WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 9 |

«АРХИЕПИСКОП МЭТЬЮ ПАРКЕР И ЦЕРКОВНАЯ ПОЛИТИКА В АНГЛИИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVI ВЕКА ...»

-- [ Страница 4 ] --

Уже В. Брук считал споры о рукоположении архиепископа не более чем историографической коллизией, которая недостойна серьезного разбора и подробного упоминания545. Для нас, впрочем, интересен сам факт наличия таких споров, который показывает, сколь большое значение придавалось процедуре избрания и, особенно, рукоположения архиепископа. Такой интерес был продиктован, в первую очередь, спором об апостольском преемстве епископов церкви Англии и, следовательно, действительности ее духовенства. В 1896 г. папа Римский издал буллу «Apostolicae Curiae» отрицавшую апостольское преемство англиканского духовенства на том основании, что со времени принятия в 1552 г. нового порядка рукоположения в Англии не было правильно назначенных епископов, впрочем, та же аргументация, как уже сказано, применялась и ранее, пусть и не на столь высоком уровне. Так как до 1559 г. большинство епископов церкви Англии были рукоположены по католическому обряду546, то именно рукоположение Паркера стало ключевым моментом этих споров. К сожалению, источники не позволяют нам определенно сказать, имели ли подобные соображения в виду те, кто готовил рукоположение в 1559 г. (в частности, Сесил и сам Паркер), однако это представляется весьма вероятным. В таком случае не вызывают удивления ни их усилия по разработке процедуры, ни отбор участников церемонии547. В то же время, необходимо Наиболее подробный критический разбор построений Дж. Уайтбрука представлен в работе Shirley F. J. J.

Elizabeth's First Archbishop. A Reply to Mr. J. C. Whitebrook's Consecration of the Most Reverend Matthew Parker. [S. l.], 1948.

Заметим, кстати, что документы, касающиеся избрания Мэтью Паркера, расположены в журнале не в хронологической последовательности. Это связано с тем, что первая запись журнала (Registrum. Vol. 1. P. 2–5) описывает утверждение избрания в церкви Мэри-ле-Боу, затем помещены документы, представленные во время избрания (Ibid. P. 7–29), после которых находится заключение собрания 9 декабря (Ibid. P. 29-31). Таким образом, все указанные тексты помещены как отчет об утверждении избрания Паркера епископами.

См., например, Gray M. The Cloister and the Hearth: Anthony Kitchin and Hugh Jones, Two Reformation Bishops of Llandaff // Journal of Welsh Religious History. 1999. Vol. 3. P. 21–22.

Это характерно, например, для вышеуказанной работы Ф. Ширли.

Brook V. J. K. A Life of Archbishop Parker. P. 86. Тем не менее, он замечает, что 17 декабря как дата рукоположения Паркера упоминается не только в журнале, но и в «Memoranda», а также в дневнике Генри Мэчина.

Напомним, что, к примеру, Томас Кранмер занял кафедру архиепископа Кентерберийского в 1533 г., еще до окончательного разрыва с Римом.

Особенно интересна в этом отношении фигура Уильяма Барлоу. Он стал епископом в 1536 г., еще до реформ иметь в виду, что наиболее активные споры об апостольском преемстве церкви Англии начались несколько позже, после завершения в 1564 г. Тридентского собора, также рассматривавшего этот вопрос. При этом не все английские богословы соглашались с католической трактовкой этой доктрины. Так, по наблюдению С. Арчера, Ричард Хукер, один из наиболее влиятельных авторов второй половины XVI в., отрицал, что епископат был установлен Богом, хотя и возводил его историю к апостольским временам. Противоположная, то есть практически католическая точка зрения на этот вопрос высказывалась, например, Ричардом Бэнкрофтом, архиепископом Кентерберийским в 1604–1610 гг.548 Доподлинно неизвестно, каких взглядов придерживались Паркер и Сесил в 1559 г., однако, с нашей точки зрения, предпринятые ими меры должны были способствовать легитимации церкви Англии именно в глазах католиков.





Причем совсем не обязательно, что они пытались показать правомерность новой церкви Риму.

Скорее, на наш взгляд, «адресатами» этого «послания» должны были стать весьма многочисленные католики внутри королевства, на которых власти вынуждены были оглядываться во время «елизаветинского религиозного урегулирования».

Таким образом, завершая разговор о том, как Мэтью Паркер занял должность архиепископа Кентерберийского в 1559 г., можно сказать следующее. Во-первых, вполне ясно, что решение о его назначении было принято достаточно быстро и обсуждалось весьма узким кругом лиц. Примечательно, что ключевая роль в этом деле принадлежала исключительно светским властям: все переговоры с Паркером вели Уильям Сесил и Николас Бэкон. При этом даже те деятели церкви, которые, как, например, Эдвин Сэндис, принимали активное участие в событиях весны 1559 г., не знали о возможной кандидатуре будущего примаса церкви. Вовторых, весьма важно, что при назначении нового архиепископа были тщательнейшим образом соблюдены все необходимые традицонные формальности, обставлявшие его избрание, несмотря на то, что даже в этой процедуре прослеживается значительное влияние королевы, превращавшее его фактически в не более чем ритуал. В-третьих, значительное внимание было уделено организации и проведению церемонии рукоположения таким образом, чтобы она вызывала как можно меньше нареканий со стороны противников церкви Англии. Основной задачей этих усилий была, как нам представляется, своего рода символическая декларация апостольского преемства нового примаса, а следовательно, и истинности церкви в целом.

Эдуарда VI, и занимал последовательно кафедры Сент-Асаф, Сент-Дэвидс и Бат и Уэллс, а при Елизавете стал епископом Чичестерским. Он играл наиболее важную роль в церемонии рукоположения, так как его право на проведение рукоположения считалось наиболее надежным, однако и оно оспаривалось в первой половине XX в. на основании его якобы неправильного рукоположения. См. Barnes A. S. Bishop Barlow and Anglican Orders. L., 1922.

Положения этой работы были опровергнуты в исследовании Jenkins C. Barlow’s Consecration and Archbishop Parker’s Register: with some new documents. L., 1935.

Подробнее см.: Archer S. Hooker on Apostolic Succession: The Two Voices // SCJ. 1993. Vol. 24. № 1. P. 67–74. Об апостольском апостольском преемстве церкви Англии см. также: Haddan A. W. Apostolic Succession in the Church of England. L., Oxford, Cambridge, 1870.

Глава 3. Архиепископ Кентерберийский и управление церковью Англии в 1559–1575 годах §1.

Финансовые и административные проблемы церкви, провинции и диоцеза Настоящая и следующая главы нашей работы посвящены различным аспектам деятельности Мэтью Паркера в годы его архиепископского правления. Разделение ее на две сферы – административную и, так сказать, «вероучительную», связанную с формированием и отстаиванием доктрины, – конечно, достаточно условно. Едва ли возможно однозначно сказать, выступал ли Паркер, например, во время спора об облачениях в большей степени как богослов и полемист или администратор – обе эти роли были одинаково важны. То же относится и к конвокациям – церковным синодам, рассматривавшим важные проблемы вероучения. Они представляют интерес с точки зрения изучения как форм взаимодействия власти и духовенства, так и становления церковной доктрины. Имея в виду некоторую размытость границ проблематики этой и следующей глав, мы все же предлагаем сначала сосредоточиться на административной деятельности архиепископа Кентерберийского и его отношениях со светскими властями и духовенством.

Прежде всего необходимо повторить, что, как и любой архиепископ Кентерберийский, Паркер выступал в двоякой роли: с одной стороны, являлся правящим епископом своего диоцеза, с другой – руководил всей южной провинцией и английской церковью в целом, будучи ее примасом. В центре нашего внимания находится его деятельность во втором качестве, однако обращение к вопросам, связанным с управлением его епархией, представляет значительный интерес в свете рассматриваемых в настоящей главе проблем, поскольку дает возможность проследить, какими принципами архиепископ руководствовался при проведении своей политики. В некоторых случаях это позволяет составить представление о взглядах Мэтью Паркера и методах их воплощения, а также о возникавших при этом проблемах.

Специальное изучение системы упраления церкви Англии в эпоху Реформации в последние десятилетия нечасто привлекает внимание историков549. Как правило, они попадают в поле зрения исследователей, занимающихся либо некими смежными сюжетами, связанными с английской церковью второй половины XVI–XVII в., либо локальной историей отдельных диоцезов550. В связи с этим нам представляется целесообразным предварить наши рассуждения Пожалуй, самым подробным описанием системы упраления церкви Англии при Елизавете I остается книга Kennedy W.

M. Elizabethan Episcopal Administration. L., 1924. Vol. 1–3. Во второй половине XX в. важную роль в изучении церковной администрации в контексте социально-экономической истории английской Реформации сыграли работы К. Хилла, в первую очередь: Hill C. Economic Problems of the Church: From Archbishop Whitgift to Long Parliament. Oxford, 1956. Впоследствии эта тематика привлекала внимание ряда его последователей, из которых особо стоит отметить Ф. Хил: Heal F. Of Prelates and Princes: A Study of Economic and Social Position of the Tudor Episcopate. Cambridge, 1980.

См., например: Hembry P. Bishops of Bath and Wells, 1540–1640. L., 1967; Wenig S. A. The Reformation in the некоторыми соображениями относительно административной системы церкви Англии вообще и места, которое занимал в ней епископ и примас. В общем и целом, система управления реформированной церкви Англии была унаследована от предыдущей эпохи. Основные органы управления, как епархиальные (суды консисторий, епископские канцелярии и т.д.), так и провинциальные (конвокации), внешне практически не изменились. Администрация оставалась достаточно сложной и запутанной системой, включавшей в себя помимо епископов и рядового духовенства различных церковных официалов, непосредственно занимавшихся управлением от имени прелата551.

Одним из основных инструментов, позволявших епископу контролировать жизнь своей епархии, были визитации – специальные инспекции, проводившиеся раз в несколько лет. Для каждой из них составлялись предписания, содержавшие список того, что следовало проверить, а также вопросов, которые нужно было задать во время инспекции. Как правило, они составлялись на основе предписаний для королевских и архиепископских визитаций 1560– 1563 гг., однако в них вносились коррективы, что позволяет проследить, какие проблемы считались более актуальными в тот или иной момент. В рассматриваемый период в своем диоцезе Паркер провел пять епархиальных («diocesan») визитаций – в 1560, 1563, 1566, 1569 и 1573 гг.552 Помимо таких инспекций, осуществлявшихся, как считалось, лично прелатом, раз или два в год каждый архидьякон епархии (в Кентерберийской их было трое) организовывал визитации на территории, за которую отвечал. Иногда визитации могли проводиться властью провинциального архиепископа или королевы. Наиболее яркий пример – королевские визитации 1559 г., организованные в чрезвычайных условиях быстрой смены вероучения.

Архиепископские («metropolitan») визитации проводились чаще, либо в связи с какими-то событиями (как, например, в Нориджском диоцезе в 1567–1568 гг., о чем речь пойдет ниже), либо просто для проверки состояния дел. По сути, они были основным инструментом, позволявшим примасу церкви составить представление о положении в разных частях провинции, а также непосредственно воздействовать на них. В остальном прелаты в рамках своих епархий обладали относительной свободой, естественно, в пределах, очерченных Diocese of Ely during the Episcopate of Richard Cox, 1559–77 // SCJ. 2002. Vol. 33. № 1. P. 151–180. В контексте нашей работы особо стоит отметить неопубликованную диссертацию Дж. Дэли, посвященную системе управления Кентерберийской епархии в годы правления Мэтью Паркера: Daeley J. I. The Episcopal Administration of Matthew Parker, Archbishop of Canterbury, 1559–1575. Thesis submitted… for the Degree of Doctor of Philosophy. L., 1967.

Несмотря на то, что ее выводы далеко не бесспорны, она интересна использованием и агрегацией весьма широкого круга источников, часть из которых оказалась нам недоступна.

Именно по этой причине значительная часть документов, входящих в журнал архиепископа Кентерберийского 1559–1575 гг., представляет собой всевозможные comissio, выдававшиеся представителям Паркера в разных вопросах.

Correspondence. P. 173, 183, 185; Registrum. Vol. 2. P. 531–551, 643–647, 905–936; Daeley J. I. The Episcopal Administration of Matthew Parker. P. 91.

законодательством королевства и общей линией церковной политики, в формировании которой играл свою роль и архиепископ Кентерберийский.

Одним из главных аспектов деятельности епископов было управление церковными владениями. Естественно, их размеры значительно разнились в разных епархиях, а соответственно, различались и доходы прелатов. Из всех английских епископов Паркер обладал наибольшими владениями и доходами, что едва ли может вызывать удивление, учитывая его статус. Система получения доходов оставалась достаточно сложной и включала несколько основных источников поступления средств: десятину с духовенства, доходы от маноров и приходов, непосредственно принадлежавших архиепископу, доходы от привилегий и т.д. Мы не будем вдаваться в детали функционирования этой системы, изучение которой лежит за рамками темы нашей работы, тем более что она в целом достаточно хорошо описана в работе Дж. Дэли553. Стоит, впрочем, сказать, что, как и другие административные вопросы, получение денег из разных источников было непосредственно препоручено специальному чиновнику, генеральному сборщику («receiver general»).

В период правления Паркера эту должность занимал Питер Мерш, изменивший около 1560 г. систему учета доходов, сведя их в единый документ554. В контексте нашей работы важно подчеркнуть, что доходы, получаемые архиепископом Кентерберийским, были весьма велики. Они несколько уменьшились в результате обменов земель в 1559 г. и немного колебались в разные годы, однако все равно составляли в среднем более трех тысяч фунтов в год555.

Подобно другим церковным владениям, собственность архиепископа Кентерберийского облагалась налогами в пользу королевы. Система церковного налогообложения, сформировавшаяся в период Реформации и просуществовавшая до 1664 г.556, состояла из трех основных элементов557. Первым из них были аннаты – единовременные платежи в размере девяти десятых годового дохода от держания, которые выплачивались при его получении, вторым – ежегодные десятины, третьим – субсидии, устанавливавшиеся конвокацией.

Daeley J. I. The Episcopal Administration of Matthew Parker. P. 330–336.

Ibid. P. 330.

Ibid. P. 322. Согласно описанию финансов епархии, составленной Джоном Паркером вскоре после смерти архиепископа, его годовой доход составлял около 3128 фунтов плюс 300 фунтов штрафов – Correspondence. P. XII.

Во время Английской революции в 1641–1661 гг. духовенство облагалось налогами наравне с мирянами, однако после Реставрации прежняя система была восстановлена. Она была окончательно отменена в 1664 г. в результате договора между архиепископом Кентерберийским Гилбертом Шелдоном и казначейством. Взамен духовенство получило право голосовать на выборах в парламент. См.: RC. Vol. 19. P. 276.

Специальных исследований церковного налогообложения достаточно мало. Из наиболее важных работ, затрагивающих эту тему, можно выделить: Hill C. Economic Problems of the Church. P. 188–198; Scarisbrick J. J.

Clerical Taxation in England 1485–1547. P. 41–54; Heal F. Clerical Tax Collection under the Tudors: The Influence of the Reformation // Continuity and Change. P. 97–122; Eadem. Economic Problems of the Church // Church and Society in England, Henry VIII to James I. P. 99–102; Dean D. Law-Making and Society in Late Elizabethan England: The Parliament of England, 1584–1601. Cambridge, 1996. P. 51–55; Schofield R. Taxation under Early Tudors, 1485–1547.

Oxford, 2004.

Реформация привнесла несколько принципиальных изменений в средневековую систему. Вопервых, аннаты стали взиматься в пользу короны558, во-вторых, был введен регулярный сбор десятин в казну, в-третьих, была проведена подробная оценка и перепись церковной собственности, зафиксированная в «Valor Ecclesiasticus»559. Несмотря на то, что ко второй половине XVI в. этот документ несколько устарел, о чем свидетельствуют попытки его пересмотра во время конвокации в 1563 г.560, он оставался наиболее подробным и актуальным источником сведений такого рода, а потому именно на нем основывалось налогообложение.

Кроме того, в силу подчинения церкви короне, важную роль в сборе налогов с церкви стало играть казначейство. Как показывают вышеуказанные исследования Ф. Хил, возросла и ответственность епископов в этих вопросах. Впрочем, привлеченные нами документы, касающиеся правления Паркера, создают несколько иную картину. Источники, касающиеся выплаты аннатов, представляют собой преимущественно списки назначенных священников, ежегодно направлявшиеся в казначейство по королевскому запросу («certiorari»)561. Кроме них, в архиепископском журнале содержатся несколько предписаний о конфискации доходов у тех, кто не выплатил аннаты562. Видимо, сбором этих платежей занималось казначейство, привлекавшее местные церковные власти либо для предоставления информации, либо для воздействия на неплательщиков. Иначе обстояло дело с субсидиями. Поскольку решение об их выплате и об установлении их размера формально оставалось за конвокацией563, то и сбор этого вида платежей относился к компетенции епископов, препоручавших его своим официалам564. Причем в данном случае ответственность Паркера выходила за рамки его епархии и распространялась на всю провинцию (хотя непосредственно сбором субсидий в каждой епархии занимался правящий прелат). Так, например, осенью 1563 г. именно к нему обращался Гриндэл, просивший архиепископа Кентерберийского прояснить некоторые нюансы процедуры выплаты565.

Это было установлено известным актом 1532 г. См.: Documents Illustrative. P. 178–186.

Для характеристики значения этого памятника достаточно сказать, что сопоставимые по полноте переписи церковной собственности до этого не проводились около двухсот лет, с конца XIII – начала XIV в. «Valor Ecclesiasticus» рассматривается во множестве исследований, посвященных английским монастырям, Реформации и смежным темам. См., например: Савин А.Н. Английская секуляризация. М., 1906; Youings J. The Dissolution of the Monasteries. L., N. Y., 1971; Knowles D. Bare Ruined Choirs: The Dissolution of the English Monasteries. Camridge, 1976; Gasquet F. A. Henry VIII and the English Monasteries. L., 1925; Moorhouse G. The Last Divine Office: Henry VIII and the Dissolution of the Monasteries. N. Y., 2008.

Подробнее см. §4 настоящей главы.

Registrum. Vol. 2. P. 404–405, 433–434, 448 (cert.), 449–450, 460–461, 481 (cert.), 482–483, 508 (cert.), 509–510, 569 (cert.), 570–571, 592–596; Vol. 3. P. 1026–1029, 1050–1052, 1074–1076, 1092–1095.

Ibid. Vol. 1. P. 271–274; Vol. 2. P. 427–430.

Хотя в реальности полномочия ее были весьма ограничены. Известен единственный случай с начала Реформации, когда монарх не смог получить от нее субсидий, – в 1559 г.

О сборе субсидий в Кентерберийской епархии при Паркере см.: Daeley J. I. The Episcopal Administration of Matthew Parker. P. 351–363.

Correspondence. P. 196.

Что касается самого Паркера, то выплата аннатов заняла у него около трех лет566. После этого, летом 1563 г., он впервые собрался поехать в свою епархию – о своих планах архиепископ рассказал в письме Сесилу567. Помимо этого, он обратился к государственному секретарю с интересной просьбой. «Я вынужден дерзко молить вас о паре оленьих туш, – пишет он, а затем продолжает: – И как я молю вашу честь, так я намерен попросить и лорда Роберта [Дадли] и других моих друзей спасти мой стол от стыда, что я не смогу предложить своим гостям и куска мяса». Неизвестно, как отреагировал на эту просьбу Сесил, однако Роберт Дадли 6 сентября послал Паркеру от королевского имени тушу оленя, которого Елизавета убила на охоте «собственной рукой»568. Паркер ответил ему письмом, в котором благодарил королеву за то, что она помнит его и благосклонна к нему, а также выражал свою признательность за участие в его делах. Интересно еще одно его замечание, адресованное Сесилу: «Большая часть моих братьев (епископов569. – В. Т.) лучше обеспечена этой провизией (олениной. – В. Т.), чем я»570. Этот любопытный пассаж позволяет сделать некоторые выводы о благосостоянии архиепископа: с одной стороны, он, похоже, испытывал некоторую стесненность в средствах, что могло быть связано с недавним завершением выплаты аннатов, с другой – Паркер пытался создать определенный облик своего дома571, недаром он просил у своих корреспондентов оленину, продукт скорее престижный, чем необходимый, полагая, что ее недостаток может нанести урон его репутации.

Как представляется, Паркер сознательно стремился поддерживать образ аристократического магната, и его владения должны были соответствовать этой цели. Одним из главных преобразований, предпринятых им практически сразу же по приезде в Кентербери, стало масштабное восстановление архиепископского дворца, сильно пострадавшего при пожаре еще при Томасе Кранмере572. Всего же на реконструкцию и поддержание собственности при Паркере было потрачено около 1400 фунтов, причем больше 1000 фунтов – в Кентерберийской епархии573. Незадолго до его отъезда из Лондона, в мае 1563 г., королева проявила свою благосклонность к примасу церкви, особым патентом разрешив ему принять на службу («даровать по своему желанию свою ливрею») сорок джентльменов или йоменов сверх тех, кто Brook V. J. K. A Life of Archbishop Parker. P. 142.

Correspondence. P. 177–178.

Ibid. P. 190.

Об употреблении слова «brethren» в отношении епископов см. §4 настоящей главы.

Ibid. P. 190–191.

Мы в данном случае имеем в виду не какой-то конкретный дворец архиепископа, а его двор в целом, где бы он ни находился. Вообще тремя основными резиденциями Паркера были Ламбет, Кентербери и Бексборн в графстве Кент.

Matthaeus. P. 287–289.

Daeley J. I. The Episcopal Administration of Matthew Parker. P. 335.

уже проживает в его дворце574. Паркер этим позволением, видимо, воспользовался, поскольку, как он сам писал Сесилу 20 сентября, в его доме проживало более сотни человек 575. Он не стеснялся оказывать покровительство своим родственникам и друзьям, многие из которых получили в его правление владения в епархии576. Важной стороной его деятельности было покровительство Корпус-Кристи-колледжу, Кембриджскому университету и ученымантиквариям, которое, помимо прочих его возможных мотивов (их мы еще коснемся), должно было, как представляется, еще больше способствовать созданию образа просвещенного ренессансного аристократа577. Сверх того, он должен был, как и любой прелат, исполнять и долг hospitality, «гостеприимства», что также требовало немалых затрат, так что зачастую, несмотря на солидный доход, ему приходилось даже одалживать деньги578.

Поддержание такого образа жизни было в значительной степени вопросом политическим, связанным с исполнением Паркером некоторых функций его должности. Так, в мае 1564 г.

королева повелела архиепископу Кентерберийскому встретить французского посла, направлявшегося в Лондон579. Паркер должен был принять его в своем доме в Кентербери или Бексборне, в зависимости от того, где ему удобней, и обращаться с гостем в соответствии с его высоким рангом, однако не уронить и своего достоинства первого духовного лица королевства.

Посол находился в Кентербери 2 июня 1564 г.580, а несколько дней спустя архиепископ написал государственному секретарю пространное письмо581, в котором рассказывал о своих впечатлениях о «французах, недавно сделавшихся нам друзьями»582. По сообщению Паркера, он нашел мсье Гонора человеком весьма приятным, а его спутников – любознательными и Ibid. P. 175–176.

Correspondence. P. 194. Суммарные расходы на содержание двора архиепископа и выплаты его слугами составляли 1600 фунтов в год, еще 800 фунтов тратились на содержание curates и подобные расходы – Ibid. P. XII.

Daeley J. I. The Episcopal Administration of Matthew Parker. P. 336–342. Кроме того, три его племянницы получили в качестве приданого 1100 фунтов деньгами и не только – Correspondence. P. XIII.

На эти цели архиепископ также не жалел средств. Стипендии и различная финансовая поддержка КорпусКристи-колледжа обошлась ему в 2000 фунтов, покупка земли и зданий в Кембридже – еще в 500 фунтов, кроме того, он подарил трем колледжам серебра на общую сумму в 400 фунтов. Роберт Гловер, известный герольд и антикварий, за составление генеалогии «древней знати» получил от него 100 фунтов, Александр Невилл, написавший по заказу Паркера историю восстания Роберта Кета, – также 100 фунтов, а Джон Джослин, помогавший архиепископу в его антикварных штудиях, имел пребенду, приносившую 30 фунтов в год, а также был вознагражден 300 фунтов за написание «De Antiquitate». См.: Correspondence. P. XIII.

Clifford H. Archbishop Matthew Parker's Gifts of Plate to Cambridge. P. 4.

Correspondence. P. 212. В силу географического положения Кента, все путешественники, направлявшиеся из Франции в Англию через Пять портов (что было обычным путем), должны были проезжать через него. Нередко почетная встреча организовывалась в Кентербери или в других городах неподалеку. Например, в конце 1539 г.

будущая королева Анна Клевская, прибыв в Дувр, отправилась сначала в Кентербери. См.: Warnicke R. M. The Marrying of Anne of Cleves: Royal Protocol in Tudor England. Cambridge, 2000. P. 127–129.

В рассмотренном ниже письме от 3 июня Паркер сообщает, что визит состоялся «в пятницу». О времяпрепровождении французских послов в Англии в 1564 г. см. также: McGee C. E. The English Entertainment for the French Ambassadors in 1564 // Early Theatre. 2011. Vol. 14. № 1. P. 79–100.

Correspondence. P. 214–217.

Паркер намекает на то, что французское посольство было направлено для ратификации мирного договора, заключенного в Труа 12 апреля 1564 г. См.: CSP Foreign, Elizabeth. Vol. 7. P. 100.

любопытными. Они живо интересовались положением церкви в Англии и хвалили умеренность ее вероучения, в отличие от Женевы и Шотландии, сильно впадающих в крайности. Паркер особо отмечает, что на ужин гостям подали рыбу, но он дал им понять, что это связано не с соблюдением поста в Англии, а уважением к обычаям католической Франции, где пятница считалась постным днем. Он также показал им свою оружейную («armoury») и даже познакомил с находившимися под арестом католиками – Томасом Тирлби и Джоном Боксоллом583, не преминув обратить внимание гостей на милость и благосклонность королевы. Это мероприятие, имело вполне очевидные репрезентативные цели. Помимо почетного приема, полагавшегося послу в силу его высокого ранга, оно должно было представить французам реформированную английскую церковь в лице ее примаса. Понятно, что подобные задачи требовали поддержания определенного облика архиепископского дома, не говоря уже о том, что их осуществление было весьма дорогостоящим делом584.

С другой стороны, подобный «аристократический» образ жизни архиепископа вызывал резкое неприятие многих его оппонентов. Особенно ярко это проявилось во время первых пуританских выступлений в конце 1560-х – первой половине 1570-х гг.585. Так, например, во «Втором предостережении парламенту» («Second Admonition to Parliament»), написанном Томасом Картрайтом в октябре 1572 г.586, значительное место уделено рассуждениям о собственности и образе жизни епископов. В частности, его автор предлагает потратить доходы («temporalities») епископов и соборов на выкуп тех приходов, которые находятся под светским патронатом587. Он критикует и само понятие «духовный лорд», как из-за того, что его применение порождает неравенство среди духовенства588, так и потому, что епископы, имеющие владения сверх необходимых, ведут себя неподобающим образом589. Хотя это сочинение направлено в целом против епископата и не содержит упоминаний о конкретных персонажах, понятно, что Паркер должен был восприниматься его автором как один из людей, наиболее ярко воплощающих порочность церкви Англии. Известно, впрочем, и о нападках такого рода, Подробнее см. §3 настоящей главы.

Упомянутый выше документ (Correspondence. P. XII–XIII) позволяет составить определенное представление о расходах архиепископа на его официальные обязанности. В 1565 г. он вместе с королевой и герцогом Норфолкским участвовал в крещении сына маркграфа Баденского и племянника шведского короля и дал ему 100 фунтов. За весь период его правления на прием королевы во время ее визитов в Кентербери и другие резиденции архиепископа, а также на сопутствующие расходы он потратил 2000 фунтов. На выплаты ее придворным служителям ушло еще 500 крон и 170 фунтов, т.е. всего 275 фунтов.

Впрочем, богатство епископов критиковалось и раньше. Так, еще в правление Генриха VIII богослов Томас

Бекон писал, что их большие дома и огромные доходы можно использовать с большей пользой для паствы. См.:

[Becon T.] The Early Works of Thomas Becon / Ed. by J. Ayre. Cambridge, 1843. P. 21.

Puritan Manifestoes. P. XIV. Также критика Паркера со стороны пуритан в первой половине 1570-х гг. специально рассматривается в §4 главы 4.

Ibid. P. 95. О системе патроната в церкви Англии подробнее сказано в следующем параграфе. Ее называли порочной и авторы первого «Предостережения парламенту» 1572 г. См.: Ibid. P. 12.

Ibid. P. 96.

Ibid. P. 103–104.

персонально направленных против архиепископа Кентерберийского. К примеру, Эдвард Деринг в 1570 г. обращался к королеве, Паркеру и Сесилу, побуждая их начать очищение церкви от «папистских пережитков», в одном из своих писем одновременно обличал целый ряд пороков в образе жизни архиепископа, включая его огромный двор и нескромную одежду его сыновей590.

В 1574 г. один из участников спора об облачениях Т. Сэмпсон также писал Паркеру, критикуя «вельможность» («lordliness») прелатов церкви, хотя архиепископ, по его словам, отрицал эти обвинения в свой адрес591. Приведенных наблюдений, с нашей точки зрения, достаточно, чтобы составить представление о политическом содержании вопроса о доходах архиепископа Кентерберийского, впрочем, этим его хозяйственная деятельность не ограничивалась.

Серьезным поводом для забот Паркера и его администрации было поддержание в надлежащем порядке приходских церквей своей епархии, о чем говорилось и в королевских распоряжениях церковным чиновникам592. Их инспекция являлась одной из обычных задач визитационных комиссий, о чем говорит включение соответствующих статей в «образцовые»

предписания для визитаций в Кентерберийской провинции593. Иногда в случае ненадлежащего состояния церквей их ректоры могли повергаться наказаниям в виде конфискации доходов594.

Ситуация осложнялась тем, что в некоторых местах в силу изменения состава населения приходы оказывались весьма бедными, так что сами поддерживать церкви в надлежащем состоянии они не могли. Для борьбы с таким положением дел архиепископу порой приходилось идти на крайние меры вплоть до роспуска приходов (двенадцать случаев за период правления Паркера)595, а также объединения нескольких мелких приходов в один596. Гораздо чаще применялась другая мера – передача обнищавшего прихода под патронат институции или лендлорда, способного позаботиться о его благоустройстве. Всего за 1559–1575 гг. этой процедуре были подвергнуты 165 церквей в диоцезе, причем в шестидесяти пяти случаях новым патроном стал сам архиепископ597. Паркер тратил на ремонт и поддержание церквей и часовен достаточно большие деньги – около 1000–1200 фунтов за период его правления598, однако, как правило, обязанность по уходу за зданиями возлагалась на приходских священников и церковных старост, которые не всегда имели средства (или желание) ее исполнять. И даже в тех случаях, когда нам известно о проведенном в церквях ремонте зачастую невозможно Lake P. Moderate Puritans and the Elizabetha Church. P. 17–18.

Daeley J. I. The Episcopal Administration of Matthew Parker. P. 321.

См. например королевский указ, изданный в октябре 1561 г.: Visitation Articles. Vol. 3. P. 103.

Ibid. P. 77, 90–91.

Registrum. Vol. 1. P. 194.

Daeley J. I. The Episcopal Administration of Matthew Parker. P. 28.

Registrum. P. 819.

Daeley J. I. The Episcopal Administration of Matthew Parker. P. 33.

В упоминавшемся выше отчете о финансах епархии (Correspondence. P. XII–XIII) его общие расходы на строительство и ремонт зданий оцениваются в 2600 фунтов. Если учесть, что на свои владения, включая дворец, он потратил около 1400 фунтов (см. выше), то получается указанная сумма.

установить, насколько масштабным он был и насколько улучшилось в результате состояние зданий.

Нужно заметить, что бедность священников была проблемой, свойственной не только для Кентерберийской епархии. Еще в мае 1560 г., едва заняв кафедру, Паркер писал Гриндэлу о том, что решил отложить визитацию в диоцезах провинции из-за крайней бедности духовенства, а также велел епископу Лондонскому и прочим прелатам воздержаться от визитаций до более подходящего времени599. Похоже, с годами ситуация менялась мало, поскольку сходные жалобы мы находим в письмах Паркера в течение почти всего периода правления. Так, в начале 1564 г., обсуждая с Сесилом назначение новых епископов в Уэльсе, архиепископ указывал на «недостаток необходимых средств», который может привести к «позору» благочестивых священников, даже в епископской должности600. А еще несколько лет спустя, в 1570 г., примас церкви сообщал об «удивительном обеднении большей части духовенства» уже королеве601. Как видно, поддержание определенного уровня дохода считалось необходимым не только для исполнения функций епископа, но и для духовенства в целом, ведь от него во многом зависело состояние церквей и их обеспечение всем необходимым для богослужений. Бедность духовенства архиепископ явно считал серьезным недостатком, наносившим ущерб облику церкви Англии в целом.

Таким образом, финансовые и хозяйственные проблемы, с которыми приходилось сталкиваться Паркеру в период своего правления, имели не только чисто практическое значение, но и важный церковно-политический смысл. Стоит также особо подчеркнуть, что, по большей части, его интересы в этой области были связаны с собственным диоцезом и распространялись за его пределы, в основном, в связи с заботой об общем состоянии церкви, выплатой субсидий либо какими-то чрезвычайными делами. Одним из таковых стала перестройка собора Святого Павла в Лондоне, начавшаяся летом 1561 г. Собор, существовавший в это время, принято называть «Старым собором Святого Павла» (Old St Paul’s Cathedral) в отличие от нового, построенного Кристофером Реном после пожара 1666 г.602 Его строительство началось еще в 1087 г. и продолжалось больше двухсот лет, после чего он стал признанным украшением средневекового Лондона и одним из главных храмов английского королевства. Судьба его в тюдоровскую эпоху оказалась, однако, незавидной: начало Реформации, сопряженное с диссолюциями, конфискациями церковного убранства и подобными акциями правительства, Correspondence. P. 115–116.

Ibid. P. 208.

Ibid. P. 374.

Собор Святого Павла, безусловно, одно из самых известных произведений английской архитектуры, потому неудивительно, что ему посвящена достаточно обширная литература. Мы использовали, главным образом, книгу Benham W. Old St Paul’s Cathedral. L., 1902. Также можно указать, например, исследования Cook G. H. Old St Paul’s Cathedral: A Lost Glory of Medieval London. L., 1955; Huelin G. Vanished Churches of the City of London. L., 1996.

привело к тому, что собор пришел в достаточно жалкое состояние. Ко всем прочим бедам добавился пожар, вспыхнувший 4 июня 1561 г., причины которого не вполне ясны: по одной версии, он был вызван небрежностью одного из служителей, по другой – в здание попала молния. Так или иначе, разрушения оказались весьма значительными – пострадал шпиль собора, была серьезно повреждена крыша. Восстановлением храма озаботилась лично королева, написавшая 24 июня архиепископу письмо603, в котором указывала на необходимость скорейшего ремонта здания, чтобы «восстановить там молитвы и божественные службы». С этой целью королева дала архиепископу власть «посредством любого обычного или другого совещания с епископами провинции и видными деятелями из духовенства определить какойлибо денежный взнос» на эти нужды. В случае возникновения каких-либо сложностей или «сомнений» архиепископу надлежало обратиться к Тайному совету за содействием.

Выполняя королевское распоряжение, Паркер 1 июля 1561 г. пишет послание епископу Лондонскому Эдмунду Гриндэлу604. Он посылает копию письма королевы с просьбой не только организовать совещание среди лондонского духовенства, но и переслать его другим епископам провинции, чтобы тоже начали сбор средств на ремонт собора. «Я думаю… – пишет Паркер, – что священники вашего Лондонского диоцеза должны выплатить и внести двадцатую часть своего дохода605, священники всех остальных диоцезов моей провинции, не выплачивающие аннаты, – тридцатую часть, а те, которые выплачивают аннаты, – лишь сороковую часть своих доходов». В заключение архиепископ просит Гриндэла сообщить ему о результатах этих сборов, так же как и о результатах сборов в других диоцезах провинции.

Епископ, впрочем, судя по всему, не торопился выполнять предписание королевы и примаса церкви, в связи с чем Паркер повторяет свой призыв организовать сборы средств на восстановление собора через два месяца, 1 сентября 1561 г.606 Фактически это письмо повторяет содержание предыдущего с небольшими уточнениями: архиепископ считает, что с тех, кто выплачивает аннаты в Лондоне следует брать тридцатую часть дохода, а не двадцатую, и стипендиариев607 предлагает обязать также викариев и выплатить определенную фиксированную сумму, «поскольку каждому, имеющему любое содержание в церкви, особенно в вашем диоцезе, подобает в соответствии со своей возможностью пожертвовать на это». И вновь Паркер просит своего корреспондента «со всей возможной скоростью начать выполнение этого». В исполнение этого распоряжения 6 сентября Гриндэл послал письмо декану собора Святого Павла, в котором предписывал необходимые взносы от его церквей и владений. Его Correspondence. P. 142–143.

Ibid. P. 143–144.

Имеется в виду доход от бенефициев и пребенд внутри диоцеза.

Ibid. P. 152–153.

Стипендиарии – это священники, получающие жалование.

обращения к другим священникам Лондона неизвестны, но можно предположить, что они имели место примерно в это же время608. Деньги были собраны, и реконструкция началась.

Епископ Лондонский собрал на строительство около 1200 фунтов, что явилось значительным вкладом в проведение ремонтных работ, тем не менее, недостаток средств ощущался и позднее.

Об этом говорит еще одно упоминание о перестройке собора в корреспонденции Паркера. В письме от 26 июня 1563 г.609, адресованном Тайным советом архиепископу, говорится, что работы в соборе Святого Павла приостановлены в связи с недостатком денег. В связи с этим Паркера вновь просят собрать средства со священников его провинции и предоставить их не позднее 1 августа того же года. Информации о том, как проводился новый сбор пожертвований, каковы были его результаты и как дальше развивалась эта история, в нашем распоряжении нет, можно лишь сказать, что шпиль собора так и не был восстановлен, а результат работ оказался недолговечен, в силу чего уже спустя полвека была начата новая реконструкция.

Примечательный момент этой истории, на который стоит обратить внимание, – участие в ней светских властей и королевы лично: именно от них исходила инициатива решения данного вопроса. Этот факт едва ли может вызывать удивление, учитывая статус собора Святого Павла, однако необходимо иметь в виду, что казначейство и королевские советники вообще достаточно пристально следили за церковными владениями, имея в этом деле очевидный фискальный интерес, о чем уже шла речь выше. Впрочем, взаимодействие примаса церкви со светскими властями отнюдь не ограничивалось этой сферой. Церковь Англии после Реформации оказалась подчинена короне, а потому во многих вопросах церковного управления ее иерархам приходилось взаимодействовать с монархом и его советниками. Корреспонденция архиепископа Паркера дает хороший материал для рассмотрения взаимоотношений примаса церкви Англии со светскими властями при решении разных вопросов.

Ключевую роль в государственной церковной политике в рассматриваемый период играл государственный секретарь Уильям Сесил. Мы уже отмечали выше, говоря о назначении Паркера, решающее значение участия Сесила, наряду с лордом-хранителем печати Николасом Бэконом, в этом деле. Впоследствии, насколько можно судить по корреспонденции архиепископа, примас общался преимущественно с государственным секретарем (после 1572 г.

Сесил стал лордом-казначеем). Его роль как главного посредника между королевой и церковью прослеживается по многим казусам, осознавалась она и Паркером, назвавшим однажды Сесила «обычным представителем наших интересов перед ее королевским величеством»610. Их знакомство состоялось еще в Кембридже в годы правления Генриха VIII, и отношения между Ibid. P. 153, fn. 2.

Ibid. P. 178–179.

Usher B. William Cecil and Episcopacy. P. 244.

ними оставались вполне дружескими вплоть до смерти Паркера в 1575 г. Архиепископ достаточно часто называет Сесила своим другом611, что, впрочем, само по себе едва ли является свидетельством особенно близких отношений, поскольку такое обращение использовалось достаточно часто в неофициальной переписке612. Гораздо более показательны в этом отношении затрагиваемые темы: помимо обсуждения насущных проблем, Паркер обращался к Сесилу за содействием в получении книг для его библиотеки613, жаловался на собственную неспособность исполнять обязанности614, на здоровье615, на своих противников616 и даже иногда критически высказывается о тех или иных действиях королевы617. По нашему мнению, их близкие отношения были в значительной степени обусловлены, помимо давнего знакомства, тем фактом, что они придерживались в целом одинаковых взглядов на церковное устройство и вероучение.

Однако порой расхождение во мнениях примаса церкви и приближенных Елизаветы вызывало серьезные конфликты между ними. Наиболее показателен в этом смысле пример королевского фаворита Роберта Дадли, графа Лестера. Его взаимоотношения с архиепископом Кентерберийским были отнюдь не безоблачны: еще в начале 1560-х гг. у них возникали конфликты по поводу назначений священников и епископов, о которых говорится в следующем параграфе. В первой 1570-х гг. их разногласия усугубились из-за того, что Лестер, всегда кальвинистам 618, оказывавший покровительство последовательным начал оказывать определенную поддержку пуританам619. Так, в ноябре 1572 г. Лестер, по сообщению самого Паркера, счел себя оскорбленным архиепископом, так что даже не стал читать его писем с объяснениями620. Причина этого конфликта неизвестна, примас церкви лишь просил Сесила, к посредничеству которого он пытался прибегнуть, передать фавориту королевы «истинную информацию». Впрочем, судя по всему, это не помогло: в феврале 1575 г. Паркер вновь писал о враждебном отношении Лестера, утверждая даже, будто последний собирался добиться отстранения архиепископа от должности621. Не менее серьезным ударом для примаса церкви должен был стать и конфликт с еще одним давним другом – Николасом Бэконом, возникший, когда 1568 г. архиепископ лишил пребенд в Нориджском соборе двух протеже лорда-хранителя См., например: Correspondence. P. 50, 332, 334, 337, 400, 427, 440, 446.

Ср.: Ibid. P. 40, 191, 309, 320, 389.

Ibid. P. 186.

Ibid. P. 199–201.

Ibid. P. 137, 277, 425.

Ibid. P. 477–479.

Ibid. P. 157–160.

Collinson P. Elizabethan Puritan Movement. P. 53; Adams S. Leicester and Court: Essays in Elizabethan Politics.

Manchester, 2002. P. 141–142.

Adams S. Leicester and Court. P. 230–231.

Correspondence. P. 406–408.

Ibid. P. 472.

печати622. В пространном письме его жене архиепископ жаловался, что вместо частного обсуждения возникшей проблемы Бэкон направил ему резкий официальный ответ 623. Впрочем, данных о том, насколько долго продлился их конфликт и насколько он был серьезен, в нашем распоряжении нет.

К сожалению, столь же однозначных сообщений о том, как развивались отношения архиепископа с самой королевой, не имеется. Как представляется, вначале Елизавета была вполне довольна своим выбором примаса церкви и его действиями в первые годы правления.

Свидетельством тому может служить вышеупомянутое патентное письмо от 16 мая 1563 г.624 «Да будет вам (текст начинается с обращения “ко всем людям”. – В. Т.) известно, – говорится в нем, – что по нашей особой милости … мы дали и даровали полную власть, силу и дозволение достойнейшему отцу в Господе Мэтью, архиепископу Кентерберийскому». Королева обещает, «что он в течение своей жизни может законно и без сомнения, ущерба, вреда, конфискации или иного наказания оставаться на своей службе». Впрочем, известно, что уже в первой половине 1560-х гг. отношения архиепископа и королевы были не совсем безоблачны. В 1561 г., когда был издан указ, направленный против женатых священников, вызвавший протесты некоторых прелатов, в том числе и Паркера, последний попытался переубедить королеву, и Елизавета даже «выразила сожаление, что мы (епископы. – В. Т.) были назначены на свои должности»625. Не меньшее ее неприятие вызвала и попытка прелатов (участие в ней Паркера – вопрос неясный) предложить в 1566 г. на рассмотрение парламенту Тридцать девять статей626, воспринятая королевой как посягательство на ее суверенитет. Впрочем, подобных прецедентов известно немного, и большая их часть относится к началу 1570-х гг., когда Елизавета несколько раз выражает неудовольствие некоторыми назначениями Паркера627. Тем не менее, архиепископ, как правило, весьма трепетно относился к воле королевы и принятым законам. «Неужели ваша светлость думает, что меня заботят шляпы, шарфы, стихари или облатки? – писал он Сесилу за месяц до смерти, 11 апреля 1575 г.628 – Но, поскольку так установлено законом, я почитаю их».

Думается, что такое отношение должно было импонировать королеве, ценившей лояльность своих приближенных. В то же время, конфликты, сопровождавшие последние годы правления архиепископа, не могли не отразиться на его взаимоотношениях с Елизаветой.

Наконец, стоит особо подчеркнуть, что в отличие от многих крупных церковных деятелей Англии, Паркер никогда не занимал никаких светских должностей и не входил в Тайный Этот казус подробнее рассматривается в следующем параграфе.

Ibid. P. 314 Ibid. P. 175–176.

Ibid. P. 156.

Ibid. P. 290–294.

Подробнее см. §4 главы 4.

Ibid. P. 478.

совет629. По отношению к этому институту архиепископ Кентерберийский занимал явно подчиненное положение.

Судить об этом можно как по материалам переписки последнего, так и по упоминаниям его имени в документах Тайного совета: практически всегда это либо предписания примасу церкви, либо уведомления о решениях советников. Помимо проблем, особо рассмотренных в специальных разделах нашей работы (в основном мер по отношению к нонконформистам), они часто касались брачных вопросов630, дел в городе Кентербери631, просили высказать мнение в некоторых делах о ереси632 и так далее. Таким образом, в своей деятельности архиепископ Кентерберийский должен был постоянно действовать с оглядкой на королеву и ее приближенных, а его отношения с ними были важным фактором, влиявшим на церковную политику. Впрочем, с нашей точки зрения, не стоит считать примаса церкви лишь исполнителем чужой воли, в значительной степени он сам участвовал в формировании церковной политики, в том числе и в тех вопросах, о которых пойдет речь далее в настоящей главе.

§2. Политика Мэтью Паркера и формирование состава английского духовенства Кадровые проблемы церкви Англии имели первостепенную важность для деятельности Мэтью Паркера на протяжении всего периода его правления. Это вполне естественно, учитывая, что как первое духовное лицо королевства архиепископ Кентерберийский был вынужден уделять им значительное внимание, кроме того, определенные веяния времени придавали особенную остроту и актуальность этим вопросам. В настоящем разделе нашего исследования мы рассмотрим, какими принципами руководствовался примас церкви власти Англии при проведении своей кадровой политики в 1559–1575 гг., какие цели он преследовал, с какими проблемами сталкивался и каких результатов смог достичь. Специальное исследование этих вопросов представляется весьма любопытным, учитывая, что, хотя изучение реформирования английского духовенства в эпоху правления Елизаветы I имеет достаточно давнюю традицию633, Перечень всех членов Тайного совета в с конца 1558 до 1575 г. см.: APC. Vol. 7. P. 483–492; Vol. 8. P. 468–471.

Ibid. Vol. 7. P. 189–190, 197, 391.

Ibid. P. 145, 157, 164.

Ibid. Vol. 8. P. 85, 88, 95.

Помимо уже упоминавшихся работ, см., например: McNeill J. T. The Doctrine of the Ministry in Reformed Theology // Church History. 1943. Vol. 12. № 2. P. 77–97; Fischer R. M. The Reformation of Clergy at the Inns of Court 1530–1580 // SCJ. 1981. Vol. 12. № 1. P. 69–91; Haugaard W. P. Towards An Anglican Doctrine of Ministry: Richard Hooker and The Elizabethan Church // AEH. 1987. Vol. 56. № 3. P. 265–284; The Reformation of Parishes. The Ministry and the Reformation in Town and Country / Ed. by A. Pettegree. Manchester, 1993; Maag K. Called to Be a Pastor: Issues of Vocation in the Early Modern Period // SCJ. 2004. Vol. 35. № 1. P. 65–78; Haigh C. The Clergy and Parish Discipline in England, 1570–1640 // The Impact of the European Reformation: Princes, Clergy and People / Ed. by B. Heal, O. P. Grell.

Aldershot, 2008. P. 125–142. Также некоторые соображения и выводы, изложенные в настоящей главе, опубликованы нами в статье: Таубер В. А. Архиепископ Мэтью Паркер (1559–1575) и его политика по отношению к английскому духовенству // Вестник Московского университета. Серия 8. История. 2014. № 5. С. 13–24.

многие проблемы выработки и реализации кадровой политики в рассматриваемый период все еще освещены сравнительно мало. Однако прежде чем мы перейдем непосредственно к рассмотрению деятельности Паркера в этой области, необходимо сделать некоторые предварительные замечания, которые помогут прояснить всю важность и актуальность кадровых вопросов для церкви Англии второй половины XVI в.

Серьезное переосмысление участия священников в духовной жизни было связано уже с самыми ранними работами протестантских теологов. Так, значительное место критике католического духовенства уделено в сочинениях Мартина Лютера 1520-х гг.634 Не вдаваясь в подробности его взглядов, детальное рассмотрение которых едва ли уместно в рамках нашей работы, скажем лишь, что он подверг сомнению главную, с точки зрения католической церкви, задачу священника – отправление таинств. Пастор, согласно его доктрине, становится, в первую очередь, проповедником и наставником для своей общины. Он не является посредником в передаче благодати, не отличается от мирян как прошедший особое таинство священства;

вместо этого пастор должен выделяться среди своей паствы благочестием и образованностью в вопросах веры, служить ей примером для подражания. Таким образом, Лютер и его последователи призывали к значительному пересмотру участия священников в духовной жизни, а следовательно, и тех качеств, которыми должен был обладать хороший пастор.

Впрочем, значительное внимание проблеме роли духовенства в церковной жизни, а также требованиям, предъявляемым как к священникам, так и епископам, уделялось в католической церкви еще до Реформации. Характерное свидетельство тому – две проповеди, прочитанные при открытии заседаний конвокаций Кентерберийской провинции 1510 и 1512 гг., в которых обличалась неграмотность духовенства635. Продолжением этой тенденции, а также ответом на протестантскую критику, направленную против католиков, стало обсуждение вопросов, связанных с духовенством на Тридентском соборе 1545–1563 гг.636 Во главу угла ставились В частности, речь идет о его известнейших трактатах 1520 г.: «К христианскому дворянству немецкой нации»

(«An den christlichen Adel deutscher Nation»), «О вавилонском пленении церкви» («De captivitate Babylonica ecclesiae praeludium»), «О свободе христианина» («De libertate christiana») – и других. Отношение Лютера к духовенству вызывало (и вызывает до сих пор) живейший интерес исследователей. См., например: Aarts J. Die Lehre Martin Luthers ber das Amt in der Kirche. Eine genetisch systematische Untersuchung seiner Schriften von 1512 bis 1525.

Helsinki, 1972; Brunotte W. Das geistliche Amt bei Luther. Berlin, 1959; Lieberg H. Amt und Ordination bei Luther und Melanchthon. Gottingen, 1962; Called and Ordained: Lutheran Perspectives on the Office of the Ministry / Ed. by T. Nichol, M. Kolden. Minneapolis, 1990; Gerrish B. A. Priesthood and Ministry in the Theology of Luther // Church History 1965. Vol. 34. № 4. P. 404–422; Green L. C. Change in Luther’s Doctrine of the Ministry // The Lutheran Quarterly. 1966. Vol. 18. № 2. P. 173–183; Fischer R. H. Another Look at Luther’s Doctrine of the Ministry // The Lutheran Quarterly. 1966. Vol. 18. № 3. P. 260–271; Daniel D. P. A Spiritual Condominium: Luther’s Views on Priesthood and Ministry with Some Structural Implications // Concordia Journal. 1988. Vol. 14. № 3. P. 266–282.

RC. Vol. 19. P. 264.

Подробнее см.: Delumeau J., Cottret M. Le Catholicisme entre Luther et Voltaire. Paris, 1996. P. 82–91; O’Malley J. W.

Trent: What Happened at the Council? Cambridge (Massachusetts), 2013. О католическом духовенстве в эпоху Реформации и Контрреформации см. также: Bireley R. The Refashioning of Catholicism, 1450–1700: A Reassessment of the Counter Reformation. Washington, D. C., 1999; Mullet M. A. The Catholic Reformation. L., N. Y., 1999; The Counterтакие проблемы, как грамотность священников, их способность исполнять свои обязанности, благочестивый и праведный образ жизни, благодаря чему они могли бы наставлять мирян не только поучениями, но и собственным примером. Интересно, что, несмотря на фундаментальные догматические расхождения в отношении функций духовенства, католики и протестанты во многом сходились в предъявляемых к священникам требованиях.

В церкви Англии второй половины XVI в. вопрос о духовенстве в силу целого ряда причин приобрел особую актуальность. Во-первых, специфика Реформации здесь была такова, что в королевстве всегда сохранялось иерархически организованное духовенство. При этом его необходимость ставилась под сомнение наиболее радикальными английскими протестантами, многие из которых, находясь во время правления Марии Тюдор в ссылке на континенте, восприняли кальвинистскую точку зрения на церковную организацию. Критика церковной иерархии стала к 1570-м гг. одним из ключевых положений пуританских манифестов, в частности, «Предостережения парламенту» 1572 г. Во-вторых, в рассматриваемый период после смерти королевы Марии абсолютное большинство английского духовенства, как мы уже отмечали во второй главе нашей работы, составляли католики, назначенные на должности в 1553–1558 гг. Неприятие большой частью священников нового вероучения привело к тому, что в Англии практически в одночасье освободилось весьма значительное число церковных должностей, на которые следовало назначить новых людей, с чем и столкнулся Паркер уже в 1560 г., в самом начале своего правления.

Кадровая политика в церкви Англии 1560-х – первой половины 1570-х гг. была крайне важна и потому, что вероучение в рассматриваемый период еще не было окончательно разработано, а это порождало значительные расхождения в трактовках отдельных его аспектов, выливавшиеся в серьезные дискуссии. Стремясь не допустить подобных конфликтов и, как следствие, раскола среди верующих, и церковные, и светские власти королевства значительное внимание уделяли установлению и поддержанию единообразия протестантского учения, ставшего в правление Елизаветы I практически лейтмотивом церковных преобразований..

Доносить же официально принятую трактовку христианского учения до верующих надлежало всем английским священникам, а потому от них требовалась лояльность официальному курсу. В этой связи особое значение приобретали проповедники, назначавшиеся, как правило, на время постов и праздников. Проблему усугубляло и то, что их навыки и способности также часто подвергались критике со стороны пуритан и других противников церкви Англии.

Определенные трудности при назначении новых священников возникали из-за различных ограничений полномочий архиепископа Кентерберийского и вообще церковных властей в

Reformation: The Essential Readings / Ed. by D. M. Luebcke. Oxford, 1999.

решении кадровых вопросов. Немаловажную роль в этом играла сохранявшаяся в тюдоровской Англии система патроната637. Поскольку назначение на пребенду638 или приход подразумевало наделение земельным держанием, значительная роль в выборе кандидатуры нового священника принадлежала его собственнику, которым могла быть как корпорация (светская или духовная), так и монарх либо крупный землевладелец. Зачастую именно патрон определял, кому достанется та или иная должность, а епископ, формально осуществлявший назначение, был вынужден соглашаться с ним639. Если в Средневековье значительная часть приходов находилась под патронатом монастырей, то после секуляризации 1530-х гг. права представления кандидатов на освобождавшиеся вакансии (advowsons) вместе с монастырской собственностью перешли к короне, а затем, как и земельные владения, были в основном пожалованы и распроданы ее вассалам. Последние же, преследуя собственные интересы, зачастую мало заботились о благе церкви, что еще больше усложняло задачу церковных властей. Распространенность этой системы можно проиллюстрировать следующим фактом: по подсчетам С. Уэнига, епископ Илийский Ричард Кокс контролировал всего 16% advowsons своего диоцеза – остальные были распределены между деканом и капитулом собора, кембриджскими колледжами, короной и разными светскими лицами640.

В Кентерберийском диоцезе положение было несколько иным: там крупнейшим патроном был сам архиепископ, инициировавший 147 назначений из примерно 389 осуществленных в период его правления641. Паркеру также неоднократно пришлось столкнуться с вмешательством светских властей в назначение на церковные должности. Так, например, 21 июня 1561 г. Томас Секфорд написал ему короткое письмо642, в котором уведомил, что королева решила назначить архидьякона Саффолка Вендона на пребенду в Нориджском соборе, а потому Секворд «имеет смелость молить его милость о подписании билля о представлении». Очевидно, что фактически он передает Паркеру распоряжение королевы, которое тот обязан выполнить, и что архиепископ практически не участвует в данном назначении.

Кстати говоря, оно было не совсем удачным:

О патронате в Англии XVI в. см., например: Cross C. Noble Patronage in the Elizabethan Church // HJ. 1960. Vol. 3.

P. 1–16; O’Day R. The Ecclesiastical Patronage of the Lord Keeper, 1558–1642 // Transactions of the Royal Historical Society. 1973. Vol. 23. P. 89–109; Серегина А. Ю. Английские католики и светский церковный патронат // СВ. М.,

2013. Вып. 74 (1–2). С. 104–123.

Пребендарии, в отличие от приходских священников, получали бенефиций, принадлежащий собору или какойлибо духовной коллегии, а потому они должны были участвовать в управлении собором или коллегией. При этом зачастую пребендарии пренебрегали своими обязанностями как приходских священников. Большая часть пребенд в Англии была упразднена Актом о роспуске коллегиальных церквей и часовен 1547 г., однако эта система сохранялась в крупнейших соборах королевства.

Так, в журнале архиепископа Паркера содержится достатчоно большое число «допусков» («admissio»), которые он выдавал назначенным священникам. См., например: Registrum. Vol. 2. P. 402–403, 415–417, 420–421.

Wenig S. The Reformation in the Diocese of Ely during the Episcopate of Richard Cox. P. 155.

Daeley J. I. The Episcopal Administration of Matthew Parker. P. 213.

Correspondence. P. 142.

Вендон не имел духовного сана и позднее бежал из страны. А 22 ноября 1563 г.643 Паркер уже сам пишет письмо, адресованное Сесилу, в котором, помимо прочего, благодарит государственного секретаря и королеву за «благоволение, проявленное относительно его просьбы о назначении его капеллана». Отличие от предыдущего случая заключается в том, что назначение Эндрю Пирсона на пребенду, о котором идет речь в этом письме, произошло в Кентерберийском диоцезе644, где архиепископ должен был обладать наибольшим влиянием, однако даже здесь он не мог по собственному усмотрению решать такие вопросы. Нужно, впрочем, оговориться, что подобные вопросы привлекали значительное внимание светских властей, поскольку назначение человека пребендарием в той или иной духовной корпорации было непосредственно связано с пожалованием ему земельного владения, а церковная собственность строго контролировалась королевой и ее чиновниками.

Свое исследование кадровой политики архиепископа Мэтью Паркера мы начнем с рассмотрения его участия в назначении епископов. Определить степень его участия в выборе кандидатур для замещения епископских кафедр в 1559–1575 гг. непросто. Всего в рассматриваемый период в Англии, включая Содор и Мэн, и Уэльсе епископов назначали или переводили на другие кафедры сорок раз. Большая часть подобных казусов (двадцать пять) относится к 1559–1562 гг., когда впервые после смерти королевы Марии были замещены двадцать три епископские кафедры645 (то есть все, за исключением Оксфордской, пустовавшей по не вполне ясной причине до 1567 г.). Ко второй половине 1560-х гг. относятся три назначения: два в Уэльсе и одно – в Англии. Наконец, серьезные перемены в составе епископата произошли в 1570–1575 гг.: десять назначений и переводов в 1570–1572 гг. касались важнейших кафедр королевства, включая Йорк и Лондон, а в 1573 и 1575 гг. были переназначены два валлийских епископа. Учитывая эти подсчеты, приходится констатировать, что данные относительно участия Паркера в выборе епископов, которыми мы располагаем, далеки от полноты, тем не менее, на их основе можно сделать определенные выводы.

Известные источники не содержат каких-либо сведений о том, что его привлекали к решению этого вопроса в 1559 г. Напомним, что фактически Паркер исполнял обязанности примаса со времени утверждения его избрания королевой в начале осени 1559 г., до этого он не был никак вовлечен в события, разворачивавшиеся вокруг церкви Англии. Подбор кандидатур для замещения епископских кафедр в этот период осуществлялся при непосредственном Ibid. P. 197–198.

Ранее она принадлежала Джону Бэйлу, скончавшемуся в сентябре 1563 г.

Число назначений превышает число кафедр, поскольку в 1561 г. из-за назначения архиепископом Йоркским Томаса Янга, ставшего годом ранее епископом Сент-Дэвидсским (об этом подробнее сказано ниже), и перевода в Сент-Дэвидс Ричарда Дэвиса, епископа Сент-Асафского, на освободившуюся кафедру был назначен Томас Дэвис.

участии Сесила646, поэтому на назначение первых епископов (по крайней мере, тех, которые были избраны летом 1559 г.) Паркер никак не повлиял. Насколько позволяют судить известные нам источники, впервые он был привлечен к обсуждению кандидатуры епископа в конце весны 1560 г., когда встал вопрос о замещении двух ирландских кафедр. Речь о них идет в коротком письме членов Тайного совета архиепископу, отправленному из Гринвича 30 мая 1560 г.647 Они от имени королевы просят его «подумать о нескольких подходящих людях», чтобы занять архиепископскую кафедру Арма и епископскую – Мита. К сожалению, у нас нет сведений о том, чьи кандидатуры предложил Паркер, впрочем, учитывая, что обе кафедры оставались незанятыми до 1562 и 1563 гг. соответственно, очевидно, это обсуждение не привело к каким-то результатам. В то же время этот казус в определенном смысле показателен. Во-первых, по тексту послания можно сделать вывод, что роль Паркера в этой истории, мягко говоря, не была решающей: он должен был по просьбе Тайного совета порекомендовать несколько кандидатур, окончательное же решение оставалось за светскими властями. Во-вторых, нельзя не отметить, что, хотя вакантных епископских кафедр в Англии в 1560 г. было немало, Паркер был привлечен лишь к назначению прелатов в двух далеких ирландских епархиях648.

Несколько большую роль Паркер сыграл при назначении епископов в диоцезах Йоркской провинции. Северные графства Англии традиционно были областью, наиболее труднодоступной для реформационных изменений: как мы уже отмечали, здесь доля священников, сохранивших в 1559 г. приверженность католицизму, была выше, чем на юге.

Католические епископы и архиепископ Йоркский были смещены здесь, как и в прочих регионах королевства, в 1559 г., но назначение новых иерархов в северных диоцезах произошло только в 1561 г. Такая задержка, по мнению Б.

Ашера, была связана с изменением баланса сил при дворе:

первым фаворитом королевы становится сэр Роберт Дадли, и Елизавета, «увлеченная им», оставляет без внимания проекты церковного устройства, предлагаемые ей в это время У. Сесилом649. Впрочем, в другой своей работе исследователь предлагает более обоснованное, с нашей точки зрения, объяснение этой задержки, связывая ее с незавершенностью обмена земель650. Однако в определенный момент Паркер, судя по всему, счел, что ждать с решением этого вопроса больше нельзя и решил поторопить государственного секретаря. В письме, написанном Мэтью Паркером Уильяму Сесилу 16 октября 1560 г., архиепископ указывал Подробнее см.: Usher B. William Cecil and Episcopacy. P. 11–56.

Ibid. P. 117.

Несмотря на то, что архиепископ Арма считался примасом Ирландии, его реальное слияние на церковную жизнь королевства было невелико.

Ibid. P. 59.

Usher B. Durham and Winchester Episcopal Estates and the Elizabethan Settlement. P. 393–406. На финансовую подоплеку этой проблемы Паркер намекает в своем письме, говоря, что «иные сдерживают ее (королевы. – В. Т.) праведное усердие из-за денег» (Correspondence. P. 123).

секретарю на необходимость скорейшего назначения епископов в северные диоцезы, ссылаясь на частые просьбы, обращенные к нему651. «Вы не поверите, – писал он, – если я расскажу, насколько часто самые разные люди требуют этого и насколько люди оскорблены тем, что о них не заботятся». Потому северяне, «будучи людьми грубыми по своей натуре», могут стать слишком раздраженными и «слишком ирландцами». В силу этого Паркер просил Сесила и королеву поскорее обратить внимание на эту проблему и предлагал кандидатов на замещение епископских кафедр: Томаса Янга на пост архиепископа Йоркского и Эдмунда Геста – на пост епископа Даремского. Оба они к этому времени уже занимали кафедры в других диоцезах, однако Паркер был уверен, что они смогли бы оставить свои епископства в состоянии не худшем, чем те были до них, и принесли бы больше пользы церкви и государству в северных диоцезах. Кроме того, «эти два епископства652 легче занять». Беспокойство архиепископа Кентерберийского подтверждается и его обещанием докучать королеве и ее секретарю, пока этот вопрос не будет решен.

Интересно, что Паркер пишет о кандидатуре Янга очень осторожно, используя исключительно условное наклонение («And in mine opinion, if you would have etc.»653). В этом Б. Ашер усматривает отражение достаточно натянутых отношений между Янгом и Сесилом 654, о чем должен был знать архиепископ. Более того, незадолго до этого Янг имел разногласия с Сесилом по вопросу о восстановлении церковных владений в Сент-Дэвидсе, причем епископ пользовался поддержкой Дадли и Паркера655, последний даже вел с ним приватную переписку.

Так, известно письмо Янга архиепископу от 3 мая 1560 г.656, в котором он отказывается от возможного перевода в другое место: он пишет Паркеру о его «письмах, содержащих дружеское извещение, или предупреждение, касательно моего оставления там, где я есть, или перемещения в другое место»657. Не вполне, впрочем, ясно, были ли эти «извещения» инициативой самого архиепископа или чьей-то еще, к примеру, того же Дадли. Утверждение Б. Ашера о том, что Роберт Дадли играл ключевую роль в этой истории, однако, не подтверждается материалами корреспонденции Паркера. В рассматриваемом послании епископ Янг пишет: «Я верю, что ваша милость или лорд-хранитель помогут этому случиться», – а затем еще раз упоминает лорда-хранителя печати, которым в то время был Николас Бэкон, и ни разу не указывает на Роберта Дадли. Участие Бэкона в этой истории исследователь, однако, никак не комментирует, Correspondence. P. 123-124.

Сент-Дэвидс и Рочестер соответственно.

Correspondence. P. 123.

Usher B. William Cecil and Episcopacy. P. 62.

Ibid. P. 66–67.

Correspondence. P. 114–115.

На этом письме есть приписка, сделанная рукой Джона Паркера, сына архиепископа: «Я не могу найти другого письма какого бы то ни было епископа, который бы отказывался от лучшей кафедры ради худшей по собственной воле» (Ibid. P. 115).

наши источники также не дают нам материала для сколько-либо значительных выводов на счет его роли в рассматриваемом казусе. Заметим, что определенные проблемы вызвали и подбор кандидатуры епископа Даремского: Паркер предложил Эдмунда Геста, опасаясь, что Джеймс Пилкингтон, которого прочили на этот пост, откажется из-за несогласия с Актом об обмене церковных земель658. Впрочем, упоминаний об этом в рассматриваемом письме нет. Итогом такой активности Паркера стало то, что королева все же уделила внимание этой проблеме, и архиепископом Йоркским стал рекомендованный Паркером Томас Янг (избран 31 января 1561 г.), а епископом Даремским – Джеймс Пилкингтон (избран 20 января 1561 г.). Наиболее примечательно в этом деле, на наш взгляд, то обстоятельство, что это один из немногих известных казусов такого рода, в котором инициатива исходила от архиепископа Кентерберийского. Причем он не просто давал советы светским властям, но настойчиво требовал от них решения описанной проблемы.

Аналогичное обращение Паркера к Сесилу с просьбой как можно скорее заняться замещением вакантной кафедры мы находим в письме от 18 марта 1564 г.659 В нем архиепископ среди прочего напоминает государственному секретарю, что следует решить вопрос с назначением нового епископа Лландаффского вместо умершего 31 октября 1563 г. Энтони Китчина660. Этот казус во многом напоминает вышеописанный прецедент с ирландскими кафедрами: здесь речь вновь идет о далеком и не очень значимом диоцезе, и назначение по не вполне ясной причине откладывается на три года. Думается, в подобных случаях, когда речь шла о менее важных епархиях, выбор нового епископа не относился к приоритетным задачам светских властей. В то же время, Паркера эта проблема, очевидно, заботила, но, не имея возможности самостоятельно ее решить, он пытался обратить на нее внимание Сесила, впрочем, не всегда успешно. В данном случае обсуждение вопроса о назначении нового епископа было отложено на два года – следующие упоминания о нем мы встречаем только в корреспонденции первой половины 1566 г.

Так, 7 февраля архиепископ вновь направляет Сесилу письмо, в котором высказывает свое мнение относительно кандидата на пост епископа Лландаффского661. Основным претендентом на эту кафедру был Хью Джонс, и именно о нем пишет архиепископ в своем послании. Паркер сообщает, что получил от нескольких людей письма, «приложенные для ознакомления», которые не может не довести до сведения Сесила, чтобы «ее королевское величество не была обманута, а ее добрые люди плохо назначены». Письмо не содержит объяснений подозрений Usher B. William Cecil and Episcopacy. P. 62.

Correspondence. P. 207–208.

Составители сборника переписки Паркера по ошибке относят смерть епископа к 1566 г., удивляясь при этом, почему вдруг возник такой вопрос (Ibid. P. 208).

Ibid. P. 257–258.

архиепископа, кроме туманных намеков на королеву Марию 662, возможно, «доктор Льюис и двое или трое других», на мнение которых ссылается Паркер, обвиняли его в недостаточной лояльности. В этом же письме архиепископ пишет о двух кандидатах на другую епископскую кафедру в Уэльсе – Бангор. Он рекомендует мистера Хьюиса, «которого знает сам», и, как считает архиепископ, «нет более подходящего человека». Второй кандидат на эту кафедру – доктор Эллис (Эллис Прайс663), «ранее бывший шерифом этого графства», который пользовался поддержкой графа Лестера и графа Пемброка. О нем Паркер также не говорит ничего плохого, кроме того, что он не является священником и «не имеет священнического нрава»664, а потому не должен занимать духовную должность. «Он может хорошо послужить другим образом», – заключает архиепископ.

Через несколько дней, 12 февраля он пишет еще одно письмо, в котором высказывается о судьбе этих двух кафедр665. Что касается Хью Джонса, то Паркер изменил свое мнение на его счет и рекомендует его на должность, «несмотря на последние письма, посланные вашей милости», поскольку он «слышал лучшее о кандидате», подробностей он опять же не сообщает.

Видимо, этого было вполне достаточно и королеве, и Сесилу, так как именно Джонс был в конце концов избран новым епископом Лландаффским 17 апреля следующего года. Интересней складывалась судьба кафедры в Бангоре. «Я посоветовался с несколькими мудрыми людьми, частично из той страны», – рассказывает архиепископ. От них он узнал, что валлийцы «так тесно связаны родством, что епископ не может действовать иначе, кроме как на благо своего клана». Информация о столь неподобающем положении дел приводит его к двум выводам: вопервых, Паркер планирует организовать визитацию, «чтобы установить там порядок», а вовторых – «никакой валлиец» не должен быть епископом в Бангоре. В связи с этим он предлагает назначить туда королевского капеллана мистера Херла, который, на его взгляд, является образованным («learned»), серьезным, как подобает священнику, человеком («grave priestly man»). «Если вашей чести будет угодно послать мне какие-то указания вашего мнения в этих вопросах, я буду следовать им», – заключает Паркер. Эта фраза, на наш взгляд, достаточно ярко характеризует роль архиепископа в решении этого вопроса: он выступает советником светских властей, хотя к его мнению, разумеется, прислушиваются, то есть в принципе сохраняется то же самое положение дел, которое мы наблюдали в сходном случае, произошедшем в 1561 г. К сожалению, мы не можем однозначно определить, включился ли Паркер в обсуждение судьбы двух валлийских кафедр по собственной инициативе или был привлечен властями. В то же Действительно, известно, что в ее правление он занимал некоторые церковные должности, в частности, в 1557 г.

был назначен викарием в Бавелл, графство Сомерсет.

Athenae Cantabrigiensis. Pt. 1. Vol. 1. P. 567.

Correspondence. P. 257–258: «…neither being priest nor having any priestly disposition».

Ibid. P. 259–260.

время, это историю можно дополнить одним любопытным штрихом. Новым епископом Бангорским 30 июля 1566 г. стал Николас Робинсон, один из капелланов архиепископа Кентерберийского, уроженец Уэльса, хотя и прослуживший всю жизнь в Англии. Его имя упоминается в одном из писем Паркера Сесилу (9 марта 1566 г.)666, где говорится, что, «приняв все во внимание», архиепископ рекомендует назначить именно Робинсона. Он не приводит практически никаких аргументов в пользу своего решения, поэтому можно предположить, что это письмо является продолжением некого неизвестного нам обсуждения кандидатуры нового епископа. Как бы то ни было, мнение Паркера в данном случае, судя по всему, было принято во внимание.

Проволочки при выборе и назначении епископов случались и во второй половине 1560-х – первой половине 1570-х гг. Так, в 1568 г. освободились три кафедры, две из которых оставались вакантными в течение двух лет. На первую из них – Чичестерскую – архиепископ еще в 1568 г.

предлагал назначить своего капеллана Ричарда Кертиса, указывая на то, что «выбор невелик», а сам кандидат – «честный образованный человек», который хорошо подойдет для этой должности667. Неясно, с чем была связана двухлетняя задержка в его назначении, однако в 1570 г. именно он стал епископом. Особенно любопытно, что второй вакантной кафедрой в этот период оказался Йорк, где, как и в начале 1560-х гг., возникли сложности с выбором нового архиепископа. Возможно, задержка в определенной степени была связана с событиями в Шотландии и восстанием в северных графствах в ноябре 1569 – январе 1570 г. Упоминания об обсуждении этой проблемы в корреспонденции Паркера впервые встречаются в его письме Уильяму Сесилу 3 июня 1569 г. (заметим, что архиепископ Томас Янг умер почти за год до этого, в июне 1568 г.)668. Паркер сообщает государственному секретарю о своей «фантазии», высказанной им по просьбе графа Лестера, «когда королева была в Хэмптон-Корте». Эта оговорка позволяет предположить, что архиепископ впервые сформулировал свой проект в конце 1568 – начале 1569 г., примерно за полгода до написания рассматриваемого письма669.

Суть его идеи заключается в том, чтобы перевести Эдмунда Гриндэла из Лондона в Йорк, а на его место назначить Джона Элмера. О последнем примас пишет, что, несмотря на сомнения, которые у него были раньше, он полагает, что Элмер станет «хорошим слугой» королеве в Лондоне во времена, когда ее «смертельные враги» паписты «стали столь смелы». В заключение Correspondence. P. 265.

Ibid. P. 331–332.

Ibid. P. 350.

Бумаги, подписанные королевой в Хэмптон-Корте относятся к периоду с конца ноября 1568 г. (например, королевское поручение лорду-хранителю печати и герцогу Норфолкскому, касающееся шотландских дел – A Catalogue of the Manuscripts in the Cottonian Library, Deposited in the British Museum. L., 1802. P. 92) до конца января или первой половины февраля 1569 г. (ряд бумаг, подписанных королевой во второй половине января см.: CSP Foreign, Elizabeth. Vol. 9. P. 13–25), что позволяет установить период ее пребывания там.

Паркер пишет, что королеве следует снисходительно относиться к недостаткам своих подданных, пока они хорошо исполняют свой долг, соблюдают закон и остаются лояльными монарху. Возможно, это связано с тем, что королеву не устраивал кто-то из двух предложенных кандидатов и Паркер надеялся, что Сесил сумеет ее переубедить.

Предложение архиепископа Кентерберийского было принято частично: 11 апреля 1570 г.

Эдмунд Гриндэл был избран архиепископом Йоркским670. Когда решение о его переводе на север уже было принято, судьба Лондонской кафедры еще оставалась неясной. В письме от 30 марта 1570 г., адресованном Уильяму Сесилу, Мэтью Паркер, по просьбе государственного секретаря, приводит свои соображения о кандидатуре будущего епископа671. Он изменил свое мнение, высказанное в вышерассмотренном письме, и теперь считает, что для этой должности лучше всех подойдет Джон Скори, епископ Херефордский. Он единственный из действующих епископов кто, с точки зрения Паркера, захочет вновь брать на себя хлопоты по выплате аннатов, кроме того, архиепископ считает его наиболее подходящим с точки зрения личных качеств: других он называет «слишком слабыми, чтобы пользоваться такой известностью». В то же время, он оговаривается, что все они хорошо образованы и находятся на подходящих местах.

Автор письма упоминает и о других возможных кандидатах на лондонскую кафедру. Мэтью Хаттона, декана Йоркского собора, он называет «честным, спокойным и ученым», но не подходящим для этой должности. Уильям Дэй, провост Итонского колледжа, с точки зрения архиепископа, лучше всех подходит для этой кафедры, причем Паркер уверен, что он будет принят лондонцами лучше, чем декан Вестминстерского аббатства, которого архиепископ характеризует как «слишком сурового». На основе этого текста складывается впечатление, что выбор нового епископа из числа уже рукоположенных прелатов был требованием королевы672, в то время как примас церкви считал его достаточно трудно реализуемым.

В этом же письме Паркер высказывает свое мнение о назначении нового епископа Оксфордского (кафедра пустовала с 1568 г.), причем, похоже, делает это также в ответ на ранее высказанную просьбу Сесила673. Первый кандидат, упоминаемый в письме, – Томас Купер, декан оксфордского собора. Упоминание его имени в данном контексте вызывает определенное удивление, поскольку в силу своего положения он должен был руководить избранием нового прелата капитулом собора, а потому не мог быть выбран сам. На это препятствие и указывает Паркер в своем письме, больше никак не комментируя кандидатуру Купера. Несколько более подробно Паркер отзывается о Герберте Уэстфалинге, канонике оксфордского собора, называя Интересно, что Джон Элмер все-таки стал епископом Лондонским, но это случилось только в 1576 г.

Correspondence. P. 359–361.

Паркер, к примеру, пишет: «Ее величество не сможет заставить никого из тех, кто занимает место епископов, вновь взяться за дело [выплаты] пошлин и аннатов» – Ibid. P. 359.

Эта часть текста начинается словами «Что же касается Оксфордского епископства…» – Ibid.

его мудрым и благоразумным человеком, однако архиепископ все же возражает против его назначения, поскольку тот не является главой колледжа. Наиболее подходящим кандидатом Паркер считает Томаса Бикли, возглавлявшего Мертон Колледж. Интересна характеристика, которую дает ему автор письма: он не только называет кандидата честным, решительным и способным к управлению, но и отмечает, что он «послушный» («disciplinable») и «будет следовать совету». Наконец, Паркер уверяет Сесила в беспристрастности своего мнения, хотя Бикли и является его капелланом, ведь он больше ценит «долг королеве на ее службе». В завершение архиепископ просит государственного секретаря поторопиться с назначениями, а также с высочайшим утверждением перевода Гриндэла, поскольку он собирается уехать в Кентербери, и в случае задержки новопоставленным епископам также придется ехать туда674.

Любопытно, что в этой связи не упоминается Ричард Кертис, будущий епископ Чичестерский, который был рукоположен в Кентербери 21 мая 1570 г., то есть на следующий день после утверждения избрания Гриндэла.

По тексту письма складывается впечатление, что все три кандидатуры на должность епископа Оксфордского были предложены на рассмотрение архиепископа Уильямом Сесилом, попросившим Паркера высказать свое мнение о возможном назначении. Очевидно, окончательное решение о судьбе как Оксфордской, так и Лондонской епархии принималось королевой (возможно, при участии кого-то из ее приближенных), и определить, насколько на него повлияло высказанное Паркером мнение, трудно. Новым епископом Лондонским 2 июня 1570 г. стал Эдвин Сэндис, переведенный из Вустера, то есть королевское желание, чтобы на эту кафедру был назначен кто-то из уже рукоположенных епископов, было выполнено, несмотря на сомнения Паркера. Что касается епископа Оксфордского, то он вообще не был назначен вплоть до 1589 г.

Рассмотренные прецеденты позволяют сделать вывод, что во второй половине 1560 – первой половине 1570-х гг. Паркер регулярно привлекался светскими властями к обсуждению кандидатур будущих епископов. Иногда даже он сам просил Уильяма Сесила обратить внимание на незанятые кафедры. При этом его мнение далеко не всегда оказывалось решающим, хотя к нему и прислушивались, что можно видеть, например, по обсуждению перевода Эдмунда Гриндэла из Лондона в Йорк. Заметим, что зачастую королева и ее советники не торопились с назначениями епископов, особенно если речь шла о не столь важных диоцезах. В этой связи вызывает некоторое удивление судьба оксфордской кафедры, которая за весь рассматриваемый период был замещена лишь в 1567–1568 годах. Переписка не содержит данных о других Гриндэлу все же пришлось ехать в Кентербери, где 22 мая состоялось утверждение его избрания архиепископом Йоркским.

назначениях первой половины 1570-х гг., однако можно предположить, что участие Мэтью Паркера по крайней мере в некоторых из них было в целом аналогичным.

К сожалению, архиепископский журнал также не позволяет нам существенно дополнить эту картину. Сведения о назначении епископов, содержащиеся в нем, сводятся к описанию формальной части этого процесса675. Набор приведенных в источнике документов в целом совпадает с теми, которые мы рассматривали, говоря об избрании и поставлении архиепископа Кентерберийского: здесь также есть королевская лицензия на избрание676, отчет о том, как оно происходило677, заверенное согласие епископа на избрание678, отчет об утверждении избрания679 и другие. Из отличий можно выделить архиепископское поручение («comissio») утвердить избрание680, которого, естественно, не было, когда избирали его самого, а также описание церемонии поставления. В абсолютно большей части случаев она проводилась архиепископом Кентерберийским в Ламбете, различался лишь состав помогавших ему епископов и свидетелей.

Чинопоследование первых рукоположений этого периода в основном характеризуется в источнике как аналогичное тому, которое имело место во время рукоположения Паркера681, а примерно с середины 1560 г. его чаще описывают как принятое в церкви Англии (хотя речь идет об одном и том же)682. В журнале подробно описано рукоположение Ричарда Кертиса, епископа Чичестерского, состоявшееся 21 мая 1570 г. в Кентербери683. Чинопоследование в основном соответствует церемонии рукоположения Паркера, в том числе упоминается, что ритуальную формулу на английском языке произносили все четверо участвовавших епископов, а не один, как это предусматривалось Книгой общих молитв 1552 г.684 Таким образом, порядок проведения церемонии, разработанный осенью 1559 г. Уильямом Сесилом и Мэтью Паркером, не только позволил решить сиюминутную проблему назначения нового архиепископа Кентерберийского, но и использовался впредь, став установленным обычаем английской церкви. В целом же, как представляется, наши выводы о процедуре избрания архиепископа как о своего рода акте Registrum. Vol. 1. P. 38–163; Vol. 3. P. 891–904.

Ibid. Vol. 1. P. 47–48. Здесь и следующих четырех сносках мы ссылаемся на документы, связанные с избранием и поставлением епископа Лондонского в 1559 г., аналогичные документы, касающиеся других назначений, совпадают практически дословно.

Ibid. P. 43–51.

Ibid. P. 51.

Ibid. P. 38–39.

Ibid. P. 40.

«Ceremoniis et Ritubus in Actis Consecrationis dicti Reverendissimi patris expressis adhibitis» (Ibid. P. 53, 56, 71, 75), «juxta morem et formam circa consecrationem ipsius reverendissimi patris» (Ibid. P. 80, 81, 83–84, 85), «juxta formam descriptam in Actis consecrationis ipsius reverendissimi patris» (Ibid. P. 88, 92, 95, 102).

«…ceremoniis de usu moderno ecclesie Anglicane adhibendis» (Ibid. P. 103, 118, 152, 154, ), «…ceremoniis de more ecclesie Anglicane usitatis» (Ibid. P. 105), «…de ritu et more Ecclesie Anglicane Insigniis et ceremoniis» (Ibid. P. 114), «ceremoniis de more ecclesie Anglicane» (Ibid. P. 122, 123–124), «…de ritu et more ecclesie Anglicane suffragiis et insigniis adhibendis» (Ibid. P. 127), Ibid. P. 133–136.

Ibid. P. 135.

декларации апостольского преемства и легитимации церкви, изложенные нами в предыдущей главе, вполне можно экстраполировать и на епископат в целом.

Помимо участия в назначении прелатов, архиепископ уделял значительное внимание и другим кадровым проблемам, причем ему пришлось столкнуться с ними уже в самом начале своего правления, когда, как мы уже отмечали выше, в Англии освободилось достаточно большое количество церковных должностей. Уже в первые восемь месяцев его правления только в Кентерберийском провинции были рукоположены 233 человека, из которых 105 стали священниками и 128 – диаконами685. Чтобы понять, насколько велико это число, можно указать, что за следующие полтора десятилетия своего правления архиепископ рукоположил менее пятидесяти человек686. Хотя такая поспешность вполне понятна, учитывая сложившиеся чрезвычайные обстоятельства, позднее она стала одним из поводов для критики пуританами церкви Англии687. Практически все ординации в первый год правления Паркера были проведены не им лично, а другими епископами, действовавшими по его поручению и от его имени, хотя причина этого не вполне понятна688. В силу этого мы, к сожалению, не можем судить, утверждал ли сам архиепископ кандидатуры новых священников (или какую-то их часть). В нашем распоряжении имеются только его поручения провести рукоположения, данные епископам689, в которых Паркер излагает свои требования к новому духовенству: клирики должны отличаться «честной жизнью, скромным нравом и образованностью в Священном Писании»690. В одном из рассматриваемых документов содержится указание, что весь список тех, кто должен был быть рукоположен, был одобрен архиепископскими «проверяющими»691, хотя не вполне ясно, кто именно имеется в виду.

Тем не менее, несмотря на все принятые меры, можно с уверенностью сказать, что результатами назначений архиепископ доволен не был. «Принужденные большой потребностью в священниках, – писал Паркер 15 августа 1560 г., обращаясь к епископу Лондонскому Эдмунду Гриндэлу692, – мы с вами… допустили к службе разных ремесленников и других, незнающих и необразованных». Очевидно, поспешность и массовость замещения церковных вакансий обернулись, с точки зрения архиепископа, недостаточной разборчивостью в кандидатах на Registrum. Vol. 1. P. 338–352. Из них тридцать человек должны были служить в Кентерберийском диоцезе.

Ibid. Vol. 2. P. 385, 386, 389, 403, 418, 420, 597, 601, 611, 678; Vol. 3. P. 1086.

Об этом говорится, в частности, в «Предостережении парламенту» 1572 г. См.: Puritan Manifestos. P. 10.

Подробнее см.: Daeley J. I. The Episcopal Administration of Matthew Parker. P. 178–179. Там же исследователь высказывает предположение, что после 1569 г. рукоположения относились к компетенции викарного епископа Рочестерского, а потому фиксировалась в его журнале, не сохранившемся до наших дней. Однако весомых аргументов в пользу этой гипотезы нет.

Registrum. Vol. 1. P. 334, 339–340, 347.

Формула «…clericos vite honestate morum probitate et litterarum sacrarum eruditione insignitos» повторяется в двух документах: Ibid. P. 334, 347.

«…personas… per examinatores dicti reverdissimi patris comprobatos» – Ibid. P. 339.

Correspondence. P. 120–121.

духовные должности, что, по его мнению, недопустимо, так как многие из новых священников «весьма оскорбительны для людей» и «приносят больше вреда, нежели пользы». Посему архиепископ требует, чтобы люди «в прошлом мирских занятий» больше не допускались к службе в церкви, кроме тех, кто «искушен в учении» или «хотя бы потратил некоторое время на обучение детей». Этот вопрос предлагается обсудить на конвокации, пока же Паркер просит епископа Лондонского руководствоваться вышеизложенными соображениями.

Несколько месяцев спустя, 18 ноября 1560 г., архиепископ вновь пишет Гриндэлу письмо693, в котором касается других проблем, связанных с реформированием духовенства.

Прежде всего, он требует, чтобы епископ Лондонский представил ему поименный список всех священников своего собора, включая «деканов, архидьяконов, канцлеров и прочих имеющих должность со всеми их пребендами», мотивируя свое любопытство «общим реформированием духовенства провинции Кентербери». Паркера интересует также «каждый отдельный священник и викарий внутри диоцеза, сколько из них живут здесь и где находятся остальные».

Особенное внимание архиепископ уделяет тем, кто «не является ни священником, ни дьяконом», а также тем, кто «образован и способен проповедовать», и тем, кто уже имеет проповедническую лицензию. Направление намечавшихся изменений нетрудно себе представить: во-первых, очевидно, предполагалось удаление с должностей людей, не имеющих духовного звания и соответствующего образования, во-вторых, Паркер озаботился присутствием священника в каждом приходе, в-третьих, перед ним стояла задача обеспечения королевства лояльными и квалифицированными проповедниками, способными доносить до паствы новое вероучение. Претворение этих принципов в жизнь оказалось делом непростым и требовало от архиепископа Кентерберийского значительных усилий на протяжении всего периода его правления.

Надо заметить, что практика назначения на церковные должности людей «мирских занятий» не была чем-то экстраординарным, тем не менее, Паркер, судя по всему, считал ее порочной и по мере возможности пытался с ней бороться. Выше мы уже упоминали, что в 1566 г. он возражал против кандидатуры Эллиса Прайса, поскольку у него было сана, хотя он имел влиятельных покровителей. Но если выдвижение мирянина на епископскую кафедру было событием, скорее, необычным, то дарование им бенефициев или пребенд случалось достаточно часто. К числу наиболее ярких прецедентов такого рода можно отнести попытку «некого мистера Хэммонда из Йоркшира» получить в 1570 г., благодаря ходатайству графа Лестера, пребенду для своего четырнадцатилетнего сына. В письме государственному секретарю Уильяму Сесилу от 1 апреля 1570 г. Паркер сообщает о своем отказе подписать Ibid. P. 127–128.

соответствующее разрешение694. Архиепископ ссылается на обращение декана Йоркского собора, полагавшего, что «очень хорошая пребенда, подходящая для проповедника», не должна быть предоставлена «мальчику нежного возраста и малой учености и благоразумия», а также на указания Тайного совета, предписывающие, чтобы епископы «обеспечивали более усердное проповедничество»695. В схожей ситуации в апреле 1561 г. архиепископ также отказал Томасу Ховарду в предоставлении пребенды сыну одного из его «слуг», мальчику тринадцати или четырнадцати лет696.

В другой раз Паркер в письме от 6 февраля 1568 г., адресованном Анне Бэкон, жене лордахранителя печати Николаса Бэкона, описывает результаты визитации, проведенной им в Норфолке незадолго до того697. По словам архиепископа, до него дошли сообщения о процветающей там симонии, так что даже «лучшие [люди] графства… были заражены этой чумой», имея по пять-шесть, а порой и по семь-восемь бенефициев, на которые назначались их «слуги». В ходе инспекции выяснилось, что два человека, получившие пребенды в Нориджском соборе благодаря влиянию Бэкона, не имеют сана и не могут исполнять священнические обязанности ввиду недостатка образования и знаний. Паркер счел необходимым уговорить обоих отказаться от пребенд, несмотря на свои дружеские отношения с их покровителем, о чем он и рассказывает леди Бэкон. Впрочем, несмотря на все усилия архиепископа Кентерберийского, предпринятые в рассмотренных и других подобных случаях, добиться искоренения практики назначения светских лиц на духовные должности в тот период было едва ли возможно. Так, например, когда в сентябре 1563 г. Джон Джуэл, епископ Солсберийский, обратился к Паркеру с вопросом, может ли Джордж Харви, «не имея и не нося священнического сохранить за собой пребенду, полученную по папскому разрешению 698, облачения», архиепископ, вероятно, не стал возражать, так как Харви сохранял ее до своей смерти в сентябре 1564 г.699 Известны также случаи, когда архиепископ предоставлял разрешение на получение пребенды, «несмотря на возраст»700.

Не менее сложным делом оказалось и обеспечение присутствия (residence) священников в назначенных им бенефициях, пребендах и приходах. О важности этой проблемы можно судить по статистике, приведенной в исследовании Дж. Дэли701. В 1559 г. 55–64% из 288 приходов и пребенд в Кентерберийской провинции были либо не заняты, либо священник там не жил. К Ibid. P. 362.

Одно из таких предписаний см.: Ibid. P. 355–357.

Ibid. P. 136.

Ibid. P. 311–313.

Correspondence. P. 176.

Fasti ecclesiae Anglicanae 1541–1857 / Ed. by J. M. Horn. L., 1986. Vol. 6. P. 22.

Registrum. Vol. 1. P. 318; Vol. 3. P. 839–840.

Daeley J. I. The Episcopal Administration of Matthew Parker. P. 192–195.

1562 г. это число увеличилось до 66%, причем в 100 (35%) приходах епархии священники были назначены, но не присутствовали. К 1569 г. число последних выросло на семь, до 107 (37%).

Затруднения такого рода возникали, как правило, из-за того, что приходскими священниками назначались люди, уже имевшие другие должности (например, в университетах), которые они считали основным местом своей деятельности702. В качестве примера можно напомнить, что сам Мэтью Паркер в 1535 г. был назначен деканом коллегии секулярных клириков в Сток-байКлере, хотя в то же время был членом одного из колледжей Кембриджского университета. Новая должность должна была стать для него синекурой и источником некоторого дополнительного дохода. Однако будущий архиепископ, в отличие от предыдущего декана Стока, практически не появлявшегося там, уделял коллегии и ее благоустройству достаточно много времени и сил.

Того же он пытался добиться и от других священников уже после того, как стал примасом церкви Англии. Он неоднократно требовал отчета о том, кто из священников находится на своем месте, а кто отсутствует и почему. Помимо указанных выше писем Гриндэлу, можно упомянуть архиепископское предписание 1561 г. с требованием предоставить информацию как о присутствии держателей пребенд и бенефициев, так и об их образовании, семейном положении, наличии проповеднических лицензий и т.п.703 Точный список адресатов, к сожалению, неизвестен, поскольку вместо обращений и конкретных указаний в оригинальной рукописи стоят пробелы, однако можно предположить, что он был достаточно широк: судя по всему, это образец для рассылки архидьяконам и другим церковным чиновникам, отчеты которых позволили бы составить достаточно полное представление о составе английского духовенства.

Кроме того, вопрос о реально присутствующих священниках регулярно задавался во время визитаций, проводившихся как во всей провинции, так и в отдельных диоцезах, насколько можно судить по предписаниям визитационным комиссиям. В королевских предписаниях 1559 г. самая первая статья предписывает выяснить, «является ли священник, викарий или curate704 постоянно живущим в своем приходе, выполняющим свой долг в проповеди, чтении и правильном исполнении святых таинств»705. В 1560 г. тот же вопрос был повторен в архиепископских инструкциях, причем визитационная комиссия должна была выяснить, помимо прочего, занимаются ли священники и викарии благотворительностью и «молятся ли Заметим, что в средневековой церкви один священник нередко мог иметь два и больше приходов, зачастую находившихся в разных частях королевства, что, естественно, не позволяло ему уделять одинаковое внимание всем своим прихожанам. В Англии эта практика была запрещена Актом о запрете папских диспенсаций и пенни святого Петра 1534 г. См.: Document Illustrative. P. 209–232.

Correspondence. P. 153–154.

Curates назывались священники, исполнявшие обязанности приходских, но не бывшие при этом ректорами прихода и не владевшие им как бенефицием.

Visitation Articles. Vol. 3. P. 1.

они о процветании ее величества королевы, как указано в ее предписаниях»706. Эта же статья входила в инструкции для епархиальных визитаций 1563, 1569 и 1571 гг.707, а также провинциальной визитации 1567 г.708 Особенно интересная в этой связи архиепископская визитация Нориджского диоцеза, состоявшаяся в 1567–1568 гг. Как видно по цитировавшемуся выше письму Паркера Анне Бэкон, состояние дел в этой епархии архиепископ считал неудовлетворительным, а потому запретил епископу Джону Паркхесту проводить там визитацию в мае 1567 г., заменив ее летом того же года собственной визитацией709.

Предписания, направленные комиссии, и вопросы, которые должны были задаваться 710, в целом повторяли содержание аналогичных документов 1560 и 1563 гг. Насколько можно судить по материалам архиепископского журнала, проблеме residence было уделено особое внимание: по ее результатам осенью 1567 г. был составлен список ректоров (всего шестьдесят один), подлежавших наказанию за отсутствие в своих приходах711. Уточненный список нарушителей был утвержден следующим летом и включал пятьдесят девять человек712.

О наказании им было объявлено в соборе Святого Павла в Лондоне 15 и 19 июня, а также 8 октября 1568 года713:

больше половины из них (тридцать три человека) были лишены занимаемых должностей, у остальных были конфискованы доходы, однако позднее все они, кроме шести человек также были смещены714. О внимании, уделявшемся проблеме residence, говорит и тот факт, что при назначении священники и викарии должны были приносить присягу, в которой в числе прочего говорилось о подчинении закону («de legitima obedientia») и «о постоянном пребывании» («de continuo residendo»)715. По архиепископскому журналу известны также прецеденты, когда нарушавший эти требования священник или викарий подвергался штрафу (конфискации дохода) или иному наказанию716.

Определенные сложности при изучении этой проблемы вызывает вопрос о том, какой священник считался постоянно живущим в своем приходе. Законодательное оформление понятия nonresidence произошло только в 1571 г., когда был принят соответствующий акт парламента, определявший его как восьмидесятидневное отсутствие священника в своем Ibid. P. 82.

Ibid. P. 140, 215, 366.

Ibid. P. 193.

Strype J. The Life and Acts of Archbishop Parker. Vol. 1. P. 489. Помимо «различных нарушений» в диоцезе, одной из причин такого решения Дж. Страйп называет и то, что епископ Нориджский сам был «не без недостатков».

Visitation Articles. Vol. 3. P. 197–200.

Registrum Vol. 2. P. 748–751.

Ibid. Vol. 2. P. 752–754.

Ibid. Vol. 2. P. 755.

Ibid. Vol. 2. P. 755–761.

Ibid. Vol. 1. P. 164; Vol. 2. P. 772, 783.

Ibid. Vol. 2. P. 776–777. Подобные меры в диоцезах, которыми архиепископ управлял в отсутствие там епископа см.: Ibid. Vol. 1. P. 207–209, 211, 236, 248, 278, 396; Vol. 2. P. 842, 856; Vol. 3. P. 1009, 1123.

приходе717. Какими критериями руководствовались церковные власти до этого момента, остается не вполне ясным. В то же время, Паркер несколько раз предоставлял диспенсации, позволявшие священникам не жить постоянно в своем приходе, либо иметь несколько должностей718. Количество таких разрешений в его правление было относительно невелико, а причиной их выдачи могла стать болезнь, учеба либо просто королевский приказ719. Несмотря на это, можно с уверенностью сказать, что церковные власти уделяли значительное внимание фактическому присутствию служителей церкви Англии в тех местах, где они получали должности.

Значительную роль при выборе кандидатов на духовные должности играли и их личные качества. Определенное представление о необходимых достоинствах священника церкви Англии можно составить на основе документов, оформлявших различные назначения. Впрочем, нужно иметь в виду, что зачастую их тексты представляют собой набор устойчивых формул, которые характеризуют идеального священника, а не реального человека. Впрочем, они также представляют определенный интерес для характеристики тех принципов, которыми руководствовались церковные власти Англии при проведении своей кадровой политики. Так, например, во время избрания самого Паркера декан Кентерберийского собора, предлагавший капитулу его кандидатуру, хвалил будущего архиепископа за ученость, скромность, добродетельность и осмотрительность в делах, а также отмечал, что он свободный человек, рожденный в законном браке и рукоположенный правильным образом720. Сходные достоинства подчеркивались и у других претендентов на церковные должности. При назначении часто отмечалась «похвальная жизнь, нравы и добродетели» кандидатов, а также их образованность в «науках» и вероучении721, иногда, помимо прочего, их законопослушность722. О том, что такие похвалы не были ритуальными и на эти достоинства действительно обращалось внимание, свидетельствует тот факт, что подобная аргументация встречается и в переписке при обсуждении назначений. Так, в 1564 г. (точная дата неизвестна) епископ Даремский Джеймс Пилкингтон пишет Паркеру письмо723, в котором рекомендует Джорджа Харгривза на место викария в Рэчердейле.

Интересно, как автор письма описывает предлагаемого кандидата:

«годами пожилой, манерами безупречный, в рвении искренний, в трудах старательный, в проповедях одаренный и знающий», к тому же, Паркер знал «его священником в Или много лет Statutes of the Realm. [S. l.], 1819. Vol. 4. Pt. 1. P. 556.

Последних за весь срок правления Паркера было восемь. См.: Daeley J. I. The Episcopal Administration of Matthew Parker. P. 215.

Ibid. P. 196–197.

Registrum. Vol. 1. P. 24.

Ibid. Vol. 2. P. 418.

Ibid. Vol. 1. P. 165.

Correspondence. P. 221.

назад». «Я не могу сказать, где вы найдете более подходящего человека вне университета для столь большой ответственности при столь малом бенефиции», – заключает он. Затем Пилкингтон упоминает еще одного кандидата – «некого Райта», не удостаивая его, впрочем, столь лестной рекомендации. Несколько позже, в 1566 г., уже сам архиепископ, убеждая государственного секретаря в необходимости назначить епископом Бангорским королевского капеллана мистера Херла, хвалит последнего за то, что тот является образованным, серьезным, как подобает священнику, человеком724. Как можно заметить, наиболее важными достоинствами священника считались его благочестивый образ жизни и образованность. О последнем свидетельствует и тот факт, что из 127 человек, получивших бенефиции в Кентерберийском диоцезе в правление Паркера, сорок восемь (или сорок девять) имели ученые степени, а еще четверо некоторое время учились в университетах725. Таким образом, больше 40% назначенных Паркером пребендариев и приходских священников были весьма образованными, по меркам своего времени, людьми.

Помимо «постоянных» приходских священников и пребендариев, важное место в кадровой политике Мэтью Паркера отводилось «временным» назначениям – чтецам и проповедникам. В самом начале правления Елизаветы, с конца 1559 г., когда в силу вышеописанных проблем с духовенством возникли значительные сложности с духовным окормлением значительного числа жителей королевства, епископы стали привлекать к этой работе специально назначенных чтецов («lectores», или «readers»), как правило, из числа образованных мирян726. В силу определенной специфики их назначения, осуществлявшегося уполномоченным архиепископа или специальным представителем архидьякона, а также, вероятно, потому, что они не были связаны с получением бенефиция, в архиепископском журнале о них практически нет сведений727. Достаточно подробное описание их обязанностей содержится в инструкциях, которые они должны были подписывать, опубликованных в составе «Интерпретаций» («Interpretations»), составленных епископами в 1560 или 1561 г.728 Чтецы не имели права проповедовать или интерпретировать Писание, а должны были только читать Библию и излагать то, что им предписано (вероятно, в данном случае речь идет о гомилиях); им запрещалось отправлять таинства и проводить какие-либо ритуалы, кроме похорон и «очищения женщин после деторождения»; они не имели права назначать кого-либо вместо себя; достаточно подробно оговаривалось, что «чтецы» должны хорошо и понятно говорить, прилично одеваться и не произносить ничего «оскорбительного» для прихожан. Чтецы работали в тех приходах, где Ibid. P. 259–260.

Daeley J. I. The Episcopal Administration of Matthew Parker. P. 217.

Ibid. P. 185–190.

Ibid. P. 187.

Visitation Articles. Vol. 3. P. 67–68.

не было постоянного священника (потому на них возлагалась также обязанность ведения приходского журнала), и каждый из них был подчинен какому-либо епископу, перед которым должен был отчитываться. Судя по всему, для них предполагалась некая церемония наподобие рукоположения для духовенства. Впрочем, единственное упоминание о ней в журнале архиепископа729 не позволяет с уверенностью судить, ни о ее регулярности, ни о порядке проведения730. Деятельность чтецов, как представляется, регулярно проверялась во время визитаций: соответствующее предписание мы находим в инструкциях 1561 г., опубликованных в составе «Объяснений» епископов731, затем она дословно повторяется в «Ламбетских статьях» от 12 апреля 1561 г., подписанных обоими архиепископами «с согласия их братьев епископов»732.

Не вполне понятно, считались ли чтецы временным институтом, призванным компенсировать недостаток приходских священников, или предполагалось, что они будут служить и впредь. Текст визитационных предписаний, рассмотренных выше, служит, скорее, аргументом в пользу первой гипотезы, того же мнения придерживалась и определенная группа епископов733. С другой стороны, Дж. Страйп приводит указания Паркера по управлению приходами, относимые историком к концу 1559 г.734 Сходство текста этого документа с вышерассмотренными предписаниями очевидно, а потому, при принятии столь ранней датировки, можно предположить, что именно они составлялись на основе этого текста. Говоря о тех случаях, когда один священник вынужден служить в нескольких приходах, архиепископ предписывает, чтобы в каждом из них был чтец, который мог бы выполнять обязанности, описанные выше. По мнению Дж. Дэли, Паркер, таким образом, полагал, что это должен быть постоянный помощник приходского священника, а не временный его заместитель735. В пользу этой гипотезы косвенно говорит тот факт, что подобных постоянных «мирских помощников»



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 9 |



Похожие работы:

«Пр О За Кажигали Муханбеткалиулы Родился 8 декабря 1942 года в Байганинском районе Актюбинской области. Заслуженный деятель Республики Казахстан. Окончил филологический факультет КазГУ. Перевел на казахский язык произведения Р. Акутагавы, С. Моэма, П. Мэриме, Ги де Мопассана, Д. Фонвизина и многих других зар...»

«Анонс мероприятий на Июнь 2017 г. БУ РА "Национальная библиотека имени М.В. Чевалкова" № Дата, Мероприятие, анонс Место Ответственные, время проведения телефон Выставка "Женщины Пушкина" НБ РА ОИР 01.06 Александр Пушкин – человек, вошедший в историю как величайший русский поэт. 27527 Од...»

«ЭКЗАМЕНАЦИОННЫЕ БИЛЕТЫ ПО ИСТОРИИ РОССИИ (9 КЛАСС) Примерные экзаменационные билеты соответствуют обязательному минимуму содержания основного общего образования по предмету (приказ Минобразования России...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Забайкальский государственный университет" (ФГБОУ ВПО "ЗабГУ") Факул...»

«МИНФИН РОССИИ ПРЕСС-СЛУЖБА МАТЕРИАЛЫ СМИ УТРЕННИЙ ВЫПУСК ЧЕТВЕРГ, 29 ДЕКАБРЯ 2016 Г Сельскому хозяйству облегчили жизнь на год / Известия ОСАГО не обрело реальных форм / Ведомости Крупнейшая приватизация в истории страны / Независимая газета Неприкасаемых больше нет / Независимая...»

«Белова Ирина Борисовна ВЫНУЖДЕННЫЕ МИГРАНТЫ: БЕЖЕНЦЫ И ВОЕННОПЛЕННЫЕ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ В РОССИИ. 1914 – 1925 гг. (По материалам центральных губерний Европейской России) специальность 07.00.02 – Отечеств...»

«Локальные акты МБОУ СОШ № 1 г. Охи МУНИЦИПАЛЬНОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ СРЕДНЯЯ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШКОЛА № 1 г. Охи СОГЛАСОВАНО РАССМОТРЕНО И ПРИНЯТО Протокол заседания детского совета протокол заседания педагогического совета обучающихся от 17.11.2015 года № 5 от 07.09.2015...»

«Михаил Михайлович Попов Паруса смерти Серия "Исторические приключения (Вече)" Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=141237 Паруса смерти: Вече; Москв...»

«предпринимательской деятельности. Когда у гражданина, зарегистрированного в качестве предпринимателя вытекает спор из брачно­ семейных, жилищных и иных гражданских правоотношений, он подведомственен суду общей юрисдикции. Так же следует отметить институт третейских судов, который считается наиболее старым во всей...»

«Author: Рудзявичюс Сигитас Антанович Sigrompism 8 ЗЭКАМЕРОН 8 СОВРЕМЕННАЯ НТР КАК ДВИЖУЩАЯ ЦИВИЛИЗАЦИОННАЯ  СИЛА НООГЕНЕЗА И КАК ГЛАВНЫЙ ФУНДАМЕНТАЛЬНО-СУИЦИД НЫЙ ХАОТИЗАТОР БЫТИЯ И ДУХА     Современная НТР, как конкретно-историческое...»

«Научные сообщения 23 Idem. Die Kulturhistorische Methode. S. 25. 24 Ibid. S. 26. 25 Cм.: Lenz M. Lamprechts Deutsche Geschichte. 5. Band / M. Lenz // Historische Zeitschift. Berlin, 1896. Bd 77. S. 422. 26 Lamprecht К. Was...»

«АННОТАЦИИ ДИСЦИПЛИН ПО ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ ПРОГРАММЕ 23.03.01 ТЕХНОЛОГИЯ ТРАНСПОРТНЫХ ПРОЦЕССОВ НАПРАВЛЕННОСТЬ (ПРОФИЛЬ) ПРОГРАММЫ: ОРГАНИЗАЦИЯ ПЕРЕВОЗОК И УПРАВЛЕНИЕ НА ПРОМЫШЛЕННОМ ТРАНСПОРТЕ ПРОГРАММА ПОДГОТОВКИ – АКАДЕМИЧЕСКИЙ БАКАЛАВРИАТ О...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ "БЕЛГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ...»

«УДК 821.111-31(73) ББК 84(7Сое)-44 В88 Серия "Кошки, собаки и их хозяева" Steven Wolf Lynette Padwa COMET’S TALE HOW THE DOG I RESCUED SAVED MY LIFE Перевод А.А. Соколова Компьютерный дизайн А.И. Орловой Печатается с разрешения Algonquin Books of Chapel Hill, подразделения Workman Publishing Company Inc., New York и литерату...»

«Владислав Валерьевич Выставной Считалочка для бомбы Серия "Волшебный полигон Москва", книга 2 http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=162913 Считалочка для бомбы: "Издательство АЛЬФА-КНИГА"; М.; ISBN 978-5-9922-0018-8 Аннотация Новая смешная, загадочная и немного страшная история, произо...»

«“Россия и мусульманский мир”.-2010.-№1.-C.134-141. ТУРЦИЯ: ПРОТИВОСТОЯНИЕ ИСЛАМИЗАЦИИ И СЕКУЛЯРИЗМА И. Фадеева, доктор исторических наук Еще в XIX в. в Турции как следствие своеобразия модернизации страны обозначилось жесткое противостояние двух элит европеизированной модерниз...»

«Аннотации рабочей программы дисциплины направление подготовки 38.03.02Менеджмент все профили ИСТОРИЯ Цель дисциплины формирование у студентов целостного понимания истории России, представления о закономерностях и характерных особенностях ее исторического развития, что позволит определить место...»

«Брошюра и Прейскурант в евро на 2017 год Оздоровительный отдых в Рибарской Бане Республика Сербия Туристический оператор "Невский путь" Сербия, 36000, г. Врнячка Баня, Радничка 18, тел./факс: +381-36-336-505, тел.: +381-64-576-00-22 Брошюра и Прейскурант в евро 2017 О се...»

«Министерство культуры Российской Федерации федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Новосибирская государственная консерватория (академия) имени М.И.Глинки" Межкафедральный музыковедческий совет Кафедры...»

«ВОПРОСЫ ЯЗЫКОЗНАНИЯ №1 1988 ЛЕОНТЬЕВ Л. А. ГЕНЕЗИС СЕМАНТИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ: АНТИЧНОСТЬ И СРЕДНЕВЕКОВЬЕ 1. Гераклит и Платон. Историю проблемы значения в философии следует, вероятно, начинать с понятия "логос" у древних греков и соотнесенных с ним понятий. У Гераклита логос выступает как "всеобщее, универсальное, объективное значение...»

«РЫШКОВСКАЯ Анастасия Юрьевна ТРАДИЦИЯ ЖЕНСКОГО АСКЕТИЗМА И МОНАШЕСТВА НА РАННЕВИЗАНТИЙСКОМ ВОСТОКЕ (ЕГИПЕТ И ПАЛЕСТИНА) Специальность 07.00.03 – всеобщая история (история древнего мира) Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук Белгород – 2014 Работа выполнена на кафедре всеобщей истории...»

«НаучНый диалог. 2013 Выпуск № 6 (18): иСТоРиЯ. СоЦиологиЯ. ЭТНогРаФиЯ Матлин М. Г. Структура и семантика обряда послесвадебного цикла – посещения молодой / молодыми водного источника / М. Г. Матлин // Научный диалог. – 2013. – № 6 (18) : История. Социология. Этнография. – С. 88–110. УДК 3...»

«2 История зарождения казачества в Центральной части России имеет глубокие корни и на протяжении многих столетий неразрывно связана с Российским государством. Казак, "козак" (тюркское – удалец, вольный человек) – в узком смысле наемный работник, в широком – человек, порвавший со своей социал...»

«УЧЕБНИК ДЛЯ ВУЗОВ В.И. Федоров ИСТОРИЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ XVIII век Допущено Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающих...»

«Взаимодействие государства и организаций "третьего сектора"* в реализации социальной политики: опыт ФРГ, Франции и США Галина Веремейчик, МОО "Образование без границ" Ассоциации, соответствующие принципу общественной пользы, во Франции, добровольческие объединения...»

«Ученые записки Таврического национального университета им. В.И. Вернадского Серия "История". Том 21 (60). 2008 г. № 1. С. 75-80. УДК 930.9 (Р 477.22):371.97 ЭЛЕМЕНТЫ МУЗЫКАЛЬНОГО ВОСПИТАНИЯ В УЧЕБНОМ ПРО...»

«Попова Анна Владиславовна, к.ю.н., доцент, доцент кафедры теории и истории государства и права ФГОБУ "Финансовый университет при правительстве Российской Федерации" Неолиберальная модель государственного и общественного устройства России на рубеже XIX-XX вв. Монография Москв...»








 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.