WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 

«Т. В. ВАЩАЛОВА СОЦИАЛЬНЫЕ ФАКТОРЫ ТЕХНОСФЕРНОЙ АВАРИЙНОСТИ; ОПЫТ АНАЛИЗА СТАТИСТИКИ ВАЩАЛОВА Татьяна Владимировна - кандидат географических наук, ...»

Т. В. ВАЩАЛОВА

СОЦИАЛЬНЫЕ ФАКТОРЫ ТЕХНОСФЕРНОЙ АВАРИЙНОСТИ;

ОПЫТ АНАЛИЗА СТАТИСТИКИ

ВАЩАЛОВА Татьяна Владимировна - кандидат географических наук, сотрудник географического факультета МГУ им. М.В.Ломоносова.

Социологическое изучение влияния социальных процессов и явлений на динамику

техносферных аварий становится все более актуальной задачей. Темпы нарастания затрат на

ликвидацию последствий этих аварий в нашей стране и мире таковы, что при их сохранении в течение ближайших десятилетий необходимые компенсации могут превысить мировой и национальные валовые продукты, т.е. стать одной из важных причин экономического торможения и снижения качества жизни. Вот почему техносферный фактор наряду с ресурсным, экологическим, демографическим ныне рассматривается как составная часть возможного глобального кризиса, противостоять которому призван переход к устойчивому развитию [1; 2].

В качестве методологической основы для разработки стратегии устойчивого развития ныне предлагается использовать концепцию управления риском, заимствованную из арсенала специалистов по промышленной безопасности (см. [3] и др.). В рамках этой концепции под риском понимается вероятность возникновения нежелательных или опасных последствий каких-либо действий, произошедших в определенный период времени (обычно за год). Реализовавшийся риск измеряют величиной ущерба. Управление риском предполагает принятие комплекса мер, снижающих эту вероятность до приемлемого уровня.

Одним из условий успешного управления риском для объекта является учет рисков, исходящих от всех мыслимых источников, их количественная оценка, ранжирование и определение приоритетных направлений для концентрации наличных сил и средств. В случае разработки национальной стратегии устойчивого развития таким объектом будет народ, понимаемый как сообщество прошедших, текущих и будущих поколений. А в качестве источников риска в наиболее общем виде определяются природная среда (стихийные бедствия, негарантированные урожаи, термические условия холодного времени года и др.), техносфера (аварии, штатное загрязнение как источник снижения экологической безопасности и комфортности существования), общество (различные следствия социальных противоречий и конфликтов, диспропорции структуры региональных социумов и т.д). За этими тремя составляющими суммарного риска ныне закрепились наименования природного, техногенного и социального (хотя, на взгляд автора, последний правильнее было бы называть социогенным).

Постановка задачи. В терминологии проблематики устойчивого развития задача нашего исследования в общем виде может быть сформулирована как оценка величины и качественных особенностей воздействия социогенных рисков на аварийность в техносфере. При этом первостепенной задачей социологического изучения в ее рамках представляется выявление всего спектра социальных процессов и явлений, а также социальных групп, которые могли бы рассматриваться как источники рисков для техносферы.

В нашем понимании техносферная аварийность, в той части, в которой она является общественным процессом, есть результат следующих действий: а) сознательное

–  –  –

повреждение технических средств или создание аварийной ситуации; б) то же, но совершенное несознательно (например, в состоянии аффекта или по незнанию); в) непринятие необходимых мер для безаварийной работы техносферы или снижения отрицательных последствий свершившейся аварии по незнанию; г) то же по иным, в том числе психологическим причинам. Изучение степени участия каждого из этих факторов для различных социальных групп возможно лишь при участии профессиональных социологов или социоисихологов. Надо признать, что работы в данном направлении пока практически отсутствуют.





Степень изученности проблемы. Специалисты-несоциологи, обращающиеся к проблематике устойчивого развития, анализу и оценке социогенного риска, выделяют три его крупные составляющие, или три уровня: 1) этнокультурный, 2) групповой, 3) индивидуальный (терминология не является общепринятой) (см. например: [5, 9]).

Социальные риски первого уровня видятся в наличии (или отсутствии) этнокультурных норм и правил, влияющих на те или иные аспекты рискогенности индивидуального или группового поведения; накладывающих запрет или ограничения на выбор целей деятельности, рискованных с точки зрения устойчивого развития социума. Количественная оценка этой составляющей для культур некоторых ведущих индустриальных держав выполнена СМ. Мягковым [4; 5]. Им рассмотрены сведения за 1960-1990 гг. об ущербе от стихийных бедствий, количестве жертв железнодорожных аварий и уровне преступности в Японии, ведущих державах Западной Европы (Великобритании, Франции, ФРГ) и США - странах, близких по характеру хозяйства (высокоразвитое индустриальное), величине валового национального продукта (экономическим возможностям) и численности населения (табл. 1).

В том случае, если отношение населения и лиц, принимающих решения, к природным, техносферным и социальным опасностям, а также осуществление защитных мероприятий регулировалось бы только экономическими механизмами, наибольшие удельные потери должны были быть в Японии, а наименьшие - в США. В действительности наблюдается обратная картина, и, следовательно, она может быть объяснена действием этнокультурных механизмов при определении приемлемого уровня риска.

На групповом уровне социогенного риска проявляются особенности ценностно-нормативных систем различных социальных групп (профессиональных, социально-демографических и т.д.).

Известный пример рискогенного поведения, характерного для многих предпринимателей, представляют собой действия, направленные на минимизацию затрат на амортизацию оборудования, природоохранные и рекультива-ционные мероприятия из-за потери прибыли. Другим примером рискогенной деятельности являются массовые хищения электрических проводов и других изделий из цветных металлов, приобретающие по масштабам характер национального бедствия. Подобное поведение в наибольшей степени характерно для представителей маргинальных слоев общества, хотя и не только для них.

Индивидуальная или личностная составляющая социогенного риска, помимо социальных характеристик, поведенческих установок операторов технических систем определяется также и их физиологическими и психоэмоциональными качествами (метеозависимость, чувствительность к эмоциональным стрессам и т. п.). На последнее обратил внимание А.Б. Эпов [6], отмечавший многократные всплески аварийности на промышленных и транспортных объектах вскоре после гражданских конфликтов в Москве в августе 1991 г. и октябре 1993 г.

База исследования. В данной статье представлена попытка выявить вклад отдельных социальных процессов и категорий населения в техносферную аварийность в России в постперестроечное время. Единственным доступным и пригодным для этого материалом оказались статистические данные о населении и техносферной аварийности, собираемые Российским комитетом по статистике, Министерством по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (МЧС), Министерством внутренних дел и Министерством здравоохранения и социального развития. К их достоинствам относятся систематичность сбора, равноточность, приемлемая представительность для России в целом и ее отдельных крупных частей. Среди важнейших недостатков - фрагментарная характеристика общества, чаще косвенные, чем прямые указания на содержание связи социальных процессов с частотой техносферных аварий.

Сопоставления выполнялись для периода 1992-2002 гг. В этот период начинается однотипная для всей России фиксация техносферных аварий и публикация сводок информации о социальноэкономическом и медико-демографическом состоянии российского населения. К сожалению, не для каждого года указанного периода автор располагает количественными оценками всех использованных в работе показателей. Наиболее полно представлены 1992-1997 и 2002 гг.

Отбор и группировка исходных данных проведены с учетом следующих принципов: 1) всероссийская выборка составлялась из статистических материалов, разрабатываемых на уровне субъекта РФ, т.е. максимально возможный размер всероссийской выборки - 89 единиц; 2) учитывая возможную значимость сравнительно краткосрочных стрессогенных воздействий на частоту техносферных аварий [6], было сочтено более правильным не объединять данные о них за все годы наблюдений в один массив. Выполнялся погодичный анализ связей на выборках, объем которых не всегда позволял получить результаты, соответствующие строгим статистическим критериям достоверности; 3) большое пространственное разнообразие социокультурных и экономических условий нашей страны не позволяет ограничиться анализом, выполненным для России в целом.

Необходим переход от общероссийского уровня к региональному, создаваемому группами областей краев или республик. Такие группировки, на наш взгляд, могут быть выполнены по результатам специального, самостоятельного исследования, включающего социокультурный анализ готовности населения к действиям, связанным с риском.

До выполнения подобных работ представляется возможным рассмотрение интересующих нас связей для двух крупнейших макрорегионов России - отдельно европейской и азиатской ее частей.

Подобное деление, представляющееся на первый взгляд формально-географическим, обосновывается значимо различным возрастом двух территориальных групп населения.

Известно, что планомерное и массовое заселение территории России восточнее Урала началось в конце XIX в. и носило характер импульсов, которые приходились на 1880-1900-е годы, конец 1930-х - начало 1940-х годов, 1960-1970-е годы. Создание производственной инфраструктуры и большинства городов (т.е. возникновение материальной базы техносферных аварий) относится ко второму и третьему периодам, а основной приток населения - к последнему.

Азиатский макрорегион отличается исторической "молодостью" своего населения.

Спецификой является также занятость большинства работников в добывающих отраслях промышленности и на службе в вооруженных силах - видах деятельности, благоприятствующих скорее проявлениям "психологии временщика". В изучаемый период факторами повышенной рискогенности поведения азиатской территориальной группы населения стали трудности контактов с историческим центром страны и более широкое по масштабам, чем в европейской ее части, свертывание производства. Отмеченные особенности не могли не отразиться на ценностно-нормативных системах, стереотипах поведения большей части местных жителей. Значимы различия европейской и азиатской групп населения по такому смыслоемкому показателю, как продолжительность жизни, что отмечалось автором ранее [7; 8].

С учетом изложенного выше понимания характера и механизмов рискогенных действий людей в техносфере, из статистических материалов были отобраны следующие данные, рассматриваемые как факторы: 1) доля больных алкоголизмом, впервые поставленных и стоящих на учете; 2) доля больных нервными и психическими заболеваниями; 3) коэффициенты общей и подростковой преступности; 4) число безработных в абсолютном измерении и в процентах от экономически активного населения; 5) величина среднедушевых доходов в рублях и в процентах от прожиточного минимума; 6) размер валового регионального продукта (ВРП); 7) процент износа основных производственных фондов, Использование дублирующих характеристик как здесь, так и в случае со статистикой техносферных аварий преследует методические цели.

Социальный смысл перечисленных показателей видится следующим. Уровень заболеваемости алкоголизмом и нервно-психическими расстройствами допустимо соотносить со степенью невротизации общества и текущим фоновым уровнем социально-психологического стресса, коэффициенты преступности - с его текущей и обозримой криминализацией. Интерпретация коэффициентов миграционного прироста и безработицы в связи с техносферной аварийностью может быть многообразной, включающей как экономические, так и социально-психологические составляющие. Величина душевых доходов, ВРП и износ основных производственных фондов рассмотрены в качестве доступных экономических характеристик общества и как материал для предварительного сопоставления экономической и социальной составляющих социогенного риска.

Техносферная аварийность в материалах МЧС характеризуется количеством техногенных чрезвычайных ситуаций (ТЧС). Это понятие является нормативным для МЧС. К ТЧС относятся не любые происшествия в техносфере, а лишь те, из-за которых наступило одно или несколько (все) из следующих событий: гибель 4 или более человек, 10 или более пострадавших, нарушение жизнедеятельности 100 или более человек, ущерб - 1000 или более МРОТ. Таким образом, значительная часть мелких техносферных аварий (а вместе с ними - социальные обстоятельства, социальные группы, их вызвавшие) остается вне статистического анализа.

Обработка данных проводилась с помощью пакета программ Statistica 6.0. Перед началом работы все количественные данные были нормализованы.

Обсуждение результатов. На первом этапе исследования отдельно для России, ее европейской и азиатской частей были составлены погодичные корреляционные матрицы "частота ТЧС - социально-экономические характеристики". Объемы выборок для всей территории страны колебались в пределах 73-86 единиц, для Европейской части - 49единицы, для Азиатской - 22-28 единиц.

(Из 89 субъектов РФ в Европейской части находится 56, а в Азиатской — 33.) Принятые к дальнейшему рассмотрению статистические характеристики общества имели с частотой техносферных аварий значимые коэффициенты парной корреляции (при р 0.05). Для всей суммы ТЧС наиболее выражены связи с социально-экономической ситуацией в регионах: уровнем безработицы, душевых доходов (оба -в абсолютных показателях), миграционной подвижностью. При переходе к рассмотрению отдельных типов ТЧС удается вычленить связи с явлениями социальнопсихологического плана - алкоголизацией и невротизацией населения, а также криминальную составляющую.

Наиболее существенными представляются следующие результаты выполненных сопоставлений. Рост числа безработных всегда является следствием свертывания производства, в том числе и в России 90-х годов. Вслед за свертыванием производства логично ожидать сокращения техносферной аварийности (как и величины ее штатных негативных воздействий, что отмечено во многих отечественных публикациях экологического содержания). Вместе с тем, согласно данным [9;

10], в период 1992-1995 гг. общее число ТЧС росло от более чем 800 до более чем 1400 событий в год. К 2001 г. их количество постепенно снизилось и лишь немного превышало 600 ТЧС в год. а к 2002 г. вновь стало расти и превысило 800 случаев.

Однонаправленное изменение уровня безработицы и частоты ТЧС (по крайней мере, в первой половине рассматриваемого периода) может быть объяснено причинами, действующими как по отдельности, так и совместно: 1) основная или существенная часть прироста ТЧС происходила не в производственной сфере; 2) ощутимую долю составили ЧС, произошедшие на полностью или частично остановленных производствах, которые, тем не менее, остаются объектами техносферы и продолжают нуждаться в выполнении (пусть и в сокращенном объеме) определенных регламентных и/или консервационных работ; 3) социально-психологический стресс, связанный с потерей работы или нестабильностью ее условий, определенным образом сказывается на уровне рискогенности поведения людей.

Существование значительных индивидуальных различий в выборе способов приспособления к ситуации потери работы отмечается многими исследователями (см., например, [11, с. 25, 46]). В их числе, с точки зрения стратегий поведения, благоприятствующих учащению ТЧС в нашей стране, могут способствовать такие стратегии безработных, как борьба с государством, "ограбившим" своих граждан несколько раз, и стремление получать от государства в качестве финансовой компенсации своих потерь как денежное пособие, так и иные материальные блага, на которые индивид считает себя вправе претендовать (в том числе, как представляется, и незаконным путем).

Нельзя недоучитывать и прямых угнетающих эффектов безработицы. Среди них повышенное беспокойство, подавленность, заниженная самооценка, которая может способствовать снижению социальной ответственности, в том числе - в вопросах профилактики и предотвращения ТЧС на ранних стадиях. Последнему также способствует фатализм и пессимизм в отношении будущего (см., например, [5, с. 124]), выявляемые при анализе этнокультурных различий отношения к риску.

Выполнение процедуры регрессионного анализа показало, что в 1992-1999 гг. (период непрерывного роста числа безработных до максимума за рассмотренный период) уровень безработицы является значимым для объяснения 16-26% дисперсии суммы ТЧС (F*** 15,45/40,59).

Максимум в 1995 г. совпадает со временем регистрации наибольшего числа ТЧС за рассмотренное десятилетие.

Совместный учет уровня безработицы и душевых доходов в 1994 - 1998 гг. повышает коэффициент детерминации (Rs до 0,43-0,61 (F*** 56,23/43,26; безр = 0,40/0,62;

дох = 0,32/0,55). Изменение вклада переменных имеет встречные тенденции: от 1994 к 1998 гг.

снижается значение безработицы и растет значение душевых доходов.

Эти соотношения, описанные по материалам всероссийской выборки, формируются прежде всего за счет процессов, происходящих на европейской территории России (ЕТР). Они позволяют предположить, что к концу 90-х годов на фоне сокращения уровня безработицы по крайней мере у этой территориальной группы населения произошла частичная социально-психологическая адаптация к ней как к новому негативному явлению общественной жизни. Фактор безработицы перестал вносить ощутимый вклад в рост техносферной аварийности.

Уровень душевых доходов самостоятельной значимости для объяснения динамики ТЧС не имеет. Помимо отмеченных выше сочетаний с уровнем безработицы в 2002 г. он, вместе с уровнем износа основных производственных фондов и миграционного прироста объясняет 57% дисперсии всех ТЧС (F***25,6; дох = 0,82; изн = 0,44; мигр = 0,26).

Его смысловое наполнение для целей анализа техносферной аварийности может включать указание на качество населения экономически благополучных районов, где сокращение производства (т.е. пространства техносферного риска) произошло в наименьших масштабах. Если бы основная часть ТЧС была связана с материальным состоянием технических систем, справедливее было бы ожидать значимых корреляций с величиной валового регионального продукта (ВРП), публикуемого в материалах Роскомстата с 1994 г. и тесно связанного (r 0,8) с доходами населения. Однако этого не наблюдается.

Во всероссийской выборке обратные связи коэффициента миграционного прироста населения с частотой ТЧС характерны для территорий, активно терявших свое население на протяжении всего изученного периода. К таковым прежде всего относится значительная часть азиатской территории России (АТР), а также север ЕТР и отдельные регионы Северного Кавказа. До середины 90-х годов здесь, несмотря на свертывание производства и сокращение численности населения, удельное (на душу) число ТЧС продолжало расти. Это значит, что рост абсолютного числа аварий не сокращался, а оставался стабильным или, скорее, рос более быстрыми темпами, чем происходил отток населения.

Причины подобного развития ситуации, видимо, также связаны с особенностями адаптации безработных. Косвенным подтверждением тому служит появление в уравнениях регрессии для 1992 и 1994 гг. кроме миграционной переменной еще и переменной "подростковая преступность" (Rs = 0,41/0,57; F*** = = 24,71/32,35; мигр = -0,47/-0,72; прест = 0,40/0,09).

Социально- и медико-психологические проблемы миграций затрагиваются в специальной литературе в отношении лиц, прибывших на новое место жительства (см., например, [12; 13]). Имеют ли значение для роста рискогенности производственного и бытового поведения соответствующие особенности состояния людей, намеревающихся покинуть постоянное место жительства, и имеет ли при этом значение длительность их проживания там? Более глубокому изучению эти вопросов могло бы послужить включение дополнительного блока вопросов в региональные мониторинговые системы МЧС.

Влияние иных использованных для анализа статистических показателей можно обнаружить при рассмотрении изменений повторяемости отдельных типов ТЧС. В силу специфики исходной информации такой анализ стал возможен лишь для 1992— 1997 гг. и 2002 г.

и следующих типов ТЧС:

а) пожаров и взрывов всех локализаций; б) пожаров и взрывов в зданиях и сооружениях различного назначения; в) транспортных аварий.

Небольшой объем ежегодных фактических данных по каждому из них определил выбор корреляционного анализа в качестве первого шага к выявлению общих закономерностей.

–  –  –

В 90-е годы, среди прочего, выросло число социальных девиаций, что также внесло свою лепту в рост техносферной аварийности. Для России в целом уровень алкоголизации населения проявился в 1992-1993 гг. в связи с пожарами и взрывами (не имеющими отношения к террористическим актам) в зданиях и сооружениях различного назначения. Такая картина складывается, очевидно, за счет ситуации, характерной для ЕТР. В азиатской России с девиациями этого типа коррелируют транспортные аварии.

Как алкоголизация, так и другие негативные общественные процессы (часть из них рассматривается ниже) самостоятельно не определяют всех или большей части ТЧС того или иного типа. Рассчитанные для отдельных случаев параметры уравнений множественной регрессии приведены в таблице 2.

Невротизация общества в качестве фактора техносферных аварий проявилась в 1992 -1994 гг.

- сначала на ЕТР и через год на АТР, что косвенно подтверждает упоминавшиеся выше данные [6].

Наиболее "чувствительным" к этому фактору оказался транспорт. Именно в эти годы во всероссийском реестре ТЧС аварии данного типа лидировали по количеству случаев, позже уступив первенство пожарам и взрывам.

Криминальная составляющая во всероссийской выборке проявляется все годы и во всех типах ТЧС, но чаще всего — в связи с пожарами. Взрослая и подростковая преступность вносят свою лепту примерно в равной степени (табл. 2). Усиление повторяемости криминальных пожаров (поджогов) в эпохи "нестроения" в обществе на отечественном историческом материале показано и прокомментировано С.М. Мягковым и А.Л. Шныпарковым [14].

На макрорегиональном уровне криминальный фактор в начале 90-х годов в большей степени характерен для ТЧС регионов Европейской части страны, что связано с более высоким, в среднем, уровнем экономического благосостояния этих регионов. Восточнее Урала его влияние становится заметным в конце прошлого десятилетия и начале нового века.

Выводы. Техносфсрная аварийность как одно из проявлений жизнедеятельности современного общества вправе претендовать на специальное внимание социологов и социальных психологов. Это явление оказалось под влиянием радикальных социальноэкономических изменений в конце 90-х годов и продолжает отражать в своей структуре и частотных характеристиках их текущие особенности. Эти наиболее трудные для страны годы отмечены расширением спектра негативных общественных явлений, значимых для частоты техносферных аварий. Особенности этих процессов требуют дальнейшего глубокого исследования.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Мягков С.М, Неблагоприятные и опасные природные явления в изменяющемся мире // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 5. Геогр. 1989. № 3. С. 10-15.

2. Мягков СМ. Пути к социально-экологической устойчивости России // Вестн. Моск. ун-та.

Сер.5. Геогр. 1995. № 5. С. 3-8.

3. Безопасность России. М., 1999.

4. Мягков СМ. Природный риск: особенности восприятия // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 5. Геогр.

1994. № 4. С. 30-36.

5. Мягков С.М. Социальная экология. Этнокультурные основы устойчивого развития. М. 2001.

6. Эпов А.Б. Закономерности возникновения техногенных чрезвычайных ситуаций и их связь с природными процессами // Проблемы безопасности при чрезвычайных ситуациях.

1994. Вып. 12. С. 15-21.

7. Ващалова Т.В., Мягков С.М. Устойчивость субъектов РФ в социально-экологическом кризисе. Этнокультурный подход // Изв. РАН. Серия геогр. 1998. № 1. С. 62-73.

8. Ващалова Т.В. Миграционная подвижность населения как фактор социально-экологической неустойчивости // География Среднерусской возвышенности. Комплексные экспедиционные исследования Центрального Черноземья и сопредельных территорий. Курск. 1999. С. 46-53.

9. Шахрамапьян М.А., Акимов В.А., Козлов К.А. Оценка природной и техногенной безопасности России: теория и практика. М., 1998.

10. Петрова Е.Г., Шныпарков А.Л. Динамика техногенных чрезвычайных ситуаций в России на рубеже веков // География, общество и окружающая среда. М.. 2004. Т. 3. С. 330-334.

11. Глуханюк Н. С, Колобкова А.И., Печеркина А.А. Психология безработицы: введение в проблему. М.. 2003.

12. Лебедева Н.М. Социальная психология этнических миграций. М., 1993.

13. Соколова Е.Д., Барлас Т.В. Психическое здоровье населения и миграционные процессы // Журнал невропатологии и психиатрии. 1989. Т. 89. №10. С. 77-81.

14. Мягков СМ., Шныпарков А.Л. История стихийных бедствий в России в XII-XIX веках //




Похожие работы:

«Сказки Ученого Кота Шарль Перро Золушка. Спящая красавица (сборник) "Просвещение" Перро Ш. Золушка. Спящая красавица (сборник) / Ш. Перро — "Просвещение", — (Сказки Ученого Кота) В книгу вошли хорошо известные и любимые многими...»

«АПОСТОЛ, 202 ЗАЧАЛО (КОММ. НА ГАЛ. 2:11-17) ПОНЕДЕЛЬНИКА 15 НЕДЕЛИ 2:11-16 ЦЕРКОВНОСЛАВЯНСКИЙ ТЕКСТ (2:11-16) СИНОДАЛЬНЫЙ ПЕРЕВОД (2:11-17) ИОАНН ЗЛАТОУСТ (Стихи 2:11-13) (Стихи 2:14-15) ФЕОФИЛАКТ БОЛГАРСКИЙ (Стихи 2:11-15) ФЕОФАН ЗАТВОРНИК 4) Твердость святого Павла...»

«Наталия Правдина Ваш сияющий путь к успеху Ваш сияющий путь к успеху: АСТ; Москва; 2007 ISBN 978-5-271-155993-0, 978-5-91207-040-2 Аннотация "Студия благополучия и успеха Наталии Правдиной" – новая серия книг, издающихся специально по просьбам многочисленной армии последователей и по...»

«Руководство по эксплуатации Керівництво з експлуатації Насос водяной WP 40 Насос водяний WP 40 Оглавление Введение Безопасность Ответственность оператора Работа Заправка Выхлопные газы Угроза отравления уг...»

«Вариант 1 Часть1 Прочитайте текст и выполните задания 1-3 (1)Благополучно переплыв Атлантику и высадившись со своей командой на берег Америки, Колумб был убеждён, что добрался до Индии, и (. )нарёк местных жителей "индейцами". (2)Несмо...»

«Требования к написанию научного Эссе для поступления в магистратуру по направлению подготовки 260800.68 "Технология продукции и организация общественного питания" Эссе должно отражать инновации в области производства продуктов массового потребле...»

«МИР РОССИИ • 2000 • N2 РОССИЯ КАК РЕАЛЬНОСТЬ На пути к обществу рабочего класса российская классовая структура в 90-е годы* X. МЕЛИН Финский социолог X. Мелин анализирует современное российское общество с позиций...»

«Ги д. Мопассан Провинция Алжир "ЛитПаб" Мопассан Г. д. Провинция Алжир / Г. д. Мопассан — "ЛитПаб", © Мопассан Г. д. © ЛитПаб Г. д. Мопассан. "Провинция Алжир" Содержание *** 5 Конец ознакомительного фрагмента. 8 Г. д. Мопассан...»

«Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк На реке Чусовой I По западному склону Уральских гор сбегает много горных рек и речонок, которые составляют главные питательные ветки бассейна многоводной реки Кам...»








 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.