WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 11 |

«Главная редакция: Е. М. ЖУКОВ (главный редактор), Е. С. ВАРГА, В. П. ВОЛГИН, М. Я. ГЕФТЕР, А. А. ГУБЕР, Б. М. КЕДРОВ, М. П. КИМ, С. В. КИСЕЛЁВ, Н. И. КОНРАД, Е. А. КОСМИНСКИЙ, В. В. КУРАСОВ, А. Ф. ...»

-- [ Страница 7 ] --

Столь характерное явление для Древнего царства, как продовольственные и вещевые выдачи из царского хозяйства, продолжались и в Среднем царстве. От второй его половины сохранились части придворных приходо-расходных книг и иные счетные записи. По ним можно видеть, какие люди постоянно или от случая к случаю пользовались государственными продовольственными выдачами. Это были простые люди — ремесленники, слуги, а также телохранители, второстепенные должностные лица, второстепенные и самые высокие сановники, члены их семей, даже члены царской семьи, жившие своим домом. Лица, состоявшие при храме, также получали продовольствие из царского хозяйства.

Тем не менее во вторую половину Среднего царства получают дальнейшее развитие товарно-денежные отношения.

В конце Среднего царства мерилом стоимости стало служить золото: сановник платит другому «золота 60 дебен — золотом, да медью, да одеждой (и) зерном», т. е. уплачивает золотом, медью, одеждой и зерном общую сумму в 60 дебен золота (дебен = 91 г). В начале XII династии мы узнаём, что в одном случае за услуги было заплачено «серебром, золотом, медью, притиранием, одеждой, нижнеегипетским ячменём, пшеницей». Из этой последовательности можно сделать вывод, что серебро тогда ещё ценилось дороже золота. К концу же Среднего царства оно было уже дешевле золота в два раза. По-прежнему имели место зерновые ссуды, и сделки по поводу зерновых ссуд носили, можно предположить, ростовщический характер.

Расцвет Среднего царства относится ко времени XII династии, Государство которая воцарилась около 2000 г. до н. э. и обладала прочной времени расцвета властью до начала XVIII столетия до н. э. За два с лишним веСреднего царства ка сменилось всего лишь восемь фараонов: Аменемхет I, Сенусерт I, Аменемхет II, Сенусерты II и III, Аменемхеты III и IV, фараон-женщина Нефрусебек.

Аменемхет I обосновался не в Фиванской области, а на севере, на рубеже Верхнего и Нижнего Египта, в крепости, многозначительно именовавшейся «захватившей обе земли» («Иттауи»). Эта крепость и стала столицей XII династии. Она была расположена неподалёку от древнего Мемфиса (около нынешнего селения Лишт), а немного южнее находилась «Земля озера», нынешний Фаюм, где при XII династии, как уже говорилось, у озера путём осушки были отняты большие площади плодоносной земли и был создан новый, богатый плодородной землёй округ.

Укреплению царской власти при XII династии способствовали победоносные войны с соседями, вылившиеся на юге в завоевательные войны. Эфиопия, золотые рудники которой были теперь хорошо известны и манили к себе египетских завоевателей, подвергалась нашествию египтян ещё при первых двух царях новой династии; однако окончательное подчинение Северной Эфиопии произошло при Сенусерте III. Несколько походов и создание мощных крепостей у вторых порогов Нила закрепили Северную Эфиопию за Египтом. Доступ зарубежным эфиопам в новоприобретённые владения фараона был дозволен только для торговли или в порядке посольства. О том Войско номарха из Сиута.

Скульптурная группа. XII династия. Дерево.

же Сенусерте III известно, что он ходил войной на Палестину; неясно, однако, в какой мере такое вторжение сопровождалось подчинением этой страны. Как бы то ни было, слава фараона-воителя надолго его пережила. В Новом царстве его считали местным богом египетской Эфиопии. Позднее предание, слив с его именем смутные воспоминания об египетских завоевателях времени Нового царства, создало баснословный образ покорителя полмира Сенусерта, по-гречески — Сесостриса.





Однако и при могущественном Сенусерте III, как и при его предшественниках, на местах по-прежнему сидели владетельные номархи. Хотя иной из них и был посажен в свою область царем — известен случай, когда область была нарочно выкроена для одного царского сподвижника, — власть номарха была наследственной, переходила от отца к сыну или от деда по матери к внуку, и царь только утверждал нового владетеля. Один номарх изобразил в своей гробнице 59 владетельных предков. Еще при Сенусерте I номарх мог вести летоисчисление не только по годам царского, но и своего собственного правления. Обыкновенно номархи состояли одновременно начальниками местного жречества и сами бывали верховными жрецами местных божеств. Номархи возглавляли войско своей области. Они управляли в своих номах как пашнями, так и находившимся там стадом царя; подати в пользу царского дома проходили через их руки. Хотя «дом (хозяйство) номарха», как должностного лица и его «отчий дом», а также «стадо царя» и «стадо номарха» строго различались, всё же номархи и при XII династии были и оставались могущественными людьми. Сила и богатство их не только не уменьшались, но, напротив, возрастали вплоть до времени правления

–  –  –

Войско в значительной своей части находилось под начальством номархов, образуя номовые вооружённые силы; в прямом подчинении у них было и большинство второстепенных государственных служащих.

Но при XII династии мы видим и особое войско, состоявшее непосредственно при особе фараона. Это были телохранители, называвшиеся, как и слуги больших господ, «провожатыми», в данном случае — «провожатыми властителя». Состав царских телохранителей был неоднороден: кое-кто был, по-видимому, из числа знати, но большинство, судя по имеющимся данным, было незнатного происхождения. Номархи тоже имели своих вооружённых «провожатых», но они, бесспорно, не могли одаривать их так щедро, как фараон, который жаловал своим телохранителям по несколько десятков людей («голов») и награждал их золотым оружием.

Иной, как будто неродовитый, «провожатый властителя» чувствовал себя важным лицом, а сподвижник Сенусерта III, выслужившийся из телохранителей в «наставники» телохра- Крепость XII династии в Семне (Эфиопия).

нителей, имел высокие звания вельможи. Он Реконструкция и план.

же называл себя «тем, кому придал владыка обеих земель его значение». На таких воинов фараон мог рассчитывать в борьбе с местной знатью.

–  –  –

Аменемхета I, от одной мысли о возможной смуте после смерти царя сейчас же бежал из стана царевича в Сирию. Об этом рассказывает его художественно обработанное жизнеописание — так называемый «Рассказ Синухета»; нет никакой причины сомневаться в возможности рассказанного происшествия.

Пора наибольшего могущества государственной власти в период Среднего царства совпадает с правлением Аменемхета III. Мало что известно о его долгом царствовании, несмотря на то, что памятников от этих лет дошло немало. Он один оставил сооружение, которое можно сравнить с памятниками времени Древнего царства. У самого входа на «Землю озера»

(Фаюм) воздвигнуто было громадное по площади каменное здание, состоявшее из многих палат, тысяч комнат и переходов с перекрытиями из исполинских плит. От всей постройки остались одни смутные следы да разрозненные обломки, но ещё греки дивились ей не меньше, чем великим пирамидам. Позднее греки называли ее «Лабиринтом». Сооружение погибло, и сейчас трудно определить, чем оно было на самом деле, но возможно, что это был царский поминальный храм с особыми отделениями для богов номов. По-видимому, объединяя божества номов в одном храме вокруг особы царя, желали покрепче привязать сами номы к общеегипетской фараоновской власти.

Важно отметить, что с воцарением Аменемхета III цепь гробниц номархов, дотоле непрерывная, внезапно пресекается. Как видно, Аменемхету III удалось сломить могущество номархов. Это, однако, не уничтожило сложных общественных противоречий, раздиравших общество Египта во времена Среднего царства. Мы уже говорили, что, как свидетельствуют памятники, и фараоны и местная знать всё время были в тревоге — враги или мятежники постоянно угрожали их власти. При остроте общественных противоречий, при неустойчивости политического положения в стране достаточно было незначительно поколебаться государственной власти, чтобы все противоречия обнаружились с огромной силой.

После Аменемхета III — последнего и единственного царя времени Среднего царства, сколько-нибудь напоминавшего могущественных фараонов Древнего царства, — на престоле промелькнули два недолговечных правителя, из которых вторым была женщина, и XII династия пресеклась.

3. Идеология и культура периода Среднего царства. Религия

Язык, на котором говорили в период Среднего царства, был Письменность сравнительно близок к языку времен Древнего царства, но нои научные знания вое беглое письмо, так называемое иератическое, которым писали на папирусе и пользовались в повседневном быту, уже сильно отличалось от древнего беглого письма.

Ко времени XII династии наряду с беглым книжным письмом выработалась настоящая деловая скоропись, вовсе не похожая на старые деловые почерки и тем более на общего их прародителя — иероглифическое письмо. Последнее оставалось письмом для надписей. Развитие письменности — показатель значительных успехов египетской культуры в период Среднего царства.

Общий подъём хозяйственной и общественной жизни в период Среднего царства благотворно сказался на развитии науки. Именно Среднему царству принадлежит несколько списков задачников, хотя ввиду гибели книг Древнего царства нельзя установить, насколько потомки опережали здесь предков. Среднеегипетская счётная и землемерная наука, несмотря на крайнюю громоздкость образования дробей, решала сложные задачи, орудовала понятием неизвестного, числом (которое они считали равным 3,16), вычисляла объём усечённой пирамиды и, возможно, поверхность полушария. Эти достижения, засвидетельствованные в рукописи конца Среднего царства, хранящейся в Государственном музее изобразительных искусств в Москве, говорят о высоком развитии математических знаний. От Среднего царства дошли также остатки лечебника по женским болезням и лечебника для животных. К концу Среднего царства относится своеобразный справочник, точное назначение которого не ясно. Он содержит перечень свыше 300 названий различных масел, Задача на решение объёма усечённой пирамиды.

Из Московского математического папируса. Конец Среднего царства.

птиц, животных, растений, хлеба, зерна, частей тела, эфиопских крепостей, верхнеегипетских городов. В нём приводятся также сокращённые обозначения 20 видов скота.

Обожествление царской власти по-прежнему остаётся важВерования нейшей чертой религии. XII династия выдвинула культ нового государственного бога — Амона. Средоточием культа Амона стал в это время город Фивы, на севере фиванского нома. Амон, которому для придания большего веса приписали кое-что от верхнеегипетского бога плодородия Мина, был отождествлён с древним государственным богом Солнца Ра под именем Амон-Ра.

В связи с ростом значения средних слоев населения в религиозных верованиях происходят некоторые изменения. Простые свободные громко заявляли о себе, и сам государственный культ отразил в себе их настроения. Амон-Ра начинает изображаться заботящимся о самых ничтожных тварях, внемлющим мольбе несчастного, спасающим робкого от гордого, судящим между убогим и сильным. Таким Амон-Ра изображается в славословии, известном полностью по рукописи Нового царства (середины XVIII династии) и по отрывкам, сохранившимся от периода конца Среднего царства. При этом естественно, что учение об Амоне, как о защитнике бедняков, было средством идеологического воздействия господствующего класса на широкие массы населения.

Та же XII династия, которая выдвинула Амона, немало способствовала и возвеличению бога Осириса. После падения Древнего царства изображения и надписи со стен громоздких усыпальниц вельмож перекочевали на скромные плиты, доступные и людям среднего достатка; на кладбищах было множество таких плит. Часть многословных заклинаний из царских пирамид появилась на стенках деревянных гробов,

ДИКАЯ КОШКА В ЗАРОСЛЯХ ПАПИРУСА.

Роспись из гробницы номарха Хнумхетепа в Бени-Хасане.

Египет. Среднее царство доступных зажиточным людям. Здесь к этим заклинаниям были присоединены новые, так называемые «надписи саркофагов», а также заклинания, вошедшие в состав ново- и позднеегипетских заупокойных сборников — так называемая древнейшая «Книга мёртвых».

Теперь всякий покойник мог считаться Осирисом, иметь путём колдовства его преимущества, чтобы существовать в загробном мире. Осирис сделался общеегипетским богом мёртвых. Возросло значение его города Абидоса и справлявшихся там священных представлений.

XII династия учла всё это и всемерно содействовала великолепию абидосских торжеств.

С воссоединением страны вновь расцветает каменное строиЗодчество тельство, большое и смелое, хотя и не похожее на зодчество Древнего царства. Погребальное сооружение одного из царей XI династии — Ментухетепа в Фивах (около нынешнего Дер эль-Бахри) являло собой причудливое сочетание поминального храма, пирамиды и верхнеегипетской пещерной гробницы. Среднюю часть здания составляла естественная скала, увенчанная, по-видимому, пирамидой; её окружали снаружи два яруса портиков с гранёными столбами.

Цари XII династии, как уже указывалось, в борьбе с местной знатью — номархами — опирались на служилую придворную знать и воинов и стремились внешне к восстановлению порядков Древнего царства. Характерно, что Аменемхет I обосновался недалеко от Мемфиса, где дольше сохранялись традиции Древнего царства. Возвратом к старине при XII династии был и отказ от царских надгробий в духе XI династии.

По краю пустыни от южной окраины Мемфиса до входа в «Землю озера» (Фаюмский оазис) и в самой пустыне вновь вырастали одна за другой царские пирамиды. Наружно они были подобны древним пирамидам, с поминальными храмами спереди, а то и с гробницами знати вокруг (у нынешних селений Дахшур, Лишт, Эль-Лахун, Хавара). На деле, однако, пирамиды XII династии, за исключением принадлежавшей Сенусерту I, были построены из кирпича-сырца и только облицованы известняком. Да и у Сенусерта I пирамида состояла всего лишь из каменных клетей, засыпанных песком и щебнем, только снаружи покрытых известняковой облицовкой. Усыпальницы вельмож подле пирамид также имели вид «завалинок» (мастаба), но строились из кирпича и лишь облицовывались плитами из известняка.

Богаче бывали высеченные в скалах верхнеегипетские гробницы, особенно гробницы номархов. Иногда эти гробницы состояли из нескольких помещений и переходов, с помещением для изваяния умершего в глубине, со склепом под полом, несколькими каменными колоннами внутри, а то и под навесом у входа, и с многокрасочными росписями по стенам.

То, что осталось от тогдашних городских храмов, говорит об их простоте и изяществе, но отнюдь не о значительности их размеров. Привратные башни — пилоны, — составляющие отличительную черту позднейших египетских храмов, восходят к Среднему царству. Перед храмом, по крайней мере в городе Гелиополе, уже при XII династии стояли два островерхих гранёных столба — обелиска.

По сравнению с предшествующими временами мы довольно хорошо осведомлены о гражданском зодчестве XII династии. Выше уже упоминалось о городе подле царской пирамиды у нынешнего Эль-Лахуна. Внушительными сооружениями были воздвигнутые при XII династии крепости у вторых нильских порогов.

Новым духом повеяло в это время в изобразительном искусИзобразительное стве. Гордость своим умением сквозит в каждом слове проискусство странной надписи, составленной ещё при XI династии одним из «начальников-мастеров» — «мастером гораздым в ремесле своём»: «Знал я походку мужского изображения и поступь женского, положения птицы и скота, осанку (?) поражающего (?) единоборца, как глядит око на другое, как наполнить страхом лицо пленных (?) врагов, поднятие руки у того, кто поражает бегемота, поступь бегущего».

Несмотря на временный упадок исполнительского мастерства в период падения Древнего царства, высвобождение местных творческих сил из-под власти косного столичного искусства было благотворным, так как это толкало на путь самостоятельных исканий, наблюдений и изучения действительности взамен следования готовым прописям и школьным привычкам.

Большим достижением Среднего царства было развитие росписи. Выдвинувшиеся теперь верхнеегипетские владетели высекали себе гробницы в скалах. Иногда стены гробниц покрывались рельефом, однако ограниченность средств, а также то, что стены пещер были мало приспособлены для высекания на них изображений, предрасполагали к росписи гробничных стен. Если роспись прежде сводилась больше к раскраске высеченных на стене изображений, то теперь она могла полностью использовать свои возможности, давая более живую и выразительную передачу действительности. Тонкая же наблюдательность, несмотря на условность приёмов, отличала лучших живописцев и ваятелей Среднего царства не в меньшей, если не в большей степени, чем их предшественников в Древнем царстве.

Уже при XI династии в гробницах номархов около нынешнего Бени-Хасана появляются, например, изумительные по количеству, разнообразию и точности изображения воинских упражнений. Замечательны своей живостью также группы деревянных фигурок начала Среднего царства, изображавших работников или воинов умершего.

Временная утрата исполнительского мастерства после падения Древнего царства была делом поправимым. После восстановления единства страны образцы изобразительного искусства уже не уступали лучшим образцам Древнего царства, а иногда и превосходили их.

Правда, среди вещей (например, заупокойных плит), встречаются и низкокачественные; даже в лучших по исполнению гробницах изображения не были так последовательно слиты в одно художественное целое со стенами, как в гробницах Древнего царства, но этот недостаток искупался новизной и живостью замысла и подачи, а также особой тонкостью в показе зверей и птиц.

Новые достижения в искусстве, связанные с некоторым вовлечением в общественную жизнь более широких масс свободного населения, нашли отражение и в творчестве мастеров, работающих при дворе. Правдивы и выразительны многие изваяния Сенусерта III и Аменемхета III. Их лица, костлявые, суровые и надменные, изображались такими, какими, повидимому, были в действительности.

Сколько-нибудь ясное представление о литературе древних Художественная египтян мы получаем впервые с появлением памятников литература Среднего царства, хотя она своими корнями, несомненно, уходит в Древнее царство, и лишь из-за гибели источников нельзя показать этого наглядно.

В главе о Древнем царстве уже упоминалось, что его мудрецам приписывалось впоследствии несколько сочинений о житейской мудрости. Отрывок наставлений царевича Хардедефа, сохранившийся в списке Нового царства, написан языком, действительно отличающимся большой древностью. Имя Хардедефа было хорошо известно Среднему царству; в рукописи этого времени до нас дошло и поучение, приписывавшееся другим древним мудрецам — Птаххетепу, современнику V династии, отцу сановника Кагемни времени III династии. Однако в литературе Среднего царства имелись не одни древние имена. Поучение Ахтоя своему сыну-школьнику с чиновничьим самодовольством осмеивало все виды трудовой деятельности, за исключением профессии писца. Два других поучения являлись по существу политическими трактатами. Они были составлены от имени искушённых житейским опытом царейотцов и обращены к их преемникам. В более пространное из этих поучений — поучение гераклеопольского царя своему сыну Мерикара — включено художественное описание мирообразующей деятельности Солнца и его заботы о человечестве. Однако в основном — это наставления об управлении государством.

Горечь, оставленная пережитым, особенно выразительно передана в поучении, вложенном в уста основателя XII династии Аменемхета I. По содержанию своему предлагаемые наставления всецело порождены бурной порой Среднего царства. Частные лица тоже выступали с такого же рода дидактическими произведениями. Казначей Аменемхета III, Схетепибра, оставил надпись, поучавшую, как выгодно служение фараону и как дурны последствия непокорности ему.

«Поучение» Схетепибра может быть названо славословием фараону. Прославления фараоновской власти вставлены и в «Рассказ Синухета» — одно из наиболее ценившихся египтянами сочинений. По своему общему построению этот рассказ примыкает к жизнеописаниям времён VI династии, но по обстоятельности и живости изложения он бесконечно превосходит древние образцы. Возможно, что мы имеем здесь дело с действительными происшествиями, только переданными в художественной форме. Неспокойная пора Среднего царства отражена в содержании этой повести: придворный Синухет бежит из воинского стана, боясь смуты, которая может возникнуть при смене правителей, затем он приобретает положение и богатство в Сирии, по возвращении же через много лет на родину ласково принят новым фараоном, Сенусертом I. Особенно красочно описаны бегство в пустыню, единоборство с сирийским витязем и приём беглеца при дворе.

Возможно, что к Древнему царству восходил в своей основе круг сказок о Хеопсе и чародеях, дошедший до нас в списке конца Среднего царства, но, к сожалению, без начала и конца. Один за другим царевичи рассказывают Хеопсу о волшебных деяниях чародеев, живших при его предшественниках: о том, как один чародей покарал неверную жену и её любовника, как другой чародей перевернул озеро, чтобы достать вещицу, оброСтатуя времени XII династии (Аменемхет III).

ненную придворной красавицей. Известный мудрец, царевич Хардедеф, предлагает Хеопсу привести чародея по имени Джеди, но чародей, явившись, огорчает царя предсказанием, что через несколько поколений власть перейдёт к другому роду.

Хотя в сказках речь идёт о давно минувших временах, но вся обстановка оказывается весьма злободневной именно для Среднего царства. В столкновении чародея-сановника с любовником, принадлежащим к людям «малым», усматривают отражение борьбы между знатью и рядовыми свободными. Другой современный чародей — сам богатый «малый»; он ведёт себя в высшей мере независимо перед Хеопсом и даже поучает царя.

Далёкие плавания в заморские страны нашли своё отражение в «Сказке о потерпевшем кораблекрушение». Поездки в Южное Красноморье предпринимались и в Древнем царстве, и тогда уже могли слагать о них сказки. Но в сказке о таком путешествии времён Среднего царства (хранящейся в Эрмитаже) рассказывается, что не какой-нибудь сановник, а простой смертный был выброшен на остров к страшному на вид, но добродушному змею, снят оттуда египетским кораблём и доставлен ко двору. За привезённые царю подарки от змея он был произведён в телохранители.

Общественные противоречия Среднего царства выражены особенно сильно в «Повести о красноречивом селянине». В дни гераклеопольских царей из оазиса в столицу отправляется селянин купить хлеба, но по дороге он ограблен прислужником важного вельможи. Вельможа остаётся глух к жалобе пострадавшего, когда же замечает, что жалобщик красноречив, заставляет его произносить длинные обличения и увещания, которые затем записывает на потеху царю, любителю красноречия. Под конец, правда, царь смилостивился: он награждает обиженного и наказывает грабителя.

Если бытовые повести, вроде рассказа о злоключениях «красноречивого селянина», могли слагаться народом и в Древнем царстве, то художественно построенные речи, бичевавшие неправедного сановника, были, вероятно, новым видом словесности. Эти речи подводят нас вплотную к той отрасли среднеегипетской письменности, которую можно считать всецело вызванной к жизни глубокими общественными потрясениями времени Среднего царства.

Самое отвлеченное из такого рода произведений — так называемая «Беседа разочарованного со своей душой». Разуверившись в злом и бездушном обществе, страдалец ищет смерти.

Душа отговаривает его, указывая на тщету надежд на посмертное существование и советует наслаждаться жизнью. Однако человек не сдаётся. Душа выступает в этом произведении носительницей настроений, выраженных в застольной египетской песне того времени, приглашавшей предаваться житейским утехам пока не пришла смерть. Не осталось даже гробниц славнейших мудрецов, говорится в песне, каково на том свете — рассказать об этом некому, так как никто оттуда не возвращался. Это произведение, вероятно, древнейший известный нам памятник свободомыслия, подвергающий сомнению господствующее религиозное учение.

Намёки на события, происходящие в общественной жизни, Политическая содержатся и в другой «беседе», времени середины XII диналитература стии, на этот раз в беседе человека со своим сердцем. Её веи восстание низов дёт рядовой жрец из Гелиополя. В стране происходят перемеегипетского ны, год не похож на другой. Страна больна, нет порядка в общества ней, жизнь из года в год труднее, всюду горе, горюют города и номы, всякий творит неправду.

Об исторических событиях в жизни страны повествует третий обличитель, в так называемом «Речении Ипусера» (старое чтение: Ипувера). Его длинная, местами стихотворная речь выдаётся за речь, произнесённую перед царём, изображаемым в качестве зачинщика «беспорядков». Эти «беспорядки» — грозное восстание низов, перевернувшее всё в стране. Обличитель как можно мрачнее описывает переворот, чтобы затем призвать к восстановлению прежних порядков, которые он восхваляет в восторженных словах. Автор — представитель знати, пострадавшей от восставших. Одного перечня перемен, происходящих в стране, ему кажется достаточно, чтобы вызвать возмущение и у слушателей. Страна перевернулась, как гончарный круг, говорит он.

Бедные стали богатыми, имущие — неимущими. Богатые стенают, бедные — в радости. Кто искал быков для пахоты, стал хозяином стада; у кого не было зерна, тот сам ссужает его; кто не мастерил себе судёнышка, стал владельцем кораблей: прежний хозяин смотрит на них, но они уже не его; у кого не было хлебца, тот стал владельцем закромов, пекарня его снабжена имуществом другого; хозяева одежд — в обносках, а кто не ткал для себя, стал владельцем тонкого полотна; кто не мог соорудить себе гроба, стал хозяином усыпальницы; владельцы же «чистых мест» (гробниц) выброшены на землю. Зависимые люди стали хозяевами людей;

все рабыни стали «дерзки в своих речах»; драгоценностями увешаны шеи рабынь; кто был на посылках — посылает другого; знатные мужи очутились в пекарне. Знатные голодны, бегут;

дети знатных разбиты о стены; сын знатной особы не отличается от неимущего. Города говорят: «Давайте устраним сильных из среды нашей». Должностные лица разогнаны по всей стране; законы выброшены вон, и их попирают ногами; «ничтожные люди бродят» взад и вперёд по главным судилищам; вскрыта палата, изъяты податные списки; царские склады и жито Египта стали достоянием любого; «царское местожительство» внезапно повержено;

горстка «беззаконников» лишила страну царской власти; что скрывала пирамида, то пусто:

царь из неё вынут «ничтожными людьми»; чары раскрыты, заклинания знают обыкновенные люди.

«Малые» люди неоднократно упоминаются в этой рукописи, но движущей силой переворота выставлены «ничтожные» люди. Главный удар был нанесён в столице; в середине речи стих за стихом начинается воплем: «Истребите противников местожительства честного!».

Столица находилась тогда в Нижнем Египте или неподалеку от него: Нижний Египет постоянно имеется в виду, тогда как Верхний Египет упоминается лишь вскользь, как разорённый или как не платящий податей. Обличитель сетует на засилье иноплеменников, наводнивших страну и даже перенявших мастерство у ремесленников Нижнего Египта.

Когда происходили все эти события? Речь обличителя известна нам по повреждённому и неполному списку, хранящемуся в Лейдене (Голландия). Список был изготовлен в середине Нового царства, но само сочинение по языку и содержанию, бесспорно, восходит к Среднему.

В Государственном Эрмитаже, в Ленинграде, хранится другая рукопись, более старая, но тоже Нового царства, являющаяся единственным полным списком другого произведения, касавшегося тех же событий.

Рассказ о них влагается в уста жреца Неферти (старое чтение:

Неферреху). Исторические события изложены здесь вкратце в виде предсказания, сделанного якобы царю IV династии Снефру. Упор в этом предсказании делается не столько на превращение «ничтожных» людей во «владык богатств», сколько на засилье в стране иноземцев.

Подлинник этого произведения восходил к тому же Среднему царству. Предсказателем выступал важный жрец, «малый, сильный рукой своей» и богач. Он был тоже сторонником старых порядков, но заглядывал дальше, чем обличитель в «Речении Ипусера». Тот только мечтал о восстановлении старого порядка, предсказатель же Неферти прямо предрекал приход с юга царя-восстановителя, по имени Амени. «Амени» было сокращением от «Аменемхет» — имени основателя XII династии и нескольких последующих царей.

К какому отрезку времени следует отнести победоносное восстание низов против своих поработителей — ещё не известно. Имеется ряд серьёзных доводов в пользу отнесения его ко времени, предшествующему воцарению XII династии, однако некоторые учёные относят его ко времени конца Среднего царства. Так или иначе, восстание низов достигло силы и размаха, каких мы бы и не подозревали, если бы не располагали этими египетскими памятниками.

4. Конец Среднего царства

Мы видели, что период IX—XI династий был периодом серьёзнейших внутренних потрясений в истории Египта. Но и XII династия, ко времени которой относится расцвет Среднего царства, не смогла прочно объединить Египет.

После XII династии Манефон называет одну династию из Фив Ослабление и одну династию из Ксоиса в западной части Дельты — XIII и Египетского XIV по счёту. Сильно повреждённый царский список, напигосударства санный в период Нового царства и хранящийся в Турине, перечислял после XII династии великое множество царских имён, из которых лишь часть найдена на памятниках того времени. Это и неудивительно: продолжительность царствований, когда она может быть установлена по обрывкам туринского списка, не превышает обыкновенно всего нескольких лет, а то даже месяцев или дней. Престол стал игрушкой в руках боровшихся сил, цари свергались один за другим. Некоторые цари прямо называли своих нецарственных родителей, другие и на престоле сохраняли имена, звучащие совсем не поцарски. Как провести грань между XIII и XIV династиями, следовали ли они одна за другой или XIV династия сосуществовала одновременно с XIII и последующими в каком-либо уголке Дельты — вопрос неясный.

Впрочем, кое-кто из царей XIII династии оставил большие изваяния, обстоятельные надписи, даже следы строительной деятельности. Египетская государственность Среднего царства в том виде, как она сложилась к концу XII династии, продолжала существовать и при XIII династии, несмотря на смуту. Такого распада страны, который последовал за Древним царством, теперь не повторилось. Более того, номархи не вернули себе даже того положения, какое они имели до Аменемхета III, — встретить гробницу номарха в духе XII династии можно при XIII династии разве как исключение. Раскопки в финикийском городе Библе доказали, что там XIII династия сохраняла свое влияние. По-видимому, до конца этой династии и Северная Эфиопия оставалась под египетской властью.

Смертельный удар ослабленному государству был нанесён Гиксосское извне. Под конец Среднего царства Египет был завоёван владычество пришельцами с Востока, которых Манефон именовал гиксов Египте сами. Возможно, что за этим манефоновским названием завоевателей кроется самообозначение пришлых царей: «властители (чужеземных) нагорий».

Племенной состав завоевателей мог быть пёстрым. В состав имён некоторых гиксосских царей входили семитские слова. Со временем гиксосские цари выступали уже в роли фараонов.

Они приняли их титул, назывались «сынами Солнца» и объявляли себя почитателями египетских богов. Последнее, впрочем, им удавалось плохо, так как они явно предпочитали своего нового государственного бога, который хотя и именовался по-египетски Сетом, но был, возможно, только отождествлённым с ним иноземным божеством. Одно из мест почитания Сета находилось как раз на востоке Дельты, где главным образом и обосновались завоеватели. Позже, в Новом царстве, было принято называть сирийских и малоазийских богов «сетами». Иноземное владычество длилось не менее 108 лет. Ещё столетие спустя по изгнании гиксосов (в первой половине XVI в. до н. э.) в стране стояли разорёнными храмы, и вплоть до манефоновских времён жило предание о гиксосском нашествии как о страшном погроме.

Но и под иноплеменным игом духовная жизнь не заглохла в стране, и египтяне сумели передать наследие Среднего царства новому периоду. Так, одна из замечательнейших научных рукописей (большой счётный задачник) помечена годом правления одного из царейгиксосов.

Своей столицей гиксосы сделали Аварис на самом востоке Дельты. Объединить Египет под своею властью они по-настоящему так и не смогли. Над Фивами и соседними областями царствовали египетские цари — захудалые, судя по их бедным памятникам, но как будто всё же самостоятельные. Только два гиксосских царя, Хиан и Апепи, простирали свою власть, может быть, и на юг Египта, так как там были найдены печатки и камни с их именами, последние — примерно в ста километрах южнее Фив. Неизвестно, свергли ли завоеватели южную царскую династию или она продолжала существовать под их главенством. Как бы то ни было, на исходе гиксосского владычества в Фивах существовали цари, которых принято считать XVII династией. XV династию составляли гиксосы. В отношении XVI династии неясно, была ли она гиксосской или фиванской. Сохранившиеся выдержки из Манефона в этом вопросе расходятся.

С XVII династии начинается упорная борьба за изгнание чужеземных завоевателей из Нильской долины, борьба, которая знаменует собой начало новой поры в истории Египта — периода Нового царства.

ГЛАВА X

ВАВИЛОНИЯ ВО II ТЫСЯЧЕЛЕТИИ ДО Н. Э.

Во втором центре рабовладельческой цивилизации того времени — Двуречье, тогда почти ещё изолированном от цивилизации Нильской долины, на рубеже III и II тысячелетий произошли события, не только приведшие к падению царства Шумера и Аккада, созданного III династией Ура, но и повлекшие за собой существенные изменения в общественной жизни.

В результате этих событий была разрушена система громадных, сильно централизованных царских хозяйств, созданных трудом многочисленных отрядов людей, подвергавшихся рабовладельческой эксплуатации. Страна распалась, подобно Египту Древнего царства, на множество мелких государств, в которых, как это имело место и в Египте, всё более развиваются рабовладельческие хозяйства частных лиц. Царские хозяйства теперь получают несколько иной характер, чем раньше.

В первой половине II тысячелетия до н. э. произошло новое объединение почти всей долины Двуречья вокруг города Вавилона (так называемое «Старо-Вавилонское царство» в отличие от «Ново-Вавилонского царства», сложившегося тысячелетием позже). Экономическая необходимость, в том числе необходимость ведения единого ирригационного хозяйства в масштабе всей долины Двуречья, определяла и необходимость политического объединения страны. В течение примерно 2 тысяч лет, начиная с этого времени, город Вавилон оставался важнейшим экономическим и культурным центром не только Двуречья, но и всего древнего мира. Этим и объясняется, что позже всё древнее Двуречье часто называли Вавилонией.

ВЕРХНЯЯ ЧАСТЬ СТОЛБА С ТЕКСТОМ ЗАКОНОВ

ВАВИЛОНСКОГО ЦАРЯ ХАММУРАПИ

Найден в Сузах. XVIII в. до н. э. Базальт

НАСТЕННАЯ РОСПИСЬ ИЗ МАРИ

Справа — изображение сбора фиников. Около 1800 г. до н. э.

1. Возникновение Старо-Вавилонского царства После разгрома державы III династии Ура единое государстГосударства во Шумера и Аккада сменили два самостоятельных царства Исина и Ларсы на севере и юге Двуречья, основанные вторгнувшимися аморейскими племенами. Последние осели в стране, постепенно смешавшись с местным населением, в противоположность эламитам, вернувшимся после разграбления богатых городов Шумера и Аккада в свои горы. На севере, в Аккаде, образовалось государство со столицей в Исине, в 25 км от Ниппура. На юге амореи основали после ухода эламитов другое царство со столицей в Ларсе. Цари обеих династий пытались продолжать традиции династии Ура и поэтому называли себя «царями Шумера и Аккада».

Путём сопоставления ряда фрагментов клинописных табличек, раскопанных в Ниппуре, удалось восстановить, хотя и в неполном виде, сборник законов пятого царя династии Исина, Липитиштара. Созданный по повелению царя-аморея, т. е. семита, он был тем не менее написан на шумерском языке и составлен, судя по введению, с учётом в первую очередь интересов населения городов Ниппура, Ура и Исина. Из сохранившихся отрывков видно, что в законах уже не делалось различия между рабом-военнопленным, купленным рабом и рабомдолжником. Законы царя Исина не предусматривали никакого отличия в правовом отношении между аморейскими завоевателями и покорённым ими населением Шумера и Аккада, что, надо думать, вызывало недовольство среди амореев. Оно, по-видимому, вылилось в конце концов в открытое восстание. Торжество победителей не было длительным, и восстание было подавлено преемником Липитиштара Урнинуртой, при котором рабовладельческая знать Шумера и Аккада на некоторое время восторжествовала.

Эта знать достигла власти и на юге, в государстве Ларсы. От времени её господства до нас также дошёл фрагмент законов. На основании сохранившихся 9 статей можно судить, что закон оберегал интересы рабовладельцев: он сохранял, например, за ними право на труд их приёмных детей и не защищал последних от произвола приёмных родителей. Имеются основания для утверждения, что закон в то время не ограничивал ростовщические устремления крупных рабовладельцев. О сравнительно высоком по тому времени развитии юридической мысли говорит тот факт, что при определении наказания здесь уже делаются попытки учесть и момент злой воли со стороны лица, нанёсшего ущерб.

Владения царства Исина и Ларсы не выходили за пределы Другие государства Двуречья. Непосредственными соседями царства Исина было Месопотамии государство Мари на северо-западе, расположенное на среднем течении Евфрата, и государство Эшнунна на северо-востоке, в долине реки Диялы, притока Тигра. В обеих указанных областях были проведены многочисленные археологические исследования, результаты которых пролили яркий свет на историю и культуру Передней Азии начала II тысячелетия до н. э.

Мы лучше знаем общественные отношения государства Эшнунны благодаря тому, что был найден сборник или часть сборника законов царя этого государства Билаламы (начало XX в. до н. э.). В противоположность законам Исина и Ларсы законы Эшнунны были составлены не на шумерском, а на аккадском языке, на языке первых семитических племён, осевших в Двуречье и в смежных с ним областях. Всего от законов Билаламы сохранилось около 60 статей самого разнообразного содержания. Так, первые две статьи посвящены определению цен на различные товары, причём цены в первой статье выражены в серебре, а во второй — в зерне. Ряд статей рассматривает различные формы найма. Несколько статей имели целью защитить собственность так называемых мушкену (неполноправных свободных) и определить их место в обществе. Статьи, касающиеся заёмных сделок, свидетельствуют о значительном развитии ростовщичества. Как и в прочих древневосточных законах, большое место занимают статьи, связанные с решением различных вопросов семейного права.

Законы Билаламы, правителя Эшнунны, в общем по своим установкам не слишком отличаются от дошедших до нас и рассмотренных выше правовых памятников Двуречья. Здесь, как и в Исине и Ларсе, кража или укрывательство раба карались не казнью, а лишь штрафом, взимаемым с виновного. При таких условиях крупные рабовладельцы вполне могли рисковать, похищая рабов у мелких рабовладельцев. В законодательстве Эшнунны начало сглаживаться различие между полноправными гражданами (предположительно аморейскими завоевателями) и мушкену («подчинёнными», «покорными»: как мы увидим, есть различные объяснения этого термина). Телесные повреждения и по отношению к полноправным гражданам карались в Эшнунне одним лишь денежным штрафом. Правда, на юге — и в Исине, и в Ларсе — термин «подчинённый» постепенно исчез, а в Эшнунне, хотя он и сохранился, но почти потерял своё первоначальное значение. Сближение в правовом положении между завоевателями и «подчинёнными» (мушкену) было, конечно, обусловлено давностью завоевания Эшнунны и происходившим слиянием вторгнувшихся амореев с местным аккадским населением.

Государство Эшнунна, подобно своему западному соседу — царству Мари, приняло участие в той ожесточённой борьбе государств Двуречья между собой, которая в конце концов привела к созданию мощной и обширной, хотя и весьма недолговечной, державы вавилонского царя Хаммурапи.

Вавилон, находился в северной части Двуречья, на реке ЕвВозвышение Вавилона. фрате. Название города «Бабили» (Вавилон) означает «Врата Царствование Хаммурапи бога». Вавилон, как самостоятельное государство, сравнительно поздно выступил на арену истории, поэтому в списке царских династий, составленном писцами династии Исина, не упоминается ни одна вавилонская династия. Поздневавилонская жреческая легенда упоминает Вавилон, рассказывая о том, что боги наказали Саргона, царя Аккада, за зло, причинённое Вавилону. Сохранилась легенда и о каре, понесённой крупнейшим представителем III династии Ура Шульги за ограбление храма Мардука, бога Вавилона. Уже во времена III династии Ура Вавилон, очевидно, стал играть значительную роль: в документах он упоминается наряду с такими городами, как Умма, Киш, Сиппар.

Около 1895 г. до н. э. вновь вторгшимся аморейским племенам удалось захватить северную часть царства Исин и создать здесь самостоятельное государство, столицей которого и стал город Вавилон. Новое государство в течение примерно столетия не играло большой роли. Но к началу XVIII в. до н. э. Исин, ослабленный отпадением Вавилона, потерял прежнее значение, а Ларса незадолго до этого (в 1834 г. до н. э.) была завоёвана эламитами. На севере наступил период временного усиления Ассирии, поставившей в зависимость от себя некоторые области Аккада, в частности области городов Мари и Эшнунны.

Эти обстоятельства и были использованы вавилонским царём Хаммурапи (1792— 1750).

Чтобы развязать себе руки в борьбе за господство в Двуречье, Хаммурапи, как кажется, временно признал свою зависимость от ассирийского царя Шамшиадада I.

Уже в 7-м году своего царствования Хаммурапи завоевал Урук и Исин, использовав при этом помощь Римсина, представителя эламской династии в Ларсе, с царями которой поддерживались в то время дружественные отношения. Соорудив в 9-м году имевший большое хозяйственное значение канал, получивший название «Хаммурапи — изобилие», он пытался примирить население завоёванных областей со своей властью. Достигнув первых значительных успехов, Хаммурапи стал опасаться вмешательства со стороны ассирийского царя Шамшиадада I и его союзников — степных племён. Он стал принимать меры к укреплению своих северных границ и начал завоевание пограничных областей.

После смерти Шамшиадада Хаммурапи содействовал изгнанию его сына из Мари. С помощью Хаммурапи снова на престол своих отцов сел представитель старого царского дома Мари — Зимрилим. Наступил новый расцвет государства Мари, которое успешно отражало набеги степных племён и вторжения войск царства Эшнунны. Торговые связи Мари доходили до далёкого Крита. Хаммурапи, помогавший Зимрилиму завоевать престол, стал его союзником. Они называли друг друга «братьями». Зимрилим имел своих постоянных представителей при дворе вавилонского царя, но последний в письмах часто обращался непосредственно и к самому Зимрилиму и к его сановникам. В своей внешней политике оба царя обычно выступали согласованно.

Положение Хаммурапи, завоевавшего на юге Исин и Урук, опиравшегося на севере на союз с Мари, было чрезвычайно выгодным. Уже тогда (около 15—16-го года своего царствования) он был одним из самых могущественных правителей Двуречья.

Но вскоре отношения между правителем Ларсы Римсином и Хаммурапи обострились, и это временно поставило вавилонского царя в трудное положение.

В результате отпадения южных областей и отторжения северной пограничной полосы для Хаммурапи создалась тяжёлая политическая обстановка. Накопив силы для решающего удара, он в 30-м году своего царствования начал победоносное наступление на своих врагов.

Хаммурапи победил своих северных врагов во главе с Эшнунной и разбил войско Элама, пытавшегося прийти им на помощь. В следующем, 31-м году своего правления (1762 г. до н. э.) он обрушился на своего основного противника — Римсина, захватив его столицу Ларсу; возможно, что Римсин при этом бежал в Элам.

Усиление могущества вавилонского царя вызвало сильную тревогу за участь собственного царства у его союзника Зимрилима, и он во время войны уклонился от оказания помощи Хаммурапи. После победы над Эшнунной Хаммурапи вторгся в царство Зимрилима. В 33-м году своего правления он подчинил себе царство Мари и союзные с ним области. Зимрилим не пожелал примириться с подчинённым положением, но тогда его постигла ещё более жестокая кара. В 35-м году своего царствования Хаммурапи разгромил Мари, разрушил пышный дворец Зимрилима, стены города. В последующие годы вавилонский царь подчинил себе область вдоль течения Тигра, включая Ашшур.

Объединив основную и важнейшую часть долины Тигра и Евфрата, Хаммурапи стал хозяином торговых путей на восток, север и запад. Он подчинил своему влиянию на востоке значительные области Элама. В документах того времени неоднократно упоминаются эламские военнопленные. Все области Малой Азии и Сирии, которые находились в торговых сношениях с царством Мари, были теперь включены в орбиту вавилонской торговли.

В этот период усилилось воздействие вавилонской культуры на сирийские города, на хеттский племенной союз, на финикийское государство Угарит. На западе воздействие вавилонской культуры этого периода сказывается в Палестине. Возможно, что Вавилония при Хаммурапи или при его ближайших преемниках вступила в отношения с ещё более далёкой страной — с Египтом.

2. Общественно-экономические отношения в Вавилонии в XVIII в. до н. э.

В начале II тысячелетия до н. э. в Двуречье продолжали соРазвитие экономики вершенствоваться орудия производства, обогащался трудовой опыт людей, улучшались навыки труда. Развивалась и совершенствовалась ирригационная сеть. Пожалуй, ещё более, нежели в Египте, необходимость сложного вычисления периодов половодья Евфрата и Тигра создавала предпосылки для развития вавилонской астрономии. Ирригационные работы требовали и углубления некоторых математических знаний, например, в области исчисления объёма землекопных работ и количества рабочей силы.

Техника использования ирригационной сети достигла в это время уже большого совершенства: для орошения высоких полей, до которых не доходила вода в период подъёма реки, были теперь созданы более усовершенствован

–  –  –

В частноправовых документах того времени мы находим многочисленные свидетельства ростовщических сделок. Сохранились документы, восходящие к жрицам-затворницам местного храма бога Солнца — Шамаша в городе Сиппаре. Эти дохристианские «монахини» через своих родственников — отцов и братьев — производили скупку земель, сдавали в аренду свою землю, давали деньги в рост, покупали рабов и т. д. В древнем городе Кише были ростовщики, дававшие взаймы серебром и зерном под залог полей и созревавшей жатвы, скупавшие дома, закрома, сады, поля и т. д.

Но самые видные представители ростовщического капитала нам известны в городах Уруке и Ларсе, на юге Шумера. В Уруке была найдена часть архива двух братьев-ростовщиков, скупивших в течение каких-нибудь 20 лет буквально за гроши более 40 домов и участков. В документах, найденных при раскопках в Ларсе, мы видим новый тип работорговца, отличавшегося от работорговцев предшествовавших периодов тем, что он не на чужбине, а у себя, в своём родном городе, скупал рабов — своих же собственных сограждан. Два работорговца, о которых упоминают документы, путём ростовщических операций превращали своих сограждан в рабов-должников и передавали их в наём на работу тем, кому требовалась рабочая сила, преимущественно богатым ремесленникам, имевшим собственные мастерские.

Эти документы вместе с тем устанавливают факт безраздельного господства рабовладельческой знати в Ларсе во время правления Римсина. Так, вышеупомянутые работорговцы, сдавая в наём своих рабов-должников, оговаривали своё право на полное возмещение стоимости раба не только в случае бегства его в неизвестном направлении, но и в случае бегства его в хозяйство царя, храма или знатного человека. Очевидно, в то время крупные рабовладельцы располагали такой силой, что могли безнаказанно принимать в своё хозяйство беглых рабов.

В это время катастрофически учащается продажа родителями детей. Создалась даже пословица: «Сильный человек живёт руками своими, а слабый — ценой своих детей».

Развитие обмена, денежного хозяйства и ростовщичества Усиление процесса должно было усилить процесс расслоения сельских общин.

расслоения Об этом свидетельствуют жалобы представителей общин на сельских общин своих старейшин; во главе общин наряду с советом из знатнейших общинников теперь стояло уже не выборное, должностное лицо, а царский чиновник, который, разумеется, нисколько не защищал рядовых членов общины от посягательств со стороны сильных мира сего.

В пределах самих общин отдельные зажиточные общинники становились все более самостоятельными. Каких-либо прав контроля общины над имуществом отдельных его, членов, очевидно, уже не существовало, поскольку земли могли сдаваться в аренду, передаваться в наследство и продаваться без каких-либо видимых ограничений со стороны общины. В дошедших до нас источниках нет указаний на существование общинного выпаса скота.

Конечно, нельзя говорить о полном разрушении сельской общины к этому времени, но, несомненно, все вышеприведённые данные указывают на далеко зашедший процесс разложения общинного строя. Этот строй не мог оказать представителям сельских общин действенной помощи против угнетения со стороны крупных рабовладельцев.

Уровень жизни вавилонян ещё мало отличался от уровня жизни в шумерский период.

Правда, более зажиточные дома строились иногда в два этажа, с деревянной галереей на столбах вокруг внутреннего дворика; но большинство жилищ и теперь представляли совсем маленькие сооружения из сырцового кирпича, с плоскими крышами, с глухими стенами (комнаты освещались только сквозь дверные проёмы со двора); в богатых домах ещё в III тысячелетии стали появляться кровати, табуреты, столики, но даже в семье мелкого рабовладельца нередко была только одна кровать; не только рабы, но и младшие члены семейства спали на циновках или на полу. Деревянная дверь считалась ценным движимым имуществом и вывозилась при продаже дома.

Богатство заключалось в металлической посуде, в запасах ячменя и пшеницы; редкие богачи запасали серебряные слитки. Большинство населения жило в крайней нищете, голод был постоянным гостем в семье вавилонянина; семьи были малочисленны, так как болезни и недоедание косили детей. Условия труда немногим улучшились с шумерского времени;

правда, как кажется, стало больше различных водоподъёмных сооружений, но и это были, по-видимому, примитивные устройства, требовавшие каторжного по своей тяжести труда.

К сожалению, историк не располагает пока какими-либо источниками, которые свидетельствовали бы о сопротивлении народных масс порабощению их крупными рабовладельцами. Однако косвенным доказательством наличия подобного сопротивления со стороны народа можно считать попытки несколько ограничить ростовщичество и приостановить процесс закабаления свободных, что и отразилось в законодательстве Хаммурапи. Вавилонские цари вынуждены были пытаться несколько сдерживать развитие ростовщичества и долгового рабства, так как дальнейшее его развитие вело к уменьшению численности населения, облагаемого налогом и к уменьшению численности ополчения, которое состояло из свободных земледельцев. В конечном итоге развитие долгового рабства неизбежно ослабляло власть самих вавилонских царей, а также могущество рабовладельческого государства в целом.

Естественно, что для Вавилонского государства стало неприОбщая характеристика емлемым древнее право Шумера, восходящее ещё к законодазаконов Хаммурапи тельной деятельности царей III династии Ура. Необходимость создания нового свода законов для своего государства сознавал уже второй царь I вавилонской династии - Сумулаилу, о законах которого упоминают документы его преемников.

Царь Хаммурапи своим законодательством попытался оформить и закрепить общественный строй государства, господствующей силой, в котором должны были явиться мелкие и средние рабовладельцы. Какое большое значение придавал Хаммурапи своей законодательной деятельности, видно уже из того, что он приступил к ней в самом начале своего правления; 2-й год его царствования назван годом когда «он установил право стране». Правда, этот ранний сборник законов не дошёл до нас; известные науке законы Хаммурапи относятся уже к концу его царствования.

Эти законы были увековечены на большом чёрном базальтовом столбе. Наверху лицевой стороны столба изображён царь, стоящий перед богом Солнца Шамашем — покровителем суда. Под рельефом начертан текст законов, заполняющий обе стороны столба. Текст распадается на три части. Первой частью является обширное введение, в котором Хаммурапи объявляет, что боги передали ему царство для того «чтобы сильный не притеснял слабого». Затем следует перечисление благодеяний которые были оказаны Хаммурапи городам своего государства. Среди них упоминаются города крайнего юга во главе с Ларсой, а также города по среднему течению Евфрата и Тигра — Мари, Ашшур, Ниневия и др. Следовательно, базальтовый столб с законами Хаммурапи был воздвигнут им уже после победы над Римсином и подчинения государств, расположенных по среднему течению Евфрата и Тигра, т. е. в начале 30-х годов его правления. Надо полагать, что копии законов были изготовлены для всех крупных городов его царства. После введения следуют статьи законов, которые в свою очередь заканчиваются обстоятельным заключением.

Памятник сохранился в общем хорошо. Лишь статьи последних столбцов лицевой стороны были стёрты. Очевидно, это было сделано по повелению эламского царя перевезшего после своего вторжения в Двуречье этот памятник из Вавилонии в Сузы, где он и был найден.

На основании сохранившихся следов можно установить, что на выскобленном месте было начертано 35 статей, а всего в памятнике насчитывается 282 статьи. На основании различных копий, найденных в раскопанных древних библиотеках Ниневии, Ниппура, Вавилона и др., можно восстановить большую часть уничтоженных эламским завоевателем статей.

Законы Хаммурапи охватывают многочисленные правовые вопросы современного ему вавилонского общества. Первые 5 статей (нумерация статей установлена современными учёными) посвящены вопросам судопроизводства. Статьи 6—13 определяют наказание за кражу и указывают способы установления кражи. Статьи 14—20 направлены против кражи детей и рабов и против укрывательства беглых рабов. Здесь же устанавливается размер награды за поимку беглого раба. В статьях 21—25 рассматриваются разнообразные случаи грабежа.

Статьи 26—41 регулируют обязанности и права воинов, причём особенно детально разбираются вопросы их землевладения. Статьи 42—47 определяют права и обязанности лиц, арендующих землю. Следующие пять статей (48—52) устанавливают пределы права ростовщика на урожай заложенного ему поля. Статьи 53—56 налагают кару за небрежное использование ирригационной сети. Статьи 57—58 защищают владельцев полей от ущерба, наносимого стадами. Статьи 59—66 решают различные вопросы, связанные с владением садами, в том числе и вопрос о праве ростовщика на урожай сада его должника. Следующие статьи, содержавшиеся в разрушенных столбцах надписи, были посвящены отчасти вопросам владения домами и строительными участками, отчасти различным видам ростовщичества. К ним примыкают статьи 100—107, говорящие о купцах — тамкарах и их помощниках. Корчмы, являвшиеся вместе с тем и вертепами, рассматриваются в статьях 108—111. Праву хранения и долговому праву, связанному с обеспечением займа личностью членов семьи должника, посвящены статьи 112—126. Очень большое место (статьи 127—195) занимает семейное право. Отдел, содержащий статьи 196—225, устанавливает размер кары за телесные повреждения. Статьи 226 и 227 оберегают рабовладельца от умышленного уничтожения клейма на принадлежавшем ему рабе. Вопросы, связанные с работой архитекторов и судостроителей, рассматривают статьи 228—235. Разнообразные виды найма обстоятельно разобраны в статьях 236—277. Заключительные статьи содержат постановления о рабах.

Законодательство Хаммурапи, как и законодательство Исина, Ларсы и Эшнунны не содержит указаний на вмешательство богов. Исключение составляют лишь статьи 2 и 132, допускающие по отношению к человеку, обвинённому в колдовстве, или к замужней женщине, обвинённой в прелюбодеянии, применение так называемого «божьего суда». К далёкому прошлому восходят постановления о каре за телесные повреждения согласно принципу «око за око, зуб за зуб». Законодательство царя Хаммурапи расширило применение этого принципа и по отношению к врачу за повреждение при неудачной операции и к строителю за неудачную постройку; если, например, обрушившийся дом убивал хозяина, то умерщвлялся строитель, а если в этом случае погибал сын хозяина, то умерщвлялся сын строителя.

Законы царя Хаммурапи надлежит признать одним из самых значительных памятников правовой мысли древневосточного общества. Это первый известный нам во всемирной истории подробный сборник законов, освящавший рабовладельческий строй, частную собственность, эксплуатацию человека человеком.

Изучение законов Хаммурапи в связи с сохранившимися царскими и частными письмами, а также частноправовыми документами того времени даёт возможность определить общественный строй Вавилонии, а вместе с тем и направление мероприятий царской власти, отражённых в этом законодательстве. В законах Хаммурапи отчётливо проступает классовый характер законодательства Вавилонского царства. Государство установлением суровых наказаний защищало рабовладельцев от «строптивого» раба. За телесное повреждение, причинённое чужому рабу, требовалось, как и по отношению к скоту, возмещение убытка его собственнику. Виновный в убийстве раба давал взамен его собственнику другого раба. Рабы, подобно скоту, могли продаваться без каких-либо ограничений. Семейное положение раба при этом не учитывалось. При продаже раба закон заботился лишь о том, чтобы охранить покупателя от обмана со стороны продавца. Законодательство защищало рабовладельцев от кражи рабов и от укрывательства беглых рабов. Смертная казнь грозила не только укравшему, но и укрывателю раба. Жестокая кара угрожала также за уничтожение знака рабства на рабе. В отдельной рабовладельческой семье обычно имелось от 2 до 5 рабов, но засвидетельствованы случаи, когда число рабов достигало нескольких десятков. Частноправовые документы говорят о самых различных сделках, связанных с рабами: купле, дарении, мене, найме и передаче по завещанию. Рабы пополнялись при Хаммурапи из числа «преступников», из числа военнопленных, а также купленных в соседних областях. Средняя цена раба составляла 150—250 г серебра.

Наряду с классами рабовладельцев и рабов законы ХаммураПолноправные пи знали деление свободного населения на полноправных и и неполноправные неполноправных. Представители полноправного слоя называсвободные лись «сыновьями мужа» или просто «мужами». Им противопоставлялись так называемые мушкену, «покорные». Неравноправие последних находило своё выражение, в частности, в определении кары за телесное повреждение, нанесённое им.

Если членовредительство, нанесённое «мужу», каралось соответствующим членовредительством виновного, то за членовредительство по отношению к мушкену виновный платил лишь денежный штраф. За украденную вещь у мушкену вор платил 10-кратный штраф, а за украденную вещь, находившуюся в собственности царя или храму, — 30-кратный штраф.

Исключением являлась лишь кража раба. Законодательство защищало в равной мере всех рабовладельцев, и кража раба у любого рабовладельца угрожала преступнику смертной казнью. Под «мушкену», возможно, следует понимать жителей тех городов и областей, которые были покорены царём Хаммурапи в результате его удачных войн 1. Им было оставлено их имущество, они становились свободными подданными царя, но по сравнению с населением основного ядра государства они занимали низшее положение. Полноправные граждане в свою очередь делились на экономически сильных и экономически слабых, обедневших «мужей». Законы царя Хаммурапи в ряде своих статей пытались облегчить положение беднейших слоев свободного населения, попавших в долговую кабалу. Как уже говорилось, у царской власти для этого были веские основания: она заботилась, чтобы войско, состоявшее из свободных, сохраняло свою мощь. Согласно статье 113 должник объявлялся правомочным владельцем всего своего имущества, без его разрешения и разрешения суда заимодатель не имел права отчуждать это имущество. «Муж» не мог стать рабом-должником. Законы не называли члена семьи должника, отрабатывавшего долг в хозяйстве заимодателя, «рабом», а лишь «заложником». Таким заложникам посвящена важная статья 116. Она оберегала жизнь домочадцев должника, помогавших выплатить сумму займа своей работой в доме ростовщика, защищала их от побоев и истязаний. В случае смерти должника в результате плохого с ним обращения ростовщик отвечал жизнью одного из членов своей семьи.

Другой, не менее важный закон содержит статья 117, которая ограничивала срок работы заложника в доме ростовщика тремя годами. Тем самым член семьи должника, отрабатывавший долг в хозяйстве ростовщика, считался погасившим долг и свободным после трёх лет работы, независимо от суммы долга. Таким образом, законы царя Хаммурапи пытались както ограничить произвол кредиторов над попавшими в долговую кабалу. Из содержания вышеупомянутых статей 116 и 117 следует, что главы семей в Вавилонии, по-видимому, не могли отдавать самих себя в долговую кабалу.

Законы Хаммурапи защищали также землевладельца-должника от излюбленной ростовщиками операции погашения долга путём передачи за долг всего ожидающегося Как уже указывалось выше, в объяснении термина «мушкену» единой точки зрения у исследователей ещё нет. Приводится ряд доводов в пользу того, что «мушкену» назывались свободные, не бывшие гражданами какой-либо общины, а получавшие от «дворца» земельные наделы лишь в пользование за службу или из доли урожая.— Ред.

Двуречье в XIX—XVII вв. до н. э.

урожая. Даже в том случае, если на эту операцию имелось «согласие» должника, закон расторгал подобную сделку, и купец-ростовщик получал с урожая лишь то, что покрывало долг и процент, а весь прочий урожай, зерно или плоды, получал землевладелец. Если наводнение или засуха уничтожали урожай должника, то он не был обязан возвращать в данном году заимодателю долг и проценты.

Мероприятия Хаммурапи по отношению к свободным беднякам, живущим подёнщиной, также преследовали цель некоторого облегчения участи последних. Согласно законам царя подёнщик должен был получать наёмную плату на 30—40 % большую, нежели в предшествующее время. Правда, на практике, как это видно из дошедших документов, этот закон не выполнялся.

Много статей законодательства Хаммурапи посвящено правам и обязанностям воинов, которые были основной опорой государственной власти. Государство было заинтересовано в том, чтобы сохранить наделы и скот, предоставленные воинам, от посягательств со стороны ростовщиков. Поэтому закон устанавливал, что купивший земельный надел или скот воина терял свои деньги, а воин сохранял и то и другое. Только приобретённые воином путём покупки поле, сад или дом можно было отобрать за долги. Взрослый сын воина являлся законным наследником его надела. Если после смерти воина оставался малолетний сын, то вдова получала одну треть надела, чтобы иметь возможность вырастить будущего воина. Закон заботился о воинах, попавших в плен, указывая способы их выкупа и обеспечивая за ними право на земельный надел.

Воины, обеспеченные своим земельным наделом, были обязаны за это по приказу царя выступать во всякое время в поход. За отказ выступить или же за замену себя наёмником воин предавался смерти, а человек, заместивший его, получал его надел.

В сборнике законов Хаммурапи имеется ряд статей, регулирующих аренду земли или сада, игравшую, судя по многочисленным частноправовым документам, большую роль в земельных отношениях того времени. Плата за арендованное поле равнялась обычно одной трети урожая, что при плодородии долины Двуречья было не слишком высокой платой. При аренде на условиях отдачи половины урожая, сдававший в аренду обязывался участвовать в расходах или в работе по обработке поля. Сад, который давал больше дохода, сдавался за две трети урожая. Арендной платой ограничивались все обязательства арендатора по отношению к собственнику поля. Аренда была краткосрочной, не более чем на один или два года. На более долгий срок сдавалась в аренду ещё не освоенная земля. В этом случае земля сдавалась на 3 года с условием внесения арендной платы лишь в третий год, а поле, предоставленное для насаждения сада, сдавалось на 5 лет, и лишь на пятый год арендатор отдавал собственнику земли половину урожая.

Надлежит ещё раз отметить, что, судя по дошедшим до нас контрактам и другим документам, не все мероприятия Хаммурапи, направленные на облегчение положения экономически слабых свободных, проводились в жизнь. Поэтому даже во время его правления попытка укрепить экономическое положение рядовых свободных не имела большого успеха.

Противоречие между бедными и богатыми продолжало существовать и развиваться наряду с противоречием между рабами и рабовладельцами.

Царь управлял храмовым хозяйством и черпал из него средстЦарское хозяйство ва с такой же свободой, как и из доходов царского хозяйства.

и частное В царском и храмовом хозяйствах имелись, как и в прошлом, землевладение многочисленные рабы. Это были потомки царских и храмовых рабов времён прежних династий, а также военнопленные — добыча победоносных войн отца Хаммурапи, его самого, а позднее и его ближайших преемников. Государственных рабов, как кажется, держали в особых казармах, носивших название «дом узника». Эти рабы выполняли часть общественных работ, и из них, а также из лиц, потерявших свои земельные наделы, рекрутировались так называемые «носильщики тростника». Последние перебрасывались с места на место для выполнения работ. Однако собственного крупного полевого хозяйства цари теперь не вели, и царская земля раздавалась в пользование группам издольщиков (ишшаку). Общинники, владевшие землёй, привлекались к тем общественным работам, которые производились в непосредственной близости от их земельных участков. Мелкие землевладельцы были вынуждены работать сами, а крупные заставляли работать за себя своих рабов или батраков.

Значение царского хозяйства было велико и в области торговли и обмена, развивавшихся в пределах обширной территории, объединённой в одно государство завоеваниями Хаммурапи. Денежные отношения продолжали развиваться, а тем самым укреплялись частновладельческие отношения.

Частное владение землёй также продолжало развиваться и по существу уже мало отличалось от частной собственности. Способствовало росту частного землевладения и дальнейшее расширение царём Хаммурапи сети каналов. Его деятельность в этом направлении стала особенно интенсивной после победы над Римсином. Прорывая новые каналы, царь стремился восстановить земледелие на юге, сильно пострадавшее от ожесточённых войн предшествующих лет. Углубление и расширение ирригационной сети создавало условия, в силу которых увеличивалась пригодная для земледелия территория. Хаммурапи стремился к расширению садовых плантаций — очевидно, плантаций финиковых пальм, создававших одну из основ благосостояния страны. Закон допускал расширение садовой земли даже за счёт пахотной.

Законы Хаммурапи и соответствующие частноправовые доСемейные отношения кументы отражают картину патриархального семейного права. Женщина становилась законной женой при условии заключения женихом письменного договора, обычно с отцом невесты, и уплаты выкупа. Патриархальная власть главы семьи на личность домочадцев простиралась вплоть до права отдавать их в качестве заложников за долги. Жена за неверность мужу подвергалась жестокой каре. В случае бесплодия жены мужу предоставлялась возможность брать себе побочную жену.

Замужняя женщина, однако, не была бесправна. Она имела своё личное имущество, сохраняла право на своё приданое, могла получить право не отвечать за добрачные долги мужа. В случае вины со стороны мужа жена имела право на развод, а муж, отвергавший жену без вины с её стороны, терпел имущественные убытки. По отношению к сыновьям власть отца также была несколько ограничена. Так, отец не имел права лишить наследства сына, не совершившего преступления; сын имел право обратиться в таком случае в суд.

Под влиянием тех правовых норм, которые были установлены на шумерском юге начиная со времени Урукагины, и в законах Хаммурапи появились попытки учёта злой воли при определении наказаний за преступление.

Законы Хаммурапи и его письма, а также частные письма того времени, различные частноправовые и хозяйственно-отчётные документы показывают нам в действии те три «ведомства» восточной деспотии, о которых говорил Маркс: ведомство общественных работ (строительство, работы над ирригационной системой), ведомство ограбления собственных подданных (подати, налоги), ведомство грабежа соседей (война). О мощи деспотической власти вавилонского царя свидетельствует один из любопытнейших памятников вавилонской письменности — «Разговор господина с рабом», в котором представитель рабовладельческой знати беседует со своим рабом о смысле жизни. Среди различных вопросов, затронутых в «Разговоре», поставлен и вопрос о возможности восстания против царя. Раб, отвечая на этот вопрос, указывает на мощь царской власти, способной сломить любое сопротивление.

Действительно, мощь Вавилонского рабовладельческого государства во времена Хаммурапи была велика; оно держало в повиновении массы рабов и низы свободного люда, расширяло владения, унаследованные от предшествующих времён.

3. Распад Старо-Вавилонского царства. Касситское царство

Последние годы царствования Хаммурапи были заполнены большими строительными работами над возведением укреплений на северных и северо-восточных границах Вавилонии.

В это время сын Хаммурапи Самсуилуна стал его соправителем. Самсуилуна издал для южных областей Шумера, сильно пострадавших от долгой и ожесточённой войны, указ об облегчении податного бремени.

Хаммурапи умер на 43-м году своего правления (1750 г. до Период войн н. э.). Победоносные войны Хаммурапи дали его сыну Сами междоусобиц суилуне несколько лет мирного правления. Он использовал этот период для расширения ирригационной сети и строительной деятельности. Но уже на 9-м году правления Самсуилуны кончился краткий период мира. Самсуилуне пришлось отражать нападения воинственных горных племён — касситов, которые населяли область к северо-востоку от Двуречья. Они объединились в племенной союз, вероятно, около 1795 г. до н. э., а в 1741 г. предприняли первый поход против Вавилонского государства. Их натиск имел лишь частичный успех; Самсуилуне, опиравшемуся на укрепления, воздвигнутые Хаммурапи на северо-восточной границе Вавилонии, удалось отстоять основную территорию государства. Касситы укрепились в предгорьях к северо-востоку от Вавилонии. Уже в следующем году Самсуилуна должен был сражаться с не менее опасным врагом — коалицией Элама и городов Эшнунна, Исин, Урук и др.

К концу царствования Самсуилуны во главе движения южных городов стояли правители «Страны моря», т. е. той береговой полосы у Персидского залива, в болотах которой скрывались изгнанные из городов Шумера враги Хаммурапи и Самсуилуны. Среди этих правителей был некто Илумаилу, объявивший себя потомком последнего царя династии города Исина.

Поздневавилонская хроника свидетельствует о поражении Самсуилуны в борьбе с Илумаилу. Самсуилуне пришлось отступить на север. Илумаилу, закрепившийся на юге, — вероятно, при поддержке Элама, — продолжал после смерти Самсуилуны войну с его сыном. Согласно более поздней вавилонской хронике, успех продолжал сопутствовать Илумаилу.

Постоянные войны, заполнявшие царствование Хаммурапи и Распад Самсуилуны, требовали громадного напряжения сил, всё ноСтаро-Вавилонского вые тяготы налагались на свободное население. Из года в год царства призывались не только профессиональные воины, но и ополчение из земледельцев и ремесленников, о чём свидетельствуют письма из архива города Мари. В свою очередь тяжёлые войны, так же как и внутренние процессы, происходившие в стране, — рост частного землевладения, усиление торговли и ростовщичества, постоянно царивший произвол служилой знати — всё это вело к разорению землевладельцев и ремесленников. Тем самым Вавилонское государство теряло свою мощь. Войско, рекрутировавшееся из свободных людей, владевших землёй, катастрофически уменьшалось. Цари «Страны моря» усиливались по мере того, как Вавилонское государство слабело. При последних представителях династии Хаммурапи враги вторгались в центральные области страны, угрожая сбору урожая на полях перед стенами самого Вавилона. Когда на горизонте Вавилонии появился новый враг, ослабленное государство уже не могло дать ему отпор.

Врагом этим были хетты, пришедшие около 1600 г. до н. э. из далёкой Малой Азии; об этом походе говорится в хеттских и вавилонских источниках. В упомянутой более поздней вавилонской хронике повествуется о том, что люди хеттской страны пришли в страну Аккад и покончили с царством Вавилона, а хеттские анналы сообщают о походе на Вавилон царя Мурсили, который забрал там золото, серебро и привёл пленных к себе в хеттскую страну.

Удар, нанесённый вторжением войска хеттского царя Мурсили, настолько ослабил Вавилон, что он уже не мог противостоять новому нашествию с юга. После

–  –  –

4. Возвышение Элама. Вавилония после падения касситской династии В этот период вновь начинает играть крупную роль Элам.

Внутреннее устройство Даже при III династии Ура Элам не был в такой степени Элама во II тысячелетии включён в состав шумеро-аккадского государства, как другие до н. э. завоёванные Уром области; в различных городах и областях Элама продолжали царствовать местные правители. После разрушения государства III династии Ура, в чём приняли участие и эламиты, Элам вновь приобретает независимость.

Как и в Вавилонии, в Эламе этого времени усиливается рост частных хозяйств и частного рабовладения, о чём свидетельствуют правовые документы, в довольно значительном количестве дошедшие до нас.

Для эламского права является характерной жестокость наказаний, не свойственная вавилонскому праву, которое в других отношениях оказало сильное воздействие на право Элама.

Процессы развития рабовладельческого общества и разорения беднейших свободных масс шли в Эламе аналогично тому, как это происходило в Двуречье, о чём свидетельствует тот факт, что уже в первой половине II тысячелетия до н. э. в Южном Двуречье имелись сельскохозяйственные наёмные работники — эламиты. Несмотря на значительное расслоение в сельских общинах, в Эламе и в позднее время — вплоть до I тысячелетия до н. э. — имелось сильное войско, состоявшее, вероятно, из ополченцев. Это, возможно, объясняется тем, что в горных областях Элама дольше сохранялись порядки военной демократии и процесс классового расслоения в меньшей мере коснулся местного свободного населения.

Отдельными областями правили цари, или «отцы» (адда), причём власть, хотя наследовалась в пределах рода, но передавалась не от отца к сыну, а от дяди к племяннику (сыну сестры), т. е. по материнской линии; выражение «сын сестры»

вообще означало «потомок», «член данного рода». Области Элама (возможно, соответствовавшие территориям первоначальных племён) находились под общей гегемонией верховного вождя, носившего титул «великого посланца» (по-шумерски — суккальмах). Правители областей находились по большей части в ближайшем родстве с «великим посланцем», и по смерти его один из них (быть может, по выбору) занимал его место, другие же, по-видимому, менялись при этом своими местами в определенном иерархическом порядке.

Из факта существования подобного государственного устройства можно заключить, что в Эламе в условиях несомненного господства порядков классового общества, по-видимому, всё ещё существовали значительные пережитки родо-племенных отношений и даже материнского рода (вероятно, главным образом в горных областях; высказывается мнение, что правившая в это время в Эламе династия происходила именно оттуда). Господство в стране в целом принадлежало крупнейшей родо-племенной по своему происхождению знати, представителями которой были правители отдельных областей.

Эти правители областей были достаточно самостоятельными; они могли, например, вести войны на свой страх и риск. Таким правителем области был, в частности, Кутурмапук, адда полуаморейской пограничной с Вавилонией области Эмутбал (Ямутпала), которому удалось посадить на престол Ларсы в XIX в. до н. э. своих сыновей (одним из них был упоминавшийся выше Римсин). Элам оказывал временами сильное влияние также на государство Эшнунну; не раз эламские отряды вторгались в Вавилонию.

Возвышение Хаммурапи, которому удалось оттеснить эламиУсиление Элама тов из Эмутбала, значительно ослабило Элам и, возможно, поставило его в зависимость от вавилонского царя. Позднее династия, восстановившая самостоятельность Элама (как полагают, касситского происхождения), и следующие за ней цари возродили силу Эламского государства, охватывавшего в то время, как нередко и раньше, и часть будущей Персиды (современного Фарса на юге Ирана). Снова предпринимаются походы эламитов на Вавилонию. Эти походы затем продолжаются и во второй половине XIII в.

до н. э.

Новой эламской династии, видимо, удалось в это время сломить сепаратизм местной знати и укрепить центральную власть. С начала XII в. до н. э. начинается новая серия эламских завоеваний. Эламитам удалось захватить обширную область на реке Дияле, в том числе и город Эшнунну. Через эту область проходили караванные пути из Двуречья на нагорья Ирана.

Эламитам удалось временно захватить даже северную часть Вавилонии с городами Сиппаром, Вавилоном и Ниппуром. Эти победы эламитов содействовали падению касситской власти в Вавилонии.

Наивысшего развития Эламская держава достигла при царе Шильхакиншушинаке, который значительно расширил эламские владения, особенно в горах Загра и восточнее их. Ему удалось вторгнуться и в Ассирию, где он занял южно-ассирийский город Экаллате.

Между тем в Вавилонии с приходом к власти IV вавилонской Вавилонское общество династии наступил кратковременный подъём. Наиболее знав конце II тысячелетия чительным из царей этой династии был Навуходоносор I (Надо н. э. букудурриусур, около 1146—1123). Он не без успеха воевал с Ассирией, ему же удалось в битве на реке Эвлее сломить могущество Элама. Царство Навуходоносора I охватывало помимо собственно Двуречья также значительную часть долины реки Диялы и её притоков и простиралось от подступов к Ассирии до Персидского залива.

Дарственная грамота Навуходоносора I одному касситскому родовому вождю, командовавшему в битве на Эвлее вавилонскими колесницами, является важнейшим источником, дающим представление о Вавилонии этого времени. Из неё мы узнаём, что население Вавилонии было обложено многочисленными налогами и повинностями.

В их число входили различные натуральные поборы продуктами земледелия и скотом как в пользу царя, так и в пользу областного наместника, а также на содержание отрядов конницы (которая была, по-видимому, нововведением касситского времени) во время их постоя, затем дорожная и мостовая повинности. Из других источников мы узнаём также о повинностях по поддержанию оросительной системы.

Все эти поборы осуществлялись специальными сборщиками, а также «царскими слугами каналов и суши», подчинёнными «глашатаю» — главе управления повинностями. Большую власть имели наместники областей.

Царская земля, как и в касситское время, продолжала раздаваться большими участками влиятельным представителям служилой знати, от которой царь фактически полностью зависел. Некоторые из них владели целыми районами, насчитывающими многие поселения. Иногда им удавалось выговаривать освобождение своих владений от налогов и повинностей. Это позволяло им более полно эксплуатировать свои владения, не делясь уже прибавочным продуктом с царём и наместником. На земле упоминавшегося выше военачальника-кассита, получившего дарственную грамоту от Навуходоносора I, царские должностные лица даже не имели права арестовать преступника; владелец этой территории (расположенной, правда, в данном случае не в самой Вавилонии, а в горах) фактически превратился в независимого царька.

Ещё с касситского времени храмы становятся крупнейшими землевладельцами, по сути дела экономически независимыми от царя.

Известные привилегии имели и крупнейшие рабовладельческие центры — города. Вавилон и Ниппур обладали, например, военными силами, обособленными от царских, и были наделены правом ареста отдельных лиц (вероятно, лишь своих граждан) даже за пределами территории этих городов.

Рабовладение продолжало развиваться. Мы узнаём о наличии в это время довольно значительного числа рабов в одних руках. Однако господство крупных частных хозяйств, которые сами могли обеспечивать себя всем необходимым, не способствовало развитию денежного хозяйства. Расплата при купле-продаже, как нередко и в касситское время, но в отличие от старовавилонского, производилась не серебром, а натурой — хлебом, скотом, рабами, вещами.

После поражения Элама, нанесённого ему Навуходоносором I, а затем после поражения Вавилонии, нанесённого ей ассирийским царём Тиглатпаласаром I в конце XII в. до н. э., обе страны, Элам и Вавилония, испытывают период упадка. В Эламе сохраняется или восстанавливается господство местной знати; отсутствие крепкого централизованного государства и 9 крайнюю непрочность царской власти, превратившейся в игрушкуW&Adb & l k • % % & ¤ e Z. b`d kZe\ крайнюю0 l состав культуры древних греков и других народов Европы и Азии. Огромное историческое значение вавилонской культуры определяется положительными достижениями науки и искусства. Эти достижения были велики, несмотря на то, что характер вавилонской культуры в значительной мере определялся религиозной идеологией.

Вавилонская религия навязывала человеку идею его бессилия Вавилонская религия перед сверхъестественными силами, которые, по вавилонским верованиям, навеки установили мировой порядок и существовавший общественный строй;

она мешала подлинному познанию мира и препятствовала активному воздействию человека на окружающий мир.

Старые боги шумеро-аккадского пантеона сохраняли своё значение и в религии Вавилонии, но религиозные воззрения значительно усложнились.

Унаследованный от глубокой древности культ умирающего и воскресающего бога растительности имел широкое распространение. Олицетворением умирающей и вновь воскресающей растительности был бог Таммуз (Думузи) — возлюбленный богини Иштар.

Немаловажным божеством был бог грозы и дождя — Адад (у шумеров Ишкур), почитавшийся особенно в более северных районах, где известную роль для земледелия играло орошение дождевыми водами («воды Адада»).

В Вавилонии почитался ряд местных богов, отождествлённых с небесными светилами.

Важную роль играли божества Солнца и Луны — Шамаш и Син. Иштар, соответствующую шумерской Инанне, богине Урука, олицетворяла планета Венера. В кроваво-красной планете Марсе видели Нергала, бога войны, болезней и смерти, главного бога города Куту. Бог мудрости, письма и счёта Набу (что соответствует западно-семитскому наби — «пророк»), почитавшийся в соседней с Вавилоном Борсиппе, сопоставлялся с планетой Меркурием. Наконец, с планетой Сатурном был сопоставлен Нинурта, бог удачной войны. Бог Мардук отождествлялся с самой большой планетой — Юпитером. Семь главных астральных (звёздных) богов вместе с триадой — Ану, Бел (Энлиль), Эа — играли важнейшую роль в религии Вавилона.

В честь этих богов храмовые башни строились или в три этажа (небо, земля, подземная вода) или в семь (семь планет). Пережитком почитания вавилонских астральных богов является современная семидневная неделя. В некоторых западноевропейских языках названия дней недели и в настоящее время отражают имена семи божеств.

В Вавилонии получил большое развитие культ умерших царей и обожествление самой царской власти. Цари провозглашались стоящими неизмеримо выше людей, и их власть укреплялась в сознании эксплуатируемых народных масс как священная власть.

Вавилонское жречество воздействовало на народные массы пышностью культа в громадных храмах с их величественными ступенчатыми башнями — зиккуратами. Сохранились сведения о большом количестве храмовой утвари из золота, а также о богатейших жертвах, приносимых ежедневно на алтари храмов. Обожествление царской власти, внушение покорности богам и царю, ставленнику рабовладельческой знати, были основой культа.

В истории Двуречья неоднократно выдвигалось то или другое государство, которое выступало претендентом на господство над своими соседями. Наиболее удачливым претендентом на господство над всей долиной выступил, как выше было показано, Вавилон. Это нашло своё отражение и в той роли, которую стал играть Мардук, бог-покровитель Вавилона, в основном мифе о мироздании.

В вавилонском мифе о сотворении мира (в основу этого мифа был положен аналогичный шумерский миф), написанном на семи глиняных табличках, рассказывается, что сперва был хаос, водная пучина, которая олицетворялась в виде чудовища Тиамту. Родившиеся из недр её боги задумали погубить Тиамту, внеся порядок в хаос. Тиамту, узнав об этих замыслах, решила в свою очередь уничтожить богов. Один лишь Мардук (в более древней версии Энлиль) не убоялся её и выразил готовность вступить с ней в борьбу, но потребовал в случае победы над Тиамту полного подчинения богов его господству, чтобы «непреходящим и беспрекословным был бы приказ его уст». Когда боги на своём совете приняли требование Мардука, последний вступил в единоборство с Тиамту и, убив её, создал из её тела небо со звёздами, землю с растениями, животными и воду с рыбами. Завершением мироздания являлось сотворение человека, созданного из глины и из крови одного из богов, казнённого за измену богам и помощь Тиамту. Обязанностью человека стало жертвоприношение богам.

Таково краткое содержание очень древнего мифа о сотворении мира, обработанного вавилонским жречеством. Политическая тенденция выступает в этой обработке чётко и определённо. Вавилон победил, и все прочие города подчинились ему как наиболее сильному; надлежало закрепить эту победу указанием на то, что с начала мира самым мощным из богов был Мардук, богпокровитель Вавилона. Таким образом, бог Мардук был объявлен царём богов, но вавилонские жрецы в стремлении возвеличить своего бога не довольствовались этим. В дальнейшем они пытались слить в образе Мардука образы всех великих богов Вавилонии. Об этом свидетельствует, в частности, более поздний религиозный текст, объявляющий великих богов теми или иными проявлениями Мардука: бога войны, болезни и смерти Нергала — Мардуком силы, бога письменности Набу — Мардуком мудрости, бога Луны Сина — Мардуком ночного света и т. д. В особенности же стремилось вавилонское жречество включить в образ Мардука популярный образ умирающего и воскресающего бога. Об этом свидетельствует текст из храмовой библиотеки города Ашшура, посвящённый страстям Бела-Мардука, его казни и возвращению к Богиня Иштар.

жизни. Согласно этому мифу Бела-Мардука Статуя из Мари. Около 1800 г. до н. э. Известняк.

казнят на судилище у подземного царства вместе с каким-то преступником. Окровавленную одежду бога очищает богиня, любовь которой сильнее смерти. Уход бога в подземное царство вызывает на земле ожесточённые смуты, жена Бела-Мардука, «владычица Вавилона», спускается за ним в подземное царство, и бог воскресает к новой жизни.

Этот вкратце изложенный миф, несомненно, косвенно повлиял на оформление евангельского мифа о Христе. Как миф о мироздании, так и миф о страстях Бела-Мардука читались в главном храме Вавилона в новогодний праздник. В этой части ритуала новогоднего праздника имеется зародыш религиозной драмы. Миф об умирании и оживлении природы составляет основу и вавилонского мифа о схождении богини Иштар в «страну без возврата», т. е. в царство мёртвых. В этом мифе, также переработанном из шумерского, дошедшем до нас в прекрасном стихотворном изложении, действующей силой выступает женское начало — богиня Иштар, богиня любви и плодородия, а также её жестокая противница богиня Эрешкигаль. В этом нельзя не видеть некоторых пережитков представлений времени господства материнского рода.

Мощным средством воздействия жречества на народные массы была магия. Путём магических формул жрецы-заклинатели «спасали» людей от болезней и несчастий, «вызванных»

злыми духами, ведьмами и колдунами. Жрецы-предсказатели якобы предвещали своим искусством человеку грядущую беду и пытались предотвратить её при помощи колдовства.

Прорицания давались на основании полёта птиц, восхода и захода небесных светил (астрология), по форме печени овцы и т. д. Вавилонские заклинания и прорицания оказали сильнейшее воздействие на религию соседних стран, а при посредстве хеттов — и на греческую религию. Античный же мир передал многие элементы из вавилонской магии и средневековой Европе.

Письменность вавилонян, унаследованная ими от шумеров, Письменность была хорошо развитой клинописью, приспособленной к осои литература бенностям семитического аккадского языка. Этот язык во II тысячелетии до н. э. стал общепризнанным языком дипломатической переписки. Вавилонскую клинопись изучали даже в писцовых школах далёкого Египта. Клинописью написаны многочисленные документы, религиозные тексты, сказания. Господство религии и жречества в области идеологии являлось определяющим для вавилонской литературы. Даже популярные произведения устного народного творчества подвергались обработке в духе господствующей идеологии. Характерным для вавилонской литературы того времени является настойчивое подчёркивание слабости человека и ограниченности его возможностей, проповедь смирения и покорности человека порядкам, установленным самими богами, и власти обожествляемых царей. Подвергались обработке и приспособлялись к новым условиям древние мифы и предания, вроде упоминавшихся уже ранее мифов о сотворении мира, о нисхождении богини Иштар в царство мёртвых и др.

Обработке подверглись также шумерские сказания о Гильгамеше. Возможно, что именно к этому времени были сведены в единый эпос ранее существовавшие разрозненные предания о Гильгамеше, хотя некоторые исследователи относят создание этой эпической поэмы ещё к концу III тысячелетия. Вавилонская обработка сказалась, в частности, в трактовке образа главного героя эпоса.

Содержание эпоса о Гильгамеше в том виде, в каком он был написан на аккадском языке, таково: Гильгамеш, царь Урука, не находя применения своим могучим силам, угнетает жителей Урука. Услышав их молитвы, боги создают первобытного человека — героя Энкиду, живущего со зверями. Энкиду было предназначено сделаться другом Гильгамеша и направить его силы на совершение подвигов, полезных людям. Соблазнённый любовью к женщине, Энкиду должен был порвать прежнюю свою тесную связь с природой и прибыл в Урук, где, померявшись силами с Гильгамешем, стал его другом. Друзья совершают ряд подвигов на пользу людям, в том числе убивают хранителя кедров, чудовище Хумбабу (по-шумерски — Хуваву). Затем Гильгамешу предлагает свою любовь богиня Иштар, но тот отвергает её и, вместе с Энкиду, убивает посланного против них богиней чудовищного быка. При этом Энкиду наносит тяжкое оскорбление богине и за это должен умереть.

Перед Гильгамешем встаёт вопрос о смертности людей. Несмотря на уговоры богов и людей, несмотря на величайшие препятствия, он предпринимает путешествие на край света, где находится переживший потоп герой Утнапиштим (Зиусудра). Тот рассказывает ему историю потопа и своего спасения, но уверяет Гильгамеша, что вечной жизни для человека быть не может. Тем не менее он помогает Гильгамешу найти волшебное растение, освобождающее человека от старости. Гильгамеш решает разделить его со Гильгамеш и Энкиду убивают Хумбабу.

Терракотовый рельеф. Начало II тысячелетия до н. э.

своим народом, но на обратном пути растение похищает змея. Поэма первоначально кончалась похвалой мудрецам, построившим древние стены Урука и тем создавшим вечную ценность.

Эта мужественная и глубокая по мысли поэма, герои которой выступают как поборники блага людей и богоборцы, подверглась тенденциозной переработке в господствовавшем духе проповеди смирения и покорности богам. В частности, в конце к поэме был прибавлен перевод проникнутой религиозным духом шумерской песни о том как Гильгамеш вызвал из преисподней дух Энкиду и тот рассказал ему о печальной судьбе мёртвых, страдающих от голода и жажды. Эта судьба несколько облегчается якобы лишь выполнением соответствующих погребальных обрядов и принесением жертв.

Эпос о Гильгамеше был написан стихотворным размером, основанным на счете ударений.

Точное представление о подлиннике даёт прекрасный перевод первых строк эпоса, сделанный крупнейшим советским ассириологом В. К. Шилейко с полным учётом размера подлинника.

Об увидавшим всё до края мира, О проницавшем всё, постигшем всё.

Он прочёл совокупно все писанья, Глубину премудрости всех книгочётов.

Потаённое видел, сокровенное ведал, И принёс он весть о днях до потопа.

Далёким путём он ходил, но устал и вернулся, И записал на камне весь свой труд.

В вавилонской литературе появляются зачатки драмы в форме религиозных мистерий, а также лирики, элементы которой мы находим в различных гимнах, молитвах и т. д. Нам известно, что существовала и светская лирика, но образцы её не дошли до нас.

Математика, которая решала в Вавилонии ряд практических Развитие науки задач, существенных для измерения полей, создания построек и ирригационных сооружений и т. п., оказалась более свободной от влияния религиозных представлений и смогла достигнуть в храмовых школах Вавилонии наибольших успехов. В одном вопросе вавилонская математическая наука стояла даже несколько выше позднейшей древнегреческой, а именно в вопросе написания всех мыслимых чисел минимальным количеством цифровых знаков. В вавилонской математике, как и в современной, был осуществлён принцип, согласно которому одна и та же цифра имеет различную числовую значимость в зависимости от места, занимаемого ею в числовом контексте (позиционная система). Однако в Вавилонии, наследнице культуры Шумера, числовая система покоилась не на десятичной основе, а на шестидесятиричной. Вавилонская числовая система продолжает жить и в наше время в делении часа на 60 минут, минуты на 60 секунд, а также в делении окружности на 360 градусов.

Вавилонские писцы решали планиметрические задачи, используя свойства прямоугольных треугольников, сформулированные впоследствии в виде так называемой пифагоровой теоремы, а в стереометрии решали такую сложную задачу, как измерение объёма усечённой пирамиды. Доказано, что вавилонские математики являлись основоположниками алгебры, поскольку они решали в некоторых случаях уравнения с тремя неизвестными. Они могли также в ряде случаев извлекать не только квадратные, но и кубические корни. В определении числа, т. е. отношения окружности к диаметру, вавилоняне пользовались лишь грубым приближением, определив числом «три». В решении данного вопроса вавилонская математика стоит ниже египетской, которой удалось достигнуть более точного приближения (3,16).

Вследствие потребностей высокоразвитого ирригационного земледелия наряду с математикой в Вавилонии больших успехов достигла и астрономия. Основы звёздной карты в той мере, в какой она может быть установлена без применения телескопа, были созданы в Вавилонии и, вероятно, через хеттское общество переданы европейским странам Средиземноморья. В своём дальнейшем развитии вавилонская астрономия оказала значительное влияние на греческую науку. Но вавилонская астрономия не смогла оторваться от тех религиозных воззрений, которые подчиняли себе изучение в то время любого конкретного явления окружающего мира. Вавилонская астрономия была тесно связана с астрологией, и между ними трудно провести чёткое разграничение.

Медицина и химия были переплетены с магией. Тщательно разработанные колдовские действия сопутствовали, например, изготовлению плавильной печи, установке её и работе на ней. Наши сведения о вавилонской химии, к сожалению, ещё ограниченны вследствие трудности понимания соответствующих клинописных текстов, часто намеренно, в магических целях, затемнявшихся древними писцами.

Зоология, ботаника и минералогия нашли своё выражение в одних лишь длинных списках названий животных, растений и камней. Впрочем, эти списки могут быть отнесены скорее к филологическим справочникам, которыми были столь богаты писцовые школы Вавилонии, обращавшие большое внимание на изучение языка, его словарного состава и грамматики.

Интерес к проблемам языка в значительной мере был обусловлен тем, что у вавилонских жрецов вымерший к тому времени шумерский язык продолжал играть роль священного языка. Кроме того, без знания шумерского языка нельзя было правильно применять для аккадского языка письменность, сложившуюся первоначально на основе шумерского языка. Поэтому вавилонские писцы были поставлены в необходимость изучать наряду со своим, аккадским языком ещё и второй, чуждый им язык.

Это изучение заставляло их более сознательно относиться и к своему родному языку. Наряду со словарным составом вавилоняне стали впервые изучать и грамматику.

Меньшие достижения, нежели языкознание, имеет вавилонская историография. Несколько хроник свидетельствуют лишь о зачатках исторических знаний.

Среди памятников вавилонской литературы до нас дошли произведения, в которых можно найти зачатки философской мысли. Некоторые произведения такого рода стоят под непосредственным влиянием традиционной религиозной идеологии. Проповедь беспрекословной покорности перед волей всесильных богов, внушение людям обязанности работать на богов и царей и оправдание духовного рабства — такова мысль подобных произведений. Например, так называемая «Поэма о невинном страдальце» ставит вопрос о причинах человеческих страданий и отвечает, что постичь эти причины невозможно, ибо «кто постигнет замысел богов на небесах?».

О наличии в вавилонском обществе течения, знаменующего собой некоторый отход от традиционного религиозного мировоззрения, свидетельствует замечательный литературный памятник, известный под названием «Диалога между господином и рабом». В этом произведении господин, разговаривая со своим рабом, высказывает одно за другим различные пожелания, а раб одобряет каждое из этих желаний своего хозяина. Когда же последний отказывается от своего желания, то раб и тут соглашается с ним, приводя при этом веские аргументы и в пользу отказа. Тем самым доказывалась тщетность всех чаяний и помышлений господина: его надежды на милость царя, надежды найти забвение в пиршестве или в любви к женщине, надежды на спасение при помощи магии, молитвы или жертвы. Бесцельно следовать обычным предписаниям добродетели, ибо смерть всех уравнивает, как утверждает раб, обращаясь к своему господину: «Подымись на холмы разрушенных городов, пройдись по развалинам древности и посмотри на черепа людей, живших давно и недавно: кто из них был злым и кто из них был добрым?». Диалог заканчивается утверждением, что господин, пожелавший убить своего раба, переживет его всего лишь на «три дня».

Автор этого замечательного по силе языка и мысли произведения нашёл в себе мужество подвергнуть сомнению традиционное мировоззрение, но не создал, однако, взамен его ничего нового.

ГЛАВА XI

ДРЕВНЕЙШАЯ АССИРИЯ И МИТАННИ

В долине рек Евфрата и Тигра наиболее благоприятные условия для развития производительных сил и перехода к классовому обществу, для организации искусственного орошения в крупных масштабах и прогресса земледелия имелись, как мы видели, в южной её части. В Северной Месопотамии — холмистой степи, переходящей в горные районы, условия для этого были менее благоприятны, хотя уровень общественного развития здесь ещё в V и IV тысячелетиях до н. э. был выше, чем в болотистых низменностях. Лишь с появлением бронзовых орудий, при использовании культурных достижений Шумера и Аккада, оказались преодолимыми трудности природных условий и здесь. Народы Северной Месопотамии и прилегающих долин в первой половине II тысячелетия до н. э. вновь догоняют в развитии своих южных соседей. У хурритских племён Северной Месопотамии складывается могущественное государство Митанни; у аккадских семитических племён — Ассирийское государство, расположенное на важнейших торговых путях Передней Азии и игравшее важную роль в истории древнего общества.

1. Ранний Ашшур

Ассирией в древности называлась область, расположенная в Географическая среда средней части долины Тигра, соответствующая северои население восточной части современного Ирака. Тигр принимает здесь с востока два крупных притока — Большой и Малый Заб. С северо-востока страну ограничивают отроги гор Загра, с юго-востока — река Малый Заб, с запада — степь. Воды реки Тигра наряду с колодцами используются здесь для искусственного орошения. Однако по плодородию эта часть нынешнего Ирака значительно уступает низовьям Тигра и Евфрата. Вверх по долинам Малого и Большого Заба расположены районы частично земледельческие (с использованием дождевых вод, собираемых в специальные водоёмы и применяемых для искусственного орошения), но главным образом скотоводческие. Хотя зимой здесь может выпадать даже снег, летом солнце выжигает травяной покров, поэтому скот летом перегоняют на горные луга. Из земледельческих продуктов Ассирия производила обычные для всего Двуречья виды злаков — в первую очередь ячмень и эммер (пшеницудвузернянку), а также мало распространённый в Вавилонии виноград.

В период неолита культура той области, которая позже стала называться Ассирией, ещё стояла значительно выше культуры стран, расположенных в низовьях Тигра и Евфрата, где условия для земледелия были неблагоприятными, пока не было создано искусственное орошение. Это объясняется тем, что в низовьях земля периодически затоплялась и заболачивалась, либо её травяной покров полностью выжигался солнцем и чрезмерная сухость не позволяла взращивать злаки.

К тому же в предгорьях имелся материал для изготовления орудий (дерево, камень, медь), а в низовьях его не было. Поэтому оттеснённые в низовья племена едва находили там возможности для пропитания. В холмистых и предгорных районах Передней Азии в это время складывается довольно однородная культура, для которой характерны оседлые поселения, состоявшие из План и вертикальный разрез общинного домов, либо глинобитных, либо (позже) из круглого жилища.

сырцового кирпича, иногда на каменном Городище Телль-Арпачия.

фундаменте; позже появляются также и крупные общественные сооружения в виде круглых общинных домов и прямоугольных святилищ. Для этой культуры характерно и развитие гончарного ремесла, памятником которого является замечательная расписная посуда.

Наиболее вероятно, что по крайней мере часть древнейшего населения принадлежала здесь к хурритам — группе племён, родственных по языку урартам Армянского нагорья.

Язык хурритов имеет также в некоторых отношениях отдалённое сходство с языками народов Кавказа и Закавказья. Шумерские тексты III тысячелетия до н. э. называют рассматриваемые нами области «Су-бир», аккадские тексты III и II тысячелетий до н. э. — «Субарту»

или «Шубарту», отсюда и название населения — субарейцы или шубарейцы. Большинство исследователей считает, что это шумеро-аккадское обозначение тех же племён, которые называли себя хурритами.

В связи с освоением техники ирригации в Двуречье в течение Особенности IV тысячелетия до н. э. происходило быстрое развитие произисторического водительных сил и подъём культуры; когда на юге уже скларазвития Ассирии дывалось классовое общество, возникали первые государства, создавалась письменность и закладывались основы позднейшей шумеро-аккадской культуры, на севере развитие общества подвинулось вперёд лишь незначительно. В дальнейшем, с появлением бронзовых орудий, с использованием достижений культуры юга Двуречья, значительный прогресс в общественном развитии заметен и на севере.

Для понимания истории рабовладельческого общества Ассирии необходимо учитывать экономическое значение занимаемого ею района для снабжения ведущей сельскохозяйственной области Передней Азии — Вавилонии — металлом, которого она совершенно не имела, и лесом, которым она была очень бедна.

С юго-востока к Ассирии примыкали долины рек Адема и Диялы — место скрещения путей, ведших с Иранского нагорья в Аккад — северную часть Двуречья. Важнейший путь для Двуречья, связывающий Элам и Аккад с Сирией и далее с Палестиной и Египтом, проходил через самую Ассирию. Он шёл вверх по Тигру, а затем через культурные и населённые части Северной Месопотамии к переправам в районе большой дуги Евфрата, отделяющей Месопотамию от Сирии. Другой путь вёл из Вавилонии в Сирию по Евфрату, проходя не далее чем в 200 км от пределов Ассирии. Путь, шедший прямо через Сирийскую степь, был не пригоден для регулярных сношений, так как существовала опасность нападения степняков и было трудно снабжать медленно двигавшиеся караваны водой, в особенности, когда верблюд ещё не применялся как транспортное средство, т. е. до второй половины II тысячелетия до н. э.

Наконец, ещё один важный торговый путь, а именно идущий по Тигру из Малой Азии и Армении, также проходил через Ассирию и в её пределах соединялся с восточным путём из Вавилонии в Сирию. Таким образом, по путям, либо прямо проходившим через Ассирию, либо лежавшим с нею в непосредственном соседстве, перевозились: медь, серебро, свинец, лес, шедшие из Северной Сирии, Малой Азии и Армении в Вавилонию, а также золото, шедшее из Египта (а может быть, и из Закавказья и Индии), целый ряд продуктов из Ирана, а через него — и из Средней Азии и Индии. С другой стороны, по этим же путям направлялись продукты сельского хозяйства и ремесла Вавилонии и Элама, шедшие в обмен на сирийские, малоазиатские и другие товары.

Это обстоятельство наложило свой отпечаток на развитие древней ассирийской экономики. Ассирия играла роль передаточного пункта, промежуточной инстанции в обмене между отдельными обществами и государствами с самого начала возникновения сколько-нибудь широкого обмена между различными районами Передней Азии. То значение, которое Ассирия приобрела в истории древнего мира, было в значительной мере обусловлено её благоприятным положением на караванных путях и тем особым местом, которое Ассирия занимала вследствие этого в экономике Передней Азии.

Приблизительно с середины III тысячелетия до н. э. (время, к которому восходят древнейшие слои городища на месте поселения Ашшур — ядра будущего Ассирийского государства) в областях Месопотамии к северу от Двуречья появляются выходцы из Шумера и Аккада, что, несомненно, связано с той нуждой в сырье, которую испытывало Двуречье. По документам из Двуречья мы знаем, что для приобретения камня, леса, металла общины Шумера и Аккада посылали в длительные путешествия своих торговых агентов — тамкаров. На основных торговых путях была организована целая сеть постоянных факторий и колоний.

Опорным пунктом — притом важнейшим из них — на Тигре был Ашшур. Последний (ныне Кала'т-Шеркат) стоял на правом берегу реки Тигра, несколько выше впадения Малого Заба. По его имени за всей страной позже утвердилось название Ашшур, или, в греческой форме, Ассирия.

Обстоятельства возникновения и сложения государства в Общественные Ашшуре нам неизвестны. Мы знаем лишь, что в тот период, отношения который освещён письменными памятниками, т. е. на рубеже в древнейшем Ашшуре III и II тысячелетий до н. э., Ашшур уже имел крупное значение в межобщинном и межгосударственном обмене Передней Азии, и это в значительной мере определяло его развитие.

Среди древнейших, может быть, легендарных имён правителей Ашшура мы встречаем, по-видимому, хурритские. Хотя, судя по собственным именам, хурритский язык наряду с аккадским ещё долго (возможно, до конца II тысячелетия) был распространен в Ашшуре и в окружающих селениях, однако аккадскому языку принадлежала ведущая роль.

Уже наместник III династии Ура в Ашшуре пользуется аккадским языком для своей надписи;

в дальнейшем в Ашшуре в официальных надписях в документах пользовались исключительно аккадским языком и клинописью приспособленной к аккадскому языку.

Продолжая начатое Аккадом освоение торговых путей, Ашшур основывает целый ряд подсобных фактории и колоний, из которых нам наиболее известны важные торговые поселения в Малой Азии. Создание этих колоний, несомненно, прямо или косвенно связано с завоеваниями, производившимися в течение второй половины III тысячелетия династией Аккада и III династией Ура. Обе эти державы включали по-видимому, также Ашшур и объединяли большие территории в Двуречье, в предгорьях Загра и даже в Северной Сирии. Это создавало благоприятные условия для освоения караванных путей и способствовало развитию Ашшура и других мелких городов-государств на территории будущей Ассирии.

Земля, по-видимому, считалась в это время в Ашшуре общинной собственностью. Наряду с храмовым землевладением, не игравшим, однако, столь крупной роли как в Шумере, существовали земли общин, которые находились в руках свободных членов общин — как больших семей, так и отдельных лиц. Систематически проводились переделы земельных участков. Земля обрабатывалась большей частью самими членами общины с их семьями частью же совместно с рабами, а в богатых хозяйствах, возможно, одними рабами. Изредка применялся наёмный труд. Рабы являлись отчуждаемой собственностью своих хозяев. Неоплатные должники становились домашними рабами кредитора, на срок или бессрочно — неизвестно;

массового характера долговое рабство еще не приобрело, несмотря на весьма сильное имущественное неравенство, которое развивается в это время между верхушкой рабовладельцев и массой рядового населения.

Верховным органом власти в самом Ашшуре был совет стаГосударственный строй рейшин. Каждый год носил имя определенного должностного древнего Ашшура лица лимму (вероятно, одного из членов совета старейшин), менявшегося ежегодно. По этим лимму велась датировка. По-видимому, тот же лимму стоял во главе казны города, сосредоточенной в «доме городского совета», не только руководившего деятельностью тамкаров (торговых агентов), но и занимавшегося непосредственно обширными ростовщическими и торговыми операциями. Другим важным должностным лицом был укуллум, ведавший земельными вопросами и, возможно, возглавлявший судебную и административную деятельность городской общины. Должность укуллума обычно, хотя и не всегда, совмещалась с наследственной должностью ишшаккум. Ишшаккум, или, по шумерской терминологии, энси (патеси), имел право созывать совет, без которого, по всей вероятности, он не мог принимать важных решений. По-видимому, в его ведении находились только религиозные и связанные с ними дела (например, некоторые виды строительства). Вопросы судебные, экономические (например, податные и т. д.) лежали вне ведения ишшаккума, и совет Ашшура сносился с колониями по этим вопросам без его ведома.

Таким образом, ишшаккум вовсе не был носителем верховной государственной власти в Ашшуре; по своему государственному строю Ашшур этого времени приближался к типу олигархической рабовладельческой республики.

Важнейшей и наиболее известной нам из колоний Ашшура Торговые колонии была колония при городе Канесе (современное городище Ашшура Кюль-Тепе, близ города Кайсери в Турции). Документы, дошедшие отсюда, — впрочем, происходящие не только из Канеса, но также из ряда другие колоний и из самого Ашшура, —охватывают три поколения и относятся, по-видимому, к XX-XIX вв. до н. э.

В Малую Азию, главным образом из Двуречья, ашшурские купцы везли на ослах караванами продукты ремесла, в особенности ткани, а вывозили преимущественно серебро, свинец, медь, а также шерсть и кожу. Работорговлей ашшурские купцы не занимались. Свинец в этот период наряду с серебром играл в Ашшуре и его торговых факториях роль средства обращения. Важно отметить, что торговля эта лишь в небольшой мере была рассчитана на нужды самой Ассирии.

Во всякой колонии Ашшура официальные документы составлялись обычно от имени «такой-то колонии от мала до велика». Все решения народного собрания, бывшего формально верховным органом управления, принимались от лица всей колонии, но фактическая власть принадлежала знати, так называемым «великим».

Существовали эти колонии при местных поселениях (вне их стен, но на их земле); в делах с местным населением, жестоко эксплуатировавшимся ашшурскими купцами, колонии подчинялись юрисдикции местных царьков; но последние были заинтересованы в торговле с ашшурскими тамкарами, а поэтому всячески им потворствовали. Во внутренних делах колонии подчинялись Ашшуру, совет которого имел в каждой из них своего представителя; Ашшур собирал в свою пользу пошлину с торговли колоний.

После падения государства III династии Ура торговые города, подобные Ашшуру, стремятся к созданию мощной военной силы для захвата и удержания в своих руках караванных путей. Неизбежна была острая борьба за обладание этими путями.

Задачи завоевательной политики, которые в начале Ашшур II тысячелетия до н. э. выдвигала верхушка ашшурского рабопри Шамшиададе I владельческого общества, не могли быть осуществлены без изменения самой государственной структуры в сторону укрепления власти правителявоеначальника. Конечно, военные столкновения с соседними общинами и племенами бывали и раньше, но первое крупное военное предприятие, выходившее за пределы территории, расположенной в непосредственном соседстве с Ашшуром, относится, насколько нам известно, ко времени ишшаккума Илушумы (XX в. до н. э.), который на короткое время овладел рядом важных районов на Нижнем Тигре и в других частях Двуречья. По-видимому, тот же Илушума пытался укрепить храмовое хозяйство, как опору власти правителя. Но гораздо большее значение имели завоевания Шамшиадада I (конец XIX — начало XVIII в. до н. э.).

Шамшиадад I был сыном аморея Илакабкабу, захватившего власть в Ашшуре, повидимому, точно так же, как другие аморейские вожди, опираясь на племена степняков, захватили около этого времени власть в большинстве городов Двуречья. Выполняя задачи, которые, как было сказано, поставила в то время верхушка ашшурских рабовладельцев, Шамшиадад стремился к установлению в Ашшуре своей единоличной власти и к созданию деспотической монархии наподобие существовавшей в Вавилонии; свидетельством стремления заимствовать всё вавилонское можно считать, между прочим, распространение с этого времени в Ашшуре вавилонской разновидности клинописи. Шамшиадад I впервые объявил себя «царём множеств» (шаркишшати), а не просто ишшаккумом. Ему удалось распространить свою верховную власть на всю Северную Месопотамию и посадить своего сына царём в Мари 1. Одно время он осуществлял гегемонию и в северной части Аккада. На западе ему, повидимому, удалось достичь Средиземного моря. В своей надписи он хвастался наступившей в годы его правления дешевизной на хлеб и шерсть (что позволяло ашшурским купцам особенно сильно наживаться при перепродаже этих товаров, которые обменивались на металлы). В письмах своему сыну Шамшиадад упоминает о воинах лабну («склонённых ниц»), т. е., возможно, о тех, кто не имел собственных земельных наделов и получал содержание или земельные участки от царя; упоминаются До нас дошла чрезвычайно интересная, но пока ещё не проанализированная историками политическая переписка Шамшиадада с этим его сыном.

Также воины из числа «мужей», т. е. полноправных свободных общинников, которые содержались в войске за счёт их собственных патриархальных семей.

Государство Шамшиадада I было первой крупной переднеазиатской державой с центром, расположенным вне Двуречья. Тот факт, что именно из Ассирии исходило это объединение, объясняется двумя причинами: во-первых, экономическим могуществом Ашшура, которое было связано с благоприятным его положением, как торгово-передаточного центра; вовторых, удачным стратегическим расположением Ашшура вблизи от всех основных путей сообщения Передней Азии. Это позволяло Ашшуру захватывать более важные в стратегическом и экономическом отношении районы, чем те, которые могло бы захватить с той же затратой сил какое-либо другое соседнее государство. С каждым новым завоеванием Ассирия получала новые преимущества для дальнейшего экономического и военного развития.

Однако в то время Ассирия не смогла использовать эти преимущества, так как прежде чем она успела закрепить за собой свои завоевания, ей пришлось встретиться с государством Эшнунны, а затем с ещё более мощным государством — с Вавилонским царством Хаммурапи. Крушение же государства Хаммурапи не сопровождалось новым подъёмом Ассирии и восстановлением порядков, вводившихся Шамшиададом. Гегемония в Месопотамии тогда перешла к новому государству — Митанни, сложившемуся в плодородной холмистой части Северной Месопотамии у узла дорог, проходящих через Северную Сирию и большую излучину реки Евфрата. Ассирия должна была признать верховное владычество Митанни.

2. Митанни и второе возвышение Ашшура

О государстве Митанни, бывшем в середине II тысячелетия до н. э. одной из сильнейших держав, нам известно очень мало. Данные о его политической истории, почерпнутые почти исключительно из хеттских, ассирийских и египетских источников, относятся преимущественно к самому концу истории Митанни. Как возникло Человеческое жертвоприношение.

Оттиск хурритской цилиндрической печати. Середина II тысячелетия до н. э.

это государство, мы не знаем. Известно лишь, что в XIX—XVIII вв. до н. э. государства Митанни ещё не существовало, а гегемонию в Северной Месопотамии и Северной Сирии осуществляло другое, по-видимому аморейское по основному составу населения, государство — Ямхад с центром в Халпе (Алеппо).

Основная масса населения Митанни состояла из хурритов; хурритским языком наряду с аккадским пользовались в управлении. Однако анализ ряда собственных имён из Митанни и окрестных областей, в том числе имён членов царской династии, открывает наличие ещё и другого этнического элемента в Митанни, судя по языку, — родственного индоевропейским племенам Северной Индии. Ещё явственнее на это указывает упоминание в договорах между Хеттским царством и Митанни, в числе прочих, также и индийских божеств — Индры, Варуны и братьев-близнецов Ашвинов, под одним из их имён — «Насатья», а также наличие ряда индийских слов в хеттском переводе трактата о коневодстве митаннийца Киккули. Коневодство, главнейшие центры которого в Передней Азии во II и I тысячелетиях до н. э. находились преимущественно в северных горных районах (Малая Азия, Армянское нагорье, современный Южный Азербайджан), внесло переворот в военную технику и отчасти в транспорт древнего Востока и способствовало выдвижению на первый план держав, подобных Хеттской и Митаннийской.

О внутреннем строе Митанни нам почти ничего неизвестно, Некоторые данные но мы можем подробно судить об обществе хурритов Аррапоб общественных хи (современного Киркука), крайней области на востоке из отношениях у хурритов находившихся под владычеством Митанни, хотя временами здесь господствовали и касситы. Возможно, что материал из Аррапхи может дать и некоторое общее представление о всём хурритском обществе середины II тысячелетия до н. э. До нас дошло несколько тысяч частных и официальных документов из укреплённого поселения Нузу (современное городище Иорган-Тепе), в области Аррапхи, составленных на аккадском языке, однако содержащих такие характерные ошибки, по которым, без всякого сомнения, можно определить, что не аккадский, а хурритский был родным языком писавших.

Большую часть территории Нузу занимал «дворец» — средоточие местного государственного хозяйства. Государственному хозяйству принадлежало значительное количество рабов, расселенных по окрестным поселениям. Дворцу были подчинены различные государственные служащие, свободные ремесленники и т. п., а также «люди дома» — низшая категория свободных лиц, зависимых от дворца, — по-видимому, не имевшие земельного надела в общине.

По документам из Нузу видно, что земля была ещё формально неотчуждаемой общинной собственностью; тем не менее, имеются данные о том, что уже в середине II тысячелетия земельные участки мелких земледельцев массами скупались крупными ростовщиками. Частное землевладение, однако, ещё не получило полного развития, и скупка недвижимости оформлялась в виде псевдоусыновлений: покупатель «усыновлялся» продавцом, и ему как «сыну» из семейно-общинного участка выделялась «наследственная доля», которая с этого момента, в отличие от остальной земли участка, не подлежала периодическим переделам. За это «усыновитель» — продавец получал от «усыновлённого» — покупателя «подарок», соответствующий цене земли. Иногда подчёркивалось, что повинность с купленной таким образом земли продолжает нести «усыновитель», т. е. продавец, попадавший тем самым в зависимое от ростовщика и неравноправное положение. Один из крупнейших ростовщиков в Нузу был за свою жизнь «усыновлён» по этому образцу около 150 раз.

О развитии имущественного неравенства и, в частности, о далеко зашедшем разорении общинников свидетельствуют также и многочисленные заёмные сделки. Ростовщики давали в долг зерно из 30%. При этом они не ограничивались составлением простого долгового обязательства, а постепенно перешли к особым закладным обязательствам: кредитор давал должнику хлеб или скот, а получал в «обмен» поле должника или его жену, сына и т. д.; срок действия такой закладной сделки мог доходить до... 200 лет. Весьма распространено также было «удочерение» девушек из обедневших семей, которое позволяло ростовщику извлекать доход из продажи «удочерённой» девушки замуж или в наложницы.

Передняя Азия в середине II тысячелетия до н. э.

Вероятно, таким же было положение беднейших и закабалённых народных масс и на основной территории государства Митанни.

В период своего могущества при царе Шаушшатаре (около Ашшур 1500 г. до н. э.) Митанни в большей или меньшей мере конпод властью Митанни тролировало, по-видимому, области от Северной Сирии до Ашшура и Аррапхи. Под верховной властью Митанни находился ряд полусамостоятельных государственных образований. В Ашшуре Митанни держало своих «послов» (суккаллу), фактически бывших наместниками. Они входили в состав ашшурского совета и избирались в качестве лимму. Роль местных правителей Ашшура была в это время сравнительно невелика.

Да и сам Ашшур не играл теперь уже прежней роли: подъём Египта Нового царства, проникновение египтян в Сирию и начавшийся усиленный обмен со странами Эгейского бассейна содействовали перемещению к западу значительной части путей обмена с Малой Азией.

Этот обмен в большой мере шел теперь через руки финикийцев, через такие пункты, как Угарит (на побережье Сирии, против острова Кипр) — место обмена крито-микенских, египетских, хеттских, митаннийских товаров и, возможно, также товаров, доставлявшихся ассирийцами; да и самая возможность существования ашшурских колоний в Северной Месопотамии и Малой Азии исчезла с возвышением Хеттского и Митаннийского царств.

Тем не менее для Вавилонии снабжение через Ашшур сохраняло своё значение; Ашшур, поскольку это касалось торгово-рабовладельческой верхушки ашшурского общества, продолжал наживаться на торговле и накапливать богатства. Ашшурские купцы проникали далеко вглубь чужих стран, хотя это стало теперь значительно труднее, чем раньше, в начале II тысячелетия до н. э. Бывали они даже в Египте. Но пути купцов проходили теперь не по территории общин, племён и небольших государств, а по территории государств довольно крупных и достаточно мощных в военном отношении, которые отнюдь не были намерены делить доходы с Ашшуром. Положение было поэтому чревато войнами за захват территорий Передней Азии, и ассирийцы накапливали для этого силы. Однако ещё в начале правления митаннийского царя Тушратты (конец XV в. дон. э.) Ассирия, по-видимому, не выходила изпод митаннийской гегемонии. Эту гегемонию оспаривала, впрочем, также и Вавилония, где в это время господствовала касситская династия.

С начала XV в. могущество Митанни начинает заметно слаОслабление Митанни беть. Сперва египетские войска оттеснили митаннийцев из и усиление Ассирии Сирии за Евфрат, позже тяжёлые удары митаннийцам начал наносить хеттский царь Суппилулиума, вследствие чего митаннийский царь Тушратта должен был вступить в тесный союз с Египтом. После разгрома митаннийцев Суппилулиумой в борьбу за гегемонию вступает и Ашшур, претендующий на участие в разделе наследства Митанни.

Возможность обогащаться существовала для Ашшура, как уже указывалось, и в период владычества Митанни: господство над Тигром было достаточно доходным. Ашшурские правители, хотя и не носившие царского титула и управлявшие только маленьким клочком территории, могли сооружать в зданиях Ашшура двери, покрытые серебром и золотом, строить богатые дворцы и посылать фараону ценные подарки.

Однако для того, чтобы стать сильным в военном отношении, нужна была кроме богатства ещё и обширная территория с многочисленным населением, ибо времена формирования войска из числа наёмников ещё не настали:

мелкие земледельцы ещё повсюду сидели на своей земле, и наёмников неоткуда было вербовать. Поэтому только внезапное ослабление соперника могло открыть перед Ассирией возможности военного усиления, но зато в этом случае её возможности были действительно широки.

Такой долгожданный момент для Ассирии наступил, когда Суппилулиума, царь хеттов, около 1400 г. до н. э. разгромил Митанни и покорил Сирию. В это время правителем Ашшура был Ашшурубаллит I, от времени которого, между прочим, дошла до нас основная масса документов, позволяющих судить об общественных отношениях в Ассирии в этот период. Примерно к тому же времени, вероятно, относятся и так называемые «среднеассирийские законы», дошедшие до нас в списках преимущественно XII в. до н. э.

Ашшурубаллит воспользовался разгромом Митанни для захвата части митаннийской территории. Правда, Митаннийское государство и после хеттского и ассирийского разгрома продолжало своё существование в равнинной части Северной Месопотамии. Но если Ассирии не удалось уничтожить своего врага — Митанни, то начало решительной борьбе всё же было положено. В связи с усилением Ассирии вавилонские цари, которые в течение длительного времени считали Ассирию своим данником, породнились с ассирийскими, что дало Ашшурубаллиту в дальнейшем повод вмешиваться в дела вавилонского престолонаследия.

Преемники Ашшурубаллита продолжают расширять территорию государства, стремясь выйти на Евфрат. Успехи ассирийцев были чрезвычайно опасны для Вавилонии, ибо, захватив все пути подвоза, ассирийцы могли бы поставить город Вавилон и всю Вавилонию в очень трудное положение. Вспомним, что в культурном и экономическом отношениях Вавилония была ведущей страной Западной Азии, и нам будет понятно, как важно для Ассирии было овладеть Евфратом.

Поэтому, когда Ассирия протягивала руки к Евфрату, она всегда встречала сопротивление со стороны Вавилонии, тем более, что их интересы сталкивались также и в областях к востоку от Тигра, в долинах Адема и Диялы. Царь Ассирии Ададнерари I вёл войну с Вавилонией и отвоевал у неё Аррапху и Нузу, он же успешно отразил нападение Митанни и поставил митаннийского царя в зависимое от себя положение; затем, когда новый митаннийский царь отложился от него, Ададнерари победоносно прошёл всю митаннийскую территорию и дошёл до Каркемиша на большой излучине Евфрата.

Всё это вызвало серьёзное беспокойство хеттов, которые усиленно пытались поссорить Ассирию с Вавилонией; однако Вавилония, опасаясь Ассирии, в это время искала с ней мира. Между тем Ассирия продолжала усиливаться.



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 11 |



Похожие работы:

«1. Пояснительная записка к рабочей программе по истории для 7 класса Количество часов в неделю-2, в год-70. Учебник: –А.А. Данилов, Л.Г. Косулина "История России конец 16-18 век" 7классМ. Просвещение,2010....»

«ВІСНИК ХАРКІВСЬКОГО НАЦІОНАЛЬНОГО УНІВЕРСИТЕТУ імені В. Н. КАРАЗІНА № 1086, 2013 УДК 339.9:338.47 МЕЖДУНАРОДНЫЕ ТРАНСПОРТНЫЕ КОРИДОРЫ: СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ С. А. Юрченко, кандидат географических наук, доце...»

«Аннотация рабочей программы дисциплины Дисциплина "Общее языкознание" обязательная из вариативной части Б1.В.ОД.4. образовательной программы подготовки бакалавров по направлению 45.03.01 Филология...»

«МОСКОВСКАЯ АКАДЕМИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА ПРИ ПРАВИТЕЛЬСТВЕ г. МОСКВЫ Я.А.Пляйс ПОЛИТИЧЕСКАЯ НАУКА В РОССИИ ОТ ИСТОКОВ ДО НАШИХ ДНЕЙ Москва. 1999 МОСКОВСКАЯ АКАДЕМИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА ПРИ ПРАВИТЕЛЬСТВЕ г. МОСКВЫ Я.А.Пляйс доктор исторических наук, профессор Авторский...»

«1/31/2016 Book: "Непроницаемые недра": ВЧК-ОГПУ в Сибири. 1918–1929 гг. home | my bookshelf | Тепляков Алексей | "Непроницаемые недра": ВЧК­ОГПУ в Сибири. 1918– 1929 гг. |  Table of Contents                   Book: "Непроницаемые недра": ВЧК­ОГПУ в Сибир...»

«В. Федоров ИСПОЛЬЗОВАНИЕ СОБАКИ В ОХОТЕ С ЛОВЧЕЙ ПТИЦЕЙ В ТРАДИЦИИ НАРОДОВ ПЕРЕДНЕЙ И СРЕДНЕЙ АЗИИ Охота с ловчими птицами в Азии имеет глубокие исторические корни. Ландшафт азиатских территорий – степи и пустыни, горные районы, лесной древостой, густые кустарниковые заросли и плот...»

«1. Цели освоения дисциплины Целями освоения дисциплины "История Саратовского края" является: ознакомление студентов с основными исследованиями по истории Саратовского края; приобретение студентами практических навыков и компетенций в сфере...»

«"Вестник аналитики".-2009.-№4.-С.105-120. АЗЕРБАЙДЖАНСКИЙ ИСЛАМ: ПОИСК ПУТИ И БОРЬБА ТЕНДЕНЦИЙ Геополитическое пространство, с некоторых пор именуемое Большим Ближним Востоком (ББВ), при всем разнообразии политических систем, с...»

«вропейским союзом Неофици иальный пе еревод INO OGATE, пр рограммы финансир руемой Евр м Годо овой вопросник по не к ефти 2013 года c историческим измене ми ениями Июль 2014 К документации при илагается годдовой вопроосник по нефти, котор рый обеспеччивает предо оставление данных п нефти з 2013 г., вместе с историческ п...»

«XVI Всероссийский конкурс исторических исследовательских работ "Человек в истории. Россия XX век" 2014-2015 год. Муниципальное казенное общеобразовательное учреждение средняя общеобразовательная школа с.Сергеевка. Хабаровского муниципального района, Хабаровско...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Гуманитарный факультет Кафедра истории культуры М. А. Тимофеева МУЗЫКА И МУЗЫКАНТЫ Материалы к лекциям Новосибирск УДК 78(075) ББК Щ31я Т 415 Тимофеева М. А....»

«Г.В. ПЛЕХАНОВ РУССКИЙ РАБОЧИЙ В РЕВОЛЮЦИОННОМ ДВИЖЕНИИ Статьи 1885—1903 гг. ЛЕНИЗДАТ 1989 63.3(0)53 П38 Институт истории партии Ленинградского обкома КПСС — филиал Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС Составители: доктор исторических нау...»

«72 ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА 2014. Вып. 1 ЭКОНОМИКА И ПРАВО УДК 338.22 Ф.Ф. Рыбаков ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА И ЕЕ ПРОМЫШЛЕННАЯ СОСТАВЛЯЮЩАЯ (ЭВОЛЮЦИЯ И ТИПОЛОГИЯ) Анализируется эволюция представлений о промышленной политике. Автор вовлекает в научный оборот новые источники, опираясь на теоретиче...»

«С.. Малкина1 Постановка проблемы конца метафизики и завершения философии у М. Хайдеггера В онтологической экспозиции истории западноевропейской метафизики, предпринятой Мартином Хайдеггером, существенное место занимали размышления о природе философии, характере философствования и судьбе мышления. Эти две проблемы — бытия и философск...»

«Халльгрим Хельгасон Женщина при 1000 °С Текст предоставлен правообладателем. http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8722416 Хельгасон, Хатльгрим. Женщина при 1000 °С : роман: АСТ: CORPUS; Москва; 2015 ISBN 978-5-17-085506-3 Аннотация "Женщина при 1000 °C" – это история жизни нескольких поколений, счастья и...»

«Красницкая Анна Викторовна Земские соборы как важнейший политико-правовой институт в процессе укрепления государственности Московской Руси XVII в. 12.00.01 – теория и история права и государства; история учений о праве и государстве АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата ю...»

«ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО Дорогие читатели! Вашему вниманию предлагается первая книга из серии "Классика гражданского процесса" – научные труды Михаила Михайловича Михайлова "История образования и разви...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ НАУЧНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ "КАБАРДИНО-БАЛКАРСКИЙ ИНСТИТУТ ГУМАНИТАРНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ" Нальчик 2016 УДК – 94 (470.64) ББК – 63.3 (2 Р.К.-Б.) В – 65 Печатается по решению Ученого совета ФГБНУ...»

«ВАРИАНТ 1 1.Укажите ряд слов, в котором во всех словах на месте пропусков пишется буква О.1) качественное прил.гательное, чудесное тв.рение 2) непром.каемое пальто, дог.равший костр 3) раств.рить окно, обм.кнуть кисть в кра...»

«Мотыгуллина Зухра Айвазовна Концепт "судьба" в татарском и английском языках 10.02.02 – Языки народов Российской Федерации (татарский язык) 10.02.20 – Сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Казань – 2007 Ра...»

«История России в Рунете Обновляемый обзор веб-ресурсов Подготовлен в НИО библиографии Автор-составитель: Т.Н. Малышева В первой версии обзора принимали участие С.В. Бушуев, В.Е. Лойко Подготовка к размещению на сайте: О.В. Решетникова Первая версия: 2004 Последнее обновление: декабрь 2015 СОДЕРЖАН...»

«Sotheby’s London | Mitzi Mina | Mitzi.Mina@Sothebys.com | Rosie Chester | Rosamund.Chester@Sothebys.com SOTHEBY’S 10 ЛЕТ В РОССИИ Среди 70 экспонатов, представленных на юбилейной выставке: Топ-...»

«Вольдемар Николаевич Балязин Царский декамерон. От Николая I до Николая II текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=173262 Балязин В. Н. Царский декамерон. От Николая I до Николая II: В 2 кн. Кн. 2.: ОЛМА Медиа Груп...»

«История и историки в контексте времени. 2012. № 9 Собор Архангела Михаила в дореволюционный период (1874–1917 гг.): основные события и повседневность 1 АзнивАльбертовна Демирчян 2 ВячеславИванович Меньковский 3 Алексан...»

«В.И. Ерыгина ТЕОРЕТИКО-ПРАВОВАЯ К О Н Ц Е П Ц И Я П О Л И ТИ ЧЕСКО Й П А РТ И И КАК СП ЕЦ И Ф И Ч ЕСК О ГО СОЦИАЛЬНОГО И НСТИ ТУТА1 В истории политико-правовой мысли были известны разные концепции общества и тех отношений, которые в нем складывают­ ся: от "войны всех против всех" до солидарности, толерантности и т....»

«2014 Муницищашьное Бюхцетное Дошдошьное Офрачоватешьное Учрецхение Детсдий сах №1 Бивер йордширсдий терьер Зайцева Ошьга Нидошаевна МБДОУ ДС №1 25.11.2014 Бивер йордширсдий терьер 18.11.2014 11...»

«GI UNIVERSITY The Journal of MGIMO-University Москва №6(33) 2013 Moscow Главный редактор: Торкунов А.В. – академик РАН, ректор МГИМО(У) МИД России.Заместитель главного редактора: Подберезкин А.И. – доктор исторических наук, профессор, проректор по научной раб...»

«К. В. Штыков СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ РАБОЧИХ МЕДЕПЛАВИЛЬНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ УРАЛА В ПОРЕФОРМЕННЫЙ ПЕРИОД Реформа 1861 г. открыла новую эпоху в истории России — период капиталистического развития страны. В то же время в экономике сохра­ нились многочисленные остатки дореформенных отношений, которые сдер...»

«256 Л.М. Иванова Омский государственный педагогический университет Концепция дальневосточного фронтира в современной российской историографии Статья посвящена современной отечественной историографии концепции дальневосточного...»








 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.