WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 
s

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 14 |

«Чезаре Ломброзо ПРЕСТУПНЫЙ ЧЕЛОВЕК МИДГАРД От человека преступного к человеку гениальному Во всем, что представляется действительно новым в об ласти эксперимента, наибольший вред приносит ...»

-- [ Страница 11 ] --

У Штельмахера мы находим сильно развитые челюсти и скулы, мало растительности и злые глаза; у Дюршнера — оксицефалию, субмикроцефа лию, асимметричность лица и очень большие уши. Эти два субъекта убили банкира Эйзарта и двух его маленьких детей с единственной целью украсть несколько сот флоринов на пополнение партийной кассы.

Каммерер отличался выдающимися лобными пазухами и скулами, большими челюстями, малой растительностью на лице и очень густой ше велюрой.

Пини — один из парижских анархистов, брат сумасшедшей, при малой растительности и покатом лбе также отличался большими челюстями, вы дающимися лобными пазухами и длинными ушами.

Среди вождей революции 1789 года мы встречаем Мирабо, хотя очень красивого, но с кривым носом; Марата, Каррье и Журдана, принадлежащих к чисто преступному типу; Фукье Тенвиля, с огромными челюстями и бога той шевелюрой; Петиона и Лямеша, с покатыми лбами; Сен Жюста и Фабр д’Эглантина, совсем безбородых; наконец — Робеспьера, Дантона и Тион вилля, со вздернутыми носами.

Если верить свидетельству одного известного публициста, сам Мост, редактор «Freihеit», ныне глава нью йоркских анархистов, обладает некото рыми чертами преступного типа: большими и разнокалиберными челюстя ми, маленькими, хищными глазками и асимметричным лбом. Недаром у него не имеется нравственного чувства, как это видно из следующей произ несенной им фразы: «Материнская любовь и привязанность любимой жен щины эгоистичны и преступны».

3) Психология.

Преступные наклонности вообще ярче проявляются в сло вах и действиях, чем на лице. Многие анархисты сами чувствуют свою бли зость к прирожденным преступникам и не скрывают ее. Так, в женевском журнале «L’Eхрlоsiоn» в 1884 году было напечатано: «Мы, анархисты, также имеем своих предтеч и мучеников, с оружием в руках восстававших против общества, каковы, например: Гаспароне, Баттиста, Скорлино, Стринчини, Моттино, Пассатори, Нинко Нанко, Ченери, а в последнее время — Чек кини и много других. Когда нибудь мы воздвигнем им памятники». Анар хист, ювелир Констан, когда его арестовали, сказал: «Я разбогатею, когда сожгут Париж; все мы, анархисты, к этому стремимся». Перед судом он, правда, оправдывался тем, что был пьян, и говорил, что становится анархи стом только в пьяном виде.

Паницца, называвший себя идеальным анархистом (миланский процесс 1889 года), написал очерк, озаглавленный: «Il ladro» («Вор»), в котором до казывает, что вор есть жертва общества и потому имеет право воровать!

В комской газете «Рugnale» мы читаем:

Политическая преступность «Идем жечь мэрии и префектуры, казармы и банки, церкви, нотариаль ные конторы и регистратуры; захватим дворцы и богатые дома, выбросив из окон их обладателей, жирных буржуа с суками и щенятами! Разрушим немедленно магазины, в которых торгуют разной снедью и тканями для одежды! Перервем телеграфные проволоки, развинтим рельсы, прекратим всякое сообщение! Взорвем водопроводы и газовые трубы, сожжем все зда ния, в которых можно защищаться!

Все средства дозволительны против армии, если она окажется низкой!

Но так как мы плохо вооружены, то постараемся избегать площадей и ши роких улиц, будем держаться узеньких и кривых переулков. Баррикады, камни, кипяток, битое стекло, гвозди (для кавалерии), нюхательный табак, динамитные бомбы представляют собой прекрасные средства для защиты и нападения, затягивают борьбу и дают возможность дождаться других ре сурсов. Пусть каждый действует по своей инициативе, пусть душит и жжет все, что того достойно, повсюду, где требуется восстановить нарушенную справедливость. Будем ненавидеть до бешенства, для того чтобы иметь воз можность горячо любить впоследствии»...





Каталина был убийцей своего брата и, кажется, даже сына.

Факундо, по словам Сармиенто, разбил череп своему ребенку, родивше муся уродливым, оторвал ухо у своей любовницы и убил друга из за какой то ссоры за картами.

Каммерер к 22 годам успел уже убить семерых и хвастался перед судом своим участием во всех убийствах, совершенных тогда в Страсбурге, Штут гарте и Вене, обещая продолжать свою деятельность, если его освободят.

Он не струсил даже перед эшафотом.

Пини хвастал не только своим анархизмом, но и воровством (более 300 ты сяч франков), совершенном для того будто бы, чтобы отомстить богатой бур жуазии за угнетаемых ею бедняков. Он называл такое воровство «законной экспроприацией, совершаемой руками экспроприированных» и образовал вокруг себя целый кружок поклонников. Заподозрив анархиста Черетти в доносе, он попытался убить его. Надо заметить, однако же, что воровские наклонности Пини возбудили против себя всех честных анархистов1.

Среди вожаков на лионском анархическом процессе 1883 года был не кий Борди, три раза судившийся за кражу, буйство и разрытие могилы.

По мнению Деспена и Максима дю Кана, почти все выдающиеся ком мунары были нравственными идиотами, то есть совмещали инстинкт раз рушения с полной бесчувственностью, неспособностью к дисциплине и организации, преступными импульсами, отсутствием совести и прочим.

Между ними были генералы вроде Меджи, который, будучи когда то осуж ден на галеры за убийство полицейского, подписывал декреты собствен Не всех, однако же. В Италии нашелся писатель, который оправдывал его, удив ляясь, как можно наказывать человека, мстящего воровством за воровство.

484 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски ным своим каторжным номером, и вроде Эдесa, который был сыном мань яка, убийцей пожарного и одного из грабителей дворца Почетного Легио на; были полковники вроде Шандона, осужденного за воровство, и Бэно, поджигателя Тюильри, осужденного за мошенничество.

Среди делегатов встречались люди вроде Парентa, несколько раз су дившегося за мошенничество и подлоги; Лерижье, грубого негодяя, жив шего на счет общественной благотворительности и до такой степени воз будившего против себя парижан, что, когда он был приговорен к смерт ной казни, они подали петицию против помилования; Паризеля, предсе дателя научной делегации, который был судим за изнасилование и прославился изобретением подкожных впрыскиваний синильной кисло ты как лучшего средства для истребления версальцев; наконец, полицей ский комиссар Шапитель, несколько раз судимый за воровство и другие преступления.

Для того чтобы нас не обвинили в пристрастии за то, что мы повторяем слова ожесточенного противника коммунаров, мы не только напомним показание коммунарского генерала Клузере о большом числе каторжников среди них, но приведем даже подлинные слова наиболее фанатичного из членов Коммуны — Жюля Валлеса, признававшего дегенеративные черты и преступную закваску в характерах своих товарищей.

«Сапожник Ранвье, говоривший: “Я обуваю людей и ломаю мостовые”, был кабацким трибуном, всегда готовый напиться и защищать свободу, осо бенно свободу напиваться; министром он стал потому, что проходя с сапо гами мимо министерства, зашел в него и сел на министерское кресло. А меж ду тем, — прибавляет Валлес, — он обладал умом более ясным, чем у мно гих ученых (!!). Верморель был семинарист, издатель и беллетрист, за все бравшийся и ни в чем не преуспевший, притом до такой степени, что соби рался застрелиться; он бил и царапал свою жену. Гранвье был худ и до такой степени бледен, что крови в нем как будто бы совсем не было (Марро заме тил, что преступники часто бывают очень бледны); у чахоточного Бриона глазки были как осокой прорезаны; низкопоклонный Дюкасс обладал вы лупленными глазами, широким ртом и отвратительным голосом (признаки вырождения, так же как у Фолэна и Вермореля — которые заикались, у Курбе и Арно — которые растягивали слова). Но в этих заиках, — прибавляет Вал лес, — всегда очень самолюбивых, скрывается большая активная энергия».

Ферре улыбался, когда на его глазах и по его приказанию убивали Вейс се; как и все прирожденные преступники, он охотно употреблял циниче ские выражения и разного рода арго.

Именно в этом арго проявляется преступный характер или по крайней мере преступные наклонности большинства коммунаров. Сам Валлес, до вольно часто к нему прибегающий, с большим удовольствием передает лю бимые словечки своих товарищей.

Дюкасс, например, кричал, что он «со чтет себя достойным священного звания революционера только тогда, ког Политическая преступность да собственноручно сделает сouic какому нибудь аристократу», причем на чинал точить свой нож; Раго, обращаясь к своему револьверу, говаривал:

«Ты должен проснуться для того, чтобы пернуть дымом». Во время Комму ны вообще были в ходу формы вроде следующей: «Можно звать полицию на кровопускание»; расстрелы и убийства назывались «кровопусканиями».

Один из вождей 1789 года, Каррье, говорил: «Мы превратим Францию в кладбище, если не перестроим ее по своему вкусу». Он страдал галлюцина циями и приступами буйства; стоя на трибуне, он рубил своей саблей свечи вместо голов аристократов; раз, сидя за обедом, он сказал, что Франция не может прокормить своего чересчур многочисленного населения и что он решился избавить ее от излишка, то есть от аристократов, попов и чинов ников, а затем, придя в экстаз, стал кричать: «Убивайте, убивайте!»; из за всяких пустяков он выхватывал саблю и грозил ею собеседникам; он рассы пал пощечины членам разных обществ, а служащих, являвшихся за жало ваньем, встречал сабельными ударами; сам признавался, что корчи казни мых священников доставляют ему большое удовольствие.

Лежен устроил себе маленькую гильотинку, с помощью которой рубил головы гусям и курам, предназначенным на жаркое.

Журдан, последовательно перебывавший мальчишкой в кузнице, мяс ником, солдатом и контрабандистом, при разрушении Бастилии задушил несчастного Де Лонэ, своего бывшего хозяина; сделавшись затем генера лом, он устраивает пожары, грабежи и резню вплоть до того времени, когда сам приговаривается к смерти революционным трибуналом.

Пинар, бывший комиссаром в Нанте, сам грабил по деревням и убивал преимущественно детей и женщин.

Гранмезон, уже судившийся за два убийства, устраивая нуайяды* в Нан те, рубил руки утопавших и хватавшихся за края лодки.

Жан д’Эрон носил на шапке отрезанное человеческое ухо, а в карманах другие уши, которые предлагал женщинам целовать.

Среди вождей якобинцев встречались подлинные разбойники. Почт мейстер Друэ в Конвенте сам называет себя бандитом. Жаговен — Энн ский Нерон, как прозвал его Кутон; Бертран и Дартэ — палачи Лиона и Арраса; Бабеф, в 20 лет уже судившийся за подлог; Анрио и Сен Жюст — лакеи, прогнанные за воровство (последний был даже арестован по просьбе родной матери); Фуше, начавший наживаться еще при Конвенте, а впоследствии обладавший состоянием более чем в 12 миллионов; нако нец, Баррас, Дюмон, Мерлен и прочие, подобно Фуше разбогатевшие за время революции.

Во время частных восстаний во Франции большинство народных вож дей были настоящими преступниками. Карсо Донатти — фальшивомонет чик; Джанотто Саккетти, брат беллетриста, вместе с тем и вор; Фонцано — преступник, лишенный гражданских прав и поднявший народное восста ние для того, чтобы вернуть себе эти права.

486 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски В Генуе в 1628 году во главе восставшей черни стоял Вакеро, пригово ренный за несколько убийств на галеры, а когда был прощен, то вновь на чал убивать. Будучи послан генуэзцами в Бастию, он соблазнил жену одно го тамошнего жителя, так же как и двух его сестер, которых отравил впо следствии, а самого этого человека заставил совершить преступление и по том застрелил.

4) Импульсивность. Такие ненормальные люди от природы бывают очень импульсивными и потому легко переходят к решительным действиям, со вершая политические убийства, противные большинству честных людей, но иногда приносящие некоторую пользу нации.

Лингс, один из американских анархистов, говорил: «Я не могу бороться с анархическими идеями, они сильнее меня». То же говорил и товарищ его, Энгель: «Я не могу сдерживаться; я должен дать себе волю. Энтузиазм, как болезнь, охватывает меня».

Достоевский (в «Бесах»), говоря о конспираторе Лебядкине, затевающем шантаж, замечает: «Характерной чертой этих людей служит полная неспо собность отказаться от своих желаний: раз такое желание явилось, то уж они его выполнят, несмотря ни на что».

Затем он рисует нам полный тип такого человека в Петрове («Записки из мертвого дома»): бледный, с выдающимися скулами и дерзким взгля дом, он попал на каторгу за то, что убил своего полковника перед целым полком, а потом чуть не убил майора, заведовавшего тюрьмой и тиранив шего заключенных. Во время прогулки на дворе он часто подбегал к Досто евскому как будто за каким нибудь важным делом, задавал вопрос о Напо леоне III или об антиподах и, едва выслушав ответ, убегал столь же поспеш но. Это был самый решительный из каторжных, не стеснявшийся ни сове стью, ни здравым смыслом. Раз он украл у Достоевского Библию и тотчас же признался, как будто бы это было самое простое и законное дело.

«В данную минуту ему захотелось выпить, а потому нужно было украсть;

в другое время он не дотронулся бы и до мешка с золотом.

Такие люди, — прибавляет Достоевский, — проявляются и действуют во время беспорядков, бунтов; тогда они находят самую подходящую для себя деятельность. Они не говорливы и не могут сделаться инициаторами или вожаками восстания, но они зато действуют просто, без фраз, без шума, без страха и размышления, с открытой грудью бросаясь на первое встреченное препятствие. А другие смело следуют за ними вплоть до неприступной сте ны, у подошвы которой и оставляют чаще всего свою жизнь».

Точно таким был, например, Орсини, который, служа под начальством Гарибальди, до такой степени удивлял товарищей своим безрассудством, что они считали его сумасшедшим. Только он не был лишен нравственного чувства, подобно Петрову.

По словам Маттеи, «Михаил Бакунин принадлежал к числу людей, ко торые хотя и оказывают большое влияние на ход идей и на общественную Политическая преступность жизнь своего времени, но сами всегда остаются на заднем плане, так что даже их последователи не всегда знают их имена.

Это был род могучего и тяжелого гиганта, все члены которого были оди наково колоссальны. Огромная голова, покрытая целым лесом длинных растрепанных волос, не знакомых с гребнем; борода, закрывающая чуть не все лицо; высокий лоб и маленькие, бегающие, блестящие глазки, посто янно меняющие выражение, всегда дико суровые. Внешний мир для него как бы не существовал; трудно сказать, отличал ли он один цвет от другого.

Он понимал только субъективное.

Мрачный и нелюдимый обыкновенно, по временам этот революцио нер становится веселым, и веселость его отличалась большим тактом, хо рошим вкусом и чисто французским пошибом. Будучи человеком научно образованным, он отличался большой начитанностью, особенно во фран цузской литературе. Характерной чертой Бакунина было то, что он никог да не имел денег, что его нисколько не стесняло и не мешало тратить большие суммы. В этом отношении он был прямо гением — чутьем знал, где деньги водятся и у кого их можно занять. И все это не из лени, не по расчету, не из желания разорить тех, у которых занимал. Если бы у него были деньги, то он сыпал бы ими на все стороны, но их не было, приходи лось доставать. Буржуазное понятие о твоем и моем не вмещалось в его мозгу, он смотрел на ваш кошелек как на свой.

Лукавый, невменяемый, нежный к слабым — женщинам, детям, бед някам, — неумолимо жестокий с противниками, на которых бросался очертя голову, как разъяренный бык; пропагандист идей и теорий, фана тизировавших тысячи; цельная натура, в которой чувство никогда не контролировалось разумом; гигант, одновременно сильный и слабый, одержимый постоянной потребностью творить, действовать, — таков был Бакунин, которого можно ненавидеть или обожать, смотря по точке зрения, но которому нельзя отказать в величии, свойственном силам природы».

5) Аффективная нечувствительность. Достоевский описывает нам дру гой тип революционера в герое «Бесов» Ставрогине. «Это невропат, кото рый с детства страдает припадками эпилептического сумасшествия, во вре мя которых откусывает ухо своему начальнику и ни за что ни про что оскор бляет почтенного человека; не любит свою мать и презирает общественное мнение; служа в армии, не подчиняется дисциплине; якшается в Петербур ге с подонками общества, предается грязному и преступному разврату и кончает тем, что в пику общественному мнению женится на хромой и ни щей, полуидиотке.

Атеист, конечно, и очень решительный человек, он привлекает к себе внимание нигилистов, которые, “ввиду его порочных наклонностей”, ста раются создать из него самозванца, красного царя, но он относится к ним с презрением и лишает себя жизни.

488 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски Нужно быть великим человеком, чтобы противостоять здравому смыс лу, — вот одно из положений Ставрогина. Он не видит разницы между ци низмом и геройством. Он недоступен страху и может убить человека впол не хладнокровно. Его можно сравнить с революционером Л., который всю жизнь искал опасностей и которого опасность опьяняла; она стала необхо димой для него; он ходил на медведя с простым ножом в руках» («Бесы»).

Демократ, описанный Платоном, немногим отличается от Ставрогина.

«Воспитанный скупым отцом, думавшим только о наживе, он рано испы тал нужду; попав в компанию мотов и развратников, он занял между ними подобающее место и из членов олигархии превратился в демократа. Под старость он имел сына, которого постигла та же судьба. Мало помалу он забыл совесть в погоне за удовольствиями и стал тираном, как все пьяни цы и безумные. Он не заботился ни о чем, кроме пиров и женщин, при чем растратил все состояние свое, своего отца и родных. Если они этому противились, то он прибегал к насилию, а растратив все, стал грабить хра мы и путешественников, не отступая перед убийством. Если такие люди красноречивы, то становятся лжесвидетелями; если их мало, а страна ни с кем не воюет и живет мирно, то они продадут свои услуги иноземцам;

если же их много, то они возбудят смуту в стране, выберут своим началь ником самого сильного и распутного из своей среды и создадут из него тирана, который поступит с родиной так же, как каждый из них поступал со своими родителями».

Портрет, нарисованный Жюлем Валлесом с самого себя, доказывает, что такие типы революционеров вполне реальны. Дядя его был глухонемой;

отец — жестокосердый, безнравственный, раздражительный; мать — ску пая и жестокая, особенно по отношению к сыну, у которого есть и внешние признаки вырождения (большие челюсти и жевательные мышцы), но глав ным образом он является нравственным уродом — совершенно не спосо бен ни к какой привязанности.

В детстве его никогда не ласкали и не целовали; с ранних лет он получал от родителей только побои и плюхи, отпускавшиеся так аккуратно в опре деленные часы, что соседи мерили ими время. «Но мать была очень рада отпускать их и сверх положения».

Любопытно видеть, как благодаря вырождению и в виде реакции на же стокость родителей мысль его бросилась в крайность, противоположную господствующим законам, обычаям и понятиям, — он смеется над любо вью к родителям, которая, однако ж, пережила все превратности судьбы человеческой.

Будучи ребенком, когда при нем молились, он смеялся над молитвой, хотя и был религиозен. В молодости он всегда становился во главе всяких бунтов и заговоров. Еще в коллегии он вместе с товарищами составлял пла ны бегства и предпочитал сыновей сапожников сыновьям профессоров, с которыми ему приходилось жить.

Политическая преступность К революционерам он всегда питал инстинктивное влечение, но, всту пая в политические заговоры, не терпел над собой ничьего гнета. Чувствуя, что не может подчиниться никакой дисциплине, он иногда готов был бун товать в одиночку, как ни безрассудно такое предприятие. Ко всяким авто ритетам и кумирам своих товарищей — к Беранже, к Мишле — он относил ся с презрением. Встретив через двадцать лет учителя, который плохо с ним обращался когда то, он жестоко отомстил последнему. Даже с товарищами по оргиям он ссорился, причем дело раз дошло до смертельной дуэли, к которой он готовился как к великому и прекрасному делу.

Как все неудачники, он беспрестанно менял профессии, обвиняя обще ство за то, что оно не умеет ценить его способности, а лучше сказать — за то, что оно не платит ему за лень.

К этому надо прибавить, что классическое образование, очень, однако ж, скромное, да и то полученное в ущерб знаниям экономическим (едва ли он прочел много страниц из Мишле и Прудона), послужило только к тому, чтобы раздуть в нем самомнение, как в деятелях 1789 года.

Он прекрасно помнит все мелочи, до него касающиеся; тщательно за писывает все маленькие триумфы, достававшиеся на его долю в коллегии и на улице.

Во время Коммуны описывал он себя таким образом:

«Я не могу быть покоен; голова моя в огне, сердце готово лопнуть, в гор ле сухо, глаза горят, я бегаю как угорелый по приятелям и требую помощи.

Когда была провозглашена Коммуна, я пробовал и не мог писать: идеи жгли мой мозг, я не мог их выразить надлежащим образом. Радость моя так вели ка, что вместо моего собственного сердца, покрытого бесчисленными ра нами, во мне бьется как бы сердце всего народа, распирающее мою грудь».

Говоря о Ламбрио, Валлес пишет: «Он все испробовал, даже нищенство;

а я, вместо того чтобы просить милостыню, сказал бы буржуа: “Дай мне денег на покупку хлеба, или я тебя задушу”; вообще я предпочел бы разбить себе голову об стену скорей, чем запятнать свою честность — инструмент, который мне нужно сохранить чистым, как клинок ножа».

Эти слова, так же как вышеприведенные цинические выражения, ясно указывают на существование преступных наклонностей, и если уж так вы ражался Валлес, человек, получивший классическое образование и начи танный, то можно себе представить, как должны были выражаться его то варищи по бунту, никакого воспитания не получившие.

Даже сам Лассаль, тоже альтруист, ненавидел своих товарищей по шко ле, учителей и родителей.

6) Нравственные идиоты и прирожденные преступники. Но во всех этих лицах нравственное помешательство едва проявляется, а есть люди, в кото рых оно достигает полного развития. Таков, например, был Марат, фигура которого так хорошо описана Тэном. При росте не выше пяти футов голова его была непомерно велика и асимметрична, лоб покатый, глаза косые, ску лы выдающиеся, взгляд бегающий и беспокойный, жесты быстрые и поры 490 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски вистые, лицо вечно напряженное, волосы черные, волнистые и растрепан ные. При ходьбе он подпрыгивал.

С раннего детства Марат отличался безграничным самомнением, как откровенно признается в своем журнале. «В пять лет, — пишет он, — я хо тел уже быть школьным учителем, в пятнадцать — профессором, в восем надцать — писателем, в двадцать — творческим гением. — Дальше он прибавляет: — С ранних лет меня пожирает любовь к славе, менявшая цели в различные периоды моей жизни, но ни на одну минуту меня не ос тавлявшая».

Перед революцией он тщетно старался прославиться на ученом попри ще. В 1774 году в Эдинбурге, где Марат был учителем английского языка, он издал первое свое сочинение, «Цепи рабства», которое в 1792 году сам перевел на французский язык и которое биографы его считают «довольно плохим политическим очерком». В следующем году он публиковал в Ам стердаме в трех томах трактат «О человеке, или о принципе законов, о влиянии души на тело и тела на душу», который, по словам Тэна, пред ставляет собой «бессистемную смесь общих мест из физиологии и нрав ственных наук, плохо переваренных цитат, как бы случайно подобранных имен, голословных и бессвязных предположений, основанных на доктри нах XVII и XVIII веков и выраженных пустыми, ничего не говорящими фразами».

Ничем не оправдываемое самомнение, необычайное тщеславие, посто янно возбужденное состояние и чрезвычайная писательская плодовитость — все в нем указывает на развитие самолюбивого бреда, к которому, как у па раноиков, мало помалу присоединяется бред преследования, заставляющий Марата повсюду видеть завистников и врагов. Затем он впал в полное нрав ственное помешательство, заставившее его в 1793 году требовать 270 тысяч голов во имя общественного спокойствия и предлагать себя в палачи.

А вот и еще Марат, содержавшийся в одном из современных психиатри ческих заведений. Г. С. родился во Флоренции в 1853 году от старика отца и молодой матери, страдавшей, кажется, падучей болезнью. До 13 лет он ус пел уже побывать в нескольких школах, так как отовсюду был выгоняем за непослушание. В конце концов мать отдала его в исправительный дом, где он пробыл два года. По смерти матери он поступил на коммерческое судно, где и провел большую часть своей молодости. Путешествуя по Америке, он встретился с людьми (преступниками, петрольщиками, нигилистами), ко торые обострили в нем врожденные идеи величия до такой степени, что он стал постоянно думать о перестройке общества на основах равенства. Со скучившись и утомившись службой на судне, он бросил ее и занялся спеку ляциями, которые, однако ж, пошли очень плохо. Затем он сделался при казчиком, причем не оставлял и своих идей о социальной реформе, но, видя, что образование его недостаточно для выполнения задуманного переворо та, принялся учиться, стал читать Данте и других итальянских классиков.

Политическая преступность В этом периоде своей жизни он татуировал себе предплечье на правой руке для того, чтобы, как он говорит, показать современному обществу, что не признает за ним права налагать законы и предпочитает принадлежать к числу дикарей.

В 1875 году он присоединился к одной секте, надеясь с ее помощью ско рее осуществить свои мечты, но быстро разочаровался, занялся кутежами и, видя, что надежды его не сбываются, два раза в течение трех месяцев по кушался на самоубийство.

Приехав в Турин, он остановился у дяди, которого вскоре ранил брит вой, так же как и его жену; суд признал его сумасшедшим, невменяемым и приговорил посадить в психиатрическую лечебницу. Выйдя оттуда, он за резал в драке одного из своих приятелей. За это суд приговорил его к десяти годам тюрьмы. Выслушав приговор, он бросился с высоты нескольких мет ров и сломал себе левое плечо. Будучи вновь признан сумасшедшим, поса жен в туринскую психиатрическую больницу, затем переведен в аверсскую, где и оставался до 1879 года, когда его признали выздоровевшим и посади ли отбывать наказание в тюрьму в Амелии. По отбытии наказания он при ехал во Флоренцию, где по протекции префекта, которому его рекомендо вали, был помещен в богадельню в «Riо Ricovero» Монтедамини, но счел это оскорблением своего самолюбия, да и дисциплина, царствовавшая в заве дении, ему не понравилась, а потому он поспешил оттуда выйти, получив пятьдесят франков премии.

В последние три месяца 1885 года после многих бесплодных попыток получить место ему удалось поступить бухгалтером в одну из городских ап тек. Обладая хорошими манерами и вкрадчивостью, он быстро завоевал доверие врачей, от одного из которых получил рецепт на 60 сантиграммов морфия и принял все это количество яда, чтобы отравиться, но был спасен.

«Я потерял веру в жизнь, — отвечал он на вопрос о причинах, побудив ших его к самоубийству, — мне нечего больше ожидать от общества, не же лающего меня ни реабилитировать, ни понять. Если бы было иначе, то я теперь был бы уже большим человеком, так как преобразовал бы общество и вместо произвольного деления людей на классы установил бы полное со циальное равенство».

Только что выписавшись из больницы, он написал графу Т. письмо с тре бованием пяти тысяч франков, угрожая в противном случае зарезать графа.

Явившись на почту за получением этих денег, он был арестован.

Ростом он был 1 м 60 см и весил 67 кг; волосы на голове редкие и седе ющие; большие черные усы; высокий, очень покатый лоб; круглые уши, из коих в правом замечается отверстие фистулозного хода, ведущего к ви сочной кости; лобные пазухи сильно развиты; глаза слегка выдающиеся и очень близорукие; кончик носа приподнят кверху и отклонен влево; лицо слегка асимметрично; рот большой, в верхней челюсти недостает трех резцов.

492 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски Альтруистических чувств лишен совершенно, не любил родителей и ни когда не имел друзей. Выказывал некоторую привязанность к своим сто ронникам, но легко изменял им в случае надобности, так как, будучи оди ноким, не боялся их мести. Никогда не любил женщин и смотрел на них как на машины для удовлетворения чувственности. Женился на богатой, с целью воспользоваться ее средствами для проведения своих социалисти ческих идей. Верил в Бога и проповедовал, что те, которые страдают на зем ле, будут блаженствовать на других планетах. Нравственного чувства ли шен совершенно. При упреках в убийстве, нисколько не конфузясь, сухо отвечал, что между ним и его жертвой существовали политические или иму щественные несогласия.

Будучи мегаломаном, считал себя богатым человеком и давал по 40 санти на водку за подачу чашки кофе. Рассказывал, что заплатил 500 франков за бандаж для своей левой руки, тогда как получил его даром. На всякой напи санной им записочке накладывал штемпель со своим именем и титулом.

Будучи проповедником социального равенства, писал одному из своих знакомых, что ему мало трехсот франков в день на прожитие, а когда ему доказывали, что при таких расточительных привычках трудно установить социальное экономическое равновесие, то сердился и изо всех сил ста рался доказать противное. На упрек в сектантстве отвечал, что не стыдит ся этого, так как есть и хорошие секты; кроме того, он не простой сектант, а вождь.

Стремясь реформировать общество и считая себя к этому способным, никогда не мог остановиться ни на чем определенном, что самого его при водило в отчаяние. «Я не могу жить, — писал он после попытки самоубий ства, — потому что мне кажется, что я проклят; вся моя жизнь идет совсем не так, как у других. Мне не дано даже в поте лица зарабатывать себе хлеб насущный, на что, кажется, я имею право».

Во всех его речах и статьях преобладает идея о реорганизации общества, которое, по его мнению, «со всеми своими филантропическими учрежде ниями, порожденными самым тонким лицемерием, никуда не годится».

Право издавать законы и наказывать за их нарушение он признавал только за одним Богом. Люди все должны быть равны между собой и в равной мере пользоваться произведениями земли, которая суть дар Божий. Современ ный строй общества, по его мнению, есть дело злонамеренных людей, ко торые под предлогом цивилизации присвоили себе право создавать прави тельство, предписывать законы и наказывать нарушителей их воли. Пре ступления суть необходимая реакция против произвола лиц, захвативших власть в обществе и принуждающих последнее подчиняться этому произ волу. «Когда не будет законов, — говорил он, — то не будет и преступлений.

Если бы не было короля, то никто бы не пострадал за оскорбление величе ства; если бы не было собственности, то никто бы не воровал» и т. д. «Убий ства могут продолжаться, — прибавляет он, — но народное негодование Политическая преступность скоро бы с ними справилось путем линчевания». Политико религиозная система перестройки общества до такой степени его занимала, что, даже говоря о посторонних вопросах, он употреблял соответствующие ей выра жения. Так, солдат он всегда называл «разбойниками», войну — «вооружен ными грабежами», налоги — «шантажом» и прочее.

7) Цареубийцы. Крайняя импульсивность, свойственная преступникам, часто побуждает честных людей, не столь подчиняющихся рефлексу, пользо ваться ими для достижения намеченных целей. Поэтому то самые чистые политические ассоциации, самые безупречные патриоты не брезгуют иногда помощью преступников.

Так, в числе помощников Орсини при покушении на жизнь Наполео на III находились: вор Де Рудио, вор рецидивист Пьери и Гомес (до такой степени черный и с такими лесами курчавых рыжеватых волос на голове, что его принимали за негра) — смертельный враг всякой работы и тоже су дившийся за воровство. Точно так же ученик Кампанеллы, Пиньятелло, взял себе в помощники Цервелляро, человека скупого и фальшивого.

В Америке убийца Линкольна Бут, убежденный сторонник рабства, пользовался помощью Пэйна, настоящего убийцы по профессии, «чудо вищного геркулеса, с бычачьей шеей и взглядом гиены», который зарезал министра Стюарда, двух его сыновей и сторожа, прибежавшего на помощь.

Но самым характерным из всех был Фиески, служивший орудием ста рого горячего патриота Морея и хотя слабого, но честного Папена. Поли тическое преступление было для него только поводом дать волю своей пре ступной импульсивности и психопатической графомании. Происходя из безнравственной корсиканской семьи, все члены которой были преступ никами или дегенератами (отец и другие родственники — разбойники, брат — глухонемой, незаконный сын — идиот), он сначала служил в солда тах, причем отличался храбростью и наклонностью к ссорам, а потом вся жизнь его представляла собой ряд мошеннических проделок, воровских подвигов, насилий и бродяжничества.

Внешность и характер его носили все признаки прирожденного преступ ника: гидроцефалический лоб, выдающиеся скулы, большие уши, наклон ность ко лжи и насилиям, порывистая и перемежающаяся привязанность к любовнице (в которую он раз выстрелил из пистолета), а главное — нена сытное тщеславие, до такой степени им владевшее, что Фиески готов был, даже совершив преступление, отрицать его подлинную цель, если не имел возможности сослаться на громкие имена как на своих сообщников. На суде он острил и хвастался, а перед казнью окончательно проявил себя в каче стве маттоида: писал в газеты длинные рассказы о своих подвигах, сравни вал себя с Баярдом*, раздавал тюремным сторожам свои автографы, подпи сывался не иначе, как «цареубийца Фиески», и закончил свои писания чем то вроде автобиографии, написанной за два дня до казни; в ней он намере вался свести свои счеты с историей.

494 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски Гедель также был прирожденным преступником, как это доказывают черты его физиономии (лобные пазухи, уши, форма лица) и характера.

Еще не достигнув тринадцатилетнего возраста, он был осужден за ни щенство, бродяжничество и воровство. Страшно тщеславный, он еще до своего покушения на жизнь германского императора заказал множество своих фотографических карточек, причем обещал фотографу, что тот «сделает хорошее дело с этими карточками; так как имя Геделя скоро ста нет известным всему миру». Но врожденная преступность его ярче всего проявляется в непостоянстве и противоречиях характера. Изгнанный за свою невоздержанность даже из социал демократической партии, он после покушения, чтобы избавиться от ареста, сказался несовершенно летним. Затем при судебном запросе, признавая себя анархистом, утверж дал, что хотел убить не императора, а себя, для того чтобы показать, как тяжело живется народу, но потом начал цинически смеяться над судьями и свидетелями.

В нидервальдском процессе по делу о покушении на жизнь германского императора (1884 год) главным преступником являлся Рейнсдорф, еще рань ше судившийся за изнасилование и обладавший всеми характерными чер тами прирожденного преступника (лобные пазухи, покатый лоб, большие челюсти, выдающиеся скулы и прочее), а между тем он оказался образо ванным человеком и очень хорошо говорил на суде.

Будучи вполне лишен нравственного чувства, он, выслушав смертный приговор, воскликнул: «Если бы у меня была тысяча голов, то я все бы их сложил на эшафоте за святое дело анархии». Он не изменил себе и перед казнью — последними словами его были: «Долой варварство! Да здравству ет анархия!»

Сообщники его, Рюйш и Клюхнер, тоже отличались чертами, харак терными для прирожденных преступников (торчащие уши, большие че люсти и прочее), но они были только орудиями Рейнсдорфа и на суде ста рались доказать свою невинность или по крайней мере меньшую винов ность, что весьма нередко у такого рода преступников, у которых, как у Геделя, при неудаче инстинкт самосохранения берет верх над идеей само пожертвования.

Вся обстановка убийства лордов Кэвендиша и Берка в Феникс парке в Дублине, вместе с антропологическими чертами убийц, доказывает, что прирожденная преступность и тут сыграла немалую роль. В самом деле, из 22 обвиняемых по крайней мере четверо — Брэди, Дилони, Ханлон, Фиц гаррис — обладали всеми внешними признаками преступного типа, а по характеру Кэри — глава шайки — был, без всякого сомнения, прирожден ным преступником. Тотчас же после убийства он занимается описанием в газетах мельчайших подробностей последнего, а затем доносит на своих товарищей и на их упреки, во время суда цинически отвечает: «Да вы меня сами предали бы, если б я вас не предупредил».

Политическая преступность

8) Монархи и диктаторы — преступники. Преступники и революционе ры довольно часто встречаются среди признанных правителей народа, причем они оказывают такое сильное влияние на ход революции, что Макс Нордау считает их главной причиной последних. Достаточно вспомнить сыноубийцу Петра Великого, убийцу и развратника Наполео на I и прочих. Кола ди Риенци и Мазаниелло, добившись власти, сдела лись прямо зверями.

Все это легко объясняется, так как Якоби доказал, что безграничная, деспотическая власть, полное своеволие, само по себе способно развить зачатки злонравия, таящиеся во всяком из нас. Абсолютное всемогущество и полная уверенность в безнаказанности сделали преступников из римских цезарей и средневековых тиранов.

«Тот, кто обладает безграничной властью над телом и кровью себе по добных, кто может унизить до последней степени другое существо, тот не способен бороться с желанием делать зло. Тирания есть привычка, с тече нием времени становящая болезненной. Лучший человек в мире может ог рубеть до степени дикого животного. Кровь опьяняет; душа становится до ступной самым неестественным чувствам и начинает находить в них на слаждение. Произвол может царить над целым народом, а между тем обще ство, презирающее палача по профессии, не презирает палачей, облеченных властью» (Достоевский).

Голлэндер и Саваж заметили частое развитие нравственного идиотизма у людей, родители которых по излишней доброте или по небрежности не обуздывали их смолоду и не приучали к сдержанности во имя закона, обя зательной для нравственного человека. Плохое воспитание влияет, следо вательно, так же как и деспотизм.

В аргентинской революции участвовал доктор Франдио, родители ко торого были сумасшедшими. Достигнув власти, он сначала мечтал о само убийстве, а потом стал хладнокровно обдумывать убийства и поджоги. Во время припадков психопатической злобы он посадил в тюрьму, а затем казнил своего отца с матерью, подвергал пыткам лиц, которых видел во сне в качестве заговорщиков, и каждую ночь придумывал для них особые мучения.

Он умер в глубокой старости, когда нравственное помешательство за кончилось безумием. При жизни наружность его отличалась всеми харак терными признаками прирожденного преступника: долихоцефалия, выдаю щиеся скулы, большие лобные пазухи, глубокая морщина между бровями, кошачьи глаза, выдающаяся нижняя губа и прочее.

9) Переход от преступных наклонностей к политическому преступлению.

Врожденные преступные наклонности весьма нередко проявляются в виде революционной деятельности, так как она, удовлетворяя импульсивность, свойственную дегенератам, прикрывает их неблаговидные поступки вуалью служения идее — дает им нравственное оправдание и дозволяет поэтому 496 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски оказывать влияние даже на честных людей, то есть именно то, чего они стра стно желают, будучи тщеславными до мегаломании.

Замечательно при этом, что большая часть из них оказываются относи тельно честными в своих преступлениях; так, венские социалисты Энгель и Флеггер крадут большие суммы для дела анархии, но удерживают из этих сумм в свою пользу: первый — только стоимость потерянных очков, а по следний — стоимость своего проезда в Прагу.

Вообще они играют в обществе ту же роль, какую играет в природе гни ение, которое является одновременно результатом действия ферментов и причиной, их порождающей, а затем, в свою очередь, помогает развитию растительности и питает ее, обусловливая таким образом вечную циркуля цию жизни.

Этим объясняется, почему плохие правители вроде Коммода и Гелиога бала в противоположность хорошим — Марку Аврелию и Юлиану — гораз до терпимее относились к христианам: нравственный идиотизм, как при чина их преступности, делал их равнодушными к учению Христа.

Яркий пример проявления преступных наклонностей в виде револю ционной деятельности представляет собой некий В., невропат и вор с се милетнего возраста.

Замешанный во все мошеннические ассоциации Италии, он несколько раз покушался на самоубийство, потому что не мог противостоять своим преступным наклонностям, а между тем стыдился их до такой степени, что в одном из своих предсмертных писем говорит:

«Я должен умереть для того, чтобы не приносить дальнейшего вреда об ществу».

Оставшись в живых, он сказал однажды: «Не хочу больше воровать, а посвящу свою жизнь искуплению народов при помощи динамита и восста ния рабочих». Затем В. действительно очень долго занимался политической экономией, законами нравственности, составлением ассоциаций и прочим.

Впоследствии он выздоровел, но продолжал оставаться таким безудержным альтруистом, что очень рассердился на меня за отказ воспользоваться его кровью для трансфузии.

В этом примере наклонность к преступлению и самоубийству вдруг пе реходит в наклонность к революционной деятельности, что доказывает су ществование связи между этими наклонностями, точно так же как весьма нередкий переход конвульсивного припадка эпилепсии в преступное дея ние доказывает их общее начало.

10) Политическая эпилепсия. Связь врожденной преступности с эпилеп сией объясняет нам столь частое их совмещение в форме, которую можно назвать «эпилепсией политической».

В самом деле, тщеславие, религиозный фанатизм, частые и живые гал люцинации, мегаломания, перемежающаяся гениальность вместе с край ней импульсивностью эпилептиков делают из них прекрасных политиче ских и религиозных новаторов.

Политическая преступность «Никто, кроме “правоверных”, — говорит Модсли, — не сомневается в том, что Мухаммед получил свое первое откровение в припадке эпилепсии и что он, обманываясь сам или обманывая других, выдавал этот припадок за вдохновение свыше. Видения его носят на себе точный характер эпилеп тической галлюцинации, как это признано врачами. Эпилептики в больни цах часто имеют такие видения и всегда вполне искренне принимают их за действительность; поэтому я с своей стороны скорее склонен считать об маном внезапное превращение Савла в Павла, чем усомниться в том, что Мухаммед вполне добросовестно считал свое первое видение реальным. Так что, значит, если сообразить последствия, к которым ведут иногда эпилеп тические экстазы и галлюцинации, то придется быть очень осмотритель ным в оценке их значения и не всегда признавать болезненным бредом то, что непонятно для нашего разума».

В другом месте я описал некоего Р. Е., занимавшегося производством выкидышей, мошенника и эпилептика, который писал: «Кончаю уверени ем, что никогда не стремился управлять государством, но если бы плебис цит и вообще воля народа сделали меня министром, то я первым делом со вершенно реформировал бы магистратуру».

Я описал также другого эпилептика, мошенника, убийцу своей жены, насильника и вместе с тем не лишенного дарования поэта, проповедовав шего новую религию, главным ритуалом которой он сделал изнасилование.

В свободное от припадков время ритуал этот он пытался практиковать пуб лично, на площадях.

Другой эпилептик и вор, будучи 17 лет от роду, пытался организовать экспедицию в Новую Гвинею в поисках какого то острова, а затем старался попасть в депутаты с целью изменить все законы и ввести всеобщую подачу голосов.

Один из героев Золя, Лянтье («Жерминаль»), потомок алкоголиков и вырожденцев, стремится к убийствам и, будучи пьян, высказывает желание попробовать человеческого мяса.

Золя бессознательно описал здесь случай политической эпилепсии.

Но самое яркое проявление последней представляет собой недавно арестованный за безделье и бродяжничество молодой рецидивист, с весь ма покатым лбом и почти совершенно лишенный чувства осязания. На вопрос, интересуется ли политикой, он отвечал: «Уж и не говорите — про сто беда! Когда мне за работой (он — лакировщик. — Примеч. Ч. Л.) при дет в голову мысль о реформах, то я не могу не говорить и договариваюсь до того, что у меня начинает кружиться голова, я перестаю видеть и па даю».

Затем он нам изложил свою систему реформ, чисто допотопную:

монета, школы, одежда уничтожаются, люди размениваются результатами своего труда и прочее. Данный субъект все свое время тратил на пропа ганду; воли у него достаточно, гения только не хватает. Одним словом, чи стая политическая эпилепсия. В подходящей среде и в подходящую эпоху 498 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски он мог бы сделаться реформатором, а болезненное его состояние никем бы не было замечено1.

Напомним, что из маленькой группы неаполитанских анархистов (15 че ловек) самым фанатичным был типографский наборщик Фелико, двенад цать раз судившийся за попытки убийств, стачки, диффамацию и притом — эпилептик.

Профессор Дзуккарелли описывает больного М. Он был человек высо кого роста, с неправильно развитым черепом (левая плажиоцефалия), плос кими, несимметричными и слишком низко поставленными ушами, жир ным и бледным лицом, выдающимися скулами, огромной верхней челюс тью, большими зубами и маленькой, редкой бородкой. Брат деда и отца — апоплектики; брат матери — невропат.

Восемнадцати месяцев от роду он уже начал читать, а в 16 лет кончил лицей, постоянно проявляя слишком скороспелое развитие при наклонно сти ко всему странному и фантастическому.

Будучи онанистом с 12 лет, в 13 он стал чувствовать сильные приливы крови к лицу, заставлявшие его бояться удара. По выходе из лицея перенес слабый тиф, после чего появились головокружения и судорожные припад ки, а в то же время — периоды сильного возбуждения, чередующиеся с пе риодами угнетения, наклонность к самоубийству и страх смерти.

Сознание во время припадков не теряется, но воспоминание о них очень слабо.

При всех переменах судьбы М. оказывался очень хорошим человеком в душе — либерал, стремящийся к мученичеству. Много писал по социо логическим вопросам, причем свои собственные убеждения приписывал другим. Очень рано начал вступать в демократические ассоциации; при студенческих демонстрациях всегда шел во главе; говорил кратко, опреде ленно, горячо и всегда готов был перейти от слов к делу. Во время одной бурной народной манифестации, желая овладеть ею и предводительство вать, предложил поджечь городскую ратушу и первый попытался выпол нить этот план.

При одной университетской демонстрации, направленной против про фессора, первый овладел флагом и предводительствовал товарищами, а ве чером в тот день имел эпилептический припадок. Несмотря на это, на дру Росси описывает следующий случай: пьемонтец Ф. А., 37 лет, лакировщик по профессии, сын сумасшедшего отца и чахоточной матери, брат пьяницы, онанист с 13 лет, обладавший всеми характерными чертами прирожденной преступности, ате ист и эпилептик, проповедовал, что деньги не нужны; что всякий должен работать понемногу и жить, меняя продукты своего труда на продукты труда чужого; что ни какая одежда, кроме платка, прикрывающего половые органы, не нужна; что поло вые сношения должны быть совершенно свободны. Затем он требовал уничтожения школ и церквей, так же как полного уравнения экономического благосостояния.

Политическая преступность гое утро пошел в университет и, увидав профессора, против которого была направлена демонстрация, напал на него сзади и побил. Арестован, осуж ден и приговорен за буйную агитацию при одной стачке рабочих.

Напомним здесь об одном из диктаторов Аргентинской республики, от личавшемся особенной кровожадностью. Росас, сын истерички, эпилеп тик, был нравственным идиотом и по наружности представлял собой ти пичного прирожденного преступника (обильная шевелюра, острый личной угол, вдавленный лоб и выдающиеся брови); с детства любил мучить жи вотных и рабов, а также причинять возможный вред кому бы то ни было (сжечь, например, запас пшеницы). Достигнув власти, Росас заставил от давать себе божеские почести в храмах; приказывал возить по городу свой портрет в колеснице, запряженной генералами и городскими властями.

Весьма любезно и весело приняв девиц, явившихся хлопотать о помилова нии приговоренных к смерти, он обещал им дать это помилование, а между тем в то же самое время последних уже расстреливали. Услыхав залп, он сказал: «Ах, они уже убиты!»

Когда ему казалось, что палачи недостаточно усердны, то Росас сам сек приговоренных к этому наказанию. Кроме того, он позволял себе самые странные и преступные причуды: велел, например, продавать по улицам головы казненных; из кожи врагов заказал сделать сбрую для своей лоша ди; предпринимал беспричинную поголовную резню; изобретал пытки вроде распиливания раскаленных ботинок, беспрерывной музыки и прочего.

Глава 11. Индивидуальные факторы (продолжение).

Сумасшедшие политические преступники

1) Сумасшедшие в большом числе входят в состав политических пре ступников, потому что наклонность к преступлениям разного рода, обу словливаемая уже отсутствием нравственного чувства, усиливается в них еще и умственной неуравновешенностью, отсутствием рассудка, преувели ченным самочувствием, идеями величия или преследования. Им часто уда ется даже сбивать с толку людей здоровых, приходящих с ними в соприкос новение, слабых, недовольных существующим порядком, у которых жало бы сумасшедшего на общество и властей всегда находят отклик.

При революциях полезно почаще вспоминать слова Стендаля: «Обще ство, охваченное страхом, бессознательно подчиняется людям глупым или совсем сумасшедшим, потому что они не страдают мизонеизмом и охотно бросаются на все новенькое».

Модсли заметил, что мономаны относятся ко всяким вопросам по боль шей части интуитивно, то есть без логического обсуждения, а потому в их то именно среде и можно чаще всего встретить оригинальность, инициати ву и ту экзальтацию, которая необходима для пожертвования собственны 500 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски ми интересами и даже жизнью ради пропаганды новых идей, неприятных пропитанному мизонеизмом большинству.

Соединяя фанатическое, непоколебимое убеждение сумасшедшего с расчетливым лукавством гения, они развивают силу, способную в любое время разбудить спящие массы народные, что очень часто изумляет не толь ко большую публику, но и мыслителей, забывающих, что сумасшествие даже само по себе производит сильное впечатление на народ, находящийся на низкой ступени развития.

Мономаны, понятно, ничего не проводят с начала до конца. Они только дают толчок движению, уже задолго подготовлявшемуся обстоятельствами.

Благодаря своей страсти к новому и оригинальному они вдохновляются обыкновенно самой последней новинкой и напролом двигаются вперед, исходя из нее. Так, Шопенгауэр писал в то время, когда начал входить в моду мистицизм, смешанный с пессимизмом, из чего он и создал свою фи лософскую систему; Дарвин резюмировал Ламарка и Эразма, Золя — Баль зака и Флобера, Лютер — идеи многих своих предшественников, достаточ но упомянуть об одном Савонароле.

Если новые идеи слишком противоречат общепринятым или представля ют собой полнейший абсурд, то немедленно гибнут, иногда увлекая в своем падении и автора. В большей же части случаев последний остается один или с маленькой кучкой последователей, которых успел убедить окончательно.

В последнее время в Индии в среде самих браминов благодаря Кешубу Чендер Сену* формируется новая религия, основанная на рационализме и скептицизме. Сумасшествие Кешуба, очевидно, опередило век, так как по беда такой религии маловероятна даже в среде европейцев, гораздо дальше ушедших в науке, чем индусы.

То же можно сказать и о немце Кнутцене, который двести лет тому назад (1630 год) проповедовал, что ни Бога, ни ада нет; что священники и чинов ники суть люди не только бесполезные, а даже вредные; что брак есть наду вательство; что человек по смерти совершенно уничтожается; что каждый должен руководствоваться в жизни своим внутренним чувством, то есть совестью (поэтому то последователи его назывались «добросовестными» — consciensienx). Все это подкреплялось самым экстравагантными доказатель ствами.

Но когда гениальные сумасшедшие не очень отклоняются от идей боль шинства или являются ходатаями за действительно существующие потреб ности, то они дают толчок к великим преобразованиям и часто вставляют жизнь народа в новые прочные рамки. Таким образом, наука многим обяза на Ньютону и Кардано, а религия и политика — Мухаммеду.

2) Патологическая анатомия. Патологическая анатомия может дать иног да важные доказательства существования гениальных сумасшедших, как это было в случае Лемуана, коммунара, умершего в армантьерской лечебнице пятидесяти лет от роду.

Политическая преступность Получив высшее естественнонаучное образование, он последовательно был ученым, педагогом, промышленником и журналистом. Приняв учас тие в парижских восстаниях, во время осады и Коммуны он был поставлен во главе одного из самых важных министерств. После победы версальцев его присудили к смертной казни, затем помиловали и наконец амнистиро вали. С того времени он вел правильную жизнь, пока не начал проявлять признаков умственного расстройства, среди которых преобладало стрем ление к краже. Живя в Лилле, он подбирал по улицам окурки сигар и стара тельно прятал их. Кроме того, он страдал манией преследования и, не буду чи форменным мегаломаном, все таки имел преувеличенное понятие о сво их способностях и значении.

При вскрытии его трупа сердце оказалось гипертрофированным и ожи ревшим, весит 400 г; в аорте — атероматозные бляшки, местами проникну тые известью; кости черепа очень тверды и срослись с твердой мозговой оболочкой; мягкая мозговая оболочка местами непрозрачна и серовата; мозг очень велик и весит 1420 г.

При подробном анатомическом исследовании этого мозга, точно так же как и в мозгу Фиески, было найдено множество крупных аномалий строе ния, которые не могли не влиять на деятельность органа. Подобные же ано малии я нашел и в черепе генерала Раморино, расстрелянного за измену и политический заговор. К сожалению, патологическая анатомия прирожден ных преступников мало известна, она почти не была изучаема.

«Я видел замечательную вещь, — пишет Мишле, — полный слепок го ловы Шаретта, сделанный после его смерти. Этот слепок положительно поразил меня: в нем чувствуется особая раса, к счастью, иссякшая, как многие другие первобытные расы. Сзади череп поразительно похож на кошачий, на череп хищного животного из породы кошек (Мишле при писывал прирожденную преступность атавизму. — Примеч. Ч. Л.). Лоб широкий и низкий. Лицо энергичное, но безобразное, с отпечатком злобной воинственности. Глаза круглые и глубоко запавшие. Нос наибо лее дерзкий, предприимчивый и химерический из всех, которые я когда либо видел».

Даже в черепе Шарлотты Корде, наиболее чистой представительницы преступника по страсти, все таки имеется много аномалий: асимметрия черепа и лица, плоскоголовость, мужской характер и прочее. Роберт Брюс, освободитель Шотландии, обладал, как известно, наиболее близким к обе зьяньему черепом доисторических людей.

3) Физиономия. Достаточно взглянуть на портреты некоторых полити ческих преступников, чтобы, не будучи даже специалистом, увидать, что они были сумасшедшими. Так, у Кавалье и Марата маленькие покатые лбы, вихрастые волосы и асимметричные лица ясно показывают принадлежность их к френастеническому типу. Точно так же и Луиза Мишель, со своим муж ским лицом, водяночным лбом и глазами, выступающими из орбит. В лице 502 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски Колы ди Риенци не замечается ничего ненормального, но историки упоми нают о его фантастической (по нашему, мегаломанической) улыбке.

Из пятидесяти главных коммунаров мы только у 28 нашли нормальные физиономии, а у пяти (Пиллотон, Реджере, Пейронтон, Кавалье, Потье) — чисто сумасшедший тип.

4) Наследственность. У политических преступников наследственное су масшествие встречается довольно часто. Между коммунарами Лабарб ука зывает на Ф., тщеславного буяна, сына сумасшедшей; на Г., тоже сына су масшедшей, отличавшегося тщеславием и расточительностью; на Б. и P., из коих у первого мать была сумасшедшей, а у второго — братья. Послед ний был алкоголиком уже в 17 лет, отличался полицейскими способностя ми и страдал клептоманией.

Отец Бута сам себя назвал Юнием Брутом; отцы Жифо и Нобилинга, так же как мать Стопсa, страдали религиозной манией, а сам Стопс, подоб но Равальяку, Бруту, Клеману нередко галлюцинировал.

5) Относительное количество сумасшедших среди бунтовщиков еще не определено, но я могу утверждать, что на 100 анархистов, арестованных в Турине 1 мая 1889 года, их было 8%.

На 28 цареубийц, описанных доктором Режи, сумасшедших было 13.

Николсон сделал покушение на жизнь Георга IV, потому что считал себя имеющим право на престол.

Мэклин выстрелил в королеву Викторию для того, чтобы отомстить сво ему врагу, английскому народу, не перестававшему носить синее, исключи тельно ради того чтобы бесить его.

Анна Нейль, сошедшая с ума вследствие потери состояния, хотела убить президента Джонсона, которого считала виновником этой потери.

6) Виды сумасшествия. Разные виды сумасшествия отражаются и на ти пах политических преступников. Мономаны и параноики, почти всегда обладающие интеллектом выше среднего, строят обыкновенно широкие системы, но они редко способны действовать и потому пренебрегают боль шой публикой, запираются в интимном кружке и, наподобие настоящих ученых, ограничиваются идеологией, тем более грандиозной, чем меньше они способны к деятельности.

Меланхолики перескакивают от полной инерции к лихорадочной пре ступной деятельности. Алкоголики и паралитики, особенно в начале бо лезни, бывают очень деятельны, буянят, цинически бранятся и часто увле кают толпу своим примером. Иногда они бросаются в восстание без всяких предвзятых идей, просто чтобы нашуметь и позабавиться.

У эпилептиков действие всегда преобладает над мыслью, так как стиму лируется кортикальным раздражением, двигательным и психическим. По этому то эпилептики и являются активными политическими и социальны ми реформаторами.

Политическая преступность

7) Индивидуальные примеры. Их очень много. Вот хоть бы Лютер; он мно го терпел от козней дьявола, которые, по собственному его описанию, яв ляются, однако ж, просто психопатическими припадками, как, например:

тоска (Божье наказание, по его словам), головокружения, головные боли, звон в ушах (Меньерова болезнь), а позднее, в 38 лет, галлюцинации слуха (мешок с орехами, перетряхиваемый дьяволом).

Лютеру приходилось просыпаться по ночам для споров с сатаной о ли тургии. Проповедуя в виттенбергской церкви, он только что успел произ нести одну фразу из «Послания к римлянам»: «Да живет праведник верою», как почувствовал, что она проникла в его душу, и потом часто слышалась, иногда даже в виде грома, как во время восхождения его по Святой Лестни це (scala santa) в Риме (1570 год).

Лойола, придя в отчаяние от успехов Реформации, задумывает свой зна менитый орден, причем начинает слышать божественные голоса и сама Пресвятая Дева Мария лично помогает ему в деле.

Савонарола тоже, еще в молодости, имел видение, убедившее его в том, что он призван возродить греховный мир. Во время разговора с одной мо нашенкой он увидел, как небо вдруг разверзлось и оттуда послышался го лос, повелевающий ему заявить народу о страданиях Церкви.

Кроме того, перед ним иногда проносились апокалипсические видения.

Так, в 1492 году, проповедуя в Авьенте, он увидел в воздухе меч, обращен ный острием к земле и имеющий на себе надпись: «Gladius Domini super terram». Вслед за тем наступила темнота и на землю посыпались мечи, стре лы и огонь с небес, настали голод и чума (которые и в самом деле вскоре настали, так что видение Савонаролы превратилось в предсказание). В дру гой раз увидел, что он, будучи послан к Иисусу Христу, возносился в рай, беседовал там со многими святыми и с Богородицей, видел трон, который подробно описывает, не забывая упомянуть о драгоценных камнях, укра шающих последний.

Савонарола очень был занят разгадыванием своих снов и определением, который из них послан Богом и который — дьяволом, причем ему никогда не приходило в голову, что он ошибается. В одной из его книг сказано, что подделывать из себя пророка значило бы выставлять Бога обманщиком. «Но не можешь ли ты сам ошибиться? — продолжает он разубеждать. — Нет, не могу, потому что поклоняюсь Богу, стремлюсь идти по его следам, и не мо жет же быть, чтобы Бог меня обманывал».

А между тем с непоследовательностью, свойственной сумасшедшим, незадолго до того он писал: «Я не пророк и не сын пророка: ваши грехи делают меня пророком против воли».

Виллари, подобно большинству историков незнакомый с психологией и считающий ее не важной, весьма справедливо замечает, однако же, по поводу Савонаролы: «Странно видеть, как человек, давший Флоренции одну 504 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски из лучших форм республики, повелевавший замечательным философам, гордится тем, что слышит голоса с неба и видит меч Господень!»

Мазаниелло, служившему у рыбного торговца, еще не было двадцати лет, как он, раздраженный высокомерием испанцев и пошлинами, разорявши ми народ, задумал обновить свою родину. Он начал с того, что научил улич ных мальчишек петь несколько фраз, легко запоминаемых и выражающих самые заветные желания народа: «l’olio a due tornesi1 senza gabella, mora il malgo verno» (масло по два гроша, без пошлины; смерть плохому правительству).

Сначала это пели немногие, потом число их возросло до 500, до 1000 и на конец до 120 тысяч; тогда, одним смелым ударом Мазаниелло сделался хо зяином Неаполя. Он управлял мудро, но с яркими проблесками сума сшествия.

Так, он лично выщипывал волосы с головы Караффы, замученного по его приказанию народом, и, не успев захватить герцога Маддалони, разру шил его дворец, выколол глаза на портрете его отца и отрезал голову соб ственному его портрету.

Затем он сжег все податные конторы и дома тех, кто обогащался податя ми; наказывал всякого, кто пробовал чем нибудь попользоваться при этом разрушении, — два гражданина были казнены: один за кулек с овсом, а дру гой за салфетку.

Но в то же время он проявлял необыкновенные административные спо собности. Во первых, организовал баррикады, воспользовавшись для это го помощью разбойников, но когда увидел, что последние, задумывая из мену, не желают расставаться со своими лошадьми, то приказал всех их ис требить. Во вторых, запретил женщинам носить фижмы, а священникам — мантии, для того чтобы помешать разбойникам переодеваться. Затем во оружил женщин палками и горючими веществами для зажигания вражес ких дворцов, наконец предложил отказаться от своей неограниченной вла сти в пользу народа. Но тут, вследствие ли крайней умственной усталости при врожденном расположении к душевной болезни, уже проявлявшейся, как мы видели, или вследствие понятного нежелания расстаться с абсолют ной властью, Мазаниелло вдруг сдал, что называется. Человек, отказавшийся от больших денег и едва решившийся заменить свою матросскую рубашку великолепным мундиром, как раз во время чтения в церкви договора с на родом сначала посылает требовать от вице короля права производить в офи церы, потом начинает рвать свой шитый серебром мундир и требует, чтобы вице король и архиепископ помогали ему в этом занятии. Вообще с этих пор он начинает вести себя как сумасшедший, одержимый манией вели чия, например: ударом ноги производит простых людей в рыцари; бегает с обнаженной саблей по улицам и ранит кое кого; приказывает отрубить го лову человеку, не выполнившему какого то договора с одним из его сто Неаполитанский tornesi стоил тогда два с половиной сантима.

Политическая преступность ронников; сначала секвестирует, а потом освобождает лошадей короля; тре бует, чтобы Караччиоло, не выскочивший при встрече с ним из экипажа, целовал его ноги; конфискует все имущество одного высокопоставленного чиновника, Поццо ди Леоне, якобы в вознаграждение за то, что поцеловал его внука; требует, чтобы вице король приезжал к нему обедать; швыряет в море деньги и платит за то, чтобы их оттуда обратно доставали, и прочее.

Чем дальше, тем дело идет хуже. Мазаниелло грозит убить вице короля;

убивает ни за что ни про что весьма многих и, между прочим, своих сторон ников; бросается в море и наконец доводит своих ближайших советников до того, что они принуждены его убить. И все это в течение двух недель со времени своего триумфа.

Колa ди Риенци, родившийся в 1313 году и происходивший из низкого звания, собственными усилиями достиг положения нотариуса и сделался археологом, когда брат его был убит в Риме тогдашними деспотами.

С этих пор, по словам анонима, с лица его не сходит саркастическая улыб ка, а в сердце гнездится непреодолимое желание выполнить намерения, зародившиеся при размышлении о судьбах и несчастиях Рима.

В качестве нотариуса он делается покровителем вдов и сирот, причем принимает на себя курьезный титул их консула, подобный существовав шим в его время таким же титулам цеховых консулов.

В 1343 году после попытки бороться с Сенатом при помощи создания Совета тринадцати он был потом в качестве оратора в Авиньоне, где так живо описал бедствия Рима, что даже прелаты были тронуты и назначили его нотариусом городской палаты. Вернувшись в Рим, он стал исполнять эту должность, причем называл себя консулом уже не вдов и сирот, а Рима.

Однажды он публично оскорбил баронов и высших чиновников резким упреком в плохом управлении страной, за что получил пощечину от камер гера дома Колонна. Это заставило Риенци на некоторое время быть сдер жаннее, но вскоре он вновь начал преследовать пороки и недостатки тог дашнего высшего общества путем картин, карикатур и драматических пред ставлений, в которых проявил свою страсть к символизму, столь характер ному для мономанов. А так как дураки и сумасшедшие служили тогда шутами для высокопоставленных людей, то и Риенци попал в число таковых. Его наперерыв приглашали развлекать общество и очень смеялись, когда он хвастал своими будущими успехами и обещал повесить того, обезглавить другого и прочее.

Но Риенци воспользовался ролью шута для того, чтобы мало помалу возбуждать общественное мнение и подбирать себе сторонников, которых подговорил собраться на Авентинском холме в конце апреля.

На этом собрании, так же как и на следующем, состоявшемся ночью в церкви замка Святого Ангела, Риенци весьма красноречиво говорил о бед ствиях родины и провел некоторые меры, действительно гениальные. По лучив затем полномочие от этого народного парламента и приняв титул три 506 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски буна, он быстро восстановил в Риме спокойствие и водворил строгую дис циплину: запретил, например, игру в кости, незаконное сожительство и подделку съестных припасов, создал гражданскую милицию и мечтал даже сделать Рим политическим центром объединенной Италии.

К сожалению, мечта эта так и осталась мечтой, потому ли, что не при шло еще время для ее осуществления, или потому, что Риенци, в сущности, всегда был теоретиком, способным иметь гениальные идеи, но слишком не решительным для проведения их на практике. Несмотря на это, он считал себя вдохновенным свыше и говорил, что руководствуется наитием Св. Духа.

Опираясь на это наитие, он вмешивался даже в жизнь Церкви — издал, на пример, для всех обязательный закон о ежегодном говении под страхом конфискации трети имущества.

Сумасшествие его проявлялось, во первых, в противоречиях, столь свойственных мономанам, а во вторых — в символизме. Так, несмотря на свою религиозность, он вполне серьезно сравнивал себя с Иисусом Хрис том, потому что выступил в роли трибуна, когда ему исполнилось 33 года, а затем 15 августа короновался шестью символическими венцами из раз ных растений (миртовым, например, в знак своего уважения к науке; ма ковым — в знак того, что он может противостоять яду — опию, и прочи ми), к которым присоединил почему то митру троянских (!) царей и се ребряную корону.

Но если бы даже у нас не было других доказательств его сумасшествия, то одной графомании было бы для этого достаточно. После первого бегства Риенци в его помещении найдены были целые вороха начатых и недокон ченных писем; несколько секретарей не успевали писать под его диктовку;

множество курьеров было им рассылаемо ко всем монархам Европы с по сланиями, столь же претенциозными, сколь ребяческими.

Так, в одном письме к папе Клименту (от 5 августа 1347 года) он пишет:

«Так как благодать Св. Духа освободила при моем правлении республику...

то мне приписывают титул августейшего». А подписался он под этим пись мом так: «Смиренное создание, кандидат Св. Духа, Николай суровый и милостивый, освободитель города, ревнитель Италии, возлюбленный мира, целующий ноги праведников».

В длинном письме к Карлу IV, написанном из тюрьмы, Риенци, чтобы разжалобить монарха, рассказывает ему лживую историю связи своей ма тери, прачки, с Генрихом VII, сыном которого он будто бы является. Нако нец, в дипломатическом циркуляре к монархам Европы, называя себя «но вым воином» Св. Духа, он требует, чтобы все «так называемые» императоры и короли явились к нему на поклон в день Св. Троицы.

Многое, конечно, в этих письмах обусловливается тогдашними нрава ми и верованиями, столь отличными от современных, но все же едва ли кто нибудь усомнится в том, что они носят на себе яркий отпечаток мега ломании.

Политическая преступность Хун Сюцюань*. Последнее китайское восстание (40–50 х годов), в ко тором участвовало до 400 тысяч человек, стремившихся ввести нечто вро де христианской религии в стране, враждебной всяким нововведениям и чуждой религиозного фанатизма, совершилось тоже под начальством су масшедшего. Хун Сюцюань родился в 1814 году в бедной крестьянской семье. Несмотря на живой ум, он часто проваливался на экзаменах, и вот в одну из таких тяжелых минут в его руки случайно попал католический молитвенник. Заболев от неудачи, он стал бредить и в бреду имел виде ние: ему казалось, что он стоит среди множества почтенных старцев, из коих один, в черной одежде, горько плакал о неблагодарности людей, ко торые, будучи им сотворены, приносят жертвы демону. Этот старик пере дал Хуну Сюцюаню меч, повелевая истребить им поклонников дьявола.

Под влиянием такого видения Сюцюань заявил своему отцу, что отныне все люди должны ему поклоняться и положить к его ногам свои богатства.

Отец, конечно, счел сына сумасшедшим, каковым он и был на самом деле.

Бред Сюцюаня продолжался 40 дней. В это время он, между прочим, видел человека средних лет, который побуждал его бороться со злыми духа ми. При этом Сюцюань приходил в крайнее возбуждение, размахивал саб лей и кричал: «Убивайте, убивайте!», а затем в полном изнеможении падал на кровать и засыпал. В другой раз он счел себя китайским императором и очень был рад, когда его в шутку признавали за такового.

По окончании бреда Сюцюань вернулся к скромному ремеслу учителя и к новым бесплодным попыткам получить степень доктора. Но однажды, вновь просматривая католический молитвенник, он вдруг нашел объясне ние своих видений: старик в черной одежде — Бог Отец; человек средних лет — Бог Сын и так далее. Тогда Сюцюань разбил статую Конфуция, велел одному из своих последователей себя крестить и основал секту Божьих по клонников.

Затем он обратился к одному миссионеру с просьбой о настоящем кре щении и принятии в христианство, но был сочтен недостойным этого, вер нулся к своей секте, преследуемой правительством, должен был бежать и семь лет скрывался. Преследование, как это всегда бывает, только содей ствовало увеличению количества прозелитов Сюцюаня; они придумали осо бенное крещение чаем, сделались иконоборцами и, по видимому, начали галлюцинировать наподобие своего пророка.

Так, некий Хань беседовал с Богом Отцом, а Шу — с Иисусом Христом, который научил его лечить все болезни и обличать воров. Сам Сюцюань тем временем разработал свое учение систематически, энергично его про поведовал, навербовал множество фанатических последователей и, пользу ясь национальной враждой между китайцами и татарами, приобрел такую силу, что в 1850 году провозгласил себя Небесным князем под именем Тянь ван. Ближайших своих сторонников он сделал королями, но с непоследо 508 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски вательностью, свойственной всем сумасшедшим, казнил их почти тотчас же, как они присягнули на десяти заповедях Моисея.

Много лет и много крови потребовалось для окончательной победы над ним правительства.

Горопапера. В 1862 году в Новой Зеландии между дикими племенами появилась новая религия. Основателем ее был некий Горопапера, за много лет перед тем сошедший с ума, что послужило ему на пользу, так как дикари относятся к сумасшедшим с большим почтением и считают их вдохновен ными свыше.

Впервые он выделился своими стараниями спасти от избиения и раз грабления экипаж одного английского судна, потерпевшего крушение у берегов Новой Зеландии. Когда ему это не удалось, то он начал бредить и галлюцинировать. Видел, например, архангела Гавриила, который учил его религии мира. Поэтому то, когда между дикими племенами возникла вой на, Горопапера ходил повсюду, проповедуя мир. Сначала англичане ему по кровительствовали, но потом, когда он публично сжег Библию и прогнал миссионеров, покровительство это кончилось. Горопапера склонялся ско рее к иудаизму и верил, что соотечественники его происходят от евреев, почему и назвал духовных лиц своей религии жидами.

Между прочим, он считал себя способным творить чудеса, так как осво бождался от веревок, которыми его связывали, но попробовав исцелить сво его сына, убил его, а поведя своих сторонников на штурм английского фор та, был причиной поголовного их расстрела.

Несмотря на это, путем горячей пропаганды ему все таки удалось под нять бунт против англичан. Неофитов он гипнотизировал, заставляя их кру житься на одном месте до тех пор, пока они не падали от утомления. Сто ронники его вообще превращались в психопатов — лаяли по собачьи, пуб лично занимались содомией, пили человеческую кровь, заставляли гово рить черепа убитых англичан и т. п.

В Алжире почти все революции были произведены сумасшедшими или экстатическими невропатами, пользующимися своим неврозом для того, чтобы возбуждать религиозный фанатизм последователей и выдавать себя за пророков.

В наше время Джордж Фокс, основатель квакерства, был обязан успе хам своей пропаганды тоже галлюцинациям.

Он слышал голос, говорящий:

«Иисус Христос тобой владеет», ушел от семьи, облекся в звериную шкуру, поселился в дупле дерева и стал учить, что все христиане суть дети Божии.

Впоследствии он, так же как и его последователи — люди честные, но духо видцы, — часто впадали в транс, в каталепсию, при которой тело казалось мертвым, но мысль продолжала работать.

Лаццаретти. Самым недавним примером религиозной революции, произведенной сумасшедшим, может служить движение лаццареттистов, возникшее среди невежественного населения, начитавшегося предсказа Политическая преступность ний некоего Брандано, религиозного мономана XVI столетия, и в 70 х го дах XIX века признавшего Давида Лаццаретти Иисусом Христом.

Лаццаретти родился в Арцидоссо в 1834 году. Отец его, происходивший из психопатической семьи, в которой встречались и сумасшедшие, и само убийцы, был, по видимому, пьяницей, но отличался крепким телосложе нием. Из шести братьев один считал себя богом Саваофом и умер в сумас шедшем доме, а остальные все отличались гигантским ростом, прекрасной памятью и живым умом.

Давид превосходил всех их как ростом, так красотой форм и высотой интеллекта. Он обладал большой головой долихоцефального типа, высо ким, но узким лбом, прекрасными глазами, в которых, однако же, многие замечали сумасшедшее выражение, и обильной растительностью как на лице, так и на голове. При всем этом у него была гипоспадия1 — уродство, по словам Мореля и Леграна дю Соля, весьма часто встречающееся у нрав ственных идиотов.

С ранней юности в его характере были замечены противоречия и на клонность к крайностям, столь обычные у кандидатов на сумасшествие.

Будучи извозчиком, как и отец, он вел пьяную и разгульную жизнь, а в то же время много читал, причем любимыми его авторами были Тассо и Данте. Будучи невообразимым ругателем и драчуном до такой степени, что все его боялись (один раз он, во главе своих братьев, безоружный, за ставил бежать все население Кастель дель Пиано), Лаццаретти легко, од нако же, размягчался и приходил от стихов, проповедей, театральных представлений, от всего великого и благородного в экстаз. Иисуса Христа и Мухаммеда он считал величайшими людьми на свете и питал к ним глу бокое уважение. Уже в четырнадцатилетнем возрасте он имел религиоз ные галлюцинации, с особой силой возобновившиеся в 1866 году, вслед ствие пьянства и политических волнений. В это время ему явилась Бого родица и приказала отправиться в Собинэ, к одному монаху немецкого происхождения. Последний продержал его в своей пещере три месяца, учил богословию и нататуировал на его лбу таинственные знаки, которые Лиццаретти скрывал от профанов под прядкой волос, адептам же говорил, что они начертаны самим апостолом Петром, — черта, характерная для сумасшедших.

С этого момента Лаццаретти совершенно перерождается: из пьяницы, драчуна и ругателя он превращается в тихого и трезвого человека, живуще го только на хлебе, воде да овощах. А что еще замечательнее, так это то, что вместо сумбурного и бестолкового слога, которым писал прежде, он начи нает писать точным, образным и подчас очень элегантным языком, прояв ляя благочестие, которое было бы под стать только первым христианским святым.

Неправильно помещенное отверстие мочевого канала. — Примеч. перев.

510 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски Повинуясь новому видению, именем Бога повелевавшему войти в сно шения с папой, он отправился в Рим и добился аудиенции у Пия IX, кото рый, будучи догадливее многих наших государственных людей, посовето вал ему принимать холодные души в психиатрической лечебнице. Тогда Лаццаретти бросился в противоположную крайность, восстал против пап ства и стал мечтать о теократическом строе, в котором бы Бог и республика были примирены.

Между тем народ, пораженный переменой образа жизни и фанатизиру емый духовенством, со всех сторон сбегался слушать Лаццаретти, окружал его почти обожанием и даже принялся за постройку храма, для которой мужчины, женщины и дети собственноручно таскали материал. Постройка эта не была, однако ж, докончена.

В январе 1870 года Лаццаретти основал благотворительное общество Святой Лиги. Затем, собрав своих последователей на некое подобие Тай ной Вечери, он уехал на остров Монте Кристо, где провел несколько меся цев, сочиняя статьи, пророчества и проповеди. Потом, подчиняясь Божию велению, он жил в Монтелабро и в Шартрез де Гренобль, где изобрел но вый числовой шифр; там же он написал книгу «Небесные цветы».

Посидев немного в тюрьме по подозрению в пропаганде междоусобной войны, он приобрел ореол мученика, вследствие чего число его сторонни ков увеличилось. В августе 1878 года он заявил им, что совершит чудо, что он послан Богом судить и править, а потому неуязвим, что все власти зем ные должны преклониться перед его волей и что одного взмаха его жезла достаточно для того, чтобы устранить все препятствия и сделать тщетными все усилия врагов противостоять ему.

Вот тогда то он и вышел из своего уединения во главе процессии после дователей, несших самые необыкновенные знамена с изображением неви данных зверей, являвшихся Лаццаретти во сне и описанных в его книгах.

Участники процессии были одеты в разноцветные костюмы, а вождь — в красную королевскую порфиру и в тиару с султаном из перьев; в руках он нес чудотворный жезл. Процессия эта, как известно, кончилась трагиче ски, но Лаццаретти умер с уверенностью в своей победе и в торжестве сво его учения.

Для невежественных философов, презирающих психиатрию, он до сих пор служит неразрешимой загадкой, между прочим, потому, что представ лял собой слишком резкий контраст с современным общественным настро ением, чуждым религиозных суеверий.

Риэль. Другой из современных нам бунтов тоже был поднят сумасшед шим, успевшим пробудить патриотические чувства в целой стране. Мы го ворим о последнем восстании в Канаде и о Людовике Риэле, обладавшем обильной шевелюрой, большими челюстями и злыми глазами.

По новейшим исследованиям, это был мистик и мегаломан, сумевший, однако же, внушить массам невероятный фанатизм. Сын сумасшедшего отца Политическая преступность и такой же матери, одержимый религиозной манией, три раза просидев уже в сумасшедшем доме (с 1870 по 1878 год), он, ссылаясь на полученное от кровение свыше, стал во главе первого восстания метисов.

Мегаломания его с течением времени проявлялась все резче и резче. Он считал себя спасителем народов и претендовал на роль пророка и папы.

Очень непостоянный, как все сумасшедшие, сегодня он проявлял преуве личенную религиозность, а назавтра начинал восставать против Церкви и священников. Иногда у него бывали, однако ж, светлые промежутки, во время которых он действовал с таким тактом и благоразумием, что произ водил большое впечатление на туземцев. Так, могучее восстание 1885 года в Канаде было, в сущности, вызвано им, хотя вождями этого восстания яви лись Дюмон и Дюме. Правда, в то время когда последние храбро сражались в рядах повстанцев, Риэль только бегал с крестом в руках, пророчествуя, произнося проповеди и распевая молитвы, но этим он фанатизировал сра жающихся.

Восстание было подавлено, и Риэль арестован. На суде он горько упре кал своего защитника, старавшегося выставить его сумасшедшим. Несмот ря на три последовательные экспертизы, признавшие Риэля маньяком, он был казнен.

Рамос Мейха, перечисляя общественных деятелей Южной Америки, говорит, что Ривадура и Мануэль Гарсиа были ипохондриками и умерли от мозговых болезней; адмирал Браун — меланхолик, одержимый бредом пре следования: доктор Варела — эпилептик; инженер Бельтран, герой войны за независимость, — сумасшедший; полковник Эстомба, прославившийся во время гражданских войн в Аргентине, сошел с ума во время командова ния войсками.

В числе героинь революции была сумасшедшая Теруань де Мерикур.

Коммуна. Изучая Парижскую Коммуну, Лабарб в числе вождей движе ния отмечает четырех лиц, у которых сумасшествие было в роду; четырех уже сидевших в сумасшедшем доме; шестерых нравственно помешанных и семерых мегаломанов. Среди них был, например, Алликс, несколько раз лечившийся от мании величия, изобретатель телеграфа, основанного на взаимной симпатии 48 улиток, представлявших собой буквы двух алфави тов, посаженный в тюрьму самими коммунарами за «измену, сумасшествие и безумие», был В. — маньяк и мистик, одевавшийся во все красное и под писывавшийся: «Сын Царства Божия и парфюмер»; был доктор Р. из свя щенников, сделавшийся атеистом и реформатором, пророчествовавший и вносивший в Коммуну нелепые идеи; был аббат С., сидевший уже в лечеб нице по поводу мании величия.

К этим лицам следует еще прибавить тех, о которых говорил Максим дю Кан: Люллье, главу вооруженных сил Коммуны, которого сам централь ный комитет приказал арестовать, признав сумасшедшим и склонным к самоубийству; пиромана (поджигателя) Пинди; Флюранса, отличившегося 512 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски своими странностями и заведомого маньяка; наконец, Шателя, который, желая примирить партии в Коммунальном совете, предложил основать им перо монархическую pecпублику, судебные чиновники которой должны были называться королевскими прокурорами императорской республики, а административные — шефами Коммуны.

Дю Кан и Лабарб напоминают еще о Гальяре, субъекте, страдавшем го ловной водянкой, бывшем сапожнике, директоре баррикад, устраивавшем последние из сапожных колодок, хлеба, «костей от игры в домино», вообще из всего, что попадет под руку. Он был до такой степени тщеславен, что велел снять с себя фотографическую карточку в геройской позе и на барри каде, нарочно для того построенной.

Гарнье дает нам портрет еще одного политического мегаломана. P. стра стно тщеславен, ему хочется, чтобы о нем говорили, хочется стать знаме нитым во что бы то ни стало. Не получив даже элементарного образования, не умея грамотно писать, он держит речи в мастерских и перед конторой выкрикивает пустые, но звучные фразы, заученные на анархических ми тингах, даже сам не понимая их смысла. Собственно говоря, он не имеет никаких политических мнений, и все режимы для него одинаково безраз личны, так как разницы между ними он не понимает. Ему нужны только скандалы и беспорядки; где шум, туда и он бежит; где кричат, там и он кри чит громче всех.

Он с одинаковым усердием приветствовал Наполена III, пруссаков, де филирующих по Елисейским полям, Коммуну, Гамбетту, Рошфора, а теперь приветствует Луизу Мишель, перед которой преклоняется.

Недавно Р. выступил в качестве мстителя: в годовщину казни коммуна ров на кладбище Пер Лашез он стрелял из револьвера в лиц, несших венок от редакции «L’Intransigeant», и многих ранил. «Приношение идет из нечи стых рук; прах мучеников возмущен этим оскорблением». Р. восстает по этому и расправляется по своему. Один из раненых умер; история наделала шума; заговорили газеты, и P. доволен! Тюрьма — пустяки, лишь бы про славиться.

В Англии другой анархист, ирландец Муни, обвиненный в производстве взрывов в Лондоне и заявивший перед судом, что он рад быть первым, на рушившим спокойствие буржуазного общества при помощи динамита, су дебными врачами Нью Йорка признан сумасшедшим.

Кирнан, изучавший роль психопатов в истории, перечисляет следующие знаменитые имена: Равальяк, Беллингем, Лоуренс, Бут, Гито, Мейерс, Пи новер, Аллен, Петр Пустынник, Иоанн Лейденский, Фриман; а из основа телей религиозных сект: матушка Энн (шейкеры), Л. Магглтон, Ноже.

Параноик Сэй принес в жертву Богу родную мать; в Цинциннати подоб ная же сумасшедшая служит предметом культа.

Один из пациентов автора был последовательно зубным врачом короле вы Виктории, генералом второй Французской республики, революционе Политическая преступность ром в Австралии, контролером, кандидатом в губернаторы Нью Йорка и прочими.

Один из перечисленных сумасшедших, Магглтон, проповедуя в кабаках, угрожал вечным проклятием всякому, кто не верит, что рост Бога равняется шести футам и что солнце отстоит от земли на четыре мили.

Джордж Фокс уверял, что обращаться к одному лицу с местоимением во множественном числе («вы») значит оскорблять христианскую религию и что называть первый месяц в году январем есть идолопоклонство, так как это название придумано в честь бога Януса.

8) Цареубийцы. Здесь подразумеваются политические сумасшедшие, изо лированно и по собственному почину убивавшие лиц, поставленных во главе государства. Чаще всего они были порождениями партийной, религиозной или политической борьбы своего времени.

Так, когда религиозная борьба во Франции обострилась со вступлением на престол Генриха IV, Шатель посягает на жизнь последнего. На суде он чистосердечно во всем признается и говорит, что упреки совести за грязные вожделения к родной сестре и за инстинкт человекоубийства побудили его убить врага религии и тем искупить свои грехи.

Когда его спросили, откуда он почерпнул такие идеи, то он ответил, что из философии. У него были найдены три билетика с анаграммой короля и девять листков, в которых содержалась исповедь во грехах, расположенная в порядке десяти заповедей.

Генрих III был убит доминиканцем Жаком Клеманом, по всей вероят ности сумасшедшим, так как, по словам современников, он совершил свое преступление по наитию свыше. «Однажды ночью, когда Жак Клеман ле жал на постели, Бог послал к нему ангела, явившегося в сиянии и передав шего ему обнаженный меч с такими словами: “Брат Жак, я послан Всемо гущим Богом объявить тебе, что тиран, владычествующий над Францией, должен погибнуть от твоей руки; радуйся, ибо тебе приготовлен венец му ченический”. Сказав это, ангел исчез».

Таков же был и Польтро, экзальтированный кальвинист, покусившийся на жизнь герцога Гиза; он сам признался на исповеди, что ему было обеща но вечное блаженство, если он убьет врага протестантов.

Видимой причиной, вооружившей Равальяка против Генриха IV, был религиозный фанатизм, но настоящей причиной был бред преследования.

Изгнанный из монастыря за «слабость разума», попавший в тюрьму по ложному доносу, он, кажется, имел видение, в котором ему именем Божи им повелевалось убить короля, так как иначе последний победит папу. Сами судьи, допрашивавшие этого несчастного, смотрели на него как на сумас шедшего меланхолика, хотя и приговорили к жестоким пыткам. До этого он был вполне уверен, что народ его поддержит.

Замечательно, что при аресте при нем нашли массу всяких писаний и, между прочим, стихи, трактующие о состоянии приговоренного к смерти.

514 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски Все было написано очень старательно и разными почерками, как обыкно венно пишут графоманы и как писал Гито. Сходство Равальяка с последним усиливается еще и тем, что он откладывал убийство из сожаления к короле ве, так же как поступал Гито из сожаления к жене Гарфилда. Кроме того, оба они считали себя исполнителями Божьей воли.

В Англии деспотизм правительства и налоги, отягощавшие народ, вос становили против Генриха III сумасшедшую Маргариту Николсон, которая пробовала ткнуть его ножом, и сумасшедшего Хотфильда, который выст релил в него из пистолета.

Еще один сумасшедший, Дамиен, опираясь на недовольство населения, тоже истощенного налогами и выведенного из терпения неуступчивым ду ховенством, пытался убить короля французского, Людовика XV. Это был человек мрачного характера, временами доходивший до бешенства, за что с раннего детства был прозван Робертом Дьяволом. Совершив крупное во ровство, он принужден был скрываться от полиции, причем постоянная тревога пошатнула его психику. Приписывая все беспорядки во Франции тому, что архиепископ Парижский лишил короля Св. Причастия, Дамиен решился покуситься на жизнь последнего исключительно для того, чтобы обратить его внимание на бедствия страны. Перед судом Дамиен вел бес смысленные речи о политике и религии, заявляя, что думал совершить дея ние, угодное Богу.

Недавно один сумасшедший эпилептик чуть не убил видного американ ского общественного деятеля, генерала Роша, президента Аргентинской республики, ранив его в голову камнем, взятым из какого то музея. Этот сумасшедший, Ж. Монже, 38 лет от роду, довольно высокого роста (1 м 67 см) и крепкого телосложения, с детства был невропатом. Он представлял собой смуглого, слегка курчавого брюнета, с обильной шевелюрой, длинной чер ной бородой, карими глазами, высоким, покатым, асимметричным лбом, небольшим брахицефальным, асимметричным черепом, широким лицом, большим ртом, крупными челюстями, толстыми губами и многими стары ми рубцами на лице, из коих два получены были при падении во время эпи лептических припадков.

Спал он очень мало и постоянно видел печальные или ужасающие сны.

Пульс полный и частый; мускулатура хорошо развита, хотя при возбужде нии замечается некоторое дрожание в мышцах. Сила, по динамометру Ма тье, 70 кг справа и 150 — слева; кожа малочувствительна, галлюцинаций и иллюзий не бывает.

Он сам сообщил о себе следующие сведения: родился в Корриенте, не законный сын; отец и брат здоровы; пятнадцати лет поступил в коллегию, в которой получил образование; затем участвовал во всех революционных движениях родины, постоянно держась одной партии, до тех пор пока она в 1874 году не была побеждена и не распалась. Приехав в Уругвай, терпел при теснения от бразильских властей, которым противостоял вооруженной ру Политическая преступность кой, причем многих ранил и сам был ранен в лоб. По этому поводу обра щался в министерство иностранных дел с просьбой об амнистии. С тех пор не принимал никакого участия в общественной жизни ввиду частых при падков эпилепсии, которой страдает лет двадцать после ушиба головы. При ходил в палату только для того, чтобы посмотреть на церемонию ее откры тия; увидав ряды солдат, был очень возмущен, а когда увидел генерала Роша, то вдруг решился его убить. При вопросе о подробностях подсудимый сде лался в высшей степени грубым и раздражительным.

Вообще, он ипохондрик и меланхолик. За несколько месяцев до суда, сидя в тюрьме, ударил и сбил с ног другого арестанта, а через несколько часов пос ле суда имел продолжительный припадок эпилептических судорог.

Глава 12. Индивидуальные факторы (продолжение).

Политические маттоиды. Косвенные самоубийства Альтруисты истероэпилептики

1) Признаки. Маттоиды, очень редко встречающиеся в деревнях, в мало культурных странах и среди женщин, отличаются от прирожденных пре ступников почти полной сохранностью нравственного чувства; от сумас шедших, даже параноиков, на которых больше всего похожи, они отлича ются отсутствием бредовых идей и меньшей импульсивностью; наконец, от тех и других они отличаются почти полным отсутствием признаков вы рождения и даже психопатической наследственности.

В самом деле, из 34 исследованных маттоидов только у 12 найдено по два признака вырождения, у двух — по три, у двух — по четыре, и лишь у одного оказалось их шесть. Это потому, что маттоиды являются результа том чересчур преждевременной и внезапной интеллектуальной культуры.

Таковы суть индийские бабиды, американские Трампы и Грэнксы, которые, по словам «New York Неrold», «доводят свою эксцентричность до сумасше ствия, предаваясь фантастическим, псевдонаучным изысканиям и во вре мя выборов или политических волнений, когда страсти вообще разгорают ся, дозволяя себе даже насилия».

У них чаще встречаются некоторые функциональные аномалии, завися щие от аномалий или болезненных изменений в нервных центрах. Так, иные из них страдают эпилептоидными судорогами, другие — краткими перио дами бреда, третьи — анестезиями, как Лаццаретти и Пассананте.

Но чем они особенно отличаются, так это внешним видом гениального человека или апостола, не соответствующим внутреннему их содержанию.

Из характерных особенностей гения они обладают только глубокой ве рой в свои достоинства, упрямым преследованием своих идей и беззабот 516 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски ностью относительно всего прочего; но ни гениальным разумом, ни ориги нальностью, ни плодовитостью не отличаются. Если им удается иногда от крывать новые горизонты, то лишь потому, что, подобно большинству де генератов1, они не страдают мизонеизмом. Все их деяния являются обык новенно бесплодными или несоответствующими основным принципам, по тому что настоящим то субстратом гениального творчества — могучим интеллектом — они не обладают.

Из характерных особенностей апостола они обладают только высоко развитым альтруизмом — действительно заботятся об устранении бед, уг нетающих человечество, и могут иногда подсказать к тому средство, но и тут путаются обыкновенно в подробностях, теряют из виду целое, противо речат сами себе, бросаясь в крайности, а главное — во всем видят только самих себя, свое личное тщеславие, которое, в сущности, является един ственным субстратом их альтруизма.

Амедеи указал на другую характерную их черту, связанную с наклонно стью к атавистическому вырождению, на возврат к древности. Их прогресс всегда представляет собой движение назад, к очень древним принципам и обычаям. Напомним хотя бы только спартанскую одежду Бозизио; вегета рианство Глейзесa; антипарламентаризм Сбарбаро и Вита; отказ от совре менного оружия со стороны Капарли и предпочтение, оказанное им ору жию естественному, то есть самому первобытному, — камню.

Баффье желает вернуть Францию к обычаям древних галлов; Кокапил лер хочет вернуться к Древнему Риму, к Comitia tributa*.

К этому надо прибавить преувеличенную воздержанность маттоидов. Так, Бозизио питается одной полентой без соли; Пассананте — одним хлебом, Гуите — орехами; Лаццаретти ест по две картофелины в день; Манжионе покупает себе ежедневно на 10 су гороху, рису и т. п.

Такую воздержанность можно объяснить себе тем, что маттоиды видят наивысший комфорт в удовлетворении самолюбия и спокойствии совести, поэтому скорее согласятся голодать, чем воровать или мошенничать.

Другой их постоянной чертой является многописание, причем они ты сячу раз повторяют одно и те же стереотипные фразы на разный манер, при водят ненужные подробности, подчеркивают или пишут особым почерком ничего не значащие места, злоупотребляют шифром, любят играть слова ми, звуками, символами и что еще хуже — бессмыслицами. Но то, что воз буждает отвращение в образованных людях, очень нравится толпе, боящейся гениальности.

Одной из особенностей маттоидов служит их стремление хранить свои открытия в секрете для того, чтобы увеличить свой престиж, или для того, чтобы получить больше выгоды, а может быть, единственно потому, что сами Большинство слепорожденных и глухонемых лишены мизонеизма и часто яв ляются республиканцами или анархистами. — Примеч. авт.

Политическая преступность они сознают пустячность этих открытий и боятся всеобщего разочарова ния. Так, Кокапиллер долго держал в секрете свой план реформ, должен ствующих возродить Италию, а потом оказалось, что весь этот план сводит ся к восстановлению древнеримского строя. Вита на 650 страницах толкует о своем психологическом открытии, не говоря, что оно заключается... в простом соглашении с папством.

Чем бестолковее маттоиды в своих писаниях, тем находчивее и остроум нее они, однако ж, при словесном споре. В обыденной жизни они также оказываются очень смышлеными, даже хитрыми и понятливыми, в проти воположность настоящим гениям, которые всегда бывают очень непрак тичными.

Благодаря воздержанности, честности и энтузиазму, с которым они под держивают свои убеждения, столь же растяжимые, сколь абсурдные; благо даря своей благообразной внешности и житейской практичности; наконец, благодаря крупицам истины, всегда заключающимся в их учениях, хотя бы в виде общих мест, доступных пониманию толпы, маттоиды пользуются большим влиянием на эту толпу, особенно в смутные времена.

Они нравятся массам именно потому, что вульгаризируют истину, вы сказывая ее в форме общих мест и сводя на личность, причем иногда удов летворяют тому чувству справедливости, которое каждый носит в своей душе и которое на практике беспрестанно нарушается в парламентарных стра нах, так как у честных людей не хватает мужества стоять за него.

Правда, все это они делают из эгоизма, так что правосудие их похоже на правосудие разбойника, грабящего богатых для того, чтобы помогать бед ным и прежде всех самому себе, но ведь большинство не обращает внима ния на такие мелочи, как цели и средства, лишь бы только личные желания были удовлетворены.

Затем маттоиды, в противоположность гениям и сумасшедшим, связа ны друг с другом общностью интересов. Они представляют собой нечто вроде масонского союза, основанного с целью взаимного самовосхвале ния и противодействия осмеянию, которое рано или поздно повсюду их настигает, а также с целью борьбы против людей действительно гениаль ных. Ненавидя друг друга, они все же являются солидарными и если не радуются успеху товарищей, то радуются результатам этого успеха — по срамлению гения, так как толпа почти всегда предпочитает маттоида по следнему.

Надо заметить, что политические маттоиды весьма часто проводят свои идеи и планы с замечательным искусством. В этом отношении классичес ким примером может служить Малле. Сидя в сумасшедшем доме, без денег и без войска, при содействии одного священника и одного служителя он пробует свергнуть Наполеона, что ему почти и удается благодаря убийству одного министра, аресту начальника полиции, изданию поддельных декре тов и обману почти всех корпусных командиров, которых он уверил, что 518 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски Наполеон погиб. И это не первая его попытка: в 1808 году он уже пробовал поднять бунт, сочинив из своей головы «Senatus consulte»1.

Участие маттоидов в политических преступлениях тем опаснее, что ког да они видят крушение своих иллюзий, то есть вместо всеобщего поклоне ния, к которому стремились во что бы то ни стало, встречают насмешки, да еще находятся под влиянием голода и алкоголизма, то теряют равновесие, отличающее их от сумасшедших, и сразу приобретают эпилептоидную им пульсивность, под влиянием которой совершают насилия, прибегают к ре волюционным попыткам, часто удающимся в самом начале.

Так, Манджионе из мирного филантропа сразу превращается в буяна и ранит Джуссо, против которого вел полемику; Сбарбаро, политический философ реформатор, вдруг на заседании факультета начинает бросать чер нильницами в головы своих товарищей и оскорбляет министров, не отсту пая даже перед шантажом. Кокапиллер не заходит так далеко, но все же грозит тюремным сторожам и вызывает к себе прокурора, исключительно для того чтобы сказать ему: «Если я не сделался королем, так только пото му, что не хочу им быть».

В одном из таких припадков буйства, конечно, Сбарбаро ходил голым и публично поцеловал на улице одну незнакомую ему старуху, восклицая:

«Я должен был это сделать, потому что она похожа на мою мать!»

Та же эпилептоидно импульсивная наклонность проявляется и в напол ненном угрозами письме его к депутату Бачелли, в котором он заявляет, что, прежде чем утопиться в Тибре, желает дать урок Италии. А вслед за этим письмом он прислал другое, написанное в тоне униженной просьбы, что еще более подчеркивает контрасты в его настроениях.

Во всех поступках маттоидов альтруизм является предлогом или маской для преступлений. Поэтому то они и становятся во главе революций, бун тов и заговоров, более или менее искусно прикрывая личные интересы об щественными.

Спавента совершенно справедливо говорит о Сбарбаро: «Он вполне искренно стремится к справедливости, но смотрит на нее с чисто личной точки зрения, то есть считает преступлением всякое несогласие с собой, наказывая его бранью и угрозами». Все они таковы. Сбарбаро, Кордилья ни, Лаццаретти, Баффье — все считали себя мстителями за несправедли вости.

Ормеа, тридцатилетний рабочий, по видимому вполне нормальный, напечатав демагогическую статью в одной малораспространенной газетке, считает себя уже состоящим у правительства на замечании, тем более что он стремится получить вселенную и освободить народ при помощи своих открытий. Поэтому в пустой ссоре из за кур, выпущенных им на засеянное поле, он стреляет в хозяина и в карабинеров, которые пришли его аресто Здесь: «Обращение Сената» (лат.).

Политическая преступность вать; в выговоре хозяина и в появлении полиции он видит месть правитель ства за написанную им статью.

При полной готовности на преступление маттоиды, однако ж, соверша ют его с меньшей решительностью и меньшим искусством, чем прирож денные преступники, для которых это дело привычное и самое подручное.

Они даже не всегда пользуются подходящим оружием. Так, Пассананте, Кордильяни, Копорали, Баффье прибегают к кухонным ножам и камням, а Вита — к коробке с безвредной жидкостью, притом так хорошо упакован ной, что она не разорвалась бы, если бы даже была наполнена нитроглице рином. Довольно часто они стреляют холостыми зарядами, как в недавних покушениях против Карно и Ферри. У них обыкновенно не бывает сообщ ников, они не устраивают засад, не приготовляют себе алиби, не запирают ся, а прямо признают себя авторами преступления.

Характерным признаком маттоидов, общим для них с истеричными, яв ляется многописание — обилие писем, проектов, брошюр, которыми они забрасывают самые ходкие газеты, администрацию и даже первого попавше гося. Другим характерным признаком их служит отсутствие раскаяния в пре ступлении, несмотря на то что совести они не лишены. Иногда они даже хва стаются своими подвигами — удовольствие достичь, наконец, известности и принести пользу человечеству заглушает в них всякие другие чувства.

2) Маттоиды преследователи. Есть, между прочим, особая разновидность маттоидов, весьма часто страдающих болезнями или аномалиями печени и сердца. В противоположность вышеописанным, они не обладают правиль но развитым нравственным чувством и постоянно считают себя обижен ными только потому, что никак не могут добиться успеха. Видя повсюду преследование, они сами превращаются в преследователей всего того, что, по их мнению, преднамеренно мешает им проявить свою силу, — против богатых, против глав государства, даже против того политического режима, который дозволяет им действовать.

Примешивая свои личные ссоры и антипатии к политической борьбе, они нападают на депутатов, чиновников, министров, которым приписыва ют свои личные неудачи, оскорбляют судей и делаются иногда адвокатами всех тех, которых считают угнетенными. По словам Бюхнера, один из таких маттоидов основал в Берлине общество покровительства жертвам суда и уведомил об этом короля.

Примером такого маттоида может служить Санду, надоедавший Напо леону III и Бильо. Тардье дает следующие о нем сведения.

В ранней молодости Санду был чрезмерно самолюбивым адвокатом без практики и находился в жалком положении до тех пор, пока Бильо, това рищ его по школе, не создал ему служебного положения, превышающего его способности. Убедившись затем в психической ненормальности своего школьного приятеля, Бильо от него отступился. Тогда Санду свалил ответ ственность за все свои ошибки на Бильо и стал жаловаться на неслыханные 520 Чезаре Ломброзо, Родольфо Ляски преследования последнего, тогда как на самом деле сам клеветал на него непозволительным образом.

Переходя от глупого высокомерия к самому низкому подлизыванию, он то грозил, то унижался, то требовал, чтобы с ним говорили как с представи телем сильной партии, а то давал понять, что удовольствуется койкой в су масшедшем доме, как бедный больной.

В одном и том же письме он грозит убить Бильо и просит у него яда, чтобы самому отравиться, причем делает его своим душеприказчиком и сообщает свои распоряжения насчет похорон.

Политическая окраска его бредовых идей беспрестанно меняется; он пристает последовательно ко всем партиям и от всех потом открещивается;

приписывает Карно обещание сделать его депутатом от Парижа, но ставит при этом условие состоять под покровительством графа Персиньи, а не гер цога Морни!

Предполагая, что Франция и Европа интересуются только им одним, он сравнивает себя с Монтескье и ждет выбора в Академию за свой «Трактат о величии и падении демократии».

Писал он вообще очень много, причем, как все помешанные, любил подчеркивать ничего не значащие фразы и прибавлять множество пост скриптумов. Говорил тоже свободно и много, но речь его была бессвязна.

Он никогда не отвечал на вопрос прямо и при обсуждении самых свежих фактов начинал рассказывать свою прошлую жизнь или совершенно по сторонние делу обстоятельства.

Однажды он вызвал к себе в Мазас одного из членов совета адвокатов, но принял его сначала за шпиона, а потом обвинил в напечатании в бель гийских газетах одной им самим написанной статейки.

3) Маттоиды гении. Среди маттоидов попадаются иногда и люди, дей ствительно поднимающиеся над средним уровнем, но скорее для того, что бы упасть, как Икар, чем для того, чтобы парить, как настоящий гений: не успев увидать новые горизонты, они уже впадают в абсурд. Таковы были, например, Сбарбаро и Коккапиллер, о которых мы слишком много гово рили, для того чтобы вновь к ним обращаться, а также Баффье, пробовав ший зарезать депутата Касса, но только слегка его оцарапавший.

Этот Баффье был человек высокого роста, 33 лет от роду, очень силь ный, с прекрасно развитым черепом и правильными чертами лица, опу шенного черной бородой, без всякой психопатической наследственности и без всяких признаков вырождения, кроме разве довольно низкого лба. На чав свою карьеру ремеслом ножовщика, он вскоре нашел возможность по ступить на службу к одному скульптору, причем усердно занялся самообра зованием, прочел очень много, но переварил прочтенное весьма плохо. Под влиянием обостренного семейного и национального чувства он задался це лью сделать искусство исключительно национальным и стал лепить харак терные типы галльской расы, с большими лишениями отыскивая модели Политическая преступность по деревням и разрабатывая их по традициям галльского искусства. Моде лируя фигуру Сен Жюста, он должен был изучить характер последнего по мемуарам, причем так проникся его идеями, что, несмотря на свою при родную мягкость, принял формулу: «Убивай тех, кто плохо правит наро дом». С этими идеями вошел он в состав одного выборного комитета и, ко нечно, остался недоволен умеренностью и посредственностью своих това рищей. «Я вотировал вместе с ними, — говорил он, — причем, повинуясь партийной дисциплине, принужден был подавать голос за людей, совер шенно того не заслуживших, тогда как мне всегда казалось, что власть долж на принадлежать достойнейшему. Поэтому я чувствовал себя преступни ком; мне казалось, что я должен бы был употребить все силы, чтобы спасти свою родину от революции и остановить ее на наклонной плоскости, по которой она катится. Я предпочитаю смерть потере самоуважения, а между тем дело стоит так, что президент прячется за министрами, министры — за палатой, а палата — за мной, избирателем, и мне бы следовало подавать пример политической честности. Помню, один раз отец мой, показывая мне гусеницу, сказал: “Видишь ли, казалось бы и безвредное насекомое, а меж ду тем оно поедает капусту!” И при этом раздавил ее ногой. Вот точно так же, мне кажется, следует поступить и с людьми, если они ведут себя подоб но гусеницам, — их надо давить».

Слова эти достойны крупного мыслителя, а между тем статья Баффье представляет собой нечто весьма глупое и смешное. В ней, между прочим, говорится: «Великий Гюго есть не что иное, как ходульный поэт, пустопо рожний мыслитель, раздутый беллетрист, туманный республиканец и во обще ярмарочный шарлатан. Народу не нужны такие недоноски, как Луи Блан, такие лицемеры, как Гюго, такие паяцы, как Рошфор, и такие коме дианты, как Клемансо».

Особенным красноречием отличается обращенная к женщинам просьба Баффье о том, чтобы они отказались от «плеоназма», самым бесстыдным образом увеличивающего размеры и уродующего одну из частей их тел...

Попав в тюрьму, он ни в чем не раскаивается, говоря, что если он вино вен перед законом, то не перед самим собой.



Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 14 |

Похожие работы:

«1. Как Кенгуреныш стал самостоятельным Возраст: 2-5 лет. Направленность: Страх расставания с мамой. Переживания, тревога, связанные с одиночеством. Ключевая фраза: "Не уходи. Я боюсь один". Жила-была большая мама-Кенгуру. И однажды она стала самой счастли...»

«FECG Dortmund 19.06.2016 1 Коринфянам 3 Действие благодати в жизни святых 1Кор.1:4-9 Прошлый раз мы говорили о том, что Бог видит людей и, в частности, коринфян, раскаявшихся перед Иисусом Христом и принявшим Его господство, через Иисуса Христа святыми, оправданными и освящёнными. Сегодн...»

«Условия публичной оферты о заключении договора страхования Страховщик ОАО "АльфаСтрахование" в соответствии со ст. 435, 437, 438 Гражданского кодекса РФ предлагает Вам заключить договор страхования в соответствии с "Правилами к...»

«НАЦІОНАЛЬНИЙ СТАНДАРТ УКРАЇНИ Конструкції будинків і споруд ПРОГОНИ ЗАЛІЗОБЕТОННІ ДЛЯ ПОКРИТТЯ БУДІВЕЛЬ ПРОМИСЛОВИХ І СІЛЬСЬКОГОСПОДАРСЬКИХ ПІДПРИЄМСТВ Технічні умови (ГОСТ 26992-86, MOD) ДСТУ Б В.2.6-141:201...»

«Александр Владимиров Президент Коллегии военных экспертов России Почетный председатель Общероссийского и Московского содружеств суворовцев, нахимовцев и кадет России член Совета по национальной стратегии кандидат политических наук автор фундаментального труда "Основы общей теории войны" генерал – майор ДОКЛАД "Безопасность на Евразийском про...»

«УДК 821.161.1-312.9 ББК 84(2Рос=Рус)6-44 Г65 Разработка серийного оформления Ф. Барбышева, А. Саукова Иллюстрация на переплете А. Дубовика Гончарова, Галина Дмитриевна. Волк по имени Зайка / Галина Гончарова. — Г65 Моск ва : Издательство "Э", 2016. — 480 с. — (Колдовские...»

«Учетная политика ОАО "РИВЦ-Пулково" на 2010г. (приказ № РИВЦот 31 декабря 2008г.) с изменениями и дополнениями (приказ № РИВЦ-6/61 от 31.12.2009г.) Учетная политика в целях бухгалтерского учета 1. Об организац...»

«МАРТ 2016 В УЛГТУ СОСТОЯЛОСЬ ОТКРЫТИЕ СОРЕВНОВАНИЙ УНИВЕРСИАДЫ-2016! 15 февраля в спортивном зале нашего университета был дан старт программы соревнований в рамках областной Универсиады 2016 года. В этом году честь открыв...»

«Шубин А.В. От "застоя" к реформам. СССР в 1977—1985 гг. ББК 60.56 Ш 95 Ш 95 Шубин А.В. От "застоя" к реформам. СССР в 1917—1985 гг. — М.: "Российская политическая энциклопедия" (РОССПЭН), 2000. — 768 c. ISBN 5-8243-0123-9 Автор стави...»

«ОАО "Мобильные Телесистемы" Тел. 8-800-333-0890 www.nsk.mts.ru Простой тариф для звонков на мобильные Red Energy 2011 друзьям из всех сетей Федеральный номер / Авансовый метод расчетов Получайте баллы МТС-Бонус за...»

«Пошаговая инструкция ликвидации ООО 1. ИНИЦИИРОВАНИЕ ПРОЦЕДУРЫ Процедура ликвидации ООО может быть ЛИКВИДАЦИИ ООО инициирована тремя способами в зависимости от того, по чьей инициативе осуществляется данная процедура. 1 СПОСОБ (процедуру инициирует уполномоченный...»

«ВПР-2017 ГЕОГРАФИЯ. 10–11 класс ОТВЕТЫ К УЧЕБНО-ТРЕНИРОВОЧНЫМ ВАРИАНТАМ ПРОВЕРОЧНОЙ РАБОТЫ ВПР-2017 ГЕОГРАФИЯ. 10–11 класс Вариант 1 В заданиях 3, 4 и 7 цифры могут быть приведены в любом порядке. № задания Ответ Архангельск, Москва, Ростов-на-Д...»

«„‡ ‡ Часть 1 Днепропетровск Посвящается Памяти Поминовения всех Посланников Света. Уважаемые читатели! День Поминовения Посланников Света – 24 декабря – канун Рождества Христова. Просим помнить и чтить всегда их Подвиг несения Живого Учения Света в человеческий мир на Зе...»

«Муниципальное бюджетное дошкольное образовательное учреждение "Детский сад комбинированного вида № 90" муниципального образования города Братска Выпуск № 31 / 2016 год Здравствуйте, дорогие друзья! Мы рады вновь с Вами встретиться на стра...»

«Материалы секции 22 601 Секция 22 им. академика В.Н. Челомея Ракетные комплексы и ракетно-космические системы. Проектирование, экспериментальная отработка, лётные испытания, эксплуатация РЕШЕНИЯ В.Н. ЧЕ...»

«Interplus 614 Материал для удаления ржавчины Однокомпонентный гель на водной основе для удаления ржавчины. Описание продукта Interplus 614 специально разработанный продукт для удаления слабой и...»

«Шумоизоляция автомобиля Вступление от марки автомобиля, шумоизоляции в заводском испол Шумоизоляция автомобиля часто стано нении недостаточно. Исключением из правил являются вится камнем преткнове...»

«Информация МБОУ "ООШ № 4" об итогах проведения месячника гражданской защиты На основании распоряжения Управления образования администрации города Троицка Челябинской о...»

«Аннотация Рабочая программа по предмету "Музыка" за курс 5-7 классов составлена в полном соответствии с требованиями основной общеобразовательной программы МБОУ Артемовской СОШ № 2 в содержательном и целевом разделах, составлена в пол...»

«Глава 1 Периметр. Комплекс. Рядовой го называли Пригоршня, он был охранником и сейчас Еничком лежал на полу длинного коридора. Сердце его бешено колотилось, а в голове чужие голоса шептали что-то мрачн...»

«1 СОДЕРЖАНИЕ 1. Общая характеристика.. 3 2. Учебный план.. 60 3. Календарный учебный график.. 60 4. Рабочие программы дисциплины.. 60 5. Программы практик.. 60 6. Методические материалы.. 60 7. Оценочные средства.. 61 7.1. ФОС пр...»

«Табло для американской рулетки "Мультиграфик" Инструкция по эксплуатации Рулеточное табло "МУЛЬТИГРАФИК" отображает последние 16-ть выпавших чисел, а также номер рулеточного стола верхняя 17-я строка табло. Последний выпавший номер отображается крупным шрифтом, что выделяет его относительно других....»

«Archaeoastronomy and Ancient Technologies 2014, 2(1), 8-19; http://aaatec.org/art/a_pt1 www.aaatec.org ISSN 2310-2144 Russian translation Представления о космосе рыболовов каменного века (по материалам святилищ Онежского озера) Т. М. Потемкина Россия, Москва Инс...»

«2 Телефон Когда: 1871, 1876, 1892 годы Где: США Почему: Телефонная связь продолжает оставаться одним из самых популярных способов общения между людьми на расстоянии — даже развитие новых технологий не в силах заставить людей отказаться от возможности разговаривать друг с другом Как: Все основные изобретения в этой области были сд...»

«Список по братской могиле в д. Дворище (государственный учетный номер захоронения – 4239) Перезахоронены воины из д. Жеребычи, Чисти, Дворище, Пухи,Козоногово, Заболотники, Новоселки Братское кладбище воинов 234-й Ярославской Коммунистической стрелковой дивизии в деревне Дворище Сиротинского сельсовета. АБАЗАРОВ Х...»

«Электронный архив УГЛТУ исходит снижение их концентрации. Увеличение расстояния от ЭЭИ до поверхности ЛКП также приводит к возрастанию времени его отверждения. Результаты исследований показали, что на скорость пленкообразования ЛКП влияют как значение концентрации АФК, так и...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Вятский государственный университет" (ВятГУ) УТВЕРЖДАЮ Председатель приемной комиссии И.о...»

«2002 | Том 5 | Выпуск 4 Электронный музей и взаимодействие посетитель-компьютер Дриккер А.С. Государственный Русский музей, С-Петербург Музей институт старорежимный, классический порядок, иерархия (хранители, с...»

«ОАО "Мобильные Телесистемы" Тел. 8-800-250-0890 www.kaluga.mts.ru Smart Nonstop БЕЗЛИМИТНЫЙ интернет БЕЗЛИМИТНЫЕ звонки Федеральный номер Авансовый метод расчетов по всей России Тариф открыт для подключения и перехода с 18.08.2015г. Действует на территории всей России Ежемесячная плата Smart Nonstop 1 Федеральный номер 3...»

«Медиаграмотность Сборник материалов обучающего курса для молодежных работников по медиа и Интернет грамотности 26 – 31 марта 2017 года, Рига, Латвия Проект поддержан Европейским молодежным фондом Совета Европы Об обучающем курсе Обучающий курс для молодежных ра...»










 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.