WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

«УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ КРЫМСКОГО ФЕДЕРАЛЬНОГО УНИВЕРСИТЕТА им. В. И. ВЕРНАДСКОГО. ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ Научный журнал Том 1 (67). № 2 Журнал «Ученые записки Крымского ...»

-- [ Страница 3 ] --

Учитывая, что применительно к моделям разделения властей единой терминологии ни в научной, ни в учебной литературе не имеется, то считаем целесообразным применять наиболее распространенную терминологию по отношению к моделям разделения властей: модели разделения властей в республиках с президентской формой правления (далее – президентская модель разделения властей), модели разделения властей в республиках с парламентской формой правления (далее – парламентская модель разделения властей), модели разделения властей в республиках со смешанной формой правления (далее – смешанная модель разделения властей).

А так как разделение властей в современных демократических государствах выражается в разграничении компетенции, взаимном контроле, в системе сдержек и противовесов, то, соответственно, и системы сдержек и противовесов необходимо рассматривать в президентских республиках, в парламентских и в смешанных. При этом, безусловно, каждая из моделей разделения властей имеет свои присущие только ей характерные черты, которые могут незначительно отличаться в том или ином государстве, соответственно, и различаются и системы сдержек и противовесов в государствах, т.е. не существует единой, общей для всех типов республик и конституционных монархий системы сдержек и противовесов.

При этом в юридической литературе имеются различные точки зрения относительно существования универсальной системы сдержек и противовесов. Так, например, некоторые ученые полагают, что в современных государствах имеется своего рода универсальная система сдержек и противовесов, присущая всем видам республик, которая содержит общие правовые ограничения в отношениях между ветвями власти [12, с. 140–145].

Другие же ученые на основе анализа научных взглядов западных ученых, а также изучения реализации принципа реализации властей в современных государствах, придерживаются научных воззрений, что не существует универсальной или же общепринятой системы сдержек и противовесов, а, напротив, каждому государству Модели развития властей в современных… присущ свой «набор» системы сдержек и противовесов, в зависимости от компетенции каждой из ветвей власти (что предопределяет форму правления), политикоправовых условий (политического режима), историко-правовых традиций, фактически сложившихся реалий [4, с. 288; 13, с. 32].

Основополагающими началами системы сдержек и противовесов выступают следующие положения: 1) различный источник формирования каждой ветви государственной власти; 2) различные сроки полномочий высших органов государственной власти, входящих в соответствующие ветви власти, что позволяет сохранять устойчивость, стабильность и преемственность государственной власти; 3) каждая из ветвей власти обладает присущими только ей полномочиями, которые позволяют нейтрализовать узурпацию власти другими ветвями власти [14, с. 137], т.е. для взаимного сдерживания и баланса полномочий. Система сдержек и противовесов представляет собой совокупность установленных конституциями и законами государств правовых ограничений в отношении конкретной государственной власти: законодательной, исполнительной, судебной [12, с. 140].

Таким образом, каждому современному государству, типологически относящемуся к той или иной форме правления, присуща своя система сдержек и противовесов, элементы которой могут варьироваться в зависимости от политического режима, историко-правовых традиций и современных реалий.

Список литературы Общая теория права и государства: Учебник / Под ред. В.В. Лазарева. 3-е изд., перераб. и доп.





1.

– М.: Юристъ, 2001. – 520 с.

Маунц Т. Государственное право Германии (ФРГ и ГДР).М, 1959, С.112–128 / Хрестоматия 2.

по конституционному праву. Том II: Конституционные основы устройства государства и общества. Конституционные основы правового положения личности / Сост. д.ю.н.,проф.

Н.А.Богданова, к.ю.н., м.н.с. Д.Г.Шустров. – СПб.: Издательский дом «Алеф Пресс», 2014.

Энтин Л.М. Разделение властей: опыт современных государств. – М.: Юридическая литература, 1995.

Теория государства и права. Ч.1. Теория государства: учебник/ под ред. М.Н.Марченко. – М.:

4.

Издательство «Зерцало-М», 2011. – 516 с.

Лузин В.В. Полупрезидентская модель разделения властей (на примере Франции) // Право и 5.

политика.– 2000. – №1. – С. 31–40.

Лузин В.В. Лузин В.В. Президентская модель разделения властей (на примере США) // 6.

Государство и право. – 1999. – №3. – С. 82–90.

Лузин В.В. Парламентарная модель разделения властей (на примере Великобритании) // 7.

Право и политика. – 2000. – №6.

Мухамеджанов Б. А. Форма правления Республики Казахстан: Конституционная модель и 8.

практика государственного управления: автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук. – М., 2008. – 51 с.

Зазнаев О.И. Полупрезидентская система: политико-правовой анализ. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. – Казань, 2006. – 401 с.

Кравец И.А. Формирование российского конституционализма (проблемы теории и практики).

10.

– Москва-Новосибирск: ООО «Издательство ЮКЭА», 2002. – 360 с.

Чиркин В.Е.. О тенденциях развития конституций в современном мире // Современное конституционное право: Сб. науч. тр. / РАН. ИНИОН. Центр социал. науч.-информ. исслед. Отдел правоведения; Отв. ред. Алферова Е.В. – М.: ИНИОН, 2010. – 210 с.

Теория государства и права: Курс лекций / Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. – 2-е изд., 12.

перераб. и доп. – М.: Юристъ, 2001. – 776 с.

Чепунов О.И. Системное взаимодействие органов государственной власти в Российской Федерации: автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук.

– М., 2011. – 56 с.

Морозова Л.А. Теория государства и права: учебник. – М: Эксмо, 2008. – 480 с.

14.

Мандрыка Н. Н.

Mandryka N.N. Model of separation of powers in modern democracies: terminology and classification // Scientific messages of crimean federal university the name of V. I. Vernadsky. Juridical sciences. – 2015. – Т. 1 (67). № 2–Р. 78–81.

The work deals with the classification models of separation of powers in modern democracies.

It is shown that this model of separation of powers in modern democracies are predetermined by the form of government in a particular country. The essence of the system of checks and balances in modern democracies is examined. It was found that, in spite of the existing diversity of scientific views about the universal system of checks and balances every modern state, whose power is based on the principle of separation of powers is characterized by its own system of checks and balances, depending on the form of government, government, historical and legal traditions and existing realities.

Keywords: model of separation of powers, checks and balances.

Spisok literaturyi

1. Obschaya teoriya prava i gosudarstva: Uchebnik / Pod red. V.V. Lazareva. 3-e izd., pererab. i dop. – M.:

Yurist', 2001. – 520 s.

2. Maunts T. Gosudarstvennoe pravo Germanii (FRG i GDR).M, 1959, S.112–128 / Hrestomatiya po konstitutsionnomu pravu. Tom II: Konstitutsionnyie osnovyi ustroystva gosudarstva i obschestva.

Konstitutsionnyie osnovyi pravovogo polozheniya lichnosti / Sost. d.yu.n.,prof. N.A.Bogdanova, k.yu.n., m.n.s. D.G.Shustrov. – SPb.: Izdatelskiy dom «Alef Press», 2014.

3. Entin L.M. Razdelenie vlastey: opyit sovremennyih gosudarstv. – M.: Yuridicheskaya literatura, 1995.

4. Teoriya gosudarstva i prava. Ch.1. Teoriya gosudarstva: uchebnik/ pod red. M.N.Marchenko. – M.:

Izdatelstvo «Zertsalo-M», 2011. – 516 s.

5. Luzin V.V. Poluprezidentskaya model razdeleniya vlastey (na primere Frantsii) // Pravo i politika.– 2000. – #1. – S. 31–40.

6. Luzin V.V. Luzin V.V. Prezidentskaya model razdeleniya vlastey (na primere SShA) // Gosudarstvo i pravo. – 1999. – №3. – S. 82–90.

7. Luzin V.V. Parlamentarnaya model razdeleniya vlastey (na primere Velikobritanii) // Pravo i politika. – 2000. – №6.

8. Muhamedzhanov B. A. Forma pravleniya Respubliki Kazahstan: Konstitutsionnaya model i praktika gosudarstvennogo upravleniya: avtoreferat dissertatsii na soiskanie uchenoy stepeni doktora yuridicheskih nauk. – M., 2008. – 51 s.

9. Zaznaev O.I. Poluprezidentskaya sistema: politiko-pravovoy analiz. Dissertatsiya na soiskanie uchenoy stepeni doktora yuridicheskih nauk. – Kazan, 2006. – 401 s.

10. Kravets I.A. Formirovanie rossiyskogo konstitutsionalizma (problemyi teorii i praktiki). – MoskvaNovosibirsk: OOO «Izdatelstvo YuKEA», 2002. – 360 s.

11. Chirkin V.E.. O tendentsiyah razvitiya konstitutsiy v sovremennom mire // Sovremennoe konstitutsionnoe pravo: Sb. nauch. tr. / RAN. INION. Tsentr sotsial. nauch.-inform. issled. Otdel pravovedeniya; Otv. red.

Alferova E.V. – M.: INION, 2010. – 210 s.

12. Teoriya gosudarstva i prava: Kurs lektsiy / Pod red. N.I. Matuzova i A.V. Malko. – 2-e izd., pererab. i dop.

– M.: Yurist', 2001. – 776 s.

13. Chepunov O.I. Sistemnoe vzaimodeystvie organov gosudarstvennoy vlasti v Rossiyskoy Federatsii:

avtoreferat dissertatsii na soiskanie uchenoy stepeni doktora yuridicheskih nauk. – M.,2011. – 56 s.

Morozova L.A. Teoriya gosudarstva i prava: uchebnik. – M: Eksmo, 2008. – 480 s.

Становление Республики Крым… Ученые записки Крымского федерального университета имени В.И. Вернадского Юридические науки. – 2015. – Т. 1 (67). № 2. – С. 82–88.

УДК 342.41(470)

–  –  –

Крымский федеральный университет им. В. И. Вернадского В работе исследуется опыт становления и функционирования Республики Крым как субъекта нормотворческой деятельности в начале 90-х гг., после развала Советского Союза. Анализируются полномочия нормотворческих органов Республики Крым по Конституциям Украины, АР Крым и другим нормативно правовым актам того периода. Становление Республики Крым как субъекта нормотворческой деятельности рассматривается исходя из происходивших изменений правового статуса республики через перераспределение полномочий между республикой и центральными органами власти.

Анализируются изменения в полномочиях нормотворческих органов после принятия Конституции Украины, Конституции АР Крым и других ключевых Законов Украины.

Ключевые слова: субъект нормотворческой деятельности, нормотворческие органы, автономия, разделение полномочий, конституция, нормотворчество, правовой статус, нормотворческие полномочия, нормативно-правовые акты.

Целью работы является исследование опыта становления и функционирования Республики Крым как субъекта нормотворческой деятельности в начале 90-х гг., после развала Советского Союза, посредством анализа полномочий нормотворческих органов Республики Крым по Конституциям Украины, АР Крым и другим нормативно-правовым актам того периода.

При этом автор учитывает исследования ученых, которые прямо или косвенно касались поставленной темы: А. Л. Копиленко, Н. В. Багров и др. К сожалению, в работах, прямо или косвенно касающихся поставленной темы, подобный анализ в рассматриваемом аспекте до сих пор не проводился.

После распада Советского Союза и провозглашения суверенитета союзными республиками «парада суверенитетов» правовой статус Республики Крым, как единственного автономного образования в составе Украины, складывался достаточно сложно и противоречиво с переменным перетягиванием полномочий то в сторону автономии, то в сторону центральных органов власти Украины. Прежде всего, это было обусловлено возникшей после восстановления Автономной Республики Крым, неопределенностью ее правового статуса. Единственным документом, определявшим правовое положение автономии, был закон от 12 февраля «О восстановлении Крымской АССР в составе УССР» [1, c. 216], в котором, однако, ничего не говорилось ни о ее статусе в составе Украины, ни о месте ее нормативно-правовых актов в правовом поле государства. После обострения отношений центральных органов власти с властями автономии 29 апреля 1992 г. Верховный Совет Украины принял закон «О статусе Автономной Республики Крым», который, в отличие от ранее согласованного проекта закона «О разграничении полномочий между органами государственной власти Украины и Республики Крым», существенно ограничивал сферу правового регулирования нормотворческих органов автономии в экономике, культуре, образовании, государственном строительстве и др. вопросам. Закон Шармоянц А. Н.

устанавливал верховенство Конституции Украины и законов Украины, а также предоставлял право Верховной Раде Украины приостанавливать действие нормативно-правовых актов Верховной Рады АР Крым до принятия окончательного решения Конституционным Судом. В противовес этому закону 6 мая 1992 г. Верховная Рада АР Крым приняла Конституцию Республики Крым.

По своему содержанию Конституция Республики Крым, несмотря на то, что Украина являлась унитарным государством, была похожа на аналогичные Конституции и Уставы субъектов федерации в России. Республика Крым провозглашалась правовым, демократическим государством в составе Украины. Отношения с Киевом в ней так же, как и в Российской Федерации, должны были строиться на основе договоров и соглашений, а высший нормотворческий орган автономии – Верховный Совет Крым – наделялся правом принимать законы.

Конституцией устанавливалось, что республика в лице ее государственных органов и должностных лиц осуществляет на своей территории все полномочия за исключением тех, которые она добровольно делегирует Украине. Учитывая отсутствие в Конституции Украины на тот момент положения о разграничении сфер правового регулирования между центром и автономией, авторы Крымской Конституции самостоятельно установили сферу и границы правового регулирования нормотворческих органов автономии. В сферу правового регулирования нормотворческих органов республики входил широкий круг вопросов: принятие Конституции, конституционных и иных законов Республики, внесение в них изменений и дополнений; определение административного и территориального устройства, местное самоуправление; определение внешнеэкономической политики; бюджетная, финансово-кредитная, налоговая и инвестиционная политика; организация и порядок проведения выборов и референдумов;

организация и деятельность Верховного Совета, определение правового статуса депутатов Верховного Совета; определение порядка организации и деятельность органов государственной исполнительной власти; определение порядка использования и защиты государственного флага, герба и гимна, правовой режим столицы Республики Крым; объявлять чрезвычайное положение в отдельных местностях Республики;

решать вопросы гражданства Республики Крым, предоставления убежища; награждать государственными наградами и присваиваетьпочетные звания Республики.

Таким образом, многие из положений принятой Конституции напрямую противоречили Конституции Украины и служили источником напряженности во взаимоотношениях. Выходом в сложившейся ситуации послужил принятый после проведения переговоров и устранения противоречий Конституции Крымской Республики положениям Конституции Украины 30 июня 1992 г. закон Украины «О разграничении полномочий между органами государственной власти Украины и Республики Крым» [2].

В соответствии с принятым законом к ведению Республики Крым были отнесены принятие Конституции и региональных законов; решение вопросов территориального устройства; определение порядка деятельности органов власти на территории республики; проведение выборов, формирование судебной системы (как части судебной системы Украины); владение и распоряжение землей и природными ресурсами; формирование бюджета; решение вопросов образования, культуры, охраны здоровья; решение экологических вопросов и т.д. Закон также предоставлял возможность органам власти автономии вступать в пределах своих полномочий в отношения с другими государствами и международными организациями. Киев оставил за собой вопросы внешней политики, госбезопасности и обороны, a также налоговую систему, систему связи и топливного обеспечения, транспорт. При этом центральные органы власти должны были осуществлять некоторые свои полномочия по согласованию с крымским правительством (размещение и перемещение Становление Республики Крым… войск, назначение главы местного управления Службы безопасности Украины и прокурора республики). Примечательно, что последняя статья Закона исключала возможность односторонних действий по изменению объема полномочий Республики Крым.

Таким образом, принятые нормативно-правовые акты были по своей сути аналогичными тем, что были приняты автономными образованиями и центральными органами власти в Российской Федерации, что противоречило принципам взаимоотношения в унитарном государстве, коим являлась Украина. Основное противоречие заключалось в том, что принцип договорного разграничения сфер правового регулирования между центральными органами власти государства и ее субъектами свойственен федеративным государствам, а в унитарных государствах органы власти автономии получают свои полномочия непосредственно от центральных органов власти государства. Подобное можно сказать и о введенном Конституцией Республики Крым посте Президента Республики Крым как главе местной исполнительной власти, который также свойственен территориальным образованиям федеративных государств. А наличие гораздо более широкого круга нормотворческих полномочии, чем у обычных областей, по мнению сторонников жесткой централизации в Украине, могло привести в конечном счете к усилению тенденции по регионализации остальных областей Украины и общей дезинтеграции Украины как единого целого [3, c. 264–266]. Мировой опыт государственного строительства указывает, что путь преодоления дезинтеграционных тенденций в унитарном государстве заключается не в максимальной концентрации нормотворческих полномочий в центральных органах власти, а в умелом их распределении между центром и административнотерриториальными единицами. Примером подобного умелого распределения полномочий могут служить такие унитарные европейские государства как Италия, в некоторой степени Испания и другие. В этих государствах нормотворческим органам автономных образований, наряду с жесткой регламентацией сфер и границ их правового регулирования, предоставлена широкая самостоятельность в законотворческой сфере, которая позволяет им, учитывая местную специфику, успешно решать стоящие перед автономией проблемы.

Однако Украина пошла другим путем, и в принятой в 1996 г. Конституции Украины нормотворческие органы автономии потеряли значительную часть своих полномочий. Следует заметить, что отчасти причиной такого ограничения прав заключалась в происходившей с 1994 г. по 1995 г. «конфронтации» Киева и Крыма. В этот период был принят ряд указов и законов Верховным Советом Крыма и президентом Крыма Ю. Мешковым, которые противоречили положениям Конституции Украины. Ситуация, когда принимаемые крымскими властями нормативноправовые акты отменялись Центром и наоборот, порою доходила до абсурда. Считаем, что нет смысла подробно останавливаться на этих событиях, т.к. все они хорошо описано в научной и политической литературе и повторяться не имеет смысла [4, 5].

Конец всем этим событиям был положен 17 марта 1995 г., когда Верховная Рада Украины отменила крымскую Конституцию, а также пост президента Крыма и приняла новый Закон «Об Автономной Республике Крым», который существенно ограничивал правовой статус автономии. В соответствии с принятым законом Верховный Совет Крыма потерял право самостоятельно принимать Конституцию Крыма, теперь ее должна была утверждать Верховная Рада Украины. Также был отменен закон Крыма о выборах в местные органы власти и постановление о Фонде госимущества Крыма. Закон Украины «О разграничении полномочий между органами государственной власти Украины и Республики Крым» объявлялся утратившим силу. Закон «Об Автономной Республике Крым» определял статус республики как Шармоянц А. Н.

административно-территориальной автономии в составе Украины с относительно узкими нормотворческими полномочиями, а также вводил более жесткий контроль центральных органов власти за соблюдением в ней украинских законов [6].

Положения Закона «Об Автономной Республике Крым» нашли свое отражение в принятой 28 июля 1996 г. новой Конституции Украины. Конституция в статье 134 ограничила полномочия автономии только теми, что отнесены к ее ведению Конституцией Украины. Верховный Совет как высший нормотворческий орган автономии, обладающий правом принимать региональные законы, был переименован в Верховную Раду АР Крым. Нормотворческая деятельность Верховной Рады АР Крым теперь в соответствии с принятой Конституцией ограничивалась только принятием нормативно-правовых актов (решений и постановлений), однако и они, как и решения Совета министров АР Крым, не должны противоречить законам Украины, а также актам президента и кабинета министров страны. Крым получил право осуществлять нормативное регулирование по вопросам сельского и лесного хозяйства, градостроительства, туризма, рыболовства, санаторных учреждений, транспорта общего пользования и проч.

Также к ведению АР Крым Конституция Украины отнесла назначение выборов депутатов Верховной Рады, проведение местных референдумов, управление принадлежащим автономии имуществом (ранее автономия обладала правом распоряжения данным имуществом), разработку и утверждение бюджета АР Крым, а также социальных программ, обеспечения развития языков и культур, охрану памятников, реализацию программ возвращению депортированных граждан и т.п.

Таким образом, после принятия в 1995 г. закона «Об Автономной Республике Крым» и в 1996 г. Конституции Украины позиции нормотворческих органов автономии, как и правового статуса автономии в целом, по сравнению с началом 90-х были существенно ослаблены. Верховная Рада АР Крым потеряла право принимать законы, а сфера правового регулирования нормотворческих органов автономии стала ограничиваться скорее второстепенными вопросами. На ослабление позиций автономии указывает и тот факт, что решение многих важнейших кадровых вопросов (назначение и освобождение от должности главы правительства республики Верховной Радой АР Крым, но с обязательным согласованием кандидатуры премьера с Президентом Украины и правительством страны), а также основная часть финансовых потоков автономии, стали замыкаться на Киеве.

Следует заметить, что в многочисленных проектах Конституции Украины правовой статус как нормотворческих органов, так и самой автономии в целом, был еще ниже. В одном из проектов предполагалось ограничить право Верховной Рады АР Крым принимать устав вместо Конституции, а Автономную Республику Крым переименовать в Автономию Крым.

Однако в целом отношения между автономией и центром после принятия Конституции Украины,остались неурегулированными. Многие положения республиканской Конституции противоречили Конституции Украины, что, в свою очередь, вносило неопределенность и двусмысленность при осуществлении органами власти автономии нормотворческой деятельности.

Так, Верховная Рада АР Крым, пытаясь обойти ограничение, введенное Конституцией Украины относительно права осуществлять законотворческую деятельность, вводит в правовой оборот новую формулировку: «нормативно-правовой акт – закон». 17 апреля 1997 г. Верховная Рада АР Крым приняла Постановление «Об установлении звания Почетный гражданин АРК» [7], 10 октября 1997 г. – Постановление «Об исчислении времени: Нормативно-правовой акт – Закон Автономной Республики Крым» [8], а 5 февраля 1998 г. года Верховная Рада АР Крым постановила считать 23 февраля в автономии Днем защитника Отчизны [9]. Тем не менее ни Становление Республики Крым… Конституция Украины, ни законы Украины не наделяли Верховную Раду Крыма полномочиями на принятие подобных решений. И хотя все эти «нормативноправовые акты – законы» и были отменены, в связи с несоответствием законодательству Украины, соответствующими решениями Конституционного Суда Украины, но проблема оставалась актуальной и далее. По состоянию на 10 февраля 1998 г., после принятия украинским парламентом закона «О Верховной Раде Автономной Республики Крым» 131 статья Конституции АР Крым из 136-ти оказались противоречащими законодательству Украины. Таким образом, на начало 1998 г.

практически вся Конституция АР Крым образца 1995 г. оказались фактически на нелегальном положении.

На фоне всего сказанного необходимость принятия новой Конституции АР Крым для приведения правового поля автономии в соответствие с законодательством Украины была очевидна. 21 октября 1998 года такая Конституция была принята Верховной Радой АР Крым и утверждена 23 декабря 1998 года Верховной Радой Украины. Принятая Конституция внесла небольшие изменения в правовой статус нормотворческих органов автономии по сравнению с теми, что уже предусматривались Конституцией Украины и законом Верховной Рады Украины от 17 марта 1995 г. «Об Автономной Республике Крым», за счет расширения сфер правового регулирования нормотворческих органов автономии. Изменения были осуществлены за счет более расширенного, чем в упомянутых актах, толкования полномочий органов власти автономии. Если рассматривать полномочия Верховной Рады АР Крым в Законе «Об Автономной Республике Крым», то их перечень состоял из 18 пунктов, а в Конституции Украины, с учетом отмены права осуществлять законотворческую деятельность, – только из 10 пунктов, в то время как в Конституции АР Крым полномочия Верховной Рады детализировались уже в 36 пунктах. Конституция также предусматривала разнообразные организационные вопросы функционирования и взаимоотношений Верховной Рады АР Крым и Совета министров АР Крым. В пункте 26 ст. 26 Конституция предоставляла право Верховной Раде АР Крым отменять и приостанавливать постановления и распоряжения Совета министров АР Крым в случае их противоречия Конституции и законам Украины, актам Президента и Кабинета Министров Украины, Конституции АР Крым и нормативноправовым актам Верховной Рады АР Крым [10].

Следует отметить, что при осуществлении такого расширенного толкования Конституция АР Крым ссылалась на соответствие этих положений нормам Конституцию Украины и Законы Украины, хотя в последних ничего подобного не содержалось. Несмотря на это расширенные полномочия нормотворческих органов автономии, предусмотренные новой Конституцией АР Крым, являлись вполне легитимными, учитывая положение Конституции Украины о необходимости ратификации Конституции АР Крым Верховной Радой Украины.

Конечно, всех проблем новая Конституция АР Крым не решила, но можно сказать точно, что она провела черту под длительным периодом правовых споров между автономией и центром.

Таким образом, после распада СССР и провозглашения государственного суверенитета Украиной и РФ правовой статус автономных образований обеих стран претерпел значительные изменения. Если на начало 90-х отличия между правовым статусом и полномочиями автономных образований Российской Федерации и Украины были незначительные, то с течением времени разница в правовом статусе стала существенной. По своему характеру такие изменения происходили в противоположных направлениях. Если в Российской Федерации изменения статуса органов власти автономий были направлены в сторону расширения сфер правового регулирования и увеличения юридической силы, принимаемых данными органами правоШармоянц А. Н.

вых актов, а следовательно и повышение статуса самих автономий, то в Украине статус нормотворческих органов АР Крым, как и статус самой автономии, с начала 90-х постоянно и неуклонно снижался в пользу центральных органов власти.

В Российской Федерации широкое распространение получило разграничение сфер правового регулирования и полномочий между центральными органами власти и автономией путем заключения договоров и соглашений, а в Украине от этой модели постепенно стали отходить. Отказ от договорной модели регулирования отношений между Киевом и АР Крым, предусмотренной в Конституции АР Крым 1992 г., был закреплен в 1996 г. Конституцией Украины, а окончательно зафиксирован в 1998 г. Конституцией АР Крым. Правовой статус, полномочия и структура нормотворческих органов автономии, как и сам статус АР Крым, со всеми существующими ограничениями в законотворческой деятельности, был фактически установлен центральными органами Украины сверху, в то время как в России эти функции были оставлены на усмотрение автономий, что позволило в большей степени учесть их индивидуальные особенности. Безусловно, принимая во внимание объединяющие признаки двух соседних государств (идентичность стартовых условий на момент создания государств в 1991 г.; исторически сложившаяся территориальная неоднородность, как в России, так и в Украине; сходство культурных параметров [менталитет, язык, религия, история], необходимо учитывать, что Украина – унитарное государство, а РФ – федеративное. В Российской Федерации, при гораздо больших размерах территории и неоднородности субъектов, а также значительной децентрализации полномочий, удалось обеспечить более четкую регламентация правового статуса как автономий и других субъектов федерации, так и их нормотворческих органов, особенно в вопросах распределения нормотворческих полномочий с центральными органами власти.

Подводя итог, необходимо отметить, что основы правового статуса Республики Крым, как, впрочем, и автономных образований РФ, были заложены в советский период и прошли длительный и сложный процесс, на протяжении которого сформировалась их структура, которая существует с изменениями непринципиального характера до сих пор. Черты самостоятельности нормотворчество Республики Крым имело только в начале своего возникновения – практически в годы гражданской войны и в конце 1980-х – начале 1990-х гг. Именно в эти периоды нормотворческие органы ставили перед собой разные, порою даже несвойственные им задания, обусловленные неотложными потребностями, слабостью и неповоротливостью центральной власти. Сегодня эти действия могут служить практическим опытом регионализации внутренней политики Российской Федерации.

Список литературы 1. «О восстановлении Крымской АССР в составе УССР» от 12 февраля 1991 г. // Ведомости Верховного Совета УССР, 26 февраля 1991. – №9.

2. ЗУ «О разграничении полномочий между органами государственной власти Украины и Республики Крым» // Відомості Верховної Ради України, 1992. – № 30. – ст. 419.

3. Курас І. Державотворчі інтереси в сучасній Україні. Етнополітика: історія і сучасність. – К.: ІПіЕНД, 1999. – 656 с.

4. Копиленко О. Л. Автономна Республіка Крим: проблеми правового статусу: Монографія / О. Л. Копиленко.

– К.: Таксон, 2002. – 342 с.

5. Багров Н. В. Крым: время надежд и тревог. – Симферополь, 1995. – 379 с.

6. ЗУ «Об Автономной Республике Крым» // Відомості Верховної Ради України (ВВР), 1995. – № 11. – ст. 69.

7. «Об установлении звания «Почетный гражданин Автономной Республики Крым»: Постановление Верховной Рады АРК от 17.04.1997 р. № 1148–І // Сборник законодательства Республики Крым, 1997. – № 4. – Ст.

235.

Становление Республики Крым…

8. Нормативно-правовой акт – Закон Автономной Республики Крым № 1338-1 «Об исчислении времени» от 15.10.1997 р. // Сборник нормативно-правовых актов – Законов Автономной Республики Крым, 1997. – № 12. – ст. 769.

9. «О дне защитника отечества»: Постановление Верховной Рады АРК от 05.02.1998 р. № 1436–І // Сборник законодательства Республики Крым, 1998. – № 2. – Ст. 73.

10. Конституция Автономной Республики Крым от 21.02.1998 г. // Сборник нормативно-правовых актов АРК, 1998. – № 12. – Ст. 1008.

Sharmoyants A. Formation of the Republic of Crimea, as subject rule-making activity at the beginning of the 90th // Scientific notes of V. I. Vernadsky Crimean federal university. Juridical science. – 2015. – Т. 1 (67). № 2. – Р. 82–88.

The research investigates the experience of formation and functioning of the Republic of Crimea as a subject of the rule-making activities in the early 90ies, after the collapse of the Soviet Union. There are analyzed the powers of law-making bodies of the Republic of Crimea according to the Constitutions of Ukraine, Crimea and other normative legal acts of the period. The formation of the Republic of Crimea as the subject of rule-making activities is considered on the basis of the happening changes of the legal status of the Republic via redistributing powers between the Republic and the central authorities. One analyzes the changes in the powers of the rule-making bodies after the adoption of the Constitution of Ukraine, Constitution of the Autonomous Republic of Crimea and other key laws of Ukraine.

Keywords: lowmaking subject, lowmaking organs, autonomy, division of powers, constitution, lowmaking, legal status, lowmaking powers, normative legal acts.

Spisok literaturyi 1. «O vosstanovlenii Kryimskoy ASSR v sostave USSR» ot 12 fevralya 1991 g. // Vedomosti Verhovnogo Sove-ta USSR, 26 fevralya 1991. – №9.

2. ZU «O razgranichenii polnomochiy mezhdu organami gosudarstvennoy vlasti Ukrainyi i Respubliki Kryim» // VIdomostI VerhovnoYi Radi UkraYini, 1992. – № 30. – st. 419.

3. Kuras I. DerzhavotvorchI Interesi v suchasnIy UkraYinI. EtnopolItika: IstorIya I suchasnIst. – K.: IPIEND, 1999. – 656 s.

4. Kopilenko O. L. Avtonomna RespublIka Krim: problemi pravovogo statusu: MonografIya / O. L.

Kopilenko. – K.: Takson, 2002. – 342 s.

5. Bagrov N. V. Kryim: vremya nadezhd i trevog. – Simferopol, 1995. – 379 s.

6. ZU «Ob Avtonomnoy Respublike Kryim» // VIdomostI VerhovnoYi Radi UkraYini (VVR), 1995. – № 11.

– st. 69.

7. «Ob ustanovlenii zvaniya «Pochetnyiy grazhdanin Avtonomnoy Respubliki Kryim»: Postanovlenie Verhovnoy Radyi ARK ot 17.04.1997 r. № 1148–I // Sbornik zakonodatelstva Respubliki Kryim, 1997. – № 4. – St.

235.

8. Normativno-pravovoy akt – Zakon Avtonomnoy Respubliki Kryim № 1338-1 «Ob ischislenii vremeni» ot 15.10.1997 r. // Sbornik normativno-pravovyih aktov – Zakonov Avtonomnoy Respubliki Kryim, 1997. – № 12. – st. 769.

9. «O dne zaschitnika otechestva»: Postanovlenie Verhovnoy Radyi ARK ot 05.02.1998 r. № 1436–I // Sbornik zakonodatelstva Respubliki Kryim, 1998. – № 2. – St. 73.

10. Konstitutsiya Avtonomnoy Respubliki Kryim ot 21.02.1998 g. // Sbornik normativno-pravovyih aktov ARK, 1998. – № 12. – St. 1008.

.

<

–  –  –

УГОЛОВНОЕ ПРАВО И КРИМИНОЛОГИЯ; УГОЛОВНОИСПОЛНИТЕЛЬНОЕ ПРАВО; УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС И

КРИМИНАЛИСТИКА

УДК 343.46

СОЦИАЛЬНАЯ ПРИРОДА ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА НЕЗАКОННУЮ

БАНКОВСКУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

–  –  –

В статье исследуются социальные предпосылки возникновения уголовной ответственности за незаконную банковскую деятельность в России. Проанализированы уголовно-правовые нормы, предусматривающие ответственность за незаконную банковскую деятельность в их генезисе, начиная с Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., уголовного законодательства советского периода и в действующем УК РФ 1996 г. Раскрыта общественная опасность этого деяния, иные причины его криминализации. Определены понятия банковской деятельности и банковских операций, а также их дифференциация согласно Российскому законодательству. Изучены особенности получения разрешений (лицензий), согласно Российскому законодательству, для осуществления банковской деятельности. Проанализирован механизм осуществления ее законным путем, момент, с которого такая деятельность приобретает криминальный характер, а также формы незаконной банковской деятельности. Выделены основные проблемы в назначении наказания за незаконную банковскую деятельность.

Обосновывается необходимость именно такой законодательной регламентации исследуемого деяния, которая предусмотрена ст. 172 УК РФ. Предложен ряд мер по улучшению механизмов противодействия с преступностью в этой сфере на разных уровнях.

Ключевые слова: банк, кредитное учреждение, незаконная банковская деятельность, банковские операции, регистрация, лицензия, уголовная ответственность, крупный ущерб, доход, экономическая деятельность.

Стремительное развитие межхозяйственных мировых связей создает особый темп для государств. Ведущими участниками этих связей являются развитые страны, которые ведут борьбу за лидерские позиции на мировой арене. Повышение экономического потенциала и результативности хозяйственных связей – одна из главных задач любого государства на пути к нормальному функционированию всех его институтов. Российская Федерация, являясь самым большим по территории государством в мире, имеющая многовековую историю, – влиятельное и уважаемое государство. Должное обеспечение развития эффективной экономики, гражданского общества поддерживает авторитет страны. Очень важным элементом экономики являются финансы, поэтому развитие и защита банковской системы является залогом стабильной экономики.

Из этого вытекает общественная опасность посягательств в сфере банковской деятельности, которая заключаются: в угрозе функционирования банковской системы государства; падении доверия со стороны населения к банкам и иным кредитным организациям; причинении вреда фискальным интереСоциальная природа ответственности… сам государства; увеличении уровня латентности денежного оборота; нарушении функций Центрального Банка; нарушении прав участников банковских услуг.

В связи с особой важностью для государства и общества банковской деятельности она регламентируется Конституцией РФ, Законами РФ «О банках и банковской деятельности», «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» и другими, а также нормативными актами Банка России.

Согласно ст. 1 Закона РФ «О банках и банковской деятельности» [1], банком считается кредитная организация, которая имеет исключительное право осуществлять банковские операции. Для создания коммерческого банка и его дальнейшего успешного функционирования требуется лицензия Центрального банка РФ, а также регистрация в соответствующих органах. Поэтому незаконной будет считаться деятельность банков и осуществление банковский операций без регистрации и без лицензии или с нарушением правил лицензирования.

Незаконная деятельность в этой сфере затрагивает интересы участников организаций, заинтересованных в успешной экономической деятельности, и, что немаловажно, интересы государства, так как появляется возможность получения незаконной прибыли. Если такие действия повлекли причинение крупного ущерба покупателям банковских услуг, то за это действующим УК (ст. 172) предусмотрена уголовная ответственность за незаконную банковскую деятельность.

Введение уголовной ответственности за незаконную банковскую деятельность в УК РФ 1996 г. не является новеллой для национального уголовного законодательства. Россия богата историческими традициями правового регулирования становления и развития банковской системы, а также уголовно-правовой защиты этой деятельности. Накопленный опыт, берущий свое начало со второй половины 19 века, бесценен. В нем заложены традиции, культура ведения банковских операций и обеспечение охраны банковской системы.

Первым в России частным кредитным учреждением было «Санкт-Петербургское кредитное общество», открывшееся в 1861г. Уже к концу 19 в. характерным для России являлось развитие банковской системы. К тому времени уже существовали различные кредитные учреждения, известные из истории как «банкирские конторы», «торговые дома», «меняльные лавки» [3, с. 85].

Во второй половине 19 в. и первой половине 20 в. уголовно-правовыми источниками ответственности за деяния в банковской сфере были Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями 1864 г., Уголовное Уложение 1903 г. [6].

Видом наказания, наиболее часто использовавшимся в Уложении 1845 года, по сравнению с действующим УК, был денежный штраф. Лишение свободы не превышало одного года, но такой вид наказания применялся в отдельных случаях (ст. 1152, 1155, 1156, 1157 Уложения 1845 г.).

Со временем в основной состав был введен ряд квалифицирующих признаков, которые нашли свое отражение в Уложении 1903 г. К ним относились повторное совершение преступления, совершение преступления в сообществе (соучастии), причинение значительного вреда и крупного ущерба.

Сравнивая действующий уголовный кодекс и уголовное Уложение 1903 г., можно найти сходство диспозиций отдельных норм. К примеру, в ст. 1151 Уложения

Бугаев В. А., Аблязова Ф. М.

предусматривалась ответственность за открытие частного банка без соответствующего на это разрешения.

В дореволюционном законодательстве ряд норм, предусматривающих ответственность за незаконную банковскую деятельность, конструировалися бланкетным способом. Об этом свидетельствует наличие таких нормативно-правовых актов, регулирующих банковскую деятельность: «Правила по банковским операциям казначейств», Приказ «О порядке открытия учреждений мелкого кредита» (1906) [5, с. 92].

Следует отметить, что в уголовных кодексах РСФСР 1922, 1926, 1960 гг. отсутствовала ответственность за незаконную банковскую деятельность. В ст. 138 УК 1922 г. предусматривалась ответственность за спекуляцию с иностранной валютой в обмен на советские денежные знаки, а в п. «в» ст. 128 УК 1926 г. предусматривалась ответственность за выпуск учреждениями, предприятиями и общественными организациями всякого рода займов, облигаций и других видов ценных бумаг, а также бон и иных денежных суррогатов. В УК 1960 г. была введена ст. 162-7, предусматривающая ответственность за незаконные сделки с валютными ценностями, и ст. 162-8 за сокрытие средств в иностранной валюте.

Серьезные изменения в уголовном законодательстве произошли после переформатирования Российской банковской системы в начале 90-х годов прошлого столетия, когда возникла необходимость поиска новых подходов к охране общественных отношений в банковской деятельности. Это явилось причиной появления ст. 172 УК РФ 1996 г. Область применения данной статьи – незаконная деятельность различных предпринимательских структур, осуществляющих банковские операции.

Под этими структурами понимаются зарегистрированные юридические лица, право на занятие банковской деятельностью у которых отсутствует, или законно существующие учреждения, при осуществлении деятельности превышающие свою компетенцию [2, с. 147].

Незаконная банковская деятельность – осуществление банковских операций без государственной регистрации или без специального разрешения (лицензии) – может выполняться как путем действия, так и бездействием, т. е. невыполнение требований закона относительно регистрации или получения разрешения (лицензии) в тех случаях, когда это обязательно, если при этом причиняется крупный ущерб другим лицам, организациям или государству либо извлекается доход в крупном размере.

Часть 2 ст. 172 УК РФ предусматривает ответственность за те же деяния, но совершенные при наличии следующих квалифицирующих признаков: а) совершенное организованной группой; б) сопряженное с извлечением дохода в особо крупном размере.

Данное преступление представляет собой специальный состав незаконного предпринимательства, подразумевает более строгое наказание и отличается от общего состава специфической сферой осуществления незаконного предпринимательства. Непосредственный объект – общественные отношения, возникающие в результате законной банковской деятельности. Объективная сторона данного преступления может находить свое выражение в следующих формах: осуществление банковской деятельности (банковских операций) без регистрации; осуществление банковской деятельности без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно [7].

Социальная природа ответственности… Дифференциация терминов «банковская деятельность» и «банковские операции»

в некоторых случаях может иметь значение для квалификации. В случае осуществления банковской деятельности или совершения определенных банковских операций без соответствующего разрешения (лицензии) проблемы с квалификацией практически отсутствуют. Но в судебно-следственной практике присутствуют такие ситуации, когда юридическое лицо осуществляет банковскую деятельность, имея лишь разрешение (лицензию) ЦБ РФ на проведение только конкретных банковскихопераций; либо при отзыве ЦБ РФ лицензии на проведение какой-либо из банковских операций, но, не учитывая запрет, осуществляет эту деятельность. В первом случае содеянное следует квалифицировать как незаконную банковскую деятельность, а во втором – как незаконную банковскую операцию [7].

По конструкции состав преступления – формально-материальный. Преступление считается оконченным в том случае, если выполнение деяния в любой указанной форме повлекло причинение крупного ущерба гражданам, организациям или государству либо сопряжено с извлечением дохода в крупном, особо крупном размере.

Как известно, в России субъектом преступления может быть только физическое лицо. Это обусловлено тем, что уголовная ответственность носит персональный характер, соразмерна многим факторам, влияющим на преступное поведение лица, и ее должен нести конкретный субъект, совершивший уголовно противоправное деяние. Поэтому субъектом исследуемого преступления может выступать как любой вменяемый и достигший 16-летнего возраста гражданин, так и руководитель коммерческой организации либо лицо, наделенное каким-либо специальным признаком, например, сотрудник кредитно-финансового учреждения.

При совершении деяния в форме осуществления банковской деятельности без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно, или осуществления банковской деятельности с нарушением лицензионных требований и условий ответственность несут специальные субъекты – должностные лица (руководители) кредитных организаций, банков и небанковских кредитных организаций [1, с. 32].

Вместе с тем необходимо отметить, что в литературе существует мнение о необходимости установления уголовной ответственности за незаконную банковскую деятельность и для юридических лиц. Инициаторами этой идеи предлагается данную ответственность внести с помощью изменений и дополнений в УК РФ. В предполагаемых изменениях должны быть указаны условия ответственности юридических лиц и виды уголовного наказания, которое может быть к ним применено.

Считаем, что проблема уголовной ответственности юридических лиц требует отдельного обсуждения. В рамках данной статьи отметим, что не являемся однозначными сторонниками такого подхода.

Субъективная сторона преступления характеризуется умышленной формой вины.

Санкция ст. 172 УК РФ «незаконная банковская деятельность» предусматривает наказание в виде штрафа или лишения свободы. Квалифицирующим признаком данного состава является совершение незаконной банковской деятельности должностными лицами с использованием служебного положения. Соответственно представляется, что и санкция за квалифицированный состав должна предусматривать, наряду с указанными наказаниями, лишение права занимать должности в банковБугаев В. А., Аблязова Ф. М.

ской сфере или заниматься банковской деятельностью. Это будет рычагом в достижении основной задачи данной статьи – обеспечении надежности всей банковской системы в России.

Возникновение нарушений в банковской сфере зависят от множества факторов.

Основными являются понижение спроса на банковские услуги, повышение цен на услуги для физических лиц, не эффективная государственная политика и поддержка кредитно-финансовых учреждений, неодинаковый контроль ЦБР по отношению к коммерческим банкам. В банковской сфере существуют правовые противоречия относительно финансового вреда для клиентов, вопросов уголовной ответственности за финансовые нарушения. Повышают криминогенность в этой сфере неэффективный контроль внутри банковской системы, недостаточная компетентность правоохранительных структур в борьбе с незаконной банковской деятельностью. Важное значение имеют информационно-психологические признаки, которые заключаются в недостаточности знаний у людей о работе банков и умении определить недобросовестные из них.

Подводя итог, отметим, что банковская деятельность – необходимая составляющая экономического развития. В связи с непрерывным развитием экономики появляется комплекс проблем в эффективном функционировании банковской системы и ее законной деятельности. Для решения постоянно возникающих проблем необходимо осуществлять мониторинг и анализ мер для противодействия незаконной банковской деятельности. Именно одной из таких мер является появление ст.172 в УК РФ. Предлагается в качестве совершенствования этой нормы дополнение ее санкции наказанием в виде лишение права занимать должности в банковской сфере или заниматься банковской деятельностью.

Список литературы:

1.Карпович О.Г. Уголовная ответственность за незаконную банковскую деятельность // Банковское право. – 2003. – № 1. – С. 32–39.

2.Печникова, А. В. Банковские операции: учеб. /А. В. Печникова [и др.]. – М.: ФОРУМ:

ИНФРА-М, 2007. – 204 с.

3.Преступления в сфере экономики. Уголовно-правовой анализ и квалификация./Б.Д. Завидов, О.Б. Гусев, А.П. Коротков, И.А. Попов, В.И. Сергеев. – М.: Экзамен, 2001. – С. 104.

4.Трунцевский Ю. В., Максимова Е. Ю. Уголовно-правовая характеристика незаконной банковской деятельности // Банковское право. – 2010. – № 2. – С. 41.

5. Яковлев A.M. Преступления в сфере экономической деятельности // Российское уголовное право. Особенная часть/Под ред. В.Н. Кудрявцева, A.B. Наумова. – М., 1997. – 195 с.

6. Экономические преступления в уголовном Уложении 1903 г. [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://law.edu.ru/article/article.asp?articleID=158439

7. Законы России Комментарий к УК РФ 2015 [Электронный ресурс] – Режим доступа:

http://zakoniros.ru/?p=6135 Bugayev V., Ablyazova F. The social nature of responsibility for illegal banking activities // Scientific notes of V. I. Vernadsky crimean federal university. Juridical science. – 2015. – Т. 1 (67). № 2. – Р. 89–94.

The article examines the social preconditions of criminal liability for illegal banking activities in Russia.

Analyzed criminal-legal norms providing for liability for illegal banking activities in their Genesis, from the Code about punishments of criminal and corrective 1845, the criminal law of the Soviet period and in the current criminal code of the Russian Federation 1996 Revealed social danger of the act, other the reasons for its criminalization. The concepts of banking and banking operations, as well as their differentiation, according to the Russian legislation. The peculiarities of obtaining permits (licenses), according to the Russian legislation for the implementation of banking activities. Analyzed the mechanism of its implementation by legal means, Социальная природа ответственности… the time from which such activity is criminal in nature, and forms of illegal banking activity. The main problem in sentencing for illegal banking activities. The necessity of such legislative regulation of the investigated acts, which is provided by article 172 of the criminal code. Proposed a number of measures to improve the mechanisms for combating crime in this area at different levels.

Keywords: Bank, credit institution, illegal banking, banking operations, registration, license, criminal liability, major damage, income, economic activity.

Spisok literaturyi:

1. Karpovich O. G. Ugolovnaya otvetstvennost za nezakonnuyu bankovskuyu deyatelnost // Bankovskoe pravo. – 2003. – № 1. – С. 32–39.

2. Pechnikova A. V. Bankovskie operazii: ucheb./А. V. Pechnikova [i dr.]. – Moskva: FORUM:

INFRA-М, 2007. – 204 с.

3. Prestupleniya v sfere economiki. Ugolovno-pravovoii analiz I kvalifikatsiya /B.D. Zavidov, О.B.

Gusev, А.P. Коrotkov, I.А. Popov, V.I. Sergeev. – М.: Eczamen, 2001. – С. 104.

4. Truntsevskiy YU. V., Макsimova Е. YU. Ugolovno-pravovova хаracteristika nezakonnoy bankovskoy deyatelnosti // Bankovskoe pravo. – 2010. – № 2. – С. 41.

5. Yakovlev A.M. Prestupleniya v sfere economicheskoy deyatelnosti// Rossiyskoe ugolovnoe pravo.

Osobennaya chast/pod red. V.N. Kudryavtseva, A.V. Naumova. – М., 1997. – 195 с.

6. Economicheskie prestupleniya v ugolovnom Ulozhenii 1903 g. [Electronniy resurs] – Rezhim dostupa: http://law.edu.ru/article/article.asp?articleID=158439 к UК RF 2015 [Electronniy resurs] – Rezhim dostupa:

7. Zakoni Rossii Kommentariy http://zakoniros.ru/?p=6135.

Волошин И. А., Давиденко С. А.

Ученые записки Крымского федерального университета им. В. И. Вернадского Серия «Юридические науки». – 2015. – Т. 1 (67). № 2. – С. 95–98.

УДК 343.2

УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ: ЗА И ПРОТИВ

–  –  –

Вопрос уголовной ответственности юридических лиц обсуждается несколько десятилетий, но до конца так и не разрешен. В статье рассматриваются объективные причины для применения или неприменения уголовной ответственности юридических лиц в Российской Федерации.

Анализ законодательства ряда стран, которое предусматривает возможность привлечения к уголовной ответственности юридических лиц (Англия, США, Канада, Австралия, Голландия, Португалия, Франция, Финляндия и др.), позволяет привести аргументы за. Опыт многих цивилизованных в правовом отношении стран (Швейцария, Испания, Япония и др.), которые не разделяют мнение о возможности признания юридических лиц субъектами уголовной ответственности, позволяют привести аргументы против такой ответственности. Законодательство Российской Федерации не пришло к единому верному решения данной проблемы, вследствие чего уголовная ответственность юридических лиц не получила закрепления в нормативно-правовых актах. Споры по этому поводу до сих пор ведут ведущие специалисты в области права. Таким образом, можно судить о существовании множества аргументов, которые подтверждают необходимость закрепления уголовной ответственности юридических лиц, но, с другой стороны, необходимо учитывать и негативные аспекты такого решения.

Ключевые слова: юридическое лицо, уголовная ответственность, международные стандарты, гражданско-правовая ответственность, административная ответственности, международные стандарты, национальные стандарты.

В российской юридической литературе вопрос об уголовной ответственности юридических лиц стал активно обсуждаться в 90-х гг. XX столетия. За выделение юридического лица в качестве субъекта уголовной ответственности выступили ученые-криминалисты: Ю. В. Голик, Б. В. Волженкин, С. Г. Келина, А. В. Наумов, А. С. Никифоров и другие [1].

В уголовном праве попытка решения этой проблемы была предпринята при подготовке проекта УК России, в 1995г. Тогда была включена глава об уголовной ответственности юридических лиц. В ней предусматривалась уголовная ответственность юридических лиц за осуществление деятельности, не соответствующей учредительным документам, за деяния, причинившие вред либо создавшие угрозу причинения вреда личности, обществу или государству. В случае осуждения юридических лиц за совершение преступления к ним могли бы применяться: штраф, конфискация имущества, запрещение заниматься определенной деятельностью, ликвидация юридического лица. Но Государственная Дума вопрос о возможности уголовной ответственности юридических лиц решила отрицательно, и соответствующая глава из проекта Уголовного кодекса была исключена.

В соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации юридическим лицом признается организация, которая имеет в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество и отвечает по своим обязательствам этим имуществом, может от своего имени приобретать и осуществУголовная ответственность юридических лиц… лять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде (ГК РФ. Ст. 48) [2].

К юридическим лицам относятся:

государственные и муниципальные унитарные предприятия, учреждения, коммерческие и некоммерческие организации, хозяйственные товарищества и общества, производственные и потребительские кооперативы, общественные и религиозные организации (объединения), благотворительные и иные фонды, объединения юридических лиц (ассоциации и союзы). Все эти организации, согласно законодательству РФ, несут лишь гражданско-правовую и административную ответственность.

Однако даже сторонники признания юридических лиц субъектами уголовной ответственности считают, что не все предприятия могут нести уголовную ответственность. Аргументы следующие: государственные и муниципальные предприятия действуют от имени государства, которое наделило их определенными полномочиями (издание нормативных актов, совершение контрольных, надзорных функций, сбор налогов, совершение правосудия и др.), поэтому они не могут нести уголовную ответственность. Относительно остальных предприятий можно допустить уголовную ответственность за некоторые виды преступных деяний.

По российскому законодательству субъектом преступления признается вменяемое физическое лицо, достигшее определенного законодателем возраста, которое совершило запрещенное законом общественно опасное деяние, причинившее вред объекту уголовно-правовой охраны (УК РФ. Ст. 19) [3]. Сторонники привлечения юридических лиц к уголовной ответственности утверждают, что предприятием управляют конкретные люди, достигшие 18 лет, имеющие психику и определенную волю, что не мешает им признать вину за совершение противоправных деяний. Какой же вред объекту уголовно-правовой охраны могут нанести юридические лица?

Сторонники привлечения юридических лиц к уголовной ответственности видят его в следующем: нанесение ущерба природе, уклонение от уплаты налогов, продажа недоброкачественных товаров, оказание некачественных услуг, банковское мошенничество, организация незаконной миграции, терроризм и др. Они предлагают в качестве меры уголовного наказания применять к юридическим лицам: штраф, ограничение имущественных прав, запрещение заниматься какой-либо деятельностью, закрытие их полностью или на определенный судом срок, афиширование судебного постановления в СМИ. Уголовные меры ответственности позволят: усилить борьбу с коррупцией, сдержать рост преступности среди других юридических лиц, снизить рост инфляции, вывести капитал из теневого сектора экономики, взыскивать компенсации пострадавшим по вине предприятий, привести законодательство Российской Федерации к международным стандартам.

Среди оппонентов данной точки зрения следует назвать таких ученых, как Н. Ф. Кузнецова, Г. Н. Борзенков, В. Г. Павлов, С. Ф. Милюков, Б. А. Спасенников [4].

Противники законодательной регламентации института уголовной ответственности юридических лиц считают, что в Российской Федерации нет объективных причин для применения такой ответственности. Незаконная деятельность юридического лица регулируется другими отраслями права – гражданским и административным, и концентрировать мелкие правонарушения в Уголовном кодексе нет необходимости.

Волошин И. А., Давиденко С. А.

Гражданское право устанавливает ответственность за последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения предусмотренных обязанностей. Гражданская ответственность является имущественной и носит компенсационный характер, то есть взыскать ущерб с юридического лица возможно и без уголовной ответственности, обратившись с иском в арбитражный суд.

В соответствии с КоАП РФ юридические лица подлежат административной ответственности за совершение административных правонарушений в случаях, предусмотренных статьями раздела II настоящего Кодекса, или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях КоАП РФ. п.1 ст.2.10.

Это правонарушения, посягающие на права граждан, здоровье, санитарноэпидемиологическое благополучие населения и общественную нравственность, собственность, охрану окружающей природной среды и природопользования, в области промышленности, строительства и энергетики, сельского хозяйства, ветеринарии и мелиорации земель, дорожного движения, связи и информации, предпринимательской деятельности, финансов, налогов и сборов, рынка ценных бумаг, на транспорте, в области таможенного дела. За совершение административных правонарушений к юридическим лицам могут быть применены следующие виды административных взысканий: 1) предупреждение; 2) штраф; 3)конфискация имущества; 4) отзыв лицензии; 5) взыскание стоимости товаров или транспортных средств [5].

Юридическое лицо ни думать, ни желать, ни совершать что-нибудь противозаконное не может, поскольку не имеет психики, а значит и не признает свою вину. К тому же уголовная ответственность юридических лиц противоречит принципу личной виновной ответственности. А привлечение к уголовной ответственности и осуждению руководителей не может изменить направление деятельности юридического лица. Скорее всего, такие предприятия прекратят свое существование, в связи с чем рассмотрение претензий к ним будет невозможно. С другой стороны, не соблюдается принцип запрета двойной ответственности за одно и то же преступление и юридического лица, и его руководителей.

Привлечение юридического лица к уголовной ответственности, по мнению противников введения такой ответственности, предусматривает большие риски. Вопервых, на ровном месте можно потерять огромные суммы, что приведет к банкротству предприятия. Во-вторых, негативные последствия могут лечь на рядовых работников, которые не имеют отношения к криминальной деятельности руководителей. В-третьих, уголовная ответственность юридических лиц может использоваться как способ политических репрессий к оппозиционным партиям и общественным организациям.

Что касается необходимости привести законодательство РФ к международным стандартам, то не все страны применяют такую практику, поэтому нельзя считать ее единственно верной и эффективной. А в современных условиях, когда на Российскую Федерацию оказывают всевозможное давление экономическими санкциями, предприятия становятся еще более уязвимыми, особенно работающие на международном уровне. В любой момент против них могут возбудить уголовное дело, и проще это сделать, если в стране применима практика уголовной ответственности юридических лиц. Еще один немаловажный аспект: введение ответственности юридических лиц в уголовном законодательстве потребует коренной переработки многих институтов, глубоких комплексных исследований и усилий не только специалистов уголовного права, но и ученых в области других Уголовная ответственность юридических лиц… наук. Россия и так учитывает международные стандарты и рекомендации, касающиеся уголовно-правовых методов борьбы с общественно опасными деяниями, совершаемыми юридическими лицами, изложенные в Международной конвенции о борьбе с финансированием терроризма от 9 декабря 1999 г., Конвенции Совета Европы об уголовной ответственности за коррупцию от 27 января 1999 г.

(подписанную, но не ратифицированную), Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности от 15 ноября 2000 г., Конвенции Совета Европы о киберпреступности 2001 г.

Как видим, в решении вопроса применения или неприменения уголовной ответственности к юридическим лицам много противоречий. Законодатели РФ не пришли к единому мнению, поэтому разрешение данной проблемы на законотворческом уровне преждевременно.

–  –  –

Voloshin I.A., Davidenko. Criminal liability of legal entities – pros and cons // Scientific messages of Crimean federal university the name of V. I. Vernadsky. Juridical sciences. – 2015. – Т. 1 (67). № 2. – Р. 95– 98.

The question of criminal liability of legal entities is discussed some decades, but still isn't resolved. In the article are considered the objective reasons for use or non-use of criminal liability of legal entities in the Russian Federation.

The analysis of the legislation of a number of the countries which provides possibility of criminal prosecution of legal entities (England, the USA, Canada, Australia, Holland, Portugal, France, Finland, etc.), allows to adduce arguments pro. Experience of many countries civilized in legal relations (Switzerland, Spain, Japan, etc.) which don't share opinion on possibility of recognition of legal entities by subjects of criminal liability, allow to adduce arguments contra of such responsibility. The legislation of the Russian Federation doesn't still come to uniform true solutions of this problem, in a consequence of that criminal liability of legal entities doesn't receive fixing in normative legal acts. Disputes about it are still conducted by leading experts in law area. Thus it is possible to judge existence of many arguments which confirm a need of fixing of criminal liability of legal entities, but on the other hand, it is necessary to consider also negative aspects of such decision.

Keywords: legal entity, criminal liability, civil liability, administrative liability, national standards, international standard of criminal liability.

–  –  –

УДК 343.618:343.85

МЕСТО ДОРОЖНО-ТРАНСПОРТНЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ В СИСТЕМЕ

ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ БЕЗОПАСНОСТИ ДВИЖЕНИЯ И

ЭКСПЛУАТАЦИИ ТРАНСПОРТА

–  –  –

В работе исследуются положения законодательства о дорожно-транспортных правонарушениях и преступлениях в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, в частности, Уголовный кодекс и Кодекс об административных правонарушениях, и научные достижения по совершенствованию действующего законодательства и оптимизации его применения на практике. В работе рассматривается место дорожно-транспортных преступлений в системе уголовнонаказуемых деяний и преступлений против безопасности движения и эксплуатации транспорта. Также в работе приводятся статистические показатели дорожно-транспортных преступлений за прошедшие 4 года, место преступлений против безопасности дорожного движения и эксплуатации транспорта среди других преступлений. Автором приводятся основные научные разработки по вопросам систематизации законодательства о нарушении правил дорожного движения и эксплуатации транспорта, необходимости определения формы вины в дорожно-транспортных происшествиях. Предлагается расширить основания возникновения уголовной ответственности за совершенное дорожно-транспортное преступление причинением ущерба в особо крупных размерах и в случае привлечения к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения; введение уголовного наказания за дорожнотранспортное преступление в виде штрафа и лишения водительских прав на длительный срок. Автор приходит к выводу, что нормы о дорожно-транспортных преступлениях требуют немедленного совершенствования и систематизации.

Ключевые слова: безопасность дорожного движения, эксплуатация транспорта, дорожнотранспортные преступления, дорожно-транспортные правонарушения, систематизация, лишение водительских прав, штраф, состояние опьянения, форма вины.

Транспорт является важнейшей частью инфраструктуры любой страны, в то же время – источником повышенной опасности, поэтому одной из основных задач государства является обеспечение регулирования порядка на дорогах и придорожных территориях. В настоящее время из-за увеличения числа ДТП все более заметной становится необходимость строгого исполнения действующих законов, изучение и определение путей дальнейшего совершенствования уголовного законодательства, предусматривающего составы преступлений, посягающих на безопасность дорожного движения и эксплуатации транспорта. Не менее важным является и научное формирование критериев, позволяющих с определенной точностью установить степень виновности лиц, совершивших эти преступления, практического применения закона, в отношении виновных. Особое значение приобретает и создание предпосылок для максимально возможного ограничения в применении таких крайних мер уголовного воздействия, как лишение свободы. Необходима строгая дифференциация мер наказания в зависимости от характера и степени общественной опасности содеянного и личности виновного.

Отдельное место в арсенале средств государственной транспортной политики занимает законодательное регламентирование правил безопасного движения и эксМесто дорожно-транспортных преступлений… плуатации транспорта, а именно административная и уголовная ответственность за нарушение установленных правил использования транспорта.

Характерно, что нормы, охватывающие составы дорожно-транспортных преступлений, представляют собой базу уголовно-правовой деятельности, относящуюся к решению именно тех задач, которые определены как важные в общей системе общественных отношений, а именно в сфере охраны безопасности дорожного движения, жизни и здоровья граждан. В правоприменительной деятельности, направленной на обеспечение безопасности дорожного движения, много недостатков, которые, как правило, «списывают» на счет сотрудников ГИБДД, полиции в целом. Но по нашему мнению, основными причинами неудовлетворительной правоприменительной практики в рассматриваемой нами сфере являются недостатки законодательства, призванного обеспечивать безопасность дорожного движения, и в частности, недостатки уголовно-правовой его составляющей.

Так, законодатель административную ответственность за нарушение в области дорожного движения предусмотрел в Главе 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях «Административные правонарушения в области дорожного движения», которая состоит из 37 статей, и уголовную ответственность – в Главе 27 Уголовного кодекса Российской Федерации «Преступления против безопасности движения и эксплуатации транспорта», состоящую из 11 статей.

При этом в данную группу противоправного поведения относят деяния, совершенные на дорожном, железнодорожном, воздушном, морском, внутреннем водном транспорте, и в отношении эксплуатации этого транспорта.

Безопасность движения и эксплуатации транспорта в уголовном праве – это состояние защищенности перемещения и использования для перевозки людей и (или) грузов автомобильного, трубопроводного, железнодорожного, воздушного, морского и внутреннего водного транспорта, метрополитена и иного транспорта, а в случаях, предусмотренных законом – еще и соответствующей транспортной инфраструктуры. Под преступлениями против безопасности движения и эксплуатации транспорта следует понимать общественно опасные деяния, предусмотренные Главой 27 Раздела IX УК РФ, посягающие на состояние защищенности перемещения и использования для перевозки людей и (или) грузов автомобильного, трубопроводного, железнодорожного, воздушного, морского и внутреннего водного транспорта, метрополитена и иного транспорта, а в случаях, предусмотренных законом – еще и соответствующей транспортной инфраструктуры [9, c. 90].

Глава 27 «Преступления против безопасности дорожного движения и эксплуатации транспорта» в Разделе IX УК РФ является предпоследней, хотя транспорт является источником повышенной опасности, а аварии на транспорте посягают и на жизнь и здоровье людей, и на собственность, как частную, так и муниципальную, государственную, что негативно сказывается на экономике государства. Кроме того, с каждым годом случаи транспортных аварий становятся все чаще. И это касается всех видов транспорта. Так, по данным статистики, дорожно-транспортные преступления в Российской Федерации составляют 20-23% в общей структуре преступности. По количественным показателям после преступных посягательств на собственность и личность нарушения установленных правил безопасности дорожного движения являются одними из наиболее распространенных преступных деяний.

Глава 27 «Преступления против безопасности движения и эксплуатации транспорта» содержит всего 11 статей (ст.263-271.1 УК). И лишь 3 статьи – ст. 264, 264.1 и 268 УК РФ – устанавливают уголовную ответственность за нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортного средства.

Мидловец М. В.

Аварии на воздушном, морском, железнодорожном транспорте являются крупномасштабными, причиняют вред большому количеству граждан в один момент, но случаи таких аварий являются единичными. В большинстве ситуаци такие аварии вызваны их недоброкачественным техническим состоянием, нарушением правил использования и нарушением транспортных средств и путей сообщения.

Дорожно-транспортные преступления не носят глобального характера, но проблема их совершения заключается в их высоких показателях. Согласно статистическим данным Департамента безопасности дорожного движения МВД России за прошлые десять лет, на территории нашей страны ежегодно в среднем совершается более 200 000 дорожно-транспортных происшествий, в которых погибает от 25 000 до 30 000 человек, и ранения различной степени тяжести превышают количество зарегистрированных ДТП практически в 1,5 раза, так как в ДТП всегда вовлечены одновременно несколько участников. При этом не следует забывать о социальноэкономическом ущербе от дорожно-транспортных происшествий, так как всегда при ДТП причиняется и материальный вред имуществу, собственности (о чем законодатель не отмечает в диспозиции статей Главы 27 УК РФ).

Так, в 2011 г. было зарегистрировано 199 868 ДТП, в 2012 г. – 203 597, в 2013 г.

– 204 068, в 2014 г. – 199 720, при этом летальный исход этих ДТП в среднем составляет 14 % (примерно, 27 000–28 000 чел.), а число раненых составляет 13 %.

кол-во ДТП Погибло 100000 Ранено На наш взгляд, данная ситуация требует особого внимания. Как показывают статистические показатели, уровень совершения ДТП в стране за 4 года практически не меняется что может быть связано с неэффективностью законодательства в области уголовной ответственности.

Также хотелось бы обратить внимание на разницу в регламентировании ответственности за нарушение правил дорожного движения в нормах УК РФ и КоАП РФ.

Как видим, КоАП РФ достаточно детально определяет случаи административной ответственности за нарушение ПДД, в это же время, уголовная ответственность в сфере дорожного движения и эксплуатации транспорта является исключительной, в зависимости от наступивших последствий, что говорит о ее карательном характере, но практически исключает предупредительную функцию уголовного законодательства. При этом динамика ДТП остается неизменной. Это может быть связано с лояльностью законодателя и относительно мягкими наказаниями (ведь уголовная ответственность наступает лишь в случае причинения тяжкого вреда здоровью, без определения материального вреда). Причинение вреда здоровью средней тяжести в уголовных преступлениях против безопасности движения и эксплуатации транспорта не карается, законодатель отступил от требований концепции уголовной политики о всемерной охране здоровья человека. Но именно совершение административного правонарушения и отсутствие страха привлечения к уголовной ответственноМесто дорожно-транспортных преступлений… сти за большинство нарушений приводит к совершению лицом дорожнотранспортного преступления по ст. 264, 264.1, 268 УК РФ. Также лояльные наказания за совершение дорожно-транспортного правонарушения не вызывают реального страха привлечения к уголовной ответственности в случае наступления тяжких последствий, которые заранее предсказать невозможно.

Как показывает анализ санкций статей КоАП РФ, в большинстве случаев наказанием является административный штраф в размере от 500 до 5 000 рублей, лишь в некоторых случаях, чаще всего для должностных и юридических лиц, – соответственно от 15 000 до 25 000 рублей и от 400 000 до 500 000 рублей. При этом нарушение Правил дорожного движения, которые чаще всего приводят к ДТП с тяжкими последствиями, наказывается административным штрафом от 500 до 5000 руб., иногда – лишением права управления транспортным средством. При этом законодатель не устанавливает более строгих предупредительных санкций. Так, по нашему мнению, в ст. 12.5, 12.9, 12.12, 12.14, 12.18, 12.24 КоАП РФ следовало бы предусмотреть лишение права управления транспортным средством с привлечением к уголовной ответственности за совершение любого из указанных административных правонарушений трижды за определенный период времени без определения степени наступивших последствий, как предупредительную меру. При этом в УК РФ, ст.

264.2 следует предусмотреть уголовную ответственность за троекратное привлечение к административной ответственности за нарушение ПДД, наказанием за которое будет лишение права управления транспортным средством с наложением штрафа в размере от 50 000 до 100 000 руб.

Также в последние годы заметна тенденция роста аварий с участием автотранспорта спецсубъектов: судей, прокуроров, правоохранительных органов, спецслужб.

Считаем, необходимо предусмотреть уголовную ответственность данной категории лиц в ч. 7 ст. 264 УК РФ, если будет установлено, что такое ДТП было совершено не при исполнении должностных обязанностей, что наказывается наложением штрафа в размере от 100 000 до 300 000 руб. и лишением права управления транспортным средством на срок от трех до пяти лет.

До сих пор, несмотря на большой интерес ученых к проблеме дорожнотранспортных преступлений, остаются без внимания законодателя, а значит, и правоприменителя, внесенные в этой части В.В. Лукьяновым, А.И. Коробеевым, В.Л. Кудрявцевым, П.И. Пикуровым и др. в юридической печати предложения по совершенствованию нормы о дорожно-транспортных преступлениях (ст. 264 УК) и иных норм, предусмотренных гл. 27 УК РФ.

Так, действующая уголовно-правовая норма, предусматривающая составы дорожно-транспортных преступлений, совершаемых водителями, ставит уголовную ответственность за их совершение в зависимости от тяжести последствий этих деяний, указывая только на неосторожность нарушения правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, что приводит к переоценке объективной стороны состава в ущерб обеспечения полноты оценки его субъективных признаков, что может привести, в свою очередь, к ошибкам в квалификации содеянного, извратить задачи борьбы с преступностью и повлечь за собой нарушение принципа законности. Поэтом законодателю следует разграничить умысел и неосторожность в действиях виновного водителя и назначить назначение наказания виновному лицу в зависимость от формы той вины, которая имеется в содеянном. «Необходимо проявлять жесткость в отношении нарушителей, действующих умышленно, и мягкость, основанную на законе, к лицам, допустившим нарушение по неосторожности», – отмечает В. Л. Перфилов [11, c. 140–142]. Поэтому в диспозициях ст. 264, 264.1, 268 УК РФ должно найти отражение различие формы вины и предусмотреть более суровую ответственность за умышленное нарушение правил безопасности движения и Мидловец М. В.

относительно безразличное отношение к его последствиям по сравнению с теми случаями, когда такое нарушение, повлекшее аналогичные последствия, явно совершается по неосторожности.

Уголовный закон признает наличие состава оконченного дорожнотранспортного преступления (ст. 264, 264.1, 268 УК РФ) лишь тогда, когда наступит определенное последствие: тяжкий вред здоровью человека (ч. 1); смерть человека (ч. 2); смерть двух или более лиц (ч. 3). Что касается крупного ущерба, то эта разновидность последствий преступления предусмотрена только в ч. 1 ст. 267 УК РФ, что вызывает много вопросов, так как чаще всего ДТП своим последствием имеет порчу транспортного средства, иного имущества, с которым совершено столкновение, личного имущества пешехода или имущества, находящегося в муниципальной или государственной собственности [13].

Следует также уточнить наименование ст. 264 УК РФ, указав после слова «движение» вместо «и» союз «или», и тем самым привести в соответствие это наименование с диспозицией ч. 1 данной статьи [7, с. 22; 8].

По мнению многих ученых в рассматриваемой сфере, одной из основных проблем уголовного законодательства о дорожно-транспортных преступлениях является их бланкетный характер. Это, например, законы: Федеральный закон от 10 декабря 1995 г. № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» [1], Федеральный закон от 9 февраля 2007 г. N 16-ФЗ «О транспортной безопасности» [2]; кодексы, Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 № 195-ФЗ [4]; подзаконные нормативно-правовые акты: Постановление Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 «О Правилах дорожного движения» [6] Но в самой диспозиции ст. 264, 264.1, 268 УК РФ не дается какого-либо перечня этих правил. А правила дорожного движения и эксплуатации транспортных средств могут содержаться в самых различных документах, что составляет проблему в их нахождении и ознакомлении для участников дорожного движения.

Поэтому, учитывая избыточную информацию, содержащуюся в подзаконных нормативных актах, целесообразно избавить подзаконные акты от такой избыточности, сгруппировать их нормы, имеющие прямое отношение к дорожнотранспортному правонарушению в Правилах дорожного движения, представив их в нем в концентрированном виде. Выделение уголовно-правовых и административноправовых норм, действующих в сфере обеспечения дорожного движения, их систематизация также в значительной степени облегчит правоприменительную практику следователей и судей [11, с. 144 –146].

Таким образом, подводя итог, мы можем сделать вывод, что дорожнотранспортным преступлениям в законодательстве уделяется недостаточно внимания, а закрепление в статьях УК РФ носит поверхностный характер. Об этом свидетельствует отсутствие закрепленных в уголовном законодательстве достижений ученых в данной области, разрозненность и бланкетный характер норм о преступлениях, нарушающих безопасность дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, но самое главное – статистические показания об уровне совершаемых дорожно-транспортных происшествий, травматизме и смертности от нарушений Правил дорожного движения и эксплуатации транспорта.

Список литературы

1. Федеральный закон от 10.12.1995 N 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» // Собраниие законодательства Российской Федерации от 11 декабря 1995 г., № 50, ст. 4873.

Место дорожно-транспортных преступлений…

2. Федерального закона от 9 февраля 2007 г. № 16-ФЗ «О транспортной безопасности» [Текст] // Собрание законодательства РФ. 2007. № 7. Ст. 837.

3. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ. // Собрание законодательства Российской Федерации от 17 июня 1996 г. № 25 ст. 2954.

4. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. № 195-ФЗ. // Собрание законодательства Российской Федерации от 7 января 2002 г. № 1 (часть I) ст. 1.

5. Указ Президента РФ от 12 мая 2009 г. № 537 «О стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года» [Электронный ресурс] // Справочно-правовая система «Консультант плюс».

6. Постановление Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 «О Правилах дорожного движения» (вместе с «Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения») [Текст] // Собрание актов Президента и Правительства РФ. 1993. № 47. Ст. 4531.

7. Габдрахманов А. Ш. Преступления против безопасности движения и эксплуатации транспорта:

уголовно-правовые и криминологические аспекты: диссертация кандидата юридических наук:

12.00.08 / Габдрахманов А.Ш.; [Место защиты: Казан. гос. ун-т им. В.И. Ульянова-Ленина]. – Казань, 2007. – 190 с.

8. Козун А. В. Некоторые аспекты совершенствования уголовной ответственности за транспортные преступления. [Электронный ресурс] // Режим доступа http://www.lawtech.ru/journal/articles/13157#3

9. Кудрявцев В.Л. Преступления против безопасности дорожного движения и эксплуатации транспорта // Вестник ЮУПИ. – 2012. – №2 (8). – С. 89–99.

10. Любимов Л.В. Дорожно-транспортные преступления: проблемы законодательного конструирования составов и дифференциации ответственности участников дорожного движения: Дис.... канд. юрид.

наук 12.00.

08.– М.: РГБ, 2005. – 234 с.

11. Перфилов В.П. Теоретические и практические вопросы уголовно-правовой квалификации нарушений правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств / Диссертация кандидата юридических наук: 12.00.08 / Перфилов Владимир Павлович; [Место защиты: Акад. эконом. безопасности МВД РФ] / Москва, 2008. – 174 с.

12. Пикуров Н. И. Квалификация транспортных преступлений: Научно-практическое пособие. – М.:

РАП, 2011. – 168 с.

13. Проценко С. Значение общественно опасных последствий в составе транспортного преступления.

[Электронный ресурс] // Режим доступа: http://sovbezkbr.ru/materialj/mnenie_spec/bezopas/mnenie_bezopas_56.htm Midlovets M.V., Solyanoy A. The Place of The Road Traffic Crimes in the The System of Crimes Against Traffic Safety and Operation of Transport // Scientific notes of V. I. Vernadsky crimean federal university. Juridical science. – 2015. – Т. 1 (67). № 2. – Р. 99–105.

The article study the provisions of the law on road traffic offenses and crimes in the field of traffic safety and operation of vehicles, in particular the Criminal Code and the Code of Administrative Offences, and scientific advances on improving the existing legislation and optimization its application in practice. In the article it’s considered a place of traffic offenses among other criminal offenses and crimes against traffic safety and operation of transport. The article presents a hundred-statistical indicators of road traffic offenses for the past 4 years, the place of crimes against traffic safety and operation of transport, among other crimes. The author provides basic scientific research on the systematization of legislation on the violation of the rule, traffic and operation of transportation, the need to define the form of guilt in road accidents. It is proposed to broaden the base of criminal responsibility for committing a traffic offense causing damage in a large scale and in the case of bringing to administrative responsibility for violation of traffic rules; proposes the introduction of criminal penalties for traffic offense by a fine and deprivation of a driver's license for a long time. The author concludes that the rules on road traffic offenses require immediate improvement and systematization.

Keywords: traffic safety, transport operation, road traffic crimes, road traffic of-fenses, systematization, driving license revocation, a fine, the state of intoxication, the form of guilt.

Spisok literatury

1. Federal'nyj zakon ot 10.12.1995 N 196-FZ «O bezopasnosti dorozhnogo dvizhenija» // Sobranii zakonodatel'stva Rossijskoj Federacii ot 11 dekabrja 1995 g., N 50, st. 4873.

Мидловец М. В.

2. Federal'nogo zakona ot 9 fevralja 2007 g. N 16-FZ «O transportnoj bezopasnosti» [Tekst] // Sobranie zakonodatel'stva RF. 2007. N 7. St. 837.

3. Ugolovnyj kodeks Rossijskoj Federacii ot 13 ijunja 1996 g. N 63-FZ. // Sobranie zakonodatel'stva Rossijskoj Federacii ot 17 ijunja 1996 g. N 25 st. 2954.

4. Kodeks Rossijskoj Federacii ob administrativnyh pravonarushenijah ot 30 dekabrja 2001 g. N 195-FZ. // Sobranii zakonodatel'stva Rossijskoj Fe-deracii ot 7 janvarja 2002 g. N 1 (chast' I) st. 1

5. Ukaz Prezidenta RF ot 12 maja 2009 goda N 537 «O strategii nacio-nal'noj bezopasnosti Rossijskoj Federacii do 2020 goda» [Jelektronnyj re-surs] // Spravochno-pravovaja sistema «Konsul'tant pljus»

6. Postanovlenie Pravitel'stva RF ot 23.10.1993 N 1090 «O Pravilah dorozhnogo dvizhenija» (vmeste s «Osnovnymi polozhenijami po dopusku trans-portnyh sredstv k jekspluatacii i objazannosti dolzhnostnyh lic po obespeche-niju bezopasnosti dorozhnogo dvizhenija») [Tekst] // Sobranie aktov Prezidenta i Pravitel'stva RF.

1993. N 47. St. 4531.

7. Gabdrahmanov A. Sh. Prestuplenija protiv bezopasnosti dvizhenija i jeks-pluatacii transporta: ugolovnopravovye i kriminologicheskie aspekty: dis-sertacija... kandidata juridicheskih nauk: 12.00.08 / Gabdrahmanov A.Sh.; [Me-sto zashhity: Kazan. gos. un-t im. V.I. Ul'janova-Lenina]. – Kazan', 2007. – 190 s.

8. Kozun A.V. Nekotorye aspekty sovershenstvovanija ugolovnoj otvet-stvennosti za transportnye prestuplenija. [Jelektronnyj resurs] // Rezhim do-stupa http://www.lawtech.ru/journal/articles/13157#3

9. Kudrjavcev V. L. Prestuplenija protiv bezopasnosti dorozhnogo dvizhenija i jekspluatacii transporta // Vestnik JuUPI. 2012. 2 (8). S. 89-99.

10. Ljubimov L.V. Dorozhno-transportnye prestuplenija: problemy zakono-datel'nogo konstruirovanija sostavov i differenciacii otvetstvennosti uchastnikov dorozhnogo dvizhenija: Dis.... kand. jurid. nauk 12.00.08.-M.: RGB, 2005. – 234 s.

11. Perfilov V. P. Teoreticheskie i prakticheskie voprosy ugolovno-pravovoj kvalifikacii narushenij pravil

dorozhnogo dvizhenija i jekspluata-cii transportnyh sredstv / Dissertacija kandidata juridicheskih nauk:

12.00.08 / Perfilov Vladimir Pavlovich; [Mesto zashhity: Akad. jekonom. bez-opasnosti MVD RF] / Moskva, 2008. – 174 s.

12. Pikurov N. I. Kvalifikacija transportnyh prestuplenij: Nauch- no-prakticheskoe posobie. — M.: RAP. 2011.

– 168 s.

13. Procenko S. Znachenie obshhestvenno opasnyh posledstvij v sostave transportnogo prestuplenija [Jelektronnyj resurs] // Rezhim dostupa: http://sovbezkbr.ru/materialj/mnenie_spec/bezopas/mnenie_bezopas_56.htm.

Свидетель как участник уголовного процесса… Ученые записки Крымского федерального университета имени В.И. Вернадского Юридические науки. – 2015. – Т. 1 (67). № 2. – С. 106–110.

УДК 343.12

СВИДЕТЕЛЬ КАК УЧАСТНИК УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

–  –  –

В статье рассматриваются вопросы, затрагивающие процессуальное положение субъекта уголовного судопроизводства – свидетеля. Анализируется историческое развитие фигуры свидетеля в российском уголовном процессе, исследованы вопросы по обеспечению мер безопасности свидетеля, показания которого являются одним из важных источников доказательств. Основная тенденция, связанная с регулированием положения свидетелей, которая прослеживается в России, начиная с судебной реформы 1864 года и принятия Устава уголовного судопроизводства 20 ноября 1864 г., состоит в демократизации соответствующих правовых норм, в первую очередь относящихся к перечню свидетельских иммунитетов. Исторический анализ дореволюционного и советского уголовнопроцессуального законодательства позволяет сделать вывод, что многие положения, регулирующие правовой статус свидетеля, были прогрессивными для своего времени и нашли свое отражение и в действующем законодательстве. Так, с принятием Конституции РФ и УПК РФ приоритетными признаны человек, его права и интересы. Процессуальный статус свидетеля значительно изменился: в ст.

56 УПК РФ закреплено понятие свидетеля, его основные права, обязанности, установлен свидетельский иммунитет, предусмотрены меры безопасности свидетеля.

Ключевые слова: уголовный процесс, свидетель, правовое положение, меры безопасности, показания свидетеля.

«Свидетель – человек, который лично присутствовал при каком-нибудь событии, очевидец» – толкует нам словарь русского языка С. И. Ожегова [5, с. 610]. На законодательном уровне понятие «свидетель» было закреплено еще в уголовнопроцессуальном кодексе 1923 г.: «всякое лицо, обязанное явиться по вызову следователя, органа дознания или суда и сообщить все известное ему по делу». Законодатель исходил из того, что данному субъекту должны были быть известны факты, которые подлежат установлению по уголовному делу. Исходя из этого, нормы уголовно-процессуального закона сводят до минимума ограничения, которые препятствуют допросу лиц в качестве свидетеля. Статья 61 УПК 1923 г. устанавливает следующие случаи невозможности допроса лиц в качестве свидетеля: во-первых, это защитник обвиняемого; во-вторых, это лица с физическими или психическими недостатками. Для определения возможности выступать в роли свидетеля по делу последней категории лиц УПК содержал норму, что предусматривала участие эксперта. В последующем УПК РСФСР претерпевал ряд изменений, дополнений, но они не затрагивали правового положения процессуальной фигуры свидетеля.

Следующим этапом в развитии института свидетельствования стал уголовнопроцессуальный кодекс РСФСР 1960 г., который просуществовал до принятия в 2001 г. нового УПК РФ. Ст. 72 УПК РСФСР 1960 г. определяла свидетеля как «любое лицо, которому были известны какие-либо обстоятельства дела и которое было вызвано для дачи показаний» [2]. Как и иной участник уголовного процесса, свидетель был наделен правами, которые в целом были очень ограничены. В этой связи

Поддубняк А. А.

Н. Я. Калашникова отмечала: «Успешное выполнение свидетелем его обязанностей обеспечивается тем, что ему предоставлен ряд прав» [3].

Уже с принятием действующего УПК РФ 2001 г. появляются нормы, определяющие наиболее полно статус свидетеля, который, в свою очередь, закреплен ч. 1 ст. 56: «Свидeтeлeм являeтся лицо, которому могут быть извeстны какиe-либо обстоятельствa, имeющие значeниe для рaсслeдовaния и разрешeния уголовного дела, и которое вызвaно для дачи показаний». Основная цель это получить необходимые показания от данного участника процесса, правовой статус которого содержит в себе взаимосвязанные элементы: права, обязанности и интересы свидетеля, а также ответственность за их невыполнение. Обознaченные кaтегории возможно воспринимать только в их совокупности, тaк кaк они позволяют рассмaтривать свидетеля как полноправного учaстника уголовного судопроизводства, имeющeго взaимныe интeрeсы, права и обязанности с оргaнами слeдствия и суда.

Показания свидетеля об известных ему обстоятельствах, имеющих отношение к расследованию, зависят от его физического и психического состояния, а также правового положения в обществе. Это касается не только допроса, но и участия обозначенного субъекта в иных следственных действиях. Это также предусматривает использование полученных фактических данных в качестве доказательств. Уголовно-процессуальный закон 1960 г. предусматривал норму, которая определяла, что в качестве свидетеля не могло допрашиваться лицо, которое в силу своих физических или психических недостатков не способно правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания (ст. 72 УПК РСФСР) [2]. Действующий УПК РФ не устанавливает такого ограничения. Нет запрета на допрос в качестве свидетелей также малолетних. Возможность их допроса определяется исходя из конкретных обстоятельств дела, а оценка достоверности показаний дается сторонами и, окончательно, судом.

УПК РСФСР 1960 г. содержaл норму, a именно ч. 3 ст. 79, что определяла нeобходимость обязaтeльного провeдeния экспeртизы для опредeлeния психичeского или физического состояния свидетеля в случаях, когда возникаeт сомнeние в его способности прaвильно воспринимaть обстоятельства, имeющие знaчение для дела, и дaвaть о них правильные показания. Действующий УПК РФ от 2001 г. в ст. 196.

«Обязательное назначение судебной экспертизы» не содержит положения об обязательном назначении судебной экспертизы при объективных сомнениях в психическом и физическом состоянии свидетеля, что, на наш взгляд, требует корректировки данного положения путем внесения соответствующих дополнений. Соответственно, обязанность свидетеля пройти экспертизу в установленных законом случаях необходимо изложить и в ст. 56 УПК РФ для болee полного отрaжения его обязанностей и содержания его прaвового стaтусa.

Одним из важных видов доказательств в уголовном судопроизводстве Российской Федерации являются свидетельские показания, без них практически невозможно расследование уголовных дел и, соответственно, рассмотрение их в суде по существу. Показания, что дают свидетели, могут как обвинять лицо в совершении преступления, так и защищать его. В совокупности свидетельские показания оказывают помощь в установлении обстоятельств, имеющих значение для расследования уголовного дела.

В уголовном судопроизводстве фигуре свидетеля, помимо УПК РФ, посвящен ряд законодательных актов, которые регулируют права и обязанности данного участника, гарантируют безопасность и защиту. Охрана прав свидетеля включает в себя комплекс различных направлений, мер и способов, позволяющих эффективно соблюдать правовые нормы, посвященные механизму охранительных правоотношений в уголовном судопроизводстве, в том числе в отношении прав свидетеля.

Свидетель как участник уголовного процесса… Без эффективного разрешения вопросов, связанных с обеспечением безопасности участников уголовного процесса, невозможно создание эффективной системы защиты граждан от преступности. Существуют ситуации, которые предусматривают применение мер безопасности к участникам уголовного процесса, среди которых есть и свидетель, показания которого являются одним из важных источников доказательств. Свидетель своими действиями оказывает содействие правоохранительным органам при расследовании уголовного дела, в связи с чем может нуждаться в особой защите со стороны государства. Подобный подход к разрешению проблемы обеспечения безопасности соответствует концепции тех нормативных актов, которые в настоящее время реализуются в практической деятельности правоохранительных органов [1].

Так, в Указе Президента РФ В. Путина от 05 мая 2014 г. «О некоторых вопросах Министерства внутренних дел РФ» говорится о создании в органах внутренних дел специальных подразделений по обеспечению безопасности лиц, подлежащих государственной защите, к которым относятся и свидетели. Специализированный акт – Федеральный закон «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» от 20 августа 2004 г №119, а также Постановление Правительства РФ от 13 июля 2013 г. № 586 «Об утверждении Государственной программы «Обеспечение безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства на 2014–2018 годы» устанавливают систему мер государственной защиты участников уголовного судопроизводства, в том числе и свидетелей, включающую меры безопасности и меры социальной поддержки указанных лиц, а также определяет основания и порядок их применения.

В юридической литературе авторы приводят классификацию мер, непосредственно направленных на обеспечение безопасности свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства. Подразделяются меры следующим образом: процессуальные и иные меры. Например, С. Л. Марченко к процессуальным мерам относит: а) невнесение анкетно-биографических данных, места проживания или нахождения, места работы участников уголовного процесса в материалы дела; б) внесение в государственный орган, общественную организацию и (или) должностному лицу представления с указанием на необходимость запрета выдачи информации о месте жительства, семейном положении лица, являющегося потерпевшим, свидетелем или иным участником уголовного процесса; в) специфику и целесообразность проведения отдельных следственных действий (опознание, очная ставка, освидетельствование, производство экспертизы, выемка, обыск и др.); г) закрытое судебное заседание; д) допрос защищаемых лиц вне визуального наблюдения другими участвующими в судебном разбирательстве лицами; е) допрос защищаемого лица специально назначенным судьей с последующим выступлением перед судом [4, с. 13–14]. Бытует мнение о том, что защита свидетелей и других лиц, которые содействуют уголовному судопроизводству, должна включать в себя комплекс мер, таких как: а) меры организационного характера (личная охрана, охрана жилища и имущества, выдача оружия и специальных средств индивидуальной защиты и оповещения об опасности, переселение на другое место жительства и др.); б) усиление уголовно-правовой защиты; в) меры уголовно-процессуального характера, предполагающие неразглашение сведений о личности участников процесса в ходе дознания, предварительного следствия и судебного рассмотрения уголовного дела [6, с. 94]. Авторами высказаны различные мнения, однако имеющие некое сходство, что выражается в следующем: разработка вышеуказанных и дополнительных мер уголовнопроцессуального характера, направленных на обеспечение безопасности лиц, и их внедрение в уголовно-процессуальное законодательство являются одним из главных направлений в сфере обеспечения безопасности лиц, содействующих уголовному Поддубняк А. А.

судопроизводству. Проанализировав ряд норм действующего УПК РФ, затрагивающих права и обязанности свидетеля в вопросе обеспечения безопасности его участия в уголовном процессе, прежде всего хочется отметить, что законодатель выделяет отдельный пункт 7 ст. 56, а именно право свидетеля ходатайствовать о применении мер безопасности в соответствии с ч. 3 ст. 11 УПК РФ «Охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве». Данная норма статьи содержит в себе ссылку на такие статьи, как ч. 9 ст. 166, ч. 2 ст. 186, ч. 8 ст. 193, п. 4 ч.

2 ст. 241, ч. 5 ст. 278 УПК РФ, содержащие меры безопасности в отношении лиц, которым угрожают противоправным воздействием [1]. Среди этих мер законодатель обозначил такие, как не приводить данные в протоколе следственного действия о личности защищаемого лица; при наличии угрозы совершения насилия, вымогательства и других преступных действий в отношении свидетеля и иных указанных лиц контроль и запись телефонных и иных переговоров допускаются по письменному заявлению указанных лиц; проведение опознания в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым и т. д. Данные нормы являются существенными, представляющими комплекс процессуальных гарантий обеспечения безопасности лиц, содействующих уголовному судопроизводству, в частности свидетелям. Однако, рассматривая ряд иных прав, что предоставлены законом свидетелю, складывается мнение, что законодатель не рассмотрел проблему обеспечения безопасности лиц в таком спектре, как многообразие жизненных ситуаций, урегулировать которые имеющимся в законодательстве комплексом мер безопасности достаточно проблематично. Так, например, в п. 5 ч. 4 ст. 56 УПК РФ предусмотрено право свидетеля заявлять ходатайства и приносить жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя, прокурора и суда. Реализуя это право в полной мере, свидетель определенным образом может самостоятельно влиять на степень безопасности своего участия в уголовном деле. Существуют ситуации, когда свидетель может и не знать о тех обстоятельствах, которые могут создать угрозу его безопасности. Например, ст. 110 УПК РФ, регламентирующая отмену или изменение меры пресечения, не содержит предписания, которое обязывало бы следователя (судью) при отмене или изменении меры пресечения сообщать об этом лицу, в отношении которого применены меры безопасности, в частности свидетелю. Что в свою очередь предусматривает, что право свидетеля, указанное в п. 5 ч. 4 ст. 56 УПК РФ, не может быть реализовано в силу отсутствия у него информации по уголовному делу и, возможно, данное обстоятельство создаст препятствия в обеспечении безопасности свидетеля. Представляется дополнить соответствующую норму УПК РФ касательно вопроса об уведомлении свидетеля и иных участников уголовного судопроизводства, а также иных лиц, в отношении которых применены меры по обеспечению безопасности, что, в свою очередь, будет способствовать эффективности всех принимаемых в отношении свидетеля мер безопасности со стороны следователя, судьи. Таким образом, отдельные нормы, заложенные в УПК РФ и регламентирующие права и обязанности свидетеля, могут быть пересмотрены и доработаны в соответствии с требованиями, предъявляемыми для наиболее эффективного обеспечения безопасности свидетеля в уголовном процессе.

Список литературы Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 13.07.2015, с изм. и доп., 1.

вступ. в силу с 15.09.2015).

Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР" (утв. ВС РСФСР 27.10.1960) (ред. от 29.12.2001, с 2.

изм. от 26.11.2002) (с изм. и доп., вступающими в силу с 01.07.2002) – утратил силу.

Калашникова, Н. Я. Гарантии прав свидетеля, эксперта, переводчика и понятого в советском уголовном процессе / Н. Я. Калашникова. — М: Изд-во Моск.ун-та, 1966. – 40 c.

Свидетель как участник уголовного процесса… Марченко С. Л. Обеспечение безопасности участников уголовного процесса: Автореф. дис....

4.

канд. юрид. наук. М., 1994–16 c.

Ожегов С. И. Словарь русского языка / С. И. Ожегов / Под ред. Н. Ю. Шведовой.. — М.: Рус. яз., 5.

2006. — 736 c.

Петуховский А. А. Уголовно-процессуальные аспекты обеспечения безопасности свидетелей, 6.

потерпевших и других граждан, содействующих уголовному судопроизводству // Актуальные проблемы расследования преступлений. Труды Академии МВД России / Академия МВД России. – М., 1995. – 98 c.

Poddubniak A. Witness as participant of criminal trial of the Russian Federation // Scientific messages of Crimean federal university the name of V. I. Vernadsky. Juridical sciences. – 2015. – Т. 1 (67). №2. – Р. 108–112.

In article the questions mentioning the procedural provision of subject of criminal legal proceedings – the witness are considered. Historical development of a figure of the witness in the Russian criminal trial is analyzed, questions on providing security measures of the witness which indications are one of the important sources of proofs are investigated. The main tendency connected with regulation position of witnesses which is traced in Russia, since judicial reform of 1864 and adoption of the Charter of criminal legal proceedings on November 20, 1864, consists in democratization of the relevant precepts of law first of all relating to the list of witness immunities. The historical analysis of the pre-revolutionary and Soviet criminal procedure legislation allows to draw a conclusion that many provisions regulating legal status of the witness were progressive for the time and found the reflection and in the current legislation. So, with adoption of the Constitution of the Russian Federation and the Criminal Procedure Code of the Russian Federation his rights and interests are declare the priority the person. The procedural status of the witness considerably changed: the concept of the witness, his basic rights, duties is enshrined in Par. 56 of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation, witness immunity is established, security measures of the witness are provided.

Keywords: criminal trial, witness, legal status, security measures, witness testimony.

Spisok literatury

1. Ugolovno-processual'nyj kodeks RF ot 18.12.2001 № 174-FZ (red. ot 13.07.2015, s izm. idop., vstup. v silu s 15.09.2015).

2. Ugolovno-processual'nyj kodeks RSFSR" (utv. VS RSFSR 27.10.1960) (red. ot 29.12.2001, s izm.

ot 26.11.2002) (s izm. idop.,vstupayushchimi v silu s 01.07.2002) – utratilsilu.

3. Kalashnikova, N. YA. Garantii prav svidetelya, ehksperta, perevodchika I ponyatogo v sovetskom ugolovnom processe / N. YA. Kalashnikova. — M: Izd-vo Mosk.un-ta, 1966. – 40 c.

4. Marchenko S. L. Obespechenie bezopasnosti uchastnikov ugolovnogo processa: Avtoref. dis....

kand. yurid. nauk. M., 1994–16 c.

5. Ozhegov S. I. Slovar' russkogo yazyka / S. I. Ozhegov / Pod red. N. YU. SHvedovoj.. — M.: Rus.

yaz., 2006. — 736 c.

6. Petuhovskij A. A. Ugolovno-processual'nye aspekty obespecheniya bezopasnosti svidetelej, poterpevshih I drugih grazhdan, sodejstvuyushchih ugolovnomusu doproizvodstvu // Aktual'nye problemy rassledovaniy aprestuplenij. Trudy Akademii MVD Rossii / Akademiya MVD Rossii. – M., 1995. – 98c.

.

Скворцова О. В., Степанюк А. Н.

Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского Юридические науки. – 2015. – Т. 1 (67). № 2. – С. 113–117.

УДК 343.61

–  –  –

В работе исследуются положения действующего уголовного законодательства РФ, предусматривающие ответственность за совершение убийства, совершенного в состоянии аффекта. Авторами отмечается наличие дискуссионных вопросов относительно регламентации данного деяния и необходимость усовершенствования диспозиции указанной статьи. Ставится и анализируется вопрос о целесообразности наличия в диспозиции ключевых терминов и понятий, исследуется их содержание. Приводятся предложения по корректировке данного привилегированного состава путем исключения термина «внезапно возникшее сильное душевное волнение»; обозначения четкого перечня лиц, относительно которых могут совершаться противоправные и аморальные действия, вызывающие состояние аффекта, и исчерпывающего перечня обстоятельств, которые вводят субъекта преступления в состояние аффекта.

Ключевые слова: состояние аффекта, сильное душевное волнение, классический аффект, аккумулятивный аффект, иные лица, извинительный характер действий, аффект гнева, паталогический аффект, физиологический аффект, противоправные действия, аморальные действия, психотравмирующая ситуация.

Динамика развития общественных отношений, сложная криминальная ситуация на протяжении последних лет в России приводит к увеличению насильственных преступлений. Возникает необходимость усовершенствования законодательной базы в целом и в отдельных отраслях публичного права. Именно поэтому достаточно актуальной является проблема корректировки и совершенствования уголовного законодательства.

Конституция Российской Федерации (далее – РФ) провозглашает, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Глава 2 Конституции гарантирует право каждого человека на жизнь, охрану собственного достоинства, свободу и личную неприкосновенность. Охрана личности от преступных посягательств является важнейшей задачей уголовного законодательства. Борьба с опасными и наиболее тяжкими преступлениями определяет основные направления деятельности государства. Именно поэтому можно утверждать, что ведущая роль в этой деятельности принадлежит Уголовному Закону. Несмотря на то, что новый Уголовный кодекс (далее – УК) РФ от 13 июня 1996 года содержит в себе существенные изменения и новеллы по определенным категориям преступлений, в том числе и по таким, как умышленные убийства, все же некоторые статьи требуют дополнений и изменений с целью эффективного действия уголовно-правовых норм, которые предусматривают уголовную ответственность за умышленное убийство. Это также во многом зависит от эффективности и правоприменительной практики правоохранительных органов, которая невозможна без правильного разграничения преступлений с отягчающими и смягчающими обстоятельствами. Вышеупомянутое разграничение отвечает основным принципам защиты прав и свобод человека и гражданина, закрепленным в Конституции РФ, а также принципу справедливости при назначении наказания. На основе этого УК РФ выделяет виды умышленного убийства при смягчающих обстоятельствах. Одним из них является убийство, совершенное в состоянии Некоторые аспекты уголовно-правовой… аффекта, диспозиция которого требует разработки предложений по совершенствованию соответствующего законодательства и рекомендаций по его применению. УК закрепил данную ст. 107 в таком виде «Убийство, совершенное в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного насилием, издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего либо иными противоправными или аморальными действиями (бездействием) потерпевшего, а равно длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего» [1].

Проблема законодательной регламентации убийства, совершенного в состоянии аффекта, в уголовном праве привлекала внимание многих ученыхкриминалистов. Отдельные ее стороны рассматривались Я. О. Гасановой, Ю. И. Ляпуновым, Н. И. Загородниковым, С. В. Бородиным, В. И. Ткаченко и рядом других авторов. В работах названных авторов содержатся научно обоснованные и практически полезные выводы. Но в наше время остается достаточное количество вопросов, являющихся дискуссионными и спорными, требующими дальнейшей научной разработки с учетом нового законодательства и новых требований, которые выдвигают современные общественные отношения. Поэтому задача законодателей при написании Уголовного Закона заключается в том, чтобы сделать эти нормы более совершенными и простыми для понимания в плане их применения на практике.

Однако стремление законодателя сделать закон более простым для его применения практическими работниками следствия и суда, желание перевести норму закона на более доступный для широкого круга язык, играет далеко не положительную роль, а наоборот, на данный момент усложняет правильное применение таких норм. Стремление законодателя упростить уголовно-правовую норму для практических работников привело к неточному толкованию такого привычного психологического понятия как аффект. В связи с этим в теории уголовного права и практике соответствующих субъектов нет единства в понимании физиологического аффекта. При этом понятие физиологического аффекта достаточно хорошо разработано в психологии известными учеными в этой области.

В УК 1960 г. не употребляется такой термин как «аффект», а речь идет о сильном душевном волнении. В новом Уголовном кодексе было введено понятие «аффект». Такое новшество привело к возникновению определенных сложностей в правоприменительной практике. Этот факт объясняется тем, что такие понятия как «аффект» и «сильное душевное волнение» рассматриваются как синонимические и близкие по своему значению, но не считаются тождественными.

Рассматривая диспозицию ст. 107 УК РФ, можно заметить, что понятие «аффект» помещено в скобки как термин, который разъясняет понятие «сильное душевное волнение», а значит, законодатель считает их тождественными и равносильными. Достаточно интересной точкой зрения по этому поводу является мнение Н. Подольного, который в своей работе указал на то, что до утверждения УК 1996 года, понятие «сильное душевное волнение» рецензировалось как более обширное, чем понятие «аффект». При этом установление наличия или отсутствия аффекта было возложено на судебно-психологическую экспертизу, а выяснение сильного душевного волнения – на суд, в обязанности которого входило вынесение заключения об этом, исходя из материалов уголовного дела. Такая практика применения данной статьи является достаточно правильной и отвечает всем требованиям норм действующего законодательства [5, с. 36]. Также Н. Подольный указывает на тот факт, что, учитывая, что аффект и сильное душевное волнение стали употребляться как идентичные понятия, устанавливать их наличие или отсутствие стал эксперт-психолог. Это определено тем, что в отличие от сильного Скворцова О. В., Степанюк А. Н.

душевного волнения – понятия исключительно юриспруденции, аффект – понятие психологии, определяющее однозначно эмоциональное состояние. Поэтому когда, согласно редакции УК РФ 1996 года, эти два понятия стали равнозначными, то установление сильного душевного волнения стало компетенцией экспертапсихолога. Следовательно, эксперт-психолог трансформировался в так называемого «маленького судью», который должен решать вопросы, которые раньше решал суд [5, с. 36].

Именно поэтому с принятием нового УК в правоприменительной практике появились разногласия по поводу того, кто именно должен устанавливать наличие либо отсутствие «состояние аффекта» и «состояние сильного душевного волнения».

В настоящее время имеет место проблема превышения своих полномочий либо со стороны экспертов-психологов, либо – судей, которые в случае несогласия с мнением эксперта, вместо того, чтобы назначить повторную экспертизу, вторгаются в область компетенции экспертов-психологов. А в теории и практике уголовного права до сих пор можно встретить термины «аффект», «сильное душевное волнение», «душевное волнение», «внезапно возникшее сильное душевное волнение» и т.п. «Подобная терминологическая неупорядоченность, - говорит В.В.

Сидоров - следствие не только небрежности или невнимательности работников следствия и суда, но и определенного недопонимания ими роли аффекта в уголовном праве» [8, с. 72]. К тому же многие криминалисты рассматривают понятия «душевное волнение» и «аффект» как равноценные и тождественные [7, с. 15–18]. Между тем, отмечает Сидоров В. В., эти понятия не идентичные, хотя и однопорядковые [8, с. 72]. Такие выводы ученого являются правильными, поскольку степень душевного волнения является одним, хотя и наиболее насыщенным и выразительным, но не самым существенным признаком аффекта.

Как известно, основной отличительной чертой аффекта является его воздействие на сознание и волю человека.

Прежде всего, необходимо начать с определения понятия аффекта и обратить особое внимание, сделать акцент на то, что в словаре русского языка «аффект»

определяется как состояние сильного возбуждения и потеря самоконтроля [4, с. 38].

Необходимым является также указание на то, как аффект понимается в психологии.

В психологии аффект понимается как сильное и относительно кратковременное состояние, связанное с резким изменением важных для субъекта жизненных обстоятельств и сопровождаемое резко выраженными двигательными проявлениями и изменениями в функциях внутренних органов [6, с. 28]. Внезапно возникшее сильное душевное волнение – физиологический аффект, представляющий кратковременную интенсивную эмоциональную вспышку, которая занимает господствующее положение в сознании при сохранении способности к самообладанию и возможности действовать в связи с поводом, вызвавшим аффективную реакцию.

Известные психологи в своих трудах выделяют такие виды аффекта как: аффект, который происходит как прямая реакция на внешний раздражитель, то есть объективные обстоятельства окружающей среды, которые доводят субъекта до подобного состояния (классический); аккумулятивный аффект – аффект, который возникает в результате длительного накопления незначительных по силе негативных эмоций с дальнейшей разрядкой в виде бурного и малоуправляемого аффективного всплеска, который наступает без явных причин. Эти два вышеупомянутых вида аффекта нашли свое отображение в ст. 107 УК РФ. Данное нововведение является достаточно уместным, так как в УК 1960 года шла речь только о классическом аффекте, а аккумулятивный аффект не был включен в диспозицию данной статьи в слеНекоторые аспекты уголовно-правовой… дующем виде: «длительная психотравмирующая ситуация, возникшая в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего». Эмоциональное напряжение при аккумулятивном аффекте накапливается в течение длительного периода времени (месяцы и годы), что обусловлено особенностями психотравмирующей ситуации, носящей инертный характер. Возникающий при этом застойный характер аффекта в итоге приводит к эмоциональному напряжению и повышенному возбуждению нервной системы потерпевшего, т. е. аффективной готовности к деликту. Как правило, малозначительный повод может вызвать кратковременную неистовую эмоциональную реакцию (аффект, который можно назвать «последняя капля»).

По своей природе аффект бывает физиологическим и патологическим. Разница между этими двумя видами аффектов заключается в том, что паталогический аффект исключает вменяемость, а значит и уголовную ответственность, а физиологический – нет. При паталогическом аффекте лицо не осознает те действия, которые оно совершает, его сознание отключается, а при физиологическом аффекте сознание резко «суживается», но не «отключается» полностью. Именно поэтому в данном составе преступления уголовная ответственность не исключается, и, если физиологический аффект был вызван противоправным или аморальным поведением потерпевшего, обязательно будет учитываться уголовным законом или как обстоятельство, смягчающее ответственность, или как обстоятельство, смягчающее наказание.

Термин аффект (физиологический аффект), как уже отмечалось, впервые был закреплен в новом УК РФ в ст. 107. Многие ученые, которые занимались проблемой аффекта, имеют противоречивые точки зрения по поводу правильности и легальности закрепления в уголовном законе данного термина. Достаточно интересной и, на наш взгляд, правильной является позиция профессора Б. Сидорова, который указал на то, что в уголовный закон необходимо внести только понятие аффект, так как, по его мнению, «упрощенное, но не точное истолкование известного психологического понятия, стремление перевести его на более понятный для широкого круга язык играет не положительную роль, а наоборот, существенно затрудняет, правильное и единообразное применение норм, регулирующих ответственность за преступления совершенные в состоянии аффекта» [8, с. 71].

Другие авторы высказывают противоположную этой точке зрения мысль о том, что необходимо заменить термин «аффект» на «внезапно возникшее сильное душевное волнение», при этом они не мотивируют свои выводы по этому поводу [2, с. 113].

В психологии существует несколько видов аффекта: гнева, отчаяния, страха, ненависти, страха, ужаса и радости. Что касается судебной практики, то можно утверждать, что чаще всего встречаются такие виды аффекта как гнев, страх и ненависть. Каждый из этих аффектов хоть и может быть вызван одними причинами, но в психике человека играет определенно индивидуальную роль и по-разному может воздействовать на психическое состояние каждого человека в зависимости от личности и обстановки дела. Аффект гнева относится к защитному рефлексу и носит агрессивный характер. Он связан с неприязненным отношением к объекту (чаще всего к человеку), который тем или иным образом противостоит внутренним убеждениям, вкусам и переживаниям лица. Самозащитный характер аффекта гнева состоит в том, что человек ощущает потребность в эмоциональном успокоении путем агрессии. Аффект страха возникает в случаях, когда существует определенная угроза личным права, свободам или благам определенной личности.

Данный вид аффекта связан с оборонительным рефлексом. Действия, которые совершаются под воздействием этого аффекта, носят исключительно оборонительный характер. Поэтому можно утверждать, что обязательным Скворцова О. В., Степанюк А. Н.

признаком преступления, предусмотренного в ст.107 УК РФ, является аффект гнева и ненависти.

Исходя из вышесказанного, можно твердо утверждать, что в таком составе преступления как убийство, совершенное в состоянии аффекта, необходимо убрать такой термин как «внезапно возникшее сильное душевное волнение» и прибегнуть к понятию «аффект» либо «аффект ненависти и гнева» (вариант: «физиологический аффект»). Это исключит терминологическую хаотичность, приведет к верному и единообразному применению данной уголовно-правовой нормы и будет помогать в практической деятельности в определении субъектов, которые будут уполномочены устанавливать подобное состояние субъекта преступления.

Также необходимо указать на то, что в диспозиции статьи уголовного закона имеется определенный недостаток, где не указывается, в отношении каких именно лиц могут совершаться альтернативные действия, которые вводят виновное лицо в состояние аффекта. Поэтому уголовно-правовую норму целесообразно было бы регламентировать в таком виде: «если действия (бездействие) потерпевшего были направлены против самого виновного, его близких или иных лиц», и указать, какая именно категория лиц подпадает под понятие «иные лица», что поможет намного упростить понимание данной статьи и выяснить, в отношении какого именно лица могут совершаться противоправные и аморальные действия, которые могут ввести человека в состояние аффекта.

Итак, неправомерное поведение потерпевшего должно быть направлено либо в отношении самого виновного, его близких либо иных лиц, что должно быть отображено в уголовно-правовой норме, так как данная статья может толковаться разными правоприменителями по-своему, что может привести к злоупотреблению власти и своих должностных полномочий определенными субъектами. Именно поэтому необходимо раскрыть и уточнить вышеуказанные понятия, которые мы посчитали нужным включить в диспозицию статьи 107 УК РФ.

«Потерпевший» в данной статье – это лицо, которое своими альтернативными действиями, предусмотренными в диспозиции статьи (издевательством, тяжким оскорблением, противоправными или аморальными действиями [бездействием]) вызвал у виновного состояние сильного душевного волнения (аффекта), либо привел виновного к длительной психотравмирующей ситуации своим систематическим противоправным или аморальным поведением. «Виновный» – это физическое вменяемое лицо, которое в состоянии сильного душевного волнения (аффекта), вызванного издевательством, тяжким оскорблением, противоправными или аморальными действиями (бездействием) либо с состоянии длительной психотравмирующей ситуации, которая возникла в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего, причинило смерть другому человеку (потерпевшему).

«Близкие лица» – это близкие родственники и иные лица, состоящие с виновным в родстве, родственники супруга (супруги), а также лица, здоровье и благополучие которых заведомо для потерпевшего дороги виновному в силу сложившихся личных отношений. К близким родственникам относятся:

родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и сестры, дед, бабка, внуки, а также супруг. Родственники супруга (супруги): свекор (свекровь) – отец (мать) мужа; тесть (теща) – отец (мать) жены; зять – муж дочери или сестры; сноха (невестка) – жена сына; мачеха – жена отца по отношению к его детям от прежних браков; отчим – муж матери по отношению к ее детям от прежних браков; пасынок

– сын одного из супругов по отношению к другому супругу; падчерица – дочь одного из супругов по отношению к другому супругу; золовка – сестра мужа;

Некоторые аспекты уголовно-правовой… шурин – брат жены; свояченица – сестра жены; свояк – муж свояченицы. «Лица, здоровье и благополучие которых заведомо для потерпевшего дороги виновному в силу сложившихся личных отношений», – это лица, которые не являются близкими родственниками либо родственниками супруга (супруги) виновного, но в силу своих связей и близких отношений между виновным они имеют огромную ценность и значимость для последнего. Необходимо сделать акцент на том, что потерпевший заведомо должен знать о том, что определенное лицо является дорогим для виновного.

То есть, учитывая содержание данного положения, можно проследить непосредственную связь между виновным и потерпевшим в процессе возникновения аффекта, который вызывается единичным действием (бездействием) потерпевшего внезапно, спонтанно и на протяжении короткого промежутка времени, либо возникает длительная психотравмирующая ситуация, вызванная совокупностью единичных действий (бездействий) и одним кульминационным действием, которое «вынудило» виновного совершить убийство. Необходимо акцентировать внимание на том, что, по нашему мнению, для квалификации данного деяния не имеет значения тот факт, были ли виновный и потерпевший заблаговременно знакомы между собой, познакомились ли они незадолго до преступления, но это, в большей степени, касается внезапно возникшего сильного волнения. Если говорить о длительной психотравмирующей ситуации, то здесь явно прослеживается предварительная связь и знакомство потерпевшего и виновного, так как систематическое противоправное или аморальное поведение говорит о неоднократности взаимосвязей и встреч последних.

Также последствием некорректности этой статьи может быть освобождение от уголовной ответственности виновного лица либо наоборот.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |



Похожие работы:

«Отчет о работе Белгородского государственного историкокраеведческого музея за 2015 г. В 2015 г. работа Белгородского государственного историкокраеведческого музея и его филиала – Мемориала "В честь героев Курской битвы" строилась в рамках выполнения областной целевой программы "Развитие и сохранение культуры и искусства Белгородской област...»

«Военно-историческій очеркъ города Анапы И о. боя взя'1'ыми рлбами Суда в ь Аяан пагругкать. П у ш к і! и ц "Галубъи. Даяеко не ііервоклассная, но крайне ;шоиредиая въ полнтическомъ отію шсн...»

«УДК 619+03.29):378.096 ИСТОРИЧЕСКИЕ ФАКТЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ НАУЧНОЙ РАБОТЫ НА ФАКУЛЬТЕТЕ ВЕТЕРИНАРНОЙ МЕДИЦИНЫ ЮФ НУБИП УКРАИНЫ "КРЫМСКИЙ АГРОТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ" Лемещенко В.В., д.вет.н., профессор Скрипник В.И., к.вет...»

«1 ЛИСТ СОГЛАСОВАНИЯ от 25.06.2015 Рег. номер: 3551-1 (25.06.2015) Дисциплина: трудовое право 46.03.02 Документоведение и архивоведение/4 года ЗФО; 46.03.02 Учебный план: Документоведение и архивоведение/4 года ОФО Вид УМК: Электронное издание Инициатор: Хильчук Елена Леонидовна Автор: Хильчук Елена Леонидовна Кафедра: Кафе...»

«Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь, 07.03.2014, 1/14874 УКАЗ ПРЕЗИДЕНТА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ 4 марта 2014 г. № 110 О мерах по обеспечению деятельности государственного учреждения "Государственная инспекция по маломерным су...»

«Министерство образования РД Средняя школа №8 Провела урок в 10 "б"классе учитель русского языка и литературы Гаджиева Т. К. Компьютерное оформление урока: Ахмедова А.А. Дербент 2007 год Тема: "Недаром помнит вся Россия про день Бородина." Отечественная война 1812 года в романе "Вой...»

«124 ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА 2015. Т. 25, вып. 6 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ УДК 002.2(470.51) И.Ф. Павлова ФАКТОРЫ РАЗВИТИЯ РЕГИОНАЛЬНОГО КНИГОИЗДАНИЯ В статье рассматриваются проблемы отечественного регионального книгоиздания. Несмотря на большое количество публикаций, защищенных диссертаций, были выявлены неразработанные...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК Институт этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая Этнокультурное развитие регионов: молодежный взгляд По материалам конференции молодых ученых Москва, 1–3 декабря 2015 г. Москва 2016 ББК 63.3+63.4+63.5+63.6 УДК 39+9+316 Э 91 Опубликовано в рамках программы фундаментальных исследо...»

«Фэй Хайтин Федеративные идеи в политической теории русского народничества (А.И. Герцен, М.А. Бакунин, П.Л. Лавров, П.Н. Ткачев) Специальность 07.00.02 – Отечественная история Автореферат диссертации на соискание ученой сте...»

«Цветков Юрий Леонидович МОДЕЛИРОВАНИЕ РЕАЛЬНОГО И ВООБРАЖАЕМОГО МИРАВ НОВЕЛЛАХ ЭДГАРА ПО И ГУГО ФОН ГОФМАНСТАЛЯ Исследуются повествовательные особенности новеллы Гофмансталя Кавалерийская история. Она обнаруживает сходные принципы построения реальн...»

«6 И дею этой книги мне подсказал много лет назад (в конце 80-х гг. ХХ века) замечательный украинский историк Федор Шевченко. Узнав, что студентка Ленинградского государственного университета занимается Руиной, Федор Павлович посоветовал в таком случае начин...»

«Александр ГАЛЯС Браки совершаются в Одессе Наш город дал миру многих знаменитых людей. Но, пожалуй, не мень шее количество знаменитостей повстречали тут свою любовь. Удивлят...»

«Мухамедов Руслан Рашитович Организация и правовое регулирование деятельности суда присяжных в Симбирской губернии /вторая половина Х1Х – начало ХХ вв./: Историко-правовое исследование Специальность 12.00.01 – Теория и история права и государства; история учений о праве и государстве Автореферат диссертации на соискание ученой с...»

«С. Н. Вангородекий М. И. Кузнецов В. Н. Латчук В. В. Марков сновь1 класс О &ЕЗОПАСНОСТИ С. Н. Вангородекий М. И. Кузнецов В. Н. Латчук В. В. Марков Основы &ЕЗОПАСНОСТИ 1КИЭНЕДЕЯТЕЯЬНОСТИ УЧЕБНИК ДЛЯ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ УЧ...»

«УДК 001(470.5) В. В. Запарий, А. В. Сперанский* УРАЛЬСКИЕ ВОЕННО-ИСТОРИЧЕСКИЕ ЧТЕНИЯ КАК ОБЩЕ­ СТВЕННОЕ И НАУЧНОЕ ЯВЛЕНИЕ СОВРЕМЕННОСТИ В статье обобщен опыт организации и проведения Уральских военноисторических чтений. Показан научный и общественный потенциал конфе­ ренции, которая стала традиционным...»

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОЕ ФИЛОСОФСКОЕ ОБЩЕСТВО Институт философии Кафедра истории философии Центр изучения средневековой культуры VERBUM Альманах Центра изучения средневековой культуры Издается с 1999 года Выпуск 17 Майстер...»

«Владислав Леонидович Карнацевич 500 знаменитых исторических событий Серия "100 знаменитых" Издательский текст http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=4964707 500 знаменитых исторических событий: Фолио; Харьков; ISBN 978-966-03-3802-9 Аннотация Чтобы понять настоящее и предвидеть будущее, надо знать прошлое. А потому предла...»

«1. Цели освоения дисциплины Целями освоения учебной дисциплины "Образ другого в западной культуре" по профилю магистратуры "Интеллектуальная жизнь Запада: от средних веков к современности" является формирование у студентов общекультурных, общепрофессиональных и профессиональных компетенц...»

«В. С. СОЛОВЬЕВ Славянофильство и е о вырождение Гл. I—III История славянофильства есть лишь постепенное обличение той внутренней двойственности непримиренных и непримири мых мотивов, которая с самого начала легла в основу этого и...»

«М.Я. Рожанский Сибирь как пространство памяти Рожанский М.Я. Сибирь как пространство памяти Памятник В.М. Шукшину на горе Пикет в с. Сростки М.Я. Рожанский Сибирь как пространство памяти Иркутск Министерство образования и науки РФ ФГБОУ ВПО "Иркутский государственный университет" Межрегиональный институт обществе...»

«ИСТОРИЯ, КОТОРОЙ НЕ БЫЛО ОЛЕГ ШУШАКОВ Москва ВЕЧЕ УДК 821.161.1-312.9 ББК 84(2) Ш98 Шушаков, О.А.Ш98 И на вражьей земле. : роман / Олег Шушаков. — М. : Вече, 2010. — 320 с. — (История, которой не было). ISBN 978 5 9533 4201 8 Как известно из истории, конфликт между СССР и Япо...»

«Мусбахова Виктория Талгатовна СРАВНИТЕЛЬНО-ИСТОРИЧЕСКОЕ ИЗУЧЕНИЕ ТЕКСТА И ПРОБЛЕМЫ АВТОРСТВА (на материале трагедии "Прометей Прикованный") Специальности Сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное...»

«Управление по работе с личным составом МВД по Республике Карелии БЮЛЛЕТЕНЬ Музей истории МВД по Республике Карелия ВЫПУСК 4 (28) Петрозаводск – 2009 Оглавление История карельских правоохранительных о...»

«Иван Александрович Ильин Кризис Безбожия Глава первая Историческое время, выпавшее нам на долю, исполнено великого и глубокого значения: это эпоха чрезвычайной насыщенности, напряженности, эпоха крушения, подводящего итоги большому историческому периоду; это время испытания: совер...»

«БАРБЕНКО ЯРОСЛАВ АЛЕКСАНДРОВИЧ Крестьянское расселение в Приморской области как часть русской колонизации Приамурья во второй половине XIX в. 07.00.02 – Отечественная история ДИССЕРТАЦИЯ на соискание учено...»

«Наталья Борисовна Лебина Мужчина и женщина: Тело, мода, культура. СССР – оттепель Серия "Библиотека журнала "Теория моды"" http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=10751850 Мужчина и женщина Тело, мода, культура. СССР – оттепель: Новое литературное...»

«ентр социальной истории Института всеобщей истории РАН еждисциплинарный центр изучения истории, экономики и общества ентр экономической истории Исторического факультета МГУ им.. В. Ломоносова Сектор этноген...»

«КУДА ИДЕТ ТЕОРИЯ ПРАКТИК: ПОВОРОТ К МАТЕРИАЛЬНОСТИ Автор: О. В. ХАРХОРДИН ХАРХОРДИН Олег Валерьевич Ph.D., профессор, ректор Европейского университета в С. Петербурге. Аннотация. Рассмотрены направления развития исследований в русле теории практик после 2008 г. Первое направление занялось анализом одно...»

«Косенков Олег Николаевич К ИСТОРИИ ДИСКУССИИ О ЦЕЛЕСООБРАЗНОСТИ НАЧАЛЬНОГО ВОЕННОГО ОБУЧЕНИЯ В ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ ШКОЛЕ РФ На основе исторического опыта РФ, проанализированного с помощью материалов Калининградской области, рассматриваются вопросы целесообразности включения в школьную программу предмета Начальная военная подготовка. А...»








 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.