, прославившейся геройской патрио тической борьбой за политическую и экономическую независимость роди ны, с течением времени возникла секта непобедимых, состоящая всего из 200 человек, но скоро обратившая на себя внимание всякого сорта аграр ными преступлениями.

Преступная деятельность непобедимых отчасти обусловливается в неко тором роде исторической традицией, так как они почти точка в точку по вторяют те же преступления, которые в 1830 году производились шайками белых и черных ног, побуждавшими население не платить налогов и убивать сборщиков податей. А эти шайки в свою очередь происходили по прямой линии от уайтбоев (белых ребят), которые, десятью годами раньше объявив войну помещикам протестантам, суровее прочих относившимся к народу, совершили целый ряд убийств и поджогов.

Нечто подобное произошло и в Испании с Обществом черной руки, пред ставлявшим собой странную смесь религиозного фанатизма с преступнос тью на социалистической подкладке. Разгар деятельности этого общества совпал с неурожаем 1881–1882 годов в Андалузии и со страшными бедстви ями, зависевшими как от неурожая, так и от тягости налогов.

В уставе этого общества было сказано, что оно создается для защиты бед ных и угнетенных от тех, которые грабят их и угнетают, а программа гласи ла следующее:

«Земля создана для блага людей, которые все имеют равное право ею пользоваться; современный социальный строй несправедлив; богатые об ращаются с рабочими, как с рабами, нельзя поэтому относиться без страш ной ненависти к политическим партиям, которые все одинаково достойны презрения; всякая собственность, нажитая чужим трудом, незаконна. Об щество провозглашает богатых стоящими вне закона: для истребления их годятся все средства, не исключая огня, железа и даже клеветы».

Вообще программа составлена в кратких и категорических выражениях;

вся буржуазия приговаривалась к поголовному истреблению; каждый член общества обязывался представлять ему проекты наилучших способов под жигать дома, производить убийства и прочее. В России имеется подобное же общество бегунов, в состав которого может быть принят всякий, отказав шийся от своего общественного положения и даже имени. Новичок полу чает особое крещение и дает клятву не подчиняться ни военной, ни граж данской власти, порвать с обществом и жить как бродяга. Члены этого об щества считают императоров антихристами, а весь современный строй об щества — делом сатаны.

9) Подражание. Выше мы видели, что во время народных движений пре ступность, сумасшествие и галлюцинации в силу подражания могут рас 434 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски пространяться эпидемически и сделаться могучим фактором бунтов. Это явление повторяется иногда в широких размерах, представляя собой насто ящую эпидемию революций. Так было, по словам Феррари, в 1348–1494 го дах, когда простой народ всей Европы по примеру Италии возмутился про тив феодальных сеньоров. В самом деле, в течение этого периода почти од новременно возникли восстания: в Риме — Колы ди Риенци; в Генуе — Адор но; во Флоренции — ремесленников; в Палермо — Алесси; в Неаполе — Лаццари; в Богемии — гуситов; в германских городах — рабочих и кресть ян; в Генте — горожан (из за налогов); в Швейцарии — война за независи мость; в Швеции — восстание Инглеберта; в Хорватии — Хорвата; в Анг лии — религиозное движение Виктора.

Революционеры 1893 года старались подражать героям Плутарха, как Наполеон I копировал Цезаря.

Во Франции почти все департаменты подражали сентябрьским избие ниям, а затем белому террору.

Как на причину революций сам Аристотель указывает на близкое сосед ство двух стран, управляемых различно. Подражание олигархическому строю страны часто ниспровергало демократию Афин, и наоборот.

10) Исторические традиции. «Всякая революция, — пишет Макиавел ли, — служит пробой для следующей». И в самом деле, революции часто воспроизводятся в тех же формах, в которых они происходили во времена очень отдаленные. Трибунат, например, несмотря на страшные различия в положении, после многих веков возник в Риме в лице Колы и Барончелли, а потом — в лице Чичеруаччо и Коккапиллера.

«Исламизм возник потому, что был во многих отношениях продолжени ем или, скорее, отплатой за назаретизм*. Христианство, каким его сделали греческие политеисты и метафизики, не удовлетворяло сирийцев и арабов, стремившихся возможно глубже отделить Бога от человека и упростить ре лигию. Сирийские ереси IV и V веков являлись протестом против усложне ний, введенных греческими Отцами Церкви в догматы.

Говорят, что Мухаммед был ариец, но это неверно. Он был назаретянин — иудей христианин. Через него семитический монотеизм восстановил свои права и отомстил за политические усложнения, введенные греческим ду хом в теологию первых учеников Христа».

Парижская Коммуна вдохновлялась революцией 1789 года, а эта пос ледняя — жакериями. Можно сказать, что баррикады сделались настоль ко же обычными в Париже, насколько военные бунты — в Испании, по литические убийства — в России, политическое разбойничество — в Гре ции и т. д.

В 1848 году в Италии возродился старый гвельфизм, заставивший сде латься революционерами даже таких людей, которым, в сущности, не было никакого дела не только до политических новшеств, но даже и до независи мости родины.

Политическая преступность Наоборот, традиции Римской империи заставили даже великих италь янских политиков Данте и Петрарку стремиться к восстановлению этой империи под скипетром германских монархов, забывая о взаимной враж дебности народов и неспособности правителей.

Последним доказательством влияния традиций служит то, что револю ции, не сумевшие поддержать их престижа, не удаются, так что чем дальше отходит новый строй от старого, традиционного, тем менее прочным он оказывается.

Вот почему революции, опирающиеся на старые правовые понятия и учреждения, почти всегда оказываются удачными. Такова была, напри мер, революция, руководимая Брутом, который сохранил плебеям их царя в лице верховного жреца, или превращение республики в империю, причем сохранились и трибуны, и сенат, и вся республиканская вне шность, а монарх замаскировался титулом военачальника (Imperator).

Точно так же Великая Хартия вольностей* (Magna Сhаrtа) англичан опи рается на старые обычаи. Восстание против Иакова II достигло цели только потому, что облекло новые права народа в древние формы прави тельственного уклада.

Японцы могли так легко совершить свою антифеодальную революцию 1868 года потому, что она возникла во имя восстановления древней власти микадо, узурпированной сёгунами.

Вообще, по выражению Флорантэна, «реформируя государство, следует удерживать хотя бы тень древних форм».

11) Преждевременные, неудавшиеся политические реформы. Насильствен ное введение реформ, преждевременных или неприятных народу (хотя бы в силу мизонеизма), весьма часто вызывает против себя вполне законное вос стание. Я говорю законное, потому что такие реформы сами по себе суть бунты против порядка вещей.

Только люди, совершенно не знающие натуры человека или чересчур властные, могут вводить реформы, не соответствующие условиям време ни, разрушая старые учреждение и заменяя их новыми не потому, что это нужно народу, а потому, что так принято в других странах и при других ус ловиях. Такие реформы возбуждают всеобщее недовольство и создают не устойчивое равновесие, ведущее к беспрестанному повторению револю ций. К этому привели реформы Савонаролы и Колы ди Риенци, стремив шихся в те времена навязать Италии политические реформы, которые лишь недавно успел ввести Кавур, да и то не вполне. Та же судьба постиг ла во Франции реформы Этьена Марселя, который пробовал основать республиканскую федерацию, ввести пропорциональные налоги, обще ственное и административное равенство, всеобщую политическую свобо ду, замену королевской власти властью нации, и все это тогда, когда даже простое представительство было невозможным. В результате — реакция, и сам народ, мизонеист по натуре, разорвал новатора в клочки.

436 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски Точно так же когда Кромвель, при всей своей гениальности, задумал вве сти в Англии республиканское правление, то встретил суровое противодей ствие, потому что монархические чувства глубоко коренились в народе: в течение двух лет последний организовал семь восстаний и кончил тем, что взял верх над протектором.

Для республиканского образа правления сочувствие народа особенно важно. «Монархический строй еще, может быть, и бывал вводим силою, — пишет Гизо, — но республика, введенная вопреки инстинкту и желанию народа, не может быть прочной». К этому следует прибавить, что она не может быть прочной и тогда, когда вводится вопреки традициям и физи ческим условиям страны или степени цивилизации народа. В самом деле, тот же самый республиканский строй, который дает такие прекрасные ре зультаты в штатах Северной Америки, будучи введен в республиках южно американских и в Мексике, где народонаселение невежественно, а климат слишком жарок, дал только ряд бессмысленных волнений и бунтов.

Точно так же образцовая английская конституция, медленно и органи чески выработавшаяся из характера, нравов и обычаев англосаксонского пле мени и вполне им соответствующая, будучи перенесена к латинским наро дам, столь отличающимся от англосаксов, послужила лишь препятствием к политическому их прогрессу и вызывает, особенно во Франции и в Испании, беспрерывный ряд парламентских революций.

Мания все сплошь реформировать неизбежно вызывает контрреволю ции. Излишняя свобода утомляет людей, как и всякое сильное возбужде ние. Но когда желают навязать ее народу уже развращенному, то выходит еще хуже. После Тарквиниев Рим мог удержать свободу, а после Цезаря и Калигулы уже не мог, так же как Милан после Филиппа Висконти и Фло ренция по смерти Александра Медичи. Реакция во всех этих случаях была неизбежна, потому что «бунты не вредны там, где натура еще не испорчена, но где много развращенных людей, там и хорошие законы ни к чему не по служат» (Макиавелли).

«Желать все реформировать — значит желать все разрушить», — пи шет Коко по поводу неаполитанской революции 1799 года. Тамошние ре волюционеры были деятельны только в теории и неуместно. Они уничто жили феодализм так, что повредили этим народу; они совершенно бес смысленно разделили страну, соединив, например, Абруццо с Апулией;

из подражания французам они изгнали всех дворян и бывших королев ских чиновников, которые, конечно, сделались потом главными факто рами реакции.

Так было всюду, где неблагоразумные правители считали возможным изменить религиозную веру и общественное чувство народа одним прика зом. Так было во Франции с законами против гугенотов и с провозглаше нием Богини Разума; так было в Англии, где англиканцы и пресвитериане восстали против гонений на Стюартов.

Политическая преступность По мнению Аристотеля, самые лучшие законы ни к чему не послужат, если не соответствуют нравам народа. В Испании Карл III, пользуясь своей властью, мог забрать в руки духовенство и улучшить положение страны, несмотря на то что народ единогласно требовал восстановления иезуитов, но тотчас же после него все реформы отменены, потому что оказались не своевременными. В 1812, 1820 и 1836 годах в испанском правительстве тоже имелись ярые реформаторы, но они пали, потому что намерения их не со ответствовали желаниям народа. В 1814 и 1823 годах кортесы (либераль ные) были разогнаны во имя общественного негодования. Квин рассказы вает, что при проезде короля толпа повсюду ругала либералов, конститу цию и кортесы.

А когда Фердинанд VII восстановил инквизицию, то приказ его был встречен криками радости со стороны народа. То же случилось и в 1845– 1851 годах, когда духовенству было возвращено его имущество. Напротив того, когда в 1855 году правительство вновь собралось отнять это имуще ство, то народ взялся за оружие и поднял карлистское восстание при кри ках: «Религия в опасности!» Кончилось все это в 1857 году восстановлением старых конкордатов.



Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 14 |

Похожие работы:

«МИНИСТЕРСТВО СОЦИАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ ПРИКАЗ от 27 октября 2014 г. N 493 ОБ УТВЕРЖДЕНИИ ПОРЯДКА ПРИЗНАНИЯ ГРАЖДАН НУЖДАЮЩИМИСЯ В СОЦИАЛЬНОМ ОБСЛУЖИВАНИИ В соответствии со статьей 8 Федерального за...»

«Министерство образования и науки РФ Муниципальное автономное общеобразовательное учреждение "Средняя общеобразовательная школа №11" г. Усть-Илимска, Иркутской области Рассмотрено Научно-методическим советом Утверждено Протокол №4 от 01.06. 2016г приказом директора № 178 о-д 30.08.2016г. "Об у...»

«Томские писатели – юбиляры 2016 года Антокольский Павел Григорьевич – 120 лет со д.р. Поэт, актер, художник. Родился в Петербурге 1 июля 1896 в семье адвоката. Печататься начал в 1918. Первую книгу стихотворений издал в 1922. В 1919-1934 работал режиссёром в драматической студии под руководством Е.Б. Вахтангова, затем в...»

«                    Руко оводсттво пользов вателя я  по ак ктивацции во озмож жности  электроннного обучен ния    Программа Microsoft® Software Assurance для корпоративного лицензирования Руководство пользователя по ак...»

«Содержание стр. Цели и задачи дисциплины 1. 3 Место дисциплины в структуре ОПОП 2. 3 Требования к результатам освоения дисциплины 3. 3 Объем дисциплины и виды учебной работы 4. 5 Содержание дисциплины 5...»

«ИЗБРАННИЦА МУЗ (заметки о творчестве Нины Ягодинцевой) Введение Сколько бы ни прошло стремительного времени, сколь бы ни менялись ветра и пути человечества, востребованность поэтического слова всегда остаётся неизменной. Главное...»

«140/2011-10693(1) ФЕДЕРАЛЬНЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ СУД ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА Именем Российской Федерации ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда кассационной инстанции г. Хабаровск 15 июня 2011 г. №Ф03-2000/2011 Резолютивная часть постановления объявлена 08 июня 2011 года. Полный текст постановления изготовле...»

«Отчет по внешнему аудиту НКАОКО-IQAA НЕЗАВИСИМОЕ КАЗАХСТАНСКОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБЕСПЕЧЕНИЮ КАЧЕСТВА В ОБРАЗОВАНИИIQAA ОТЧЕТ ПО ВНЕШНЕМУ АУДИТУ Учреждения "Международный Казахско-Турецкий университет имени Х.А. Ясави" составленн...»

«-1ОГЛАВЛЕНИЕ 1. Предупреждения 2. Описание “Автоматизированной системы открывания распашных ворот 2.1 Применение 2.2 Описание 2.3 Описание компонентов Системы 2.3.1 Электроприводы PW320/PW330 2.3.2 Блок управления PC200 2.3.3 Система о...»

«СНРНЛК21­03 ИХО У 0221 Эа  тп2 Врит пляиноожр едкыаелцонг юи Сса Ж аи аьо ае рмн мти улно отвА:ВдмДнк,ПвлЕеи,ДирйКкек 1  Р д к о ы т р  п з р в я т к м н ы с Н в м г д м и ж л ю  и  с а т я и. еатр  уа одалю  оад    оы  оо    еат м чсь  уаи дч! Н  лгтп,...»

«Частное дошкольное образовательное учреждение "ДЕТСКИЙ САД №191 открытого акционерного общества "Российские железные дороги" ПРИКАЗ 31 05. &Р*С г. Ачинск "О зачислении воспитанника" В соответствии с уставом частного дошкольного образовательного учреждения "Детский сад №191 ОАО...»

«17 ноября – 21 ноября 2008 г. 45 торговая неделя ОБЗОР ОРГАНИЗОВАННОГО СЕКТОРА ФОНДОВОГО РЫНКА Новости недели Основные события на рынке Ключевые индексы: Индекс ПФТС за рассматриваемый период вырос на 3,68 п...»

«Константин Александрович Пензев Русский Царь Батый Серия "Евразия Льва Гумилева" Текст предоставлен издательством http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=164379 Русский царь Батый: Алгоритм; Москва; 2011 ISBN 978-5-4438-0056-1 Аннотация В книге ставится, казалось бы, уже привычный после выхода в свет трудов Гумилева и е...»

«Борис Степанович Житков Что я видел (отрывки) Серия "Хрестоматии для начальной школы" Серия "Большая хрестоматия для начальной школы" Серия "Современная русская литература" Текст предоставлен издательством http://www.litres...»

«I. ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ Статья 1. Общие положения. 1.1. "Огарво-Почковская начальная общеобразовательная школа" филиал Муниципального образовательного учреждения "Глядковская средняя общеобразовательная школа", именуемая в дальнейшем "Филиал", является...»

«1. Пояснительная записка 1.1 Вступление Пока корабль совершает плавание вблизи берегов, в пределах видимости маяков, знаков и прочих предметных мест, имеющихся на берегу и нанесённых на морскую карту, непрерывный контроль за тем, что корабль в каждый данный момент находиться...»

«Программный пакет RAUCAD/RAUWIN для расчета и проектирования инженерных систем зданий www.REHAU.ua RAUCAD/RAUWIN – высокая производительность и эффективное проектирование. Солидная работа требует честву проекта, его оформлению С помощью программ эффективной...»

«89/2016-64014(1) Арбитражный суд Хабаровского края г. Хабаровск, ул. Ленина 37, 680030, www.khabarovsk.arbitr.ru Именем Российской Федерации РЕШЕНИЕ г. Хабаровск дело № А73-3637/2016 30 мая 2016 года Арбитражный суд Хабаровского края в составе судьи Зверевой А....»

«PS400 Digital Visualizer Руководство пользователя Russia 0 Оглавление ГЛАВА 1 ИНСТРУКЦИЯ ПО ТЕХНИКЕ БЕЗОПАСНОСТИ МЕРЫ БЕЗОПАСНОСТИ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ СО СТОРОНЫ FCC (ФЕДЕРАЛЬНОЙ КОМИССИИ СВЯЗИ СШA)5 ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ СО СТОРОНЫ EN55022 (НОРМЫ ОБЛУЧЕНИЯ ДЛЯ СТРАН ЕC) 5 ГЛАВА 2 СОДЕРЖИМОЕ УПАКОВКИ ГЛАВА 3 ОБЩИЙ ВИД ИЗД...»

«Судебный вестник № 3 (39) РЕДАКЦИОННЫЙ СОВЕТ СУДЕБНОГО ВЕСТНИКА Председатель В.Д. Кожевников Зам. председателя К.К. Бескембиров Члены редакционного совета: Л.Л. Шлотгауэр А.А. Самородов Л.И. Пищугина А.А. Сычев С.В. Медникова Н.Г. Соловьева Э.А. Бадриева А.Н. Денисов Л.А. Берч Ответственный за выпуск В.Д. Кожевников Адрес редакции: 43...»

«МОДЕЛЬНЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ СОРЕВНОВАТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ БОКСЁРОВЮНОШЕЙ Гаськов А.В., Кузьмин В. А. Бурятский государственный университет, г. Улан-Удэ, Россия Сибирский государственный аэрокосмический университет имени академика М.Ф. Решетнёва, г. Красноярск, Россия Аннотация. В данной ра...»

«Гонококковая инфекция Шифр по Международной классификации болезней МКБ-10 А54. ОПРЕДЕЛЕНИЕ Гонококковая инфекция – инфекционное заболевание человека, вызываемое гонококками (Neisseria gonorrhoeae) – Грамотрицательными диплококками, представ...»

«ДОГОВОР №_ об оказании услуг внутризоновой телефонной связи г. Красноярск "_" 2011г. Общество с ограниченной ответственностью "Райт Сайд", именуемое в дальнейшем "Агент", действующее от имени и по поручению Открытого акционерного общества "Красноярское конструкторское бюро "Искра" (сокращенное наименование О...»

«Контрольные плазмы. Общее лабораторное оборудование. НАБОР ОБРАЗЦЫ ДЛЯ ОПРЕДЕЛЕНИЯ А. Антикоагулянт буферизированный цитрат натрия 3.2% (0.105М).АКТИВИРОВАННОГО ЧАСТИЧНОГО В. Сбор образцов: 1. Произв...»

«I. ЦЕЛИ И ЗАДАЧИ ДИСЦИПЛИНЫ 1.1. Цель дисциплины – формирование научного представления о мотивации трудовой деятельности сотрудников современных организаций, имеющего конкретно-практическое содержание, а так же интеграция в...»

«  УПРАВЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ АРХИВНОЙ СЛУЖБЫ  НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ                      НОВОСИБИРСКИЙ  АРХИВНЫЙ ВЕСТНИК  № 30                      НОВОСИБИРСК  2010  РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ: В.Д. Попов (гл. редактор), О.В. Выдрина, Т.Н. Гутыра, Т.В. Демина, Е.В. Ивановская (зам. гл. редактора), О.К. Кавцевич (зам. гл. редактора),...»

«ВЕРВЭНА / ИГОРЬ-СЪВЕРЯНИНЪ С0БРАН1Е ПОЭЗЪ ТОМЪ XI ^ Е-.1 • А \Х', У ИГОРЬ-СЪВЕРЯНИНЪ ВЕРВЭНА ПОЭЗЫ 1918—19 г.г. ИЗД..ОДАМЕСЪА МСМХХ ВсЬ поэзы этого тома, за исключен!емъ пом-^ ченяыхъ 1918 г., написаны въ январ'Ь'1919 г., прш чЁмъ веЪ написаны въ Эстон1и, на куроргЬ Той да. Поээа,Муз^ музыкъ* написана въ Ревел'Ь.-2.? 5 о? Ая. В...»

«Краснодарский край муниципальное образование Крымский район муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение средняя общеобразовательная школа № 10 станицы Неберджаевской УТВЕРЖДЕНО решение педсовета протокол №1 от 31 августа 2015 года предс...»

«AV-TH9B инструкция по эксплуатации http://www.avionix.ru AV-TH9B Оглавление 9.5. Глушение двигателя................... 30 1. Вступление........................... 2 9.6....»










 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.