WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |

«Волин В.М. Неизвестная революция. 1917–1921 //НПЦ «Праксис», Москва, 2005 ISBN: 5-901606-07-8 FB2: J. S., 02 April 2011, version 1.0 UUID: BB75C7D1-9D24-41DD-8753-55552ADFF4DF PDF: ...»

-- [ Страница 9 ] --

3) Реввоенсовету повстанческой армии принять все меры к разъяснению бойцам необходимости проводимой меры.

Подписали: Командующий Южфронтом М. Фрунзе, член реввоенсовета Смилга, нач. полев. Штаба армии Каратыгин.[274]»

Пусть читатель вспомнит историю соглашения между советским правительством и махновцами.

Подписанию соглашения предшествовали переговоры между полномочными представителями махновцев и большевистской делегацией во главе с коммунистом Ивановым, прибывшей специально с этой целью в лагерь повстанцев в Старобельск.

Переговоры продолжились в Харькове, где представители махновцев в течение трех недель работали вместе с большевиками, чтобы сделать соглашение приемлемым для обеих сторон. Каждый раздел тщательно рассматривался и обсуждался.

Окончательную редакцию соглашения одобрили обе стороны, то есть Советское правительство и район революционных повстанцев в лице Совета революционных повстанцев Украины. Оно было скреплено подписями той и другой стороны.

В соответствии с духом соглашения, ни один из его разделов не мог быть аннулирован или изменен без согласия обеих сторон.

Однако приказ Фрунзе нарушал не только первый раздел военного соглашения, но и само соглашение в целом.

Приказ Фрунзе доказывает, что большевики никогда не принимали соглашение всерьез; что, разрабатывая его, они играли гнусную комедию; что соглашение было всего лишь надувательством, маневром, ловушкой, чтобы бросить махновцев против Врангеля, а затем уничтожить их.

Главное, что при всей своей грубоватой «честности» — или наивности — приказ

Фрунзе служил тем же целям. Действительно:

1. Одновременно с приказом № 00149 4-я крымская армия получила приказ выступить против махновцев всеми имеющимися в распоряжении вооруженными силами в случае отказа повстанцев повиноваться;

2. Ни штабу Повстанческой армии, остававшемуся в Гуляй-Поле, ни махновской делегации в Харькове об этом приказе сообщено не было. Махновцы узнали о нем лишь через три или четыре недели после нападения большевиков из газет, случайно попавших им в руки. Этот странный факт легко объясним. Большевики, тайно готовившие неожиданное нападение на повстанцев, не хотели заранее встревожить их, посылая такой документ: тогда их план полностью бы провалился. Подобный приказ предостерег бы всех махновцев, и нападение большевиков неизбежно было бы отражено. Советская власть понимала это. Вот почему она до последнего момента сохраняла тайну.

3. Но, с другой стороны, ей необходимо было любым путем оправдать агрессию.

Вот почему приказ Фрунзе был опубликован в газетах лишь после нападения и разрыва. Впервые его напечатала 15 декабря 1920 года харьковская газета «Коммунист».

Номер был помечен задним числом.

Целью подобных махинаций было застигнуть махновцев врасплох, уничтожить их и затем объявить эту акцию, имея на руках соответствующие бумаги, совершенно «законной».

Как мы уже говорили, нападение на махновцев сопровождалось массовыми арестами анархистов по всей Украине. Это было сделано с целью не только окончательно подавить всякую свободную мысль и деятельность анархистов, но и удушить малейшие проявления протеста, уничтожить в зародыше всякую попытку объяснить народу подлинный смысл событий.

Не только сами анархисты, но и их родные и знакомые, даже те, кто интересовался их литературой, арестовывались.

В Елисаветграде в тюрьму были брошены пятнадцать ребят в возрасте от 15 до 18 лет. Правда, впоследствии вышестоящие власти Николаева (губернского центра) выразили свое недовольство, заявив, что им нужны «настоящие анархисты», а не дети.





Но никто из подростков не был немедленно освобожден.

В Харькове преследования анархистов приняли невиданные размеры. На них анархистов проводились облавы. Одна такая ловушка была устроена в книжной лавке «Свободное Братство»; всякого, кто приходил купить книгу, хватали и отправляли в ЧК. Арестовывали даже тех, кто читал газету «Набат», выходившую легально и развешанную на стенах лавки.

Большевикам не удалось поймать одного из харьковских анархистов, Григория Цесника, и они бросили в тюрьму его жену, совершенно далекую от политики. Узница объявила голодовку, требуя немедленного освобождения. Тогда большевики заявили, что если Цесник хочет увидеть свою жену на свободе, он должен всего лишь явиться в ЧК. Цесник, тяжело больной, так и поступил — и был арестован.

Мы говорили, что штаб и командующий махновской армией в Крыму, Семен Каретников, были предательски арестованы и сразу же казнены.

Марченко, командующему конницей, окруженной многочисленными отрядами 4й Красной Армии, все же удалось с боем прорваться через Перекопские укрепления.

Днем и ночью, форсированным маршем его люди — точнее то, что от них осталось — добирались до Махно (которому, как мы вскоре увидим, вновь удалось ускользнуть от большевиков), находившемуся в маленькой деревне Керменчик.

До повстанцев уже донесся слух о том, что махновцам удалось успешно выбраться из Крыма, и они с радостью ожидали возвращения товарищей.

Наконец 7 декабря галопом прискакал верховой, сообщивший, что отряд Марченко прибудет через несколько часов.

Находившиеся в Керменчике махновцы в радостном волнении отправились встречать героев.

Каково было их разочарование, когда они, наконец, увидели вдалеке медленно приближающуюся небольшую группу всадников.

Вместо мощного полуторатысячного кавалерийского отряда из пекла возвращалась лишь горстка в 250 человек. Во главе ехали Марченко и Тарановский (другой выдающийся командир Повстанческой армии).

— Имею честь доложить вам о возвращении Крымской армии, — с горькой иронией произнес Марченко.

У нескольких повстанцев достало сил улыбнуться. Но Махно был мрачен. Вид жалких остатков его превосходной кавалерии причинил ему жестокую боль. Он молчал, пытаясь сдержать чувства.

— Да, братцы, — добавил Марченко, — только теперь мы узнали, кто такие коммунисты.

Немедленно было созвано общее собрание. На нем рассказали о событиях в Крыму. Так стало известно, что командующий армией Каретников, получивший приказ большевистского штаба отправиться в Гуляй-Поле якобы для участия в военном совете, был предательски арестован по дороге; что Гавриленко, начальник штаба Крымской армии, а также все члены этого штаба и многие командиры, были обмануты тем же манером. Всех их немедленно расстреляли. Комиссию по культуре и пропаганде, заседавшую в Симферополе, арестовали безо всякой военной хитрости.

Так победоносная Крымская Повстанческая армия были предана и уничтожена большевиками, своими вчерашними союзниками.

После ареста из Харькова меня перевели в московскую тюрьму ВЧК. Однажды меня вызвал к себе Самсонов, начальник «Секретно-политического отдела ВЧК».

Вместо допроса он устроил со мной идейную дискуссию. Так нам удалось поговорить о событиях на Украине.

Я без обиняков высказал ему все, что думал о поведении большевиков по отношению к махновскому движению, назвал их действия подлыми.

— Ах! — живо отреагировал он. — Это вы называете «подлостью»? Вы неисправимо наивны. Это лишь говорит о том, что мы, большевики, многому научились с начала революции и стали настоящими умелыми государственными деятелями. Мы уже не дадим себя провести; пока нам был нужен Махно, мы сумели извлечь выгоду из союза с ним, а когда перестали нуждаться в его услугах — или, точнее, когда он начал мешать нам, — смогли окончательно избавиться от него.

Хотя Самсонов не отдавал себе в этом отчета, своими последними словами — которые мы подчеркнули — он полностью признал истинные причины поведения большевиков и всех их махинаций. Эти слова следует хорошо запомнить всем, кто продолжает упорствовать в своем непонимании подлинной природы государственного коммунизма.

Последний смертельный бой Власти и Революции (ноябрь 1920-го — август 1921 года).

Нам остается кратко рассказать о последних и самых драматичных событиях смертельной борьбы между Властью и Революцией.

Читатель уже мог увидеть, что, несмотря на тщательность подготовки и внезапность нападения, Махно и на этот раз ускользнул от большевиков.

26 ноября, в тот момент, когда Гуляй-Поле было окружено красноармейскими соединениями, в нем находился лишь небольшой особый отряд из 250 всадников во главе с самим Махно.

С этой горсткой людей, ничтожной по численности, но в отчаянии готовой на все, Махно — хотя он едва оправился от болезни и жестоко страдал от ран (последней из которых была перебитая лодыжка) — бросился в атаку. Ему удалось опрокинуть кавалерийский полк Красной Армии, шедший к Гуляй-Полю со стороны Успеновки. Так он вырвался из окружения[275].

Тотчас он занялся организацией отрядов повстанцев, прибывавших к нему отовсюду, а также частей красноармейцев, оставивших большевиков и присоединившихся к нему.

Ему удалось сформировать отряд в тысячу всадников и полторы тысячи пехотинцев, с которым он перешел в контратаку.

Неделю спустя он вновь был хозяином Гуляй-Поля, заставив отступить 42-ю дивизию Красной Армии и захватив около 6 тысяч пленных. (Из них примерно две тысячи заявили о своем желании вступить в Повстанческую армию; остальные были освобождены в тот же день после участия в большом народном митинге.)[276] Три дня спустя Махно нанес новый серьезный удар большевикам под Андреевкой. В течение суток он вел бой с двумя дивизиями Красной Армии и одержал победу, захватив еще от 8 до 10 тысяч пленных. Они так же были немедленно освобождены; все желающие записались добровольцами в Повстанческую армию[277].

Затем Махно последовательно нанес еще три удара Красной Армии: под Комаром, Царевоконстантиновкой и в окрестностях Бердянска. Большевистская пехота сражалась неохотно и пользовалась любой возможностью сдаться в плен.

«Пленных красноармейцев тотчас же отпускали, советуя им ехать на родину и не служить в руках власти орудием угнетения народа. Но ввиду того, что махновцы тут же двигались дальше, все отпущенные пленные через 5–6 дней вновь оказывались в своих частях. Советвласть организовывала особые комиссии, которые специально занимались сбором отпущенных махновцами красноармейцев. Таким образом, для махновцев в этой борьбе создался заколдованный круг, из которого они не могли найти разумного выхода. Положение советвласти было проще: согласно постановлению «Особой комиссии по борьбе с махновщиной», всех захваченных махновцев расстреливали на месте».[278] Некоторое время махновцам казалось, что им сопутствует победа, что достаточно разбить две или три большевистские дивизии, и значительная часть Красной Армии присоединится к ним, а остальные ее отряды отступят на север.

Но вскоре крестьяне из различных уездов сообщили, что большевики не довольствуются одним преследованием Повстанческой армии и размещают во всех захваченных селах целые полки, в основном кавалерийские. По сообщениям других крестьян, большевики концентрируют в различных местах значительные вооруженные силы.

Действительно, вскоре несколько пехотных и кавалерийских дивизий окружили Махно в Федоровке, к югу от Гуляй-Поля. Бой продолжался без передышки с двух часов ночи до четырех дня. Пролагая себе путь по территории, занятой противником, Махно направился на северо-восток. Но три дня спустя он вновь вынужден был принять бой возле деревни Константин, ему противостояла многочисленная конница и мощная артиллерийская батарея, взявшие его в тиски. От нескольких пленных командиров Махно узнал, что ему предстоит иметь дело с четырьмя армейскими корпусами, двумя кавалерийскими и двумя смешанными, и большевистское командование ставит перед собой цель взять его в кольцо с помощью нескольких дивизий, идущих на соединение со своими. Эти сведения полностью совпадали с сообщениями, полученными от окрестных крестьян, а также с наблюдениями и выводами самого Махно.

Становилось ясно, что разгром двух или трех красных соединений не имеет никакого значения перед лицом огромной армии, брошенной против повстанцев, чтобы разбить их любой ценой.

Речь уже не шла о победе над большевистскими войсками — необходимо было избежать окончательного разгрома Повстанческой армии.

Армия эта, сократившаяся до менее чем 3 тысяч бойцов, была вынуждена ежедневно вести бои против противника, в несколько раз превосходящего ее численностью и оружием. В подобных условиях катастрофа уже не вызывала сомнений.

Тогда Совет революционных повстанцев решил временно оставить южный район, предоставив Махно полную свободу в выборе направления общего отступления.

«Гению Махно было предъявлено величайшее испытание. Казалось совершенно невозможным выйти из той массы войск, которая со всех сторон вцепилась в группу повстанцев. Три тысячи бойцов-революционеров были окружены войском в 150000 человек. Махно ни на минуту не потерял мужества и вступил в героическое единоборство с этими войсками. Окруженный со всех сторон красными дивизиями, он, как сказочный герой, шел, отбиваясь направо, налево, вперед и назад. Разбив несколько красноармейских групп и взяв в плен свыше 20000 красноармейцев, Махно пошел было на восток, к Юзовке, где, как его предупредили юзовские рабочие, ему был устроен сплошной военный заслон, но вдруг круто повернул на запад и пошел фантастическими, ему одному ведомыми путями. Сторонясь дорог, армия сотни верст двигалась по снежным полям, руководимая каким-то изумительным способом и умением ориентироваться в снежной пустыне. Этот маневр дал возможность армии махновцев увернуться от сотен орудий и пулеметов, смыкавшихся вокруг нее, и в то же время разбить на Херсонщине под с. Петрово две бригады 1-й конной армии, считавших, что местопребывание Махно находится за сто с лишним верст от них.

Борьба растянулась на несколько месяцев с беспрерывными, шедшими день и ночь боями.

В Киевской губернии армия махновцев попала в период гололедицы в такую изуродованную скалистую местность, что пришлось бросить всю артиллерию, снабжение и почти все тачанки.[279] И в это же время ко всей колоссальной массе войск, повисших на Махно, неожиданно добавились еще две кавалерийские дивизии червонного казачества, стоявшие на западной границе. Все пути были отрезаны. Местность — могила: скалы и крутые балки, покрытые льдом. Двигаться можно было лишь невыносимо медленно. А со всех сторон невыносимый артиллерийский и пулеметный огонь.

Никто не видел выхода и спасения. Но в то же время никто не хотел позорно разбегаться. Все решили умирать вместе, один рядом с другим.

Невыразимо тяжело было глядеть в это время на горсть повстанцев, окруженных скалами, небом и вражеским огнем, преисполненных вдохновенной решимости биться до последнего и в то же время уже обреченных. Боль, отчаяние и особенная грусть охватывали все существо. Хотелось крикнуть на весь мир, что совершается величайшее преступление, что убивается и гибнет героическое в народе — то, что он рождает только в героические эпохи.

Махно с честью вышел из этого страшного испытания. Он дошел до Галиции, поднялся затем к Киеву, недалеко от него переправился обратно через Днепр, спустился в Полтавщину и Харьковщину, вновь поднялся на север к Курску и, перейдя железную дорогу между Курском и Белгородом, оказался в новой, более легкой обстановке, оставив далеко позади себя многочисленные кавалерийские и пехотные дивизии красных»[280].

Попытка пленить его армию провалилась.

Но неравный поединок между горсткой махновцев и армиями Советского государства был далек от завершения.

Большевистское командование продолжало преследовать свою цель: захватить основное ядро Махновщины и уничтожить его. Со всей Украины стягивались красные дивизии, чтобы обнаружить и блокировать Махно.

Вскоре вокруг героической горстки революционеров вновь сомкнулось железное кольцо, и возобновился смертный бой.

Чтобы рассказать о последнем акте драмы, предоставим слово самому Махно и приведем здесь его письмо — написанное после того, как он покинул Россию, — адресованное Аршинову, которое тот цитирует в своей книге.

В нем замечательно описаны последние судороги борьбы:

«Как только ты уехал, дорогой друг, через два дня я занял город Корочу (Курск. губ.), выпустил несколько тысяч экземпляров «Положения о Вольных Советах» и сейчас же взял направление через Вапнярку и Донщину на Екатеринославщину и Таврию. Ежедневно принимал ожесточенные бои — со второй конной армией, специально брошенной против меня большевистским командованием. Конечно, ты нашу конницу знаешь — против нее большевистская, без пехоты и автоброневиков, никогда не устраивала. И я, правда, с большими потерями, но удачно расчищал перед собою путь, не меняя своего маршрута. Наша армия каждым днем доказывала, что она есть подлинно народная революционная армия — по создавшимся внешним условиям она логически должна была бы таять, а она росла и людьми, и богатым военным снаряжением.

На пути этого направления в одном из серьезных боев наш особый полк (кавалерийский) потерял убитыми более 30-ти человек, наполовину из них командиры. В числе последних наш милый старый друг, юноша по возрасту, старик и герой в боях, командир этого полка Гаврюша Троян. Пуля сразила его наповал. С ним же рядом Аполлон и много других славных и верных товарищей умерло.

Не доходя до Гуляй-Поля, мы встретились с большими свежими нашими силами под командой Бровы и Пархоменко. Затем на нашу сторону перешла 1-я бригада 4-ой дивизии конной армии Буденного во главе с самим бригадным Маслаком. Борьба с властью и произволом большевиков разразилась еще ожесточеннее.

В первых числах марта[281] Брова и Маслак были выделены мною из армии, которая находилась при мне, в самостоятельную Донскую группу и отправлены на Дон и Кубань. Выделена была группа Пархоменко и отправлена в район Воронежа (сейчас Пархоменко убит, во главе остался анархист из Чугуева). Выделена была группа сабель в 600 и полк пехоты Иванюка под Харьков.

В это же время наш лучший товарищ и революционер Вдовиченко в одном бою был ранен, вследствие чего его с некоторой частью пришлось отправить в район Новоспасовки для излечения. Там он был выслежен одним большевистским карательным отрядом и при отстреле он и Матросенко[282] застрелились. При этом Матросенко совсем, а у Вдовиченко пуля осталась в голове ниже мозга. И когда коммунисты взяли его и узнали, что он есть Вдовиченко, дали ему скорую помощь и таким образом на время спасли от смерти. Вскорости после этого я имел от него сведения. Он лежал в Александровске в больнице и просил забрать его как-либо оттуда. Его страшно мучили, предлагая отречься от махновщины через подпись какой-то бумаги отречения. Он с презрением все это отверг, несмотря на то, что в это время еле-еле мог говорить, и поэтому был накануне расстрела, но расстреляли его или нет, мне не удалось выяснить.

Сам я за это время сделал рейс через Днепр под Николаев, а затем оттуда обратно через Днепр по-над Перекопом направился в свой район, где должен был встретиться кое с какими своими частями. У Мелитополя коммунистическое командование устроило мне ловушку. Назад на правый берег Днепра ходу уже не было. Пошел лед по Днепру. Поэтому мне самому пришлось сесть на лошадь[283] и руководить маневром боя.

От одной части я уклонился от боя, другую своими разведывательными частями заставил сутки стоять развернутым фронтом в ожидании боя и этим временем сделал переход в 60 верст, разбил на рассвете 8-го марта третью часть большевиков, стоявшую у Молочного озера, и через стрелку между Молочным озером и Азовским морем вышел на простор в районе Верхнего Токмака. Здесь я откомандировал Куриленко в район Бердянск-Мариуполь руководить в этом районе делом повстания. Сам отправился через Гуляй-Поле в район Черниговщины, откуда от нескольких уездов у меня была от крестьян делегация, чтобы заглянул в их район.

В пути моя группа, т. е. группа Петренко в 1500 сабель и из двух пехотных полков, находившихся при мне, была остановлена и сжата со всех сторон сильными большевистскими частями. Здесь опять-таки пришлось мне самому руководить контратакой. Контратака была удачна. Мы разбили врага вдребезги, массу взяли в плен людей, оружия, орудий и коней.

Но спустя два часа нас снова атаковали свежие и сильные части противника. Каждодневные бои настолько втянули людей в бесстрашие за жизнь, что отваге и геройству не было пределов. Люди с возгласом: «Жить свободно или умереть в борьбе!»

— бросались на любую часть и повергали ее в бегство. В одной сверхбезумной по отваге контратаке я был в упор пронизан большевистской пулей в бедро через слепую кишку навылет и свалился с седла. Это послужило причиной нашего отступления, так как чья-то неопытность[284] крикнула по фронту:

«Батько убит!.».

12 верст меня везли, не перевязывая, на пулеметной тачанке, и я совершенно было сошел кровью. Не становясь на ногу, совершенно не садясь, я без чувств лежал, охраняемый и доглядаемый Левой Зиньковским. Это было 14-го марта. В ночь против 15-го марта возле меня сидели все командиры группы, члены штаба армии во главе с Белашом и просили подписать приказ разослать по сто, по 200 бойцов к Куриленко, к Кожину и другим, которые самостоятельно руководили восстаниями в определенных районах. Приказ этот имел целью отправить меня с особым полком в тихий район до времени, пока я вылечусь и сяду в седло. Приказ я подписал и разрешил Забудько выделить легкую боевую группу и в указанном районе действовать самостоятельно, не теряя со мною связи. А на рассвете 16-го марта части уже были разосланы, кроме особого полка, оставшегося при мне. И в это время на меня наскочила 9-ая кавалерийская дивизия и в течение 13-ти часов преследовала нас 180 верст. В с. Слобода возле Азовского моря мы заменили лошадей и в 5 часов покормили людей и лошадей… 17-го марта на рассвете мы направились в сторону Новоспасовки и, пройдя верст 17, натолкнулись на другие свежие кавалерийские части большевиков, которые шли по следам Куриленко и, утеряв след последнего, напали на нас. Прогнав нас, нуждающихся в отдыхе и не способных на сей день к бою, верст 25, совсем начали наседать. Что делать? В седло я сесть не могу, я никак на тачанке не сижу, я лежу и вижу, как сзади в 40–50 саженях идет взаимная неописуемая рубка. Люди наши умирают только из-за меня, только из-за того, что не хотят оставить меня. Но в конце концов гибель очевидна и для них, и для меня. Противник численно в 5–6 раз больше, и бойцы его свежие и свежие подскакивают. Смотрю — ко мне на тачанку цепляются люйсисты[285], что были и при тебе возле меня.

Их было пять человек под командой Миши из села Черниговки Бердянского уезда. Поцепившись, они прощаются со мной и тут же говорят: «Батько, вы нужны делу нашей крестьянской организации. Это дело дорого нам. Мы сейчас умрем, но смертью своей спасем вас и всех, кто верен вам и вас бережет;

не забудьте передать нашим родителям об этом». Кто-то из них меня поцеловал, и больше я никого из них возле себя не видел. Меня в это время Лева Зиньковский на руках переносил из тачанки на крестьянские дроги, которые повстанцы достали (крестьянин куда-то ехал). Я слыхал только пулеметный треск и взрывы бомб, то люйсисты преграждали путь большевикам. За это время мы уехали версты 3–4 и перебрались через речонку. А люйсисты там умерли.

После мы заехали на это место, и крестьяне села Сатродубовки Мариупольского уезда показали нам в поле могилку, в которой они, крестьяне, похоронили наших люйсистов. И по сию пору, вспоминая этих простых честных крестьян-борцов, я не могу удержаться от слез. Я все же должен сказать тебе, дорогой мой друг, что это меня как бы вылечило. В тот же день к вечеру я сел в седло и вышел из этого района.

В апреле месяце я связался со всеми своими частями и тем, которые были недалеко от меня, велел сгруппироваться на Полтавщине. К маю месяцу я сгруппировал на Полтавщине Фому Кожина и Куриленко. Это составило более 2000 сабель одной конницы и несколько полков пехоты. Решено было пойти на Харьков и разогнать земных владык из партии коммунистов-большевиков. Но последние не спали. Они выслали против меня боле 60-ти автоброневиков, несколько дивизий конницы, целую армию пехоты. Бой с этими частями длился несколько недель.

Спустя месяц после этих боев там же, на Полтавщине, в одном бою погиб Щусь. Последнее время он был начальником штаба в группе Забудько и очень хорошо и честно работал.

А еще спустя месяц погиб Куриленко. При переходе нашей армии через линию железной дороги он своей группой прикрывал армию, почему, размещая части, он оставался с дежурным взводом, сам лично наблюдал за разъездами. В одном хуторе его схватила кавалерия Буденного, и он там погиб.

18-го мая 1921 г. конная армия Буденного передвигалась из района Екатеринослава на Дон для подавления крестьянского восстания, руководимого нашими товарищами Бровой и Маслаком — командиром 1-ой бригады дивизии армии Буденного, перешедшего со всей бригадой на нашу сторону.

Наша сводная группа под руководством Петренко-Платонова, при которой находился я и главный штаб, стояла в 20–15 верстах от маршрута, по которому двигалась армия Буденного. Это соблазнило Буденного, ибо он хорошо знал, что я нахожусь всегда при сводной группе. Поэтому он приказал начавточасти № 21, двигавшейся в это время туда же на Дон для подавления восстания трудового крестьянства, сгрузить 16 автоброневиков и оцепить предместье с. Ново-Григорьевки (Стременное). Сам Буденный с частями 19-ой кавалерийской дивизии (бывшей дивизии «внус») через поля и дороги пришел в с. Ново-Григорьевку ранее, чем это предполагал начальник автобронечасти, объезжавший речонки и овраги и расстанавливавший у дорог сторожевые автоброневики.

Бдительный глаз наших наблюдателей это вовремя заметил, что дало нам возможность приготовиться, и как раз в то время, когда Буденный подходил к нашему расположению, мы бросились ему навстречу.

В одно мгновение гордо несшийся впереди Буденный бросил своих соратников и, гнусный трус, обратился в бегство.

Кошмарная картина боя развернулась тогда перед нами. Красные части, пришедшие на нас, состояли из бывших войск внутренней охраны, с нами на крымском фронте не были, нас не знали и, следовательно, были обмануты, что они идут против «бандитов», что воодушевляло их гордость — от бандитов не отступать.

Наши же друзья повстанцы чувствовали себя правыми и считали долгом во что бы то ни стало разбить их и разоружить.

Бой был, какие редко до того и после бывали. Он завершился полным поражением Буденного, что послужило разложению армии и бегству из нее красноармейцев.

После этого мною был выделен отряд из сибиряков под командой т-ща Глазунова, который был всем хорошо снабжен и отправился в Сибирь.

В первых числах августа 21 года по большевистским газетам мы читали об этом отряде, что он появился в Самарской губернии. Больше о нем не слыхали.

Все лето 21-го года мы не выходили из боев.

Засуха и неурожай в Екатеринославской, Таврической, частью Херсонской и Полтавской губ., а также на Дону, заставили нас передвинуться частью на Кубань и под Царицын и Саратов, а частью на Киевщину и Черниговщину. На последней все время вел бои тов. Кожин. При встрече с нами он передал мне целые кипы протоколов черниговских крестьян, которые гласят полную поддержку нам в борьбе за вольный советский строй.

Я лично с группами Забудько и Петренко сделал рейс до Волги, обогнул весь Дон, встретился со многими нашими отрядами, связал их между собою и азовской группой (бывшая Вдовиченко).

В начале августа 21 года, ввиду серьезных ранений у меня, решено было временно выехать мне с некоторыми командирами за границу, на излечение.

В это время тяжело были ранены наши лучшие командиры — Кожин, Петренко и Забудько… 13-го августа 1921 г. я с сотней кавалеристов взял направление к берегам Днепра и 16-го августа того же года на рассвете при помощи 17-ти крестьянских рыболовческих лодок между Орликом и Кременчугом переплыл Днепр. В тот же день был шесть раз ранен, но не тяжело.

По пути движения и на правом берегу Днепра мы встречали многие наши отряды, которым освещали цель нашего выезда за границу, и от всех слыхали одно: «Уезжайте, вылечите Батько и возвращайтесь снова к нам на помощь…» 19-го августа, в 12-ти верстах от Бобринца мы наткнулись на расположенную по реке Ингулец 7-ю красноармейскую кавалерийскую дивизию. Поворот назад грозил нам гибелью, т. к. один кавалерийский полк заметил нас справа и устремился отрезать нам путь назад. Вследствие чего я попросил Зиньковского посадить меня на лошадь. В мгновение ока, обнажив шашки и с криком «ура» бросились мы в деревню и вскочили в расположение пулеметной команды упомянутой кавдивизии. Захватив 13 пулеметов «Максима» и три — «Люйса», мы двинулись дальше.

В то время, что мы брали пулеметы, вся кавалерийская дивизия выскочила из села Николаевки и ближайших хуторов в поле и, опомнившись, перешла в контратаку. Мы, таким образом, оказались в мешке. Однако не потеряли духа. Сбив с нашего пути 38-ой полк 7-ой кавдивизии, мы затем шли на протяжении 110 верст, отбиваясь от беспрерывных атак этой дивизии, и в конце концов ушли от нее, правда, потеряв 17 человек лучших наших товарищей.

22 августа со мной снова лишняя возня — пуля попала мне ниже затылка с правой стороны и навылет в правую щеку. Я снова лежу в тачанке. Но это же ускоряет наше движение. 26го августа мы принимаем новый бой с красными, во время которого погибли наши лучшие товарищи и бойцы — Петренко-Платонов и Иванюк. Я делаю изменение маршрута и 28 августа 1921 г. перехожу Днестр. Я — за границей…»[286] Так в конце 1921 года завершилась великая народная драма Украины, драма, составляющая часть истории народа — а не партий, властей и систем угнетения, — о которой, однако (или же по этой самой причине) даже не подозревают за пределами России,[287] правда заботливо скрывается всякими патентованными «сверхчеловеками» и их приспешниками. Ибо историческая истина сбросила бы всех этих пигмеев с их глиняных пьедесталов, точно так же, как Подлинная Народная Революция вскоре навсегда обратит в пыль всех «сверхчеловеков» у власти, кем бы они ни были. Тогда придут те, кто узнает и осмелится, наконец, написать подлинную историю народов.

Используя многочисленные армии, не останавливаясь перед самыми жестокими репрессивными мерами, коммунистическое правительство быстро подавило и рассеяло последние отряды махновцев, оставшиеся на Украине.

Разумеется, оно также покончило с сопротивлением последних петлюровских групп на юго-западе страны, с многочисленными отрядами крестьян, стихийно поднявшимися против новых господ или «ушедших в партизаны» из страха беспощадной расправы.

Махно с горсткой верных товарищей бежал за границу. Ему больше не суждено было увидеть свою родину.

Большевики подчинили своей диктатуре всю страну.

Глава VII Судьба Махно и некоторых его товарищей Эпилог Эпилогом нашей работы послужит рассказ о финальных репрессиях и судьбе отдельных махновцев.

Несомненно, третья и последняя война большевиков против махновцев была и войной против всего украинского крестьянства.

Речь шла не только об уничтожении Повстанческой армии, но и об окончательном покорении всей этой мятежной массы, лишившем ее малейшей возможности взяться за оружие и возродить движение. Большевики стремились подавить в зародыше всякий дух сопротивления.

Красноармейские дивизии методично прочесывали все села повстанческого района, убивали крестьян, зачастую — показательный факт — после доносов местных кулаков.

Сотни крестьян были расстреляны в Гуляй-Поле, Новоспасовке, Успеновке, Малой Токмачке, Пологах и других селах.

Иногда жаждавшие крови чекисты убивали жен и детей повстанцев.

Репрессиями руководил Фрунзе, главнокомандующий Южным фронтом.

«Необходимо в два счета покончить с Махновщиной», — писал он в своем приказе накануне карательной акции. И вел себя как солдафон, верный слуга своих господ, поступая с «мужицкой сволочью» подобно завоевателю, «господину», сея вокруг себя смерть и горе.

А теперь о судьбе основных вдохновителей народного движения на Украине[288].

Семен Каретников, бедный гуляй-польский крестьянин. Работал батраком. Ему удалось лишь год проучиться в школе. Анархист с 1907 года, принял участие в движении с самого его начала. Неоднократно проявлял себя как способный военачальник.

Был несколько раз ранен в боях с Деникиным. Член Совета революционных повстанцев Украины, один из лучших командующих Повстанческой армии. В 1920 году часто заменял Махно на посту главнокомандующего. Руководил экспедиционным корпусом, отправленным в Крым на борьбу с Врангелем. После разгрома последнего был вызван большевиками якобы на военный совет, но предательски захвачен в пути и расстрелян в Мелитополе. Его вдова осталась одна с малолетними детьми.

Марченко. Выходец из семьи бедных гуляй-польских крестьян. Школу не окончил.

Анархист с 1907 года (как Махно и Каретников), один из зачинателей повстанческого движения. Несколько раз был ранен в боях с деникинцами. В 1919–1920 гг. командовал махновской конницей и входил в Совет революционных повстанцев. Погиб в январе 1921 года под Полтавой в бою с красными. Был женат.

Григорий Василевский. Сын бедного крестьянина из Гуляй-Поля. Получил начальное образование. Стал анархистом еще до февральской революции, стоял у истоков махновского движения. Личный друг Махно, не раз заменял его на посту командующего. Погиб в декабре 1920 года под Киевом в бою с красными. Был женат, имел несколько детей.

Борис Веретельников. Крестьянин из Гуляй-Поля. Впоследствии — рабочий-литейщик в том же селе, затем на Путиловском заводе в Петрограде. Бывший эсер, в 1918 году стал анархистом. Выдающийся оратор и организатор, активный участник русской Революции. В 1918 году вернулся в Гуляй-Поле и занялся революционной пропагандой. Позднее вступил в Повстанческую армию, выказал недюжинные способности в военном деле и некоторое время был начальником ее штаба. В июне 1919 года во главе спешно сформированного отряда выступил против Деникина, подходившего к Гуляй-Полю. Отряд был полностью окружен, его командир сражался до конца и погиб вместе со своими товарищами. Был женат, имел детей.

Петр Гавриленко. Гуляй-польский крестьянин, стал анархистом во время революции 1905–1906 гг. Будучи командующим III корпусом повстанцев-махновцев, сыграл большую роль в разгроме Деникина в июне 1919 года. В 1921 году начальник штаба Крымской армии. После победы над Врангелем был вместе с Каретниковым предательски схвачен большевиками и расстрелян в Мелитополе.

Василий Куриленко. Крестьянин из Новоспасовки, получил начальное образование. Анархист с 1917 года. Талантливый народный пропагандист, обладавший прекрасными личными качествами, он проявил себя также как один из лучших командиров Повстанческой армии. Был не раз ранен, одержал ряд побед над деникинцами.

Погиб в стычке с красными летом 1921 года. Был женат.

Виктор Белаш. Крестьянин из Новоспасовки. Получил начальное образование.

Анархист. До 1919 года командовал одним из махновских полков. Талантливый стратег, он стал начальником штаба Повстанческой армии и разработал ряд удачных планов сражений. В 1921 году захвачен большевиками. Его дальнейшая судьба нам неизвестна[289].

Вдовиченко. Крестьянин из Новоспасовки. Анархист. Образование начальное.

Один из активнейших участник революционного повстанческого движения, командовал особым отрядом махновцев. Внес значительный вклад в победу над Деникиным у Перегоновки в сентябре 1919 года. В 1921 году взят в плен большевиками, с негодованием отверг их предложение о сотрудничестве. Дальнейшая судьба нам неизвестна [290].

Петр Рыбин (Зонов). Токарь, родом из Орловской губернии. Участник революции 1905 года, эмигрировал в Америку, где активно участвовал в революционном движении русских эмигрантов. В 1917 году вернулся в Россию, обосновался в Екатеринославе, где принял участие в народной реорганизации промышленности и транспорта.

Вначале, как специалист по профсоюзного движению, сотрудничал с большевиками.

Но в 1920 году осознал, что дальнейшее сотрудничество невозможно, ибо, на его взгляд, большевики действовали вразрез с подлинными интересами рабочих и крестьян. Осенью 1920 года он присоединился к махновскому движению, отдав ему все свои силы и знания. В 1921 году в Харькове был арестован ЧК и расстрелян[291].

Калашников. Сын рабочего. Получил образование, до революции был унтер-офицером царской армии. В 1917 году стал секретарем анархистской ячейки Гуляй-Поля. Позднее вступил в Повстанческую армию и выдвинулся на командные посты. В 1919 году был одним из главных организаторов восстания красноармейцев в Новом Буге, когда махновские полки, временно вошедшие в армию большевиков, получили приказ возвратиться в Повстанческую армию и увлекли за собой ряд красных частей. В 1920 году погиб в бою с красными. Был женат, имел ребенка.

Михалев-Павленко. Сын крестьянина из Центральной России. В 1917 году член петроградской группы анархистов. В начале 1919 года приехал в Гуляй-Поле. Получил хорошее профессиональное образование, организовал и возглавил инженерные и саперные части Повстанческой армии. 11 или 12 июня 1919 года, находясь в бронепоезде, сражавшемся против войск Деникина, был вместе со своим товарищем Бурбыгой предательски схвачен по приказу Ворошилова (командовавшего XIV большевистской армией) и казнен 17 июня в Харькове.

Макеев. Рабочий из Иваново-Вознесенска (Московской губернии). Член местной группы анархистов. В конце апреля 1919 года вместе с 35 товарищами приехал в Гуляй-Поле. Вначале занялся пропагандой. Затем вступил в Повстанческую армию, вошел в ее штаб. Погиб в бою с деникинцами в ноябре 1919 года.

Щусь. Бедный крестьянин из села Большая Михайловка, служил матросом на царском флоте. В начале Революции стал одним из первых и наиболее активных повстанцев на юге Украины. С группой партизан вел ожесточенную борьбу против австро-германцев и гетмана. Позднее присоединился к Повстанческой армии, занимал в ней различные командные посты. В июне 1921 года был смертельно ранен в бою с красными.

Исидор Лютый. Один из беднейших крестьян Гуляй-Поля. Маляр. Анархист и близкий друг Махно, с самого начала участвовал в повстанческом движении. Погиб в сражении с деникинцами под Перегоновкой в сентябре 1919 года.

Фома Кожин. Крестьянин-революционер. Способный командир отряда пулеметчиков Повстанческой армии, сыграл большую роль в боях с Деникиным и Врангелем.

В 1921 году во время боя с красными был тяжело ранен. Дальнейшая судьба нам неизвестна[292].

Братья Лепетченко Иван и Александр. Гуляй-польские крестьяне. Анархисты.

Сражались с гетманом, активно участвовали во всех действиях махновской армии.

Александр Лепетченко был схвачен большевиками и расстрелян в Гуляй-Поле весной 1920 года. Судьба его брата нам неизвестна.

Братья Нестора Махно Григорий и Савва. Активные участники восстания. Григорий погиб в сентябре 1919 года в бою с деникинцами. Савва, старший из братьев, был арестован большевиками в Гуляй-Поле — не в бою, а в собственном доме — и расстрелян.

Назовем еще некоторых активных участников движения: Буданов, рабочий-анархист (судьба неизвестна); Чернокнижный, учитель (судьба неизвестна); братья Чубенко, рабочие (судьба неизвестна); Данилов, крестьянин (судьба неизвестна);

Середа, крестьянин (тяжело ранен в бою с врангелевцами, помещен в госпиталь большевиками до их разрыва с Махно, после этого разрыва, в марте 1921 года, был ими вероломно расстрелян); Гаркуша (убит в 1920 году); Коляда (судьба неизвестна); Клейн (судьба неизвестна); Дерменджи (судьба неизвестна); Правда (судьба неизвестна);

Бондарец (убит в 1920 году); Брова (убит); Забудько (убит); Петренко (убит); Маслак (судьба неизвестна); Троян (убит);Голик (судьба неизвестна); Чередняков (расстрелян); Доценко (судьба неизвестна); Коваль (судьба неизвестна); Пархоменко (убит); Иванюк (убит); Тарановский (убит); Попов (расстрелян); Домашенко (судьба неизвестна); Тыхенко (судьба неизвестна); Бурыма (судьба неизвестна); Чумак, Крат, Коган и многие другие[293].

Все эти люди, как и тысячи безвестных бойцов, вышли из среды трудового народа;

все они проявили себя в революции и отдали свои силы и даже жизнь подлинному делу трудящихся. Это дело стало для них всем. Остальное — личная жизнь, семьи, скудное имущество — уже не имело значения. Надо было обладать наглостью, бесстыдством, подлостью большевиков — этих выскочек гнусной породы «государственных деятелей», — чтобы называть народное революционное движение во имя высоких целей «кулацким мятежом» и «бандитизмом».

Расскажем еще об одном случае, одиозном по сути своей.

Богуш, русский анархист, эмигрировавший в Америку, в 1921 году возвратился в Россию, высланный из США вместе с другими эмигрантами[294].

Во время заключения соглашения между махновцами и большевиками он находился в Харькове. Наслышанный о Гуляй-Поле, Богуш захотел отправиться туда, чтобы на месте изучать Махновщину. Увы! В Гуляй-Поле он провел на свободе лишь несколько дней. Сразу же после разрыва соглашения ему пришлось возвратиться в Харьков. Там он был арестован ЧК и в марте 1921 года расстрелян.

Эта казнь допускала лишь одно объяснение: большевики не хотели оставлять в живых человека, имевшего связи с заграницей и знавшего правду о нападении на махновцев, которую он мог рассказать за пределами России.

Что касается самого Нестора Махно, в августе 1921 года он оказался за границей — сначала в Румынии. Там он был интернирован вместе со своими товарищами, однако ему удалось переправиться в Польшу, где его арестовали и отдали под суд за ущерб, якобы нанесенный им интересам Польши на Украине. Он был оправдан[295] и уехал в Данциг, где вновь оказался в заключении. Выйдя с помощью товарищей на свободу, он окончательно поселился в Париже.

Тяжело больной, страдая от многочисленных ран, не зная языка страны и с трудом приспосабливаясь к новой обстановке, столь отличной от той, к которой привык на родине, Махно жил трудно, как в материальном, так и в душевном плане.

Его жизнь за границей была, по сути, лишь медленной и мучительной агонией, с которой он не в силах был бороться. Груз этих тяжких лет заката ему помогали нести друзья[296].

Иногда он становился деятельным. В часы досуга писал историю своей борьбы и Революции на Украине. Но закончить этот труд ему было не суждено. Воспоминания обрываются концом 1918 года. Мы уже писали, что они вышли в трех томах: первый, на русском и французском, появился при жизни автора; второй и третий, только на русском, после его смерти.

Его здоровье быстро ухудшалось. Он умер в больнице Тенон в июле 1935[297] года.

После кремации урна с его прахом была захоронена на кладбище Пер-Лашез.

У него остались вдова и дочь.

О личности Махно и его движении Прежде чем завершить последнюю главу этой книги, мне необходимо выполнить двойной долг: с одной стороны, опровергнуть клевету — большевистскую и не только, — которую использовали и используют до сих пор для того, чтобы извратить смысл народного движения, опорочить Повстанческую армию и лично Махно; с другой, отметить действительные слабые стороны, недостатки Махновщины и ее руководителей.

Мы говорили о том, какие усилия предпринимали большевики, чтобы представить махновское движение как бандитизм и Махно как опасного бандита.

Приведенные в этой книге документы позволят читателю, надеюсь, самостоятельно вынести суждение о подобных низостях. Сказанного уже достаточно.

Однако необходимо подчеркнуть некоторые факты, которые придали этой версии правдоподобный вид, способствовали ее распространению и утверждению в умах людей. Большевики очень ловко сумели этим воспользоваться.

Прежде всего отметим, что, несмотря на массовый масштаб, махновское движение по ряду причин осталось в определенных границах, словно в закрытом сосуде, в изоляции от остального мира.

Ему, движению самих народных масс, были абсолютно чужды всякие проявления парадности, шума, саморекламы, «прославления» и т. д. Оно не осуществляло никаких «политических» акций, не выдвинуло никакой «правящей элиты», не зажгло ни одной «звезды».

Как подлинное движение — всегда конкретное, живущее полной жизнью, а не бумажками или подвигами «гениальных, выдающихся вождей», — оно не имело ни времени, ни возможности, ни даже желания собирать, увековечивать «для потомства»

свои идеи, документы, акты. От него осталось мало вещественных следов. Его подлинные лозунги нигде не были записаны. Документы практически не сохранились, а то, что осталось, малоизвестно.

Окруженное беспощадными врагами, непрерывно подвергавшееся атакам партии власти, удушенное безликой силой «государственных деятелей» и их окружения, потерявшее, наконец, более 90 % своих лучших представителей, это движение неизбежно было обречено остаться в тени.

Нелегко проникнуть в самую его суть. Когда тысячи скромных героев революционной эпохи забыты навсегда, остается практически неизвестным и махновское движение, героическая эпопея украинских трудящихся. И в теперешних условиях я не уверен даже, что это очень краткое исследование когда-нибудь получит продолжение в виде обширного труда, достойного темы.

Конечно, большевики прекрасно использовали отсутствие информации, чтобы представить движение так, как им было выгодно.

И вот еще один важный момент:

Во время междоусобной борьбы на Украине — запутанной, беспорядочной, полностью дезорганизовавшей жизнь страны — расплодились вооруженные формирования, состоявшие из деклассированных и разочаровавшихся элементов, руководимые всякого рода авантюристами, грабителями и «бандитами». Эти отряды не брезговали определенным «камуфляжем»: их члены зачастую носили черные повязки и охотно называли себя «махновцами», в зависимости от обстоятельств. Естественно, это приводило к досадной путанице.

Разумеется, подобные отряды не имели ничего общего с махновским движением.

Разумеется также, что сами махновцы сражались с такими бандами и громили их.

Разумеется, наконец, что большевики прекрасно сознавали различия между повстанческим движением и вооруженными бандами без стыда и совести. Но подобная путаница наилучшим образом отвечала их интересам, и, будучи «опытными государственными деятелями», они не стеснялись ее использовать.

Добавим, к слову, что махновцы весьма заботились о репутации своей армии. Они внимательно наблюдали — что было совершенно естественно — за поведением каждого бойца и, в целом, вели себя корректно по отношению к населению. Они не держали у себя тех, кто по своему умственному и нравственному уровню не поднялся до участия в движении.

Доказательством служит эпизод, имевший место в Повстанческой армии после разгрома авантюриста Григорьева (лето 1919 года).

Этому бывшему царскому офицеру удалось вовлечь в довольно массовый мятеж против большевиков — мятеж реакционный, погромный и отчасти проникнутый духом разбоя — несколько тысяч молодых украинских крестьян, в большинстве своем несознательных и обманутых. Трудящиеся массы, быстро распознав подлинную суть движения, оценили авантюру по справедливости и помогли махновцам и большевикам положить ей конец.

В июле 1919 года в деревне Сентово Махно и его товарищи разоблачили Григорьева на публичном собрании, куда последний был приглашен. Грубый, невежественный и совершенно не понимавший умонастроений махновцев, он выступил первым и произнес речь, проникнутую реакционных духом.

Махно ответил ему так, что тот понял:

все пропало, остается прибегнуть к оружию. В ходе короткой стычки он и его охранники были убиты.

Тогда возникло предложение, чтобы молодые григорьевцы, подавляющее большинство которых, несмотря ни на что, было настроено революционно вопреки своему лидеру, вступили, если пожелают, в махновскую Повстанческую армию.

Но позднее почти всех новобранцев пришлось распустить по домам. Ибо эти вояки, несознательные и приобретшие дурные привычки за время пребывания в отряде Григорьева, не в состоянии были достичь морального уровня бойцов-махновцев. Разумеется, последние считали, что со временем их удастся перевоспитать. Но в сложившейся тогда ситуации заниматься ими не было возможности. И, чтобы не нанести ущерб доброму имени Повстанческой армии, их из нее исключили.

Махно и антисемитизм Относительно махновского движения в целом и Махно лично распространялась самая гнусная клевета. Ее повторяли как многочисленные авторы всех направлений, так и всякого рода болтуны. Одни делали это намеренно. Другие — большинство — повторяли ее, не утруждая себя проверкой «слухов» и детальным изучением фактов.

Говорилось же о том, что махновцы и лично их лидер были проникнуты духом антисемитизма, преследовали и убивали евреев, поощряли и даже устраивали погромы. Наиболее осторожные упрекали Махно в «скрытом» антисемитизме, в том, что он терпимо относился, «закрывал глаза», если не симпатизировал совершаемым «его бандами» нападениям на евреев.

Мы могли бы десятки страниц заполнить неопровержимыми доказательствами лживости подобных измышлений. Процитировать статьи и прокламации Махно и Совета революционных повстанцев против того позора для человечества, коим является антисемитизм. Рассказать о том, что Махно и его сторонники всегда возмущались, узнавая о малейших проявлениях антисемитских настроений (со стороны отдельных, заблуждавшихся личностей) в армии и среди населения. (Махно без колебаний, немедленно реагировал на подобные явления, как поступил бы любой гражданин, столкнувшись с несправедливостью, преступлением или откровенным насилием.) Одной из причин казни махновцами Григорьева были его антисемитизм и массовый еврейских погром, организованный им в Елисаветграде, который привел к гибели около 3 тысяч человек.

По той же причине были исключены из Повстанческой армии вступившие в нее поначалу григорьевцы, которым их бывший лидер внушил антисемитские настроения.

Мы могли бы привести здесь целый ряд аналогичных фактов, процитировать подлинные документы, опровергающие то, что утверждалось клеветниками и разделялось бессовестными людьми. Кое-что приводит в своей книге Петр Аршинов. Мы не считаем нужным повторять это еще раз и уделять особое место данной теме — что заняло бы слишком много места. Впрочем, все сказанное о характере движения не оставляет камня на камне от подобного обвинения.

Отметим лишь несколько общих истин:

1) В махновской армии довольно значительную роль играли революционеры еврейского происхождения.

2) Несколько членов Культпросвета были евреями.

3) Кроме многочисленных бойцов-евреев в различных отрядах Повстанческой армии, имелась артиллерийская батарея и пехотный полк, состоявшие исключительно из евреев.

4) Еврейские колонии на Украине дали многих бойцов махновской армии.

5) В целом многочисленное еврейское население Украины принимало активное участие в движении, оказывало ему братскую поддержку. Жители еврейских сельских колоний в районах Мариуполя, Бердянска, Александровска и т. д. участвовали в общих собраниях крестьян, рабочих и партизан; посылали своих делегатов в районный Военный революционный совет.

6) Богатые и реакционно настроенные евреи, разумеется, страдали от действий махновской армии, но не как евреи, а исключительно как контрреволюционеры, наравне с реакционерами нееврейского происхождения.

Что я считаю необходимым привести здесь, так это свидетельство выдающегося еврейского писателя и историка Чериковера, с которым у меня несколько лет назад в Париже была возможность обсудить все эти вопросы.

Чериковер не является ни революционером, ни анархистом. Он просто скрупулезный, кропотливый, объективный историк. Многие годы он изучал преследования евреев, погромы в России и опубликовал фундаментальные, точные и тщательно документированные исследования на эту тему. Из многих стран мира поступали к нему свидетельства, документы, рассказы, фотографии и т. д. Он выслушивал сотни показаний, официальных и неофициальных. И тщательно проверял все собранные факты, прежде чем ввести их в научный оборот.

Вот что он дословно ответил на мой вопрос, известно ли ему что-нибудь в точности о поведении махновской армии и самого Махно по отношению к еврейскому населению:

— Я, — сказал он, — действительно неоднократно обращался к этому вопросу. Вот к какому выводу я пришел в настоящий момент на основе изучения собранных свидетельств: армия — всегда армия, какой бы она ни была. Всякая армия неизбежно совершает предосудительные и неблаговидные поступки, ибо физически невозможно контролировать и отслеживать поведение каждой личности в этой массе людей, оторванных от здоровой и нормальной жизни, оказавшихся в обстановке, способствующей проявлению дурных инстинктов, требующей применения насилия и, очень часто, дозволяющей безнаказанность. Вы, разумеется, знаете это не хуже меня. Махновская армия не являлась исключением из правила. Она также совершала время от времени предосудительные акты. Но — для вас это имеет значение, и я рад, что могу заявить вам со всей уверенностью: в целом поведение армии Махно несопоставимо с поведением других армий, действовавших в России в 1917–1921 годах. Могу привести вам два факта:

1) Бесспорно, что из всех этих армий, включая Красную, армия Махно лучше всего вела себя по отношению к гражданскому населению в целом и к евреям в частности. Я имею на сей счет множество неопровержимых свидетельств. Процент обоснованных жалоб на махновскую армию по сравнению с остальными незначителен.

2) Не будем говорить о погромах, якобы организованных или поощряемых Махно.

Это либо клевета, либо ошибка. Ничего подобного не имело места.

Что же касается махновской армии как таковой, я получал информацию на этот счет. Но, по меньшей мере, до сего дня, каждый раз, когда я хотел проверить факты, я был вынужден констатировать, что в данное время ни один махновский отряд не мог находиться в указанном месте, армия была далеко. Проверяя факты, я всякий раз убеждался: когда совершался погром, поблизости не действовало никакого махновского отряда. Ни разу я не смог обнаружить присутствия какой-либо махновской части в месте, где происходил еврейский погром. Следовательно, погромы не были делом рук махновцев.

Это свидетельство, абсолютно точное и беспристрастное, имеет важнейшее значение.

Оно, в числе прочего, подтверждает факт, о котором мы уже говорили: наличие банд, которые, творя всякого рода злодеяния и не брезгуя грабежами во время еврейских погромов, прикрывались именем «махновцев». Лишь тщательное исследование позволило установить истину. И нет никакого сомнения, что в отдельных случаях само население оказывалось введенным в заблуждение.

И вот важный факт, о котором необходимо всегда помнить читателю.

«Махновское» движение не являлось единственным массовым революционным движением на Украине. Это было лишь самое значимое, самое сознательное, более всего народное и революционное движение. Другие движения — менее массовые, хуже организованные — возникали тут и там вплоть до того дня, когда последний свободный голос был удушен большевиками: таково, например, движение «зеленых», о котором писала зарубежная печать и которое часто путают с махновским движением.

Не столь ясно сознающие, в отличие от повстанцев из Гуляй-Поля, свои подлинные задачи, бойцы различных вооруженных формирований часто совершали достойные сожаления эксцессы. И зачастую последствия подобного поведения испытывало на себе движение махновское (чего только ему ни приписывали!).

Большевики, в числе прочего, упрекали махновцев в том, что те не смогли положить конец существованию «этих беспорядочных банд», объединить их в единое движение, организовать и т. д. Подобный упрек служит примером большевистского лицемерия. На самом деле большевистское правительство более всего беспокоила именно возможность объединения всех народных революционных сил Украины под эгидой махновского движения. И большевики сделали все возможное, чтобы ему воспрепятствовать. После этого упрекать махновцев в том, что они не добились объединения, — все равно, что упрекать человека за то, что он не может ходить со связанными ногами.

Махновцы, несомненно, объединили бы в итоге под своими знаменами все революционные народные движения страны. Тем более, что в каждом из этих движений внимательно прислушивались к тому, что происходило в махновском лагере, ибо считали махновское движение самым значительным и сильным. Так что не махновцы несут ответственность за невыполнение этой задачи, что могло бы резко изменить ход событий.

Вообще махновские повстанцы — как все население свободного района и не только — не обращали никакого внимания на национальность трудящихся.

С самого начала «Махновщина» являлась движением масс бедняков всех национальностей, проживавших в районе. Большинство, разумеется, составляли украинские крестьяне. От 6 до 8 процентов насчитывали трудящиеся из Великороссии. Затем шли греки, евреи и другие.

«Крестьяне, рабочие и повстанцы! — читаем мы в махновской листовке, выпущенной в мае 1919 года. — Вы знаете, что в страшной пропасти бедноты прозябают одинаково рабочие всех национальностей: и русские, и евреи, и поляки, и немцы, и армяне, и т. д. […] Вы знаете, как много честных, искренних евреев-борцов революции погибает за свободу России в течение всего нашего освободительного движения.

Революция и честь трудящихся обязывает нас крикнуть громко, так, чтобы содрогнулись все темные силы реакции, о том, что мы ведем борьбу с одним общим врагом — с капиталом и властью, одинаково угнетающей тружеников: русских, поляков, евреев и т. д.

Мы должны объявить всюду, что нашим врагом являются эксплуататоры и поработители разных наций:

и русский фабрикант, и немецкий заводчик, и еврейский банкир, и польский помещик… Буржуазия всех стран и национальностей объединилась для жестокой борьбы против революции, против трудящихся масс всего мира и всех национальностей».

[298] Махновское движение, созданное угнетенными и построенное на естественном союзе трудящихся, с самого начала было проникнуто глубоким чувством братства всех народов. Ни разу не воззвало оно к национальным или «патриотическим» чувствам.

Борьба махновцев против большевизма велась исключительно во имя прав и интересов людей труда. Национальные предрассудки не имели на Махновщину никакого влияния. Никто и никогда не интересовался национальностью бойцов, не беспокоился из-за этого.

Впрочем, подлинная Революция вносит глубокие изменения в личность и массы.

При условии, что осуществляют ее сам народ, при условии его полной свободы дискуссий и действий, при условии, что ничто не помешает ему идти своим путем, порыв революционных масс безграничен. И тогда можно видеть, с какой простотой и легкостью этот естественный порыв сметает все предрассудки, искусственные понятия, эти призраки, насаждавшиеся тысячелетиями — национальные, властные, религиозные.

Действительные слабости Махно и его движения Большевики выдвигают против Махно и повстанческого движения еще одно обвинение: они утверждают, что Махно являлся если не «бандитом», то, по меньшей мере, авантюристом вроде Григорьева, хотя и обладал большим умом, хитростью и «блеском». Они заявляют, что Махно преследовал в движении личные цели, прикрываясь «анархической» идеологией; вел себя как «царек», наплевав на различные комитеты, комиссии и советы; осуществлял на самом деле беспощадную личную диктатуру, а участвовавшие в движении идейные активисты обманывались, по наивности или сознательно; что он окружил себя камарильей «командиров», тайком совершавших отвратительные акты насилия, предававшихся разврату; что Махно покрывал подобные действия и сам участвовал в них под носом у «идеологов», которых в глубине души презирал и над которыми насмехался так же, как над их идеями, и т. д.

Здесь мы касаемся деликатной проблемы. Ибо имеются факты, придающие этой версии правдоподобие, чем успешно воспользовались большевики.

Одновременно мы должны рассмотреть некоторые реальные недостатки и слабости движения и его вождя: их глубокое исследование необходимо ради интересов дела.

Выше мы уже вкратце перечислили слабые стороны движения. Также упоминались и отдельные личные недостатки Махно.

Петр Аршинов в своей работе также уделил этому несколько строчек.

Мы считаем, что одних общих рассуждений здесь недостаточно. Необходимо остановиться подробнее на отдельных моментах.

Тщательно исследуя махновское движение, нужно выделять три категории недостатков:

Во-первых, недостатки общего порядка. Они не зависели от воли участников движения, и нельзя ставить их им в вину. Это: необходимость вести почти непрерывные бои, перемещаясь с места на место, нигде не задерживаясь подолгу и, следовательно, не имея возможности последовательно проводить конструктивную работу; существование армии, которая неизбежно становилась все более профессиональной; отсутствие в районе восстания мощного и организованного рабочего движения, которое могло бы оказать ему поддержку; нехватка интеллектуальных сил на службе движения.

Во-вторых, некоторые недостатки индивидуального характера, в которых опять же нельзя никого винить: недостаток образования, теоретических и исторических знаний — то есть, неизбежно, слабая способность к обобщению и анализу — у вдохновителей движения. Добавим сюда же излишнее доверие махновцев к коммунистическому государству и его методам.

И последнее, личные недостатки Махно и его ближайших товарищей. Их как раз можно было избежать.

Что касается двух первых категорий, мы не видим необходимости подробно останавливаться на них после всего, что уже было сказано в этой книге.

Существует, однако, аспект, который заслуживает нашего внимания: это длительное существование армии.

Всякая армия, какой бы она ни была, является злом. Даже свободная и народная, состоящая из добровольцев и созданная для защиты благородного дела, представляет опасность. Став постоянной, она неизбежно отдаляется от народа и мирного труда;

теряет привычку к здоровой трудовой жизни; постепенно, незаметно — и это тем более опасно — становится сборищем бездельников с антиобщественными, авторитарными, «диктаторскими» наклонностями; приобретает вкус к насилию, то есть грубой силе, причем тогда, когда подобные средства противоречат цели, которую она, как думается, защищает.

Особенно подобным недостаткам подвержены командиры. Но и масса бойцов все чаще следует за ними, почти неосознанно, даже когда они не правы.

Таким образом, в конечном счете всякая постоянная армия имеет тенденцию к превращению в орудие несправедливости и угнетения. Она забывает о своей первоначальной роли и начинает считать себя «самоценной».

Действительно, даже в здоровой и благоприятной атмосфере вдохновители и военные руководители движения должны обладать исключительно высокими духовными и нравственными личными качествами, которым не страшны никакие испытания и искушения, чтобы удалось избежать подобного зла, заблуждений, трудностей, опасностей.

Обладали ли Махно и другие организаторы движения и Повстанческой армии такими качествами? Сумели ли они не поддаться распущенности и упадку? Избавили ли армию и движение от зрелища «банкротства вождей»?

Мы с сожалением должны констатировать, что нравственные качества Махно и многих его друзей и соратников не оказались в полной мере на высоте задачи.

Во время своего пребывания в армии я часто слышал, что некоторые командующие — в основном речь шла о Куриленко — в нравственном плане больше, чем Махно, подходили для руководства движением. Иногда добавлялось, что по своим военным способностям тот же Куриленко, например, ни в чем не уступал Махно и даже превосходил его широтой взглядов. Когда я спрашивал, почему после этого Махно сохранял свои полномочия, мне отвечали, что за некоторые черты характера масса больше любит и уважает Махно; что его лучше знают, он пользуется абсолютным товарищеским доверием, и это очень важно для движения; что он «проще», «смелее», настоящий «товарищ» и «крестьянин» и т. д. (Я не был знаком с Куриленко и ничего не могу о нем сказать.) Во всяком случае, Махно и многим его друзьям не хватало сознания определенных нравственных обязательств, чтобы всегда оставаться на уровне своих задач.

Здесь мы подходим к действительным слабостям движения и личным недостаткам его вдохновителей, слабостям и недостаткам, позволившим большевикам придать видимость правдоподобия своим измышлениям; слабостям и недостаткам, которые нанесли большой ущерб движению и его репутации.

Не следует строить иллюзий. Было бы неразумным представлять махновское движение абсолютно безгрешным, а его вдохновителей — героями без страха и упрека.

«Махновщина» — дело рук людей. Как и всякое человеческое творение, она имела свои светлые и теневые стороны. Необходимо рассмотреть последние, чтобы остаться беспристрастными и правдивыми, а главное, чтобы лучше понять целостную картину и извлечь из нее полезные выводы.

Для начала процитируем Петра Аршинова:

«В личности Махно, — пишет он, — ярко проявлены черты большого человека — ум, сила воли, смелость, энергия, активность. В соединении эти черты создавали могучий облик и возвышали Махно даже в революционной среде.

Однако у Махно была недостаточная теоретическая подготовка, недостаточные исторические и политические знания.

Поэтому он часто не справлялся с революционно-теоретическими построениями или просто упускал их из виду.

Широкое движение революционного повстанчества нуждалось в своих социально-революционных формулах. Махно, при недостатке теоретических знаний, не всегда удавалось сделать выводы обобщающего характера. При том положении, которое он занимал в революционном повстанчестве, это отражалось на всем движении.

Мы того мнения, что, обладай Махно большими знаниями по истории и общественно-политическим вопросам, революционное повстанчество вместо некоторых поражений имело бы ряд выдающихся побед, которые сыграли бы колоссальную — быть может, решающую роль в дальнейшей судьбе всей русской революции»[299].

Совершенно справедливо. Но это еще не все.

«В самой личности Махно была, кроме того, черта, которая ослабляла его сильные стороны — это временами проявлявшаяся в нем доля беззаботности. Перед лицом серьезнейших требований момента этот человек, полный энергии и настойчивости, вдруг становился несвоевременно беспечным и не проявлял в полной мере того проникновенного отношения к задаче дня, которое требовалось общим положением.

Так, победы махновцев над контрреволюцией Деникина осенью 1919 г. не были максимально использованы и развиты до размеров общеукраинского повстания, хотя обстановка для этого была очень благоприятная. Причинами этому, наряду с прочими, были, в некоторой степени, увлечение минутой победы, спокойствие и беспечность, с которыми руководители повстанчества совместно с Махно расположились в освободившемся районе, не отдав должного внимания быстро надвигавшемуся с севера большевизму».[300] Совершенно верно. Но опять-таки не все.

Слова Аршинова о «беззаботности» нуждаются в пояснении. Ибо, с одной стороны, беззаботность очень часто являлась следствием иного рода слабости, а с другой, эти личные недостатки часто вызывали у Махно упаднические настроения, от которых, вне сомнения, страдало все движение[301].

Парадоксальность личности Махно заключалась в том, что человек этот, обладавший силой воли и незаурядным характером, не мог противостоять некоторым слабостям и искушениям, которые брали верх над ним и разделялись многими его друзьями и соратниками. (Иногда эти последние неблагоприятно влияли на него, а он не мог решительно возразить.) Его самым большим недостатком было, конечно, злоупотребление алкоголем. Он пил все больше и иногда оказывался в довольно жалком состоянии.

Пьянство затрагивало в основном его нравственные качества. Физически он оставался крепким. Но под воздействием алкоголя становился злым, возбужденным, несправедливым, невыносимым, грубым. Не раз во время своего пребывания в армии я уходил от него в отчаянии, не в силах добиться от этого человека ничего разумного из-за его ненормального состояния, причем необходимо было срочно принимать важные решения! А иногда такое состояние становилось для него почти… «нормальным»!..

Вторым недостатком Махно и многих его друзей — не только командиров — было их отношение к женщинам. Выпив, эти люди совершали недопустимые — одиозные, другого слова нет — поступки, вплоть до оргий, в которых были вынуждены участвовать некоторые женщины.

Нет нужды говорить, что такой разврат оказывал деморализующее воздействие на тех, кто об этом знал. Страдала и репутация командования.

Подобное поведение неизбежно влекло за собой другие эксцессы и злоупотребления. Под воздействием алкоголя Махно переставал отвечать за свои действия — он терял контроль над собой. Тогда революционный долг подменялся личными капризами, зачастую сопровождавшимися насилием; затем произвол, абсурдные выходки, безрассудства, «диктаторские замашки» командующего армией странным образом сменялись спокойствием, размышлениями, предвидением, личным достоинством, самоконтролем, уважением к другим и общему делу — качествами, которые всегда должны присутствовать у такого человека, каким был Махно.

Неизбежным результатом этих заблуждений явилось усиление «воинственных настроений», приведшее к образованию своего рода «военной клики» или «камарильи»

вокруг Махно. Эта клика порой позволяла себе принимать решения, не принимая в расчет мнения Совета и других учреждений. Она не всегда верно оценивала ситуацию и с презрением относилась ко всему, что ее окружало. Она все больше отдалялась от массы бойцов и трудового населения.

В подтверждение своих слов приведу случай, которому сам был свидетелем.

Однажды вечером, когда в Совете разбиралась жалоба на неподобающее поведение некоторых командиров, на его заседание пришел Махно. Он был пьян, то есть крайне перевозбужден. Он достал револьвер, направил его на присутствующих, переводя поочередно с одного человека на другого, и начал их грубо оскорблять. А затем вышел, не желая слушать никаких объяснений.

Даже если бы жалоба была недостаточно обоснована, на такой ответ тоже можно было пожаловаться.

Я мог бы привести и другие подобные факты.

Однако не будем сгущать краски, чтобы не возникло необходимости в дополнительном освещении событий.

Прежде всего, как писал Аршинов, «Махно рос и развивался вместе с ростом и развитием русской революции. С каждым годом он становился сосредоточеннее. В 1921 году он был гораздо опытнее и глубже, чем в 1918–1919 гг»

[302].

Затем, недостойные поступки Махно и некоторых его товарищей были все же явлениями отдельными, спорадическими и в целом компенсировались многочисленными и бесспорными подвигами. Не следует усматривать «линию поведения» в том, что являлось всего лишь заблуждением.

Важно то, что это не было рассчитанными, постоянными, жесткими действиями правительства, опиравшегося на силы принуждения и ставившего себя во главе движения. В общей свободной среде, в широком сознательном народном движении зло являлось лишь частным случаем, не могущим отравить весь организм.

И действительно, как среди командующих, так и в массе повстанцев быстро возникло серьезное сопротивление злоупотреблениям Махно и его «клики». Не раз они смело противостояли Махно, давая ему ясно почувствовать свое неподобающее поведение. К его чести нужно сказать, что обыкновенно он соглашался с замечаниями и пытался следовать им. «При рассмотрении личности Махно, — справедливо пишет П.

Аршинов, — нельзя упускать из виду крайне неблагоприятную обстановку, окружавшую его с детских лет: почти полное отсутствие около него грамотных людей, дефицит практического опыта и руководства в социально-революционной борьбе»[303].

Самым важным была общая атмосфера движения. В конечном итоге, главную роль играла масса, а не Махно и командиры. Масса действовала независимо, была полностью свободна во взглядах и поведении. Можно не сомневаться, что в такой атмосфере свободного движения деятельность массы выправила бы недостатки «вождей».

Именно для того, чтобы стало возможным такое сопротивление злоупотреблениям отдельных личностей, «локализация» зла, полная свобода мнений и действий трудящихся масс должна быть основным, неотъемлемым завоеванием Революции.

За время моего пребывания на Украине я неоднократно наблюдал простую и здоровую реакцию масс — свободных масс — на недостойное поведение некоторых «вождей»! И я не раз думал: «Не «вожди», не «командиры», не профессиональные революционеры, не «элита» делают подлинную Революцию, а революционные массы. В этом Истина… и Спасение. Роль вдохновителя, подлинного «вождя», истинного революционера, «элиты» заключается в том, чтобы помочь массе остаться на высоте ее задач!»

Пусть революционеры задумаются об этом!

Так что не следует преувеличивать слабости махновского движения до размеров, которые те приняли под пером большевиков. Последние сознательно раздували и искажали отдельные ошибки с целью дискредитировать все движение. Впрочем, большевистские вожди знали, о чем говорили — по собственному опыту.

Но не подлежит сомнению, что некоторые ошибки и недостатки ослабили движение.

Кто знает, какой оборот приняли бы события — несмотря на все препятствия и затруднения, — если бы движение с самого начала руководилось более прозорливо, более последовательно, короче, достойно его задач?

«Усилия, проявленные махновцами в борьбе с деникинщиной, были колоссальны. Героизм и полугодовая борьба их за последний период были у всех на виду. Во всем обширном освобожденном районе они были единственными, кто производил революционный гром в стране и уготовил могилу деникинской контрреволюции. Так широкие массы городов и сел понимали происшедшие события.

Это обстоятельство создало у многих махновцев уверенность в том, что теперь они надежно застрахованы от провокации коммунистов определенным мнением крестьян и рабочих; что для Красной Армии, шедшей в севера, станет теперь ясной вся клевета коммунистической партии в отношении махновцев;

что на новый обман и провокацию партии Красная Армия не поддастся, а наоборот — побратается с махновцами при первой встрече. Больше того — оптимизм некоторых махновцев доходил до того, что они считали невероятным, чтобы при создавшемся общемахновском уклоне масс коммунистическая партия рискнула на новый заговор против свободного народа.

В соответствии с такими настроениями махновцев шла их военная и революционная деятельность. Они ограничились занятием части днепровского и донецкого районов и не стремились продвинуться и закрепиться в северном направлении, считая, что характер встречи с Красной Армией, когда последняя подойдет, укажет, какой тактики надо будет держаться в отношении ее.

С другой стороны, часть работников придерживалась того мнения, что не следует особенно увлекаться военной областью дела, хотя бы и революционной; что необходимо главное внимание направить в рабочую и крестьянскую массу, повернуть ее на путь революционного строительства. Съезды крестьян и рабочих — уездные, районные, окружные — вот ближайшая практическая задача дня. С этого следует начать помощь революции, вывод ее из большевистского тупика.

И оптимизм махновцев, и их соображения о необходимости прежде всего положительной работы в районе сами по себе были хороши, но они не находились в строгом соответствии с создавшейся на Украине обстановкой и поэтому не дали положительных результатов.

[…] Уничтожение деникинской контрреволюции осенью 1919 г.

являлось одной из главных задач махновщины в русской революции. Эту задачу махновцы выполнили полностью. Но задача эта не исчерпывала всей исторической миссии, возложенной на махновцев русской революцией в этот период. Освобожденная от Деникина революционная страна нуждалась в немедленной охране по всей своей территории. Без этой охраны страна и революционные возможности, которые перед ней открылись с уничтожением деникинщины, могли быть каждый день раздавлены государственными армиями большевиков, спешно устремившихся на Украину за отступающим Деникиным.

[…] Никогда, ни при каких условиях [большевизм], по самой природе своей, не согласился бы на свободное, открытое существование такого низового народного движения, как махновщина. Несмотря на какое бы то ни было общественное мнение рабочих и крестьян, большевизм при первом соприкосновении с этим движением принял бы все меры для его уничтожения. Следовательно, махновцы, попав в центр народных событий на Украине, должны были заранее обезопасить себя с этой стороны.

[…] Несомненно, в круг исторических задач махновщины осенью 1919 г. входило создание революционной армии таких размеров, которые позволили бы революционному народу защищать свою свободу не только в отдельном замкнутом районе, но по всей территории украинского повстания.

В момент напряженной войны с деникинцами это было не легким делом, но исторически необходимым и вполне возможным, так как большая часть Украины пылала в то время повстанием и психологически группировалась вокруг махновцев. В район махновщины направлялись повстанческие части не только с юга, но и севера Украины, например — повстанческая дивизия Бибика, занимавшая Полтаву. И даже из Великороссии в ряды махновцев устремлялись красноармейские части, желавшие под знаменем махновщины бороться за социальную революцию. Укажем на многочисленный отряд красных частей под командованием Огаркова, шедший на соединение с махновцами из Орловской губернии, принимавший по дороге многочисленные бои с большевистскими войсками и с войсками Деникина и все-таки достигший в конце октября 1919 г. Екатеринослава, где находились махновцы.

Знамена махновщины поднимались по всей Украине. Не хватало необходимых организационных шагов, чтобы всю многочисленную, рассредоточенную в разных местах Украины боевую силу слить в одну мощную революционно-народную армию, которая стала бы надежным стражем на подступах к революционной территории.

Сила такой армии, защищающей широкую революционную территорию, а не тесный район ее, явилась бы самым убедительным аргументом для большевиков, любящих на все накладывать свою руку.

Однако увлечение победой и доля беззаботности помешали махновцам создать вовремя такую силу. Поэтому с первых же дней прихода на Украину Красной Армии махновцы вынуждены были сосредоточиться в тесном Гуляй-Польском районе. Это явилось большим военным промахом, которым воспользовались большевики и все тяжелые последствия которого махновцы, а с ними и вся украинская революция, в недалеком будущем понесли на себе»[304].

Хотя мы не можем согласиться с автором этих строк по всем пунктам, он, на наш взгляд, верно отметил, что по причине ряда серьезных недостатков возникли огромные непредвиденные проблемы и не были выполнены основные задачи движения.

В заключение этой последней главы — которую считаю самой важной и познавательной — мне хотелось бы обратиться к тем, кто в силу своих убеждений, сложившейся ситуации или по другим причинам уже сейчас ставит перед собой задачу содействовать организации народного движения, вдохновлять его и помогать ему.

Пусть они не ограничатся простым прочтением этой эпопеи украинских народных масс! Пусть задумаются над ней. Пусть поразмыслят о слабостях и ошибках народной Революции: из них следует извлечь полезные уроки.

Задача будет нелегка. Кроме иных, требующих немедленного разрешения проблем, кроме других трудностей, которые следует предвидеть и по возможности предупредить заранее, им необходимо будет найти способ совместить защиту подлинной Революции при помощи вооруженной силы с тем, чтобы избежать зла, которое несет в себе насилие.

Пусть же они задумаются над этим и постараются уже сейчас выработать основные принципы своей будущей деятельности!

Время торопит. Выводы, возможно, потребуется сделать быстрее, чем нам сейчас представляется.

Глава VIII Завет махновщины трудящимся мира

В завершение приведем слова Петра Аршинова, с которыми мы полностью солидарны:

«Рассказанная здесь история далеко не представляет повстанческое движение во всем его объеме. Мы рассказали — крайне неполно — историю лишь одного, главного его потока, зародившегося в Гуляй-Польском районе.

[…] И если бы мы могли проследить по всей Украине эти многочисленные ответвления махновщины, рассказать о каждом из них, связав их вместе и осветив общим светом, то у нас получилась бы грандиозная картина: многомиллионный революционный народ борется под знаменем махновщины за одну основную идею революции — свободу и равенство.

[…] Мы надеемся, что более полное исследование по истории махновского движения будет со временем произведено.

[…] Махновщина постоянна и бессмертна.

Там, где трудящиеся массы оберегают себя от порабощения, где растят любовь к независимости, накапливают свою классовую волю, они всегда будут создавать свои социальные исторические движения, действовать от себя. Это и есть сущность махновщины.

[…] Кровавая трагедия русских крестьян и рабочих не может пройти бесследно. Больше, чем что-либо, практика социализма в России доказала, что у рабочих классов нет друзей, но лишь враги, жаждущие захватить их труд. Социализм с избытком доказал, что он стоит в рядах этих врагов. Эта мысль с каждым годом все прочнее и прочнее входит в сознание масс.

— Пролетарии мира, идите вглубь к себе и там ищите и творите правду: больше вы ее нигде не найдете.

Там заповедывает нам русская революция»[305].

Имена Александр I Павлович (1777–1825) — Российский император в 1801–1825. Вступил на престол после убийства отца, Павла I. Правление Александра I началось с либеральных реформ (указ «О вольных хлебопашцах», учреждение министерств и др.), завершилось реакционным режимом аракчеевщины. Вплоть до 1815 Россия, управляемая Александром 1, вела ряд войн против наполеоновской Франции и ее союзников;

попытки Александра I непосредственно руководить военными действиями в 1805 и 1812 гг. приводили к поражениям русской армии. Один из организаторов и лидеров «Священного Союза», направленного на подавление революционных и национально-освободительных движений в Европе.

Александр II Николаевич (1818–1881) — Российский император в 1855–1881.

Поражение в Крымской войне 1853–1856 гг., развитие промышленности и капиталистических отношений, рост крестьянского движения вынудили Александра 2 отменить крепостное право в 1861 г., а затем провести еще целый ряд реформ в области управления, военном деле и т. д. После подавления Польского восстания 1863–1864 гг. либерализм и курс на реформы уступили место консервативно-охранительной политике. Во время правления Александра II в России зародилось и расширялось революционное движение, одним из проявлений которого стала серия покушений на Александра II, (с 1866 до 1881). Убит народовольцами.

Александр III Александрович (1845–1894) — Российский император в 1881–1894. Правление Александра 3 характеризуется политикой «контрреформ», ограничивавших проведенные его отцом, Александром 2, буржуазные реформы, и усилением полицейского режима.

Алексей Николаевич (1904–1918) — Сын и наследник императора Николая 2.

Расстрелян вместе с царской семьей в 1918 г.

Антонов-Овсеенко Владимир Александрович (1883–1938) — Советский военный и партийный деятель. Член РСДРП с 1902 г. Окончил Владимирское юнкерское училище, офицер, организатор и руководитель социал-демократических военных организаций. В 1905 дезертировал из армии и перешел на нелегальное положение. Активный участник революции 1905–1907, приговаривался к смертной казни за участие в вооруженных восстаниях, бежал из Севастопольской тюрьмы в 1907. Меньшевик-партиец, с 1914 межрайонец. Член РСДРП(б) с 1917. Участник Октябрьского восстания 1917 в Петрограде, член и секретарь Петроградского ВРК. С конца 1917 член коллегии по военным и морским делам при СНК, командующий войсками Петроградского военного округа. В 1918–1924 один из крупнейших советских военачальников, командир ряда армий, групп войск, фронтов, член РВСР (1918–1923), начальник Политуправления РККА (1922–1924), член коллегии Наркомата военных дел (1918–1923), Наркомата труда (1920). Осенью 1923 поддержал левую оппозицию, и в 1924 снят с занимаемых должностей. Находился на дипломатической работе: полпред СССР в Чехословакии, Литве, Польше. В 1927 заявил о разрыве с оппозицией. В 1934–1936 прокурор РСФСР. С осени 1936 генеральный консул в Барселоне (Испания), руководил репрессиями против ПОУМ и анархистов. В 1937 отозван в СССР, назначен наркомом юстиции РСФСР, вскоре арестован. В 1938 осужден и расстрелян.

Аралов Семен Иванович (1880–1969) — Советский военный и государственный деятель. Член РСДРП, меньшевик-интернационалист (в 1918 перешел в РКП(б)); в 1917 г. зам. председателя и председатель армейского комитета 3 армии Западного фронта, поддержал Октябрьскую революцию. Делегат 2 Всероссийского съезда Советов, член ВЦИК. С января 1918 в РККА: член РВСР, член РВС 12 армии и ЮгоЗападного фронта. После Гражданской войны заместитель командующего Украинским военным округом, впоследствии — на дипломатической работе.

Архипов Николай Иванович (1891-?) — Матрос Балтийского флота. В 1920 исключен из РКП(б) (по некоторым данным, присоединился к анархистам). Один из лидеров Кронштадтского восстания 1921, член и заместитель председателя ВРК. После подавления восстания бежал в Финляндию, в ноябре 1921 нелегально вернулся на родину в Вологодскую губернию, где был арестован чекистами. Освобожден в обмен на согласие работать в ЧК. В 1923 находился на родине под подпиской о невыезде. Сведений о дальнейшей судьбе не имеется.

Аршинов Петр Андреевич (1886–1938) — Деятель российского и международного анархического движения. Рабочий-слесарь. В 1904 вступил в РСДРП, руководил большевистской организацией на ж/д станции Кизил-Арват в Средней Азии, редактор нелегальной газеты «Молот». В конце 1906, скрываясь от полицейских преследований, вернулся на родину в Екатеринослав, где присоединился к анархистам-коммунистам. Организатор террористических актов в Екатеринославе и Александровске. 7 апреля 1907 застрелил начальника Александровских железнодорожных мастерских Василенко (увольнявшего рабочих-стачечников), был арестован и приговорен военно-полевым судом к смертной казни. До приведения приговора в исполнение бежал из тюрьмы (22 апреля 1907). В 1907–1910 участвовал в деятельности анархических групп за границей (в Париже) и в России (Москва, Брянск и др.), был арестован в 1909, бежал из тюрьмы. В августе 1910 задержан австрийскими пограничниками при транспортировке оружия и литературы, выдан России и приговорен к 20 годам каторжных работ. Освобожден 2 марта 1917 г. Один из лидеров и секретарь «Федерации Анархических Групп Москвы», член редакции газеты «Анархия»

(1917–1918). Арестован ЧК при разгроме ФАГМ 12 апреля 1918 г., вскоре освобожден, после чего участвует в создании и деятельности «Союза идейной пропаганды анархизма». В апреле 1919 по приглашению Н. Махно приехал в Гуляй-Поле, стал председателем культурно-просветительского отдела Военно-революционного Совета и штаба бригады Махно, редактор газеты «Путь к Свободе» (1919–1920). С этого времени является одним из идеологов махновского движения, с краткими перерывами, когда работал в организациях КАУ «Набат» в Екатеринославе и Харькове. Занимал должности заведующего отделом печати культпросветотдела, председателем культпросветотдела, редактор газет «Путь к Свободе» и «Повстанец» (1920). В январе 1921 по поручению ВРС повстанцев оставил движение и выехал за границу (в Берлин), где в 1923 г.

издал книгу «История махновского движения. 1918–1921 гг». Активный участник «Группы русских анархистов в Германии», член редакции журнала «Анархический Вестник» (1923–1924). После распада Группы переехал в Париж, где с 1925 вместе с Махно издает журнал «Дело Труда». К началу 1926 г. Аршинов и Махно разработали проект «Организационной Платформы Всеобщего союза анархистов», вызвавший оживленную дискуссию в российском и международном анархическом движении. В конце 1920-х Аршинов работает над созданием интернациональной организации сторонников Платформы, в связи с чем подвергался преследованиям со стороны французских властей. В 1931 призвал анархистов пересмотреть отношение к «диктатуре пролетариата» и к СССР, вскоре вернулся в СССР, где заявил об окончательном разрыве с анархизмом и признании роли ВКП(б). Арестован и расстрелян в 1938.

Байков Василий Григорьевич — Заведующий обозом Управления Старокрепости (Кронштадт). Член Кронштадтского ВРК в марте 1921. После подавления восстания бежал в Финляндию, присоединился к ПСР. К 1945 жил в Хельсинки, работал портным.

Бакунин Михаил Александрович (1814–1876) — Выдающийся деятель международного революционного движения, теоретик анархизма, философ. Участник революции 1848–1849 в Праге, Богемии, Саксонии. Арестован и дважды приговаривался к смертной казни, двенадцать лет провел в одиночных камерах тюрем Германии, Австрии, России. В 1861 г. бежал из Сибири за границу. Член Международного Товарищества Рабочих (1 Интернационал) с 1864, лидер анархического течения в Интернационале, после раскола МТР в 1872 г. — лидер Антиавторитарного Интернационала.

Участвовал в восстаниях во Франции (1870), Испании (1873), Италии (1874).

Балмашев Степан Валерианович (1881–1902) — Студент, член Боевой организации ПСР. 2 апреля 1902 г. застрелил министра внутренних дел Д. Сипягина. Казнен.

Барон Фаня Анисимовна (? — 1921) — Жена известного анархо-синдикалиста Арона Барон (Канторовича), активная участница интернационального анархического движения в США в 1912–1917, неоднократно арестовывалась американскими властями. В 1917 вернулась в Россию, работала в КАУ «Набат» в Киеве, Екатеринославе, Одессе, Харькове, а также в Москве; летом 1920 находилась в махновском движении.

Арестована Харьковской ЧК 25 ноября 1920 г., в январе 1921 переведена в Москву, в апреле 1921 в Рязань. 10 июля 1921 бежала из Рязанской тюрьмы с группой анархистов. Участвовала в подпольной анархической деятельности в Москве. Арестована ЧК 17 августа 1921, расстреляна 30 сентября 1921 как анархистка подполья.

Белаш Виктор Федорович (1893–1938) — Из крестьян села Новоспасовка Бердянского уезда. Член Новоспасовской группы анархистов-коммунистов с 1908, лидер группы в 1911–1918. Паровозный машинист. Участник Октябрьского восстания 1917 г.

в Туапсе. Организатор анархического подполья в Приазовье во время германо-австрийской оккупации 1918 г. В декабре 1918 присоединился к махновскому движению, бессменный начальник штаба бригады и дивизии Махно, РПАУ. Лидер части махновцев, стремившихся к сотрудничеству с Советской властью для совместной борьбы против белой контрреволюции, инициатор заключения военно-политического соглашения между РПАУ и Совнаркомом УССР в сентябре 1920 г.

Арестован ЧК на Кубани 23 сентября 1921 г. Находился в камере смертников Харьковской тюрьмы ЧК-ГПУ, в 1923 освобожден на поруки легальных анархистов. Участвовал в подпольной деятельности «Конфедерации Анархистов Украины Набат», в связи с чем был арестован в 1930. В 1930-х работал инструктором по тарифным вопросам правления треста «Югосталь» (Харьков). Арестован НКВД 16 декабря 1937. 24 января 1938 умер во время допроса. В 1930 начал писать книгу воспоминаний о махновском движении, законченную сыном Александром — «Дороги Нестора Махно» (Харьков, 1993).

Белинский Виссарион Григорьевич (1811–1848) — Российский общественный деятель. литературный критик, публицист, философ, революционный демократ.

Беркман Александр (1870–1936) — Деятель международного анархического движения. Родился в Вильно, в 18 лет эмигрировал в США, где присоединился к анархо-коммунистам (группа «пионеры Свободы»). В 1892 г. совершил покушение на стального магната Фрика, жестоко подавившего стачку. До 1906 находился в тюрьме, после освобождения снова активный участник анархического движения в США. В 1917 арестован за антивоенную пропаганду, грозила смертная казнь. В декабре 1919 выслан в РСФСР. Один из организаторов «Всероссийской Федерации Анархистов»

(1920), некоторое время примыкал к «советским анархистам». Под влиянием Кронштадтского восстания и усиления репрессий против анархического движения встал в открытую оппозицию советской власти. В декабре 1921 вынужден эмигрировать в Берлин. Один из организаторов международной помощи преследуемым анархистам России и других стран, секретарь Берлинской секции Фонда помощи при Международном Товариществе Рабочих, с 1927 член «Французского комитета взаимопомощи», редактор бюллетеней этих организаций. Покончил жизнь самоубийством в связи с тяжелой болезнью.

Бибик — Командир дивизии Южного фронта РККА. Осенью 1919 дивизия самовольно ушла с фронта и с боями пробилась в Украину, соединившись с махновцами. В ноябре 1919 — начале января 1920 участвует в боях против белых как командир Первой повстанческой дивизии РПАУ.

Богданов Павел (1892–1921) — Рабочий мастерских Морского интендантства (Кронштадт). Член ревтройки в мастерских во время Кронштадтского восстания 1921.

Расстрелян по приговору ЧК 22 марта 1921.

Богуш (?-1921) — Рабочий-металлист, активист анархо-синдикалистского «Союза русских рабочих в США». В декабре 1919 выслан американскими властями в РСФСР.

Работал в советских учреждениях в Харькове. В ноябре 1920 посетил Гуляй-Поле, вскоре арестован ЧК. Расстрелян в марте 1921.

Бондарец Лука Никифорович (1892–1920) — Рабочий-столяр. Член Новоспасовской группы анархистов-коммунистов с 1910 г. Участник Первой мировой войны, рядовой. Осенью 1918 присоединился к повстанческому движению против режима гетмана Скропоадского, помощник командира Новоспасовского отряда. С января 1919 участвует в махновском движении: командир батареи, 8-го Заднепровского полка бригады Махно (январь-июнь 1919), командир пехотного полка (сентябрь 1919-январь 1920), начальник кавалерии (май-июнь 1920) РПАУ, член и начальник культпросветотдела Совета Революционных Повстанцев РПАУ (июнь 1920). Убит в бою с красными 25 июня 1920.

Брова (?-1921) — Рабочий-слесарь. Анархист-коммунист с 1904. Участник Первой мировой войны, матрос. С июня 1918 командир Дибривского повстанческого отряда (Екатеринославская губерния), осенью 1918 присоединился к махновскому движению. Бессменный член, боевой командир и организатор новых частей РПАУ. С января 1921 начальник штаба повстанческого отряда Маслака, с февраля — созданной на его основе «Кавказской Повстанческой Армии». В 1921 вел партизанскую борьбу на Северном Кавказе, в конце года убит засланными в отряд чекистами.

Брусилов Алексей Алексеевич (1853–1926) — Российский и советский военный деятель. Генерал царской армии. Участник Первой мировой войны: командующий армией, Юго-Западным фронтом, в 1917 недолго был Верховным главнокомандующий, затем военным советником Временного правительства. В 1920 добровольно вступил в РККА, инспектор кавалерии Наркомата военных дел, состоял для особо важных поручениях при РВСР.

Буданов Авраам (1886-?) — Рабочий-шахтер. Анархист-коммунист с 1905. Участник Гражданской войны с начала 1918 г. Член КАУ «Набат» с момента ее основания.

В мае 1919 присоединился к махновскому движению. С сентября 1919 член Военно-Революционного Совета повстанцев (летом 1920 — начальник культпросветотдела Совета), боевой командир РПАУ, в т. ч. начальник штаба 1-го Донского корпуса (сентябрь 1919-январь 1920). Член дипломатической миссии ВРС, которая вела переговоры с СНК УССР о заключении и условиях военно-политического соглашения между повстанцами и советской властью осенью 1920. 25 ноября 1920 арестован ЧК в Харькове. В январе 1921 переведен в Москву, в апреле 1921 в Рязанскую тюрьму, откуда бежал 10 июля 1921 с группой анархистов. Вернулся в Украину, командовал партизанским отрядом в Донбассе. В начале 1922 пленен красными. Позже освобожден, работал на заводе в Мариуполе, руководил подпольной группой КАУ «Набат». В 1928 группа Буданова арестована ОГПУ при попытке перейти от агитационно-пропагандистской работы к повстанческой борьбе, изъято оружие.

Буденный Семен Михайлович (1883–1973) — Советский военный деятель, Маршал Советского Союза (1935). Участник Первой мировой войны, старший унтер-офицер. С лета 1917 председатель полкового и зам. председателя дивизионного комитета в Минске. С начала 1918 командир Красной армии, организатор кавалерийских частей, командир кавалерийской дивизии, корпуса, 1-й Конной армии (1919–1923). Член РКП(б) с 1919. В 1924–1937 инспектор кавалерии РККА, в 1937–1941 командующий войсками Московского военного округа, с 1940 первый заместитель наркома обороны СССР. В 1941–1942 командовал рядом фронтов. Член ЦК ВКП(б) в 1939–1952, затем кандидат в члены ЦК. Член ВЦИК с 1920, член ЦИК СССР с 1922, член Президиума Верховного Совета ССР с 1938.

Булыгин Александр Григорьевич (1851–1919) — Российский государственный деятель, министр внутренних дел в 1905–1906 гг.

Бурбыга (?-1919) — Петроградский рабочий, анархист-коммунист с 1919. В начале 1919 приехал в Украину, присоединился к махновскому движению. Член Военно-Революционного Совета, адъютант, затем младший помощник начальника штаба бригады Махно. Арестован 12 июня 1919 в Синельниково в числе членов штаба бригады, 17 июня 1919 расстрелян в Харькове по приговору Чрезвычайного ревтрибунала Донбасса.

Бурксер Адриан Самойлович (1883-?) — Капитан царской армии, исполняющий обязанности начальника, с декабря 1920 помощник начальника артиллерии крепости Кронштадт. После подавления Кронштадтского восстания 1921 г. бежал в Финляндию.

Бурыма Ефим — Крестьянин-батрак. Анархист с 1918, участник махновского движения. Начальник подрывной команды при штабе РПАУ. В августе 1921 интернировался в Румынии, жил здесь к 1928.

Бухарин Николай Иванович (1888–1938) — Советский партийный и государственный деятель. Член РСДРП с 1906, большевик. Член Московского Комитета РСДРП в 1908–1910, дважды арестовывался. В 1911 бежал за границу, где выдвигается в число теоретиков большевистской партии. Весной 1917 вернулся в Россию, член Московского Комитета РСДРП(б). В августе 1917 на 6-м съезде партии избран в ЦК РСДРП(б) (член ЦК до 1934), в 1924–1929 член Политбюро ЦК. Один из руководителей Октябрьского восстания в Москве. В 1917–1929 ответственный редактор газеты «Правда». В начале 1918 был лидером «левых коммунистов», последовательно выступал против большинства ЦК по вопросу о Брестском мире, в феврале 1918 вышел из ЦК и редакции «Правды» (вернулся на эти посты в конце 1918). В 1919–1929 член Исполкома Коминтерна. С 1921 последовательный защитник нэп и сторонник эволюционного пути к социализму. Взгляды Бухарина легли в основу генеральной линии партии в 1924–1927 гг., в эти же годы он являлся одним из главных идейных оппонентов «Левой», а затем «Новой оппозиции». В конце 1920-х выступил против сворачивания нэп, после чего объявлен идеологом «правого уклона» в ВКП(б). В ноябре 1929 исключен из Политбюро ЦК, выведен из Исполкома Коминтерна и редакции «Правды». В 1929–1932 член Президиума ВСНХ, в 1932–1934 член коллегии Наркомата тяжелой промышленности, с 1934 член редакции газеты «Известия». В 1934 переведен из членов в кандидаты в члены ЦК. Член ВЦИК и ЦИК СССР. Арестован в 1937 по делу «антисоветского правотроцкистского блока», расстрелян.

Бюхнер Людвиг (1824–1899) — Немецкий физиолог, популяризатор естественных наук. Сторонник вульгарного материализма и социал-дарвинизма.

Вальк Владислав Антонович (1884–1921) — Мастер кронштадтского лесопильного завода. Член РСДРП с 1905 г., меньшевик. Участник Кронштадтского восстания 1921, член Кронштадтского ВРК. Пленен при подавлении восстания, расстрелян.

Василевский-Чайковский Григорий Семенович (1889–1921) — Из крестьян, сын Гуляй-Польского кулака. Анархист-коммунист с 1910. Участник махновского движения с первых его дней. Адъютант Махно (1918-начало 1919), сотрудник контрразведки бригады Махно (весна 1919), сотрудник контрразведки РПАУ (осень 1919), член Комиссии антимахновских дел (с лета 1920). Убит в бою с красными в январе 1921 г.

Васильев Павел Дмитриевич (1885-?) — Фельдшер по образованию, член РКП(б) с 1919. Председатель Кронштадтского Совета и его исполкома в 1919–1921 гг.

Вацетис Иоаким Иоакимович (1873–1938) — Советский военный деятель.

Офицер царской армии, полковник, командир 5-го латышского стрелкового полка. Во время Октябрьского восстания перешел на сторону большевиков, по поручению ВРК 12-й армии занял г. Валка, где находился штаб армии. В январе-феврале 1918 руководил действиями советских войск в борьбе против мятежа польского корпуса генерала Довбор-Мусницкого. С апреля 1918 начальник Латышской стрелковой советской дивизии. Сыграл важную роль в подавлении выступления левых с. — ров 6–7 июля 1918 г. С июля 1918 командующий Восточным фронтом, в сентябре 1918 — июле 1919 первый Главнокомандующий Вооруженными Силами Советской Республики. В 1919–1921 член РВСР, затем профессор Военной академии. Арестован в 1937, расстрелян.

Вдовиченко Трофим Яковлевич (1889–1921) — Крестьянин. С 1910 член Новоспасовской группы анархистов-коммунистов. Участник Первой мировой войны 1914–1918, полный Георгиевский кавалер, прапорщик. Председатель полкового комитета в 1917 г. С мая 1918 участвует в повстанческом движении против правительства гетмана Скоропадского. Осенью 1918 присоединился к махновщине. Один из известнейших и популярнейших махновских командиров: командир Новоспасовского полка бригады Махно (январь-июль 1919), командир 2-го Азовского корпуса РПАУ (сентябрь 1919-январь 1920), командир партизанского отряда (май-октябрь 1920), командир 2-й Азовской группы РПАУ (с ноября 1921), член Военно-Революционного Совета повстанцев с сентября 1919. В феврале 1921 г. ранен в бою с красными и оставлен на лечение в Новоспасовке, где арестован красным карательным отрядом в апреле. В мае 1921 г. расстрелян Александровской ГубЧК.

Веретельников Борис Васильевич (?-1919) — Рабочий-литейщик Путиловского завода (Петроград). Член ПСР, участник революции 1905–1907 гг. В 1914 мобилизован на воинскую службу, матрос Черноморского флота. В 1917–1918 член Севастопольского комитета ПЛСР. В феврале 1918 командирован в Гуляй-Поле, работал в агитационном отделе местного ревкома. Весной 1918 перешел к анархистам-коммунистам. В конце 1918 нелегально вернулся в Украину из России, вел подпольную борьбу против германо-австрийских оккупационных войск и правительства гетмана Скоропадского. Один из лидеров махновского движения, член Военно-революционного Совета повстанцев, помощник начальника штаба бригады Махно. Погиб в бою с белоказаками 22 мая 1919 г. при обороне Гуляй-Поля.

Вержа Марсель (1891–1920) — Активист французского рабочего и анархо-синдикалистского движения. Работал в профсоюзе металлистов. В 1919 входил в Парижский комитет 3-го Интернационала. В 1920 участвовал во 2-м конгрессе Коминтерна в Москве, на обратном пути во Францию пропал без вести вместе с тремя другими делегатами.

Вершинин Сергей Степанович (1896–1921) — Матрос, электрик линкора «Севастополь». Анархист. Один из руководителей Кронштадтского восстания 1921 г., член Временного ревкома и судового комитета. Инициатор разоружения и ареста большевиков на «Севастополе». Организовал отряд матросов-анархистов (около 300 чел.), во главе которого намеревался выступить на Петроград. 8 марта 1921 задержан правительственными войсками около Ораниенбаума, заявил, что направлен ВРК для переговоров, но был сразу арестован; в переговоры с Вершининым не вступили. 20 апреля 1921 приговорен к расстрелу.

Вирен Роберт Николаевич (1856–1917) — Адмирал, участник русско-японской и Первой мировой войны. К 1917 главный командир Кронштадтского порта и военный губернатор крепости Кронштадт. Убит восставшими матросами 1 марта 1917 г.

Витте Сергей Юльевич (1849–1915) — Российский государственный деятель.

Граф. Министр финансов (1892–1903), председатель Совета Министров (1905–1906).

Проводил политику развития капитализма в России, поощрял привлечение иностранного капитала в экономику страны, сотрудничество крупной буржуазии с царским правительством. В период революции 1905–1907 выступил за политику сочетания уступок по отношению к требованиям либеральной буржуазии и репрессий против народного движения. С 1906 в отставке.

Ворошилов Климент Ефремович (1881–1969) — Советский государственный, партийный и военный деятель. Член РСДРП с 1903 г., большевик. Участник революции 1905–1907 гг., Февральской и Октябрьской революций 1917 гг. В 1917 — председатель Луганского Совета, затем комиссар Петроградского ВРК. Активный участник Гражданской войны, командующий 14 армией, нарком обороны УССР, член ВРС 1-й Конной армии. Участвовал в подавлении Кронштадтского восстания В 1921–1925 командующий войсками ряда военных округов. С 1921 член ЦК, с 1926 член Политбюро (с 1952 Президиума) ЦК ВКП(б). В 1925–1934 нарком по военным и морским делам и председатель РВС СССР, в 1934–1940 нарком обороны СССР. Маршал Советского Союза (1935). С 1940 зам. Председателя СНК СССР, в 1946–1953 — зам. Председателя Совета Министров СССР. В 1941–1945 член Государственного Комитета Обороны, командующий фронтами на начальном этапе Второй мировой войны. В 1953–1960 председатель, затем член Президиума Верховного Совета СССР. В 1960 г. выведен из состава Президиума ЦК КПСС и Президиума Верховного Совета, в 1961 — из ЦК КПСС как участник «антипартийной группы». С 1966 вновь член Политбюро ЦК КПСС. Член ВЦИК и ЦИК СССР.

Врангель Петр Николаевич (1878–1929) — Российский военный деятель. Генерал-лейтенант (1918), барон. Участник русско-японской и Первой мировой войн.

Участник белого движения на Юге России с августа 1918, командующий Добровольческой армией в декабре 1919 — январе 1920. В апреле 1920 г. сменил Деникина на посту главнокомандующего «Вооруженными силами Юга России» (затем Русская армия Крыма). В ноябре 1920, потерпев поражение в Крыму, бежал за границу. Организатор и руководитель «Русского общевоинского союза» (РОВС) с 1924 г. Умер в Брюсселе.

Гавриленко Петр (1888–1920) — Крестьянин. Анархист-коммунист с 1907 г.

Участник Первой мировой войны, полный Георгиевский кавалер, штабс-капитан (1917). Активный участник махновского движения с 1918. В 1919 — командир батальона бригады Махно, командир 3-го Екатеринославского корпуса РПАУ, начальник командных курсов РПАУ. Сыграл выдающуюся роль в разгроме Деникина осенью 1919.

В январе 1920 арестован ЧК, освобожден в октябре 1920 в соответствии с условиями военно-политического соглашения между махновцами и правительством УССР. Начальник Полевого штаба Крымской группы РПАУ. Арестован в Джанкое 26 ноября 1920, расстрелян 28 ноября 1920.

Гапон Георгий Аполлонович (1870–1906) — Священник, организатор «Собрания русских фабрично-заводских рабочих Санкт-Петербурга». Инициатор и руководитель шествия к царю 9 января 1905 г. Бежал за границу, пытался объединить революционные партии для совместной борьбы против самодержавия. Некоторое время состоял в ПСР. В эмиграции составляет революционные воззвания, поддерживает нелегальные контакты с лидерами закрытого правительством «Собрания», пишет воспоминания. Амнистирован в октябре 1905 г. К началу 1906 г. вступил в контакты с политической полицией, но споры о том, был ли Гапон предателем или неразборчивым в средствах революционным аферистом, продолжаются до сих пор. Весной 1906 о полицейских связях Гапона стало известно ПСР, и 10 апреля 1906 он был убит боевой дружиной с.-р. под руководством П. Рутенберга.

Гаркуша (?-1920) — Рабочий-металлист, анархист-коммунист в Новомосковске Екатеринославской губернии с 1917. Осенью 1918 участвует в организации восстания против власти гетмана Скоропадского, затем борется также против петлюровцев.

Инициатор создания и лидер «Самарской организации анархистов-коммунистов» в Новомосковском и Павлоградском уездах. С апреля 1919 одним из первых анархистов начал вооруженную борьбу против советской власти. В октябре 1919 присоединился к РПАУ, командир полка. 23 сентября 1920 убит в бою с красными под Кутейниково.

Гитлер (Шикльгрубер) Адольф (1889–1945) — Германский политический и государственный деятель. Участник Первой мировой войны, унтер-офицер. С 1919 член Немецкой Рабочей Партии, с 1921 вождь (фюрер) созданной на ее основе Национал-Социалистической Рабочей Партии Германии (НСДАП), автор ее программы, базирующейся на крайнем национализме, антисемитизме и тоталитаризме… С 1933 рейхсканцлер Германии, с 1934 «фюрер и канцлер Германской империи» (Третьего Рейха), диктатор нацистского государства. Верховный главнокомандующий вооруженными силами Германии в ходе Второй мировой войны. 29 апреля 1945 г. покончил жизнь самоубийством в обстановке военно-политического поражения Германии.

Глазунов (?-1921) — Анархист, участник Гражданской войны в Сибири с 1918. В 1920 командир полка 42-й стрелковой дивизии РККА, участвовал в кампании против генерала Врангеля. 26 ноября 1920 во главе своего полка выступил против советской власти и присоединился к РПАУ. В июле 1921 г. во главе анархического повстанческого отряда направлен штабом РПАУ в Сибирь для разворачивания повстанческого движения. Пропал без вести после августа 1921.

Гоголь Николай Васильевич (1809–1852) — Выдающийся русский писатель, основоположник критического реализма в русской литературе.

Гольдман (Голдман) Эмма (1870–1940) — Деятельница международного анархического движения. В 1886 эмигрировала из России в США, вскоре присоединилась к анархистам-коммунистам (группа «Пионеры Свободы»). Сторонница тактики прямого действия, причастна к ряду террористических актов американских анархистов конца 19-начала 20 вв. Участвовала в международных конгрессах анархистов. С 1914 занимает интернационалистическую позицию по отношению к войне. Приветствовала Октябрьскую революцию 1917 в России, и в феврале 1918 арестована американским правительством за антивоенную и пробольшевистскую агитацию. В декабре 1919 депортирована в РСФСР в составе большой группы американских (российского происхождения) анархистов. Примыкает к «советским анархистам»; одна из организаторов «Всероссийской Федерации Анархистов» (1920). Под влиянием Кронштадтского восстания 1921 и усилением репрессий против анархистов встала в оппозицию советской власти, в связи с чем в декабре 1921 вынуждена выехать из РСФСР. В 1922–1940 жила в Германии, Франции, Англии, Канаде, продолжая до конца жизни активное участие в анархическом движении как агитатор и автор работ по теории анархизма.

Голик Лев (?-1920) — Рабочий-токарь. Анархист-коммунист с 1917. Участник махновского движения с конца 1918 г. Начальник разведки бригады Махно (1919), начальник контрразведки РПАУ (1919–1920). Противник соглашений с советской властью, проводил террор как против белых офицеров и буржуазии, так и против большевиков. Во время Крымской кампании 1920 г. — член штаба Крымской группы РПАУ. Убит 30 ноября 1920 в бою с красными в Мелитопольском уезде.

Гольденвейзер А. А. — Еврейский общественный деятель, историк. Присяжный поверенный в Киеве. Эмигрировал из России во время Гражданской войны, опубликовал воспоминания о событиях революции и Гражданской войны в Украине.

Горький Максим (Пешков Алексей Максимович) (1868–1936) — Русский советский писатель, публицист, общественный деятель. Основоположник социалистического реализма. В 1890-х близок толстовцам, в связи с чем находился под негласным надзором. Первые литературные произведения публикует в 1892, и уже к 1900 получил широкую известность. С 1905 член РСДРП, большевик, финансировал партию и организовывал закупку оружия в ходе революции 1905–1907 гг. В 1906 эмигрировал, входил в фракцию «отзовистов», в группу «Вперед». В 1913 амнистирован, вернулся в Россию, издавал социалистический журнал «Заветы». Во время Первой мировой войны — интернационалист. В 1917–1918 редактор газеты «Новая жизнь», близок меньшевикам-интернационалистам, противник большевистского правительства. В 1921 эмигрировал, с 1924 жил в Италии. С конца 1920-х оправдывает и пропагандирует политику Сталина, в 1931 вернулся в СССР. В 1934 избран первым председателем правления Союза писателей СССР.

Григорьев Николай (Никифор) Александрович (1878 или 1885–1919) — Политический авантюрист времен Гражданской войны в Украине. Штабс-капитан царской армии. С 1917 близок Украинской ПСР, затем Украинской ПЛСР. В 1917–1918 подполковник армии УНР, командир ударного украинского полка. В 1918 полковник армии Украинской Державы гетмана Скоропадского. Осенью 1918 организует антигетманское восстание в Херсонской губернии, сторонник петлюровской Директории, «главный атаман повстанческих войск Херсонщины». В начале февраля 1919 выступил против Петлюры, присоединился к красной армии, предложив себя на пост председателя РВС Украинской Красной армии, но был назначен лишь командиром 1-й бригады 1-й Заднепровской дивизии. Весной 1919 бригада Григорьева (вскоре преобразованная в 6-ю украинскую стрелковую дивизию) взяла Херсон, Николаев и Одессу, за что был награжден орденом Красного Знамени. В начале мая 1919 поднял мятеж против большевистской власти, издал Универсал с призывами к установлению «диктатуры трудового народа» и советской власти, объявил себя «атаманом партизан Херсонщины и Таврии». Выступление григорьевцев сопровождалось масштабными еврейскими погромами, в связи с чем в борьбе против мятежа участвовали и махновцы. К июню 1919 войска Григорьева разбиты красными. В июле 1919 пытался объединиться с Махно, получил пост главнокомандующего повстанческими силами. 27 июля 1919 убит махновцами как контрреволюционер и погромщик.

Гриневицкий Игнатий Иоахимович (1856–1881) — Член «Народной Воли». 1 марта 1881 бросил бомбу, убившую царя Александра 2, при этом погиб и сам.

Гусев Сергей Иванович (Драбкин Яков Давидович) (1874–1933) — Советский партийный и государственный деятель. Социал-демократ с 1896, большевик с 1903 г. Участник революции 1905–1907 и Октябрьского восстания в Петрограде 1917, секретарь Петроградского ВРК. Во время Гражданской войны член РВС армий и фронтов, комиссар Полевого штаба РККА. В 1921–1922 член РВСР и начальник Политуправления РККА. В 1920–1923 кандидат в члены ЦК РКП(б). В 1923–1925 секретарь и член Президиума ЦКК, член коллегии наркомата РКИ. В 1925–1926 зав. отделом печати ЦК ВКП(б). С 1929 член Президиума ИККИ.

Гучков Александр Иванович (1862–1936) — Российский политический деятель, крупный капиталист. Основатель и руководитель партии октябристов («Союз 17 октября») с 1905–1906. Во время Первой мировой войны входил в «Прогрессивный блок», председатель Центрального военно-промышленного комитета, член Особого совещания по обороне. 2 марта 1917 вместе с В. Шульгиным убедил Николая 2 отречься от престола. В марте-мае 1917 военный и морской министр первого состава Временного правительства. В 1918 эмигрировал.

Дантон Жорж Жак (1759–1794) — Деятель Великой французской буржуазной революции. Адвокат. В 1792–1793 министр юстиции революционного правительства, депутат конвента, член Комитета общественного спасения. Лидер умеренного крыла монтаньяров, осенью 1793 выступил против диктаторской политики якобинцев, был арестован, судим на открытом процессе и казнен.

Дарвин Чарльз Роберт (1809–1882) — Английский ученый-естествоиспытатель.

Автор работ по ботанике, зоологии, геологии, этнографии. Основные работы Дарвина — «Происхождение видов путем естественного отбора» (1859), «Изменения домашних животных и культурных растений» (1868), «Происхождение человека и половой отбор» (1871) — стали началом эволюционного учения.

Деникин Антон Иванович (1872–1947) — Российский военный и политический деятель. Генерал-лейтенант (1916). Участник русско-японской и Первой мировой войн. Один из руководителей белого движения с момента корниловского мятежа 1917 г… С апреля 1918 командующий Добровольческой армией, с января 1919 главнокомандующий «Вооруженными силами Юга России». После поражения белых, в марте-апреле 1920 передал командование ВСЮР генералу Врангелю и эмигрировал. С 1926 жил во Франции. Скептически относился к деятельности РОВС, противник союза с иностранными государствами в борьбе против советской власти, считая это изменой отечеству. Умер в США.

Денисов Тимофей Денисович (1887–1921) — Бывший офицер царской армии.

Преподаватель трудовых школ в Кронштадте. Кандидат в члены РКП(б). Во время Кронштадтского восстания вышел из партии. Пленен и расстрелян.

Дерменджи (около 1880–1921) — Рабочий-электрик. Матросом броненосца «Потемкин» участвовал в революции 1905 г., в эмиграции присоединился к анархистам-коммунистам. Участник повстанческого движения в Украине с августа 1918. Командир отряда, командир полка бригады Махно… В 1919–1921 член Военно-Революционного Совета повстанцев, инспектор (позже начальник) связи РПАУ, с января 1921 помощник начальника штаба РПАУ по оперативной части. 19 августа 1921 убит в бою с красными в Херсонской губернии.

Дзержинский Феликс Эдмундович (1877–1926) — Деятель российского и польского революционного движения, советский государственный и партийный деятель. Социал-демократ с 1895, один из лидеров СДКПиЛ. С 1906 член ЦК РСДРП как представитель польских социал-демократов. Участник революции 1905–1907, более 11 лет провел в царских тюрьмах и ссылках. В 1917 член Петроградского ВРК. С момента создания ВЧК (7 декабря 1917) ее бессменный председатель. Одновременно занимал должности наркома внутренних дел РСФСР (1919–1923), председатель Главного комитета по всеобщей трудовой повинности (1920), член Польского бюро ЦК РКП(б) и ВРК Польши (1920), нарком путей сообщения (1921–1924), особоуполномоченный ВЦИК и СТО в Сибири (1922). Председатель ГПУ (ОГПУ) с 1922. Председатель ВСНХ СССР (1924–1926). Член ЦК с 1917, член Оргбюро ЦК с 1921, член Политбюро ЦК РКП(б) с 1924.

Добролюбов (?-1919) — Член штаба бригады Махно в 1919. Член ПЛСР. Арестован в июне 1919, 17 июня 1919 расстрелян в Харькове.

Добролюбов Николай Александрович (1836–1861) — Российский литературный критик, публицист, революционный демократ. Ведущий сотрудник журнала «Современник», в котором выступил как идеолог крестьянской революции и освободительного движения.

Долженко Иван — Анархист-коммунист со времени революции 1905–1907.

Участник махновского движения с января 1919: член штаба бригады Махно, штаба РПАУ. Адъютант и личный друг начштаба РПАУ В. Белаша, вместе с которым после разгрома махновщины скрывался на Кубани. Арестован в середине сентября 1921 в станице Тихорецкой.

Домашенко Яков — Крестьянин. Анархист. Первый командир гуляй-польской «Черной Гвардии» (1917–1918). Участник махновского движения с лета 1918, штабной работник, некоторое время был комендантом штаба РПАУ. В августе 1921 в составе отряда Махно ушел в Румынию, где до 1923 находился в концлагере в Брашове. В сентябре 1923 арестован польскими властями в Варшаве вместе с Махно, обвинялся в связях с украинским советским правительством и шпионаже против Польши. Судебный процесс против Махно, Домашенко и др. окончился полным оправданием подсудимых (30 ноября 1923).

Достоевский Федор Михайлович (1821–1881) — Русский писатель. В молодости участвовал в социалистическом кружке М. Петрашевского, в связи с чем в 1849 арестован и приговорен к смертной казни, замененной четырехлетней каторгой. В 1859 вернулся в Петербург, с этого времени в произведениях Достоевского отражается полное неприятие им идей социализма, революции, материализма.

Дурутти Буэнавентура (1896–1936) — Испанский анархист. Рабочий. В 1917 эмигрировал во Францию после участия во всеобщей стачке. В 1919 вернулся в Испанию, вошел в Национальную Конфедерацию Труда. Организатор и активный участник террористических актов в Барселоне. Неоднократно арестовывался испанскими и французскими властями. В июле 1936 сыграл решающую роль в разгроме франкистского мятежа в Барселоне, затем организовал колонну анархического антифашистского ополчения, участвовал в боях под Мадридом. Убит.

Дутов Александр Ильич (1879–1921) — Российский военный деятель. Полковник Оренбургского казачьего войска, генерал-лейтенант (1919). В июне 1917 избран председателем Всероссийского казачьего съезда, в сентябре 1917 — атаманом и председателем правительства Оренбургского казачьего войска. С ноября 1917 руководит антибольшевистским движением оренбургских казаков. В 1918–1919 командующий Отдельной оренбургской казачьей армией, с 1919 походный атаман всех казачьих войск у Колчака. В 1920 бежал в Китай. Убит при попытке похищения чекистами.

Дыбенко Павел Ефимович (1889–1938) — Советский военный и государственный деятель. Член РСДРП(б) с 1912. Матрос Балтийского флота, арестован в 1915 за антивоенную агитацию. В 1917 председатель Центробалта, член Петроградского ВРК, участник Октябрьского восстания в Петрограде. В октябре 1917-марте 1918 член Комитета по военным и морским делам, нарком по морским делам. После разгрома красноармейских отрядов под командой Дыбенко германскими войсками под Нарвой и Псковом, дезертировал, некоторое время сотрудничал с анархистами, арестовывался советской властью. В мае 1918 оправдан народным судом, но исключен из партии.

Арестован белой контрразведкой в Крыму, обменен на группу французских офицеров.

С начала 1919 командует рядом дивизий Украинского и Южного фронтов, участвовал в подавлении Кронштадтского восстания и антоновщины. В 1922 восстановлен в РКП(б). С 1928 командует рядом военных округов. Командарм 2-го ранга (1935). Член РВС СССР и Военного Совета при наркоме обороны СССР. Член ЦИК СССР, Верховного Совета СССР. Арестован и расстрелян в 1938 г. по делу о «военном заговоре в РККА».

Евдокимов Григорий Еремеевич (1884–1936) — Советский партийный и государственный деятель. Член РСДРП с 1903, большевик. Неоднократно арестовывался царскими властями. Участник Гражданской войны и обороны Петрограда, начальник политотдела 7 армии. В 1920-х секретарь Петроградского совета профсоюзов, секретарь Ленинградского губкома партии (1925–1926). Участник «новой», затем «объединенной левой оппозиции», в 1927 исключен из ВКП(б). В 1928 восстановлен в партии, находился на хозяйственной работе. Вновь арестован в декабре 1934, осужден по делам «Московского центра» (1935) и «Антисоветского объединенного троцкистско-зиновьевского центра» (1936). Расстрелян.

Ежов Николай Иванович (1895–1940) — Советский партийный и государственный деятель. Член РСДРП(б) с 1917. Участник Гражданской войны, комиссар частей Красной армии. В 1922–1927 на ответственной работе в партийных комитетах ряда областей. В 1927–1929 сотрудник аппарата ЦК ВКП(б). В 1929–1930 заместитель наркома земледелия СССР. В 1930–1934 заведующий Распредотделом и отделом кадров ЦК. С 1934 член ЦК и Оргбюро ЦК, заместитель председателя КПК ВКП(б). В 1935 секретарь ЦК, председатель КПК, член ИККИ. В 1936–1938 нарком внутренних дел, затем нарком водного транспорта СССР. Арестован в 1939, осужден и расстрелян.

Екатерина II Алексеевна (1729–1796) — Российская императрица (1762–1796).

Внутренняя политика Екатерины 2 характеризуется укреплением дворянского землевладения и крепостничества, дворянско-бюрократической монархии, прикрывавшихся либеральными фразами. Внешняя политика была направлена на расширение границ Российской империи за счет Турции и Польши. В конце правления Екатерина 2 оказала активную поддержку европейским реакционным силам, боровшимся с французской революцией.

Железняков Анатолий Григорьевич (1895–1919) — Анархист-коммунист с 1915, матрос Балтийского флота. Преследовался царским и Временным правительством. Активный участник Октябрьского восстания в Петрограде, председатель ревкома 2-го балтийского флотского экипажа, член Военно-Морского ревкома. С января 1918 участвует в Гражданской войне в качестве руководителя революционного подполья в Одессе, члена штаба Донского фронта, командира отрядов и бронепоезда Красной армии. Убит в бою с белыми 26 июля 1919.

Желябов Андрей Иванович (1850–1881) — Революционер-народник, сын крепостного крестьянина. Был исключен из Новороссийского университета (Одесса) за участие в студенческом движении. Несколько раз арестовывался за участие в пропаганде в народе, отдан под суд и оправдан на «процессе 193-х». В начале 1879 вступил в общество «Земля и Воля», сыграл решающую роль в его расколе на народников («Черный Передел») и народовольцев. По свидетельству близко знавших Желябова лиц, к этому времени он являлся не социалистом, а крайним радикалом, сторонником народной революции и установления республиканского правления. Фактический руководитель Исполкома «Народной Воли», организатор всех покушений народовольцев на Александра 2. Арестован за несколько дней до убийства царя, потребовал приобщить себя к процессу цареубийц, рассчитывая открыто выступить с обоснованием программы «Народной Воли» на суде. Приговорен к смертной казни и повешен.

Жорес Жан (1859–1914) — Деятель французского социалистического движения.

Историк, философ. Один из руководителей СФИО, депутат парламента с 1890-х гг., лидер парламентской фракции социалистов с 1902. Активный противник милитаризма. Убит 31 июля 1914 французским шовинистом.

Жоффр Жозеф (1852–1931) — Французский маршал. Участник Первой мировой войны, главнокомандующий французской армией (1914–1916). В 1916 смещен со своего поста в связи с неудачами французской армии.

Забудько (?-1921) — Крестьянин. Анархист-коммунист с 1917. Участник махновского движения с осени 1919. В 1920 — командир 3-й пехотной группы РПАУ. Убит в бою с красными 28 июня 1921.

Зиновьев Григорий Евсеевич (1883–1936) — Советский партийный, государственный деятель. Член РСДРП с 1901, большевик с 1903. Участник революции 1905–1907, член Петербургского комитета РСДРП. Член ЦК РСДРП с 1907. Председатель Петроградского Совета (1917–1926), председатель ВЦСПС (1918–1919), председатель Исполкома Коминтерна (1919–1926), член Политбюро ЦК РКП(б) (1921–1925).

Лидер «новой» оппозиции (1925–1926), один из лидеров «объединенной оппозиции»

(1927). В 1927 и 1932 исключался из ВКП(б) за фракционную деятельность (восстанавливался в 1928 и 1933). С 1928 — ректор Казанского университета, член правления Центросоюза, наркомата просвещения СССР. Арестован в декабре 1934. Судился по процессам «Московского центра» (1935) и «Антисоветского объединенного троцкистско-зиновьевского центра» (1936), расстрелян.

Зиньковский (Задов) Лев Николаевич (1893–1938) — Анархист-коммунист с 1912, рабочий. Отбыл каторгу. В 1917–1918 член Юзовского Совета. Участник Гражданской войны с конца 1917, начальник штаба отряда Черняка. Участник махновского движения с конца 1918. Помощник командира полка бригады Махно, помощник начальника контрразведки РПАУ, начальник контрразведки 1-го Донецкого корпуса РПАУ, член комиссии антимахновских дел при ВРС РПАУ. В 1921 ушел в Румынию вместе с Махно. В июне 1924 во главе группы бывших махновцев нелегально вернулся в СССР по заданию румынской разведки, в тот же день сдался ОГПУ. С декабря 1924 сотрудник ОГПУ-НКВД, к 1936 — оперуполномоченный Одесского УНКВД. Арестован 3 сентября 1937, расстрелян 25 сентября 1938.

Зубатов Сергей Васильевич (1864–1917) — Российский государственный деятель. В первой половине 1860-х входил в народовольческие кружки, после ареста в 1885 поступил на службу в Охранное отделение. Помощник начальника (с 1889), начальник (с 1896) Московского охранного отделения. Начальник Особого отделения Департамента полиции (1902–1903). В 1903 уволен со службы и сослан во Владимир.

В марте 1917 застрелился.

Иван 4 Васильевич Грозный (1530–1584) — Великий князь (с 1833), царь(1547–1584).

Иванов Андрей Васильевич (1888–1927) — Советский государственный деятель. Член РСДРП с 1906. Член Киевского ВРК во время Октябрьского (1917) и Январского (1918) восстаний. Член ЦИК и Президиума ЦИК Украины с 1918. Народный секретарь (нарком) внутренних дел УССР (1918–1920). С 1919 председатель Киевского, Харьковского, Одесского губисполкомов, член президиума и секретарь ВУЦИК, член ЦИК СССР.

Иванюк (?-1921) — Крестьянин. Анархист с 1917. Член Полтавской организации КАУ. Участник махновского движения с мая 1919, боевой командир. Убит в бою с красными 20 августа 1921.

Ильин (Ильин-Алексеев) Яков Ильич (1887–1921) — Член РКП(б) с 1918. Сотрудник Петроградского комитета продовольствия (1917–1919), комиссар крепости Кронштадт (1919), комиссар продовольствия и горкоммуны Кронштадта (1920–1921).

В марте 1921 один из организаторов «Временного бюро Кронштадтской организации РКП». Расстрелян 24 марта 1921.

Кабанов Антон Семенович (1890–1921) — Член РКП(б) с 1918, председатель Совета профсоюзов Кронштадта. В марте 1921 член «Временного бюро Кронштадтской организации РКП». Расстрелян.

Калашников Александр (?-1920) — Анархист-коммунист, рабочий. Участник Первой мировой войны, прапорщик. Секретарь Гуляй-Польского Союза Анархистов (1917–1918). Участник махновского движения с ноября 1918: командир 7-го полка бригады Махно, командир 1-го Донского корпуса РПАУ (1919), член Военно-революционного Совета повстанцев и оперативного отдела ВРС (1920). Убит в бою с красными в июне 1920.

Каледин Алексей Максимович (1861–1918) — Российский военный деятель.

Генерал от кавалерии. Участник Первой мировой войны. Войсковой наказной атаман Войска Донского (1917). В октябре 1917 провозгласил независимость Области Войска донского, возглавил казаков Дона, Кубани и Терка, и начал борьбу против Советской власти. Потерпев поражение в борьбе с советскими войсками, застрелился 29 января 1918.

Калинин Михаил Иванович (1875–1946) — Советский партийный и государственный деятель. Член РСДРП с 1898, большевик с 1905. Участник революции 1905–1907, член Петербургского комитета РСДРП. Кандидат в члены ЦК РСДРП(б) с

1912. Участник Февральской и Октябрьской революции 1917 в Петрограде. С 1919 председатель ВЦИК, с 1922 председатель ЦИК СССР. Член ЦК и кандидат в члены Политбюро ЦК РКП(б) с 1919, член Политбюро ВКП(б) с 1926. Председатель Президиума Верховного Совета СССР в 1938–1946.

Каляев Иван Платонович (1877–1905) — Член ПСР и Боевой организации ПСР с 1903. 4 февраля 1905 убил московского генерал-губернатора великого князя Сергея Александровича. Казнен.

Каменев Лев Борисович (1883–1936) — Советский государственный и партийный деятель. Член РСДРП с 1901, большевик с 1903. Участник революции 1905–1907, член Большевистского Центра, сотрудник ЦО «Пролетарий», «Правды», «Рабочей газеты», руководитель социал-демократической фракции 4-й Государственной Думы. В 1917 представитель РСДРП(б) в Петроградском Совете и ВЦИК, председатель ВЦИК.

Председатель Московского Совета (1918–1926), заместитель председателя (1922–1924), председатель СНК и СТО РСФСР и СССР (1924–1926), директор Института Ленина (1923–1926). Член ЦК (1919–1927) и Политбюро ЦК РКП(б) (1919–1925).

Один из лидеров «новой» (1925–1926) и «объединенной левой оппозиции» (1927).

Исключался из партии за фракционную деятельность в 1927 и 1932 гг., (восстанавливался в 1928 и 1933 гг.). Арестован в декабре 1934, судился по процессам «Московского центра» (1935), «Кремлевского дела» (1935) и «Антисоветского объединенного троцкистско-зиновьевского центра» (1936), расстрелян.

Каменев Сергей Сергеевич (1881–1936) — Советский военный деятель. Офицер царской армии, полковник (1917). Участник Гражданской войны, командующий Восточным фронтом (1918–1919), главнокомандующий вооруженными силами Республики (1919–1924). С 1924 инспектор, затем начальник Главного управления РККА, начальник штаба РККА, член РВС СССР. В 1927–1934 заместитель наркома по военным и морским делам и заместитель председателя РВС СССР. С 1934 начальник Управления ПВО РККА. Член ВЦИК и ЦИК СССР.

Камков Борис Давидович (1885–1938) — Член ПСР с 1902. Арестовывался царскими властями. С 1917 член Петроградского комитета ПСР, Петроградского Совета и ВЦИК. Один из организаторов ПЛСР, член ЦК ПЛСР с 1917, председатель президиума ЦК ПЛСР (1918). С 1919 неоднократно арестовывался советскими властями, с 1921 находится в тюрьмах и ссылках. Расстрелян.

Карабет — Анархист, активный участник махновского движения в 1918–1920, боевой командир, член ВРС, секретарь 3-го съезда повстанцев.

Карелин Владимир Александрович (1891–1938) — Член ПСР с 1907. Руководитель Харьковской организации ПСР в 1917. Член ЦК ПЛСР с 1917, товарищ председателя президиума ЦК ПЛСР (1918). В декабре 1917-марте 1918 нарком государственного имущества. Участник Гражданской войны в Украине. С 1921 юрисконсульт советских учреждений в Харькове. Арестован в 1937. Расстрелян.

Каретник Семен Никитович (1893–1920) — Крестьянин. Анархист-коммунист с 1907. Участник махновского движения с августа 1918. Командир повстанческого отряда, член Военно-революционного штаба повстанцев (1918), командир батальона и начальник гарнизона Бердянска при бригаде Махно (1919), командир 2-го Гуляй-польского полка РПАУ (сентябрь-ноябрь 1919), командир 1-го Донецкого корпуса РПАУ (декабрь 1919-январь 1920), помощник командующего РПАУ (май-октябрь 1920), командующий Крымской группы РПАУ (октябрь-ноябрь 1920). Член ВРС повстанцев с весны 1919. Сыграл решающую роль в разгроме Врангеля осенью 1920.

Арестован в Джанкое 26 ноября 1920, расстрелян 28 ноября 1920.

Кашен Марсель (1869–1958) — Деятель французского социалистического движения. Член Рабочей Партии Франции с 1891. Член руководства СФИО с 1905. Редактор, с 1918 директор газеты «Юманите». Депутат французского парламента с 1914, сенатор с 1935. С 1920 бессменный член ЦК и Политбюро ЦК Коммунистической партии Франции. Член Исполкома Коминтерна с 1924, член Президиума ИККИ с 1935.

Участник Движения Сопротивления.

Керенский Александр Федорович (1881–1970) — Российский политический деятель. Юрист. Со времени революции 1905–1907 сочувствовал ПСР, арестовывался царскими властями, получил широкую известность как защитник на политических процессах. Депутат 4-й Государственной Думы (1912–1917), член и председатель фракции трудовиков. Председатель Верховного Совета российских масонов (с 1915). Участник Февральской революции 1917 г. Член ПСР с марта 1917. В 1917 член Исполкома Петроградского Совета и ВЦИК, член Временного правительства: военный и морской министр (май-октябрь 1917), председатель правительства (июль-октябрь 1917), Верховный главнокомандующий (август-октябрь 1917). Пытался организовать вооруженное подавление Октябрьского восстания, потерпев поражение, перешел на нелегальное положение, а в июне 1918 выехал за границу. Несмотря на резкую критику деятельности Керенского в 1917 со стороны многих с. — р-ов, до конца жизни оставался членом ПСР.

Кибальчич Николай Иванович (1853–1881) — Революционер, участник движения в народ 1870-х, судился по «процессу 193-х». С лета 1879 агент Исполкома «Народной Воли»; как талантливый ученый-химик, разрабатывал и изготовлял бомбы для совершения террористических актов. Арестован в 1881 и казнен по процессу цареубийц.

Кильгаст Федор Васильевич — Морской офицер, штурман. К 1921 заведующий Кронштадтским агентством. Участник Кронштадтского восстания 1921, член и секретарь Временного Ревкома. Вместе с другими членами Ревкома ушел в Финляндию. К 1945 жил в Хельсинки, работал столяром.

Клейн Александр (1891–1921) — Приказчик. Анархист-коммунист с 1917. Участник махновского движения с осени 1918: адъютант штаба повстанцев, командир пехотного полка бригады Махно, а затем РПАУ. Участник всех кампаний махновцев в 1918–1921. Убит в бою с красными в августе 1921.

Клукк фон — Германский генерал, командующий 1-й армией Западного фронта в 1914–1916.

Коваль (?-1922) — Участник махновского движения. Член ВРС повстанцев с февраля 1919. Боевой командир бригады Махно, РПАУ. Один из последних махновских партизанских командиров. Убит в феврале 1922.

Коган (Яковлев) (?-1919) — Рабочий, впоследствии крестьянин-колонист. Член ПЛСР. Активный участник махновского движения с конца 1918. Член и товарищ председателя ВРС повстанцев, вел обширную культурную и организационную работу.

Летом 1919 перешел к анархистам, руководит партизанским отрядом. Тяжело ранен в Уманском бою (конец сентября 1919), оставлен в лазарете в Умани, где с приходом белых арестован и расстрелян.

Кожин Фома (?-1921) — Крестьянин. Анархист-коммунист с 1918. Участник махновского движения с декабря 1918: командир отряда, начальник пулеметной команды бригады Махно (начало 1919); член штаба партизанского отряда Махно (лето 1919);

командир пулеметного полка РПАУ (с сентября 1919). Проявил качества великолепного тактика в кампаниях против белых (осень-зима 1919 и осень 1919) и красных (лето 1920), один из главных военных руководителей штурма белого Крыма в ноябре

1920. Весной-летом 1921 руководит действиями махновских партизанских отрядов в Донбассе. В июле 1921 тяжело ранен, под чужим именем помещен в больницу в Таганроге, умер во время операции.

Козловский Александр Николаевич (1864–1940) — Генерал-майор (1912).

Участник первой мировой и гражданской войн. В Красной армии с августа 1918, командир артиллерийских частей. С декабря 1920 начальник артиллерии крепости Кронштадт. Во время Кронштадтского восстания 1921 осуществлял техническое руководство крепостной артиллерией, никакой политической роли не играл, но, как бывший царский генерал, был объявлен большевистской пропагандой «закулисным руководителем мятежа». После бегства в Финляндию долго был безработным, впоследствии преподавал в русской школе в Выборге, работал на заводе.

Колчак Александр Васильевич (1874–1920) — Российский военный деятель, адмирал (1916). Участник русско-японской и первой мировой войн. Командующий Черноморским флотом (1916–1917), военный атташе за границей. В октябре 1918 прибыл в Омск, вскоре назначен военным министром Сибирского правительства, но уже 18 ноября 1918 г. произвел военный переворот, разогнав органы демократической антибольшевистской власти («Уфимская» Директория), и объявил себя «Верховным правителем Российского государства». Руководил белой контрреволюцией в Сибири, на Урале и Дальнем Востоке. Потерпел военное поражение летом-осенью 1919, арестован в ходе восстания в Иркутске, и по постановлению Иркутского ревкома расстрелян 7 февраля 1920.

Коляда Евдоким (?-1921) — Крестьянин. Анархист-коммунист с 1918. Участник антигетманского восстания в Украине осенью 1918, командир повстанческого отряда.

В январе 1919 присоединился к махновскому движению. Член оперативного отдела штаба и начальник боеучастка бригады Махно (январь-июнь 1919), командир кавалерийской бригады РПАУ (сентябрь-декабрь 1919), член штаба РПАУ (1920–1921). В феврале 1921 убит в бою с красными.

Константин Павлович (1779–1831) — Великий Князь, сын императора Павла 1.

Варшавский наместник. Должен был наследовать престол после бездетного Александра 1, но еще при его жизни отказался от своих прав в пользу младшего брата, Николая. Это решение было практически неизвестно за пределами императорской семьи, и ситуацию неразберихи, связанной с принесением присяги Константину или Николаю, попытались использовать декабристы, поднимая восстание 1825 г. Оставался наместником в Польше до 1830.

Корнилов Лавр Георгиевич (1870–1918) — Российский военный деятель. Генерал (1917), участник первой мировой войны. 19 июля 1917 назначен Временным правительством верховным главнокомандующим русской армии. В конце августа 1917 поднял мятеж, направленный против социалистических Советов и Временного правительства; выступление Корнилова было быстро подавлено, сам он арестован, но бежал из тюрьмы на Дон после Октябрьского восстания. С ноября 1917 организует на Дону белую Добровольческую армию, руководит ею в боях против Советской власти.

Убит в апреле 1918 при штурме Екатеринодара.

Костин (?-1919) — Член ПЛСР. Участник махновского движения с начала 1919.

Член полевого штаба бригады Махно. 12 июня 1919 арестован красными вместе с другими членами штаба, через несколько дней расстрелян по приговору Чрезвычайного военно-революционного трибунала.

Костромитинов Николай Петрович (1894-?) — Музыкант военного оркестра Кронштадта, участник восстания 1921 г.



Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |



Похожие работы:

«Международная конференция LARGE IGNEOUS PROVINCES, MANTLE PLUMES AND METALLOGENY IN THE EARTH’S HISTORY Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт геохимии им. А.П. Виноградова Сибирского отделения Российск...»

«ВВЕДЕНИЕ История мореплавания — это и хроника гибели кораблей По подсчетам американских океанографов, в настоящее время на дне океана покоится не менее одного миллиона судов. Большинство из них погибло на скалах и п...»

«Серия исторических романов Николай Энгельгардт Окровавленный трон "ВЕЧЕ" Энгельгардт Н. А. Окровавленный трон / Н. А. Энгельгардт — "ВЕЧЕ", 1907 — (Серия исторических романов) Действие романа происходит в конце XVIII века во времена правления Павла Первого. Привы...»

«С А. ЛЕВИЦКИЙ ТРАГЕДИЯ СВОБОДЫ Сочинения Том 1 МОСКВА КАНШН ББК 87.3(2) Л 36 ИСТОРИЯ ФИЛОСОФИИ В ПАМЯТНИКАХ Серия основана в 1993 г.Редакционная коллегия: В. М. Бакусев (зам. председателя), Ю. В. Божко, А. Б. Гофман, В....»

«ЯНОШ М. РАЙНЕР К истории отношений между Венгрией и СССР в 1953–1956 гг. Я не берусь дать обзор всей проблематики венгерско-советских отношений даже за указанные в заглавии несколько лет и...»

«ГОУ ВПО РОССИЙСКО-АРМЯНСКИЙ (СЛАВЯНСКИЙ) УНИВЕРСИТЕТ Составлен в соответствии с УТВЕРЖДАЮ: государственными требованиями к минимуму содержания и Директор института уровню подготовки выпускников Г.З.Саркисян по направлению и Положением "Об УМКД РАУ". “_01_”03 2014 г Институт: Гуманитарных наук Н а зв а н и е и н с т и т у т...»

«Annotation Альтернативная история Великой Отечественной Войны. Не стандарт. Главный герой сражается на стороне Германии против СССР. Гитлера нет. Вместо него Борман. Власов верный генерал Сталина. Вместо него генерал Трухин. Построение Казакии и Русского государства. Сахаров Василий Иванович...»

«О Че Р К Валентин Осипов Валентин Осипович Осипов, былой комсомольский работник в Лениногорске и Москве, редактор молодежной газеты на целине и московский издатель, ныне член Высшего творческого совета Союза писателей России, автор около 20-ти книг, лауреат Всероссийской Шолоховской премии и Большой литпремии России. ЗАПИСКИ О ДРУГЕ Сч...»

«Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение "Средняя общеобразовательная школа №6" город Кольчугино Владимирской области Реферат по истории Тема: Наш край в Отечественной войне 1812 года Выполнила: Мустафина Марина Равильевна 10-А класс МБОУ "СОШ №...»

«8 апреля 2007 г. Информационный Центр по изучению терроризма при Центре истории разведки Военные приготовления Хамаса в секторе Газы (обновлено в апреле 2008 года) Иллюстрации с сайта Хамаса Содержание Содержание Краткий об...»

«"Вестник Московского университета" (Политические науки-серия 12).-2009.-№4.-С.93-100.ЯЗЫКОВЫЕ ВОЙНЫ: ЗАПАДНЫЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ ТЕХНОЛОГИИ М.Е. Костюк, ст. преп. кафедры политологии и социальных технологий Гуманитарного института Московского государственного университета путей сообщения В статье...»

«68 Зусман В.Г. Гибридность в литературе мигрантов. Гетерогенное "письмо" В. Вертлиба // Русская германистика: Ежегодник Российского союза германистов. – Т. 10. – М., 2013. – С. 180–187. Лотман Ю.М. Текст и полиглотизм культуры // Лотман Ю.М. Избр. ст....»

«Annotation Его появления никто не ждал. Он слишком долго был всего лишь легендой, и кровные братья успели забыть предостережения древности. Ни один из кланов не готов к его приходу. Никто не знает, что принесет Основатель в Столицу – новую войну или сплочение для всех киндрэт. Процветание или разр...»

«Поэт жил в девятнадцатом столетии, и именно он воспел эти тревожные исторические десятилетия. Он своими глазами видел, как царизм колонизировал казахскую землю и угнетал казахский народ, и по мере возможностей противост...»

«Пояснительная записка Рабочая программа по истории составлена в соответствии с программой под редакцией доктора педагогических наук В.В.Воронковой "Программы специальных (коррекционных) общеобразовательных учреждений VIII вида 5-9 классы. Сборник 1" изд. "Владос" 2011 г. Рабочая прогр...»

«СТО ВЕЛИКИХ узников МОСКВА ВЕЧЕ 2003 Ионина Н. А., 2003. ВСТУПЛЕНИЕ Вертится колесо времени, раскручивается клубок событий, тысячелетия человеческой истории полны грандиозными деяния...»

«Муниципальное автономное общеобразовательное учреждение Домодедовская гимназия №5 Рабочая программа по истории (история России) (базовый уровень) 9 а, б, в, г классы Составитель: Леухина Любовь Евгеньевна, учитель истории и общ...»

«УДК 82.09(574) ИСТОРИКО-ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ЗНАЧЕНИЕ ПЕРВОЙ РЕДАКЦИИ РОМАНА ИВАНА ШУХОВА "ГОРЬКАЯ ЛИНИЯ" JI.E. Токатова Павлодарский государственный университет им. С. Торайгырова Осы мак/алада Иван Шуховтыц "Горькая линия" атты романыныц 6ipinute редакциясы менКОКП у...»

«1 Федеральное государственное образовательное учреждение высшего образовании "Московский государственный институт культуры" "УТВЕРЖДЕНО" Зав. кафедрой Сидорова М.Б. "7" мая 2015 г РАБОЧАЯ ПРОГРАММА ДИСЦИПЛИНЫ (МОДУЛЯ) ИСТОРИЯ ОРКЕСТРОВЫХ СТИЛЕЙ Направление подготовки ба...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБЩЕГО И ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ ГБОУ СПО СО "ОБЛАСТНОЙ ТЕХНИКУМ ДИЗАЙНА И СЕРВИСА" МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ для изучения учебной дисциплины ОГСЭ.01 ИСТОРИЯ ЗАОЧНОЕ ОТДЕЛЕНИЕ Специальность СПО: 080110 Банковское дело Екатеринбург, 2012 Ме...»

«Инструктивно-методическое письмо О ВЕДЕНИИ КЛАССНОГО ЖУРНАЛА 1-11-х КЛАССОВ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ 1.Общие положения 1.1. В соответствии со статьями 55, 56 Закона Донецкой Народной Республики от...»

«УТВЕРЖДЕН общим собранием акционеров открытого акционерного общества "Нефтяная компания "Роснефть" 07.06.2006 г. Протокол № б/н УСТАВ открытого акционерного общества "Нефтяная компания "Роснефть" с изменениями: № 1 (по результатам размещения акций ОАО НК "Роснефть" на основании решения внеочередного общего соб...»

«МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ПУТЕЙ СООБЩЕНИЯ (МИИТ) ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ М.Ю. ЗЕЛЕНКОВ МИРОВЫЕ РЕЛИГИИ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ Учебное пособие МОСКВА – 2003 Зеленков М.Ю. Мировые религии: история и современность ББК 86.2 УДК 2 З–48 Зеленков М.Ю. – Мировые религии: история и современность:...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ АВТОНОМНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ "БЕЛГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ" (НИУ "БелГУ) УТВЕРЖДАЮ Директор Институ...»

«СПИСОК ПУБЛИКАЦИЙ 1. — Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук “Этика революционного действия (60-е гг. XIX в.)”. М. 1996. 2. — “Плод революционной страсти” // Родина. 1996. № 1. 3. — “Отщепенцы” // Свободная мысль. 1998. № 1. 4. — Роман Н.Г.Чернышевского “Ч...»








 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.