WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 


Pages:   || 2 |

«ПРЕДИСЛОВИЕ В истории китайской прозы новелла - самый распространенный и самый традиционный жанр. Истоки его - народное творчество, которое на протяжении многих веков благотворно воздействовало на ...»

-- [ Страница 1 ] --

ВОЛШЕБНОЕ ЗЕРКАЛО

Дотанские новеллы.

Перевод с китайского А. Тишкова и В. Панасюка.

Составление и предисловие А. Тишкова. Художник Евг. Коган.

Государственное издательство художественной литературы, Москва, 1963 г.

ПРЕДИСЛОВИЕ

В истории китайской прозы новелла - самый распространенный и самый традиционный жанр.

Истоки его - народное творчество, которое на протяжении многих веков благотворно воздействовало на развитие китайской новеллистической литературы.

В древних философских трактатах Конфуция, а особенно Ле-цзы и Чжуан-цзы, можно найти немало назидательных притч-новелл фольклорного происхождения. Интересно, что многочисленные сборники этих притч и народных анекдотов до сих пор издаются в пересказах на современном китайском языке.

Одной из первых прозаических книг, которая дошла до нас, является «Шаньхайцзин» («Книга гор и морей»), В ней содержатся фрагменты древних мифов, старинных преданий и легенд, а также своеобразные «микроновеллы» - краткие записи необычайных происшествий, различных чудесных явлений и т. д. В дальнейшем развитии новеллы в дотанскую эпоху (III-VI вв.), в эпоху Тан (618-907) - истории о чудесах станут излюбленными сюжетами для целых поколений литераторов.

Другая древняя книга, «Жизнеописание императора My», содержит, как и «Книга гор и морей», рассказы о чудесах. Жестокий, властный император My принял власть в 2912 году до нашей эры;

он вел непрерывные войны, совершил много походов. Особенно знаменит его поход на запад, когда он дошел до гор Куэньлуня, считавшихся у древних китайцев краем света, и вступил во владения богини Сиванму, у которой «тело как у человека, хвост барса, зубы тигра». В «Жизнеописании императора My» подробно рассказывается об этом походе, о встречах императора с богиней Сиванму и о других необычайных происшествиях.

Интересные страницы о походе императора My на запад можно найти в трактате Ле-цзы, а также в «Исторических записках» Сыма Цяня.

«Книга гор и морей» и «Жизнеописание императора My» совершенно справедливо считаются многими китайскими и зарубежными литературоведами в какой-то мере произведениями мифологическими. Действительно, основные сведения о китайских древних мифах черпаются именно из этих двух книг. Характерно, что превосходный знаток древней литературы покойный профессор Чжэн Чжэнь-до считал «Жизнеописание императора My» скорее книгой о людях, чем о богах.

В становлении жанра жизнеописаний, вошедшего в китайскую новеллистику, неоценимы заслуги «отца китайской истории» - Сыма Цяня (предположительно 145-86 г. до н. э.). В его гигантском труде - «Исторических записках» («Шидаи»), состоящих из ста тридцати глав, семьдесят глав представляют собой жизнеописания, весьма интересные в литературном отношении. Сыма Цянь был не только великим историком, но и замечательным литератором. В «Жизнеописаниях», охватывающих трехтысячелетний период в истории Китая, Сыма Цянь приводит биографии знаменитых сановников, конфуцианцев, военачальников, портов, медиков, философов, дипломатов, воинов. Очень важно отметить. что, наряду с описанием домов знатнейших князей и биографией Конфуция, Сыма Цянь в разделе «Наследственные дома» дает биографию Чэвь Шэ, возглавившего крестьянское восстание в Ш веке до нашей эры. В дальнейшем в большинство дииастийных историй включались жизнеописания вождей крестьянских восстаний - таким образом, материалы о борьбе крестьянских масс против феодалов сохранились для потомков.





Итак, совершенно явственно намечаются два направления в развитии китайской новеллистики:

рассказы о чудесах и жизнеописания.

Уже в годы правления династии Хань (206 г. до н. э. - 220 г. н. э.) в Китай из Индии начинает проникать буддизм, и влияние его на всю духовную жизнь страны усиливается с течением веков.

Это влияние, естественно, сказалось на дотанской литературе, и особенно на танской новелле.

В первых веках нашей эры заметно усиливается и воздействие даосизма на духовную жизнь китайского общества. Раньше, при ханьском императоре У-ди (140-86 гг. до н. э.) конфуцианство было официально признано господствующей идеологией, пользующейся государственной поддержкой, и даосизм, распространенный не в меньшей мере, чем конфуцианство, оказался в положении идеологии подавляемой. Если конфуцианство распространялось в среде власть имущих, то даосизм становится прибежищем гонимых и обездоленных, для которых басни о потустороннем мире, о бессмертии, о справедливости имели особую, притягательную силу.

Постепенно в литературу проникают персонажи пантеона даосов, даосские монахи и отшельники, они делаются героями народных сказок и легенд.

В III-VI веках Китай был разделен на множество царств, ожесточенно воевавших друг против друга. Используя слабость Китая, в страну вторгаются орды варваров-кочевников; они разрушают все на своем пути, уводят в неволю коренное население. Беспечные, распутные китайские правители, безразличные к судьбе народа, разоряли его тяжкими налогами. Обезлюдевшая деревня не могла прокормить города и многочисленные армии.

В эти трудные для страны времена к даосизму все чаще обращаются люди самых разных сословий. Поисками снадобья, приносящего долголетие или бессмертие, занимались императоры и проходимцы, ученейшие мужи и монахи, поэты и астрологи. Легенды и сказки о счастливцах, которым удалось добыть волшебное зелье, широко бытовали в народе. Бродячие рассказчики разносили такие легенды по всей стране. Эти люди, в смутные времена, занимавшиеся на больших дорогах и менее почтенным ремеслом, в течение многих веков были распространителями, а зачастую и безымянными авторами народного творчества. Для широких народных масс, в большинстве своем безграмотных, литература «рынков и колодцев» (Лу Синь) была единственно доступной духовной пищей. Именно поэтому народные рассказчики через века и тысячелетия донесли до нас замечательные произведения фольклора.

Литераторы разных эпох пытались записывать произведения устного народного творчества, но подавляющее большинство этих записей утрачено. На протяжении всей истории Китая отношение к народному творчеству со стороны правящих классов было презрительно-враждебным: кроме редких энтузиастов, никто им не занимался. Поэтому огромный интерес представляют те сборники народных рассказов, которые чудом сохранились и дошли до нашего времени, иногда, правда, в искаженном виде.

Наиболее ранние такие сборники - «Истории о чудесах» и «Рассказы о явлении духов». Эти новеллы, по большей части очень короткие, содержат какой-нибудь один яркий эпизод; напрасно мы будем искать в них тонко и точно разработанный сюжет (это появится гораздо позднее), психологические характеристики героев или логическую мотивировку их действий. В рассказах дотанскои эпохи читателя пленяет яркий народный юмор, живой язык, лаконизм, сочетание фантастического с самым обыденным.

Иногда это ехидная издевка или добродушная ухмылка, иногда лукавое подмигивание или оглушительный хохот в лицо. Интересен рассказ о том, как смышленый человек не струхнул, встретив привидение, а обвел его вокруг пальца и в довершение продал на рынке («Как Дин-по продал привидение»). Привлекает и язык этих рассказов - лаконичный и точный.

Уже давно стали хрестоматийными новеллы «Ли Цзи», «Гань Цзян и Мо-се», «Яшмовая дева с небес», «Хань Пин и его жена» и другие.

Необычайно велик в новеллах дотанскои поры элемент фантастики (он сохранится и в новеллах позднейших эпох). Но даже фантастические персонажи прекрасно себя чувствуют в окружении самых земных предметов и, по-видимому, не могут без них обходиться. Так, бог земли имеет при себе плевательницу, - правда, нефритовую, и метелку, чтобы отгонять мух («Как Чжэнь Чжун ослушался бога земли»).

Литературные занятия, связанные с записью или обработкой устного народного творчества, как уже говорилось выше, считались делом непристойным. Тем не менее, ему посвящали свой досуг поэты, крупные чиновники, даже императоры. Составителем одного из самых популярных сборников - «Истории о чудесах» по некоторым источникам считается вэйскии император Вэнь-ди (186-226), он же - Цао Пэй, сын знаменитого политического деятеля, полководца и поэта Цао Цао и брат известного поэта Цао Чжи. Сборник «Рассказы о явлении духов» приписывается поэту Гань Бао (конец III - начало IV века). Это произведение пользовалось в Китае столь широкой популярностью, что знаменитый поэт Тао Юань-мин (365-427) составил сборник «Продолжение рассказов о явлении духов». У этих книг в последующие времена нашлось достаточное число подражателей, хотя, как известно, эпигоны - даже талантливые - остаются только эпигонами.

Новеллистическая литература дотанскои эпохи не знает таких громких имен, какие появятся в годы правления династии Тан.

Однако блистательный вздет танской новеллы был невозможен без новелл предшествующей эпохи.

Интересна судьба крохотной новеллы «Изголовье из кедра». Она послужила материалом для многочисленных переработок и подражаний: известный новеллист танской эпохи Шэнь Цзи-цзи в своей «Волшебной подушке» развивает ее сюжет; другой знаменитый танский писатель Ли Гун-цзо в «Правителе Нанькэ» также варьирует эту тему; великий драматург минской эпохи Тан Сянь-пзу через много веков воскрешает новеллу в одной из своих пьес; в следующую эпоху (цинскую) к ней снова вернется не признанный при жизни мудрец и насмешник Пу Сун-лин в своей новелле «Пока варилось просо». Названные произведения навсегда вошли в историю китайской изящной словесности и достойны, украсить сокровищницу мировой литературы. И все они родились из новеллы, насчитывающей всего сто семнадцать знаков.

Счастливая судьба выпала на долю и многих других дотанских новелл. Так, одна из новелл сборника «Рассказы о явлении духов» легла в основу бессмертной драмы Гуань Хань-цина «Обида Доу Э»; сюжет рассказа «Ли Цзи», из того же сборника, более детально разработан в пьесе «Девушка убивает змея», прочно вошедшей в репертуар артистов так называемой «столичной» музыкальной драмы, специализирующихся на амплуа «у-дань»- «девушеквоительниц». Несколько раз из названного сборника брал сюжеты для своих новелл Пу Сун-лин. В новейшее время сюжет новеллы «Гань Цзян и Мо-се», повествующей о страшном возмездии, свершившемся над тираном, привлек внимание великого Лу Синя и был использован им в рассказе «Меч» (сборник «Старые легенды в новой редакции»).

Разумеется, перечисление заимствований сюжетов и тем, почерпнутых из неиссякаемого кладезя дотанской новеллы, можно было бы продолжить.

В начале 1961 года в Китае был издан любопытный сборник «Нечистая сила не страшна», составленный из произведений дотанской эпохи; некоторые новеллы печатались даже в газетах.

Рассказ «Как Дин-по продал привидение», которым в свое время восхищался Лу Синь, был напечатан в газете «Гуанмин жи-бао» от 28 января 1961 года. Это ли не лучшее свидетельство популярности в народе произведений, созданных много веков назад?!

Особое место в развитии классической прозы занимает «Волшебное зеркало». Автором этой замечательной новеллы является Ван Ду. Скупые сведения о нем содержатся в биографии его младшего брата Ван Цзи; придворный историк династии Суй, Ван Цзи, долгие годы работал над составлением истории этой династии. Ван Ду и Ван Цзи - сторонники возврата к старинному литературному стилю «гувэнь» - были видными фигурами в литературной жизни своего времени.

В новеллах дотанской эпохи действие обычно развертывается в хронологическом порядке с указанием времени и места того или иного события.

Так, в «Волшебном зеркале» точно указывается год, месяц и день каждого события, но построена новелла довольно оригинально:

сюжетным стержнем в ней является волшебное зеркало, а на стержень этот нанизываются весьма прихотливые новеллы. Интересно и композиционное обрамление - зачин и концовка. Новелла «Волшебное зеркало» - это своеобразное жизнеописание чудесного предмета. Сильный налет буддизма роднит «Волшебное зеркало» как с дотанскими новеллами, так и с новеллами эпохи Тан.

Таким образом, «Волшебное зеркало» находится на рубеже двух эпох; этой новеллой как бы завершается развитие рассказов «о чудесах» дотанской эпохи и открывается новый этап - танская новелла.

Новеллы, включенные в данное издание, взяты из китайских сборников «Истории о чудесах», «Рассказы о явлении духов», «Рассказы о бессмертных», «Продолжение рассказов о явлении духов», «Истории тьмы и света», «Продолжение историй Ци Ce», «Рассказы о необычайном», «Рассказы о потустороннем мире», «Духи-мстители», «Записки о храмах Лояна», «Записки о забытом», Настоящий сборник является первой попыткой показать советскому читателю многообразие, богатство и характерные особенности дотанской новеллы, благодаря которым она занимает важное место в развитии китайской повествовательной литературы.

Д. Тишков

ИСТОРИИ О ЧУДЕСАХ

КАК ДИН-ПО ПРОДАЛ ПРИВИДЕНИЕ

Однажды, когда Сун Дин-по из Наньяна был еще молод, он столкнулся с видением. Это было ночью.

Ты кто? - спросил он.

Привидение. А вы кто?

Я тоже приведение, - солгал Дин-по.

Куда вы идете?

В город.

И я иду в город.

Они прошли несколько ли.

- Так мы устанем, - сказал дух. - Давайте нести друг друга на закорках.

- С удовольствием, - согласился Дин-по. Сначала дух понес Дин-по:

- Что-то тяжело. Наверно, вы не привидение.

- Я только недавно умер, поэтому такой тяжелый, - отвечал Дин-по.

Потом он взвалил на спину привидение, которое совсем ничего не весило. Так они по,очереди и несли друг друга.

- Поскольку я еще молод, то не знаю, что нас может погубить? - сказал Дин-по.

- Когда человек плюет на привидение, - был ответ. Тем временем они приблизились к реке. Динпо попросил привидение перебираться первым. Дух двигался по воде беззвучно, а Дин-по с плеском, с шумом.

- Почему вы так шумите? - спросил дух.

- Не сердись! Я ведь недавно умер, и мне еще не приходилось переплывать реку.

Когда они подошли к городу, Дин-по крепко схватил привидение и перекинул его через плечо.

Привидение громко вопило и норовило соскочить на землю, но Дин-по не обращал ва крики никакого внимания и направился к рынку. Когда он опустил привидение на землю, оно вдруг обратилось в барана. Дин-по плюнул на барана, чтобы тот не превратился во что-нибудь еще, и поскорее продал его за полторы тысячи монет.

В те времена и стали говорить про удалых людей: «Дин-по, продавший привидение за полторы тысячи».

УЧЕНЫЙ МУЖ И ЕГО ЖЕНА

Ученый муж по имени Тань в сорок лет еще не был женат. Скорбя об этом, он углублялся в изучение «Книги песен»*. Однажды в полночь перед ним предстала девушка лет пятнадцати шестнадцати. Такой красоты и великолепия одежд еще не видали в Поднебесной.

Девушка обещала ученому стать его женой, но предупредила:

- В течение трех лет вы не должны видеть меня при свете факела, - я не такая, как остальные люди.

Они стали мужем и женой, и вскоре у них родился сын. Когда мальчику исполнилось два года, Тань не смог сдержать своего любопытства. Однажды ночью он, таясь, как пор, взял светильник и оглядел спящую жену. Верхняя половина ее тела была как у обыкновенной женщины, а ниже пояса он увидел лишь голые кости. В этот момент женщина проснулась.

- Вы погубили меня! - воскликнула она. - Через год я должна была стать простой смертной. Что вам стоило подождать еще немного!

Тань, обливаясь слезами, раскаялся в своем поступке.

- Теперь мы вынуждены расстаться навсегда, - сказала женщина. - Вы должны позаботиться о моем сыне. Но вы бедны и не можете обеспечить даже самого себя. Следуйте за мной - я хочу сделать вам подарок.

Он вошел за ней в великолепный, богато убранный зал. Женщина подала ему одежды, унизанные жемчугами.

- Этого вам хватит на жизнь, - сказала она и сняла с него старую одежду.

*«Книга песен» («Шинзин») - древнейший памятник китайской литературы, одна из книг конфуцианского канона. (Здесь и далее примечания переводчика.) Тань продал роскошную одежду князю за десять миллионов монет. Как только князь увидел одежду, он воскликнул:

- Это одежда моей дочери. Этот торгаш, должно быть, грабит могилы.

Князь допросил Таня и, не поверив его рассказу, приказал вскрыть могилу дочери. Могила оказалась нетронутой. На молодой женщине была такая же одежда, какую продал Тань. Тогда все заметили, что сын Таня очень похож на дочь князя. Князь убедился, что Тань говорил правду, вернул ему одежду, шитую жемчугом, и признал его своим зятем, а сын Таня был определен в дворцовую стражу.

НЕЧИСТАЯ СИЛА

Чжан Фань считался очень богатым человеком. Но внезапно он разорился и продал свой дом Чэну из Лияна. После переезда в новый дом в семье Чэна начались болезни, и его родные стали друг за другом умирать. Тогда Чэн перепродал дом Хэ Вэню из Е.

Однажды вечером Хэ с обнаженным мечом засел в главном зале дома. Во - вторую стражу он увидел, что в зал вошел дух огромного роста, на нем была желтая одежда и высокая шапка.

- Тонкий посередине! - воскликнула нечистая сила. - Почему живым духом пахнет?

- Здесь нет людей, - был ответ.

Затем появилось другое привидение в высокой шапке и в зеленых одеждах, а вслед за ним третье - в такой же шапке и белых одеждах. Они задали тот же вопрос, и дважды прозвучал тот же самый ответ.

Когда привидения приблизились, Хэ выскочил из засады и крикнул:

- Тонкий посередине! Кто этот в желтых одеждах?

- Золото, - донесся ответ. - Под западной стеной дома.

- Кто в зеленом?

- Медяки. В пяти шагах от колодца перед домом.

- Кто в белом?

- Серебро. Под столбом северо-восточного угла дома.

- А ты сам кто?

- Деревянный пест под очагом.

Дождавшись рассвета, Хэ начал копать в указанных местах и нашел пятьсот цзиней (Цзиньмера веса, около 0,5 килограмма). золота, пятьсот цзиней серебра и свыше десяти миллионов медных монет. Затем он сжег пест. С этих пор в доме водворился покой.

ЖЕНЩИНА-РЫБА

Один житель Пэнчэна взял себе жену, но проводил ночи вне дома. Жена думала, что он не испытывает к ней влечения. Так прошло более месяца.

Однажды жена у него спросила:

- Почему вы не приходите вечером домой?

- Потому что каждую ночь ты ускользаешь, - сказал муж.

- Ничего подобного, - отвечала женщина. Муж был удивлен.

- Вы, наверное, околдованы, - сказала ему жена. - Когда к вам придет женщина, постарайтесь взглянуть на нее при свете.

Через некоторое время под видом его жены явилась какая-то женщина, она в нерешительности стояла у порога, и вдруг, словно кто-то подтолкнул ее к постели.

Как только она очутилась рядом с ним, мужчина крепко схватил ее и спросил:

- Почему ты каждую ночь уходишь?

- Вы проводите время с другой девушкой, - был ответ, - вы должны прекратить эти встречи с призраками, как мы с вами договорились.

Тогда он отпустил женщину, и они лежали вместе. В полночь он, наконец, догадался: «Я действительно околдован, это не моя жена!»

Он снова схватил женщину и крикнул, чтобы принесли огня. Женщина стала быстро уменьшаться, и когда появился свет, муж увидел в своих руках карпа.

РАССКАЗЫ О ЯВЛЕНИИ ДУХОВ

ЯШМОВАЯ ДЕВА С НЕБЕС

Во времена династии Вэй (династия Вэй правила с 220 по 264 г)., в период правления, известный под названием Цзя-пин (Цзя-пин (249-253 ) - девиз правления императора Фэй-ди), помощнику правителя области Цзибэй по имени Сянь Чао, известному также под вторым именем

Ци-и, явилась однажды во сне дева-небожительница и молвила:

- Я - Яшмовая дева с небес, уроженка области Дун-цзюнь. Фамилия моя Чэнгун, имя - Чжи-цюе.

В детстве я потеряла родителей, и небесный владыка, сжалившись над моей горькой судьбой, позволил мне сойти на землю, чтобы стать вашей женой.

Сянь Чао без конца восхищался ее красотой и необычными для простых смертных манерами.

Проснувшись утром, он никак не мог понять, сон это был или явь. Так повторялось три или четыре ночи подряд.

Но вот как-то утром она явилась открыто. Она приехала в коляске с опущенным пологом, сопровождали ее восемь служанок в шелковых одеждах, расшитых цветными узорами.

Внешностью и осанкой дева была в точности похожа на бессмертную фею. Она сказала, что ей семьдесят лет, но выглядела как девушка лет шестнадцати.

Она привезла с собою в коляске пять белых и синих бутылей с вином и много чашек с удивительными яствами и необыкновенными приправами. Они с Сянь Чао сели пировать.

- Я ваша жена и пришла прислуживать вам, а не благодарить за милости, - сказала она Сянь Чао. - Мы встречались с вами в одной из прежних жизней, и судьба предопределила нам стать супругами. От нашего брака пользы вы не получите, но и убытков не понесете. Приезжать и уезжать я буду в легкой коляске или верхом на коне. Я всегда ем самые вкусные и изысканные яства. Шелка, в которые я одеваюсь, никогда не изнашиваются. Но я небожительница и не смогу родить вам детей. Чтобы не остаться без потомства, возьмите себе другую жену из простых смертных. Ревновать и завидовать я не буду.

С этих пор они стали мужем и женой.

Дева подарила Сянь Чао стихотворение, в котором говорилось:

Лечу по ветру в вышине Я над Бохаем и Пынлаем, А в небе музыка звучит, За облаками где-то тая… Подняться может вещий гриб.

Из почвы не вбирая соки.

Нисходит добродетель к вам В назначенные свыше сроки.

Свою небесную любовь Святые зря не расточают, Но коль предсказано судьбой,Моленьям смертных отвечают… Мне подчинись, прославишь род, Тобой гордиться будут внуки, Но если мной пренебрежешьТо будешь обречен на муки!2 Стихотворение состояло больше чем из двухсот слов, и привести его здесь полностью невозможно. И еще она подарила семь свитков «Книги перемен»3 с комментариями, гадательными триграммами и толкованиями к ним. По этим книгам можно было гадать и предсказывать будущее так же, как по «Великой сокровенности» Ян Сюна4 и «Канону о Середине», записанному кем-то из рода Сюэ.

1 Бохай и Пынлай - названия мест, где, по поверьям даосов, обитали бессмертные. 2 Здесь и далее стихи в переводе И. Голубева. 3 «Книга перемен» («Ицзин») - древнейший памятник литературы, одна из канонических конфуцианских книг. Применялась для гадания. 4 Ян Сюн (53-18 гг. до н. э.) - поэт и ученый, автор книги «Великая сокровенность», написанной в подражание «Книге перемен».

Сянь Чао постиг великую истину, заключенную в подаренных книгах, и научился предугадывать судьбу.

Почти восемь лет прожили они как супруги.

Потом родители женили Сянь Чао, но он почти не виделся со своей женой: днем они ели врозь, ночью спали раздельно. А бессмертная фея каждый вечер являлась к Сянь Чао и исчезала утром.

Никто, кроме Сянь Чао, ее не видел, хотя люди иногда слышали ее голос и замечали следы. Все это вызвало разные толки и пересуды, и Яшмовая дева стала просить Сянь Чао отпустить ее.

- Я не хочу, чтоб люди знали о том, что вы связаны с небожительницей, - говорила она. - Вы по неосторожности выдали мою тайну и этим разорвали наши брачные узы. Как тяжело расставаться, прожив столько лет в любви и согласии! Но этого требуют обстоятельства, и отныне каждый из нас пойдет своим путем.

Дева сделала знак служанкам подать вино и яства и пригласила Сянь Чао разделить с нею последнюю трапезу. Потом она вынула из бамбуковой корзины шелковую юбку и подарила Сянь Чао на память.

Оба простились со слезами на глазах. Дева села в коляску и умчалась, как ветер.

Много дней после ее ухода тосковал Сяиь Чао и едва не заболел от расстройства.

Прошло пять лет. Сяаь Чао получил должность правителя области и направлялся в Лоян. Путь его лежал у подножья гор Юйшань на севере области Цзи. У поворота дороги он вдруг увидел коляску, очень похожую на ту, в которой к нему когда-то приезжала Чжи-цюн.

Когда Сянь Чао подъехал поближе, оказалось, что это действительно Чжи-цюн. Он поднял полог, и взору его явилась Яшмовая дева. Радостной была их встреча!

Сянь Чао впряг своего коня в коляску девы, и они вместе приехали в Лоян. Яшмовая дева вновь сделалась хозяйкой в его доме, и жизнь их потекла, как и прежде.

Так продолжалось до периода правления, известного под девизом Тай-кан1. Только теперь дева приходила не каждый день, а лишь в третий день третьего месяца, в пятый день пятого месяца, в седьмой день седьмого месяца и в девятый день девятого месяца. Потом она вдруг явилась в пятнадцатый день, провела ночь с Сянь Чао и ушла навсегда. По этому поводу Чжан Мао-сянь написал «Оду о небожительнице».

ХАНЬ ПИН И ЕГО ЖЕНА

Приближенный сановник Кан-вана2 по имени Хань Пин женился на красавице из рода Хэ.

Молодая женщина понравилась Кан-вану, и он отнял ее у мужа.

Хань Пин осмелился выразить недовольство, и за это был сослан охранять границу от кочевников и строить великую стену.

Жена тайно послала ему письмо, в котором писала: «Мелкий дождь льет и льет без конца, глубока большая река, по лишь солнце взойдет, и я исполню клятву свою».

Письмо попало в руки Кан-вана, и он показал его своим приближенным. Никто не мог понять смысла написанного.

Наконец вызвался придворный сановник Су Хэ, который сказал:

1. Тай-кан - девиз правления императора У-ди (280-289), 2 Кан-ван - правитель княжества Сун эпохи воюющих царств (IV в. до н. э.).

- «Мелкий дождь льет и льет без конца» - означает, что она плачет; в тоске по мужу. «Глубока большая река» - не что иное, как препятствие, которое мешает их встрече. А слова «но лишь солнце взойдет, и я исполню клятву гною» можно истолковать, что женщина хочет покончить с собой.

Неожиданно с границы пришла весть, что Ха-нь Пин покончил жизнь самоубийством. Жена его надела платье из истлевшей ткани, и когда они с Кан-ваном поднялись на башню, бросилась вниз.

Приближенные правителя, пытаясь удержать ее, ухватились за платье. Но гнилая ткань разорвалась, и женщина, упав с высоты, разбилась насмерть.

В поясе ее было зашито письмо:

«Ван хочет, чтобы я была жива, а я хочу умереть. Похороните мои останки вместе с Хань Пином».

Рассерженный правитель приказал похоронить ее безо всяких почестей рядом с Хань Пином.

- Вы любили друг друга при жизни, - говорил он. - Что ж, если сможете соединиться в могиле, я вам мешать не буду!

На там месте, где были похоронены супруги, за ночь выросли два дерева. Через десять дней они стали такими пышными, что укрыли собою могилы. Корни их переплелись под землей, ветви переплелись наверху. Пара птиц - самец и самка - свили гнезда на этих деревьях. Целыми днями птицы сидели на ветвях и жалобно пели, вытягивая шеи друг к другу.

В память о Хань Пине и его верной жене жители княжества Сун назвали эти деревьядеревьями тоски». Птиц, поселившихся на деревьях, стали считать духами Хань Пина и его жены, И сейчас еще в Суйяяе есть городок Ханьпин, и в народе сохранилась песня о любящих супругах.

ЦИНЬ ЦЗЮЙ-БО

Цинь Цзюй-бо из Ланъе было шестьдесят лет. Однажды, напившись пьяным, он проходил мимо храма Пэншань.

Вдруг навстречу ему выбежали два его внука, подхватили старика под руки, отвели шагов на сто в сторону от дороги, пригнули за шею к земле и стали осыпать бранью:

- Старый хрыч, ты нас колотил, а теперь мы тебя убьем!

Цинь Цзюй-бо вспомнил, что когда-то действительно побил внуков. Он испугался, как бы те не исполнили угрозу, и решил притвориться мертвым. Молодые люди оставили старика, а сами скрылись.

Цинь Цзюй-бо вернулся домой и хотел наказать внуков.

Те, перепуганные, кланялись деду и говорили:

- Разве мы бы осмелились? На вас, наверное, напали оборотни!

Цинь Цзюй-бо призадумался.

Через несколько дней Цинь Цзюй-бо, притворившись пьяным, вновь проходил мимо храма.

Опять оборотни напали на него. Старик крепко вцепился в них и привел домой. Он поджаривал их на огне до тех пор, пока у них не лопнули животы, а затем выбросил во двор. Оборотни исчезли.

Цинъ Цзюй-бо очень досадовал, что не сжег их.

Прошел месяц. Цинь Цзюй-бо спрятал за пазуху кинжал, притворился пьяным и направился к храму. Дома никто об этом не знал. Минула полночь, а старик все не возвращался.

Встревоженные внуки решили, что дед попал в руки злых духов, и пошли его разыскивать. Цинь Цзюй-бо повстречал их и убил.

ЛИ ЦЗИ

В области Миньчжун, которая находится в княжестве Дунъюэ, есть горный хребет Юнлин высотою в несколько десятков ли. В одной из пещер на его северо-западном склоне поселилась змея длиною в семь или восемь чжанов, которая могла свертываться в шестьдесят колец.

Змея наводила ужас на местных жителей. От нее погибли правитель области Дунъюэ и многие чиновники из других городов. Ей приносили в жертву быков и баранов, но ничего не помогало.

Однажды кому-то приснился страшный сон, и гадатель, которого пригласили его растолковать, заявил, что змея требует на съедение девочек лет двенадцати - тринадцати.

Правитель области и начальники уездов сделали все, чтобы ублажить змею. Но она была ненасытной.

Забирали девочек из провинившихся в чем-нибудь семей, и каждый год в первый день восьмого месяца отводили в пещеру, где змея пожирала их.

Так продолжалось девять лет, и змея уже съела девять девочек. На десятый год стали снова искать жертву, но никак не могли найти.

У жителя уезда Цзянъюэ по имени Ли Дань было шесть дочерей. Младшую звали Ли Цзи.

Девочка просила, чтобы ее отдали на съедение змее, но родители об этом и слушать не хотели,

- Матушка, батюшка, - говорила Ли Цзи, - у вас одни дочери, а сыновей нет. Это все равно, что у вас нет детей. Хотя я не способна на большой подвит, как Ти-ин1, которая пожертвовала собой, чтобы спасти отца, но понимаю, что лучше умереть, чем все время терзаться от мысли, что родителям приходится тратить на тебя деньги! Продайте меня, и вам станет легче жить!

1. Ти-ин - дочь некоего Шуньюй И, жившего при династии Хань. Когда Шуньюй И был осужден, Ти-ин продала себя в рабство, чтобы дать отцу возможность откупиться от наказания. Об этом стало известно императору, и он распорядился освободить Шуньюй И. Но родители, которые любили и жалели Ли Цзи, не хотели расставаться с нею. Тогда Ли Цзи ушла сама, и никто не смог ее удержать.

Она достала меч и собаку, приученную к охоте на змей. Когда настал первый день восьмого месяца, девочка, спрятав меч под платье и держа при себе собаку, пробралась к пещере. Перед ее входом она разложила запасенные заранее рисовые лепешки с медом и стала ждать.

Выползла змея. Голова ее была величиной с корзину для зерна, а глаза - как два больших круглых зеркала. Почуяв запах лепешек, змея набросилась на них и стала поедать. Ли Цзи напустила на нее собаку, а сама подбежала сзади и нанесла змее несколько ударов мечом. Змея от боли высоко подпрыгнула, упала на землю и сдохла.

Ли Цзи вошла в пещеру и увидела там скелеты девяти девочек.

Она вынесла их наружу и со вздохом промолвила:

- Какие же вы были слабые и жалкие! Вы так струсили, что позволили змее сожрать вас! Ли Цзи возвратилась домой.

Правитель княжества Юр, узнав о подвиге Ли Цзи, взял ее в жены. Отцу девушки он пожаловал должность начальника уезда Цзянъюэ, а матери и сестрам прислал щедрые подарки.

Песни и предания о мужественной девочке сохранились и доныне.

ГАНЬ ЦЗЯН И МО-СЕ

Гань Цзян три года делал, мечи для чуского вана. Ван сердился и грозил его казнить.

Гань Цзян сделал два меча - меч-самца и меч-самку.

Жена его Мо-се в это время была беременна.

- Я целых три года делал мечи, и если теперь явлюсь к вану с одним мечом, он меня казнит, говорил Гань Цзян жене. - Если у тебя родится сын, вырасти его и передай: «Выйди из ворот дома и иди к югу. Там увидишь сосну, которая растет на камне, и в ней найдешь меч».

Затем Гань Цзян взял меч-самку и отправился к чускому ваиу. Когда ван увидел, что ему принесли только один меч, он разгневался и казнил мастера.

Мальчика, который родился у Мо-се, звали Чи. Когда он подрос, то спросил у матери:

- Где мой отец?

- Твой отец три года делал мечи для чуского вана, вап за это на него разгневался и казнил, рассказала Мо-се. - Уходя к вану, твой отец говорил: пусть сын выйдет из ворот дома и идет к югу;

там, на камне растет сосна, в которой спрятан меч.

Мальчик вышел со двора и направился к югу. Там не было никаких сосен. Стояло только небольшое строение, один из столбов которого опирался на камень. Мальчик топором расколол столб и достал меч.

С этих пор он дни и ночи думал, как отомстить вану.

Однажды чуский ван увидел во сне юношу, который хотел его убить. Встревоженный ван объявил награду за его поимку в тысячу золотых.

Юноша узнал об этом и бежал в горы. Он шел по дороге и пел печальную песню. Ему повстречался незнакомый странник.

- О чем ты горюешь? - спросил. - Ведь ты еще совсем молод!

- Я сын Гань Цзяна и Мо-се, - ответил юноша. - Чуский ван убил моего отца, а я не знаю, как за него отомстить.

- Я слышал, что чуский ван обещал награду в тысячу золотых за твою голову, - сказал странник.

- Дай мне твою голову, и я за тебя отомщу.

- Как был бы я счастлив! - воскликнул юноша.

Он взмахнул мечом, отрубил себе голову и протянул незнакомцу. Как ни странно, его тело продолжало стоять.

- Я тебя не обману! - заверил его странник. Лишь после этого труп закачался и упал. Голову юноши странник принес чускому вану.

- Это голова храбреца, - сказал странник, - и ее надо сварить в котле с водой.

Ван обрадовался, приказал вскипятить воду и бросить в нее голову. Варили ее три дня, но она не разваривалась, выпрыгивала из котла и смотрела на всех широко раскрытыми гневными глазами.

- Голова никак не разваривается, - сказал вану странник, - взгляните сами.

Ван подошел к котлу. Тут странник взмахнул мечом, и голова вана упала в кипяток. Еще взмах меча, и туда же упала голова странника.

Три головы мгновенно разварились, и невозможно было разобрать, где чья. Кое-как разделили отвар на три части и похоронили в одной могиле.

Могилу эту, которую называют «Могилой трех ванов», еще и сейчас можно увидеть в уезде Бэйчуань в Жунани.

ДОЧЬ ПРАВИТЕЛЯ КНЯЖЕСТВА У

Дочь Фу Ча, правителя княжества У, звали Юй. Ей исполнилась восемнадцать лет. Она была талантлива и красива.

Хань Чжуну было девятнадцать лет. Он владел тайнами волшебства.

Молодой человек понравился Юй, и между ними завязалась переписка. Юй пообещала Хань Чжуну стать его женой.

Хань Чжун учился в местности между Ци и Лу и перед отъездом попросил родителей, чтобы они сосватали за него Юй. Разгневанный Фу Ча отказал им. Юй с горя заболела и умерла. Ее похоронили за воротами Чан-мынь (название городских ворот столицы княжства У).

Через три года Хаяь Чжун вернулся домой и спросил о девушке.

- Когда мы стали ее сватать, ван разгневался, - сказали старики, - девушка с отчаяния умерла, и ее похоронили.

Охваченный горем: Хань Чжун собрал все необходимое для жертвоприношений и отправился на могилу Юй.

Когда душа девушки увидела плачущего Хань Чжуна, она вышла из могилы и сказала ему:

- Когда вы уехали, ваши родители пришли сватать меня, и я надеялась, что наше великое желание исполнится. Но неожиданно случилась беда…

Юй склонила голову набок и запела:

Вспорхнувшая птица Стремилась умчаться на юг, Зачем же на севере Были расставлены сети?

Когда бы не ложь.

Не сгубившая жизнь клевета, Я с нами была бы Поныне живою на свете.

Крылатая птица Взмывала к высотам небес, Зачем же готовить Силок для нее на земле?

И горе сломило меня, Я покинула мир, И ныне у Желтых источников1 Прячусь во мгле… Как выразить мне Безысходную горечь свою?

Какими словами Излить наболевшую душу?

Ведь в мире пернатых Все феникса старшим зовут, А старшего следует Младшим безропотно слушать… И вот одинокою Птица осталась навек, Обижена миром, Обижена горькой судьбой, И нет среди птиц Той, что хочет она отыскать, Разлука как пропасть Легла между вами и мной.

Я вас недостойна, Быть может, наскучила вам, Но в этой душе Вы зажгли лучезарное пламя, В разлуке друг с другом Три года уже пронеслось, Но не было дня, Чтобы сердцем была я не с вами!

Она окончила петь, заплакала и попросила Хань Чжуна проводить ее в могилу. 1 Желтый источник - река, протекавшая, согласно древним верованиям китайцев, в подземном царстве.

- У живых и у мертвых разные пути, - сказал ей Хань Чжун. - Я не могу исполнить твое желание, ибо боюсь тем самым совершить преступление.

- Я тоже знаю, что у живых и у мертвых разные пути, - отвечала Юй. - Но если мы сейчас расстанемся, нам уже никогда не придется встретиться. Или вы боитесь, что я, превратившись в духа, принесу вам несчастье? Ведь я желаю вам только добра! Вы мне не верите?

Слова ее растрогали Хань Чжуна, и он проводил девушку в могилу.

Юй на три дня оставила его у себя. Они совершили брачный обряд и вместе пировали. Когда

Хань Чжун собрался уходить, Юй подарила ему крупную жемчужину и сказала:

- Мое доброе имя погибло, а желание так и не осуществилось! Я вас любила все время! Когда вернетесь домой, передайте от меня поклон великому вану.

Вернувшись от девушки, Хань Чжун предстал перед валом и рассказал ему свою историю.

Ван разгневался и стал кричать:

- Моя дочь давно умерла. Хань Чжун сплетничает о ней и позорит имя покойной! Он разрыл могилу и похитил драгоценности, а теперь сваливает на духов! Хватайте его!

Хань Чжуну пришлось спасаться бегством. Он вернулся на могилу Юй и пожаловался ей.

- Не печальтесь! - утешала его Юй. - Я сейчас все объясню вану!

Как раз в то время, когда ван наряжался и причесывался, дочь предстала перед ним. Ван был удивлен и обрадован появлением дочери.

- Ты жива? - с недоверием спросил он.

Юй опустилась перед ним на колени и молвила;

- Когда-то студент Хань Чжун просил моей руки, не вы ему отказали. Рушилась моя мечта, я не исполнила своего долга и довела себя до смерти. Хань Чжун вернулся из дальних краев и, когда узнал, что я умерла, пришел на могилу, чтобы принести жертвы и оплакать меля. Тронутая его верностью, я к нему вышла и подарила на память жемчужину. Не преследуйте его, он не разрывал мою; могилу!

Эти слова услышала мать. Она вышла и хотела обнять дочь, но Юй тут же превратилась в дым.

ЛУ ЧУН

Лу Чун был уроженцем Фаньяна. В тридцати ли к западу от его дома находилась могила шаофу1 Цуя.

Как-то в первый день сезона Зимнего солнцестояния2, когда Лу Чуну исполнилось двадцать лет, он отправился на охоту. Ему повстречалась сайга. Молодой человек выстрелил, и стрела его попала в животное. Сайга упала, но потом вскочила на ноги и побежала.

Лу Чун бросился за нею в погоню и не заметил, как очутился вдалеке от дома, В одном ли к северу от дороги он увидел высокие ворота, по обе стороны от них - строения с черепичной крышей, похожие на дворец. Сайга куда-то исчезла. 1 Ш а о ф у - придворный чиновник, ведавший одеждой и драгоценностями императора. 2 Сезон Зимнего солнцестояния - один из двадцати четырех сезонов сельскохозяйственного года. Соответствует периоду с 22 декабря по 6 января по современному календарю.

Один из стражников, стоявших у ворот, заметил Л у Чуна и громко возвестил:

- Гость прибыл!

- Чей это дворец? - спросил у него Лу Чуя.

- Шаофу Цуя, - был ответ.

- Как же я могу предстать перед шаофу в грязной одежде? - заволновался Лу Чун.

В тот же момент появился человек и подал Лу Чуну узел с новой одеждой.

- Наш господин шлет вам подарок, - сказал он при этом.

Лу Чун переоделся, его провели во дворец и представили хозяину. Они вместе сели за стол, выпили вина, закусили.

Шаофу сказал молодому человеку:

- Не сочтите за дерзость, но я недавно получил письмо с просьбой выдать за вас замуж свою дочь. Поэтому я и пригласил вас к себе.

Он показал Лу Чуну письмо.

Лу Чун был еще слишком мал, когда умер его отец, но отцовский почерк он узнал сразу и поэтому не стал возражать. Шаофу приказал передать во внутренние покои, чтобы дочь нарядилась и вышла к жениху.

Обратившись затем к Лу Чуну, он сказал:

- А теперь вы можете перейти па восточную террасу, К наступлению сумерек невеста окончила наряжаться.

Когда Лу Чун появился на восточной террасе, девушка как раз выходила из коляски.

Жених и невеста встали на одну циновку и поклонились Друг другу как требовал брачный обряд.

Прошло три дня, и Цуй сказал Лу Чуну:

- Теперь вы можете поехать домой. Моя дочь забеременела, и, если она родит мальчика, мы отправим его к вам. Если же родится девочка, она останется у нас, Для Лу Чуна подали коляску.

Он попрощался с тестем и вышел.

Цуй проводил молодого человека до ворот, и, когда они расставались, на глазах его навернулись слезы.

Когда Лу Чун сел в коляску, то увидел там женщину, которая держала узел с одеждой, в которой он отправлялся на охоту. Здесь же он нашел свой лук и стрелы.

Потом слуга по приказу шаофу принес Лу Чуну еще один узел с одеждой и сказал:

- Господин просил вас не расстраиваться, потому что ваши с ним родственные отношения только начинаются. Он шлет вам в подарок еще один костюм, одеяло и матрац.

Коляска тронулась и понеслась с грохотом, напоминавшим раскаты грома. Мгновение - и Лу Чун был уже дома.

Домашние бросились к молодому человеку и стали расспрашивать, что с ним случилось. Он рассказал. Тогда ему сказали, что шаофу Цуй давно умер. Лу Чуну стало страшно при мысли, что он побывал в гостях у мертвеца.

Со времени этой встречи прошло четыре года. Однажды Лу Чун прогуливался по берегу реки.

Это было в третий день третьего месяца. Вдруг он увидел две коляски, которые переправлялись вброд, то, скрываясь под водой, то вновь появляясь.

Вскоре обе коляски выехали на берег у того места, где находился Лу Чун, и молодого человека окликнули. Лу Чун открыл дверцу коляски и увидел дочь Цуя и трехлетнего мальчика.

Обрадованный Лу Чун протянул к ним руки.

Но женщина остановила его, жестом указала на вторую коляску и сказала:

- Сначала повидайтесь со своим тестем, господин. Лу Чун подошел ко второй коляске и поклонился Цую.

Затем женщина отдала Лу Чуну сына.

При этом она подарила ему золотую чашку и свиток со стихами, которые гласили:

Этот гриб, ослепляющий взор, Не похож на иные грибы, Он являет виденья и сны, Лучезарным сияньем охвачен, А когда чудодейственный гриб Расцветет по веленью судьбы, Счастлив будет владелец его, Для которого он предназначен.

А бывает, что гриб не цветет, Раскрываться не хочет бутон, Потому что холодные дни Наступили средь жаркого лета, Он теряет свою красоту, Гаснет слава. А что же потом?

Покидает избранник его, Тот, что был одарен и согрет им.

Мы расстались навеки с тобой, Свыше наша судьба решена, Ты, как луч мимолетный сверкнув, Потерялся в заоблачной сипи, Ты внезапно меня разлюбил, И тебе уже я не нужна.

Эта чаша поможет вскормить Твоего несчастливого сына.

…Рано прерваны узы любви, Только горю помочь я бессильна!

Лу Чун взял сына, чашку и стихи, и обе коляски исчезли. Лу Чун с мальчиком вернулся домой.

Все говорили, что он привез оборотня, и плевались.

- Кто твой отец? - спрашивали у мальчика, и он тянулся к Лу Чуну.

Сначала все ненавидели мальчика, но потом, когда прочли стихи, стали удивляться: до чего невероятным казалось общение между живыми и мертвыми!

Вскоре Лу Чун в повозке поехал на рынок продавать чашку. Но он не хотел, чтобы чашку купили сразу, и поэтому заломил высокую цену. Он надеялся, что кто-нибудь опознает, кому эта чашка прежде принадлежала.

Случилось так, что одна служанка, вернувшаяся с рынка, сказала своей госпоже:

- Я видела человека, продававшего чашку, которая лежала в гробу у барышни Цуй.

Госпожа этой женщины приходилась барышне Цуй родной теткой по материнской линии. Она послала сына на рынок посмотреть, и все оказалось так, как рассказала служанка.

Юноша влез на повозку Лу Чуна, назвал имя и сказал:

- Когда-то моя тетя вышла замуж за шаофу Цуя. У них родилась дочь, которая умерла, еще не успев выйти замуж. Моя матушка очень любила племянницу и подарила ей золотую чашку, которую потом положила в граб умершей. Скажите мне, откуда вы взяли эту чашку?

Лу Чун подробно рассказал ему всю историю, и юноша, вернувшись, домой, передал ее матери.

Мать тотчас же послала слуг к Лу Чуну, и те привезли мальчика. Посмотреть на него собрались все родственники.

Осанкой и манерами мальчик напоминал Цуев, а внешностью походил на Лу Чуна.

Достоверность всего случившегося подтверждала также золотая чашка.

Тетка сказала:

- Мальчик родился в конце третьего месяца, а мой отец говорил: «Весна - это тепло, стремление к счастью - природное свойство человека». Поэтому лучше всего дать ребенку имя Вэнь-сю. Это слово означает, также таинственное бракосочетание, заранее предназначенное судьбой.

Мальчик вырос талантливым и красивым и получил должность правителя области с жалованьем в. две тысячи даней хлеба в год. Его сыновья и внуки еще и ныне наследуют шапку и зонт. (Tо есть чиновничью должность).

А отдаленный потомок Лу Чуна, известный также под вторым именем Цзы-гань, прославился на всю Поднебесную.

ДУН ЮН И НЕБЕСНАЯ ТКАЧИХА

Во времена династии Хань в Тяиьчэне жил человек по имени Дун Юн. Он еще в детстве лишился матери. Когда мальчик подрос, он стал помогать отцу в полевых работах, научился управлять повозкой. Вскоре отец умер, похоронить его было не на что, и сирота продал себя в рабство, чтобы должным образом предать земле останки отца. Хозяин, узнав о сыновней почтительности Дун Юна, дал ему десять тысяч медных монет и отпустил его.

Однажды, когда кончился трехлетний срок траура, Дун Юн возвращался к своему хозяину. По дороге ему повстречалась женщина.

- Хочу стать вашей женой, - молвила она. И они пошли дальше вместе.

Увидев его, хозяин сказал:

- Помнишь, я дал тебе деньги? Это - мой подарок.

- Благодаря вашей помощи я смог похоронить отца как полагается, - отвечал, Дун Юн. - Теперь я буду изо всех сил трудиться, чтобы отблагодарить вас за доброту.

- Что умеет делать эта женщина?

- Ткать, - ответил Дуя Юн.

- Тогда пусть она выткет для меня сто кусков шелка,- приказал хозяин.

И жена Дун Юна стала ткать шелк для семьи хозяина.

Через десять дней она закончила работу и сказала мужу:

- Я - небесная ткачиха. Вы были почтительным сыном, и владыка неба повелел мне помочь вам отработать долг.

Сказав это, дева исчезла.

ВЛАДЫКА ГОРЫ ТАЙШАНЬ

Хуму Бань по прозвищу Цзи-ю жил у подножья горы Тайшань. Однажды он увидел между деревьев всадника в красных одеждах. Всадник крикнул ему:

- Тебя зовет к себе владыка горы!

Хуму Бань испугался и ничего не ответил. Появился еще один всадник и снова позвал его, тогда Хуму Бань пошел вслед за конными, которые попросили его зажмурить глаза. Вскоре он очутился в великолепном дворце.

Пришелец почтительно поклонился хозяину, тот пригласил Хуму Баня к угощению и сказал:

- Я позвал тебя, чтобы передать письмо моему зятю.

- А где находится ваш зять?

- Моя дочь - жена Хэ Бо, повелителя реки.

- Я возьму ваше письмо, но как его доставить?.

- Останови свою лодку на середине река и кликни служанку.

Хуму Бань простился, и всадники снова велели ему закрыть глаза. Вскоре он очутился на том самом месте, где повстречал конных. Он спустился к реке и сделал так, как ему приказал владыка горы Тайшань. На его зов явилась служанка, взяла письмо и скрылась в воде.

Затем она снова появилась и сказала:

- Повелитель хочет видеть вас.

И велела Хуму Баню закрыть глаза.

Гость чинно поклонился повелителю реки. Хэ Бо устроил большой пир и был очень милостив со своим гостем.

Перед уходом Хуму Баня повелитель реки сказал ему:

- Чтобы доставить письмо, ты проделал долгий путь, и я не знаю, чем тебя отблагодарить.

Потом он приказал слугам:

- Принести мои шелковые туфли! И подарил их своему гостю.

Хуму Бань вышел, закрыл глаза и снова оказался в своей лодке- Вскоре он отправился по делам в Чангань, а через год вернулся в родные места. Он подошел к тому месту, где впервые увидел всадника, постучал по дереву и, назвав себя, сказал, что привез из столицы важные новости. Тут же появились всадники в красных одеждах и, как в прошлый раз, провела его к владыке горы Тайшань, которому он вручил письмо. Владыка пожелал ему успехов и обещал наградить, Хуму Бань зашел в отхожее место и вдруг увидел там своего отца, закованного в цепи, вместе с сотнями других пленников.

Он подбегал к старику и, кланяясь и проливая слезы, спросил:

- Каким образом вы попали сюда, отец?

- Ох, сынок, после моей смерти я был приговорен к трем годам каторжных работ, - отвечал отец.

- Уже прошло два года. Работа невыносимая. Я слышал, ты в хороших отношениях с нашим повелителем, попроси его отпустить меня. Я бы мог вернуться в деревню.

Хуму Бань, движимый сыновним долгом, предстал перед владыкой Тайшаня, умоляя его простить отца.

Владыка сказал:

- Я тобою доволен. Но у живых и мертвых разные пути, и они никогда не сойдутся.

Хуму Бань продолжал умолять владыку, и в конце концов тот разрешил старику вернуться.

Минул год с небольшим, и умерли все сыновья Хуму Баня. В смятении он снова поспешил к дереву и попросил разрешения предстать перед владыкой. Те же всадники проводили его во дворец.

- Все мои сыновья умерли, - пожаловался Хуму Бань владыке горы Тайшань. - Боюсь, что теперь беды не оставят меня, я пришел рассказать вам об этом и просить вас проявить милость.

Владыка горы Тайшань расхохотался.

- Разве я не говорил тебе, что у живых и мертвых разные пути? - сказал он и, хлопнув в ладоши, велел привести отца Хуму Баня.

Когда старик предетал перед ним, владыка сказал:

- Ты захотел вернуться в свою деревню, и я разрешил. Тебе следовало бы творить добро, а все твои внуки умерли.

В чем же дело?

- Я так давно не был в родных местах, повелитель, и с радостью вернулся туда. Вина и еды у меня было вдоволь, но я затосковал по своим внукам. И я позвал их к себе.

Владыка горы Тайшань велел заменить отца Хуму Баня добрым духом. Старик удалился, обливаясь слезами.

Когда Хуму Бань вернулся домой, он увидел своих сыновей живыми и невредимыми.

ЧЖАН ПУ БРОСАЕТ В РЕКУ РОДНУЮ ДОЧЬ

Чжан пу - другое его имя было Гун Чжи - происходил неизвестно из каких мест. Он занимал должность наместника области У. Срок службы истек, и Чжан Пу вместе с семьей возвращался в столицу. Когда он проезжал мимо горы Лушань его дети захотели посмотреть храм, построенный в честь владыки горы. Служанка, желая подразнить одну из дочерей хозяина, сказала, указывая на храм:

- Мы выдадим тебя замуж за этого бога!

В ту же ночь жене Чжан Пу приснилось, будто бог горы Лушань явился с подарками, обычными во время помолвки, и сказал:

- Мой сын вырос неучтивым. Спасибо вам, что вы выбрали его в зятья. Эти подарки я принес в знак благодарности.

Женщина проснулась в изумлении. Узнав из рассказа служанки о том, что произошло на горе, она упросила мужа немедленно ехать дальше. На средине реки лодка неожиданно остановилась.

Людей охватил страх. Они бросили в реку свое имущество, но лодка не сдвинулась с места. Кто-то сказал, что надо бросить дочь, - тогда лодка поплывет дальше.

- Теперь нам ведомо желание бога, - согласились все. - Зачем из-за дочери рисковать целым семейством?

- Я не в силах смотреть на это, - сказал Чжан Пу. Он велел жене бросить дочь в реку, а сам закрыл лицо.

Тогда жена вместо своей дочери решила бросить в воду племянницу, дочь покойного брата Чжан Пу. Она расстелила на воде циновку и велела девушке сесть на нее. После этого лодка двинулась. Увидев, что дочь по-прежнему сидит в лодке, Чжан Пу разгневался.

- Что вы сделали? Как я теперь людям в глаза буду смотреть! - воскликнул он и с этими словами бросил в воду свою дочь.

Когда он с остальными домочадцами переправился через реку, то на берегу увидел дочь и племянницу. Около них стоял воин.

- Я - главный писец бога горы Лушань, - сказал он.- Мой повелитель благодарит вас, но простые смертные не могут сталь женами бессмертных. Его растрогало ваше благочестие, и он возвращает вам обеих девушек.

Чжан Пу расспрашивал девушек, что с ними произошло после того, как они оказались в реке.

Они отвечали, что видели красивые строения, военачальников, солдат, но им было невдомек, что они находятся под водой.

ИСЧЕЗНУВШИЙ СТАРИК

В годы Цзянь-ань (Цзянь-ань (196-219) - период правления ханьского императора Сянь-ди) в одном из домов Дунцзюня происходили странные вещи. Горшки и посуда гремели в пустой комнате; блюда, стоявшие перед гостями, вдруг куда-то пропадали; яйца, снесенные курами, исчезали. Так продолжалось несколько лет. В конце концов, это - надоело хозяевам дома. Они наготовили много вкусных угощений, поставили их в одной из комнат, а сами спрятались за дверьми и стали ждать. Через некоторое время послышались обычные Звуки. Сидевшие в засаде быстро закрыли двери и обшарили всю комнату, но ничего не обнаружили.

Тогда хозяева в темноте стали наугад бить палками по воздуху, и вот в одном из углов послышался стон:

- Помогите! Помогите! Умираю.

Тогда распахнули двери и увидели древнего старца; он почти утратил человеческий облик. Из его бессвязных слов хозяевам удалось выяснить, что дом его находится в нескольких ли отсюда.

Родственники старика рассказали, что он исчез более десяти лет назад. Они и радовались и горевали, узнав, что он нашелся. Через год он снова пропал. А потом стало известно, что странные вещи происходят в области Чэньлю, Люди считали, что это опять проказы старика.

СЕСТРИЦА ДИН

Шестнадцатилетняя девушка из Даньяна по имени Дин вышла замуж за юношу Се из Цюаньцзяо. Свекровь была женщина сварливая и злая; если невестка не успевала сделать в срок какую-нибудь работу, старуха била ее палкой. В первый же год после замужества, в девятый день девятого месяца молодая женщина наложила на себя руки.

Ее душа часто посещала людей. Однажды через предсказателей она объявила:

- Мне жалко женщин, не знающих отдыха, так пусть в девятый день девятого месяца они не делают никакой работы.

Приняв вид молодой девушки, она в зеленой одежде направилась к броду Нючжу, чтобы перебраться на другой берег. Она попросила двух мужчин, ловивших с лодки рыбу, перевезти ее через реку.

Рыбаки принялись потешаться над ней:

- Стань нашей женой, тогда перевезем.

- Я думала, вы люди порядочные, но теперь вижу, что глупцы, - сказала девушка. - Если вы простые смертные, то умрете в грязи, если же духи, то сгинете в воде.

Вскоре показалась лодка, нагруженная сенам; в лодке сидел старик, я девушка обратилась с просьбой к нему.

- На лодке нет навеса, - отвечал старик. - Для такой красивой девушки моя лодка не годится.

Но девушка сказала, что это ее не пугает; тогда старик скинул половину сена и медленно повез девушку на другой берег.

Ступив на землю, она сказала старику:

- Я - дух. Я могла и сама переправиться через реку, но мне хочется, чтобы о моем появлении стало известно людям. Ты хорошо сделал, что перевез меня. Тебе не жаль было расстаться с сеном. За твою доброту я хочу тебя отблагодарить. Возвращайся назад, и ты увидишь нечто необыкновенное.

- Как я могу принять твою благодарность? - отвечал старик. - Ведь в моей лодке тебе было так неудобно.

Плывя обратно, старик заметил двух утопленников; он проплыл еще несколько ли и увидел тысячи рыб, выпрыгивающих из воды, - ветер выбрасывал их на берег. Старик выкинул остальное сено, нагрузил лодку рыбой и возвратился домой.

Душа Дин вернулась в Даньян, и с тех пор люди, жившие к югу от Янцзы, называли ее не иначе, как сестрица Дин. Девятый день девятого месяца стал для женщин праздником - в этот день они не работали. И по сей день люди чтут сестрицу Дин.

ДВА ДРУГА

Во времена династии Хань в деревне Цзиньсян округа Шаньян жил человек по имени Фань Ши, второе имя его - Цзюй-цин. Его другом был Чжан Шао из Жунани, известный также под именем Юань Бо. Оба они обучались в столице, и, когда пришло время возвращаться домой, Фань сказал

Чжапу:

- Ровно через два года я приеду тебя проведать.

Юноши запомнили день встречи, и, когда срок стал подходить, Чжан попросил свою мать подготовиться к приему гостя.

- Ты не видел своего приятеля два года, он находится отсюда за тысячу ли, как можно верить его обещанию? - удивилась мать.

- Фань - человек надежный, он никогда своего слова не нарушит, - отвечал Чжан.

- В таком случае я приготовлю для вас вино, - обещала мать.

В назначенный день Фань приехал. Он вошел в дом и поздоровался с семейством Чжана. Гость пировал вместе со всеми и радовался встрече. После отъезда гостя Чжан сильно занемог. Его приятели Дао Цзюнь-чжан и Инь Цзы-чэн находились около больного и днем и ночью.

Перед смертью Чжан, вздохнув, сказал:

- Скорблю, что не могу увидеть еще раз моего лучшего друга.

- Разве мы с Дао не ухаживаем за тобой как настоящие друзья? - возразил Инь. - Кто тебе еще нужен?

- Вы - мои друзья, пока я жив, а Фань останется моим другом и после смерти,-сказал больной и умер.

Фань во сне вдруг увидел своего друга в туфлях, в черной шапке с кисточками.

Чжан назвал ему день своих похорон, потом воскликнул:

- Цзюй-цин! Я ушел в другой мир. Не забывай меня! Встретимся ли мы когда-нибудь?

Проснувшись, Фань горевал и проливал слезы. Потом, надев белые траурные одежды, он отправился в путь, чтобы в назначенный день попасть на похороны. Похороны начались до его приезда. Когда стали опускать гроб в могилу, обнаружилось, что гроб не входит.

Мать покойного постучала но гробу рукой и спросила:

- Сын мой, ты кого-то ждешь?

Похороны приостановили. В это время показалась белая повозка, запряженная белыми конями.

Разглядев подъезжающего, мать Чжана сказала:

- Это не кто иной, как Фань Цзюй-цин.

Фань, громко рыдая, бросился на гроб и воскликнул:

- Мы расстаемся, друг! Смерть разлучила нас, нам предстоят разные пути. Прощай!

И все присутствовавшие на похоронах - тысяча человек - заплакали. Фань взялся за веревку, гроб опустился.

Фань привел могилу в порядок, посадил около нее деревья и лишь потом уехал.

КОНЬ ПОЛКОВОДЦА

В старину рассказывали, что один полководец отправился в дальний поход. Дома остались только дочь, так как других родственников у него не было, да конь, за которым девушка ухаживала.

Жила она скромно и думала лишь о своем отце. Однажды шутя, она сказала, обращаясь к коню:

- Если бы ты мог сделать так, чтобы отец вернулся, я вышла бы за тебя замуж.

Услышав эти слова, конь порвал привязь и умчался. При виде своего коня хозяин обрадовался и в то же время испугался. Он поймал коня, тот жалобно ржал.

- Конь не может ржать без причины, - сказал полководец, - наверное, дома что-нибудь случилось.

Он тут же вскочил на коня и поскакал домой.

С этих пор коню за его преданность давали лучший корм, но он отказывался от всего, и каждый раз, завидев дочь хозяина, то радостно, то гневно ржал и бил копытами.

Отец заметил это и удивился. Однажды он расспросил дочь, и она рассказала, в чем дело.

Тогда полководец в укромном месте убил коня из лука, а шкуру повесил для просушки во дворе.

Как-то раз, когда полководец снова уехал, его дочь с соседкой насмехались над шкурой.

Ударив ее ногой, девушка сказала:

- Ты - животное, а захотело взять в жены девушку, вот тебя и убили.

Не успела она произнести эти слова, как шкура вдруг вздыбилась и обвила девушку. Сильно испугавшись, соседка не осмелилась прийти на помощь. Она лишь отправилась к отцу девушки и рассказала ему о случившемся. Когда он вернулся, ни дочери, ни шкуры не было.

Прошло много дней. Однажды среди ветвей большого дерева полководец заметил странные коконы - это в них превратились девушка и шкура коня. Особенно много скопилось коконов на вершине дерева, и были они больше обычных. Соседка собрала их, вырастила и сняла такой урожай, какого никто и не видывал.

Дерево называлось «сан» - тутовое, и словом «сан», только в другом написании, стали называть траурный обряд.

И по сей день народ разводит этот вид коконов.

МАЛЬЧИК НА ДЕРЕВЕ

В годы правления династии У (годы правления династии У - 220-280), гражданский чиновник Чжу Дань - другое имя его Юн-чан - был переведен из Хуайнани в Цзяньань, где он занял должность правителя области.

У этого правителя был секретарь, жена которого, как говорили, одержима бесом. Муж заподозрил ее в распутстве и однажды, сказав, что уходит из дому, проделал в стене дырочку и стал тайком наблюдать за женой. Он увидал, что жена сидит за ткацким станком и шутит с кем-то, взобравшимся на тутовое дерево. На этом дереве секретарь заметил мальчика лет пятнадцати в черной одежде и черной шапке, и, полагая, что он явился с какой-нибудь запиской к жене, секретарь выстрелил в него из лука. Мальчик превратился в цикаду, огромную, как корзина, и улетел прочь.

В этот момент послышался испуганный голос жены:

- Ой! Кто-то пустил в вас стрелу! Муж был очень удивлен всем этим.

Через некоторое время он, увидев на дороге двух мальчиков, которые веди между собой разговор.

- Почему тебя так давно не было? - спросил один.

- Меня кто-то подстрелил, и я долго лежал, - отвечал другой, тот самый, которого секретарь видел на дереве.

- А сейчас как ты себя чувствуешь? - спросил первый.

- Я смазал рану краской, которая хранится па стропилах в доме правителя Чжу. Теперь мне немного лучше,- был ответ.

Секретарь спросил правителя:

- Известно ли вам, что у вас воруют краску?

- Краска находится на стропилах, украсть ее невозможно, - отвечал правитель.

- А вы поглядите, - посоветовал секретарь. Правитель ему не поверил, но, тем не менее, осмотрел печать на сосуде - она оказалась неповрежденной.

- Ты несешь вздор, - сказал правитель. - Краски на месте.

- Распечатайте сосуд, - настаивал секретарь.

Сосуд открыли, он был наполовину пуст, на краске виднелись следы когтей. Правитель очень удивился и спросил, в чем дело.

Тогда секретарь рассказал ему о том, что говорил мальчик.

ВСТРЕЧА С ЧУДИЩЕМ

В годы правления Хуан-чу (то есть 220-226 гг.) династии Вэй какой-то всадник, проезжая ночью по местности Дуньцю, увидел на дороге существо величиною с зайца, с глазами как плошки. Это существо прыгало впереди коня на некотором расстоянии. Всадник от испуга свалился с лошади, и существо пыталось его схватить. От страха всадник лишился чувств. Когда он понемногу пришел в себя, чудища возле него не было. Он взобрался на лошадь и двинулся дальше. Проехав несколько ли, нагнал пешего путника. После обычных приветствий он рассказал, что с ним произошло, и выразил радость, что встретил человека.

- Я иду один, - сказал встречный, - и с вами мне будет веселее. Вы езжайте впереди, а я буду следовать сзади.

Так они двинулись в путь.

- Что же это за тварь, которая вас так напугала? - спросил через некоторое время пеший.

- Она похожа на зайца, а глаза у нее как две плошки. Очень страшно, - отвечал всадник.

- Оглянись-ка на меня, - сказал пеший.

Всадник обернулся. Его спутник превратился в чудище и вскочил на коня. Всадник с перепугу снова лишился чувств и упал на землю. Его родные были удивлены, когда лошадь вернулась домой одна. Отправились на поиски и нашли своего родственника лежащим возле дороги. Он пришел в себя только на следующий день и рассказал обо всем, что с ним произошло.

СТАРЫЙ КОТ

Во времена династии Цзинь (династия Цзинь правила с 265 по 420 г.), жил в Усине один человек. У него было двое сыновей. Часто во время полевых работ он бранил их и бил. Братья пожаловались своей матери, а та обратилась с расспросами к мужу. Тот очень удивился - ему стало ясно, что это проделки оборотня. Он велел сыновьям достать свои мечи и убить оборотня.

Но оборотень не появлялся. Отец, опасаясь, как бы оборотень не причинил вреда сыновьям, сам отправился на поле. Братья, решив, что перед ними нечисть, убили отца и закопали останки в землю. Тогда оборотень, приняв облик отца, сказал домочадцам, что сыновья убили оборотня.

Когда братья вернулись домой, все их поздравляли.

Прошло более года, никто ни о чем не догадывался.

Однажды мимо дома проходил монах, он сказал братьям:

- У вашего отца совесть нечиста.

Когда братья рассказали об этом отцу, оп сильно разгневался. Братья вернулись к монаху и велели ему побыстрее убираться. Тогда монах вошел в дом, произнес нараспев Заклинание, и отец превратился в огромного старого кота, который тут же забрался под кровать. Его вытащили оттуда и убили. Братья поняли, что они закололи родного отца. Они устроили в честь отца пышные похороны. Потом один из братьев покончил с собой, другой умер от угрызений совести.

ПЕС ИЗ ДЕРЕВЕНСКОЙ ХАРЧЕВНИ

После того как Лай Цзи-дэ, ведавший в Наньяне общественными работами, скончался и был погребен, он вдруг появился снова. Он восседал на жертвенном ложе, а той же одежде, что и обычно, и говорил своим прежним голосом. Он отдавал распоряжения внукам, сыновьям и женщинам, наказывал рабов - каждого в соответствии с совершенным проступком. Поев и попив, он со всеми простился и ушел, оставив семью в сильном смятении. В течение нескольких лет он время от времени возвращался, вызывая отвращение у домочадцев. Но однажды, когда он выпил особенно много вина и захмелел, то принял свой истинный облик - он превратился в старого пса.

Люди бросились на него и убили. А потом узнали, что это пес из деревенской харчевни.

СТАРЫЙ ЛИС

В западной части Наньяна стоял дом, в котором никто не хотел жить - стоило там поселиться, случалась беда.

Сун Да-сянь из тех же мест был человек не робкий. Однажды вечером он взобрался на второй этаж этого дома и начал играть на лютне. В полночь перед Суном появилось приведение: у него были сверкающие глаза, острые зубы и омерзительная внешность, но Сун продолжал играть, словно ничего не замечал. Дух удалился и вернулся, неся человеческую голову.

- Не хочешь ли немного соснуть? - спросил он Суна и бросил перед ним голову.

- Охотно! - отвечал Сун. - У меня, правда, нет подушки, но это вполне ее заменит.

Привидение снова удалилось и вскоре опять вернулось.

- Хочешь побороться со мною?

- Давай! - согласился Сун.

Тут он крепко схватил привидение обеими руками. Дух запросил пощады, но Сун прикончил его.

Утром он увидел, что это был старый лис.

С тех пор нечисть в доме перевелась.

ПЯТНИСТЫЙ ЛИС, ЖИВШИЙ У ДРЕВНЕЙ МОГИЛЫ

Чжан Хуа - второе его имя было Мао Сянь - ведал общественными работами при цзиньском императоре Хуай-ди (император Хуай-ди правил с 307 по 312 г).

В те времена около могилы яньского князя Чжао жил старый пятнистый лис-оборотень.

Однажды он захотел посетить Чжан Хуа и принял облик ученого.

Но прежде он обратился с вопросом к столбу, воздвигнутому перед могилой в честь заслуг покойного:

- Смогу ли я в этом облике увидать Чжан Хуа?

- При твоей ловкости и проницательности для тебя нет ничего невозможного, - отвечал столб. Однако Чжан Хуа столь мудр, что его трудно обмануть. Пойдешь - только беду на себя накличешь.

И я пострадаю.

Лис не послушался совета и отправился к Чжан Хуа. Чиновник, увидев вежливого молодого ученого с бледным, как нефрит, лицом и приятными манерами, принял его с большим почетом.

Они рассуждали о литературе, об изменчивости бытия, и Чжан Хуа узнал много такого, о чем раньше не имел понятия. Потом они подробно толковали о трех исторических - книгах (В эту эпоху так называли «Исторические записки» Сыма Цяпя, «Историю династии Хань» и «Записки о династии Хань»), о литературных трактатах, о сокровенном в сочинениях древних философов Лаоцзы и Чжуан-цзы. Перебирали лучшие места из «Книги песен», помянули десять мудрецов и три начала - небо, землю и человека, перечислили восемь школ последователей Конфуция и пять видов церемоний, и в этих разговорах Чжан Хуа выказал меньше знаний, чем его гость.

Тогда он вздохнул и сказал:

- Разве может простой смертный быть таким мудрым? Ты, наверное, привидение или лис.

И Чжан Хуа велел взять юношу под стражу.

- Ваша честь, вы мудры, радуетесь добру и выказываете скромность. Почему же вы гневаетесь, если встречаете образованного человека? Разве это соответствует учению философа Мо-цзы о всеобъемлющей любви? - возразил юноша и попросил разрешения удалиться. Но стражники, посланные Чжан Хуа, не пропустили его через ворота. Тогда юноша снова обратился к Чжан Хуа: У ворот вооруженные стражники, пешие и конные. Вы, наверно, меня в чем-то подозреваете.

Выходит, в Поднебесной нужно держать язык за зубами, а люди, ищущие мудрости, могут только издали глядеть на ваши ворота. Я, ваша честь, глубоко сожалею об этом.

Чжан Хуа оставил без ответа речи юноши, лишь велел усилить охрану.

В го время правителем Фэнчэна был Лэй Хуань - другое его имя было Кун Чжан, - человек больших знаний. Он как раз приехал навестить Чжан Хуа, который и рассказал ему про ученого юношу.

- Бели у вас есть сомнения, - сказал Лэй Хуань, - почему бы не привести охотничью собаку?

Увидев пса, юноша сказал:

- Я умен и талантлив, а вы принимаете меня за оборотня и хотите на меня натравить пса.

Можете подвергнуть меня любым испытаниям - все равно не причините никакого вреда.

Эти речи еще сильнее разгневали Чжан Хуа.

- Это оборотень, теперь я не сомневаюсь! - воскликнул он. - Я слышал, что собак боятся лишь оборотни, прожившие всего несколько сот лет. Но если их осветить факелом из тысячелетнего дерева, они примут свой подлинный облик.

- Где же мы возьмем тысячелетнее дерево? - спросил Лэй Хуань.

- Говорят, что столбу, стоящему перед могилой князя Чжао, тысяча лет, - отвечал Чжан Хуа.

И он послал человека срубить столб.

Когда слуга подошел к могиле, вдруг появился отрок в черных одеждах и спросил:

- Что вас сюда привело?

- К господину Чжан Хуа, ведающему общественными работами, явился молодой человек до того ученый и образованный, что мой господин усомнился, не оборотень ли он. Меня послали срубить этот столб, чтобы сделать из него факел и подвергнуть юношу испытанию, - был ответ.

- Как глуп старый лис! - воскликнул отрок. - Не послушался моего совета и навлек на меня беду!

Стеная и плача, отрок исчез.

Слуга начал рубить столб, из-под топора брызнула кровь. Когда столб зажгли и осветили огнем юношу, тот сразу же превратился в пятнистого лиса.

- Если бы эти два создания не встретились на моем пути, - сказал Чжан Хуа, - то и через тысячу лет люди бы от них не избавились.

И он сварил лиса.

ТЫСЯЧЕДНЕВНОЕ ВИНО

Ди Си из Чжуншани умел приготавливать тысячедневное вино: хлебнешь - и тысячу дней пьян.

Однажды житель тех же мест, большой пьяница, Лю Сюань-ши, пришел к Ди Си просить вина.

- Мое вино еще не готово, - отвечал винодел, - я не могу тебя угостить.

- Не беда, если не готово, дай хоть чарочку. Винодел налил. Пьяница выпил и снова попросил:

- Превосходное вино! Налей, пожалуйста, еще!

- Лучше ступай домой, - отвечал винодел. - От одной чарки будешь пьян тысячу дней.

Пьяница обиделся. Придя, домой, он крепко заснул. Домочадцы, ничего не подозревая, думали, что он умер, оплакали его и похоронили.

Прошло тысяча дней, и Ди Си подумал: «Сюань-ши, наверно, протрезвился, надо его проведать».

И он отправился к пьянице.

- Сюань-ши дома? - спросил он. Домочадцы очень удивились:

- Он давно помер. Уже и траур кончился.

- Это от моего вина он проспал тысячу дней, но сейчас, должно быть, очнулся, - забеспокоился винодел.

Он велел родственникам пьяницы разрыть могилу. Из моилы пошел горячий пар.

Когда пьяницу вытащили из гроба, он открыл глаза и разинул рот:

- Вот это вино! Никогда я так не напивался! - Потом спросил у Ди Си:

- Как ты его делаешь? От одной чарки охмелел, только сейчас проснулся. А какой сегодня день?

Люди, стоявшие вокруг могилы, рассмеялись. Потом: все, кто нанюхался винных паров, валялись пьяными три месяца.

ЗАТОНУВШИЙ ГОРОД

В местности Цюнду жила старая бедная женщина, Однажды, когда женщина принялась за свою скромную еду, сна увидела на кровати змейку, на голове которой был рог. Старуха пожалела ее и оставила у себя. Змея росла, росла и стала длиною в три метра. Случилось так, что она ужалила лучшего скакуна правителя. Тот сильно разгневался и потребовал у старухи змею.

- Она под моей кроватью, - сказала старуха. Обшарили все жилище, но змею не нашли. В гневе правитель убил старуху.

Тогда змея послала к правителю околдованного ею человека, который сказал:

- Ты убил мою мать. Я буду мстить за нее.

После этого сорок ночей подряд гремел гром и завывал ветер.

А люди при встрече говорили друг другу:

- Что это у тебя вдруг выросла рыбья голова?

В одну ночь вся местность на десять ли в округе, включая и город, обнесенный стеной, провалилась, словно в яму, а на этом месте образовалось озеро, которое жители назвали Сяньху, что значит Яма-озеро. Лишь хижина старухи уцелела и стоит поныне. Рыбаки, отправляющиеся на лов, укрываются в ней во время бури. Когда ветра нет и вода прозрачная, в озере виден город, его стены и башни. Когда озеро мелеет, местные жители ныряют за деревьями. Эти деревья очень ценятся - от воды они становятся твердыми, блестящими, как лак. Изголовья, сделанные из такого дерева, - прекрасный подарок.

РАССКАЗЫ О БЕССМЕРТНЫХ

КАК ВЭЙ БО-ЯН ПРИТВОРИЛСЯ МЕРТВЫМ

Вэй Бо-ян был уроженцем местности У. Сын богатых родителей, он, тем не менее, посвятил себя изучению магии даосов. С тремя своими учениками он удалился в горы, чтобы заняться приготовлением волшебного зелья, которое делает людей бессмертными. Когда зелье было готово, Вэй узнал, что его ученики еще не совсем отрешились от мирских соблазнов, и решил подвергнуть их испытаниях Хотя зелье и готово, его сначала следует испытать на собаке, - сказал Вэй. - Если собака улетит, то зелье годится и для людей. Если же собака околеет, его принимать нельзя.

Дали зелье собаке, она издохла.

- Мы добыли зелье, но собака от него издохла, - сказал Вэй своим ученикам. - Боюсь, что боги не покровительствуют нашей затее стать бессмертными. И если мы примем зелье, то, наверное, разделим участь собаки. Что делать?

- И вы хотите его испытать, учитель? - спросили ученики.

- Я отрекся от мира, покинул семью и ушел в горы,- сказал Вэй. - Вернуться обратно ни с чем значит покрыть себя позором. Умру я или нет, но я должен попробовать зелье.

Он принял зелье и тотчас же умер. Ученики переглянулись.

- Мы готовили зелье, чтобы стать бессмертными, а если оно приносит смерть, какой от него прок? - сказали два ученика Вэя.

- Наш учитель - человек необыкновенный, - молвил третий ученик по имени Лю. - Раз он решил принять зелье и умереть, значит, сделал это неспроста.

И он тоже принял зелье и умер.

Двое оставшихся учеников сказали друг другу:

- Если зелье умертвляет людей, зачем нам его принимать? Не примем - так проживем, по крайней мере, еще несколько десятков лет.

И они покинули горы, чтобы припасти гробы для учителя и ученика.

После того как они ушли, Вэй встал, влил свое зелье в уста ученику и в пасть собаке, и те ожили. Они стали бессмертными. На дороге им встретились дровосеки, и Вэй Бо-ян дал им прощальное письмо к своим друзьям. Покинувшие его ученики сильно сетовали на себя.

ЧЖАН ДАО-ЛИН И ЕГО УЧЕНИКИ

Чжан Дао-лин, уроженец княжества Цэй, был ученым императорской академии и хорошо знал «Пятикнижие». («Пятикнижие» - древнейший литературный памятник, книги конфуцианского канона: «Шицзин» («Книга песен»), «Шуцзин» («Книга историй»), «Ицзин» («Книга перемен»), Лицзи («Книга церемоний»), «Чуньцю» («Книга летописей»)).

Однажды он со вздохом сказал:

- Все мои знания не могут продлить жизнь.

И он занялся поисками пути, ведущего к бессмертию. Оп постиг способ приготовления снадобья императора Хуан-ди, которое получается после девятикратного нагревания на драгоценном треножнике. Но составные части снадобья стоили дорого, а Чжан Дао-лин был беден. Тогда он решил заняться земледелием и разведением скота. Однако у него не было склонностей к этим занятиям, и он оставил их. Он слышал, что люди, живущие в области Шу, отличаются честностью, терпимы к любой вере, и он сможет беспрепятственно проповедовать там свое учение. И Чжан Дао-лин отправился со своими учениками в область Шу и поселился там на одной из знаменитых гор - Журавлиной. Он написал книгу о добродетели, состоявшую из двадцати четырех частей, в которую вложил всего себя, и этот труд укрепил его дух.

Однажды к нему спустились небожители - кто верхом на копях, кто в колесницах, золотых повозках с балдахинами из перьев, кто верхом на драконах, кто - на тиграх. Одни смиренно называли себя писцами, другие - отроками Восточного моря. Они научили Чжан Дао-лина врачевать различные болезни. И стали к нему стекаться люди, желавшие служить ему и называвшие его своим учителем, и окружили его тысячи и тысячи учеников и поселян. Тогда назначил он начальников и дал им уложения, согласно которым они должны были управлять поселянами. И наказал ученикам своим и поселянам приносить рис и шелк, утварь всякую, бумагу и кисти, хворост и другие, каждодневно необходимые вещи. Он повел людей прокладывать мосты и дороги. Каждый был занят делом; одни срезали траву, другие носили на поля навоз. Глупцы, которые не звали о трудах Чжан Дао-лина, полагали, что все это делается по велению неба.

Чжан Дао-лин стремился править милосердно и неохотно прибегал к наказаниям.

Но тех, кто пытался уклониться от работы, он наказывал, Он повелел, чтобы все провинившиеся записали совершенные ими грехи и проступки и запись ту бросили в воду, произнеся клятву богам никогда их не повторять, а кто повторит - того карать смертью. Так возвращались люди к праведной жизни и не смели больше впадать в прегрешения, страшась неба и земли. Так провинившиеся встали на путь добра.

Чжан Дао-лин стал обладателем больших богатств и смог купить лекарства, необходимые для снадобья. Приготовив его, Чжан Дао-лин принял только половину - он не хотел сразу вознестись на небо; это дало ему возможность являться одновременно в нескольких обликах. Перед его домом был небольшой пруд, где Чжан Дао-лин часто катался на лодке, в то время как второй Чжан Дао-лин принимал и своем доме монахов и других гостей, разговаривал с ними, пил и ел.

Свой способ приготовления снадобья он извлек из основных принципов учения даосов, изменив лишь некоторые соотношения составных частей и порядок их смешивания. У великих даосов он также научился, как правильно дышать и какую пищу полезно употреблять.

Поэтому он говорил своим ученикам:

- Многим из вас чужды мирские желания - вы готовы отречься от мира.- Я могу научить вас, как;

продлить свой род, какие употреблять травы, чтобы прожить несколько сот лет.

Однако самые сокровенные познания он передал лишь Ван Чжану. Он предсказал также, что в седьмой день первого месяца с востока придет человек, который станет их учителем. Он описал внешность этого человека.

Когда седьмой день первого месяца наступил, с востока пришел человек по имени Чжао Шэн, и внешность его в точности соответствовала описанию Чжан Дао-лина.

Чжан Дао-дин подверг пришельца семи испытаниям, и тот выдержал их. Чжан Дао-лин открыл ему секрет приготовления своего снадобья.

Первое из семи испытаний было таким. Когда пришелец появился у ворот, Чжан Дао-лин послал людей, которые стали бранить и поносить его. Более сорока дней незнакомец переносил брань и унижения, но не ушел, и тогда он был допущен в дом.

Второе испытание было таким. Чжан Дао-лин приказал пришельцу охранять поля и отгонять диких животных. Ночью перед ним явилась дева необычайной красоты; она сказала, что пришла из дальних мест. Дева просила приютить ее и легла рядом с Чжао Дао-лином. На другое утро она сказала, что не может отправиться в путь, так как у нее разболелись ноги. В течение нескольких дней она искушала его, но Чжао Шэн не поддался соблазну.

Третье испытание было такое. Чжао Шэн шел по дороге и вдруг увидел тридцать кувшинов, наполненных золотом. Он прошел мимо, не взяв золота.

Четвертому испытанию пришелец подвергся, когда его послали в горы за хворостом. Три тигра бросились на Чжао Шэна и разодрали на нем одежду. Однако Чжао Шэн не выказал страха и даже не переменился в лице.

Он сказал тиграм:

- Я - даосский монах, и в молодости не совершал грехов. Я прошел тысячу ли, чтобы служить своему учителю и обрести бессмертие, а вы на меня бросаетесь. Или вас послали духи гор, чтобы испытать меня?

И тигры бежали прочь.

Пятое испытание было такое. Чжао Шэн хотел купить на рынке несколько кусков шелка, но купец отказался взять деньги, якобы фальшивые. Тогда Чжао Шэн снял свое платье и без гнева отдал его в уплату за шелк.

Шестому испытанию он подвергся, когда снова охранял поля. Появились трое нищих: униженно кланяясь, они просили еды. Покрытые язвами, в рубище, вонючие - они были омерзительны.

Однако Чжао Шэн пожалел их: подарил свою одежду, накормил и отдал им свой рис.

Во время седьмого испытания Чжан Дао-лин повел всех своих учеников на утес, вздымавшийся до облаков. На отвесном склоне, словно человеческая рука, над бездонной пропастью свисало персиковое дерево, усыпанное плодами.

И вот Чжан Дао-лин сказал своим ученикам:

- Кто добудет плод, узнает тайну бессмертия. Триста учеников, наклонившись, со страхом смотрели на дерево. Они вспотели, ноги их дрожали. Не смея дольше смотреть вниз, они один за другим отступали от края скалы, 6ормоча, что это испытание им не по силам. Только Чжао Шэн сказал:

- Если боги благосклонны ко мне, чего мне бояться! Наш святой учитель находится здесь - он не даст мне, погибнуть в бездне. Раз учитель говорит, значит, плоды можно достать.

Он прыгнул со скалы и повис на дереве. Он нарвал плодов столько, сколько влезло за пазуху.

Скалы были отвесны - ни упереться, ни ухватиться не за что, поэтому Чжао Шэн не мог вскарабкаться обратно. Тогда он стал бросать персики на скалу - один за другим - всего триста плодов и еще два.

Чжан Дао-лин роздал персики ученикам - каждому по одному, один плод съел сам, а один оставил для Чжао Шэна. Затем он протянул руку Чжао Шэну, чтобы помочь ему взобраться па скалу. И ученики увидели, что рука учителя вдруг сильно вытянулась, и Чжао Шэн снова очутился среди них.

После того как он съел плод, учитель подошел к самому краю скалы и сказал:

- У Чжао Шэна чистое сердце, поэтому он не упал в бездну. - Тут он усмехнулся:

- Я тоже хочу нарвать плодов, только покрупнее.

Все ученики, кроме Чжао Шэна и Ван Чжана, умоляли его не прыгать. Однако учитель бросился вниз. Вокруг громоздились отвесные скалы, внизу зияла бездонная пропасть. Дороги назад не было. Ученики плакали и стенали, лишь Чжао Шэн и Ван Чжан молчали.

Потом кто-то из них сказал:

- Раз учитель - наш отец - бросился в пропасть, разве мы можем оставаться здесь?!

Оба бросились в бездну - и вдруг очутились перед учителем.

Скрестив ноги, он сидел на ложе за пологом и улыбался:

- Я знал, что вы последуете за мной.

И учитель поведал Чжао Шэну и Ван Чжану свои тайны.

Через три дня они вернулись в свое прежнее жилище и нашли остальных учеников в страхе и стенаниях. Потом среди бела дня учитель, Чжао Шэн и Ван Чжан вознеслись на небо… Ученики долго смотрели им вслед, пока все трое не исчезли в облаках.

ВОЛШЕБНИК ЦЗО ЦЫ

Цзо Цы - второе его имя Юань-фан - был родом из Луцзяна. Он хорошо знал «Пятикнижие» и был сведущ в астрономии.

Он видел, что династия Хань пришла в упадок и всю страну охватили смуты. «Во времена смут опасно быть вельможей, а богачом и подавно, - думал он, - слава и богатство ничего не стоят».

Цзо Цы углубился в учение даосов и вскоре достиг совершенства в магии: духи по его приказанию подавали ему еду, где бы он ни находился.

Цзо Цы предавался размышлениям в горах Тяньчжу; там, в каменной пещере он нашел книгу, в которой говорилось, как надо приготовлять снадобье, могущее превращать одни вещества в другие. Цзо Цы делал так много чудесного, что всего и не перечислишь. Молва о нем дошла до Цао Цао (Цао Цао - знаменитый полководец и политический деятель эпохи Троецарствия). и тот велел привести волшебника к нему. Цао Цао приказал посадить мага в каменную темницу, поставил стражников и не велел давать узнику еды в течение года. Однако Цзо Цы вышел из темницы цел и невредим. Правитель был убежден, что Цзо Цы - волшебник, иначе как он мог бы обходиться без пищи. И правитель решил убить Цзо Цы, но волшебник попросил разрешения удалиться.

- Почему ты хочешь уйти? - спросил Цао Цао.

- Потому что вы собираетесь убить меня, - ответил Цзо Цы.

Правитель сказал, что у него и мыслей таких не было, обещал исполнить просьбу мага и даже пригласил его на пир.

- Хорошо! - согласился Цзо Цы. - Прежде чем уйти, я с удовольствием выпью чарку вина.

Стояла зима, подогретое вино оказалось слишком горячим. Цзо Цы вынул из волос шпильку, чтобы размешать вино, и вдруг шпилька стала невидимой. Цао Цао захотелось первому отпить вино из чарки мага. Цзо Цы провел шпилькой линию на вине, и оно разделилось на две равные части: он выпил половину, а другую передал правителю. Но у того вдруг зародилось подозрение, и он не стал пить вино; тогда Цзо Цы, испросив разрешения, осушил чарку до дна. Потом подбросил ее к потолку, и она повисла в воздухе, как парящая птица. Все гости следили за чаркой, удивляясь, что она не падает. Тем временем Цзо Цы исчез, а сыщики донесли, что он вернулся домой.

Правитель решил непременно убить Цзо Цы; ему хотелось посмотреть, сможет ли волшебник избегнуть смерти. И он приказал схватить Цзо Цы. Но тот спрятался в стаде овец, и преследователи не могли его найти. Тогда они пересчитали все стадо - оказалось, что среди овец появился баран. Они поняли, что это волшебник.

- Наш господин хочет видеть тебя, - сказали преследователи. - Подойди, не бойся.

Огромный баран вышел вперед и упал на колени:

- Это правда?

- Вот он! - вскричали преследователи и бросились и барану.

Но тут все овцы вдруг превратились в баранов и попадали на колени, повторяя:

- Это правда? Это правда?

И снова преследователи не смогли схватить Цзо Цы. Позднее какому-то человеку стало известно местопребывание Цзо Цы, и он сообщил об этом правителю. Тот послал людей арестовать волшебника, и на этот раз им удалось схватить Цзо Цы, но не потому, что он не смог исчезнуть - просто волшебник хотел еще раз показать свое искусство. Цзо Цы бросили в темницу.

Когда тюремщик пришел, чтобы подвергнуть волшебника пытке, он увидел двух Цзо Цы - один находился в темнице, другой - перед дверью. И тюремщик не знал, кто настоящий Цзо Цы.

Цао Цао еще больше возненавидел мага и приказал казнить его на рыночной площади. Однако Цзо Цы снова исчез. Тогда стражники закрыли все городские ворота и стали разыскивать беглеца.

На вопросы людей, каков Цзо Цы, стражники отвечали:

- Он крив на один глаз, шапку носит простую, черную, и одежда на нем черная. Кто увидит его пусть схватит.

Но тут вдруг все находившиеся на рыночной площади стали кривыми и оказались в черных шапках и черной одежде, и - среди них Цзо Цы поймать не удалось.

Правитель приказал убивать каждого, кто был похож на Цзо Цы. Через некоторое время один стражник заметил подозрительного и убил его. Цао Цао, узнав об этом, очень обрадовался. Когда же убитого принесли к правителю, оказалось, что это охапка соломы, а труп исчез.

Приезжавшие из других мест говорили, что видели Цзо Цы в Цзинчжоу. Губернатор Лю Бяо решил поймать Цзо Цы и казнить за колдовство. Он вызвал свои войска.

Цзо Цы, узнав, что губернатор хотел бы своими глазами увидеть его искусство, подошел к нему и сказал:

- Я хочу преподнести каждому из ваших солдат скромный подарок.

- Ты ведь пришелец и совсем один, а у меня солдат много, как же ты можешь одарить каждого? удивился Лю Бяо.

Цзо Цы настаивал на своем. Тогда губернатор велел обыскать его, и стражники нашли при нем лишь сосуд с вином да в котомке связку сушеного мяса. Однако сдвинуть с места эти припасы не смогли десять стражников; Цзо Цы же один поднял их. Он нарезал мясо, бросил его на землю и попросил в помощь сто человек, чтобы раздать солдатам по чарке вина и по куску мяса, которое на вкус ничем не отличалось от обычного. Более десяти тысяч солдат получили угощение, а вина и мяса не убавилось. Приглашенные к столу гости - тысяча человек - сильно опьянели. Лю Бяо был поражен и отказался от мысли казнить волшебника.

Через несколько дней Цзо Цы ушел в область У, в Даньту, где он решил навестить некоего Сюй До, изучавшего искусство даосов. У ворот дома Сюй До возле повозок, запряженных буйволами, стояли какие-то люди.

- Хозяина нет,- сказали они, желая обмануть Цзо Цы.

Он знал, что люди лгут, но ушел. И вдруг лжецы увидели, что их буйволы стали вскарабкиваться на деревья. Они устремились вверх за животными, но те исчезли. Едва лжецы опустились на землю, буйволы снова полезли на деревья. Из ступиц повозок выросли шипы длиною в локоть, колеса не двигались с места.

Перепуганные люди побежали к Сюй До и принялись каяться:

- Приходил какой-то старик, кривой на один глаз. Мы думали, он человек незнатный, и обманули его, сказав, что вас нет дома. После его ухода все буйволы словно обезумели,

- Наверно, это был Цзо Цы! - воскликнул Сюй До. - Как вы посмели обмануть его! Поспешите, вы еще сможете его догнать!

Люди бросились искать Цзо Цы. Догнав его, стали с поклонами просить прощения, и Цзо Цы простил их. Когда они вернулись, буйволы уже успокоились.

Правитель области У по имени Сунь тоже замыслил убить Цзо Цы. Как-то, прогуливаясь вместе с Цзо Цы, он попросил гостя подойти к коню - так ему удобнее было нанести смертельный удар в спину. Цзо Цы в деревянных башмаках, с бамбуковым посохом побежал вперед. Сунь хлестнул коня и погнался за Цзо Цы; но догнать его не мог. Догадавшись, что Цзо Цы наделен волшебной силой, Сунь бросил преследование.

Позднее Цзо Цы сказал монаху по имени Гэ, что он уходит на гору Хошань добывать снадобье бессмертия.

Так Цзо Цы покинул мир.

ХОЗЯИН КУВШИНА

Никто не знал настоящего имени Хозяина кувшина. Более двадцати его книг о военном деле, об искусстве вызывать привидения, о врачевании болезней и о многом другом известны поныне и называются свитками Хозяина кувшина.

В Жунани смотрителем рынка был Фэй Чан-фан. Когда Хозяин кувшина приехал из дальних мест и стал торговать на рынке лекарствами, его никто не знал. Цену за свои лекарства он никогда не сбавлял, зато все болезни излечивал.

Он так говорил своим покупателям:

- Примешь это лекарство, потом изрыгнешь. В такой-то день будешь здоров.

И все происходило так, как предсказывал торговец.

Каждый день он продавал лекарств на много десятков тысяч монет и раздавал деньги бедным и сирым, себе же оставлял всего тридцать-пятьдесят медяков. В доме у него висел пустой кувшин, и всякий раз после захода солнца торговец лекарствами прыгал в этот кувшин и исчезал. Только Фэй Чан-фан, смотритель рынка, тайком наблюдавший за этими проделками, знал, что торговец человек необыкновенный. Фэй Чан-фан стал каждый день сам подметать перед лавкой торговца и угощать его; он был очень предупредителен и ничего не требовал. Торговец наконец заметил эту услужливость.

- Приходи ко мне сегодня вечером, когда все уйдут,- сказал он однажды смотрителю рынка.

Когда Фэй Чан-фан пришел, торговец ему сказал:

- Сейчас я прыгну в кувшин, ты прыгай за мной - тебе тоже хватит места.

Фэй Чан-фан поступил так, как говорил торговец, и оказался в кувшине. Но это был уже не кувшин, а страна небожителей. Фэй Чан-фан увидел высокие башни, арки, дворцы; множество слуг ожидали Хозяина кувшина.

- Я - небожитель, - сказал Хозяин кувшина своему гостю. - В наказание за мое нерадение я был послан к людям на землю. Ты показался мне достойным, поэтому мой выбор пал на тебя.

Фэй Чан-фан поклонился.

- Я - лишь простой смертный, обремененный грехами, - молвил он. - Вы пожалели меня - словно вдохнули жизнь в бездыханное тело, велели попрать смерть, и тлен и восстать к жизни. Боюсь, что я, многогрешный, недостоин, служить вам. За вашу доброту я буду вечно вам благодарен.

- Я о тебе самого высокого мнения, - отвечал небожитель. - Только никому об этом не говори.

Через некоторое время Хозяин кувшина поднялся к своему гостю, поселившемуся в верхних комнатах.

- У меня нашлось немного вина, -сказал он, - пошли за ним людей, мы его разопьем.

Фэй Чан-фан послал за вином человека, однако тот не смог поднять кувшин. Несколько десятков слуг пытались помочь ему, но безуспешно. Тогда Хозяин кувшина сам спустился вниз, одним пальцем поднял сосуд и принес его наверх. Они пили до сумерек, и, хотя сосуд был величиной с кулак, вино в нем не убавлялось.

- На днях я отправляюсь в путь, - сказал Хозяин кувшина, - последуешь ли ты за мной?

- Не хватает слов, чтобы высказать, как я рад следовать за вами, - молвил Фэй Чаи-фан. - Но я не хотел бы, чтобы об этом узнали мои родственники. Можно ли так сделать?

- Нет ничего легче, - отвечал, небожитель и дал ему зеленую ветвь бамбука. - Возвращайся домой, положи эту ветку в постель и скажись больным, а сам потихоньку уйди.

Фэй Чан-фан сделал так, как ему было велено. Родные, найдя в постели мертвое тело, оплакали его и похоронили… Между тем Фэй Чан-фан шел за Хозяином кувшина. Он очутяяся среди тигров, которые скалили зубы и разевали пасти, словно хотели сожрать Фэй Чан-фана, но он не пугался. На следующий день его заточили в каменную пещеру с огромным камнем, висевшим да соломенных веревках над самой головой. Змеи перегрызали эту веревку, и она вот-вот должна была оборваться. Однако Фэй Чан-фан и тут оставался спокоен.

Появился Хозяин кувшина и приободрил его.

- Ты достоин, познать истину, - проговорил он и приказал Фэй Чан-фану есть вонючий навоз, в котором кишели огромные черви. Тот заколебался.

Тогда Хозяин кувшина вздохнул и отпустил Фэй Чан-фана со словами:

- Ты не смог стать небожителем, но на земле ты будешь жить много сотен лет. - Затем дал ему запечатанный свиток и молвил:

- Храни этот свиток, и тебе будут подвластны духи и привидения, ты сможешь излечивать болезни и избавлять людей от несчастий.

Фэй Чан-фан сказал, что не знает, как добраться домой.

Тогда Хозяин кувшина дал ему бамбуковый посох и сказал:

- Сядь на него, он довезет тебя до дома.

Фэй Чан-фан сел на бамбуковый посох и вдруг - словно пробудившись ото сна - очутился дома.

Родные приняли его за выходца с того света, но он рассказал им все, что с ним произошло, а когда открыли гроб, нашли там лишь вепсу бамбука. Бамбуковый посох, на котором Фэй Чан-фан вернулся домой, он бросил в пруд, и посох превратился в зеленого дракона. Фэй Чан-фан полагал, что не был дома только один день, но родные сказали, что он отсутствовал целый год.

Фэй Чан-фан умел вызывать духов, лечить болезни, и не было случая, чтобы он кого-нибудь не исцелил. Часто, разговаривая с людьми, он хмурился и начинал ругаться. Когда его спрашивали о причине гнева, он отвечал.

- Я ругаю привидение.

Дело в том, что в Жунани обитало привидение. Несколько раз в году дух появлялся в сопровождении многочисленных всадников, словно правитель, входил под гром барабанов в городскую управу, совершал полный обход и затем удалялся.

- Однажды Фэй Чан-фан отправился к городской управе, когда привидение приближалось.

Наместник поспешно бежал, и Фэй Чан-фан остался у ворот один. Привидение, увидев Фэй Чанфана, не отважилось продолжать путь.

- Подойди-ка сюда! - крикнул Фэй Чан-фэн страшным голосом.

Дух сошел с колесницы, распростерся перед ним и, стукаясь лбом о землю, обещал искупить свои прегрешения.

- Умри, дряхлая тень! - вскричал Фэй Чап-фан. - Как ты осмелился, позабыв обо всем, устраивать безобразия в городской управе? За это ты заслуживаешь смерти. А теперь явись в своем настоящем виде!

И привидение превратилось в огромную, как колесо повозки, черепаху с большой головой. Фэй Чан-фан приказал ей принять облик человека, затем дал запечатанный свиток и велел доставить его правителю Гэпи. Дух поклонился и, обливаясь слезами, отправился в путь. Фэй Чан-фан послал вслед за ним людей, которые нашли свиток, лежащий около холма, а мертвое привидение было привязано к дереву.

Позднее Фэй Чан-фан отправился в Дунхай.

В тех местах три года стояла сильная жара, люди молили небо о дожде, и Фэй Чан-фан сказал им:

- Владыка этих мест хотел соблазнить повелительницу Гэпи, и я велел схватить его. Вот почему такая долгая засуха. Но теперь я его освобожу и велю ему послать дождь.

И вскоре хлынул ливень.

Фэй Чан-фан при помощи магии умел сделать так, что человек видел происходящее на расстоянии тысячи ли.

ЧУДЕСА, КОТОРЫЕ ТВОРИЛ ДУН ФЭН

Дун Фэн, известный также под именем Цзюнь И, жил в Хоугуани при первом императоре из дома У. Однажды местный правитель увидел Дун Фэна и решил, что ему дет тридцать- он не знал, что Дун Фэн бессмертен.

Через пятьдесят с лишним лет, оставив службу, правитель проезжал по этим местам. Он заметил, как постарели все его бывшие подчиненные, лишь один Дун Фэн выглядел как в прежние дни.

- Тебе, наверно, известен секрет бессмертия, - сказал он Дун Фзну. - Ты кажешься еще более молодым, чем прежде, а я стал седым стариком. Чем это объяснить?

- Случайностью, - отвечал Дун Фэн.

В те дни правитель Цзяочжоу по имени Ду Се умер от яда. Дун Фэн тут же оказался в Цзяочжоу.

Он вложил в рот умершего три лекарственных шарика, влил воды и велел потрясти его голову, чтобы лекарство прошло внутрь. Ду Се сразу зашевелился, лицо его порозовело, а к вечеру он мог уже сидеть. Через четыре дня правитель заговорил. Он пытался вспомнить, как умер… Какие-то люди в черных одеждах подхватили его и посадили в колесницу. Его провезли через большие красные ворота и бросили в тюрьму, где были отдельные темницы, и в каждой содержался только один узник. Темницу Ду Се засыпали землей; ни один луч света не проникал в нее. Вдруг правитель услышал голос, возвестивший о том, что повелитель всех богов Тай И послал гонцов за Ду Се. Вскоре темница открылась, и он был вызволен. Он увидел колесницу с красным балдахином, в которой сидели три человека. Один из них, державший табличку - знак пославшего его повелителя, пригласил Ду Се сесть в колесницу. Ду Се уверял, что, очнулся еще до того, как добрался до своего дома.

Воскресший поднялся и сказал Дун Фэну:

- Я даже не знаю, чем отблагодарить тебя за твое милосердие.

Он построил для своего избавителя башню посреди двора. Заметив, что Дун Фэн ест только сушеные финики и запивает их вином, правитель велел трижды в день приносить в башню финики и вино. Дун Фэн всякий раз прилетал, словно птица, и, насытившись, вновь улетал. Так прошло более года, и Дун Фэн решил покинуть правителя. Обливаясь слезами, Ду Се умолял его остаться, но напрасно.

- Куда вы держите путь? - спрашивал Ду Се. - Быть может, вам нужен корабль?

- Корабль мне не нужен, мне надобен гроб, - отвечал Дун Фэн.

Ду Се велел приготовить гроб. На другой день, когда солнце стояло в самом зените, Дун Фэн скончался. Правитель положил его в гроб и похоронил. Через семь дней прибыл человек из Юнгана, который от имени Дун Фэна в самых почтительных выражениях благодарил Ду Се.

Правитель, выслушав посланца, открыл гроб и нашел там лишь кусок шелка. На одной стороне была нарисована фигура человека, на другой - красный амулет.

Между тем Дун Фэн поселился у подножия горы Лушань, в округе Люйчжан. Однажды к нему принесли прокаженного, находившегося при смерти, и умоляли оказать ему помощь. Дун Фэн велел посадить прокаженного в отдельную комнату и крепко закутать пятью покрывалами.

Больной потом рассказывал, что он чувствовал, как какое-то существо облизывало его всего с головы до ног, и это вызывало нестерпимую боль; язык у существа был длинный, а сопело око, словно буйвол. Вскоре чудище исчезло, и явился Дун Фэн.

Обмыв прокаженного в пруду, он сказал:

- Теперь ты будешь здоров, но оберегай себя от простуды в течение десяти с лишним дней.

Все эти дни тело больного было багрового цвета и мучительно болело, но после обмывания боль прекращалась. Через двадцать дней у него образовалась новая кожа - белая и гладкая.

Потом случилась сильная засуха. Правитель уезда по имени Дин Ши-янь сказал своим людям:

- Я слышал, Дун Фэн обладает чудодейственной силой. Он, наверно, может послать дождь.

Захватив вино и угощения, он отправился к Дун Фэну и рассказал ему о засухе.

- Вызвать дождь легко, - проговорил Дун Фэн. И, оглядев свое жилище, добавил:

- Вот только лачуга у меня ветхая, сквозь крышу небо видно. Что я буду делать, если пойдет дождь?

Правитель понял намек.

- Я построю для тебя хороший дом, - обещал он, - ниспошли только дождь.

На следующий день Дин Ши-янь привел с собою более ста человек, которые несли бамбук и бревна для нового дома. За водой, чтобы размесить глину, надо было идти за несколько ли.

- Не ходите, - предупредил Дун Фэн людей, - вечером будет дождь.

И действительно, вечером начался ливень к великой радости всех окрестных жителей.

Дун Фэн жил в горах и земледелием не занимался. Каждый день он лечил больных, а денег с них не брал. Излечив тяжелобольного, он лишь просил его посадить пять абрикосовых деревьев;

избавившиеся от легкой болезни сажали по одному дереву. Через несколько лет вырос лес, в котором было более ста тысяч абрикосовых деревьев, здесь поселились разные птицы и животные. Лишь трава не разрасталась в лесу, словно ее постоянно выпалывали. Вскоре Дун Фэн собрал большой урожай абрикосов, построил амбар и объявил людям:

- Каждый может брать меру абрикосов без платы, но должен принести в амбар меру зерна.

Находились люди, которые норовили унести абрикосов больше, чем приносили зерна. Тогда из леса выскакивала стая тигров и с рычанием преследовала обманщиков. Те убегали в страхе, роняя лишние абрикосы. Очутившись дома, они взвешивали оставшиеся плоды, и всегда оказывалось, что абрикосов ровно столько, сколько они отнесли зерна. Тех же, кто воровал абрикосы, тигры загрызали насмерть. Но если родные посылали украденные плоды обратно и умоляли Дун Фэна простить вора, Дун Фэн его воскрешал.

Дун Фэн постоянно обменивал абрикосы на зерно и раздавал его бедным, нищим и странникам.

Каждый год бедняки получали от него более двадцати тысяч мер зерна.

У правителя уезда была дочь, которую околдовал какой-то злой дух. Ее пробовали лечить, но ничего не действовало.

Тогда правитель пришел к Дун Фэну и сказал:

- Спасите мою дочь, и я отдам ее вам в услужение.

Дун Фэн согласился и вызвал духа - белого крокодила длиною метров в тридцать. Когда крокодил пополз к дверям больной, Дун Фэн велел слугам убить его. Девушка тут же выздоровела.

Дун Фэн взял ее себе в жены, но детей у них не было. Дун Фэн часто отлучался из дому, и его жена, чтобы не оставаться в одиночестве, привела в дом девочку лет десяти.

Однажды Дун Фэп вознесся на небо. Его жена и приемная дочь остались жить в его доме. Они перебивались тем, что продавали абрикосы. Тех, кто их обижал, преследовали по пятам тигры.

Дун Фэн прошил среди людей более трехсот лет, а на вид ему было лет тридцать.

ПРОДОЛЖЕНИЕ РАССКАЗОВ О ЯВЛЕНИИ ДУХОВ

ДВА ОХОТНИКА

Однажды Юань Сян и Гэнь Шо, жители Яньсяня в округе Гуйцзи, отправились на охоту. Миновав много ущелий и хребтов, они заметили горных козлов и стали их преследовать. Козлы проскочили каменный мост, затем понеслись через скалы и пропасти, и охотники расстались с мыслью догнать их. Вдруг они увидели отвесную скалу красного цвета. Сверху низвергалась вода, белая как холст, поэтому местные жители называли этот поток «льющийся холст». Взобравшись на скалу, охотники обнаружили вход в пещеру, похожий па ворота, и вошли в нее. Они очутились на равнине, поросшей душистыми травами и деревьями, среди которых стояла небольшая хижина. В этой хижине жили две девушки лет пятнадцати необыкновенной красоты; одеты они были в синие платья. Одну звали Ин Чжу, что значит «блистающий жемчуг», другую.. (В оригинале утрачены два знака, обозначающие имя девушки.) Завидев охотников, девушки несказанно обрадовались.

- Мы давно вас ждем, - сказали они.

И охотники взяли этих девушек себе в жены. Однажды молодые женщины собрались в путь.

- Наша подруга выходит замуж, мы хотим ее поздравить, - сказали они и ушли.

Их шаги гулко звучали над пропастью.

Через некоторое время охотники, тосковавшие по родным местам, тоже захотели отлучиться. В пути их настигли жены и дали им мешок, крепко-накрепко наказав не открывать его. После этого охотники продолжали свой путь.

Как-то раз, когда охотники ушли из дому, родные развязали мешок; в нем лежали цветы лотоса.

Когда был снят пятый слой лепестков, из цветов вылетела синяя птица. Охотники, вернувшись и узнав о случившемся, загрустили.

На другой день они отправились работать в поле. А когда родные принесли им обед, то увидели лишь оболочки, какие остаются после линьки цикад.

ДЕВА БЕЛЫХ ВОД

В годы правления императора Ань-ди (император Ань-ди правил с 397 по 418 г.) из династии Цзинь в Хоугуани жил молодой человек по имени Се Дуань. Оя рано лишился родителей и воспитывался у соседей, так как родственников у него не было, а к восемнадцати годам стал жить самостоятельно. Это был тихий, скромный парень, и соседи, сокрушаясь, что он живет один, пытались подыскать ему невесту.

Се Дуань. ложился спать поздно, вставал рано и весь день с утра до вечера трудился в поле.

Однажды недалеко от деревни он нашел огромную улитку с чайник величиной и решил принести ее домой как диковинку. Он посадил улитку в большой кувшин и держал дней десять. С этих пор Се Дуань, возвращаясь с поля, обнаруживал дома приготовленную еду и питье, а в очаге - огонь.

Он думал, что это заботы соседей, и через несколько дней отправился к ним, чтобы поблагодарить.

- Мы ничего не делали, - удивились соседи, - и не за что нас благодарить.

Се Дуань решил, что они шутят. Но все продолжалось, как и прежде, и Се Дуавь снова пошел к соседям.

- Да ты, наверное, тайком женился, и жена готовит тебе еду, - смеялись они.

Се Дуань был очень удивлен.

Однажды, только пропели петухи, он, как обычно, ушел в поле, но вскоре, никем не замеченный, вернулся. Спрятавшись за плетнем, он стал наблюдать за своим домом. И тут он увидел, как из кувшина появилась молодая девушка и стала разводить огонь в очаге. Се Дуань вошел к комнату и заглянул в кувшин - улитки не было.

Тогда он обратился к девушке:

- Откуда ты явилась и почему готовишь мне еду? Девушка очень испугалась и тщетно пыталась скрыться в кувшин.

- Я - Дева Белых вод Млечного Пути, - наконец промолвила девушка. - Владыка неба пожалел тебя, сироту, за твою скромность и послал меня, чтобы я заботилась о тебе. Не прошло бы и десяти лет, как ты разбогател и женился, а я удалилась бы. Но ты застиг меня врасплох, и я не могу больше оставаться у тебя. Работай по-прежнему в поле, лови рыбу, руби деревья. Я оставлю тебе свою раковину, держи в ней рис - она никогда не будет у тебя пустой.

Се Дуань умолял девушку остаться, но она была непреклонна. Вдруг налетела буря, и девушка исчезла.

Се Дуань воздвиг кумирню в честь Девы Белых вод и в определенный день приносил жертвы.

Богатым он не стал, но всего у него было вдоволь. Соседи, наконец, подыскали ему невесту, и он женился. Потом Се Дуань стал правителем тех мест.

Храм Девы Белых вод и по сей день стоит недалеко от дороги.

ВЕРНЫЙ ПЕС

В годы Тай-хэ (Тай-хэ - девиз царствования цзиньского императора Хай Си гуна (366-370).) в Гуанлине жил человек по фамилии Ян. У него была собака, которую он очень любил и всюду брал с собой. Однажды зимой, напившись пьяным, он уснул в густой траве около болота. В это время поднялся ветер, и жители, как обычно, стали выжигать траву. Собака бегала вокруг хозяина и лаяла, но тот был сильно пьян и не просыпался, Тогда пес вывалялся в луже, находившейся неподалеку, и улегся около хозяина. Много раз окунался пес в воду и возвращался к хозяину, пока вся трава вокруг пьяного не стала мокрой. Лишь проснувшись, Ян понял, что произошло.

В другой раз, бредя в темноте, Ян свалился в пересохший колодец. Собака выла около колодца до самого утра, пока какой-то прохожий заметил ее и догадался заглянуть в колодец.

- Помоги мне выбраться отсюда, - крикнул ему Ян, - и я ничего для тебя не пожалею.

- Отдай мне пса, - был ответ.

- Этот пес спас мне жизнь, его я не могу отдать» - сказал Ян. - Проси что-нибудь другое.

- Тогда оставайся там, где сидишь, - услышал он.

В этот момент пес как бы умоляюще заглянул в колодец, и Ян согласился отдать его.

- Ладно, собака твоя, - сказал он прохожему.

Тот помог Яну выбраться из колодца и увел собаку на веревке.

Через пять дней пес вернулся к Яну.



Pages:   || 2 |



Похожие работы:

«Журнал "Россия и современный мир" Юрий Игрицкий Россия и современный мир № 3 / 2010 "Агентство научных изданий" Игрицкий Ю. И. Россия и современный мир № 3 / 2010 / Ю. И. Игрицкий — "Агентство научных изданий", 2010 — (Журнал "Россия и современный мир") Профиль журнала – анализ проблем прошлого, наст...»

«АВТОНОМНАЯ НЕКОММЕРЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ЯКУТСКИЙ ГУМАНИТАРНЫЙ ИНСТИТУТ Одобрено на заседании кафедры трудового права и социальной работы протокол №1 от 31.08.2015 г. Рекомендовано на заседании УМС протокол №1 от 07.09.2015 г. УТВЕРЖДАЮ Проректор по учебной и научной А.Д. Рабинович Аннотация к раб...»

«ШУРИНОВА Наталья Сергеевна ЭВОЛЮЦИЯ АВТОБИОГРАФИЧЕСКИХ ФОРМ В ТВОРЧЕСТВЕ Ж.-П. САРТРА (НА МАТЕРИАЛЕ "ДНЕВНИКОВ СТРАННОЙ ВОЙНЫ" И "СЛОВ") Специальность 10.01.03 – Литература народов стран зарубежья (европейская и американская литература) Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических...»

«Бучацкий И.В. Вопросы использования современных цифровых технологий для хранения и обработки "больших исторических данных" Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках проекта № 13-31-11003 "Разработка междисциплинарной информационноаналитической платформы "История современной России". Аннотация: Развити...»

«Серия История. Политология. Экономика. Информатика. 100 НАУЧНЫЕ ВЕДОМОСТИ 2013 № 8 (151). Выпуск 26 УДК 941471.081 ТРАДИЦИИ И НОВАЦИИ В КРЕСТЬЯНСКИХ ПРЕДСТАВЛЕНИЯХ О ПОМЕЩИЧЬИХ ДОБРОДЕТЕЛЯХ В 60-90-Е ГГ. XIX В*. В статье рассматривается феномен во...»

«147 • знать историю проблемы: какой она была, как развивалась, чем стала.• знать итог развития массового сознания по проблеме. Изучение того, как развивались представления масс о той или иной проблеме объективной действительности, невозможно без знания сути данных проблем, основных этапов и спе...»

«Ольга БОТУШАНСКАЯ Здесь связь времен и мудрость поколений История Одесской государственной научной библиотеки началась в 1829 году, когда молодая Одесса отмечала свое 35 летие. Именно тог...»

«Приходько Максим Александрович УЧЕНИЕ РАННИХ АПОЛОГЕТОВ В ИСТОРИКО-ФИЛОСОФСКОМ КОНТЕКСТЕ (ИУСТИН ФИЛОСОФ И ТАТИАН АССИРИЕЦ) Специальность 09.00.03 – история философии АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата фило...»

«Barnes T. D. Early Christian Hagiography and Roman History. Tbingen: Mohr Siebeck, 2010. XX, 437 p. Книга Тимоти Дэвида Барнса "Раннехристианская агиография и римская история" опубликована в Тюбингене в издательстве "Mohr Siebeck", специализирующемся на...»

«Тирацян, Г. А. (1972) Некоторые аспекты внутренней организации армянской сатрапии. pp. 99-116. Н Е К О Т О Р Ы Е АСПЕКТЫ В Н У Т Р Е Н Н Е Й О Р Г А Н И З А Ц И И АРМЯНСКОЙ САТРАПИИ Г. А. ТИРАЦЯН Проблема,института сатрапа и весь круг "вопросов, связанных с ним, в...»

«ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ. Литературоведение №2 УДК 82.09 ИСТОРИОГРАФИЯ ЖАНРА НОВЕЛЛЫ: ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ Л.И. СЕМЧЕНОК (Полоцкий государственный университет) Рассмотрены основные проблемы теории жанра новеллы. В...»

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Кафедра истории русской литературы Андрей Владимирович Кокорин ПРОБЛЕМЫ ИЗДАНИЯ И КОММЕНТИРОВАНИЯ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ПРОЗЫ Ю.К.ОЛЕШИ (НА МАТЕРИАЛЕ РОМАНА "ЗАВИСТЬ") Выпускная квалифика...»

«Сведения об авторах Алексеев, Евгений Павлович (ev-alex@yandex.ru). Кандидат искусствоведения, доцент кафедры истории искусств уральского федерального университета имени первого Президента россии Б. н. Ельцина (620000, Екатеринбург, пр. ленина, 51; (343) 3507364). сфера научных интересов — художественная жизнь урала ХХ в., русское и...»

«Владимир Кучин Всемирная волновая история от 1890 г. по 1913 г. http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=11642340 ISBN 978-5-4474-2123-6 Аннотация Книга содержит хронологически изложенное описание исторических событи...»

«С. П. ЗНАМЕНСКИЙ "Сверхчелове " Ницше Прежде чем излагать учение Ницше о сверхчеловеке, мы считаем необходимым сделать несколько замечаний о личнос ти этого мыслителя, рассматривая ее в связи с его произведе ни...»

«У Д '// -У ' ; Б у р я т с к о е к н и ж н о е издательство Улан-Удэ 1983 * * ОТ АВТОРА 5 В ВЕД ЕНИ Е 7 /. У д и н с к и й острог — г о р о д В е р х н е у д и н с к 1666— 1917 зг. 15 В е р х н е у д и н с к — У л а н У д э — столица //. Бурят ской А С С Р 1917— 1945 гг. 85 У л ан -У д э строится ///. 1945— 1981 гг. 129 П Р ИМ...»

«Генеральная конференция 37 C 37-я сессия, Париж 2013 г. 37 C/16 16 августа 2013 г. Оригинал: английский Пункт 5.2 предварительной повестки дня Иерусалим и выполнение резолюции 36 С/43 АННОТАЦИЯ Источник: резолюция 36 C/43, решения 191 EX/5 (...»

«Александр ОБОЛОНСКИЙ Перекрестки российской истории: упущенные шансы Думается, киплинговская формула "Запад есть Запад — Восток есть Восток" не случайна вошла в анналы. За ней стоя...»

«НАРОДНАЯ ХИРУРГИЯ КЫРГЫЗОВ ПО ЭПОСУ "МАНАС" Тентигул кызы Н.1, Аалиева Г.К.2 Тентигул кызы Назира кандидат исторических наук, старший преподаватель, кафедра философии и общественных наук, Кыргызская государственная мед...»

«Министерство культуры Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное учреждение культуры "КИРИЛЛО-БЕЛОЗЕРСКИЙ ИСТОРИКО-АРХИТЕКТУРНЫЙ И ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ МУЗЕЙ-ЗАПОВЕДНИК" Новые поступления Воронова О.В., Фото Бородул...»

«Глава 1. ПРИНУДИТЕЛЬНЫЙ ТРУД КАК ОСНОВА СОЦИАЛИЗМА В советской историографии тема труда при социализме всегда занимала почетное место. Написано огромное количество книг и статей о формировании новой трудовой дисциплины, о коммунистическом отношении к труду и его различных проявлениях: трудовых починах, ударничестве, социалистическом соревновании. Особенн...»

«ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ ОЛИМПИЙСКИХ ИГР. Учитель Чанышева С.Р. МБОУ СОШ №4. г.Белгород История древних олимпийских игр необычайно богата. Олимпийские игры появились в IX в. до н. э. В те времена греческие государства разоряли друг друга в бесконечных войнах. Ифит, царь Элиды, прибыл в Дел...»

«ЛЕГЕНДА О СОВЕ История первая. "СУМЕРКИ БОГОВ" Книга, которую вы сейчас прочтете, рождена под счастливой звездой. Последняя новинка, всего за 9.99 социокредитов. Автор: Лысенко Александр Дмитриевич сентябрь 2012 года На данную книгу оформлено авто...»

«жзадго* ш " яфзм^зпм/ььрь илшшгмш "ъчдлцлфр ИЗВЕСТИЯ АКАДЕМИИ НАУК АРМЯНСКОЙ ССР 2шошгш1|ш1|шБ чфштр^ЬЬЬг № 7, 1953 Общественные науки К Р И Т И К А И БИБЛИОГРАФИЯ I О книге Г. Микаеляна „История Киликийского армянского государства* I Рецензируемое исследование Г. Г....»

«Туберкулез: забыт, но не побежден FIGHTBACK ТУБЕРКУЛЕЗ: ЧТО МЫ ЗНАЕМ О НЕМ ПРОФЕССОР И.А. ВАСИЛЬЕВА РАССКАЗЫВАЕТ ОБ ОСОБЕННОСТЯХ БОРЬБЫ С ТУБЕРКУЛЕЗОМ В РОССИИ Курс на снижение заболеваемости Профессор Тлеухан Абилдаев делится опытом Казахстана в...»

«1. Статус муниципального образования – Крутоярское сельское поселение Муниципальное образование – Крутоярское сельское поселение является самостоятельным муниципальным образованием в составе Касимовского муниципального района. Крутоярск...»

«История тюрков УДК 94(37) ББК 63.3(0)32 А29 Все права защищены. Ни одна из частей этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав. Аджи, Мурад А29 История тюрков / М. Аджи. – Москва: АСТ, 2015. – 317,[3] с.: ил. – (Великие...»








 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.