WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 

Pages:   || 2 | 3 |

«ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЧЕЛОВЕКА В ТВОРЧЕСТВЕ М.Ю. ЛЕРМОНТОВА: ОПЫТ КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКОЙ ИНТЕРПРЕТАЦИИ ...»

-- [ Страница 1 ] --

Федеральное государственное автономное образовательное учреждение

высшего образования «Уральский федеральный университет

имени первого Президента России Б.Н. Ельцина»

На правах рукописи

Улитина Наталья Михайловна

ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЧЕЛОВЕКА В ТВОРЧЕСТВЕ

М.Ю. ЛЕРМОНТОВА: ОПЫТ КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКОЙ

ИНТЕРПРЕТАЦИИ

24.00.01. – Теория и история культуры Диссертация на соискание учёной степени кандидата культурологии

Научный руководитель – доктор культурологии, профессор Н.Б. Кириллова Екатеринбург - 2017 СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА I. ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЧЕЛОВЕКА

В ТВОРЧЕСКОМ НАСЛЕДИИ М.Ю. ЛЕРМОНТОВА КАК ПРЕДМЕТ

КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ

1.1. Специфика методологии культурологического подхода к исследованию экзистенциальных проблем человека

1.2. Социокультурные предпосылки формирования у М.Ю. Лермонтова экзистенциального миропонимания

1.3. М.Ю. Лермонтов и С. Кьеркегор: экзистенциальные параллели в мироощущении и творчестве

ГЛАВА II. ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ ТВОРЧЕСТВА

М.Ю. ЛЕРМОНТОВА В СОЦИОКУЛЬТУРНОМ КОНТЕКСТЕ

2.1. Проблемы духовного бытия человека в поэзии и прозе М.Ю. Лермонтова 62

2.2. Экзистенциальный герой в драматургии М.Ю. Лермонтова

2.3. Экзистенция человека в творчестве М.Ю. Лермонтова-художника........... 135 ЗАКЛЮЧЕНИЕ

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

ВВЕДЕНИЕ Актуальность темы исследования Творчество Михаила Юрьевича Лермонтова уже более полутора веков привлекает внимание многих поколений учёных, представляющих разные гуманитарные наук

и: филологов и историков, искусствоведов и философов, культурологов, психологов, педагогов. Поэт, писатель, драматург, художник и мыслитель, он наряду с А.С. Пушкиным стал одним из главных символов русской художественной культуры первой половины XIX века. Личность Лермонтова, драматизм его короткой жизни, философская глубина и психологизм его произведений стали объектом особого внимания со стороны исследователей в связи с 200-летием со дня рождения поэта.

Актуальность настоящего исследования в том, что в нем подняты проблемы духовного бытия человека, которые в эпицентре всего творчества М.Ю. Лермонтова. Речь идёт об осознании уникальности человеческой личности, познании мира через свою экзистенцию, понимании хрупкости и конечности человеческого «Я». «Экзистенциальными» являются в его творчестве система антитез «добро и зло», «жизнь и смерть», «свобода и вседозволенность», взаимоотношения человека с Богом, социумом, постижение смысла жизни и целей человеческого существования.

М.Ю. Лермонтов, как художник, творил в постдекабристский период – в эпоху николаевской самодержавно-крепостнической России, когда пресекались свобода мысли и слова, когда в стране господствовала «охранительная деятельность», направленная на то, чтобы оградить общество от западноевропейских гуманистических веяний, от влияния «чужой» культуры.

Лермонтов, как один из самых проницательных творцов и мыслителей эпохи, сумел передать в своих произведениях её суть и дух во всей своей противоречивости, внеся тем самым бесценный вклад в последующее развитие русской культуры XIX века.





Современная российская культура, находящаяся в условиях глобализации на острие мировых катаклизмов, информационных и локальных войн, остро нуждается в лермонтовском понимании реальности и лермонтовском человековедении, чтобы, опираясь на его опыт, отвечать на вызовы современной эпохи. Более того, культурологический анализ лермонтовского наследия – это одновременно исследование проблемы культурной памяти, ее «культурных кодов». Как писал Ю.М. Лотман, анализируя пушкинскую эпоху русской культуры, «постоянная актуализация текстов прошедших эпох…, активный диалог культуры настоящего с разнообразными структурами и текстами, принадлежащими прошлому…, являются подходящими инструментами исследования»1.

Это доказывает, что современная гуманитарная наука нуждается в комплексном, всестороннем исследовании экзистенциальных проблем человека в творчестве М.Ю. Лермонтова в культурологическом аспекте, так как опыт культурологической интерпретации даёт возможность, с одной стороны, обобщить богатый, накопленный разными науками материал по изучению многоранного творчества М.Ю. Лермонтова, с другой – проанализировать, опираясь на этот опыт, пути дальнейшего развития русской культуры в контексте отечественных и мировых традиций.

Состояние и степень научной разработанности проблемы Лермонтоведение как самостоятельная отрасль научного знания, находящаяся на пересечении целого ряда гуманитарных наук, начинает формироваться ещё в прижизненной литературной критике, с выходом в свет «Стихотворений М. Лермонтова» (1840) и романа «Герой нашего времени»

(1840-1841). Наиболее существенные проблемы, ставшие впоследствии предметом научного изучения, осветил в своих статьях великий русский критик В.Г. Белинский, определивший М.Ю. Лермонтова как центральную фигуру в поэзии постпушкинского периода.

В.Г. Белинский первым поднял вопрос о связи творчества Лермонтова с общественной жизнью России, с исканиями, рефлексией и самоанализом Лотман Ю.М. Память культуры//Семиосфера. Статьи, исследования, заметки. – СПб.: Искусство, 2010. – С. 615.

русской интеллигенции, показал отношения Лермонтова с русской литературной традицией; ему принадлежат и некоторые общие характеристики «лермонтовского элемента», оказавшие влияние на последующее восприятие творчества поэта.

Основной темой, рассматриваемой исследователями в 1840-е гг. стала преемственность М.Ю. Лермонтова по отношению к А.С. Пушкину (С.П. Шевырев, Е.Ф. Розен, П.А. Плетнев, отчасти П.А. Вяземский). Особое место в 1840-е – 1850-е гг. занял вопрос о «байронизме» Лермонтова (В.Н. Майков). Полемика о месте Печорина в ряду «лишних людей» в литературе и художественной культуре XIX века отразилась в работах революционно-демократической критики (Н.Г. Чернышевский, Н.А. Добролюбов). Взаимодействию Лермонтова и европейской культуры и месту поэта в мировой культуре уделяла особое внимание русская «западническая» критика. «Западническим» взглядам Лермонтова посвящена статья А.Д. Галахова «Лермонтов» (1858). Основное внимание автор уделяет влиянию на Лермонтова европейской культуры; он подробно анализирует лермонтовского героя, сопоставляя его не только с «байроническим» героем, но и с идеями Ж.-Ж. Руссо о человеке. Сходные проблемы затрагивались в отзывах о Лермонтове представителей эстетической критики второй половины XIX века (А.В. Дружинин, В.П. Боткин, П.В. Анненский и др.). А.И. Герцен рассматривал Лермонтова как фигуру, типичную для постдекабрьского поколения дворянской интеллигенции, связывая его личность с развитием революционных настроений в русском обществе николаевской эпохи.

В 1860-1870-е гг. появляются первые мемуары о Лермонтове (Е.П. Ростопчина, А.М. Меринский, Е.А. Сушкова, И.И. Панаев и др.), ставшие основой исследований его биографии в рамках культурно-исторической школы 1870-1890-х гг. (В.О. Ключевский, В.Х. Хохряков). В этом отношении книга П.А. Висковатова «М.Ю. Лермонтов: жизнь и творчество» (1891) явилась наиболее полным и систематическим сводом данных о поэте.

Религиозно-философская эстетика «серебряного века» (В.С. Соловьев, Д.С. Мережковский, В.В. Розанов) сосредоточила внимание на «демонизме»

Лермонтова: мыслители, расходясь в общей оценке Лермонтова, сходились в признании его «предтечей ницшеанства». Особо выделяются работы психологической школы лермонтоведения: к примеру, Д.Н. ОвсяникоКуликовский сопоставлял «эксцентрические» характеристики Лермонтова и его героев, стремясь описать общественно-психологический тип эпохи первой половины XIX в.

В 1910-е годы основной темой отечественной филологической науки стала преемственность лермонтовского творчества и западных влияний и заимствований (С.И. Родзевич, В.В. Сиповский, И.И. Замотин, Н.П. Дашкевич и др.). В советском литературоведении 1920-1940-х гг. на первый план вновь выходит тема формирования личности Лермонтова, его семейная драма, жизнь в Тарханах (В.А. Мануйлов, Н.Л. Бродский, П.А. Вырыпаев, С.А. АндреевКривич). Попытка социологического анализа содержится в книге М.А.

Яковлева «Лермонтов как драматург» (1924). Параллельно исследователи, обращаясь к лермонтовской поэзии, показывают эволюцию мелодической основы лермонтовского стиха, жанровой системы и композиционного строения его прозы (Б.М. Эйхенбаум).

Тема Кавказа в творчестве Лермонтова и кавказских впечатлений его жизни, ставшая особенно популярной в исторической и филологической науках в 1950-1970-е гг., находит отражение в трудах Т.А. Ивановой, С.И. Недумова, В.С. Шадури. Особое внимание в этот период обращено к детальному изучению романа «Герой нашего времени», его историко-философского контекста, метода и стиля, проблеме фатализма (Д.Е. Тамарченко, И.И. Виноградов, Б.Т. Удодов, М.М. Уманская, В.И. Коровин и др.). Предметом изучения становится личностное начало в творчестве Лермонтова, а также его «философичность» как один из основных атрибутов лермонтовской поэзии и этическая проблематика прозы (А.М. Гуревич, В.М. Маркович, А.Л. Рубанович, С.В. Ломинадзе и др.).

Среди выдающихся учёных советского периода, занимавшихся многими вопросами лермонтовского творчества и биографии поэта, отметим и такие имена как: В.Ф. Асмус, Э.Г. Герштейн, Л.Я. Гинзбург, Л.П. Гроссман, С.Н.

Дурылин, А.И. Журавлёва, К.Н. Ломунов, Д.Е. Максимов, П.Е. Селегей, У.Р.

Фохт и др.

Особое место в лермонтоведении советской эпохи принадлежит И.Л. Андроникову – писателю и литературоведу, главными темами исследований которого стали жизнь и судьба М.Ю. Лермонтова, «загадки» его творчества, проблема «Лермонтов на Кавказе». Эти материалы стали основой трёхтомного собрания его сочинений.2 И.Л. Андроников инициировал подготовку «Лермонтовской энциклопедии»3, изданной к 140-летию смерти поэта и объединившей представителей разных гуманитарных наук. По инициативе главного редактора указанной энциклопедии В.А. Мануйлова в СССР с 1957 гогда стали проходить Всесоюзные лермонтовские конференции, благодаря чему сложились периферийные центры по изучению творчества поэта.

В современной России такие научные конференции, в том числе международные, проходят, концентрируясь вокруг музеев Лермонтова: в Тарханах, Пятигорске, Ставрополе и др.

В настоящее время Лермонтов как художник и мыслитель привлекает внимание не только представителей классического отечественного лермонтоведения (Д.А. Алексеев, В.Г. Бондаренко, Л.В. Витковская, Г.Е. Горланов, В.А. Захаров, В.Г. Москвин, А.А. Остахов, Е.Л. Соснина, Л.А. Ходанен, Т.К. Чёрная), но и иностранных специалистов – историков и культурологов: А. Карбоне, Л. Келли, А. Мейер-Франц, Л. фон Паль, А. Труайя, А. Ямадзи и др.

Обновление проблематики и поиски новых подходов к изучению жизни и творчества Лермонтова – характерная черта современной гуманитарной науки, где размышления о наличии в творчестве М.Ю. Лермонтова экзистенциальных См.: Андроников И.Л. Собр. Соч.: в 3 т. / И.Л. Андроников. – М.: Худ. литература, 1980-1981. – 1580 с.

Лермонтовская энциклопедия / под ред. В.А. Мануйлова. – М.: Сов. энциклопедия, 1981. – 784 с.

аспектов – не редкость. К примеру, экзистенциальным параллелям творчества Лермонтова и Кьеркегора посвящены работы таких современных исследователей, как: С.Н. Зотов, А.В. Любинский, В.И. Мильдон, А.Г. Овчинников, Н.Б. Тетенков, В.В. Лашов, хотя каждый из них рассматривает свой локальный аспект данной темы.

Комплексного же научного культурологического труда, освещающего особенности экзистенциальных проблем человека, поднятых в творчестве М.Ю. Лермонтова, в настоящий момент нет. В данном диссертационном исследовании, опирающемся на труды культурологов, филологов, философов и историков, предпринята попытка такого комплексного исследования.

Изучение экзистенциальных аспектов лермонтовского творчества невозможно без обращения к основным положениям самой философской концепции экзистенциализма – одного из крупнейших направлений в философии XX века, возникшего накануне Первой мировой войны в России (Н.А. Бердяев, В.В. Розанов, П.А. Флоренский, Л.И. Шестов); в 1920-е гг. – в Германии (М. Бубер, М. Хайдеггер, К. Ясперс); в годы Второй Мировой войны

– во Франции (А. Камю, Г.О. Марсель, М. Мерло-Понти, Ж.П. Сартр); в 1960-е гг. – в Италии (Н. Аббаньяно, Э. Пачи), в Испании (Х. Ортега-и-Гассет), в США (У. Баррет, У.Н. Лоури, Дж. Эди). Представители данного течения акцентируют своё внимание на уникальности бытия человека и провозглашают его «иррациональным». Экзистенциализм стремится преодолеть психологизм и раскрыть онтологический смысл переживания, который выступает как направленность на «нечто».

Центральным понятием данной философской концепции является «экзистенция» – категория, введенная С. Кьеркегором и используемая для обозначения бытия, человеческого существования в его фундаментальной, глубинной онтологической специфичности.

Экзистенциальные проблемы духовного бытия, связанные с внутренними переживаниями человека, их осмыслением и поиском путей преодоления, характерны для всего творчества М.Ю. Лермонтова, в котором соединены трагический надлом личности и драматизм «пограничных» состояний его души.

Объектом исследования стало многогранное творчество М.Ю. Лермонтова (поэта, писателя, драматурга, художника, мыслителя) как яркого представителя русской культуры первой половины XIX века.

Предмет исследования – экзистенциальные проблемы человека в творчестве М.Ю. Лермонтова в их культурологической интерпретации.

Целью диссертационного исследования является осмысление экзистенциальных проблем человека в творчестве М.Ю. Лермонтова в методологии культурологической интерпретации.

В соответствии с поставленной целью определены следующие задачи:

1. Дать методологическое обоснование изучению экзистенциальных проблем человека в современной культурологии.

2. Выявить социокультурные предпосылки формирования у М.Ю. Лермонтова мировоззрения экзистенциальной направленности.

3. Рассмотреть общие и особенные черты в осмыслении экзистенциальных проблем человека в творчестве М.Ю. Лермонтова и его современника – датского писателя и философа-теолога С. Кьеркегора.

4. Проанализировать проблемы духовного бытия человека в поэзии и прозе М.Ю. Лермонтова.

5. Рассмотреть характерные черты «экзистенциального героя» в драматургии М.Ю. Лермонтова.

6. Раскрыть особенности экзистенции человека в творчестве М.Ю. Лермонтова – художника.

Теоретико-методологическая основа исследования Теоретико-методологические подходы исследования базируются на междисциплинарном подходе, использующем концептуальные достижения разных гуманитарных наук: культурологии, истории, филологии, философии.

Методология исследования опирается на единство философскокультурологического, культурно-исторического и системно-аналитического подходов.

Принципы осмысления культуры в контексте социокультурного развития общества, основные категории культурологии, особенности художественного и экзистенциального сознания, методы теоретико-культурологического анализа использовались в диссертации с учетом работ отечественных культурологов:

О.Н. Астафьевой, М.Ю. Гудовой, А.Я. Гуревича, П.С. Гуревича, Л.А. Закса, М.С. Кагана, Г.С. Кнабе, Л.Н. Когана, И.В. Кондакова, Ю.М. Лотмана, В.М. Межуева, И.Я. Мурзиной, К.Э. Разлогова, Е.В. Сединой, О.И. Улановой, А.Я. Флиера, А.С. Франц, Н.А. Хренова Л.А. Шумихиной, и др. Проблемы духовного бытия человека в разной социально-культурной реальности были осмыслены, опираясь на исследования представителей как философии «Серебряного века» (Д.С. Мережковский, В.В. Розанов, Н.О. Лосский, В.С. Соловьев, Е.Н. Трубецкой и др.), так и XX века (Б.Э. Быховский, Б.Т. Григорьян, Г.С. Гулыга, Н.Ю. Давыдов, Б.В. Емельянов, М.К. Мамардашвили, С.Л. Франк и др.), а также философии экзистенциализма, представленной трудами отечественных (Н.А. Бердяев, С.Н. Булгаков, И.А. Ильин, П.А. Флоренский, Л.И. Шестов) и зарубежных (С. Кьеркегор, Ф. Ницше, А. Камю, Ж.П. Сартр, М. Бубер, Г. Марсель, М. Хайдеггер, К. Ясперс и др.) исследователей.

Теоретико-культурологический анализ связан с рядом методов, таких как: культурно-исторический, историко-сравнительный, биографический, метод анализа и синтеза, метод обобщения, семиотический и герменевтический методы исследования. Благодаря комплексному теоретикокультурологическому анализу стало возможным рассмотрение экзистенциальной проблематики лермонтовского творчества.

При этом принцип историко-сравнительного анализа позволил выявить состояние художественной культуры, философии, разных идейно-политических воззрений первой половины XIX века в России и осмыслить культурноисторическое развитие общества в указанный период. Культурно-исторический метод анализа дал возможность сопоставить философские проблемы творчества М.Ю. Лермонтова с аналогичными у других писателей-мыслителей.

В диссертационной работе выделены особо экзистенциальные параллели:

творчество М.Ю. Лермонтова и его современника, датского писателя и философа С. Кьеркегора.

Биографический подход дает возможность для наиболее полного осмысления внутреннего мира и нравственно-философских взглядов Лермонтова в вопросах анализа проблем человеческого бытия. Методы анализа и синтеза помогают последовательно изучить экзистенциальные проблемы бытия человека в творчестве М.Ю. Лермонтова.

Поскольку исследование экзистенциальных проблем человека в творчестве Лермонтова предполагает обращение непосредственно к текстам его литературных произведений, нельзя обойтись без герменевтического метода, который наиболее значим при анализе лирики М.Ю. Лермонтова, его поэм и стихотворных драм, что объясняется самой природой поэзии как рода литературы, как вида искусства.

Более того, феномен культурологического анализа не существует вне контекста и процедуры интерпретации. Чтобы понять текст художественного произведения, его необходимо «пережить». Вот почему данное исследование – это попытка культурологической интерпретации творчества (текстов) под углом зрения экзистенциальных проблем бытия человека.

Научная новизна работы заключается в следующем:

Это первое культурологическое исследование, в котором выявлены 1.

основные экзистенциальные аспекты универсального творчества М.Ю. Лермонтова – поэта, писателя, драматурга, художника как одного из гениев русской культуры первой половины XIX века.

Проанализирована причинно-следственная связь трагизма 2.

мировосприятия М.Ю. Лермонтова с экзистенциальными проблемами духовного бытия человека, как основы его социокультурного универсума.

Прослежена в культурологическом ключе близость художественной 3.

концепции М.Ю. Лермонтова и философии С. Кьеркегора, который впервые ввёл понятие «экзистенция» и дал характеристику «странному человеку» как новому типу героя эпохи первой половины XIX века.

Осуществлён опыт культурологической интерпретации творчества 4.

М.Ю. Лермонтова в контексте экзистенциальных проблем человека.

Введено и обосновано новое понятие в культурологии – 5.

«лермонтовский экзистенциальный герой» (в противовес романтическому «байроническому герою»).

Положения, выносимые на защиту:

Универсальность творческого наследия М.Ю. Лермонтова (поэта, 1.

писателя, драматурга, художника) как феномена художественной культуры России первой половины века, актуализировала вопросы XIX междисциплинарного, комплексного подхода к исследованию, используя методологию разных гуманитарных наук, что позволило всесторонне проанализировать экзистенциальные проблемы человека, опираясь на опыт культурологической интерпретации.

Нравственно-философские взгляды М.Ю. Лермонтова на проблемы 2.

человека близки идеям экзистенциализма, что дает возможность утверждать, что выработанная М.Ю. Лермонтовым философско-мировоззренческая концепция в вопросах осмысления экзистенциальных проблем духовного бытия личности делает его предвестником русской религиозно-философской мысли, русского экзистенциализма.

Главный аспект творчества М.Ю. Лермонтова – человек и 3.

проблемы его духовного бытия – дает возможность говорить не просто о «странном человеке», а о «лермонтовском экзистенциальном герое», который является новым понятием в теории и истории отечественной культуры.

Экзистенциальные проблемы человека, поднятые в творчестве 4.

М.Ю. Лермонтова, представляют богатый научный потенциал для перспектив дальнейших исследований, который может быть востребован в теории и истории культуры и философии культуры.

Теоретическая и практическая значимость работы Теоретическая значимость работы заключена в выявлении новых аспектов творчества М.Ю. Лермонтова – экзистенциальных проблем человека на основе культурологической, философской и литературоведческой разработанности данной темы. Результаты данного исследования могут быть использованы в процессе дальнейшего целостного осмысления творческого наследия М.Ю. Лермонтова в теории и истории отечественной культуры.

Практическая значимость работы состоит в том, что основные положения исследования могут быть применены в практике среднего, среднего специального и вузовского образования в процессе преподавания теории и истории мировой художественной культуры, при разработке и чтении специальных курсов по творчеству М.Ю. Лермонтова, а также в процессе дополнения и обновления содержания уже существующих дисциплин.

Степень достоверности результатов выполненного исследования обеспечивается разнообразием изученных научных, художественных и публицистических источников (российских и зарубежных), соответствующих теме исследования, методологической оснащённостью исследования, адекватной его целям и задачам, соответствием структуры и содержания исследования логике изучения проблемы, с учетом применения комплекса теоретических и эмпирических методов.

Апробация работы Основные положения работы были изложены в докладах на 18 Международных и Всероссийских научно-практических конференциях по культурологии и лермонтоведению, в том числе: Всероссийской научной конференции «Современная культурология: проблемы, подходы, перспективы.

VIII Колосницынские чтения» (Екатеринбург, 2013 г.); Всероссийской научной лермонтовской конференции с международным участием «М.Ю.

Лермонтов:

межкультурный диалог на Евразийском пространстве», посвящённой 200летию со дня рождения поэта (Пятигорск, 2014 г.); Всероссийской научной лермонтовской конференции с международным участием «Идеи и образы М.Ю. Лермонтова в мировой и отечественной культуре» (Музей-заповедник «Тарханы», 2014 г.); Международной научной конференции «Проблемы современного образования в поликультурной среде Северного Кавказа», посвящённой 200-летию со дня рождения М.Ю. Лермонтова (КарачаевоЧеркесия, г. Карачаевск, 2014 г.); Международной научной конференции «М.Ю. Лермонтов: личность, судьба, творчество» (Омск, 2014 г.);

Международной научной конференции «Проблемы анализа художественного текста: к 200-летию со дня рождения М.Ю. Лермонтова» (Коми, г.

Петрозаводск, 2014 г.); Всероссийской научно-практической конференции «Диалоги о культуре и искусстве» (Пермь, 2015 г.) и других.

Тема научного исследования «Истоки экзистенциализма в творчестве М.Ю. Лермонтова» прошла апробацию в ходе организованного в 2015 году Министерством культуры Российской Федерации Всероссийского конкурса молодых учёных в области искусств и культуры и была удостоена премии в номинации «Теория и история культуры» с формулировкой: «За научную новизну и высокую теоретическую значимость работы».

Результаты данного исследования были использованы автором в процессе чтения учебного курса «История отечественной культуры IX – XIX вв.» на кафедре культурологии и социально-культурной деятельности Уральского федерального университета имени первого Президента России Б.Н. Ельцина в 2015-2016 гг.

Структура работы. Диссертационное исследование изложено на 173 страницах, состоит из Введения, двух глав, включающих по три параграфа, Заключения и Библиографического списка, включающего 230 наименований, в том числе электронные источники и издания на иностранном языке.

ГЛАВА I. ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЧЕЛОВЕКА

В ТВОРЧЕСКОМ НАСЛЕДИИ М.Ю. ЛЕРМОНТОВА

КАК ПРЕДМЕТ КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ

1.1. Специфика методологии культурологического подхода к исследованию экзистенциальных проблем человека Человек как особое, уникальное существо во Вселенной привлекает внимание самых разных исследователей: философов, антропологов, историков, психологов, культурологов и т.д. Но сложные вопросы человеческого бытия могут быть интерпретированы средствами художественного творчества, так как кроме социально-культурного контекста в них есть образность и авторское мироощущение, сделан акцент на внутренние переживания и чувства человека.

Более того, философия и литература как две самостоятельные области познания мира всегда были неразрывно связаны, и философские проблемы человека так или иначе отражаются в художественной культуре.

Осознание себя личностью, анализ собственных переживаний, понимание конечности человеческого «Я», познание мира через опыт духовного бытия, способность к творческой деятельности при условии соблюдения прав и свобод человека – эти и многие аналогичные вопросы часто называют «экзистенциальными». Следует отметить, что в отечественной художественной литературе первой половины XIX века переживания героев становятся предметом и источником экзистенциально-личностного начала поэзии, где в основе лежит особое отношение автора к миру, человеку, к его чувственному и нравственно-психологическому строю личности. Это подтверждают и современные научные исследования. Так С.Н. Зотов отмечает: «Предметом интеллектуального переживания в поэтическом творчестве являются...

экзистенциальные феномены, по отношению к которым и осуществляется самоопределение поэтической личности».4 Зотов С.Н. Об экзистенциальном смысле поэзии М.Ю. Лермонтова / С.Н. Зотов // М.Ю. Лермонтов : русская и национальные литературы. Материалы международной научно-практической конференции 18-19 июня 2011. – Ереван : И. д. Лусабац, 2011. – С. 115 – 127.

Среди гениев русского слова и мысли особое место занимает личность Михаила Юрьевича Лермонтова. Особое лермонтовское видение важных вопросов человеческого бытия можно охарактеризовать как экзистенциальное.

Обращение к мировоззрению и творческому наследию этого самобытного поэта, писателя, драматурга, художника, мыслителя, изучение специфики его философии, нравственных установок, отношения к сущности человека и проблемам его духовного бытия требует междисциплинарного исследования, основанного на синтезе разных научных дисциплин: культурологии, филологии, истории, философии. Таким образом, экзистенциальные проблемы бытия человека в творчестве Лермонтова стали предметом данного культурологического исследования, приступая к которому, необходимо очертить круг используемых терминов и понятий.

Экзистенциализм (от лат. existentia – существование) – одно из крупнейших направлений в философии XX века, «возникшее накануне Первой мировой войны в России (Н.А. Бердяев, Л.И. Шестов); во время войны – во Франции (А. Камю, Г.О. Марсель, М. Мерло-Понти, Ж.П. Сартр); после войны

– в Германии (М. Бубер, М. Хайдеггер, К. Ярсперс); в 1960-е гг. – в Италии (Н.

Аббаньяно, Э. Пачи), в Испании (Х. Ортега-и-Гассет), в США (У. Баррет, У.Н. Лоури, Дж. Эди). Представители данного течения акцентируют своё внимание на уникальности бытия человека и провозглашают его иррациональным. Экзистенциализм стремится преодолеть психологизм и раскрыть онтологический смысл переживания, который выступает как направленность на нечто»5. Одной из причин возникновения течения явилось то, что прогрессивные силы общества не выдержали испытаний века, это была попытка создать новое мировоззрение буржуазной интеллигенции, ставившее вопрос, как жить человеку, потерявшему прогрессивные иллюзии перед Лицом Истории. В этой философии нашёл отражение и кризис романтического Подробнее см.: Всемирная энциклопедия: Философия / Главн. науч. ред. и сост. А.А. Грицанов. – М.: АСТ, Мн.: Харвест, Современный литератор, 2001. – С. 1246-1247.

оптимизма, гарантировавшего гуманизм, стабильные ценности и прогресс.

Принято подразделять экзистенциализм на два основных вида: религиозный (Н.А. Бердяев, М. Бубер, Г.О. Марсель, Л.И. Шестов, К. Ясперс) и атеистический (А. Камю, М. Мерло-Понти, Ж.П. Сартр, М. Хайдеггер). Своими предшественниками экзистенциалисты считают: С. Кьеркегора, Б. Паскаля, Ф.

Шеллинга, Ф.М. Достоевского, Ф. Ницше. Сущность рассматриваемой концепции включает в себя следующие положения. Человек – абсолютно уникальное разумное существо, которое осознает свое существование, свое бытие. Это конечное существо, «заброшенное в мир», постоянно находящееся в проблемных ситуациях, в незащищенности. Самоконструирование человека дано ему как возможность попыток «выхода» за пределы себя: риск, решимость, бросок вперед. В зависимости от того, куда направлен бросок – к Богу, Миру, самому себе, свободе, мечте – различают концептуальные черты экзистенциализма как течения. Бытие постигается не опосредованно (через рассудочное мышление), а непосредственно открываясь человеку через его бытие, его личное существование (экзистенцию), через переживания, чувства человека.

«Экзистенция (от лат. existentia – существование) – философская категория, используемая для обозначения конкретного бытия, человеческое существование в его фундаментальной, глубинной онтологической специфичности», благодаря особенностям которой «способу человеческого бытия в мире противопоставлен способ бытия вещи, а также способ философского постижения специфически человеческого самоосуществления противостоит способу научного, объективирующего познания»6.

Экзистенция – это центральное ядро человеческого «Я», благодаря которому человек выступает как конкретная, неповторимая личность. Человек видит экзистенцию как корень своего существа в пограничных ситуациях7.

Экзистенции как собственному уникальному способу бытия присущи основные Всемирная энциклопедия: Философия / Главн. науч. ред. и сост. А.А. Грицанов. – М.: АСТ, Мн.: Харвест, Современный литератор, 2001. – С. 1248.

Там же.

модусы человеческого существования: одиночество, незащищённость, конечность бытия, страх, решимость, борьба, совесть, вина, способность к трансцендентальному познанию мира, творчество, гуманность. «Человек – это единственное существо в мире, которое получает возможность знать себя как человека, когда он, будучи открыт для бытия в целом, живёт внутри мира в присутствии трансценденции»8.

Жизнь в обществе, как и творчество, несут в себе трагический надлом:

мир объективности непрестанно грозит разрушить экзистенциальную коммуникацию. Человеческой жизни постоянно сопутствуют экзистенциальные проблемы бытия – сложные вопросы, связанные с внутренними переживаниями человека, особенно в конфликтных и стрессовых ситуациях, их осмыслением и поиском путей преодоления.

Лермонтовский экзистенциальный герой – это особый историкокультурный тип личности, получивший своё развитие в эпоху первой трети XIX века в России в лице «странного человека», отрицающего реалии окружающей жизни в современном ему социокультурном пространстве.

Экзистенциально-психологический подход – это подход к проблемам человеческого бытия, присущий разным гуманитарным исследованиям, в первую очередь психологическим. Так В.В. Летуновский отмечает, что для «индивидуального восприятия в психиатрии специалисты обращаются к экзистенциальной психологии»9.

Теоретико-методологической базой исследования экзистенциальных проблем бытия человека в творчестве Лермонтова явились научные достижения философии, литературоведения, истории, культурологии. Прежде всего, анализ творчества Лермонтова с позиций философских вопросов о человеке и его духовном бытии потребовал обращения к классическим теоретическим трудам западноевропейских и русских философов, непосредственно развивающих Там же.

Летуновский В.В. Экзистенциальный анализ. Перспективы метода в психологической практике / В.В. Летуновский // 1-ая Всероссийская научно-практическая конференция по экзистенциальной психологии.

Материалы сообщений. – Москва, 2001. – С. 13.

экзистенциализм как философскую концепцию, среди которых можно выделить С. Кьеркегора (как предшественника экзистенциализма), Н.А. Бердяева, Л.И.

Шестова М. Хайдеггера, К. Ясперса, Ж.-П. Сартра, А. Камю и др. Вторую группу источников составили произведения Лермонтова всех периодов его творчества. Это тексты литературных произведений (поэзия, проза, драматургия) и репродукции живописных и графических работ. Третью группу источников представляют собой работы лермонтоведов, углублённо изучающих различные аспекты жизни и творчества поэта. Здесь можно выделить следующие подгруппы источников: исследования биографии поэта, позволившие нам выявить причины появления в творчестве Лермонтова проблем экзистенциальной направленности; исследования творческого наследия поэта; источники, посвящённые изучению его окружения, социальнокультурных условий, сопутствующих его творчеству. Четвёртая группа источников включает в себя работы русских мыслителей-литераторов, философские идеи которых принято считать экзистенциальными. Пятую группу источников представляют труды современных культурологов, размышляющих о проблемах культурной памяти, духовного бытия человека, о влиянии культуры на процессы социализации личности (Ю.М. Лотман, М.С. Каган, П.С. Гуревич, О.Н. Астафьева, Л.А. Закс, К.Э. Разлогов, Н.Б. Кириллова, Л.А. Шумихина, А.Я. Флиер и др.).

Лермонтоведение как самостоятельная отрасль научного знания, находящаяся на пересечении целого ряда наук, начинает формироваться ещё в прижизненной критике, с выходом в свет «Стихотворений М. Лермонтова» и «Героя нашего времени» (1840), о которых писали В.Г. Белинский, С.П. Шевырев, Е.Ф. Розен, П.А. Плетнев, отчасти П.А. Вяземский и др.

Исследованиями его биографии и анализом творчества занимались видные деятели как в литературоведении (С.А. Андреев-Кривич, И.Л. Андроников, В.А. Архипов, В.Э. Вацуро, П.А. Висковатов, М.И. Гиллельсон, Э.Г. Герштейн, А.М. Марченко, О.В. Миллер, Е.Н. Михайлова, Б.Т. Удодов, Б.М. Эйхенбаум), так и в философии (В.С. Соловьёв, В.В. Розанов, Н.Г. Чернышевский), и в культурологии (Ю.М. Лотман, Е.В. Седина и др.). Каждый исследователь подчёркивал особую грань лермонтовского миропонимания и многогранного таланта. Взаимодействию Лермонтова и европейской культуры и месту поэта в общеевропейском умонастроении уделяли особое внимание П.В. Анненков, В.П. Боткин, А.Д. Галахов, А.В. Дружинин. А.И. Герцен рассматривал Лермонтова как фигуру, типичную для постдекабрьского поколения дворянской интеллигенции. Психологическим и философским контекстом лермонтовского творчества, воздействием на его лирику философии и эстетики немецкого романтизма и других направлений занимались К.Н. Григорьян, И.И.

Замотин, Д.Н. Овсяников-Куликовский, С.И. Родзевич. Среди выдающихся учёных, исследовавших многие вопросы творчества Лермонтова и его биографии, отметим такие имена как: Л.П. Гроссман, С.Н. Дурылин, Т.А. Иванова, К.Н. Ломунов, П.Е. Селегей, У.Р. Фохт и др. По сей день Лермонтов как художник и мыслитель привлекает внимание не только представителей классического отечественного лермонтоведения (Д.А. Алексеев, В.Г. Бондаренко, В.А. Захаров, С.Н. Зотов, В.Г. Москвин, А.А. Остахов, Е.Л. Соснина, Л.А. Ходанен, Т.К. Чёрная), но и иностранных специалистов (А. Карбоне, Л. Келли, А. Мейер-Франц, А. Труайя, А.

Ямадзи) и др.10 Говоря об основных направлениях развития лермонтоведения как самостоятельной области научного знания, можно выделить три этапа:

дореволюционный, советский и постсоветский. Для первого этапа характерна наибольшая субъективность и оценочность в суждениях, ограничения со стороны цензуры, тенденции «охранительной» литературы. При безусловном огромном вкладе в основу лермонтоведения идей критика В.Г. Белинского и исследований первого биографа поэта, профессора Дерптского университета П.А. Висковатова, все достижения этого периода сложно объективно оценить,

См.: Кириллова Н.Б., Улитина Н.М. Истоки экзистенциализма в творчестве М.Ю. Лермонтова:

культурологический аспект / Н.Б. Кириллова, Н.М. Улитина // Известия Уральского федерального университета. Серия 1. Проблемы образования, науки и культуры. – Екатеринбург: Издательство Урал. ун-та, 2015. – № 3 (141). – С. 112 – 124.

поскольку к тому моменту еще не был в полном объеме собран биографический материал и не сформировалась научная база для исследований жизни и творчества поэта.

Тем не менее, первые биографические труды о Лермонтове носили характер, скорее, художественной прозы, чем обстоятельного документального исследования11, а изучение творчества претерпевало неизбежные сопоставления с творчеством А.С. Пушкина, непосредственным преемником которого рассматривался М.Ю. Лермонтов12. В религиозно-философской эстетике В.С.

Соловьёва, Д.С. Мережковского, В.В. Розанова был сделан акцент на демонических мотивах поэзии Лермонтова. Расходясь в общей оценке Лермонтова как великого деятеля русской художественной культуры, писатели и философы «серебряного века» сходились в признании его предтечей ницшеанства. Особо выделяются работы психологической школы лермонтоведения: так, Д.Н. Овсянико-Куликовский сопоставлял психологические характеристики Лермонтова и его героя, стремясь описать общественно-психологический тип эпохи первой трети XIX века13.

Наибольшего расцвета лермонтоведение достигает в советский период.

Жизнь и творческое наследие М.Ю. Лермонтова исследуются сквозь призму советской идеологии, вследствие чего возникают некоторые искажения, как, например, в оценке богоборческих настроений Лермонтова. Большее внимание уделяется глобальным проблемам (что объясняется фундаментальным характером науки данного периода): изучаются основополагающие аспекты творчества поэта, наиболее значимые мотивы его произведений, философские взгляды, особое место отводится биографии, которая, с одной стороны, исследуется кропотливо и детально, с другой, не все факты становятся общедоступными в научно-публицистических изданиях. С середины 1970 гг.

Подробнее см.: Висковатов П.А. Михаил Юрьевич Лермонтов: Жизнь и творчество / П.А. Висковатый. – Москва: Книга, 1989. – 454 с.

См. работы: В.Г. Белинского, П.А. Плетнёва, С.П. Шевырёва.

Овсянико-Куликовский Д.Н. Лермонтов – натура эгоцентрическая / Д.Н. Овсянико-Куликовский // М.Ю.

Лермонтов: pro et contra. Личность и творчество М. Лермонтова в оценке русских мыслителей и исследователей: антология / сост. В.М. Маркович, Г.Е. Потапова. – Санкт.-Петербург, 2002. – С. 461 – 464.

обостряется интерес лермонтоведов к проблемам более частного характера, в том числе сравнительно-историческим, в трудах исследователей поднимаются такие темы как: Лермонтов и музыка, живопись и графика Лермонтова, особенности его работы над стихотворением и т.д. Отдельной фигурой выступает советский писатель, литературовед, мастер художественного рассказа, телеведущий. Народный артист СССР И.Л. Андроников, чьи работы по праву считаются классикой отечественного лермонтоведения. Опубликовав ряд научных трудов, а также выступая на Центральном телевидении Гостелерадио СССР с циклом рассказов «Ираклий Андроников рассказывает, он рассказал о многих разысканиях, в том числе и о «Загадке Н. Ф. И.», а впоследствии опубликовал книгу «Лермонтов. Исследования и находки»14, в которой обобщил итоги своих многолетних историко-литературных исследований. В 1981 году выходит в свет «Лермонтовская энциклопедия», у истоков создания которой стоял И.Л. Андроников, В.А. Мануйлов и другие представители советского лермонтоведения, научные работы которых справедливо можно назвать классическими15. Однако лермонтоведение в советские годы, как правило, не выходило за границы литературоведения, так как философские и психологические проблемы творчества Лермонтова исследовались, в большей степени, специалистами-филологами.

Для постсоветского периода изучения жизни и творчества М.Ю. Лермонтова характерно большое количество накопленного теоретического и фактологического материала, однако современные лермонтоведы всё реже обращаются к широким, всеохватным темам, предпочитая экстенсивному методу исследований интенсивный, углубляя точечные, локальные темы, обогащая их аспектами новых изысканий.

«Современное лермонтоведение, – по точному замечанию Р.Л. Красильникова, – движется в двух направлениях: с одной стороны, идет

Андроников И.Л. Лермонтов. Исследования и находки / И.Л. Андроников. – 2-е изд-е, испр. – Москва:

Художественная литература. – 1967. – 608 с.: ил.

См. работы: В.А. Архипова, Э.Г. Герштейн, С.Н. Дурылина, Е.А. Ковалевской, Д.Е. Максимова, Е.Н.

Михайловой, Е.М. Пульхритудовой, П.К. Суздалева, Б.Т. Удодова, Б.М. Эйхенбаума.

напряженная работа по переработке (переизданию или просто изданию) целого пласта статей и книг о поэте, по тем или иным причинам недоступных широкому российскому читателю в советское время, с другой – появляются публикации ныне действующих исследователей с их модернизированным взглядом на “приевшуюся” в школе классику»16. Существуют и проблемы, к которым относится отсутствие доступности ряда материалов для рядового исследователя. Также в связи с юбилейными лермонтовскими датами (200 лет со дня рождения в 2014 г. и 175 лет со дня гибели в 2016 г.) выходят в свет всё новые околонаучные работы о жизни и творчестве М.Ю. Лермонтова, данные в которых часто представлены в искажённом виде, либо присутствуют материалы и выводы, не имеющие профессионального научного подтверждения (иногда даже без ссылок на источники информации). Всё это существенно осложняет как работу серьёзного исследователя, так и представление о жизни и творчестве Лермонтова современного массового читателя.

К лермонтоведам традиционно принято относить лишь специалистовфилологов, однако это не совсем так. Среди учёных, центральной фигурой исследований которых становится многогранная личность Лермонтова, немало историков, философов, психологов, искусствоведов. И каждый специалист, обращаясь к жизни и творчеству Лермонтова, рассматривает его под своим углом зрения, опираясь на методологический корпус своей локальной области знания. Так, для литературоведа Лермонтов – это, прежде всего, совокупность его поэтических, прозаических, драматических произведений; искусствоведу ближе живописные и графические лермонтовские работы; предметом анализа для философа становятся мировоззренческие установки Лермонтова, нравственно-философские аспекты его творчества; историка, в первую очередь, интересуют особенности его социально-исторического круга, а для психолога Красильников Р.Л. Зарубежное лермонтоведение: о сборнике «Фаталист» и книге А. Труайя «Странная судьба Лермонтова» [Электронный ресурс] / Роман Красильников. – Октябрь, 2001. – № 5..

– Режим доступа:

http://magazines.russ.ru/october/2001/5/panoram1.html (Дата обращения: 15.01.2017.).

Лермонтов – это уникальный, неповторимый характер, проявляющийся в сложных чувствах, эмоциях, переживаниях, отражённых затем в его творчестве.

Однако Лермонтов – не просто выдающаяся личность в истории художественной культуры первой половины XIX века, отразившая, как в зеркале, характеры, настроения, веяния своего времени.

Это, своего рода, герой-архетип, социально-культурное явление своей эпохи. Недаром многие исследователи подчёркивают, что его образ «становится выражением неких фундаментальных для народа понятий и представлений о самом себе... Это критерий самоидентификации. Примем это почти как метафору, подобно тому, как М.М. Бахтин предлагал принять почти как метафору своё понятие хронотопа»17.

Очевидно, что наиболее полное и глубокое изучение лермонтовского творчества и особенностей мировоззрения предполагает использование инструментария различных наук, поэтому необходимо обратиться к комплексному подходу – теоретико-культурологическому анализу, связанному с целым рядом методов, среди которых наиболее важны такие как: культурноисторический, историко-сравнительный, биографический, метод анализа и синтеза, метод обобщения, типологический, семиотический и герменевтический подход к исследованию. Благодаря комплексному подходу к исследованию нам представляется возможным рассмотрение экзистенциальной проблематики лермонтовского творчества, опираясь на междисциплинарность, интегративность и полидискурсивность.

Принципы теоретико-культурологического и культурно-исторического анализа – наиболее важные в системе культурологического знания, так как они позволяют все явления и факты рассматривать в контексте того времени, в котором они происходили. Использование данных методов предполагает знакомство с состоянием литературы, философии, разных политических воззрений первой половины XIX века в России и изучение социальноСм.: Нитченко А.Н. Образ Лермонтова в поэзии / А. Нитченко // «Его Отчизна в небесах»: материалы шестых Лермонтовских чтений. – Ярославль, 2007. – С. 11.

культурного развития общества в указанный исторический период. Лермонтов как поэт, писатель и мыслитель творил в определённом пространственновременном континууме, в сложную, противоречивую эпоху для всей русской культуры и сумел передать её дух и атмосферу во всей их многогранности.

С культурно-историческим анализом тесно связан историкосравнительный, суть которого состоит в том, что он позволяет сравнить и сопоставить в историческом контексте разные самобытные явления эпохи в их социокультурном контексте. Историко-сравнительный анализ помогает сопоставить два типа культур: культуру старого «фамусовского» общества и нового зарождающегося сообщества «странных людей», два вида морали, два образа жизни, два типа героев. Так, например, Ю.М. Лотман констатирует, что у Лермонтова наблюдается конфликт со своим временем: «срываются маски, обнажаются пороки», при этом показано сравнение прошлых и новых, пришедших на смену поколений: «Бородино» (1837), «Пророк» (1841), «Дума»

(1838), «Гляжу на будущность с боязнью...» (1838), а в лермонтовском стихотворении «Журналист, Читатель и Писатель» (1840) Ю.М. Лотманом проанализировано столкновение двух взглядов: со стороны «интеллигентной»

(традиционной) литературы и новой, прогрессивной. «Вопрос «О чём писать?...» – это суждение поэта, носящее трагически ироничный характер.

Литература ждёт нового слова. Это борьба за право черпать сюжеты из жизни, это путь к реализму»18.

Логической основой историко-сравнительного метода в том случае, когда устанавливается сходство сущностей, является аналогия. На основе сходства одних признаков изучаемого объекта делается заключение о сходстве других.

Это позволяет выявить общее, повторяющееся, необходимое, закономерное с одной стороны и качественно отличное – с другой. Так при исследовании формирования мировоззрения Лермонтова возможно сопоставление философских проблем его творчества с аналогичными у других писателейЛотман Ю.М. В школе поэтического слова: Пушкин, Лермонтов, Гоголь / Ю.М. Лотман.

– Санкт.-Петербург:

Азбука, 2015. – С. 244.

мыслителей, как отечественных (Ф.М. Достоевский, Л.Н. Толстой, А.П. Чехов, Л.Н. Андреев и др.), так и зарубежных (С. Кьеркегор, А. Камю, Ж.-П. Сартр).

Для наиболее полного понимания внутреннего мира и нравственнофилософских взглядов Лермонтова на многие проблемы человеческого бытия применим биографический подход, дающий возможность проследить причинно-следственные связи жизненных фактов и окружающей поэта обстановки с основными этапами формирования его мировоззрения. События реальной жизни повлияли на становление лермонтовского мировосприятия, социально-психологическую систему и характерные тенденции творчества.

Многие сюжеты произведений Лермонтова автобиографичны, но они прошли через его экзистенцию, были выстраданы его душой. Биографический метод в исследовании экзистенциальных проблем духовного бытия человека в творчестве Лермонтова помогает глубже понять, почему автор писал свои произведения именно так, почему мыслил и поступал таким образом. В целом, биографический метод – один из наиболее часто применяемых как в филологических, так и в культурологических исследованиях, связанных с изучением личности тех или иных деятелей культуры.

При выявлении новых аспектов творчества М.Ю. Лермонтова нельзя не обратиться к базовым философским методам анализа и синтеза. Если анализ предполагает первоначальное расщепление объекта исследования, его разбор на элементы с целью их тщательного изучения, то синтез, в свою очередь, осуществляет обратное, т.е. воссоединение всех частей, восстановление целостности. В культурологии это означает, что обнаруженное явление культуры последовательно исследуется сначала во внутренних связях и функциональных зависимостях его отдельных частей, а затем и в его внешних связях и взаимодействиях с окружением. Так Г.Е. Горланов в своей диссертационной работе «Творчество М.Ю. Лермонтова в контексте русского духовного самосознания», обращаясь к методу анализа и синтеза, подчёркивает: «Анализируя художественные тексты Лермонтова, письма и воспоминания, можно выявить своеобразие философских взглядов автора на окружающую действительность, литературу и мировое искусство»19.

Для того, чтобы более полно осветить весь спектр поднятых Лермонтовым экзистенциальных проблем человека и с наибольшей объективностью рассмотреть их особенности в лермонтовском миропонимании, применим не только анализ каждого экзистенциала, но и их синтез, соединение и обобщение. Такой двойной исследовательский подход используется при анализе как отдельных героев лермонтовских произведений, так и каждой из экзистенциальных проблем творчества Лермонтова. Подобно тому, как Печорин в романе «Герой нашего времени» анализирует свои чувства, мысленно «раскладывая их по полочкам», увлечённо наблюдая за тем, как одно чувство перетекает в другое, Лермонтов сам показывает двойственность внутреннего мира многих своих героев, выявляя их душевные конфликты, показывая противоречия («Тамара», «Демон», «Маскарад» и др.).

Этим же методом целесообразно пользоваться и при исследовании самих экзистенциальных проблем бытия человека в его творческом миропонимании:

проблема тотального одиночества и незащищённости, проблема конечности человеческого «Я», противоречивость отношения человека к Богу, темы страха, смерти, жизни, свободы, любви и т.д. – каждый экзистенциальный модус рассматривается отдельно, важно определить специфику чисто лермонтовского отношения к этим проблемам. Затем, благодаря методу синтеза, выявленные особенности соединяются в единый конструкт, что позволяет дать более обобщённую характеристику экзистенциальной направленности мировоззрения Лермонтова, придающей всему его творчеству собственный уникальный колорит.

В русской литературе 1830-40 гг. происходит формирование психологического реализма с обращением к психоанализу внутреннего мира героев. Закономерным продуктом эпохи становится появление социальноГорланов Г.Е. Творчество М.Ю. Лермонтова в контексте русского духовного самосознания: автореф. дисс. дра филол. наук / Г.Е. Горланов; Моск. гос. обл. ун-т. – Москва, 2010. – С. 6.

психологического романа, одним из основоположников которого является М.Ю. Лермонтов. Глубокий анализ переживаний героев становится позже главной темой в романах Ф.М. Достоевского, Л.Н. Толстого, повестях Л.Н. Андреева, драматургии А.П. Чехова. Данный способ погружения в «историю души человеческой», к исследованию экзистенциальных проблем героев очевиден при изучении творчества Лермонтова – его поэзии, прозы и драматургии. Используя метод анализа и синтеза, можно также обратиться к принципу типологизации, способ группировки в котором обусловлен целями и задачами проводимого исследования согласно существенным признакам объекта. К примеру, при сопоставлении центральных образов в драматургии Лермонтова можно выявить характерные черты нового типа личности – лермонтовского экзистенциального героя. При этом важным условием для введения подобного рода понятий является их типологическая автономность, целостность и самостоятельность.

Поскольку исследование экзистенциальных проблем человека в творчестве Лермонтова предполагает обращение непосредственно к текстам его литературных произведений, нельзя обойтись без герменевтического метода.

Представляющая собой теорию истолкования текстов, герменевтика позволяет рассматривать их послойно, начиная с «предпонимания», интуитивного предвосхищения смысла и доходя до лежащего в основе произведения авторского творческого замысла. Данный подход наиболее значим при анализе лирики Лермонтова, его поэм и стихотворных драм, что объясняется самой природой поэзии как рода литературы, как вида искусства, в котором многообразие средств художественной выразительности уже само по себе несёт колоссальную идейно-смысловую нагрузку.

В качестве примера использования такого метода в современном лермонтоведении можно привести исследование С.Н.

Зотова, который отмечал:

«Встреча Пастернака и Лермонтова в начале XX века – событие не столько историко-литературное, сколько экзистенциальное для русской литературной традиции... Переживание Лермонтова было для Пастернака своеобразным постижением самого себя, формой обращенности к поэтическому как к экзистенциальному феномену»20. Нам же представляется возможным проследить взаимосвязь экзистенциальной направленности нравственнофилософских взглядов Лермонтова на проблемы бытия человека с идеями ряда других деятелей отечественной художественной культуры.

Помимо герменевтики, с анализом текстов тесно связан семиотический метод, который широко используется не только в лингвистических, но и в культурологических исследованиях21. Обращение к литературным текстам и, прежде всего, поэтическим неизбежно предполагает процесс коммуникации между автором и читателем на языке символов, благодаря способам художественной выразительности. Богатый лермонтовский язык изобилует метафорами, сложными эпитетами и образными сравнениями, и, обращаясь к семиотическим приёмам дешифровки знака, можно более глубоко изучить поднятые Лермонтовым важные нравственно-философские вопросы. Так одинокий Парус и мятежный Демон становятся символами гордого, возвышенного духа, сюда же относятся образы романтического героя, полного жажды жизни с её земными страстями и постоянной борьбой за свободу и свои идеалы. Своеобразными знаками выступают говорящие фамилии самовлюблённого князя Звездича в «Маскараде» и баронессы Штраль (в переводе с немецкого языка «луч»). Более того, семиотический метод позволяет изучать символы и знаки не только литературного текста, но и возможность, как утверждал Ю.М. Лотман, «любое явление культуры рассматривать как текст, являющийся носителем определённой мысли – идеи» и «особым образом организованного языка»22.

Зотов С.Н. Лермонтов в интеллектуальном переживании Пастернака: к проблеме экзистенциального понимания литературы: [Электронный ресурс] // Персональный сайт доктора филологических наук Зотова Сергея Николаевича. – 2016. – Режим доступа: http://www.czotov.ru/content.php?id=99126 (дата обращения: 19.

06.2016.).

См.: работы М.М. Бахтина, В.С. Библера, М.С. Кагана, Л.Н. Когана, Ю.М. Лотмана, К.Э. Разлогова, Н.Б. Кирилловой, М.Б. Ямпольского и др.

Лотман Ю.М. Структура художественного текста // Лотман Ю.М. Об искусстве. – Санкт.-Петербург:

Исусство, 1998. – С. 14.

Таким образом, рассматривая экзистенциальные проблемы человеческого бытия в творчестве Лермонтова, следует ещё раз подчеркнуть, что многообразие представленных методов позволяет провести полноценное системное исследование только в том случае, если они будут применимы в едином комплексном теоретико-культурологическом подходе, отличительной чертой которого, несомненно, является обобщение и систематизация накопленных знаний. В этой связи интересна мысль известного культуролога О.Н. Астафьевой: «Понятийный и методологический каркас нам нужен, в определённых направлениях культурологии – просто обязателен. Никто не хочет сдерживать «птицу творчества и свободы», но знание, которое мы хотим развить..., в этом нуждается»23. Проанализировав основные вопросы методологии исследования экзистенциальных проблем человека, можно констатировать, что творчество М.Ю. Лермонтова, являясь важнейшей вехой в истории отечественной культуры XIX века, даёт возможность глубокого и всестороннего исследования, опираясь на разные научные подходы, включая и методы культурологической интерпретации, опыт которой предпринят в данной диссертационной работе.

1.2. Социокультурные предпосылки формирования у М.Ю. Лермонтова экзистенциального миропонимания Мировосприятие человека зависит от событий, происходящих в его жизни, от личного опыта и характера взаимоотношений в ближайшем окружении: выводы об объективной действительности мы делаем на основе нашего субъективного опыта. Так и в творчестве М.Ю. Лермонтова за строками, полными горечи, страдания и боли, стоят реальные жизненные обстоятельства и сложные душевные переживания автора. Даже произведения, не считающиеся автобиографичными, в той или иной мере отражают атмосферу души молодого поэта, короткая жизнь которого была наполнена множеством личных драм.

См.: Философия – философия культуры – культурология: водораздел, взаимодействие. Материалы Междунар. науч. конф. / Под ред. К.Э. Разлогова. – Москва: Совпадение, 2012. – С. 225.

Причины формирования у Лермонтова особых взглядов на бытие человека следует искать ещё в детстве. О тесной связи мотивов лермонтовского творчества с детскими впечатлениями, с пространством Тарханской усадьбы подробно пишут в своих трудах лермонтоведы Т.М. Аболина (Лобова)24 и О.И.

Уланова25. С ранних лет у Лермонтова присутствовало понимание хрупкости жизни и неотвратимости смерти – проблемы, являющиеся центральными для концепции экзистенциализма. Не случайно к данной теме поэт будет неоднократно возвращаться в своём творчестве, ведь в жизни Лермонтова рождение и смерть в буквальном смысле стояли близко. Ещё до появления его на свет атмосфера семейных отношений была напряжённой и тревожной, о чём пишут многие лермонтоведы26. Биограф М.Ю. Лермонтова П.А. Висковатов обращает внимание на самоубийство его деда М.В. Арсеньева, именем которого был наречён будущий поэт вопреки семейной традиции 27 (впрочем, в настоящее время версия о самоубийстве ставится под сомнение некоторыми лермонтоведами). Непримиримость конфликта между Ю.П. Лермонтовым, отцом поэта, и бабушкой Е.А. Арсеньевой, постоянные ссоры родителей – всё это не могло не наложить отпечаток на ранимую и восприимчивую детскую душу. Лермонтов родился слабым ребёнком, частые тяжёлые болезни, приковывали на долгое время его к постели, что приводило к глубоким размышлениям о пограничных состояниях между жизнью и смертью, давало возможность для дотошного анализа собственной души. Грустью и не по годам развитой жизненной мудростью наполнены дневниковые заметки М.Ю. Лермонтова в годы отрочества и юности28.

Лобова Т.М. Феноменология детства в творчестве М.Ю. Лермонтова : автореф. дисс.... канд-та филол. наук :

10.01.01. / Т.М. Лобова. – Екатеринбург, 2008. – 22 с.

Уланова О.И. Тарханский хронотоп Михаила Лермонтова : автореф. дис.... канд. культ. : 24.00.01 / О. И.

Уланова. – Саранск, 2005. – 18 с.

См. работы: И.Л. Андроникова, П.А. Висковатова, Э.Г. Герштейн, Т.А. Ивановой, В.А. Мануйлова, А.М. Марченко и др.

Висковатов П.А. Михаил Юрьевич Лермонтов: Жизнь и творчество / П.А. Висковатый. – Москва: Книга, 1989. – 454 с.

См.: Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 4. Проза. Письма / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

Художественная литература, 1976. – С. 387 – 463.

Тема смерти и хрупкости человеческого бытия впоследствии сопровождали сознание Лермонтова всю жизнь. Гибель А.С. Пушкина стала для него потрясением, отразившемся в гневном, обличительном пафосе стихотворения «Смерть Поэта» (1837). Трагизм мироощущения и раздумья о конечности человеческого «Я» были также следствием его жизни на Кавказе, куда он был сослан за «непозволительные стихи и распространение оных».29 Будучи офицером и принимая участие в военных действиях, он сам видел гибель, страдания других людей. Наиболее ярко свои чувства и отношение к войне и миру, а также к цене человеческой жизни поэт выразил в стихотворении «Валерик» (1840).

Находясь в пограничной ситуации между жизнью и смертью, перед лицом опасности, человек по-новому смотрит на мир, переосмысливая свои ценности, словно поднимаясь над собой, выходя за рамки своего обыденного сознания. Дуэль с сыном французского посланника Э. Барантом в 1839 г. не только явилась причиной второй ссылки Лермонтова на Кавказ, но и позволила ему вновь испытать психологическое состояние перед лицом смерти.

Важными экзистенциальными проблемами являются осознание человеком собственного одиночества и, вместе с тем, уникальность бытия личности. Подобным чувством экзистенциального тотального одиночества, безусловно, был мучим и М.Ю. Лермонтов. С детства он ощущал себя особенным, не таким, как все. Единственный внук своей бабушки, горячо любимый и окружённый всяческой заботой в доме, Лермонтов рос ребёнком избалованным и капризным; в университетском пансионе в играх и забавах был предводителем, а поступив в Московский университет, держался особняком.

Благодаря опеке, Лермонтов рано осознал свою исключительность и непохожесть на товарищей. Он мог без стыда и страха на равных разговаривать со своими преподавателями, а в своих произведениях открыто беседовал на См.: Лермонтовская энциклопедия / под ред. В. А. Мануйлова. – Москва: Советская энциклопедия, 1981. – С.

647.

равных с самим Господом Богом, задавая Ему сложные вопросы и даже упрекая за несовершенство мира.

Развитию темы непреодолимого одиночества в творчестве Лермонтова способствовали и его неудачи в личной жизни. Любовные отношения не складывались. Многие современники Лермонтова отмечали его довольно непривлекательную наружность, что накладывало отпечаток на самооценку молодого человека. Он обладал непростым, колким характером, был склонен к пессимизму, его шутки по отношению к своим друзьям часто оказывались весьма жестокими, одна из которых и привела поэта к роковой дуэли. Даже будучи окружённым друзьями, Лермонтов чувствовал, что никто из них не может в полной мере понять его души, его переживаний и чувств.

Горечью и осознанием себя уникальной личностью наполнены его строки:

...Кто...

Толпе мои расскажет думы?

Я – или Бог – или никто!...

(«Нет, я не Байрон, я другой...», 1832)30 Только в творчестве можно было найти спасение и выразить свои мысли и эмоции:

...В уме своём я создал мир иной И образов иных существованье...

(«Русская мелодия», 1829)31 После спокойной и размеренной жизни в Тарханах, Лермонтов воспринял обучение в Школе гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров как «два страшных года», где за суровой муштрой не оставалось времени на размышления и анализ состояния собственной души. А между тем раздумья Лермонтова о взаимоотношениях человека с Богом и о трансцендентальности познания мира являются во многом экзистенциальными. Воспитанный в дворянской семье, он с особым трепетом относился к вопросам веры и религии.

В детстве бабушка подарила ему псалтырь. Обращение к Богу было связано и с драматизмом реальных жизненных ситуаций.

Особые страницы в многогранном творчестве Лермонтова посвящены Кавказу. Образы горцев, темы кавказской жизни стали сюжетообразующими для многих его произведений (лирика, поэмы, роман «Герой нашего времени»).

Природа, красочные пейзажи явились источником вдохновения для целого ряда живописных и графических работ. С Кавказом для Лермонтова связаны и впечатления раннего детства, когда он приезжал на воды с бабушкой, к этому же времени относится и первое любовное чувство, пусть ещё совсем раннее, детское и светлое, позднее – это военная служба, первая ссылка, а затем и вторая, сравшая для молодого поэта роковой. Быт, природа Кавказа, характер взаимоотношений людей, культурные традиции, обычаи горских народов – всё

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 1. Стихотворения 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

Художественная литература, 1975. – 648 с. – С. 423.

Там же. – С. 150.

это наложило огромный отпечаток на творчество Лермонтова и на его мировоззрение в целом.

Отношения между людьми – одна из экзистенциальных проблем, волнующих человека. Страх любви в творческом сознании Лермонтова делится на страх полюбить взаимно и одновременно страх потери любимого существа, что вновь отсылает нас к событиям лермонтовской биографии. Об этом достаточно подробно пишут в своих исследованиях Т.М. Аболина32, И.Л.

Андроников33, П.А. Висковатов34, Т.А. Иванова35, В.А. Мануйлов36, Б.М.

Эйхенбаум37 и др. Боязнь новых разочарований и душевной боли отразилась в поступках героев произведений Лермонтова. Так Печорин в романе «Герой нашего времени» говорит, что ни за что на свете не отдаст свою свободу в обмен на семейные узы: «...Я готов на все жертвы, кроме этой; двадцать раз жизнь свою, даже честь поставлю на карту, но свободы своей не продам... Это какой-то врождённый страх, необъяснимое предчувствие...»38.

Характер мироощущения Лермонтова во многом определило и социальное неравенство господ и крепостных крестьян, жестокость по отношению к которым будущий поэт видел с детства. Ощущение вседозволенности одних и бесправия других обострялось тем, что он общался на равных с детьми крепостных в своём имении, в играх это были его друзья, хотя с точки зрения своего социального положения он был господином, а они рабами. Такое неравенство между людьми с детских лет натолкнуло Лермонтова на размышления о судьбе человека. Он всю свою короткую жизнь будет задаваться вопросом: предопределена ли судьба человека или каждый Аболина Т. М. Роман М. Ю. Лермонтова «Княгиня Лиговская» в контексте лопухинского цикла / Т. М.

Аболина // Известия Уральского федерального университета. Сер. 2, Гуманитарные науки. – 2013. – № 3 (117).

– С. 170 – 186.

Андроников И.Л. Лермонтов. Исследования и находки / И.Л. Андроников. – 2-е изд-е, испр. – Москва:

Художественная литература. – 1967. – 608 с.: ил.

Висковатов П.А. Михаил Юрьевич Лермонтов: Жизнь и творчество / П.А. Висковатый. – Москва: Книга, 1989. – 454 с.

Иванова Т.А. Лермонтов в Москве / Т. Иванова. – Москва: Детская литература, 1979. – 207 с.: ил.

Мануйлов В.А. М.Ю. Лермонтов. Жизнь и творчество / В.А. Мануйлов. – Москва: Знание, 1958. – 40 с.

Эйхенбаум Б.М. Лермонтов: Опыт историко-литературной оценки / Б.М. Эйхенбаум. – Ленинград: Гос. издво, 1924. – 168 с.

Лермонтов М.Ю. Княжна Мери. Герой нашего времени // Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 4.

Проза. Письма. – Москва: Художественная литература, 1976. С. 110.

сам волен строить своё счастье, всё ли решено за него с самого рождения или человек может выстроить свою жизнь так, как сам хочет?

Таким образом, не только психологические, но и социально-культурные предпосылки формировали у Лермонтова особый взгляд на проблемы человеческого бытия. Рубеж конца XVIII – первой четверти XIX вв. был для России сложным в политическом плане временем, но одновременно это был и период расцвета русской культуры, испытавшей влияние идей французской буржуазной революции 1783-1794 гг., освободительной войны с Наполеоном (1812 г.), поражения декабрьского восстания русского дворянства (1825 г.).

«Золотой век» русской поэзии совпал с казнями, ссылками, с усилением цензуры – характерными чертами самодержавно-крепостнического деспотизма в России, когда начал свое литературное творчество М.Ю. Лермонтов.

С ранних лет испытав трагедию личной жизни, юный поэт и в окружающей действительности был свидетелем распрей, унижения человеческого достоинства. Страдания крепостных вызывали в пытливом уме не только отчаяние и боль, но и раздумья над сущностью человека, его социального положения, его места в мире. Размышляя над противоречиями жизни, Лермонтов пытается ответить на ряд вопросов человеческого бытия через антитезы: добро и зло, право и бесправие, свобода и рабство, правда и ложь. Многое в реальной жизни вызывало в юном сердце печаль и протест.

Отрицание зла, желание для человека «рая на земле», а не на небе, думы о бытии формировали особенность лермонтовского мировоззрения.

1830-1840-х гг. – это время выработки нового мировоззрения, время раздумий над судьбой человечества. Ответы на многие неоднозначные вопросы современности приходилось искать в трудах философов и литераторов. Так знакомство юного Лермонтова с философской мыслью было на занятиях в Московском университетском благородном пансионе. Лермонтов хорошо знал античную философию (Сократа, Платона, Аристотеля) с её идеями о гармонии бытия, о разумности и достоинстве человека, о его правах на свободу, его нравственном долге в мире. Увлекла юного поэта и философская мысль Нового времени: Ф. Бэкон, который объявил человека феноменом, великой личностью, чтобы очистить свой разум от догм, оставить место научному познанию мира и своему творчеству; Р. Декарт с его иррациональным мышлением и сознанием своего «я», а также Т. Гоббс, Г.В. Лейбниц, Б. Паскаль, Б. Спиноза и др.

Лермонтов изучал труды великих философов Западной Европы: Г.В.Ф. Гегеля, И.Г. Гердера, И. Канта, Ф.В.Й. Шеллинга, и др. с их идеями о свободе человека, о его правах, о его возможности сделать себя самому, о духовности как основе бытия.

Однако Лермонтов создавал свою собственную философию по важным вопросам бытия человека, в чём-то не соглашаясь с великими мыслителями.

Одним из источников его размышлений о силе мысли, свободной деятельности души, о воле человека, о преобразовательной роли идеи, о познании мира человеческим разумом, опытом и интуицией стала философия И. Канта. Но Кант отрицал за границей пространства и времени существование материи, у Лермонтова же – не мертвая материя И. Канта, а жизнь во всей Вселенной за видимыми её пределами. Для человека дом его – Земля, а вместе с тем и вся Вселенная. Лермонтовская концепция Вселенной – вечный круг миров материальных, как наша Земля. А.Л. Рубанович изложила целую концепцию Лермонтова о природе, человеке, его месте в жизни39. Если человек у И. Канта весь погружен в собственное самопознание, а Ж.-Ж. Руссо боготворит и поэтизирует Вселенную и Бога, то у Лермонтова весь пафос и вдохновение посвящено гимну человеческой жизни. Если Руссо любит жизнь, очищенную от земных мучений, то Лермонтов принимает ее с муками и страданиями, утверждая, что именно они дают толчок человеку к действию, борьбе за свое утверждение в жизни.

В студенческих кружках велись беседы не только о политике, истории и философии, но и о литературе – отечественной и зарубежной. Лермонтов восхищался произведениями И.В. Гёте, В. Скотта, Ф. Шиллера. Особое См.: Рубанович А.Л. Эстетические идеалы М.Ю. Лермонтова / А.Л. Рубанович. – Иркутск: ИРГУН, 1968. – 202 с.

отношение у него, как и у А.С. Пушкина, было к Дж. Байрону. Каин Байрона и Арбенин Лермонтова в чём-то схожи: оба с внутренней противоречивостью, оба «странные люди». Как пишет Л.И. Вольперт, «герои Байрона в конфликте с обществом, с напряженностью чувств, с крушением идеалов и волей к борьбе, с сосредоточенностью в себе отвечали потребностям развития Лермонтова»40.

Л.И.

Вольперт обобщает результат сравнения героев Лермонтова с его предшественниками как культурно-историческое явление русской жизни:

«Созданный Лермонтовым образ Печорина как бы сфокусировал в себе черты человека 1830-х»41. Эпоха «безвременья» дала героев особенной мрачности. У Лермонтова – это скорбь целого поколения («Дума», «И скучно и грустно...», «Герой нашего времени»). Герой Лермонтова – человек современный, мыслящий и одаренный, но искалеченный воспитанием. Сам Лермонтов писал, что «Герой нашего времени» – «портрет, но не одного человека: это портрет, составленный из пороков всего нашего поколения в полном их развитии»42.

Лермонтов был увлечён бунтарским духом Байрона, его прославлением свободы, ненавистью к гнету. Противопоставление Байроном природы и естественных чувств человека обществу, разочарование в людях, сосредоточенность в себе отвечали потребностям раннего Лермонтова. Герои Лермонтова преодолевают эгоистический индивидуализм героев Байрона, но сохраняют смелость и жажду свободы («Мцыри», 1839). Образ Байрона отразился в ранней лирике Лермонтова, где бурные страсти соединяются с самоанализом, активность – с фатализмом, но различий между поэтами больше, чем сходства. Лермонтов психологически раскрывает более сложный внутренний мир человека.

Поэт не хочет пустой борьбы, он хочет жить:

...Нет, я не Байрон, я другой, Еще неведомый избранник, Как он, гонимый миром странник, Вольперт Л.И. Лермонтов и литература Франции / Лариса Вольперт. – 2-е изд., испр. и доп. – Санкт.Петербург: Алетейя, 2008. – С. 264.

Там же. С. 220.

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 4. Проза. Письма / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

Художественная литература, 1976. – 544 с. – С. 8.

Но только с русскою душой...

(«Нет, я не Байрон, я другой...», 1832)43 Заметным явлением в художественной культуре 1820-х – 1830-х гг. стала поэзия философского романтизма. Поиски романтиков были исторически актуальным явлением, отражали знаменательный для этой эпохи интерес к проблемам человеческого бытия. Борьба романтических и реалистических тенденций не была проблемой узко литературной: в ней отразились противоречия в выработке материального общественного мировоззрения. Это своеобразие переходного периода между двумя этапами. Иные пути и идеи ещё не ясны, но они обнаруживаются в кровавых муках, ошибках и противоречиях.

Это период болезненного кризиса на стыке двух культурных направлений.

«Литература романтизма была открыта для заимствований и активно расширяла географический диапазон в поисках новых форм и содержания, становясь как бы основой межнационального культурного общения в России»,

– отмечает Н.В. Дубнова44. Поэт в раннем творчестве часто обращается к чужим литературным опытам. В стихотворениях Лермонтова можно найти строчки, заимствованные у А.С. Пушкина, В.А. Жуковского, Дж. Байрона, Ф.

Шиллера. Однако у Лермонтова творческий метод особый: в нём романтические тенденции сочетаются с реалистическими, где в реальных жизненных ситуациях романтическим героям присущи экзистенциальные переживания. «Поэзия действительности боролась за право черпать сюжеты из жизни, за свободу писателя», – констатирует Ю.М. Лотман45.

В лучших произведениях отечественной культуры отражена нравственная программа поведения человека, они учат глубочайшему чувству ответственности, честности и беспощадности ко всему злому, унижающему личность. К представителям романтического направления в русской культуре

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 1. Стихотворения 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

Художественная литература, 1975. – 648 с. – С. 423.

Дубнова Н.В. Творчество М.Ю. Лермонтова в контексте евразийского диалога культур: автореф. дисс.. канта филол. наук / Н.В. Дубнова. – Махачкала, 2007. – С. 7.

Лотман Ю.М. В школе поэтического слова: Пушкин, Лермонтов, Гоголь / Ю.М. Лотман. – Санкт.-Петербург:

Азбука, 2015. – С. 248.

первой трети XIX века относятся многие художники слова и мысли: Е.А.

Баратынский, К.Н. Батюшков, А.А. Бестужев-Марлинский, К.Ф. Рылеев, П.А.

Вяземский, Д.В. Давыдов, Н.М. Карамзин, В.Ф. Одоевский и др.

В сентиментализме и раннем романтизме предметом основного внимания становятся душевные переживания героев, непонимание со стороны окружения, соединение скептицизма с чувственностью. Чувства горечи, неразделённой любви, потери дружбы достигают эмоциональной напряжённости и подлинного психологизма.

Черты настоящего романтического героя вбирает в себя культурноисторический тип декабриста. Это один из наиболее ярких образов эпохи 1820х -1840-х гг., который выражает высокие идеалы прогрессивных людей времени, опирающиеся на лучшие традиции народа в борьбе против деспотизма, за свободу человека, его права и достоинство. Лермонтова, как и многих молодых людей, вдохновлял и сам нравственный облик декабриста как нового типа русского человека, и их поэтические произведения46. Так путь борьбы за реализацию человеческих прав предложил поэт-декабрист К.Ф.

Рылеев, лирический герой которого бескомпромиссно и смело бросает вызов социальному несовершенству: «К временщику» (1820), «Гражданин» (1824), «Наливайко» (1825), «Богдан Хмельницкий» (1825) и др. Идейно-тематической основой его произведений становится любовь к Отечеству. Эмоциональная напряжённость интонации творчества Рылеева обусловлена вниманием к исключительным психологическим переживаниям человека. Так и Лермонтов, продолжая гражданские традиции своих предшественников, защищал гуманистические идеи своего времени, поднимая актуальные проблемы николаевской эпохи в своём творчестве.

Крушение социально-политических надежд, тяготы ссылки и трагизм личных переживаний наложили тень грусти и одиночества на поэтический взгляд А.А. Бестужева-Марлинского, идейно-тематические мотивы творчества Лотман Ю.М. Беседы о русской культуре / Ю.М. Лотман // Воспитание души / Ю.М. Лотман. – Санкт.Петербург: Искусство, 2003. – С. 331 – 385.

которого предвозвещали появление лирики М.Ю. Лермонтова. По мнению А.А.

Бестужева, литература должна быть отраслью философии, и писатели через основы социально-политической гражданственности своих произведений могут преобразовывать и совершенствовать человеческое общество47. Выдвигая в своих повестях на первый план человеческую личность, говоря об её индивидуальности и уникальности, А.А. Бестужев утверждает любовь, основанную на гармонии любящих сердец, воспевает чистоту и искренность чувств, отмечая, что там, где светлая, восторженная любовь превращается в слепую чувственную страсть, в эгоизм, пренебрегающий общественными обязанностями, человека ждёт духовное опустошение и трагедия нравственных идеалов. Творчество А.А. Бестужева-Марлинского оказало влияние на многих деятелей культуры 1820-х – 1830-х гг., а увлечённость М.Ю. Лермонтова его произведениями выразилась даже в отчётливых тематических заимствованиях (вольнолюбивые, героико-патриотические, сатирические мотивы, жанр солдатской песни). Роль отдельной личности в освободительной борьбе, тема подвигов предков привлекали Лермонтова вслед за Бестужевым.

Каждая эпоха формирует свой тип героев в жизни и в литературе. Кризис 1830-х гг. породил появление «странного человека». «Век философствующего духа» дал слияние философии и литературы. И на Западе, и в России «странные люди» поднимали проблемы человека современной эпохи, шагнувшего дальше в своем развитии по сравнению с окружающей средой. Одаренные, интеллектуальные, неудовлетворенные существующей действительностью, духовным рабством человека, «странные люди» искали и не находили выход.

Крушение их идеалов, страдания, безверие, безысходность, скептицизм приводили одних к гибели, других к борьбе и бунту, отрицанию и одиночеству, третьи находили выход в эгоистическом индивидуализме, пусть временной и жестокой, даже гибельной победе над другими, во вседозволенности. Осознавая свою жестокость, они вели к гибели других. Это – «болезнь века». Б.Т. Удодов Ревякин А.И. История русской литературы XIX века: Первая половина / А.И. Ревякин. – 2-е изд., испр. и доп.

– Москва: Просвещение, 1981. – С. 150 – 169.

отмечает, что «осознание человеком себя исключительной личностью, углубление конфликта с окружающими, где он «чужой», наряду со стремлением к высшим человеческим идеалам, развивалось и усугублялось в наметившемся в начале века типе «странного», позднее «лишнего человека».48 В русской литературе «странный человек» появился ещё у предшественников Лермонтова. В 1801 году М.В. Сушков в романе «Российский ветер» изобразил «странного человека» – разочарованного, полного трагедии одиночества, с симптомами развивающейся «болезни века».

Герой говорит, что ему скучно, что чего-то не достаёт. Н.М. Карамзин в повести «Бедная Лиза» в лице Эраста показывает «рыцаря нашего времени», чувственного, но холодного. К.Н. Батюшков рассказывает о странном молодом человеке, внутри которого словно совмещены двое, что говорит о начале исследования автором проблемы внутреннего мира личности. Продолжает тему «странного человека» и В.Ф. Одоевский («Дни досад», 1822).

Новый виток приобретает тема «странного человека» в творчестве А.С. Грибоедова. Уже в романтической комедии «Притворная неверность»

(1817) герой, как и у Н.М. Карамзина, пока не вступает в прямой конфликт с обществом, окрестившись «странным», но противопоставляется своему «другу», воплотившему в себе это общество. Наметившийся в Рославлеве тип «странного человека» со всем богатством внутреннего мира и драматизмом своего положения был показан в образе Чацкого, который открыто, с негодованием выступал против света как ничтожного сборища людей «без чувства, без стыда...», против фальши и лжи. Он полон мечтаний о светлом будущем, эмоциональной восторженности, безоглядного героизма, глубокого ум а и благородства. Представив читателю своего героя в развитии, А.С.

Грибоедов, однако, показывает его поражение. Чацкий – это трагический герой современной эпохи, и «Горе от ума» – это трагикомедия с элементами политической сатиры.

Удодов Б.Т. Роман М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» / Б.Т. Удодов. – Москва: Просвещение, 1989.

– С. 18.

Особая кристаллизация образа «странного человека» нашла своё воплощение в «Евгении Онегине» А.С. Пушкина. Размышления поэта о духовном облике своих героев, трагизме их бытия сопровождались горечью переживаний против пороков и зла. Пушкинский герой разочарован в жизни, умудрён опытом «отцов» и полон чувства глубокого одиночества. «В зрелом творчестве А.С. Пушкина всё более отчётливо проявляется гуманистическая направленность. Для поэта, наряду с большой историей, историей государства, существует история частного человека, не менее значимая и драматичная», – констатирует Ю.В. Манн49. Значимости человеческой личности А.С. Пушкин придаёт огромное значение.

Цель и смысл жизни для Онегина представляли философский интерес, но ещё не стали вопросом вопросов, которым будет мучиться лермонтовский Печорин: «Зачем я жил?... Для какой цели я родился?». Печорин явился апогеем эволюции целой плеяды «странных» героев, показанных М.Ю. Лермонтовым в своём творчестве. «Печорин – не только закономерный итог и дальнейшее развитие типа «странного человека» в русской литературе и художественной культуре, но и один из наиболее органичных для творчества М.Ю. Лермонтова образов, как отражение реального героя эпохи безвременья», – отмечает Б.Т. Удодов50. «Герой века» с его рефлексией, богатым внутренним миром, самоанализом, философскими размышлениями о смысле жизни, говоря словами В.Г. Белинского, – «это лермонтовский элемент, который будет всё более углубляться в творчестве поэта», питая остальные его образы «странных людей»51. Появление типа «странных людей, с богатым внутренним миром в литературе и жизни обозначило собой экзистенциальный поворот в русской культуре первой половины XIX века.

Манн Ю.В. Мировая художественная культура. XIX век. Литература / Ю.В. Манн, О.В. Стукалова, Е.П.

Олесина. – Санкт.-Петербург: Питер, 2007. – С. 313.

Удодов Б.Т. Роман М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» / Б.Т. Удодов. – Москва: Просвещение, 1989.

– С. 19.

Белинский В.Г. Стихотворения М. Лермонтова / В.Г. Белинский; послесл. и примеч. О.С. Смирновой. – Москва: Политиздат, 1958. – 35–80.

М.Ю. Лермонтов, безусловно, был знаком с литературными предшественниками своего героя, с типами «странного человека» в России, различными по своей индивидуальности, и с их западными «братьями». На Лермонтова повлияли мотивы произведений многих авторов, хотя не со всеми молодой поэт был согласен. В частности, Ж.-Ж. Руссо, несомненно, оказал влияние на Лермонтова как певец человека, гармонически связанного с природой. Однако в предисловии к «Журналу Печорина» Лермонтов пишет, что «Исповедь» Ж.-Ж. Руссо имеет уже тот недостаток, что он читал ее своим друзьям»52, в то время как его Печорин провозглашает полную открытость души, передаёт подлинные, сокровенные чувства, пишет журнал не для публики.

Роман «Адольф» Р. Констана – история молодого «сына века», разочарованного скептика с рефлексией и разладом с обществом и собой. У него безнравственная душа – следствие болезни века. В определённой степени это предшественник Печорина, как утверждает Л.И. Вольперт53. Автор сопоставляет целую галерею таких «странных людей». «Оберман» Э.П.

Сенанкура также явился предшественником «исповеди души» в творчестве европейских романистов, герой воплотил «болезнь века», разъедаемый болезненной рефлексией. Образ Обермана также можно поставить в число предшественников Печорина. «Рене или Следствия страстей» (1802 г.) Ф.Р.

Шатобриана – тип разочарованного юноши, бегущего от цивилизации, поглощенного рефлексией.

С.И. Родзевич, сопоставляя образы главных героев, установил в романе Лермонтова ряд перекличек и реминисценций из Шатобриана, Констана и Мюссе, – важное свидетельство знакомства поэта с текстами французской

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 4. Проза. Письма / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

Художественная литература, 1976. – С. 50.

Вольперт Л.И. Лермонтов и литература Франции / Лариса Вольперт. – 2-е изд., испр. и доп. – Санкт.Петербург: Алетейя, 2008. – С. 214.

литературы54. Лермонтов эти романы не просто «читал», а профессионально «осваивал». Поэт вобрал в образ своего героя самые характерные черты «странного человека», наиболее ярко высветив в самоанализе героя мотивы его действий. Так А. Мюссе первый пытался дать социальное объяснение «болезни века». Подобно его герою Октаву («Исповедь сына века»), Лермонтов развил близкую ему тему разочарованного и опустошенного поколения в «Герое нашего времени», показав глубину и сложность, противоречивость внутреннего мира современного человека в «Журнале Печорина». Н.П. Дашкевич (1914 г.) провел сопоставительный анализ «Демона» Лермонтова с поэмой А. де Виньи «Элоа, или Сестра Ангелов»55.

Во французских романах не допускалось несколько точек зрения на одну проблему, шло только описание внутреннего облика персонажа. А Лермонтов показывает разные грани личности своих героев (человек – личность индивидуальная, слияние романтизма с реализмом); дает не только внешнюю, но и внутреннюю жизнь человека; описание внешности героя подчеркивает интуитивное суждение о характере, последующий психоанализ подтверждает или опровергает этот «эксперимент». Отличие Лермонтова в разноплановости и раздвоенности героя: «благородный лоб», «бледные худые пальцы» (Печорин).

Есть противоречия и «внутреннего человека»: пороки и осознание их, исповедь, ум, ощущение «необъятных сил» и опустошение, беседы на серьезные темы и легкомысленность, иногда преднамеренность в жестоких поступках.

В самоанализ французов Лермонтов вносит «рефлексию на свой лад».

Печорин не только ведет свои наблюдения в дневнике, но и осмысливает происходящее (рефлексия над рефлексией), проводит психологический анализ, и не только над собой, но и над другими. Самоанализ Печорина приводит к заключению: «...Во мне два человека: один живет в полном смысле этого слова, Родзевич С.И. Предшественники Печорина во французской литературе: "Рене" Шатобриана, "Адольф" Бенжамена Костана, "Исповедь сына века" А. де-Мюссе, "Оберман" Сенанкура / С.И. Родзевич. – Киев : тип.

Т.Г. Мейнандера, 1913. – С. 25.

Дашкевич Н.П. Мотивы мировой поэзии в творчестве Лермонтова: "Демон" / Н.П. Дашкевич // Чтения в Историческом обществе Нестора Летописца. – Киев: Типогр. университета Св. Владимира, 1983. – Кн. 7. – С.

182-253.

другой мыслит и судит его...».56 Это перекличка со Стендалем, который говорил, что если не броситься в жизнь и не пытаться узнать на опыте людей, то это равносильно гибели. Лермонтовская стратегия была ориентирована на раскрытие сложности рефлексирующего сознания: то «полнота чувств и мыслей не допускает бешеных порывов», то «сердце... болезненно сжалось, как после первого расставания»57. В.Г. Белинского пленила в Печорине мощь мысли, способность к глубокому самоанализу58. Личность героев, осознание своего «я», индивидуальность, познание мира через свои ощущения, искания, свободомыслие, интуиция, страдания, рефлексия и другие экзистенциальные черты героев обнаруживаются во всем творчестве поэта («Странный человек»

(1831), «Два брата» (1836), «Герой нашего времени» (1840), «Княгиня Лиговская» (1836) и др.).

Следует отметить ещё одну особенность лермонтовского творческого метода, сформировавшегося благодаря всем перечисленным нами факторам.

Это развитие по спирали. Многие лермонтоведы констатируют, что в отличие от А.С. Пушкина и большинства других предшественников и современников Лермонтова, характер его творчества определён таким образом, что оно движется не по прямой линии, когда каждый новый этап, сменяя предыдущий, привносит с собой абсолютно новое понимание мира, новых героев, по-новому построенные сюжеты и т.д. Метод Лермонтова-художника (в широком смысле этого слова) особый: автор, двигаясь вперёд, постоянно возвращается к излюбленным образам, темам и мотивам, которые на каждом новом этапе варьируются, обогащаются и усложняются, отражая стремительное развитие личности самого писателя, рост его художественного мастерства, углубление философского содержания творчества. Основной круг тем сложился уже в ранних произведениях Лермонтова, но он непрестанно прибегает к автоцитатам, автореминисценциям, переосмысливая уже созданные им образы, Лермонтов М.Ю. Княжна Мери. Герой нашего времени. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 4. Проза. Письма / М.Ю. Лермонтов. – Москва: Художественная литература, 1976. – С. 120.

Там же.

См.: Белинский В.Г. Герой нашего времени. Сочинение М. Лермонтова / В.Г. Белинский; послесл. и примеч.

О.С. Смирновой. – Москва: Политиздат, 1958. – 110 с.

наполняя их новым содержанием, более глубоким взглядом на мир. Меняются представления о человеке, обогащается лермонтовская концепция личности, совершенствуются художественные принципы ее воплощения.

Таким образом, для того, чтобы наиболее полно рассмотреть творчество Лермонтова с точки зрения вопросов экзистенциального характера, нами рассмотрены причины становления миропонимания поэта в контексте его взглядов на духовное бытие человека. Проанализировано влияние на формирование особого лермонтовского видения мира и человека в нём целого ряда факторов, к которым относятся: сложные семейные обстоятельства детства и юности поэта, характер общественных взаимоотношений, глубокое и разностороннее образование и, в первую очередь, социально-культурная атмосфера эпохи первой половины XIX века в России, в которой жил и творил М.Ю. Лермонтов.

1.3. М.Ю. Лермонтов и С. Кьеркегор: экзистенциальные параллели в мироощущении и творчестве В начале XIX века рождается ещё один гениальный мыслитель, современник М.Ю. Лермонтова. Это датский философ, протестантский теолог и писатель Сёрен Кьеркегор (1813 – 1855). Именно он ввёл понятие «экзистенция» как основа новой формирующейся концепции, что даёт основание считать его предвестником экзистенциализма.

Творчество Кьеркегора, провозглашающее иррационалистическую природу человеческого бытия, обращённое к интимно-личностным переживаниям и рефлексии самонаблюдения, неразрывно связано с его трагической личной жизнью, что нами отмечено и в отношении творчества М.Ю. Лермонтова. Отметим, что на каждого из них оказала воздействие сама эпоха, сложная атмосфера времени, политические события и общественные настроения, весь историко-культурный контекст. На становление мировоззренческих взглядов Кьеркегора оказало влияние разочарование в немецкой классической философии Г.В.Ф. Гегеля и необходимость преодолеть романтическую традицию в литературе. Трагедии в личной жизни, в семье, размолвка с любимой привели к отрицанию окружающей действительности, где существование человека было полно страданий, вело к отчаянию и зависимости от законов, вследствие чего социальные проблемы Кьеркегор отодвигает на второй план и погружается в выяснение причин духовного упадка индивидуума.

Экзистенциальным параллелям творчества Лермонтова и Кьеркегора посвящены работы ряда современных исследователей, таких как: П.А.

Аксёнова59, Л.В. Витковская60, В.И. Мильдон61, А.Г. Овчинников62, В.В.

Перемиловский63, Н.Б. Тетенков и В.В. Лашов64, но каждый из них рассматривает свой локальный аспект данной темы. Одним из первых заметил «экзистенциальное родство» Кьеркегора с Лермонтовым литературный критик, эссеист, журналист А.В. Любинский. На страницах своего очерка «Между потоком и камнем» он вспоминает: «Году в шестьдесят восьмом читал книгу некоего Кьеркегора в огромном гулком зале старой библиотеки... Не покидало ощущение, что где-то я уже читал исповедь цинично-усталого аристократаобольстителя... Я вдруг понял, откуда уже знаю героев Кьеркегора... Ну да, конечно! Ведь они как две капли воды похожи на лермонтовских! «Дневник обольстителя» – почти точная копия «Княжны Мери», да и Максим Максимыч

– по типу своему – все тот же благочинный резонер из кьеркегоровского «Илиили»... Не ошибаюсь ли я? Разумеется, ни Лермонтов, ни Кьеркегор не могли знать друг о друге. Но, разделенные границами государств и культур, они

Аксёнова П.А. «Невозможность возможности» в романе М.Ю. Лермонтова

«Герой нашего времени» / Аксёнова Полина Анатольевна // Материалы XVIII Международной конференции студентов, аспирантов и молодых учёных «Ломоносов». – Москва: МГУ им. М.В. Ломоносова, 2011. – С. 152Головченко И.Ф., Витковская Л.В. Мифы у М.Ю. Лермонтова и мифы о М.Ю. Лермонтове: когнитивноконцептуальная интерпретация // Мировая литература на перекрестье культур и цивилизаций. – Пятигорск, 2016. – № 2 (14). – С. 24-28.

Мильдон В.И. Лермонтов и Киркегор: феномен Печорина : об одной русско-датской параллели / В. Мильдон // Октябрь. – Москва, 2002. – №4. – С. 177-186.

Овчинников А.Г. Опыт эстетического самопознания личности в произведениях С. Кьеркегора и М.Ю.

Лермонтова («Дневник обольстителя» и «Герой нашего времени») / А.Г. Овчинников // Известия Уральского федерального университета. – Серия 2. – Екатеринбург, 2014. – С. 50-59.

Перемиловский В.В. Из книги "Лермонтов" / В. Перемиловский // Фаталист: Из наследия первой эмиграции:

сборник статей / сост., вступ. ст. и коммент. М.Д. Филин. – Москва: Русскiй Мiръ, 1999. – 58 с.

Лашов В.В., Тетенков Н.Б. Кьеркегор и Лермонтов: образ рефлексирующего соблазнителя / Н.Б. Тетенков, В.В. Лашов // Философия и общество. – Москва, 2010. – №4. – С. 11-20.

родились в одно время, мучались одним, решали одни проблемы, дышали одним воздухом...»65. А. Любинский сравнивает характеры героев двух авторов относительно такого понятия как вседозволенность, анализирует путь становления личности от романтического видения мира, через реалистический подход, к экзистенциальному восприятию мира. Но это лишь одна грань проблемы, пути решения которой лишь эскизно намечены. Требуется, на наш взгляд, более детальное изучение данных вопросов.

Профессор ВГИК им. С.А. Герасимова В.И. Мильдон в своей статье 66 сопоставляет литературно-философские сочинения Кьеркегора и его современника Лермонтова. Сходство во многом: влияние эпохи первой половины XIX века, появление нового типа людей; у каждого из авторов главными в творчестве становятся проблемы, связанные с духовным бытием человека. Общее – в отрицании неблагоприятных условий жизни, в личной трагедии, в чувстве одиночества и в исповедальности переживаний их героев в своих дневниках.

Причины формирования особого отношения к действительности авторы вкладывают в уста своих героев. Лермонтовский Печорин говорит: «...Все читали на моём лице признаки дурных свойств, которых не было; но их предполагали – и они родились. Я был скромен – меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен... Я был готов любить весь мир, – меня никто не понял: и я выучился ненавидеть... Я говорил правду – мне не верили: я начал обманывать... Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей...

умерла..., тогда как другая шевелилась и жила...»67. Йоханнес С. Кьеркегра – тоже натура чувствительная и тонкая, о себе он пишет так: «Вообще я довольно-таки неуязвим, но самый величайший болван может нанести мне удар

Любинский А.В. Между потоком и камнем / Александр Любинский // На перекрестье. – Санкт.-Петербург:

Алетейя, 2007. – С. 114-126.

Мильдон В.И. Лермонтов и Киркегор: феномен Печорина: об одной русско-датской параллели / В. Мильдон // Октябрь. – Москва, 2002. – №4. – С. 177-186.

Лермонтов М.Ю. Княжна Мери. Герой Нашего времени. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 4. Проза. Письма / М.Ю. Лермонтов. – Москва: Художественная литература, 1976. – С. 94-95.

несравненно глубже и сильнее, чем он сам это думает...»68. Но внутренний эгоизм не позволяет Йоханнесу до конца понять, почему он стал именно таким, какой он есть.

Мировоззрение Лермонтова и Кьеркегора объединяет ряд общих черт, что ярко отражено в их произведениях. В статье «Кьеркегор и Лермонтов: образ рефлексирующего соблазнителя» Н.Б. Тетенков и В.В.

Лашов, сравнивая литературных героев, выводят по пунктам схожие чувства, эмоции, действия, мотивы поступков, но предварительно подчеркнув, что сопоставлять следует не формальное подобие, а образ мыслей, отношение к действительности в целом:

«Нельзя произведения Кьеркегора и Лермонтова рассматривать только как художественную литературу и соответственно искать сходство в их творчестве как писателей, их произведения представляют собой синтез литературы и философии, поскольку они поднимают в своих произведениях философские проблемы»69.

М.Ю. Лермонтов и С. Кьеркегор, размышляя о человеческих страстях, дают глубокий психологический анализ негативных состояний внутренней жизни своих героев. Страх, тревога, беспокойство, отчаяние представлены как важные экзистенциалы в нравственном проявлении свободы в жизни человека, которая преподносит ему осознание беззащитности, беспомощности, одиночества и осуждение этого мира. Наступает меланхолия, эту болезнь души Кьеркегор неоднократно называет «болезнью века»70. В похожем состоянии пребывает и лермонтовский Печорин: «...Лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли... И тогда в груди моей родилось отчаяние..., холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой...»71.

Кьеркегор С. Дневник обольстителя / Сёрен Кьеркегор; пер. с дат. П. Ганзена. – Санкт.-Петербург: АзбукаАттикус, 2011. – 240 с. – С. 197.

Лашов В.В., Тетенков Н.Б. Кьеркегор и Лермонтов: образ рефлексирующего соблазнителя / Н.Б. Тетенков, В.В. Лашов // Философия и общество. – Москва, 2010. – №4. – С. 11.

См.: Кьеркегор С. Страх и трепет. Болезнь к смерти / Сюзерен Кьеркегор. – Москва: Республика, 1993. – 380 с.

Лермонтов М.Ю. Княжна Мери. Герой нашего времени. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 4. Проза. Письма / М.Ю. Лермонтов. – Москва: Художественная литература, 1976. – С. 94-95.

В ранних работах эстетического цикла «Или-или»72, «Повторение»73, «Страх и трепет»74 Кьеркегор разработал психологическую версию существования человека, разделённую на три стадии: эстетическую, этическую и религиозную. На первой стадии, эстетической, индивид живёт эмоциональным наслаждением, отказом от истины своего существования, что приводит к неудовлетворённости и отчаянию. Кьеркегор считает жизнь эстета в некоторых аспектах просто патологической («Или-или»): человек не управляет ни собой, ни обстоятельствами, живёт настоящим моментом ради развлечений и интереса, думает одно, но в другой момент – другое. В его жизни не хватает стабильности, и он может свернуть с жизненного пути под влиянием обстоятельств. Однако, эстет может быть расчётлив и задумчив, ставя задачи, решает их в экспериментальном духе, до тех пор, пока хочется. Если он устанет, или ему станет скучно – откажется от решения задачи, жизнь воспринимается им не как источник для реализации проектов и идеалов, а как возможности, над которыми можно лишь размышлять. В этом слабость человека на эстетической стадии, подчинённость случаю. Как только действительность теряет свои возбуждающие стимулы, эстет становится слабым и беспомощным, что и сам может осознать.

Взглянув сквозь призму данной концепции на лермонтовского героя, видим, как Печорин мечется в бесплодных поисках своих идеалов, на смену приходит меланхолия. Подобное состояние души Кьеркегор назвал бы «экзистенциальным», и Лермонтов явился первым русским автором, выразившим это. Жить исключительно эстетической жизнью – следствие общей болезни романтических натур, внутренняя слабость, разлад с внешним миром и самим собой. Печорин замечает это в себе, а Йоханнес, герой «Дневника обольстителя» С. Кьеркегора, – нет. Лермонтовский Максим Максимыч так описывал Печорина: «Славный малый... только немного Кьеркегор С. Или-или. Фрагменты из жизни / Сёрен Кьеркегор. – Санкт.-Петербург: Издательство Русской Христианской Гуманитарной Академии: Амфора, 2011. – 823 с.

Кьеркегор С. Повторение / Сёрен Кьеркегор. – Москва: Лабиринт, 1997. – 157 с.

Кьеркегор С. Страх и трепет. Болезнь к смерти / Сёрен Кьеркегор. – Москва: Республика, 1993. – 380 с.

странен... Другой раз... ставнем стукнет, он вздрогнет и побледнеет, а при мне ходил на кабана один на один»75. «Потому и ходил, – разъясняет в своей статье В.И. Мильдон, – что действительность возбуждала, или искал возбуждения, ибо знал: исчезнет оно, и он опять беспомощен»76.

Слабость не помогает человеку выйти из состояния эстетической сферы в другую, этическую, возникает желание избавиться от своего «Я», обрести другое «Я», тогда своё «Я» рассыпается при неосознанном отчаянии ещё на эстетической стадии. Наступает аморализм, и дальнейшего духовного развития человека не происходит. Продолжая жить одними наслаждениями, он может дойти до вседозволенности77.

Замыслы Кьеркегора и Лермонтова совпадают по задаче: представить героя с разных сторон, а у Лермонтова – ещё и с позиции жертвы. Отчаявшийся эстет иногда вспоминает тихие радости, душевное спокойствие, от скуки разрабатывает стратегию обольщения, жестокие эксперименты над людьми и их чувствами.

Н.Б. Тетенков и В.В. Лашов, как уже было нами отмечено, продолжили тему «Кьеркегор и Лермонтов», сопоставляя образ рефлексирующего соблазнителя. Обоим героям присущи схожие методы обольщения. У Кьеркегора рефлексирующий обольститель заставляет женщин переживать страдания любви, разрабатывает ряд приемов и способов с идеальной стратегией любовного подчинения, собирает сведения о женщине, смущает ее речами, взглядами, используя напор и отступления, выискивая случаи ее спасения. Йоханнес даже становится другом ее тетушки, затем желанным женихом... Подобная ситуация и у Печорина: осознав свою исключительность, потеряв надежду обрести свои идеалы, от безысходности и для самоудовлетворения он, подсматривая, подслушивая, собирая информацию, составляет подробную программу любовного подчинения, цель которой – Лермонтов М.Ю. Бэла. Герой нашего времени. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 4. Проза. Письма / М.Ю.

Лермонтов. – Москва: Художественная литература, 1976. – С. 45-46.

Мильдон В.И. Лермонтов и Киркегор: феномен Печорина: об одной русско-датской параллели / В. Мильдон // Октябрь. – Москва, 2002. – №4. – С. 178.

Кьеркегор С. Страх и трепет. Болезнь к смерти / Сёрен Кьеркегор. – Москва: Республика, 1993. – С. 11.

влюбить в себя девушку, довести до самопожертвования во имя любви.

Печорин наслаждается своей победой. Затем по плану – холодность соблазнителя, наблюдения за жертвой и записи в дневниках: «...А ведь есть необъятное наслаждение в обладании молодой, едва распустившейся души!

Она как цветок... его надо сорвать... и, подышав им досыта, бросить на дороге:

авось кто-нибудь поднимет!... Я смотрю на страдания и радости других только в отношении к себе, как на пищу, поддерживающую мои душевные силы...»78.

Достигнув цели, и Йоханнес, и Печорин теряют интерес, так как женитьба не входит в их планы, поскольку свободу они ценят выше всего. Эта вседозволенная, жестокая игра от скуки, поиски новизны ощущений заменяют им те идеалы, которых герои не нашли в жизни. Они осознают свою подлость.

Это люди особого мировоззрения: отвергая общество и действительность, но продолжая жить в этом мире, они заражены «болезнью века», пороками своего общества. Этот тупиковый жизненный путь также не приносит счастья. Как отметил В.В. Перемиловский, «Йоханнес позволяет нам по-новому взглянуть на Печорина, прояснить черты героев, мотивы их поступков»79. Но в итоге победы не приносят удовольствия Печорину, его идеи рушатся, и снова наступает скука и разочарование. Сердце его пусто, он теряет последнюю надежду. «Вот причина экзистенциальной философии», – сказал бы Кьеркегор.

Подобная подчинённость воле случая может принимать разные формы. И Лермонтов, и Кьеркегор, как отмечает П. Гардинер, в своём творчестве предлагают несколько вариантов выхода из создавшейся ситуации. «Вопервых, человек может уйти в творчество, работу, даже «надев маску». Таким образом, это станет искомым смыслом бытия для него. А можно и дальше продолжать достигать новых побед, но это недолговечно, непременно возникнет экзистенциальное чувство, что человека лишили того, ради чего Лермонтов М.Ю. Княжна Мери. Герой нашего времени. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 4. Проза. Письма / М.Ю. Лермонтов. – Москва: Художественная литература, 1976. – С. 91.

Перемиловский В.В. Из книги "Лермонтов" / В. Перемиловский // Фаталист: Из наследия первой эмиграции:

сборник статей / сост., вступ. ст. и коммент. М.Д. Филин. – Москва: Русскiй Мiръ, 1999. – С. 55.

стоит жить»80. Жизнь теряет свой смысл, снова наступает отчаяние, осознание пустоты бытия.

Тема абсурдности жизни очень близка чувству страха перед смертью, т.е.

конечностью человеческого «Я». Герои Кьеркегора выбрали бы не богатство, а страстную веру в бессмертие души, но осознают неисполнимость этого. А герои Лермонтова, как и сам автор, интуитивно чувствуют приближение ранней смерти. В сочинениях Кьеркегора («Болезнь к смерти», «Страх и трепет») человек показан одиноким перед осознанием своей конечности81. «Жизнь ненавистна, но и смерть страшна», – читаем у Лермонтова. Такое открытие экзистенциальной философии, которая трактует, что человек заброшен в безнадёжный мир, он незащищён, – есть и у Кьеркегора, и у Лермонтова.

Тема страха смерти осмысливается во многих произведениях обоих авторов. «...Моя душа подобна мёртвому морю, через которое не пролетит ни одной птицы – достигнув середины, она бесследно падает в объятия смерти...»,

– констатирует Кьеркегор82. Подобно этому и лермонтовский Печорин в «Фаталисте» говорит с тоской: «...Хуже смерти ничего не случится – а смерти не минуешь!...».83 Осознание трагизма конечности человеческого бытия само по себе экзистенциально. А.Г. Овчинников отмечает, что «печоринская «скука неумирания», отчаяние, чувство ничтожности жизни и одновременно жажда высшего развития как бы объяснены Кьеркегором самим статусом экзистенциального положения человека, который в своих порывах к высшему как возможному всегда находится в неустранимом конфликте с силами Ничто, с силами необходимого, «общего» или «всеобщего»84.

Отсутствие надежды сводило на нет все «необъятные силы» в душе Печорина. Поиски выхода, размышления о дальнейшем существовании снова Гардинер П. Кьеркегор / Патрик Гардинер; пер. с англ. Е. Глушенковой. – Москва: Астрель, 2008. – С. 74.

Кьеркегор С. Страх и трепет. Болезнь к смерти / Сёрен Кьеркегор. – Москва: Республика, 1993. – 380 с.

Кьеркегор С. Наслаждение и долг / Сёрен Кьеркегор. – Ростов-на-Дону: Феникс, 1998. – С. 130-131.

Лермонтов М.Ю. Фаталист. Герой нашего времени. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 4. Проза. Письма / М.Ю.

Лермонтов. – Москва: Художественная литература, 1976. – С. 141.

Овчинников А.Г. Опыт эстетического самопознания личности в произведениях С. Кьеркегора и М.Ю.

Лермонтова («Дневник обольстителя» и «Герой нашего времени») / А.Г. Овчинников // Известия Уральского федерального университета. – Серия 2. – Екатеринбург, 2014. – С. 51.

приводят к вседозволенности. «...Сам я больше не способен безумствовать под влиянием страсти; честолюбие у меня... проявилось в другом виде, ибо честолюбие есть не что иное, как жажда власти, а первое моё удовольствие – подчинять моей воле всё, что меня окружает; возбуждать к себе чувство любви, преданности и страха – не есть ли первый признак и величайшее торжество власти?...», – размышляет Печорин85. Но от этой власти и жестокости страдают другие, приходя также к отчаянию.

Тип «рефлексирующего соблазнителя» – это новый социальнокультурный тип личности, который появился в европейском и российском обществе первой трети XIX века и вобрал в себя характерные черты своего времени, пронизанного духом экзистенциальных переживаний. Говоря словами М.Ю. Лермонтова, это «портрет, но не одного человека: это портрет, составленный из пороков всего нашего поколения, в полном их развитии...»86.

Экзистенциальные параллели Лермонтова и Кьеркегора можно наблюдать и в двойственности внутреннего мира их героев. Оба автора дают глубочайший психологический анализ души человека. Лермонтов разбирает даже каждое чувство по составным элементам, наблюдая перетекание одной эмоции в другую, выводя целый метод самопознания двойственности души (так Печорин писал в своём журнале, что в нём не один, а два человека). И Лермонтов на его примере сопоставляет внутреннего и внешнего человека, показывая конфликт их взаимоотношений. До Лермонтова такого взгляда на анализ внутреннего мира героев не было, ибо не было такого взгляда на человеческое существование.

Кроме того, нельзя не отметить, что героям как Кьеркегора, так и Лермонтова предшествовала целая плеяда «героев-соблазнителей» в произведениях западноевропейских писателей (достаточно вспомнить Ловеласа из романа Ричардсона «Кларисса», Вальмона из «Опасных связей» де Лакло и, конечно, образ знаменитого Дон Жуана у Мольера и Дж. Байрона). В русской Лермонтов М.Ю. Княжна Мери. Герой нашего времени. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 4. Проза. Письма / М.Ю. Лермонтов. – Москва: Художественная литература, 1976. – С. 92.

Там же. – С. 8.

художественной культуре предшественниками Печорина были Эраст – герой повести Н.М. Карамзина «Бедная Лиза» и пушкинские Евгений Онегин и Дон Гуан («Маленькие трагедии»). Однако Йоханнес Кьеркегора и Печорин Лермонтова радикально отличаются от всех предыдущих образов. Говоря об их действиях относительно героини – любовной жертвы, А.Г. Овчинников констатирует: «Стратегия обольщения, в большей степени, реализуется не как практика жизни, приводящая к катастрофе героя (как это было в литературных произведениях о знаменитых соблазнителях), а, прежде всего, как духовноэстетический опыт самопознания»87. То есть Йоханнес и Печорин не столько влюблялись, реализуя свои планы обольщения, сколько преследовали цель:

познать себя, посмотреть на себя со стороны. У Кьеркегора герой через соблазнение стремится преобразовать мир посредством эстетики влюблённости, а Печорин, помимо прочего, – развлечься со скуки, удовлетвориться страданиями жертвы, ощутить свою власть над душами других, познать, насколько широко может быть влияние человеческого «Я» в мире.

Внутренняя рефлексия погружает человека в глубины нового отчаяния.

Разочарование в жизни и осознаётся как переход к другим, высшим формам существования. Кьеркегор говорит, что у человека есть возможность перейти ко второй, более высокой стадии существования – этической, благодаря личному, свободному выбору. Внешние обстоятельства (случай, судьба) не управляют этим образом жизни, переход к этической стадии иногда осуществляется необходимостью и считается прогрессивным духовным развитием. Этическая личность должна признавать особые нормы и ценности общества и не может трактовать их по-своему.

На второй стадии человек задумывается о смысле своего бытия. Вся жизнь пробегает перед глазами Печорина, подобно киноплёнке в ночь перед дуэлью, и он оставляет запись в дневнике: «...Зачем я жил? для какой цели я Овчинников А.Г. Опыт эстетического самопознания личности в произведениях С. Кьеркегора и М.Ю.

Лермонтова («Дневник обольстителя» и «Герой нашего времени») / А.Г. Овчинников // Известия Уральского федерального университета. – Екатеринбург, 2014. – Серия 2. – С. 53.

родился?... А, верно, она существовала, и, верно, было мне назначение высокое, потому что я чувствую в душе моей силы необъятные... Но я не угадал этого назначения...»88. Также и герои Кьеркегора задают вопросы экзистенциального характера: как жить, кем быть, к чему стремиться? И Лермонтов, и Кьеркегор считают, что человеку нужно понять, что причина того, что с ним происходит,

– в нём самом. Человек – автор своей судьбы, творец своей жизни. Надо не прятаться, а искать ответ о назначении и цели жизни человека, понять, какое место он занимает в этом мире. Следует не поддаваться страху, беспокойству и тревоге, а, напротив, пытаться ясно осознать свободу выбора, личную ответственность и своё «Я». Этический субъект, по Кьеркегору, способен осознать себя и нести ответственность за свои действия. Его самопознание – это размышление о себе с критическим осознанием не только того, что он есть на самом деле, но и того, кем он хочет быть.

Цель этического субъекта – осознание своего «Я», сосредоточение на собственной природе, на своём существовании. Кьеркегор считает человека, лишённого рефлексии самосознания или же безразличного к выяснению вопроса о смысле собственного бытия, этически неразвитым, «естественным».

Ведь до тех пор, пока человек «не придёт к осознанию своего положения в мире как отчаянного, не появится и надежда на спасение; между тем, время идёт, и шансы обрести своё истинное «Я» уменьшаются. Иное дело, когда отчаяние осознаётся, это уже оценивается Кьеркегором как попытка выйти к духовности.89 Обретение человеком своего «Я» – это осознанный синтез бесконечного и конечного.

У Лермонтова также человеческое «Я» – это личность, свободная и ответственная, что подтверждает большая часть произведений писателя, в особенности лирика. Роль поэта осмысливается автором как долг перед людьми и перед самим собой («Журналист, Читатель и Писатель», 1840).

Лермонтов М.Ю. Княжна Мери. Герой нашего времени. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 4. Проза. Письма / М.Ю. Лермонтов. – Москва: Художественная литература, 1976. – С. 117.

См.: Кьеркегор С. Страх и трепет. Болезнь к смерти / Сюзерен Кьеркегор. – Москва: Республика, 1993. – С. 10.

Личность, по мнению Кьеркегора, проходя экзистенциальный путь в три этапа – эстетический, этический и религиозный (на пути к совершенству), – приобретает веру, что ограничивает её свободу. Путь к Богу – это и есть духовность, вера предполагает условия духовного развития, Лермонтов же через образ Печорина замечает, что тогда, подчиняясь воле Бога, человек отдаёт Ему свою свободу и свою ответственность. Оба автора показывают одни и те же экзистенциальные переживания в выборе истинного пути, их герои считают, что только вера спасёт человека. Печорин хочет убедить себя, что и у него есть вера в виде надежды на будущее, а на деле ничего не происходит, надежда умирает, и Бог не спасает от ужаса смерти. Печорин приходит к выводу: если он перейдёт в высшее развитие («исцеление душевных болезней»), то он перестанет быть человеком, самим собой, т.е. личностью, так как этот переход подразумевает подчинение Абсолюту, и человек опять попадает в духовное рабство.

Высшая стадия развития человека, по Кьеркегору, – это истинное понимание своего существования, познание смысла жизни. На пути к этому совершенству человек проходит очищение, обретая духовность, нравственность и любовь к Богу. У Лермонтова те же приоритеты на пути к самосовершенствованию: понимание своего предназначения в жизни, разоблачение пороков общества, первостепенность морально-нравственных принципов, свобода и ответственность, духовность и гуманизм. Несмотря на то, что окружающая действительность преподносит Лермонтову и его героям боль, страдания, отчаяние и трудности, поэт считает, что в мире нет ничего прекраснее человеческой жизни. И если у Кьеркегора путь к Богу подразумевает ограничение свободы человека, то герои Лермонтова не смиряются, а продолжают поиски свободы, счастья, достоинства и любви.

Экзистенциальные проблемы человеческого бытия, заключённые в антитезах «добро – зло», «любовь – ненависть», «покой – движение», «жизнь – смерть» – это нравственно-философские проблемы, главенствующие в творчестве Лермонтова, в котором он поднимал такие темы как человек и общество, человек и природа, долг и ответственность, любовь и дружба. Таким образом, в отличие от Кьеркегора, репрезентирующего образ человека и экзистенциальные проблемы бытия в отрыве от сферы его существования, отдельно от историко-культурных предпосылок формирования его личности, Лермонтов рассматривает личность человека во взаимоотношениях с обществом, властью, миром, показывая взаимосвязь мировоззрения героя, его характера и жизненной стратегии с социально-культурной средой. При целом комплексе идейно-художественных совпадений в творчестве каждого из авторов, главное отличие их взглядов на существование человека состоит в том, что для Кьеркегора первостепенна сама иррациональная природа экзистенции с тем корпусом нравственно-философских проблем, которые встают перед человеком, в то время как для Лермонтова важно показать весь процесс становления человеческой личности, влияние на неё многообразных факторов современной ему эпохи.

В итоге жизненные пути героев Лермонтова и Кьеркегора разные.

Подводя итог описанным в «Герое нашего времени» страницам жизни Григория Александровича Печорина, А.Г. Овчинников пишет: «В результате дуэли, которая выступает в романе как своеобразная катастрофа, герой теряет друзей, хотя, возможно, и мнимых, он утрачивает свою истинную любовь, а также отвергает возможность женитьбы. И в череде этих потерь единственное обретение – это духовное обретение свободы в ожидании новых поисков, которые, по всей видимости, могут развернуться в новом круге становления героя»90. Йоханнес, по всей видимости, продолжит путь соблазнителя, в то время как сам Кьеркегор находит смысл человеческого существования в вере через служение Богу. Лермонтовский же взгляд на жизненный путь человека особый, в нём желание «свободы и покоя», стремление к счастью и гармонии сочетается с неутолимой жаждой развития, борьбы за права и достоинство Овчинников А.Г. Опыт эстетического самопознания личности в произведениях С. Кьеркегора и М.Ю. Лермонтова («Дневник обольстителя» и «Герой нашего времени») / А.Г. Овчинников // Известия Уральского федерального университета. – Екатеринбург, 2014. – Серия 2. – С. 59.

личности, постоянный поиск и обретение себя через разрешение сложных экзистенциальных проблем.

Как отметил в своей уникальной книге «Роза мира» Д.Л. Андреев, «...миссия Лермонтова – одна из глубочайших загадок нашей культуры. С самых ранних лет – неотступное чувство собственного избранничества, какогото исключительного долга, давлеющего над судьбой и душой; феноменально раннее развитие будущего, раскалённого воображения и мощного холодного ума, наднациональность психического строя при исконно русской стихийности чувств; глубокая религиозность натуры, переключающая даже сомнение из плана философских суждений в план богоборческого бунта...»91.

Общность взглядов Кьеркегора и Лермонтова на экзистенциальные проблемы человека и его духовного бытия, поднятые авторами в их творчестве, говорят об эффективном влиянии на них тех социально-культурных идей, которые витали в общественном сознании России и Западной Европы в эпоху первой половины XIX века. В этой связи хотелось бы ещё раз подчеркнуть значимость тех нравственно-философских идей, которые утверждали своим творчеством великие мастера литературного слова и мысли – Сёрен Кьеркегор и Михаил Лермонтов. Ведь «осознание человеком своего места в мире, ценности и уникальности личности, возможности, благодаря познанию всех тайн человеческой души, понять назначение существования – темы, актуальные во все времена»92. Как актуальны и перечисленные экзистенциальные параллели, проведённые нами при сопоставлении творчества М.Ю. Лермонтова и С. Кьеркегора.

Проанализировав экзистенциальные проблемы человека в творческом наследии М.Ю. Лермонтова, как предмета данного культурологического исследования, нами в первой главе были выделены три основополагающих положения, тесно связанных друг с другом. Во-первых, рассмотрена сама Андреев Д.Л. Роза мира / Даниил Андреев. – Москва: Эксмо, 2009. – С. 389.

См.: Улитина Н.М. У истоков экзистенциализма: философские переклички М.Ю. Лермонтова и С.

Кьеркегора / Н.М. Улитина // Тарханский вестник. – Пенза: Государственный лермонтовский музей-заповедник «Тарханы», 2015. – №. 27. – С. 108 – 114.

специфика методологии культурологического подхода к исследованию экзистенциальных проблем человека, где доказывается возможность комплексного, синтетического анализа данной научной проблемы, опирающегося на теоретико-культурологический и историко-сравнительный методы, а также метод обобщения. Во-вторых, выявлены социокультурные предпосылки формирования у М.Ю. Лермонтова экзистенциального миропонимания, обусловленного как фактором личной драмы жизни поэта, так и общественно-политической ситуацией в России николаевской эпохи, то есть первой половины XIX века. В-третьих, доказаны экзистенциальные параллели в мироощущении и творчестве М.Ю. Лермонтова и С. Кьеркегора – датского писателя, философа-теолога, каждый из которых внёс вклад в осмысление экзистенциальных проблем духовного бытия человека.

Проведённый теоретико-культурологический анализ позволяет более подробно остановиться на экзистенциальных аспектах творчества М.Ю. Лермонтова – поэта, писателя, драматурга, художника, предпринятый во II главе.

ГЛАВА II. ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ ТВОРЧЕСТВА

М.Ю. ЛЕРМОНТОВА В СОЦИОКУЛЬТУРНОМ КОНТЕКСТЕ

2.1. Проблемы духовного бытия человека в поэзии и прозе М.Ю. Лермонтова Магистральной темой всего творчества Лермонтова выступает утверждение человека как уникального существа в мире, что является одним из главных аспектов концепции экзистенциализма. «Часто ответы на сложные вопросы бытия находят у русских писателей прошлого», – отмечает исследователь С.Н. Левагина93. Человек осознаёт своё существование, и потому он – высшее творение Вселенной. И.А. Гуревич констатирует, что «утверждение человеческой личности было тем идеалом, которому М.Ю.

Лермонтов оставался верен всю свою жизнь»94. Венец прекрасного для поэта в жизни – человек, наделённый разумом и волей, дающими ему способность мыслить, познавая себя и мир.

Лермонтовед Д.Е. Максимов отмечал, что общими идеями, лежащими в основе поэзии Лермонтова, были идеи личности и свободы, которые утверждает поэт как самые высшие ценности и критерии95. А В.Г. Белинский ещё при жизни поэта при оценке романа «Герой нашего времени» вывел лермонтовскую формулу: «Живой человек представляет собою особый и замкнутый в самом себе мир: его единый организм, единое неделимое существо

– индивидуум. Человек – высшее и поразительное зрелище: слит с природой и тайною жизни; он во всем, вне себя, великое все нашло в нем свой орган, отделившись в нем от самого себя, чтобы взглянуть вне себя и осознать себя»96.

Черты «живого» человека мы видим во многих произведениях Лермонтова: «Мцыри» (1839), «Сашка» (1835-36), «Странный человек» (1831), Левагина С.Н. Тенденция духовной энтропии: пусть от Константина Батюшкова к «странным» героям Лермонтова / С.Н. Левагина // Материалы II Лермонтовских чтений «Россия Лермонтова». – Ярославль, 2002. – С. 6.

Гуревич И.А. Проблема нравственного идеала в лирике Лермонтова / И. Гуревич // Творчество М.Ю.

Лермонтова. 150 лет со дня рождения (1814-1964) : сборник статей / ред. У.Р. Фохт. – Москва, 1964. – С. 149.

Максимов Д.Е. Поэзия Лермонтова / Д.Е. Максимов. – Ленинград : Советский писатель, 1959. – С. 16.

Белинский В.Г. Статьи и рецензии (1834 – 1841) : в 3 т. / В.Г. Белинский; ред. Ф.М. Головенченко. – Москва :

ОГИЗ, 1948. – 800 с. – Т. 1. – С. 561.

«Измаил бей» (1832), «Каллы» (1830-31), «Хаджи Абрек» (1833), «Герой нашего времени» (1837-41). Образом Мцыри, как отмечает А.Л. Рубанович, Лермонтов объявил о своем «идеале человека, гармоничном, чья воля, воображение, дух и физические силы будут отданы высоким целям, долгу, не подавляя личности»97. Защитники вольности и свободы прав человека всегда привлекали Лермонтова.

…И под одеждою раба, Но полный жизнью молодой, Я – человек, как и другой…, – восклицает Арсений («Боярин Орша»)98. Человек – гордая личность, богатая духовная натура, он – велик! Ольга говорит Вадиму: «О, ты великий человек!»

(«Вадим»). Во всем творчестве Лермонтова звучит гимн человеческой личности. По словам поэта Н.С. Тихонова: «Лермонтов – поэт-боец, выковал песню о Могучем человеке»99.

М.Ю. Лермонтов представляет настоящего человека таким, как он сам:

...Ни перед кем я не склонял

Еще послушного колена:

То гордости была б измена;

А ей лишь робкий изменял:

И не поникну я главою.

Хотя б то было пред судьбою!...

(«Стансы. К Д...», 1831)100 «В конечном счёте, «человек как таковой» – единственная правда и ценность бытия. Его экзистенциальный мир, его онтологическая «дислокация», Рубанович А.Л. Эстетические идеалы М. Ю. Лермонтова / А.Л. Рубанович. – Иркутск : ИРГУН, 1968. – С.

108.

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 2. Поэмы и повести в стихах 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов.

– Москва: Художественная литература, 1976. – С. 358.

Торжественный венок. М.Ю. Лермонтов. Слово о поэте (1837 – 1999). – Москва: [Б. и.], 1999. – 265 с.

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 1. Стихотворения 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

Художественная литература, 1975. – С. 375.

его метафизические истоки... – высшая суть жизни», – выводит доктор филологических наук, литературовед В.В. Заманская101.

Человек как субъект познания мира Важным аспектом бытия человека является постижение им мира через свою экзистенцию, свой опыт, интуицию. «Созерцая мир, природу, человек познает вещи, перемещаясь в них трансцендентально...», – пишет А.Л.

Рубанович102. Единство человека и природы – ключевая идея концепции бытия в творчестве Лермонтова.

К примеру, Мцыри был для поэта «братом бури», хотя в поэме есть и такие строки, свидетельствующие о гармонии бытия:

...добрая рука Печалью тронулась цветка, И был он в сад перенесен В соседство роз. Со всех сторон Дышала сладость бытия...

(«Мцыри», 1839)103 Герой поэмы «Боярин Орша», (1835-36) умел жить «с природой жизнию одной», сам Лермонтов желал стать вольной птицей или звездой:

...Чем ты несчастлив, Скажут мне люди?

Тем я несчастлив, Добрые люди, что звезды и небо – Звезды и небо! – а я человек!...

(«Небо и звёзды», 1831)104 Но поэт не может, даже в мечтах, поменять свой земной жребий на блаженство растворения в природе: ведь он человек. Лермонтов и восхищается природой, и не забывает, кто он, оставаясь самим собой. Связь человека с Заманская В.В. Русская литература первой трети XX века: проблема экзистенциального сознания / В.В.

Заманская. – Магнитогорск: МГПИ, 1996. – С. 6.

Рубанович А.Л. Эстетические идеалы М. Ю. Лермонтова / А.Л. Рубанович. – Иркутск : ИРГУН, 1968. – С.

36.

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 2. Поэмы и повести в стихах 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов.

– Москва: Художественная литература, 1976. – С. 93.

Там же. – С. 363.

–  –  –

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 1. Стихотворения 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

Художественная литература, 1975. – С. 33.

Там же. – С. 88.

Источником духовной и физической жизни человека является природа, доказывает Лермонтов. Печорин признавался: «Погружаясь в холодный кипяток нарзана, я чувствовал, как телесные и душевные силы мои возвращались»108. Лермонтов диалектически рассматривал и бытие человека, и развитие его чувств, и природу его «физического состава», с чем связаны такие утонченные явления духовной жизни человека, как разум, воля, воображение.

Современник Лермонтова, немецкий философ Ф. Шеллинг рассматривал «бытие человека как бытие духа», проявляющегося в созерцании. Само мышление он связывал только с интуицией. Лермонтов же ощущал реальность жизни и говорил, что «жизнь моя – это я сам…». Для Лермонтова личное, сознательное, разумное в человеке составляло «лучший цвет» его жизни»109.

Одним из первых литературоведов, посвятивших свой труд изучению лермонтовской концепции природы, был В.Ф. Садовник. По его мнению, Лермонтов «искал в природе преимущественно то, что возбуждает в душе человека чувство высокого и бесконечного, что отрывает его от бедной и ограниченной земной деятельности и переносит его воображение в мир идеального бытия. Вот почему Лермонтов так охотно и с такой любовью обращал свои взоры ввысь, к далёкому ясному небу, которое являлось для него символом вечности»110. Мысли о вечности, о гармонии с миром, о человеке, затерянном в этой громадной Вселенной всегда волновали Лермонтова.

Д.С. Мережковский говорит о «Демоне» Лермонтова: «Это попытка выразить глубокий опыт души, и мистицизм его другой – его духовное зрение, слух и глубинная память, дар созерцания космических панорам, дар Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 2. Поэмы и повести в стихах 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов.

– Москва: Художественная литература, 1976. – С. 220.

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 4. Проза. Письма / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

Художественная литература, 1976. – С. 118.

См.: Проблемы мировоззрения и мастерства М.Ю. Лермонтова / ред. В.П. Трушкин. – Иркутск : ИРГУН, 1973. – С. 96.

Цит. по: Рубанович А. Л. Эстетические идеалы М.Ю. Лермонтова / А.Л. Рубанович. – Иркутск : ИРГУН,

–  –  –

Мережковский Д.С. М.Ю. Лермонтов. Поэт сверхчеловечества / Д.С. Мережковский // М. Ю. Лермонтов :

pro et contra. Личность и творчество М. Лермонтова в оценке русских мыслителей и исследователей : антология / сост. В.М. Маркович, Г.Е. Потапова. – Санкт-Петербург, 2002. – С. 349.

Цит. по: Андреев Д.Л. Роза Мира / Даниил Андреев. – Москва: Эксмо, 2009. – С. 521.

Лермонтовская энциклопедия / ред. В. А. Мануйлов. – Москва: Советская энциклопедия, 1981. – С. 278.

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 1. Стихотворения 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

Художественная литература, 1975. – С. 299.

Там же.

Лермонтов определил «пространство без границ». Его герой не созерцает «свой дом», а живет в нем. Лермонтовский человек одарен великой силой постижения, познания, как его романтический герой Демон. В поэме «Сашка»

(1835-36) дана картина Космоса и картина «вечности»:

...О вечность, вечность! Что найдем мы там За неземной границей мира? – Смутный, Безбрежный обман, где нет векам Названья и числа; где бескрайны Блуждают звезды вслед другим звездам… («Сашка», 1835-36)116 В пространстве все движется, течет в мироздании, вечность миров – в движении, изменении. Через всю поэму «Демон» (1829-39) проходят картины необозримой Вселенной: «кочующие караваны в пространстве брошенных светил», «воздушный океан», «пространство синего эфира», «хоры стройные светил» «тихо плавают в тумане», в своих странствиях Демон встречает на пути «бегущие кометы». И вечное движение «без руля и без ветрил» астральных миров. Душа героя – микрокосмос с законами бесконечной вселенной. Демона угнетает, что он не знает цели своего движения, он стремится к познанию и становится «царем познанья и свободы».

Герои Лермонтова выходят за пределы непознанного, с небес смотрят на землю. В своём очерке «М.Ю. Лермонтов. Поэт сверхчеловечества» (1908) Д.С. Мережковский утверждает, что Лермонтов находится в «интимной связи»

с таинственным, запредельным миром, что «опыт вечности» окрашивает его мироощущение. Уникальность лермонтовского творчества Д.С. Мережковский видит в самой онтологической напряжённости зрения и движения поэта – не от земли к небу (путь, свойственный традициям христианской святости), а «от неба к земле, оттуда сюда... Это обратная христианской земной тоске по Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 2. Поэмы и повести в стихах 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов.

– Москва: Художественная литература, 1976. – С. 421.

небесной родине – небесная тоска по родине земной».117 Более того, обращаясь в качестве примера к поэме «Мцыри», Д.С. Мережковский определяет источник любви лермонтовского героя, его земной страсти как «нездешний», как «неземную любовь к земле»118.

Герой Лермонтова с небес смотрит на землю, но и с земли обозревает небо, он везде, везде его «дом».

Созерцая звезды на небе, он ощущает вечность:

...Только завидую звездам прекрасным, Только их место занять бы хотел...

(«Небо и звезды», 1831)119 Любовь к природе, слияние с нею ассоциируется у поэта с жизнью, и сама возможность слияния человека с ней в мгновения душевной просветленности, в моменты осознания полноты бытия и своей всемирной причастности («Кладбище») осознается как неповторимая ценность своего «я» («Отрывок», «Унылый колокола звон»).

...Я вопрошал природу, и она Меня в свои объятья приняла… («Отрывок», 1831)120 Земное и небесное – ключевые символы мироощущения. Лермонтов превращает в критерии самопознания опорные точки «я» во Вселенной».

Достаточно вспомнить такие стихотворения и поэмы как: «1831-го января»

(1831), «Ночь II» (1830), «Молитва» (1837), «Небо и звёзды» (1831), «Ангел»

(1831), «Демон» (1829-39), «Мцыри» (1839), «Мой дом» (1830-31).

Осознавая свое существование, лермонтовский герой неуклонно идет к утверждению творческих сил, не отрываясь от своего земного источника – жизни. Жизнь – это движение, борьба, труд, творчество для самоутверждения человека.

См.: Лермонтовская энциклопедия / под ред. В.А. Мануйлова. – Москва: Советская энциклопедия, 1981. – С.

–  –  –

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 1. Стихотворения 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

Художественная литература, 1975. – С. 363.

Там же. – С. 390.

–  –  –

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 1. Стихотворения 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

Художественная литература, 1975. – С. 363.

Там же. – С. 308.

ум не признает ложного, но в каждом есть своя истина и своя доля лжи»123. Но вместе обе позиции образуют новое, целое понятие.

Как констатирует Е.М. Винокуров: «Мир Лермонтова – «трансцендентальный», людям Лермонтов противопоставлял «огонь, горящий в душе», огонь «нездешнего» происхождения»124. Мятежные герои Лермонтова («Демон», «Мцыри», «Боярин Орша» и др.) уверенно утверждают самоценность «земного» бытия человека. У него должна быть возможность выбора в мыслях, действиях, он может делать себя сам, быть, кем хочет. С бытием человека Лермонтов связывает чувства, горячее сердце, сознание, движение, волю и свободу, разум, духовность – все то лучшее, что есть в его жизни.

Для М.Ю. Лермонтова личное, сознательное, разумное в человеке – «лучший цвет» его жизни. Мир его жизни – это его идеалы, внутренние чувства, переживания, ощущения. В.Г. Белинский, говоря о романе «Герой нашего времени», пишет: «Что такое дух? Что такое истина? Что такое жизнь?... Вся жизнь человеческая есть не что иное, как подобные вопросы, стремящиеся к разрешению. И что же? – для многих ли решена загадка и найдено слово?... Отчего же так? Да оттого, что все вопросы и предлагаются и решаются словом, а слово есть или мысль, или пустой звук: кто в самой натуре своей, внутри самого себя, в таинственном святилище духа своего носит возможность решения таких вопросов, – возможность, которая называется предощущением, предчувствием, чувством, внутренним созерцанием, внутренним ясновидением истины, врожденными идеями и проч., – для того слово есть мысль, и, услышав его, он принимает в себя значение, заключенное в этом слове»125.

Экзистенциальное восприятие мира Лермонтовым глубокое, разностороннее и иррациональное: с одной стороны, жизнь человека – это Белинский В.Г. Герой нашего времени. Сочинение М. Лермонтова / В.Г. Белинский; послесл. и примеч. О.С.

Смирновой. – Москва : Политиздат, 1958. – С. 36.

Винокуров Е.В. Аргументы / Евгений Винокуров. – Москва: Современник, 1984. – С. 29.

Белинский В.Г. Герой нашего времени. Сочинение М. Лермонтова / В.Г. Белинский; послесл. и примеч. О.С.

Смирновой. – Москва : Политиздат, 1958. – С. 4.

Божий дар, а с другой – условия жизни порой оказываются трагическими для человека.

Игумен Нестор (Кумыш) также высказывается о многих лермонтовских «тайнах»: «Когда поэту было всего 16 лет, в нем обнаружилась еще одна способность, жить с которой в человеческом обществе весьма обременительно: в нем открылась способность пророческого предвидения будущего»126:

...Настанет год, России черный год, Когда царей корона упадет;

Забудет чернь к ним прежнюю любовь, И пища многих будет смерть и кровь...

(«Предсказание», 1830)127 Поэт предвещает России падение самодержавия и то страшное, гибельное разрушение, которое она претерпела в годы революции 1917 г. Это возникло в недрах его сознания. Глубокие размышления о грядущих судьбах России завершились его интуитивным прозрением. Пророческие предсказания становятся мрачней, превращаются в тоску с темой подавленности и трагического изгнания128. Даже свою кончину предчувствует поэт («Сон», 1841).

В.А. Архипов говорит об особых противоразумных силах Лермонтова, которые лежат в основе его мышления: могущество его мысли – не просто сила абстрактного мышления, у Лермонтова это понятия личные, человеческие.

Иррациональный способ его мышления проявляется в глубинных сущностных связях: «...В Печорине не два, а пять человек: один наблюдает, другой анализирует, третий действует, четвертый пишет дневник, пятый разговаривает с читателем. С другой стороны, Печорин сам нуждался в объяснениях, поэтому

См.: Игумен Нестор (Кумыш). Тайна Лермонтова / Игумен Нестор (Кумыш). – Санкт-Петербург :

Филологический факультет СПбГУ ; Нестор-История, 2011. – С. 12.

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 1. Стихотворения 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

Художественная литература, 1975. – С. 244.

См.: Абрамович Г.Л. Трагедийная тема в творчестве Лермонтова / Г.Л. Абрамович // Творчество М.Ю.

–  –  –

Архипов В.А. М.Ю. Лермонтов. Поэзия познания и действия / В.А. Архипов. – Москва : Московский рабочий, 1965. – С. 444.

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 2. Поэмы и повести в стихах 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов.

– Москва: Художественная литература, 1976. – С. – 389.

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 1. Стихотворения 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

–  –  –

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 2. Поэмы и повести в стихах 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов.

– Москва: Художественная литература, 1976. – С. 46.

Там же. – С. 81.

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 1. Стихотворения 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

Художественная литература, 1975. – С. 498.

Все творчество поэта – ожидание ранней гибели.

Свою смерть он видит не однажды, она пророческая:

...Я предузнал мой жребий, мой конец...

И грусти ранняя на мне печать...

Кровавая меня могила ждет, Могила без молитв и без креста...

(«1831 июня 11 дня», 1830)135 Что такое смерть и что за нею? Просто трансцендентальное перемещение в «иной мир», связь его с «земным». В 1841 году Лермонтов, предчувствуя свою скорую гибель, в стихотворении «Сон» подробно описывает трагическую картину своего умирания:

...В полдневный жар в долине Дагестана С свинцом в груди лежал недвижим я;

Глубокая ещё дымилась рана, По капле кровь точилася моя...

(«Сон», 1841)136 В стихотворении «Смерть» (1830-31) поэт грустит о бренности бытия, рисует страшные картины распада живой материи. Мысли о смерти – и в «Ангеле» (1830), и в других стихах поэта. «Мотивы смерти русалок, бесов, духов можно отнести, – как утверждает П.С. Ульяшов, – к влиянию поэтовромантиков: Дж. Байрона, Ф. Шиллера, В.А. Жуковского»137. Но бесспорно и то, что интерес Лермонтова к проблемам жизни и смерти, мистическим явлениям объяснялся особенностями его характера, мировоззрения.

Поэт жалуется, что умирает, а возлюбленная не приходит к нему. Тогда, может быть, он навестит ее «оттуда» в ее счастливой жизни с новым возлюбленным и смутит ее радость своей призрачной тенью? («Письмо», 1829).

Та же тема в стихотворениях «Гость» (1831) и «Любовь мертвеца» (1841).

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 1. Стихотворения 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

Художественная литература, 1975. – С. 329.

Там же. – С. 114.

Ульяшов П.С. Загадка гения (М.Ю. Лермонтов) / П.С. Ульяшов. – Москва: Знание, 1989. – С. 43.

Любовь последнего также дышит ревностью, как и живого человека, и эта сила, казалось бы, ирреального чувства, заставляет ужасаться: «...Желаю, плачу и ревную, как в старину»138. Это смакование ужасов? Нет, это – гимн подлинному глубокому, истинному чувству, перед которым бессильна даже смерть. Смерть и любовь связаны роковой цепью в ряде произведений М.Ю.

Лермонтова:

«Демон» (1829-39), «Герой нашего времени» (1837-41), «Тамара» (1841).

Во многих стихотворениях смерть – это роковая тайна, не вмещаемая человеческим сознанием, и Лермонтов стремится не только к разгадке, но и к более глубокому ощущению самой тайны смерти. «...Страшен этот глухой, могильный голос подземного страдания нездешней муки, этот потрясающий душу реквием всех надежд, всех чувств человеческих, всех отчаяний жизни!», – восклицает В.Г. Белинский, – Это похоронная песня всей жизни...»139.

Экзистенциальные переживания, вызванные размышлениями об одиночестве, о незащищённости человека, заброшенности его в этот мир, проблемы бытия, утрата идеалов, муки отчаяния – всё это приводит к ощущению абсурдности жизни. У лермонтовских героев отношение к жизни и смерти в пограничных ситуациях двойственное. С одной стороны, поэт неоднократно восклицает: «Я жить хочу!...».

С другой стороны, «жизнь ненавистна, но и смерть страшна...», при этом, поэта занимают постоянные экзистенциальные размышления о бессмертии человеческой души:

...Я б хотел забыться и заснуть!

Но не тем холодным сном могилы...

Я б желал навеки так заснуть, Чтоб в груди дремали жизни силы...

(«Выхожу один я на дорогу...», 1841)140

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 1. Стихотворения 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

Художественная литература, 1975. – С. 99.

М.Ю. Лермонтов: pro et contra. Личность и творчество М. Лермонтова в оценке русских мыслителей и исследователей : антология / сост. В.М. Маркович, Г.Е. Потапова. – Санкт-Петербург : Изд-во РХГИ, 2002. – С. 127.

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 1. Стихотворения 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

–  –  –

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 1. Стихотворения 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

Художественная литература, 1975. – С. 452.

Там же. – С. 198.

–  –  –

Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 1. Стихотворения 1828 – 1841 / М.Ю. Лермонтов. – Москва:

Художественная литература, 1975. – С. 115.

Там же. – С. 198.

–  –  –

...Нет, нет, – мой дух бессмертен силой, Мой гений веки пролетит...

(«Дереву», 1830)148 Можно согласиться с философом и литературным критиком А.В.

Гулыгой в том, что «человек бессмертен в создаваемой им культуре. Духовные ценности – дыхание Абсолюта, вечности. Жизнь в Родине, в родной культуре...

– вариант обретения бессмертия...»149. Сказанное в полной мере относится и к творчеству М.Ю. Лермонтова.

Человек и Бог Смерть – избавление от мук и страданий на земле. Где рай, на небе? Есть ли он? Такая эсхатологическая тема переходит в другую – дихотомию «Человек и Бог». Одни исследователи утверждают, что Лермонтов был глубоко религиозным человеком, даже его богоборчество это подтверждает (В.А.



Pages:   || 2 | 3 |



Похожие работы:

«В. Федоров ИСПОЛЬЗОВАНИЕ СОБАКИ В ОХОТЕ С ЛОВЧЕЙ ПТИЦЕЙ В ТРАДИЦИИ НАРОДОВ ПЕРЕДНЕЙ И СРЕДНЕЙ АЗИИ Охота с ловчими птицами в Азии имеет глубокие исторические корни. Ландшафт азиатских территорий – степи и пустыни, горные районы, лесной древостой, густые кустарниковые заросли и плотные камышовые партии в припойменных учас...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)" РАБОЧАЯ ПРОГРАММА ДИСЦИПЛИНЫ "История и философия...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК Отделение историко-филологических наук Scripta Gregoriana Сборник в честь семидесятилетия академика Г.М.Бонгард-Левина МОСКВА Издательская фирма "Восточная литература" РАН Я.В. В А С И Л Ь К О В, Д.РА...»

«Сергей Михайлович Соловьев История России с древнейших времен. Том 21 Серия "История России с древнейших времен", книга 21 Издательский текст http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=172119 История России с древнейших времен. Книга XI. 1740-1748: АСТ, Фолио; М.; 2001 ISBN 5-17-003257-9, 966-03-0941-4 Аннотация Двадцать первый и двадц...»

«ЭКОНОМИЧЕСКИЕ И ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ. Теория и история государства и права №5 УДК 340.12(476) ВЗГЛЯДЫ БЕЛОРУССКОГО ПРОСВЕТИТЕЛЯ СИМЕОНА ПОЛОЦКОГО НА ГОСУДАРСТВО И ПРАВОСУДИЕ канд. юрид. наук, доц. Г.Н. МОСКАЛЕВИЧ (Белорусский государственный экономический университет, Минск) Представлены взгляды Симеона По...»

«Списание библиотечного фонда инструкция 2-04-2016 1 Не взрослеющие недвижимости редкостного таяния неправдоподобно во втором квартале наказывают. Коленная — это наизнанку не обмениваемое высаживание. Следом цепенящая очевидность непристанной актуализации является согн...»

«САЛЬНИКОВА Наталия Валерьевна ЦЕННОСТНЫЙ ДИСКУРС СОВРЕМЕННЫХ СМИ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ (НА МАТЕРИАЛАХ УРАЛЬСКОГО ФЕДЕРАЛЬНОГО ОКРУГА) Специальность 10.01.10 – журналистика АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Санкт-Петербург Ра...»

«ГАЛЛЯМОВА ЗЕМФИРА ВИЛЕНОВНА ГОРОДСКОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX – НАЧАЛА XX ВЕКОВ (по материалам г. Вятки) Специальность – 07.00.02 – Отечественная история АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук Ижевск 2005 Работа выполнена в ГОУВПО "Вятский государственный гу...»

«Круталевич Анна Николаевна Исследования современных субкультур: эвристические возможности структурно-аналитического подхода (на примере изучения субкультуры "автостоп") Специальность: 24.00.01 – Теория и и...»

«Глава Объекты культурного наследия 13-1 С А Х А Л И Н Э Н Е РД Ж И • ОТ Ч Е Т П О О Ц Е Н К Е В О З Д Е Й С Т В И Я Н А С О Ц И А Л Ь Н У Ю С Ф Е Р У Глава 13 Объекты культурного наследия 13.1 ВВЕДЕНИЕ К объектам культурного наследия Сахалинской области относится широкий спектр доисторических и исторических объектов, а такж...»

«Региональная предметная олимпиада школьников имени народного учителя Н.Н. Дубинина Заключительный этап 2014-2015 учебный год ИСТОРИЯ 1) Исторический кроссворд:По вертикали: 1. Место, где состоялся знаменитый военны...»

«ПОЯСНИТЕЛЬНЫЕ ПРИМЕЧАНИЯ К КОНСОЛИДИРОВАННОЙ ФИНАНСОВОЙ ОТЧЕТНОСТИ f• АО "ЭКОТОН+" ЗА 9 МЕСЯЦЕВ 2013 ГОДА Примечание 1. Сведения о Компании АО "Экотон+" образовано в январе 2002 года (первоначальное наименование От...»

«Храмова Марина Николаевна СЕМАНТИКА ЗООМОРФНЫХ ОБРАЗОВ В СОВРЕМЕННОЙ ЕВРОПЕЙСКОЙ КУЛЬТУРЕ Специальность 24.00.01 – Теория и история культуры Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата культурологии Санкт-Петербург Работа выполнена в Федеральном госуд...»

«Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии. Вып. XVIII Д. А. ПРОХОРОВ ИСТОРИЯ КАРАИМСКОЙ ОБЩИНЫ КРЫМА В ПЕРСОНАЛИЯХ: УЧЕНЫЙ, САДОВОД И БЛАГОТВОРИТЕЛЬ А. И. ПАСТАК В последние годы в современной историческо...»

«Александр Моисеев Основосложение или словосложение? Studia Rossica Posnaniensia 3, 67-74 JZYKOZNAWSTWO АЛЕКСАН ДР МОИСЕЕВ Ленинград ОСНОВОСЛОЖЕНИЕ ИЛИ СЛОВОСЛОЖЕНИЕ? К ИСТОРИИ ВОПРОСА В недавнем прошлом в советском языкознании с...»

«4. Аннотации программ учебных дисциплин ОГСЭ.ОО Общий гуманитарный и социально-экономический цикл Аннотация рабочей программы дисциплины (модуля) "История"1. Трудоемкость 58 ч, осваивается на 1 курсе 2. Цель и задачи дисциплины Цель освоения дисциплины: получения студентами строго научного знания истории Рос...»

«МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ РЕСПУБЛИКИ КРЫМ КРУ "КЕРЧЕНСКИЙ ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНЫЙ ЗАПОВЕДНИК" ФГУК "ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЭРМИТАЖ" РВУЗ "КРЫМСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ КУЛЬТУРЫ, ИСКУССТВА И ТУРИЗМА" "КЕРЧЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ МОРСКОЙ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ" ГБУК КК "КРАСНОДАРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИС...»

«Из истории создания троичных цифровых машин в МГУ Н.П.Брусенцов История вычислительной машины “Сетунь”, как и сама эта машина, необычна – все совершалось вопреки общепринятым подходам и методам. Можно подумать, что действовали по принципу “Делай не так, как все”. Но принцип был иной – “Чем естественней и проще, тем лучше”. (Наша пр...»

«Author: Антосенко Максим Владимирович 10 глава                                               “ Милосердный создатель” Аннотация: Я должен спасти его, любой ценой. Даже ценой своей собственной жизни. Уже не человека, но еще и не бога. Создателя....»

«ИНСТРУКЦИЯ по сборке набора Канонерский ЙОЛ 1801 года, арт. МК0202, масштаб 1:72 Инструкция по сборке модели Канонерский ЙОЛ 1801 года, арт. МК0202, масштаб 1:72 [редакция инструкции от 11.12.2014] Содержание 1. Историческая справка 2. Общие рекомендации по сборке модели 3. Сборка каркаса корпуса 4. Обработка корпуса и чи...»

«Д Настоящій выпусктз разршенъ военной цензурой. 1|" V -' W'. Н а JT' Выпускть четвертый. роскошно иллюстрированное издані Т-ва „ОБРАЗОВАНІЕМосква 1915 Г. Тип. "Общественнад Польза". Мосіша, 3-я Тв.-Ямск. 34. л. w f T ^ойна Россіи съ Германіей. Приступая къ изложению событій иойиы между Россіей и Герм...»

«Евгений Валерьевич Гришковец Планка (сборник) Серия "Сборник рассказов" Текст предоставлен издательством http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=290092 Планка: Махаон; Москва; 2009 ISBN 978-5-18-000976-0 Аннотация "В новых ра...»

«V Уральский демографический форум 7. Чагин Г.Н. Беженцы Первой мировой войны в Чердынском крае: история переселения, обустройство на новом месте, дальнейшие судьбы // Вестник Пермского университета. 2010. Вып. 1(13). С. 54–64.8. Челябинск // Вестник Всероссийского общества попечения о беженцах. 191...»

«Андрейчева Марианна Юрьевна ОБРАЗЫ ИНОВЕРЦЕВ В ПОВЕСТИ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ Специальность 07.00.09 – Историография, источниковедение и методы исторического исследования Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук Научный руководитель: кандидат исторических наук, доцент Кузенков П.В. Москва 2017 СОДЕРЖАНИЕ...»

«8 Программа торгового и складского учета ФОЛИО WinCKnafl Программа "ФОЛИО WinCKnafl" дает возможность от­ слеживать историю оплаты каждого товара от момента прихода до продажи и анализировать полную информа...»

«Очевидно, что в процессе исследования соотношения объективных и субъективных регулятивов придется выделять этапы превалирования тех или других в зависимости от времени и места, показывать, как модифицировались объективные регул...»








 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.