WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

«В книге на основе разнообразных сведений, архивных источников освещается история крупного населенного пункта а Подгоренском районе Воронежской области - слободы Сагуны. Автор ...»

-- [ Страница 1 ] --

СЛОБОДА САГУНЫ (СЫРОВАТСКИЙ Н.И.)

В книге на основе разнообразных сведений, архивных источников освещается история

крупного населенного пункта а Подгоренском районе Воронежской области - слободы

Сагуны. Автор подробно рассказывает о дореволюционной жизни и быте сагуновских

крестьян, об их участии в гражданской и Великой Отечественной войнах, о социальноэкономических и культурных переменах, происшедших а слободе за последние годы.

Начиная с 1930 года история слободы рассматривается в связи с развитием колхоза «Красный путиловец».

Автор книги - учитель, живет и работает в Верхнемамонском районе Воронежской области, уроженец Сагунов.

Научный редактор- кандидат исторических наук И. Чесноков Рецензенты: кандидаты исторических наук Л.И. Гаворонский и Г.В. Логу

ОТ РЕДАКТОРА

Любить свое Отечество - это значит познать его прошлое, понять настоящее, воспитать и себе чувство глубокого уважения к нему. Главную роль в воссоздании прошлого Родины всегда играла историческая наука. С XVII! века, со времени своего формирования как области научного знания, она определила две тенденции в освещении истории пашен страны и, в связи с этим, два направления исследовательских работ.

Первое из них нацеливало исследовательскую мысль на изучение общерусского и общероссийского исторического процесса, на разгадку общих закономерностей его развития.

В XVIII - начале XX веков это направление породило целую серию обобщающих, или, как их называли до революции, систематических трудов по истории России. В советской исторической науке, овладевшей марксистско-ленинской концепцией исторического процесса и методологией исторического исследования, эта тенденция продолжила свое развитие.

Второе направление исследовательских работ по отечественной не горни зародилось тоже в XVIII веке и было связано с изучением прошлого отдельных населенных пунктов и регионов России с их населением, экономической н культурной жизнью. Во второй половине XIX века в научных кругах страны исследователи этой проблематики стали именоваться как писатели областной или местной истории. Современная историографическая терминология определяет областное направление в истории как историческое краеведение. Представители его на протяжении двух веков занимались изучением отдельных сюжетов или общего хода исторического развития регионов, губерний и областей, уездов и районов, населенных пунктов.

Изучение воронежского края вначале было представлено универсальными «описаниями» губернии, содержащими сведения исторического, экономического, географического и этнографического характера (работы первых краеведов Е. А.

Болховитинова и М. И.Славянского), а во второй половине XIX века были созданы специальные трупы по местной истории. От изложения истории губернии в целом историки шли к воссозданию прошлого губернского центра, отдельных юродов и их уездов, волостей и слобод. Многочисленны памятники этой работы в крае. Кроме упомянутых выше широкопроблемных трудов Е.А. Болховитинова и М.И. Славянского, это книги воронежских древних актов, работы М.Л.Веневитинова, В.Г. Веселовского, Е. Л. Маркова. Историей Воронежа и других городов губернии специально занимались Г.М Веселовский, В.Н.

Тевяшов, И.Ф. Токмаков, А. Марьевский, Л.М. Савелов и другие. Наконец, дореволюционное краеведение породило и литературу об отдельных волостях, селах и слободах губерний.

Эти традиции специального изучения прошлого отдельных населённых пунктов пусть медленно, но возрождаются в наше время. Исследованиями такого плана можно назвать книгу А. Д. Халимонова о городе Острогожске (.) и работу Н. В. Ильинского «Рамонь»





(1968,.).

С точки зрения той значимости, которую партия и правительство придают сейчас истории в деле воспитания и нравственного обогащения советских людей, историческое краеведение должно обратить пристальное внимание на прошлое и настоящее отдельных населенных пунктов. Поучителен пример Украинской ССР, где создана многотомная история городов и сел республики. Благодаря этому труду поток исторического процесса представлен не только в общем направлении его движения, но и в составляющих его ручейках и каплях.

Предлагаемый вниманию читателя исторический очерк слободы Сагуны Подгоренского района Воронежской области представляет собой заметное явление в воронежском историческом краеведении. История слободы рассматривается в широком хронологическом диапазоне с конца XVII века до наших дней. Автор, уроженец Сагунов. долгие годы по крупицам собирал материал, привлекая к этому благородному труду и школьников. На основе документальных свидетельств, воспоминаний старожилов и сведений. почерпнутых из общей и специальной литературы по истории, он написал проникнутый глубоким уважением к своим предкам и современникам исторический рассказ о дореволюционной жизни сагуновцев, процессах социалистического строительства в слободе в советское время, трудовых и ратных делах ее жителей и колхозников «Красного путиловца». Эта книга безусловно явится призывом развернуть работы по созданию истории городов и сел Воронежской области на уровне современной исторической науки Примечательно исследование и тем, что подготовлено оно учителем школы.

Приобщение учителя к научной работе по предмету его преподавания является одной из старейших забот отечественной средней школы. Именно такие преподаватели-исследователи и воспитатели юношества нужны современной средней школе, особенно в свете тех задач, которые поставлены перед ней нынешней реформой среднего образования.

Что касается изучения истории городов и сел нашей страны, то в эту работу учителяисследователи могут внести крупный вклад. В этом отношении книга Н.И. Сыроватского послужит опытом, достойным подражания.

В.И. ЧЕСНОКОВ ОТ АВТОРА Слобода Сагуны Подгоренского района - сельский населенный пункт, каких на территории Воронежской области немало. Для меня она - место рождения, мой исток. С далекого детства и до настоящего времени я глубоко интересуюсь всем, что связано с родным краем. Интерес к его прошлому начался с первых рассказов бабушки Екатерины Михайловны Башлаевой, а навыки и стремление к самостоятельному поиску мне привил талантливый педагог С.Л. Микулин.

Более четверти века я собираю материалы по истории слободы, хозяйственным занятиям и культурной жизни ее населения. Из рассказов сагуновцев старшего, теперь уже ушедшего, поколения мне удалось узнать много любопытных, полузабытых или вовсе неизвестных ранее фактов. По мере накопления материала пришло желание вырвать из забвения то, что достойно памяти и уважения грядущих поколений, Я занялся основательным изучением документов, хранящихся в центральных и местных архивах и музеях, книг и периодических изданий, содержащих сведения по истории слободы. Вместе с учащимися красными следопытами - мы совершили немало походов по местам боевой к трудовой славы старших поколений, изучали замечательные памятники природы, истории и культуры родного края, приводили встречи с интересными людьми.

Сбор фактического материала не был для нас самоцелью. Каждый найденный факт обогащал наши знания о прошлом родной слободы. Об увиденном и услышанном рассказывали красные следопыты на уроках, пионерских сборах, а также на страницах районных и областных газет. Поиски и находки помогали более глубокому усвоению учащимися школьных программ, содействовали коммунистическому воспитанию школьников.

Большую помощь в сборе материала для этой книги мне оказали: ленинградские журналисты Л.А. Никольская и Н. П. Кожевников, работники местных и центральных архивов и библиотек, ветераны труда, безвременно ушедший из жизни школьник Коля Сыроватский. В исследовательской работе я постоянно получал поддержку Подгоренского районного комитета партии и исполкома районного Совета народных депутатов, кандидата экономических наук А. Ф. Демченко и других товарищей.

Всем, кто помог в подготовке и издании настоящей книги, выражаю сердечную благодарность.

СТРАНИЦЫ ДОРЕВОЛЮЦИОНОЙ ИСТОРИИ САГУНОВ

Заселение края. Основание слободы Последний раз море покрывало территорию воронежского края в начале третичного периода истории Земли (67 миллионов лег назад). Остатки этой древнейшей эпохи, называемой палеогеном, мы встречаем на Донском Белогорье и в бассейне речки Сухая Россошь.

По мере отступления моря на территории края появляется степная, а потом и лесная растительность, представленная лиственными породами. Под воздействием дождей и талых вод началось изменение послеледникового рельефа. На больших глубинах образовались оползни (провальни), они дали начало оврагам. Отложения мела, иногда мощностью в десятки метров, выступают в пределах нашего края во многих местах. В мелу нередки трещины и значительные пустоты (пещеры), вымытые водой. В районе сел Белогорье и Костомарово человек позже расширил пещеры и устроил горные храмы.

В пределах нынешнего Подгоренского района проходит граница распространения валунов Донского языка Скандинаворусского ледника. Недра района богаты полезными ископаемыми: мергелем, мелом, глинами разных цветов и оттенков, песком и железной рудой.

Преобладающей почвой в районе являемся чернозем, переходящий на склонах логов и яров в суглинистую и солончаковую почву. Климат здесь континентальный, отличающийся сильными ветрами и резкими сменами температур. Из-за восточных суховеев часты засухи.

Среднегодовое количество осадков около.

В Придонье, куда сейчас входит и территория Подгоренского района, с древнейших времен кочевали и жили разные народы; скифы, сарматы, аланы, славяне, гунны, хазары, печенеги, половцы. В XIII веке сюда хлынули монголо-татарские полчища, которые опустошали край. На зиму орды отходили к берегам Черного и Азовского морей, а летом продвигались к северу, до реки Воронеж. И последующее время Воронежский край, частично входивший в состав Рязанского княжества, страдал от опустошительных набегов татар. В 20е годы XVII века территория Сагунов входила в Марковский ухожаи (по-тюркски - юрт), незаселенную часть Воронежского уезда. Ухожаи за небольшую плату в царскую казну на определенное время сдавались на откуп монастырям и отдельным лицам для охоты, рыбной ловли и бортничества.

Еще в XVI веке для защиты южной окраины Русского государства стали устраиваться сторожи, станицы караулы. На территории нынешних Сагунов находилось место для отдыха сторожевых отрядов. В уютной ложбинке, защищенной от ветра лесным массивом, было удобно и людям и лошадям: рядом лужайки с сочной травой, источники воды. С высоток расположенных вокруг, хорошо просматривались степи. Память о тех далеких временах сохранилась в названии улицы Кордон, расположенной в Сагунах, и села Колодежное С конца XVI века начинается заселение воронежского края. В усилении безопасности южной окраины Русского государства большую роль играла и крепость Воронеж и укрепленная линия - Белгородская засечная черта по рекам Тихой Сосне. Воронежу, Усмани, построенная в 1635- 1658 годах.

До воссоединения Украины с Россией в 1654 году украинский народ стонал под гнетом польских шляхтичей Украинские казаки, или черкасы, как их тогда называли, не мирились с притеснением ляхов. Одни гибли на виселицах и в застенках польских магнатов, другие покидали родные места и уходили к запорожцам сражаться за волю. Третьи бежали в степь, где жили свободно и независимо, но ежечасно рискуя погибнуть под татарскими саблями или стать пленниками степных разбойников.

В конце XVII века черкасы некоторое время жили в устье Битюг. Память об этом осталась в названии озера превратившегося теперь в болото. Возникшее здесь в середине XVIII века украинское селение получило по озеру название «Черкасское». От крепостной неволи бежали на Дон, и русские холопы. Беглые русские крестьяне были первыми жителями Белогорья. В 1711 году их перевели в село Татарино (теперь Белгородскай области.) и г.

Коротояк, а на их место поселили Украинцев из Землянского уезда.

По всей Белгородской черте население всегда было готово к обороне «конно, людно и оружно». Острогожск - крепость на Белгородской укрепленной линии - по указу царя Алексея Михайловича первоначально был заселен заднепровскнми казаками, пришедшими с полковником И.Н. Дзиньковским. Под руководством Богдана Хмельницкого они воевали за независимость Украины. Не пожелав после заключения Белоцерковского договора 1661 года возвращаться под власть польских панов, черкасы с оружием, семьями, скотом и разным скарбом перешли границу Русского государства. Они были поселены в новом городе на Тихой Сосне, получили землю. Новосёлы честно несли свою службу, являясь одновременно воинами и пахарями.

За службу по охране границ государства от крымских и нагайских татар, так же за услуги в борьбе с гетманами И.Е.Выговским и И.М. Брюховецким, попытавшимися отторгнуть Украину от России, царь Алексей Михайлович пожаловал острогожских черкас правом «всякими промыслами промышлять, и всяким товаром торговать беспошлинно, также мельницами и рыбными ловлями и всякими угодьями владеть, шинки держать и вино курить и шинковать безоброчно и с тех промыслов полную службу служить им без жалованья;». В 1664 году царское правительство присвоило этому прибывшему в Острогожск полку наименование Черкасско-Острогожский полк. К Острогожскому полку были приписаны выходцы с Украины, поселившиеся на черте. Сначала они тяготели к укрепленному Острогожску, а потом свободно селились по Сухой Россоши и Дону. Поселения разрастались, выделяли из себя новые.

В XVI веке в Острогожском уезде распространяется крепостничество. Помещики, приходившие в эти места из разных уездов России, вывозили с собой крепостных на пустующие земли и создавали целые селения, например, Андреевку (ныне Подгоренского района).

Другие владельцы земель зазывали к себе вольных людей, обещая разные льготы, а потом закрепощали их. Русские воеводы стремились свести на нет роль украинской старшины, что обусловило выступление черкас на стороне Фрола Разина в 1670 году. Оно закончилось неудачно: мятежный полковник И.Н.Дзиньковский, лично знавший Степана Разина, его жена и ближайшие сподвижники были казнены.

При Петре I воронежский край приобрел важное стратегическое значение. Здесь развернулось ускоренное строительство флота, что послужило толчком к развитию промышленности и торговли. Появился усиленный спрос на рабочие руки. С этого времени освоение края пошло быстрыми темпами.

В составе русской армии Острогожский казачий полк участвовал в боях под Нарвой, в войне с турками (1735- 1738 гг.) за Крым и в Семилетней войне с Пруссией. Сотни острогожцев привлекались к строительству укрепленных линий, которое началось в 1735 году.

Именно в связи с этим и родилась известная у местных жителей песня:

Пооралы, посиялы,

Да никому жаты:

Пишлы наши козаченькы Линии копаты.

В конце 1732 года «выборными из лучших казаков» был образован драгунский полк, состоящий в ведомстве Канцелярии слободских полков. В нем несли службу и сагуновцы. В 1743 году полк расформировывается. Слободские казачьи полки - Ахтырский, Изюмскнй, Острогожский, Сумской и Харьковский - перешли в ведение военной коллегии. В 1765 году Острогожский казачий полк был преобразован в гусарский. Вместо полковой канцелярии в Острогожске была учреждена провинциальная на правах губернской. Находилась она в ведении Слободской украинской губернской канцелярии, которой подчинялись, кроме Острогожского, пять уездов с комиссариатским правлением. Жители же были переименованы в казенных войсковых обывателей с сохранением ранее полученных привилегий. В 1779 году канцелярия была упразднена, и Острогожск с уездом вошел в состав Воронежского наместничества, как и города Калитвянск, Богучар, Ливенск и Бирюч с их округами.

Казачество, осевшее в Острогожске, выплескивало из своей среды новых переселенцев на «пожалованные» земли. Так в конце XVII - начале XVIII веков основались слободы и хутора по рекам Сухая Россошь, Черная Калитва, Богучар, Толучеевка, Айдар. Старейшими селениями на территории нынешнего Подгоренского района являются Бело-Сагуны, Подгорное, Верхний Карабут, Колодежное, Костомарово и другие.

Село Сагуны возникло в последнем десятилетии XVII века. Как предполагают, жители его пришли из-под Киева, Могилёва, Белгорода, Ельца, Корочи, Орла и других мест.

Значительная часть их носят фамилию Сыроватские. Дошедшие до нас предание гласит, что предки Сыроватских бежали от гнета польских панов из сёл Верхняя и Нижняя Сыроватка, находившихся на территории теперешней Сумской области. Позже часть их переселилась в соседний Павловский уезд, основав близ Павловска хутор Сыроватский.

Один из представителей этой фамилии, живший в прошлом веке, Кирилл Никитич, человек по деревенским масштабам образованный, рассказывал внукам о жизни своих предков. При этом он всякий раз подчеркивал, что сагуновцы на полях сражений имели «особые заслуги».

На вопрос о происхождении названия самого села другой старейшина фамилии,

Гавриил Дмитриевич, отвечал рифмованной прибауткой:

Сагуиы - драгуны. Юдына занудына. Хущувата працовата.

Костомарова бырюча. А Лыкова сама лучча.

Из этого следовало, что многие сагуновцы служили в драгунском полку, что соответствовало действительности. Юдина была бедной и отсталой слободой. Хвошеватка славилась трудолюбием жителей. Костомаровцы отличались обособленностью и замкнутостью, а «сама лучча» была слобода Лыкова: вероятно потому, что здесь жил автор прибаутки.

Дошла до нас и красивая легенда о происхождении названия села. Когда-то в степях Придонья, гласит она, кочевали воинственные племена саков и гуннов, которые из-за пастбищ часто вступали друг с другом в кровавые распри. Это продолжалось до тех пор, пока храбрый юноша одного племени выкрал и увез прекрасную девушку из другого. Может быть, вражда разгорелась бы с новой силой, если бы не беда, свалившаяся на племя невесты: от повальной болезни погиб весь его скот. К тому же из-за ненастной погоды не попадался охотникам крупный зверь, не ловилась рыба - начался голод. В это время и явились послы другого племени и пригласили своих противников на свадебный пир по случаю бракосочетания молодых людей. Приглашение было принято.

На одной из высот, в пределах теперешнего села, повествует легенда, был устроен богатый пир, на котором враждовавшие ранее помирились. В честь этого важного события место примирения по имени племен - саки и гунны - получило название Сагуны.

Племена саков и гуннов известны исторической науке. Однако первые из них за шесть веков до нашего летоисчислении жили в Средней Азии и на воронежскую землю не могли попасть ни в VI веке до нашей эры, ни в более позднее время. Что касается гуннов, то эти свирепые кочевники вышли из пределов теперешнего Северного Китая и Монголии и прошли с огнем и мечом в Европу в IV пеке пашей эры. Таким образом, саки и гунны никогда встретиться друг с другом не могли.

Среди старожилов имелось мнение, что свое название село получило по фамилии помещика Сагуна. Но в ревизских сказках за 1719-1763 годы мы не встречаем среди владельцев крестьян такой фамилии. Да и сами сагуновцы никогда крепостными не были. Со времени заселения воронежского края они были казаками, то есть служилыми людьми, впоследствии влившимися в разряд государственных крестьян. Происхождением топонима «сагуны» уже давно интересуются историки и краеведы. В. А. Прохоров в историкотопонимическом словаре «Вся Воронежская земля» довольно легко опровергает версию, связывающую название села с племенами саков и гунов. В свою очередь автор выдвигает гипотезу, согласно которой топоним «сагуны» восходит к русскому «сага», что в «Толковом словаре живого великорусского языка» В. И. Даля расшифровывается как «ложбина серпом, вероятно, от старицы на плоских мысах степных речек; в разлив заливается, по иному объяснению: долгий песчаный мыс, коса». Однако топография местности, где расположено село, говорит не в пользу этого предположения. Во-первых, местные географические признаки не подходят к понятию «сага» в толковании В. И. Даля: нет здесь ни речки, ни стариц, ни песчаных кос. Во-вторых, слово «сага» в приведенном толковании употреблялось в Новороссии Старожилы донских станиц до сих пор употребляют слово «саган», которое обозначает миску, чашку или супник Такое же объяснение слова «саган» есть и у В. И. Даля, с пометкой «донское».

Место, занимаемое селом Сагуны, со стороны урочища Гарус, от хутора Широкий, выглядит как огромная круглая Чаша, образованная складками местности. В ней размещены части села, которые сейчас носят названия Ясенова, Грушевка, Цыгуливка, Базарна, Солонци, Садовая и Песковатка размещаются в другой, продолговатой «чаше», а со стороны хутора Гарусёнок можно увидеть еще одну «чашу», в которой находится часть села с названием Кутырка.

Вероятно это чаши-саганы к дали первоначальное название села:

Сагуны. С усилием притока в село выходцев из Украины, слово «саган» вытесняться словом «чугун», которое в местном произношении звучит как «чагун». На наш взгляд, из Синтеза слов «саганы» и «чагуны» образовалось окончательное название села. Подтверждает эту гипотезу и смысловое содержание слова «сашка», иногда встречающееся в лексиконе сагуновцев: заболоченное место, напоминающее по форме миску или чашку. В районе Сагунов, даже на возвышенностях, к поверхности нередко выходят слои глины, что ведет к образованию на таких участках заболоченных мочежин. Лет сто назад, по свидетельству местного краеведа Г. А. Яковлева, их было очень много. Назывались они «саги», а ещё раньше - «саганы», «сашки»: чередование согласных звуков «г» и «ш» свойственно местному произношению.

Более просто объясняются названия частей села и улиц. В основе таких топонимов как Ясенова, Грушевка, Гарбузивка и некоторых других лежат особенности местной флоры и занятия жителей. Костюковка и Цигулевка названы но фамилии первопоселенцев. К аналогичному объяснению тяготеет и происхождение названия «Шамардивка», однако старожилы не помнят односельчан с такой фамилией. Вероятно, улица получила название по иному признаку. По В. И. Далю, шамра - удар, набег ветра. В таком значении слово употреблялось на побережье Каспийского моря, откуда чумаки привозили сагуновцам соль и рыбу. И действительно, Шамардивка тянется по водоразделу, наиболее подверженному порывам ветра.

Еще одна часть села носит название Кутырка. Как определил В. И. Даль, «кутырка» пядень», «вершок», прибавка к чему-либо. Названная так часть села заселилась в последнюю очередь и представляет как бы приращение к уже имевшемуся. На месте теперешней улицы Кордон, в период колонизации края по всей вероятности находился сторожевой пост. Но «кордон» имеет и другое значение - шнур, веревка. Может быть, улица получила свое название по расположению хат в одну линию. Мы придерживаемся первого мнения.

Одна из возвышенностей на территории села получила название «Казбет». Видимо, служившие на Кавказе сагуновцы на свой лад трансформировали непривычное для них слово «Казбек», «срастив» его с воинским термином «пикет»: пикеты часто располагались на высотах. Сходное по происхождению название есть в селе Русская Журавка Верхнемамонского района. Там возвышенная, сильно пересеченная часть села называется «Капказ». «На Капказ, - говорят старики, односельчане ходили в поисках заработка».

По указу Петра I 18 декабря 1708 года Россия была поделена на губернии и провинции, провинции дробились на округа (уезды). Воронежская губерния была разделена на 6 провинций: Воронежскую, Елецкую, Тамбовскую, Шацкую, Бахмутскую и Донских казаков.

После неудачного Прутского похода Петра I в 1711 году Россия потеряла часть побережья Азовского моря и крепость Азов. Центром Азовской губернии стал город Воронеж, а в 1725 году и сама она была переименована в Воронежскую. Сагуны в течение длительного времени входили о состав ее, а в 1765 году были переданы вместе с Острогожском СлободскоУкраинской губернии с центром в городе Харькове и находились в таком положении 14 лет.

Население Острогожского уезда в период первой ревизии 1721 года было малочисленным: в пяти населенных пунктах его проживало 622 человека.

В их числе было названо:

однодворцев - 287, «бездворных, беспоместных», добывающих средства к существованию «работой по найму» - 177, нищих - 714. Слобода Сагуны принадлежала к числу наиболее крупных поселений уезда.

В середине XVIII века один из выходцев с Украины рядом со «старыми» Сагунами основал Малые Сагуны, которые по его фамилии позже стали называться Костюковка.

Жители Сагунов основали и многие хутора в пойме Сухой Россоши.

По свидетельству К. Ф. Рылеева, посещавшего Острогожский уезд и интересовавшегося историей его заселения, обитатели этого края некоторое время «благоденствовали». Однако в начале 20-х годов XIX столетия хозяйство местных жителей стало приходить в расстройство из-за неурожаев и упадка торговли.

Первое документальное упоминание о слободе содержится в списке церквей Острогожского заказа от 1721 года. Сагуны названы здесь в связи с Богословской церковью, в приход которой они входили вместе с несколькими другими селениями. На территория церкви, обнесенной каменной оградой, построили караульное помещение и четыре каменные лавки, сохранившиеся до настоящего времени. Церковь владела 66 десятинами пахотной земли, ее каменные лавки ежегодно приносили до 20 рублей доходу.

В приход названной церкви в 1802 году входили Сагуны, Малые Сагуны, слобода Лыкова, хутора Берёзово, Пещаный, Пилип, Молчанов, Широкий, Ольховой. В 1806 году свершилась перестройка церкви, она была переименована в Воскресенскую. Прихожан числилось уже 2200 душ. В конце 20-х годов XIX века в приход вошла Андреевка, а в конце 30-х годов хутор Фощеватый. В 80-е годы XIX века в списке приходских селений значились Сагуны, Сухая Россошь, Михайлово поле (в 8 верстах от Сагунов) Ревизские сказки за 1795 -1835 годы свидетельствуют, что среди первых жителей Сагунов были не только украинцы, но и русские. Расчесы, произведенные по упоминавшимся в сказках фамилиям жителей Острогожского уезда, показывают, что население на 90,29 процента состояло из украинцев и на 8,42 процента из русских. Сагуновцы преимущественно носили украинские фамилии; Анищенко, Карпенко, Коваленко. Встречались и русские фамилии, например, Голоскоков, Курочкин, Ковалев. Ершов, Морозов и другие.

Слобода постепенно расширялась. До середины XIX века население ее росло. Если в 1782 году в Сагунах было 1235 жителей, в 1795 году - 1595, то в 1835 году - 2738 чело век.

В следующие же тридцать лет (с 1835 по 1865 годы) прироста населения практически не было:

оно увеличилось всего на 161 человек. Из-за недостатка земли в 1836 году часть жителей слободы переселилась в соседнее село Лыково, а другие через три года - в Оренбургскую губернию. В 1842-1850 годах крестьяне уходили под Ставрополь и на Кавказ. Переселялись и позже. Уезжавшие возвращались редко.

В «Экономических примечаниях» к планам генерального межевания Острогожского уезда на конец XVIII века читаем: «Сагуны по обе стороны оврага Ковбанского, в слободе церковь каменная... и 220 дворов». В более поздних документах овраг уже называется Колбинским. По нашему мнению, первоначальное название оврагу местные жители дали удачно, подметив некоторые его особенности: здесь на поверхность земли выходят водоносные слои, образующие «сашки», по-местному они называются еще «ковбанями».

Первое относительно полное описание слободы содержится в «Военно-статистическом обозрении Российской империи» за 1850 год. Оно сообщает, что Сагуны тянутся на 6 верст и в них 275 дворов. Слобода стоит на большой проезжей дороге из Острогожска в Павловск и удобна для расквартировки пехоты. Дважды в год устраиваются здесь ярмарки, и торгуют на них преимущественно крупным рогатым и мелким скотом. Население занимается земледелием и частично извозом и пчеловодством. В округе Сагунов еще 4 деревни с 621 двором.

Сборник статистических сведений по Воронежской губернии за 1859 год свидетельствовал, что слобода Сагуны находится в 55 верстах от Острогожска, дворов в ней

363. В 1867 году в слободе проживало уже 2899 жителей, имелось 2 салотопенных и 1 кирпичный завод, 3 маслобойни. На двух ежегодных ярмарках, которые продолжались по нескольку дней, продавались самые разные товары. На первой из них, Проводской, в 1856 году, «по пасхе» (22 апреля) было продано товаров на 150 тысяч рублей, а на второй богословской 26 сентября того же года - на 250 тысяч рублей В конце 50-х годов XIX века полицейское управление в Острогожском уезде осуществлялось через три стана: Лушниковский, Сагуновский и Старокалитвенский.

Квартира одного из приставов, находилась в Сагунах. Для борьбы с частыми пожарами здесь имелось три противопожарные трубы с шестью рукавами к ним, одни дроги, 6 бочек и столько же багров. поили и орошали село сорок колодцев.

Разнообразные сведения и слободе сообщил «Сборник статистических сведений Воронежской губернии» за 1885 год. В это время в Сагунах было 649 дворов с населением человек, 65 хозяйств использовали труд наемных работников, 95 - не имели рабочего скота.

Большой ущерб приносил сагуновцам падеж скотины, в 1885 году в 397 хозяйствах погибло 849 животных, что составило почти 24 процента всего поголовья. На всю слободу было 3 молотилки, крестьянские хозяйства не имели никакого сельскохозяйственного инвентаря.

Семь богатых хозяев владели 2109 десятинами земли, 94 хозяйства арендовали пашни и сенокосы, 57- вообще не могли обрабатывать землю, 383 семьям своего хлеба не хватало. В слободе было развито садоводство и пчеловодство, 385 сагуновцев занимались различными промыслами, в том числе 67 человек - отхожими. В Сагунах было 71 кустарное предприятие, один кабак и 6 лавок, Справочная книга, изданная Воронежским губернским земством в 1900 году, сообщает любопытные данные об административной структуре Сагуновской волости. В нее входило 52 населенных пункта, в том числе слобода Сагуны, села (их ошибочно называли слободами) Березова, Больше-Фощеватая, Колодежная, Костомарова, Лыкова, Юдина; хутор Широкий, Сухая Россошь, Малые Сагуны, Коловерть, Андреевка, Симонова-Песчаный (Скорорыб), а также выселки Долгалево, Медведь, Гальской-Покровская, Рикгоф-Судьевка, Аигустова и Казачкова-Шапочкин, Доценко-Овчарный, Песчаный, Гавриленко, Дронова, Кутилиных, Меркулова, Михайликовых, Подольского, Свешникова, Тевяшова, Дубковского, Коловерть и Высокий Шпиль, Степанова -Коренев, Филлипова - Мало-Колодежный, Бабешкова – Медвежий, Сыроватского - Мокрая Россошь.

На территории волости находились железнодорожные станции: Сагуны и Подгорная Слобода Сагуны вместе с хуторами Малые Сагуны и Сухая Россошь, насчитывала 1110 дворов с населением 7722 человека. В волости имелось почтовое отделение, церковь, две земские школы, 7 мелочных лавок, два трактира и постоялый двор. В Малых Сагунах было построено 4 склада для покупки птиц и яиц.

Перепись 1916 года показывает, что в Сагунах жило 6973 человека. В их числе было много беженцев из западных губерний Украины и горожан, уходивших в села из голодных городов. Значительная часть сагуновцев была мобилизована и царскую армию. В слободе появились телеграф и метеорологическая станция, работала паровая мельница, маслобойный завод, несколько шерстобоен. Отмечалось, что здесь налажена выработка сукна и создано кредитное товарищество.

Образно сравнил Сагуны конца XVIII и начала XX столетия местный краевед Г.А.

Яковлев. «Если теперь, - писал он в 1914 году, - слобода Сагуны - бойкий торговый центр настроена довольно густо зданиями и представляет в миниатюре город, то сто лет назад она была глухой пустынной слободенкой. Избы редко встречались. Даже на теперешней Базарной улице было больше пустырей и ненастроенных пространств. Жили в полном смысле по-хуторски, ложились спать и вставали с петухами. Культурных удобств не было. На всю слободу был один самовар, да и тот только у попа, у дьячка был «чугунчик», в котором он со своей семьей заваривал чай чуть ли не по большим праздникам. Проезжающие из бар обыкновенно останавливались у священника, так как постоялых дворов и в помине не было.

Занесенные снегом хатёнки стояли так редко друг от друга, что один слуга, посланный хозяином в лавку, заблудился, так как под напором ветра незаметно был вынесен в открытую степь»

Некоторое представление о характере, занятиях и нравах жителей слободы в XIX столетии дают наблюдения современника, опубликованные в журнале «Киевская старина» в 1885 году. По его словам, воронежский украинец («хохол») «живее, поворотливее»

днепровского украинца, нет в нем «украинской угрюмости, не глядит он исподлобья». «Хохлы» музыкальны, у них при церквах хорошие хоры, а в крупных слободах «целые оркестры из народных инструментов». Они ревниво соблюдают свои обычаи. «Вся торговля и промышленность» в руках «хохлов». Русских торговых сел нет, потому что великоросс попрежнему пахарь. Названия многих селений - Галиивка, Дуванка, Бджолинка (Пчелиновка) и фамилий - Кащенковы, Яцьковы, Сыроватские, Дудецкие «хохлацкие». Были здесь и выходцы из Орловской и Рязанской губерний. После Крымской войны на юге Воронежской губернии появились греческие конторы по ссыпке зерна - Вильяно, Зидлы, Маврокардаки и другие, потом греки уехали.

Как свидетельствуют метрические книги, хранившиеся в архиве Сагуновской церкви с 1807 года, а также церковные исповедные росписи, среди жителей слободы не было крепостных. Исключение составляли, по данным 1834 года, крепостные «девки», принадлежавшие священнику. Не привились здесь и помещики. Жители Сагунов были государственные крестьяне, находившиеся в ведении Министерства государственных имуществ.

В административном отношении округ государственных имуществ соответствовал уезду. Он делился на волости, а волости - на сельские общества. Во главе Сагуновской волости стояло волостное правление. В его состав входили: волостной голова, один-два заседателя, писарь и его помощник. Для выборов правления и решения дел рекрутской повинности собирался полостной сход. Он проходил в присутствии головы и был представлен выборными от сельских обществ (один выборный от 20 дворов). Судебные дела поселян решала волостная расправа. Она состояла из двух выборных- «добросовестных» старшего и младшего - под предводительством волостного головы.

Управление сельских обществ состояло из начальства - для управления обществом, крестьянского схода - по делам общественным и расправы - по судебным делам.

Сельское начальство представляли старшина, староста, сборщик податей, смотритель запасного хлебного магазина и писарь (для письмоводительства и счетоводства), а в некоторых селах и помощник его. Сельская расправа по составу была аналогична волостной, работала под председательством старшины. Сход представляли сельское начальство и выборные от крестьян (два от каждых 10 дворов).

Таким было устройство местных органов административного управлении у государственных крестьян до Октябрьской революции. Под их началом и протекала вся жизнь слободы.

Хозяйственные занятия сагуновцев в конце XVIII - начале XX в.

До 60-х годов XIX века в Острогожском уезде, куда входила и Сагуновская волость, были целинные степи. Там паслись стада крупного рогатого скота, овец, косяки лошадей.

Коней в XVIII веке поставляли обычно в кирасирские и карабинерские полки.

Жеребцов завозили из Турции, Польши, Англии, Германии и Дании и скрещивали их с матками местных пород. Казаки и крестьяне, кроме скотоводства, занимались земледелием.

Архивные документы свидетельствуют о размерах подушной подати, которой облагались в 80-х годах XVIII века различные социальные группы населения Сагуновской волости. Войсковые обыватели платили по 95 копеек с души в год, помещичьи крестьяне и дворовые люди, а также цыгане вносили по 70 копеек, мещане - по одному рублю 20 копеек, купцы платили с капитала. Размер подати определялся имущественным положением той или иной группы. У среднего поселянина было крупного рогатого скота от 5 до 15, овец от 50 до 100 голов; зажиточный в среднем имел от 15 до 50 и от 200 до 1000 голов соответственно.

Скот продавали купцам, которые откармливали его в степях и на барде от винокуренных заводов, а в октябре отгоняли в Москву и Петербург. Небольшую часть его отправляли в столицы в марте — апреле. Примеру купцов следовали и местные жители, продавая ежегодно до 2000 и более голов скота. Предметами торговли на ярмарках были лошади, рогатый скот, овцы, овчины, овечья шерсть, сало, свинина, нагольные тулупы, черные сурки, мед, воск, коровье и конопляное масло, вино. Из привозных товаров продавались парча, шелк, сукно; посуда из глины, олова, меди, стекла, хрусталя, фарфора и серебра; галантерея, полотно, холст, деготь, смола, железо «в деле и не в деле», конские уборы, зеркала, рыба. Пошлины с товаров здесь не брали».

Как установила историк В.М. Проторчина, цены на продовольственные продукты в Сагунах и Белогорье в 1781 - 1782 годах были невысокими. В среднем четверть ржаной муки стоила 1 рубль 5 копеек, пшеничной - 2 рубля 75 копеек, фунт говядины - полторы копейки, пуд свиного сала -1 рубль 15 копеек, фунт масла - около шести копеек.

В последней четверти XVIII века целинные земли еще не распахивали. На старых землях урожаи были невысокие. В 1781 году они составили сам-5 по ржи, сам-3,85 по пшенице, и только по некоторым культурам достигли высокого уровня: по просу сам-40, по гороху и конопле сам-15. В 1885 году, по данным Острогожского земства, и волости зерновыми культурами было засеяно 11379 десятин, и только Термин «сам» в сельскохозяйственном лексиконе дореволюционного времени означал, во сколько раз собранный с какой-либо площади урожай превышал расходы зерна на посев урожай ржи и озимой пшеницы превысил средний уровень- достиг 21,1 и 25 пудов с десятины соответственно. В урожайные годы на отдельных участках рожь и озимая пшеница родились хорошо; 100-120 пудов на десятине.

В 1891 году в газете «Сельское хозяйство» ее сагуновский корреспондент Г.Сыроватский сообщил, что весна из-за сильных юго-восточных суховеев была неблагоприятной. Трава росла плохо, сильно истощенный скот пасли в лесах, нанося страшный ущерб молодой поросли. Урожай пшеницы был получен в два, а ржи и четыре раза ниже среднего в результате чего цены на хлеб выросли вдвое. Причин низких урожаев было много: почва не удобрялась, орудия труда были примитивными - соха, плуг, борона, каток.

Конная сеялка, жатка, молотилка и веялка появились лишь в самом конце XIX века в некоторых зажиточных хозяйствах. Отсутствовали семена нужных посевных кондиций. Из-за эрозии почвы ежегодно выбывали из севооборота тысячи десятин земли. Наиболее высокие урожаи в волости давала озимая пшеница. Но посевы ее часто вымерзали, поэтому в основном сеяли яровую пшеницу и рожь. В 1893 году» осадков выпало много, урожай был хороший. Уродилась яровая пшеница сорта «простая гирька», занимавшая в среднем две трети душевого надела, и «полтавка», ячмень, просо метельчатое желтое, горох и чечевица, Яровая пшеница «турка» дала средний урожай. Местная гречиха, как всегда оказалась убыточной. Подсолнечник в дождливое лето того года поразил грибок. Овса в волости сеяли мало, так как его забивал овсюг.

Большой ущерб сельскому хозяйству наносили частые засухи и эпидемические заболевания скота. Как свидетельствует одно из решений Острогожского уездного земства, в 1885 году из-за эпидемии чумы была запрещена торговля скотом.

Из огородных культур в середине прошлого века сагуновцы выращивали капусту, брюкву, репу, пастернак и хмель. Помидоры еще не культивировались.

Среди других уездов Воронежской губернии Острогожский уезд занимал первое место по количеству пасек. Сагуны в пчеловодстве также преуспевали. В 1909 году здесь была 21 пасека с 930 ульями.

Крупный и мелкий рогатый скот в Воронежской губернии кормили преимущественно соломой, и в Сагуновской волости сено приберегалось рабочему скоту. Особенно страдали от бескормицы животные в сильные морозы. Падали не только овцы, но и крупный рогатый скот.

Подавляющая часть сагуновских крестьян-бедняков испытывала нехватку продовольствия, В пищу употреблялись бутень едомый, осот половой, салат породный, дурнишник, козлобородник и другие дикорастущие травы. Жители волости собирали лекарственные травы, причем для себя и для сбыта.

Вплоть до 20-х годов текущего столетия поля слободы поражались вредными насекомыми итальянской саранчой, совкой, хлебным жуком. Из списка землевладельцев и волостных правлении Острогожского уезда, представивших хвосты от убитых сусликов, видно, что в Сагуновской волости велась эффективная борьба с этим вредителем полей.

В волости водилось много зайцев, уток, бекасов и другой дичи, по в статьях того же Сыроватского видна тревога по поводу хищнической охоты жителей. В слободе Юдиной, писал он, человек двадцать охотников ведут загонную, обкладную охоту, ежедневно уничтожая по 20 зайцев, что составляет по уезду - не менее сотни.

К 1905 году на условный крестьянский двор в 6,4 человека в слободе приходилось 11,1 десятин земли, 2,8 головы крупного рогатого скота и 0,6 вола, а на окладную душу 7 рублей 5 копеек платежей и 8 рублей 40 копеек недоимок. Нотариальная цена одной десятины земли в 1893-1902 годах по Острогожскому уезду составляла 66 рублей 14 копеек, а в Крестьянском банке - 83 рубля 50 копеек. Арендная стоимость десятины земли в губернии в 1904-1913 годах колебалась от 20 рублей (в северных уездах) до 4 рублей (в Богучарском уезде).

Во второй половине прошлого века распашка целинных земель привела к сокращению скотоводства. Населенно же росло, и в результате экономическое положение его с каждым годом ухудшалось. Многие крестьяне Острогожского уезда искали побочные заработки на стороне. Одни уходили па сельскохозяйственные работы на юг России, другие прирабатывали извозом и мелкой торговлей. Особенно большое количество отходников (до 15 процентов от населения) были зарегистрировано в Сагуновской волости в 1911 году.

Чтобы иметь представление об экономическом положении крестьян уезда до Советской власти, рассмотрим, как изменились цены на некоторые сельскохозяйственные продукты в 1915 году по сравнению с 1781 — 1782 годами. Если пуд ржаной муки в начале 80-х годов XVIII века стоил 4- 5 копеек, то пуд ржи, которая обычно дешевле муки, в 1915 го ду продавался уже за 1 рубль 9 копеек; стоимость фунта говядины с 1,5 копейки до 14,6 копейки, фунта баранины - с 0,7 копейки до сливочного масла -с 6 копеек до 57,6. Пуд картофеля в 1915 году стоил 33 копейки, пуд сена -61 копейку. За лошадь платили от 108 до 116 рублей, за пару рабочих волов - от 199 до 238 рублей. На покупку коровы крестьянин должен был затратить 78—80 рублей.

Минимальная годовая норма продовольствия на душу населения в 1915 году составляла 18 пудов зерна, около 4 пудов круп, около 8 пудов картофеля, 1,25 пуда мяса и сала, более 3 пудов молочных продуктов. рыбы, 1 пуд масличных культур. Общая стоимость этого количества продуктов составляла 62 рубля 86 копеек.

Наемный труд в сельском хозяйстве уезда, по данным земской статистики, оплачивался довольно дорого. Мужская рабочая сила обходилась в 90 рублей в год 59 в летний сезон, женская - 54 рубля в год и 37 в сезон, подростковая — 41 и 28 рублей соответственно.

Когда-то земская статистика создала картину благополучного положения сагуновского крестьянина. По ее данным, в 1916 году на 100 десятин пашни в уезде приходилось 25,2 лошади, 46,2 коровы, 10,5 вола, 79 овец и коз. В среднем крестьянское хозяйство собирало 32 пуда пшеницы с десятины. Но если учесть, что 32,9 процента хозяйств в волости были безлошадными, 26 процентов крестьянских дворов имели посевы до двух десятин каждый, а каждое из 43,3 процентов хозяйств засевало не более четырех десятин, то картина будет иная.

По нашим расчетам, третья часть крестьянского населения Сагуновской волости влачила жалкое существование.

Рассмотрим бюджет крестьянской семьи из шести человек, сдающей свои четыре десятины в аренду.

В доход семьи идет картофель и овощи, которые она получает со своего огорода - 15,64 рубля, молочные продукты от собственной коровы - 114,12 рубля, за землю, сданную в аренду, получает 52 рубля. Из этой суммы надо вычесть налог на недоимку - 30,9 рубля.

Таким образом, чистый доход такой семьи составляет 150,86 рубля. Но только на питание ей, из расчета 62 рублей 86 копеек на одного члена семьи необходимо затратить 377 рублей 16 копеек. Где взять недостающую в бюджете сумму в 226 рублей 30 копеек? Чтобы прокормиться, надо было идти в батраки всей семьёй. Таким образом, два взрослых и три подростка могли заработать еще 268 рублей. Но необходимы были деньги и на приобретение одежды, обуви, топлива, а в некоторых случаях и жилья. Приходилось экономить на питании жить впроголодь, а в крайнем случае надевать на детей холщовую суму и посылать их просить милостыню. Такова правдивая картина жизни многих сагуновцев. Надо еще учесть, что мы рассмотрели бюджет относительно благополучной из средних крестьянских семей.

Пахотной земли у крестьян Сагуновской волости было мало, да и ту, что была получше, прибирали к своим рукам кулаки и помещики. Чтобы прокормиться, сагуновцы вынуждены были искать заработки на стороне или производить только те продукты, которые пользовались спросом в городах, растущих за счет обнищания деревни. Малоземельный крестьянин брался за любую работу, чтобы прокормить семью.

В дореволюционных Сагунах работали два салотопельных завода, на которых с помощью винтовых прессов из туш забитого скота извлекали сало. Мясо отдавали за бесценок - по 40 копеек за пуд, и это не из благотворительности. Дело в том, что бедный и средний крестьянин много мяса купить не могли, а зажиточный имел в избытке свой скот.

Скоропортящиеся продукты консервировать не умели, условий для длительного их хранения тоже не было. Поэтому и производили в больших количествах животные жиры. Воронежское сало славилось на всю страну, более того, за острогожскими ценами следили европейские рынки. Но к началу 90-х годов прошлого века торговля салом резко пошла на убыль.

До начала 1870-х годов Сагуны были самым значительным торговым пунктом в северовосточной части Острогожского уезда: слобода была расположена на водоразделе, при пересечении важных тогда грунтовых дорог от Острогожска к Павловску на МосковскоТифлисский тракт, пролегающий через соседний Павловский уезд. По воскресеньям здесь собирались большие базары и два, а потом три раза в год - крупные ярмарки, куда мастера из окрестных сел и ближайших городов привозили предметы своего ремесла. Из Белогорья, например, поступала обувь, гончарные изделия, деревянные гребни и костяные гребешки.

Вывозили же из местных сел в Москву, Петербург и другие города России и даже за границу крупный рогатый скот, лошадей, овец, сало, кожу, овчину, шерсть, зерно, масло и семена подсолнечника. С пуском в 18171 году Воронежско-Ростовской железной дороги торговое положение слободы укрепилось. Появился яичным промысел.

В середине XIX века сагуновцы начали закупать яйца в соседних волостях и продавать их. Постепенная закупка распространилась на смежные уезды и соседние Екатеринославскую и Харьковскую губернии и Область Войска Донского. Дело оказалось выгодным и доступным, так как для его начала требовался капитал в несколько десятков рублей. Многие сагуновцы стали разъездными скупщиками, укладывали на подводу до четырех-пяти тысяч штук яиц, а особенно искусные - до десяти тысяч, и на телегах без рессор везли за сотни верст для продажи купцам. Среди них был и дед автора этих строк Г.Д.

Башлаев. Легко управившись с полевыми работами на наделе в одну мужскую душу, он отправлялся на побочный заработок. Долгие месяцы колесил по хуторам и слободам смежных губерний, не раз ночевал в степи. И при всем этом едва сводил концы с концами, хотя семья состояла всего из трех человек.

За сезон скупщик набирал до 150 тысяч яиц. Продавали яйца и в Москве, часть собранной продукции шла за границу. Скупали и птицу, которую потом откармливали и выгодно сбывали. Некоторые местные жители стали благодаря этому промыслу крупными купцами.

В 1909 году торговцы Трофим Бабешкин, Петр, Алексей и Федор Филипповы, Василий Бойко, Иван Шумейко, Григорий Кутилин и еще несколько человек владели капиталом в сотни тысяч рублей. Наиболее предприимчивыми оказались крестьяне Филипповы. В начале 80-х годов прошлого столетия они отправили партию яиц в Москву, а затем устроили в Сагунах собственные откормочные заведения. В Москве Филипповы установили связи с иностранцами. В 1891 году один из Филипповых ездил в Англию, где заключил контакт на поставку яиц. С тех пор в Сагунах во время сезона ежегодно проживало 10-12 иностранных агентов по приему и отправке продукции птицеводства в Лондон, Вену, Париж, Берлин, Дрезден. Филипповы владели большим хозяйственным магазином.

Из шести крупных и десятков мелких складов слободы ежегодно отправлялось 50 тысяч пудов яиц, много битой птицы, до тысячи пудов пуха и пера. Птица шла за границу, пух и перо в основном в Петербург.

Крупные сагуновские купцы вместе с мелкими торговцами беспощадно эксплуатировали работавших у них крестьян. За ничтожную плату мужчины, женщины и даже дети сортировали яйца, упаковывали их в ящики со стружкой и отправляли на железную дорогу.

Что касается птицеводства, то оно, развиваясь на основе жесткой конкуренции, носило в волости хищнический характер. В конечном итоге продукция Сагуновской округи по своим качествам оказалась на одном из последних мест в губернии. Однако накануне первой мировой войны в слободе откармливалось около 100 тысяч голов птицы в год.

Развитие промыслов и торговли способствовало росту и развитию слободы. В 1885 году здесь открылась почтово-телеграфная контора, организовалось кредитное товарищество.

Действовали паровая мельница, кирпичный завод, маслобойные заводы (олийницы) и несколько шерстобоек с выработкой сукна на рынок. Местные торговцы строили особняки и складские помещения.

После вступления в строй железной дороги важную роль стала играть станция Сагуны.

К ней тяготели Гончаровская, Сагуновская, Лосевская и Шестаковская волости с населением в 62 тысячи человек. Ежегодно со станции отправлялось 14 тысяч пассажиров и 625 тысяч пудов разных грузов. Прибывало такое же количество пассажиров и 167 тысяч пудов грузов, в том числе до 30 тысяч пудов угля, 21 тысяча пудов соли, 10 тысяч пудов железа и 54 тысячи пудов строительных материалов.

Через Сагуны шло почтовое сообщение между Острогожском и Павловском.

Содержатель Сагуновской почтовой станции Анненков имел 15 лошадей. Почтовые станции находились также в Каменке, Колыбелке, Марках, Семейке, Подгорной. Караяшнике, Белогорье. Карпенково и других населенных пунктах. С установлением железнодорожного сообщения между Воронежем и Ростовом центр торговли постепенно переместился в Подгорное. Поэтому была спроектирована новая почтовая дорога от Подгорной на Павловск через Сергеевку и Белогорье. В связи с этим Острогожское уездное земство в 1885 году решало вопрос об организации перевозок почты от станции Сагуны до слободы Сагуны и обратно, а также о возмещении убытков содержателю почты Бокову, который на свои средства построил станционные дома в Сагунах и Каменке и должен был строить такие же дома в слободе Подгорной и на хуторе Мурзеве.

Дон издавна служил водной дорогой. По реке через Сагуновскую волость еще в XVII и XVIII веках проходил важный торговый путь, из Воронежа в Приазовье. Движение судов обеспечивали бурлаки. Сагуновским крестьянам тоже приходилось ходить в бурлаках, о чем до сих пор напоминает, например, прозвище одной из местных семей Костюковых Бурлакины. Их дед, волжский бурлак Касьянов, когда-то пришел в Сагуны, женился на местной крестьянке, бурлачил на Дону и навсегда остался в слободе.

Сто лег назад на территории нынешнего Подгоренского района были обнаружены залежи железной руды. Крестьяне слободы Большая Хвощеватка послали образцы руд промышленнику Пастухову в город Шахты.

Окончательные исследования производились в Петербурге. В результате анализа руды Горным департаментом в 1884 году в ней было обнаружено до 58 процентов железа, марганец, кальций, магний. В отдельных пробах нашли медь с примесью свинца и олова. Крестьяне Сагуновского и Большехвощеватского обществ вели переписку об эксплуатации месторождений с предпринимателем Ло из Лондона и промышленником Г.М. Зазыкиным из Ярославля, но безрезультатно. Добывавшаяся в Подгоренской округе железная руда отправлялась на металлургические заводы в Луганск и Грушевск. По сохранившимся данным, в 1900 году со станции Подгорная было отправлено 800 тысяч пудов руды. О строительстве доменных печей на месте рудных образований не могло быть и речи из-за отсутствия поблизости залежей каменного угля.

Как сообщал ученый-геолог А. Дубянский, бурый железняк был обнаружен непосредственно в районе Сагунов, Андреевки, Сергеевки, Саприно, Подгорной, Морозовки и Коловерти. Однако залежи железной руды здесь оказались незначительными, поэтому разработка их была постепенно прекращена.

В большинстве своем сагуновские крестьяне жили впроголодь. Охваченная волной предпринимательства хозяйственная жизнь местного населения приводила его к непрерывно обостряющемуся социальному расслоению. Многочисленные бедняцкие массы пополняли собой армию сельскохозяйственного пролетариата. Все пореформенное сорокалетие, по мнению В. И. Ленина, единый сплошной процесс «раскрестьянивания», процесс медленного, мучительного расслоения. Крестьянин был доведен до нищенского уровня жизни: он помещался вместе со скотиной, одевался в рубище, кормился лебедой. Крестьяне голодали хронически и десятками тысяч умирали от голода и эпидемий во время неурожаев, которые возвращались все чаше и чаще...

Нехватка земли, постоянные неурожаи и как следствие их - голод заставляли сагуновских крестьян искать приработка на промышленных предприятиях городов. Но работы не было и там: промышленность парализовал кризис 90-х годов. В городах, где крепло революционное движение рабочего класса, крестьяне начинали разбираться в том, кто им истинный враг, против кого надо бороться. Настроения сагуновской бедноты в период революционного подъема начала XX века выразил в своем стихотворении один из местных крестьян.

Отрывок из него приводится со всеми грамматическими и стилистическими ошибками подлинника:

Россия сном великим спала.

Обман царил везде кругом И ложь все больше возрастала До без конечности во всем.

Мраком все было покрыто И мгла висела над землей, А то, что надо, позабыто Для жизни будущей своей, Но вижу, луч во тьме сияет И свет тот ярче всех горит.

К себе он будто призывает Свободой будущей горит.

Довольно тьмы, желаем света И жизнь тогда пойдет живей.

Опостылела жизнь эта Свободы дайте же скорей Она уж двери отворила, Давно желает выйти в свет.

А чем жизнь стара посулила Терпеть нам больше силы нет.

В начале XX века слухи о выступлениях крестьян в различных регионах страны доходили до Сагуновской волости. Так, о событиях марта - апреля 1902 года на Украине сагуновцы узнали от односельчан-отходников и уроженца слободы Лушниковки Острогожского уезда Ломтева, арестованного в Сагунах 7 мая того же года. Следствием было установлено, что Ломтев вначале явился в слободу Андреевку, якобы в поисках работы по выжигу кирпича, на самом деле он рассказывал о восстании крестьян Харьковской и Полтавской губерний. До этого он обвинялся судебными органами Донской области по политическому делу. Скрываясь от ареста, Ломтев побывал в пяти селах Острогожского уезда. Хорошо знали сагуновцы и о выступлениях крестьян в соседнем Верхнем Карабуте Белогорьевской волости в июле -августе 1902 года.

Сагуновские крестьяне следили и за политическими событиями в промышленных центрах страны. Они встречались с участниками войны с Японией, прибывшими домой по ранению, слушали их рассказы, читали письма односельчан, присланные с фронта с оказией.

Накануне Первой российской революции в слободе антиправительственную пропаганду вел ветеринарный врач Филиппов. Он пользовался большим уважением крестьян, и те соблюдали конспирацию. Если па огонек приходил кто-нибудь из местных властей, беседа переключилась исключительно на сельскохозяйственные темы: обсуждались вопросы профилактики заболеваний животных, виды на урожай. В отсутствие посторонних людей разговоры были острыми и откровенными.

Однажды на беседу был приглашен колодежанский матрос Василий Федотович Бакалов, которого хорошо знали в Сагунах. Он служил на крейсере «Варяг», принимал участие в войне с японцами и поведал сагуновцам о недовольстве солдат русской армии и матросов царским правительством, проигравшим войну.

В.Ф. Бакалов всю жизнь прожил в Колодежном. В феврале 1954 года, в ознаменование 50-летия подвига «Варяга», в числе 15 бывших моряков Указом Президиума Верховного Совета СССР он был награжден правительственною наградою.

В годы первой мировой войны ненависть трудящихся России к самодержавию и буржуазии, наживавшихся на крови и страданиях народа, возросла. В сентябре 1917 года во время Богословской ярмарки в Сагунах появился солдат-фронтовик, который привлек внимание крестьян своими резкими независимыми суждениями.

- Как там, - спрашивали крестьяне, - наши защитники?

-Защитники... только не ваши. За веру воюем, за царя. чего я буду царя защищать? На кой он мне сдался? Я на пузе переполз в плен... а потом убежал. Нужен мне твой царь!

Многие тогда задумались над словами солдата, и всё чаще стало звучать недовольство существующим строем.

Участником Февральской революции в Петрограде был и уроженец Сагуновской волости Иван Михайлович Зайцев. В то время он служил пулеметчиком кавалерийской части, слушал на похоронах жертв февральского переворота речь А.В. Луначарского, который призывал довести дело, начатого погибшими, до победного конца.

Накануне Великого Октября основная масса крестьян Сагуновской волости находилась в крайне бедственном положении. Острый недостаток в продуктах питания, голод, гнёт растущий из года в год недоимок по государственным и земским спорам и хищнический грабеж со стороны местных торговцев и кулаков завели жизнь крестьян в тупик. Выход из него можно было найти лишь на путях решительного уничтожения социальной несправедливости и бесправия, веками насаждавшихся самодержавным строем и усугублённых развитием капитализма в деревне.

Культурная Жизнь, быт, и лечебное дело Мне помнится, как полвека назад мы, внуки, приставали к своей бабушке Екатерине Михайловне с просьбой рассказать о Сагунах, какими они были в давние времена, откуда пришли сюда первые жители. Неграмотная старушка становилась в тупик от этих вопросов, но. обладая природным умом и умением вести рассказ, сообщала много интересных сведений. Удовлетворяя нашу любознательность, она начинала долго и толково говорить о временах, минувших давным-давно, когда н ее еще не было на белом свете.

По ее словам, на месте слободы когда-то росли дремучие леса, где водились даже медведи; климат и нравы людей были куда суровее нынешних. В нашей старой хате, рассказывала бабушка, была одна большая комната с печью в углу, которая занимала добрую четверть жилого помещения. В огромных сенях, где держали по нескольку лошадей или коров, стояла широченная труба, по-местному бовдурь, сплетенная из хвороста и обмазанная толстым слоем глины. Ома начиналась от пола и соединялась с печью дымоходом. В трубу можно было зайти, открыв небольшую дверцу. До самого верха в трубе, которую ежегодно мазали и белили, были поперечные жерди в виде лестничных перекладин. Бабушка объясняла, что при чквыри (сильной вьюге) хатенку заносило снегом так сильно, что ее жильцы выходили мл улику через трубу, а лотом, откопав входные двери, попадали в хату.

Рассказывала она также о разных памятных случаях из жизни своих односельчан. С возмущением повествовала о том, как ночью в начале 1880 года неизвестные грабители вскрыли захоронение знаменитого односельчанина Ореста Ивановича Рудинского. проникли в склеп, взломали чугунный гроб и вынули некоторые части трупа. Очевидно, грабители искали драгоценности.

С суеверным ужасом вспоминала бабушка и о том, как «знамение господне»

предсказало нашествие не слободу банд Деникина летом 1919 года: «Утром на нэби зийшло тры соньця - в сэрэдыни господь, а лраворучь и ливоручь - апостолы. А в ничь нэбэсный вывив свойих учиныкив и помахав рызою - тэрпитъ эа свойи грихы». В реальность этого яв ления слушавшие не хотели верить, оно не укладывалось в их сознание. Только через сорок лет после смерти бабушки я случайно встретил в «Известиях» Острогожского уисполкома от 14 января 1919 года описание и объяснение того, что произошло на самом деле: «Последние два дня и прошлая ночь- писала газета, - были богаты атмосферными световыми явлениями. В продолжение нескольких часов можно было наблюдать большой яркооранжевый световой круг, раскинувшийся вокруг солнца, имея на своем горизонтальном диаметре два световых пятна, ложных солнца. В ту же ночь, светлую и морозную, такое же явление произвела и луна, увеличив число колец и усилив торжественность картины.

Громадные кольца раскинулись по небу, имея на линии своей, точно вправленный в него жемчуг - ярко сияющую луну. Изредка проходящие перистые облака увеличивали красоту явления. Второй круг, имея в центре луну, отражал свет ее и отбрасывал в стороны блестящие хвосты. Торжественность и красоту этого явления усиливали чистоту и прозрачность неба. Явления эти объясняются большой насыщенностью атмосферы ледяными кристалликами, имеющими форму равносторонних треугольных призмочек, проходили через которые лучи солнца или луны получают окраску и образуют кольца, или круги (галосы — солнечные и селены- лунные).

Когда познания бабушки в области «истории» слободы кончались, она продолжала мастерски соединять быль с фантазией, с услышанным ею когда-то от своего дедушки, с прочитанной вслух братьями, посещавшими земскую школу. Недостаток в исторических знаниях она умело восполняла песнями, которые, обладая красивым голосом, исполняла весьма искусно.

Мой дедушка, Гаврила Дмитриевич, читавший по складам газеты, увлекал внуков рассказами о военной службе в Закавказье и Севастополе, о многочисленных случаях из парного быта, извозчичьей и крестьянской жизни. «Умру, мое слово нэ вмрэ. Послухайты. що скажу», - такими словами старик начинал свою очередную повесть о том, чему он был свидетелем..

Удивительно просто и образно рассказывал об увиденном пережитом отец Иван Савельевич, драгунский офицер старой армии, а после Октября командир красного эскадрона. За годы долгой службы он побывал на Кавказе и в Турции в Закарпатье и Польше, на Сиваше и в Крыму и много повидал на своем веку.

Первыми носителями грамотности среди простых людей Острогожского уезда были выходцы из Украины и России: дьячки, чернички (монашки), сельские писари, отставные солдаты и др. Они же были учителями на дому. Учение сводилось к умению читать церковные книги и петь на клиросе, такая «школа» не способствовала искоренению суеверий и предрассудков.

С развитием промыслов и торговли требовалось все больше грамотных людей, потому возникала необходимость открывать регулярные школы.

Грамотность и школьное образование составляли основу культурного развитии населения.

Царизм, однако, не спешил с их распространением, поэтому и Сагунах, как и почти во всех других сельских населенных пунктах губернии, школа появилась сравнительно поздно.

Известно, что и Воронеж, систематическое школьное образование началось 21 апреля 1785 года, когда здесь 6ыло открыто народное училище, преобразованное 22 сентября следующего года и Главное народное училище. 22 ноябри 1788 года состоялось открытие малого народного училища в Острогожске. 31 июля 1799 года - в Павловске.

В Сагунах первой школой явилось народное училище, открытое в 1843 году. Оно называлось сельское приходское - училище и состояло в ведении Министерства государственных имуществ, а по учебной части и некоторым административным вопросам подчинялось директору училищ Воронежской губернии и штатному смотрителю Острогожского уездного училища. Первыми его учениками были пять мальчиков на разных сел волости, которые готовились к писарским должностям. Они были направлены в школу на основании «общественного приговора». Единственным учителем по всем предметам и «закону божию» был местный священник Василий Оболенский, уроженец слободы Криуши Богучарско уезда, пользовавшийся особым довернем духовенства. Ему было положено жалованье 100 рублей и год. Сторож получал 17,5 рубля, на приобретение учебных пособий отпускалось 27 рублей 50 копеек, наем помещения дли школы обошелся в 45 рублей.

На следующий год в школе были уже 22 ученика. В помощь учителю священнику был придан местный дьякон, которому положили жалованья 75 рублей в гол. Из отчета о состоянии учебных заведений Острогожского уезда за 1848 год, составленною штатным смотрителем Острогожского уездного училища Иваном Арбузовым, видно, что в 1847 году в Сагуновском сельском приходском училище обучалось 76 мальчиков и 1I девочек. Для сравнения укажем, что в том же году во всех 14 сельских приходских училищах уезда училось 542 мальчика. Девочек было 24 и они учились только в семи училищах. Сагуновское училище по числу учащихся тогда являлось вторым после Новосотенского. В следующем году в нем уже обучалось 92 мальчика и 12 девочек, а из всех 16 таких училищ уезда оно стало самым большим. Эти факты свидетельствуют о том, что пользу школьного обучения сагуновцы осознали довольно рано.

Первые занятия в училище начались 1 августа 1843 года, но 1 декабря Оболенского заменил Иоанн Рудинский, другой местный священник. Сам сын священника села Александровки Донской Павловского уезда, он учился в Воронежской духовной семинарии и, как значится в его аттестате, «проявил большие успехи». Приход в Сагуновской церкви он получил в 1808 году.

И.Я. Рудинский женился на дочери купца Решетникова, с которой прожил в Сагунах до 1856 года. Он занимался и сельским хозяйством, имел хороший сад и дом, известный сейчас под названием «дом обороны». Рудинский был образованным человеком, и чем свидетельствуют его рукописи со стихами на латинском языке, загадки, сочиненные им материалы. Читал он стихи Н.М. Карамзина и Н.А. Жуковского, хорошо знал К.Ф. Рылеева.

Внук Рудинского Г.А. Яковлев обнаружил в архиве своего деда списанные "на особых листах" переводы: «Речь о смертной казни, сказанную па суде Доддом», «Речь Коннинга касательно билля об иностранцах». Заинтересовавшись, почему его деда занимали политические вопросы, он пришел к такому объяснению: «Семейное предание говорит, что К.Ф. Рылеев, который жил в 20-х годах недалеко от Сагунов (в слободе Подгорной, где старожилы еще в 1880 году указывали дом, в котором он останавливался...), бывал в доме деда. Дед встречался с ним также в домах помещиков Кореневых в Сагунах, свояченицы Рылеева в Андреевке, у Бедряг в Белогорье. При таких встречах влияние Рылеева, который сказал о себе «Я не поэт, а гражданин», должно было, несомненно, сказаться и направить мысль сельского священника в сторону гражданских мотивов. В архиве И.Я. Рудинского были обнаружены стихи К. Ф. Рылеева и рукопись поэмы «Войнаровский». Любили в доме и поэму «Петр Великий в Острогожске». Воспоминания о поэте долго сохранялись в семье Рудинских и их потомков.

И.Я. Рудинскнй, судя по сохранившимся в его архиве «Словам» (их дошло до нас десять), отличался обширными познаниями и ораторскими способностями. В прошлом веке сельские священники периодически вызывались «на череду» в губернский или уездный город для произнесения собственного «слова» (проповеди). Для этого заранее назначалось время. Составлялся конспект проповеди, который представлялся для утверждения цензору.

Только при соблюдении этого условия разрешалось выступление перед паствой. И.Я.

Рудинский не раз подвергался этой процедуре. Умер он в Сагунах в 1856 году. Похоронили его на сельском кладбище.

В своем очерке, написанном для Острогожского краеведческого музея, краевед Г.А.

Яковлев упоминает и других сагуновских учителей: наставников сельского училища, зятя И.Я. Рудинского А.И. Яковлева (1856 -1861 годы) и Иоанна Устиновского, сына священника из Белогорья (1861 - 1862), законоучителя и помощника начальника училища Н.Е. Попова (1867-1869 годы), дьякона В.А. Салюбрицкого, законоучителя Алексея Яблоновского.

Нет ничего странного и необычного в том, что первыми сагуновскими учителями были священники. В то время в глухой слободе, крайне бедной образованными людьми, в роли полноценных учителей могли выступить только представители духовенства. Других, подходящих для такого дела людей, просто не было. К тому же государство, считая религию основой начального народного просвещения, поручало именно лицам духовного звания миссию наставников народа.

По учебным предметам народное училище слободы Сагуны в течение четверти века (с 1843 по 1867 годы) походило на более поздние церковно-приходские школы, которые полностью находились в руках духовенства и окружною начальства. В училище изучали краткий катехизис, читали книги гражданской и церковной печати, занимались чистописанием и скорописью, проходили первые четыре арифметических действия с подробным объяснением русских мер длины, весов и денежного исчисления, упражнялись на счетах.

К 1867 году Сагуновское училище из ведомства Министерства государственных имуществ перешло в ведение земства. Зажиточные крестьяне, как и раньше, охотно посылали своих детей на учебу. В 1867 году в училище о6учались уже 109 детей при одном учителе и его помощнике, среди учащихся было 14 девочек. Однако училище не имело своего здания и размещалось то в общественных помещениях, то в наемных квартирах. Только в 1871 году общество приобрело для него большой дом. Спустя два года в слободе была открыта школа специально для девочек, но через год ее объединили с мужским училищем. Однако около двухсот учащихся не могли разместиться в имеющемся здании, и в 1884 юлу общество купило для училища второй дом (оба эти здания в январе 1943 года сожгли фашисты).

В 1891 году земство приобрело для учебных нужд третий дом в Малых Сагунах и открыло здесь 2-е Сагуновское училище. Один учитель обучал в нем 58 учащихся, в том числе 8 девочек. В следующем году обучалось уже 82 ребенка.

Но, даже расширившись, Сагуновское училище не могло вместить всех желающих.

Поэтому родителя отдавали детей для обучения черничкам и отставным солдатам.

Привлекали к этому и грамотных членов семьи, если таковые были. Практиковалось и приглашение домашних учителей. К.Ф. Рылеев, находясь по делам службы в слободе Подгорной Белогорьевской волости, сдружился с семьей местного помещика Михаила Тевяшова. Поэт стал заниматься с его дочерьми Натальей и Настей, выступив, таким образом, в роли домашнего учителя. Первая из дочерей Тевяшова вскоре стала его женой.

В домашних школах программ и стабильного учебного режима не было Обучение велось но книгам, указанным родителями, а учителям за труд чаще платили продуктами питания. Многие учителя сами умели только читать, поэтому письму своих подшефных не обучали.

В течение первого десятилетия XX века при Воскресенской церкви в Сагунах работала церковно-приходская школа (в советское время ее помещение было отдано под клуб) Здесь учились только девочки. Основной задачей школы было религиозное воспитание, поэтому нужной общеобразовательной подготовки ученицы не получали. Из всех дореволюционных школ Сагунов самой авторитетной была земская, постоянно расширявшая свое влияние среди населения. С увеличением числа желающих учиться к 1910 году открывается 3-е Сагуновское училище - на Песковатке. Тогда же одна из церковно-приходских школ была преобразована в двухклассное земское училище. Все начальные школы до революции назывались одноклассными, независимо от срока обучения (один, два или три года). В начале XX века появляются двухклассные училища с расширенной программой: после изучении программы одноклассного они давали дополнительные занятия еще и течение одного-двух лет. Таким образом срок обучения в двухклассном училище увеличивался до 5-6 лет. С 1907 года начальное училища стали переводиться на четырехлетний срок обучения, и не совсем удачно их стали называть четырехклассными, чтобы как-то отличить от начальных училищ, которые еще не перевели на четырехлетнюю программу.

Многих жителей смущал дополнительный срок обучения, и они не хотели отдавать своих детей в двухклассные училища. Однако наиболее развитые из крестьян, а также торговцы учили в них своих детей охотно. Так, в 1915/16 учебном году из 529 учащихся сагуновских школ в двухклассном училище обучалось 104 мальчика и 34 девочки.

Из списка училищ земских и ведомства Министерства народного просвещения по 1-му участку Острогожского уезда видно, что в сентябре 1912 года школы работали в селениях Лыково, Колодежном, Костомарове, Юдино, Сухой Россоши, Большой Хвощеватке и Широком. К ним прибавилась школа, построенная полковником Лубковским на хуторе Коловерть и подаренная местному обществу.

По словам учительницы, работавшей в земской школе Сагунов того времени, желание учить детей у крестьян было большое, однако они не могли помочь земской школе материально. Ссылались на то что земские повинности и без того велики, а школу должно содержать уездное земство. Крестьяне не всегда понимали важность общеобразовательной стороны обучения и приветствовали участие детей в церковных хорах и богослужении.

Учителя просили быть с детьми «построже», наказывать за провинности, а за большие проступки «сечь».

Дети посещали школу нерегулярно: на каждые два учебных дня приходился один неучебный. Некоторые из них посещали занятия не более одного - двух раз в год. Пропуски занятий «на говенье в дни поста» составляли 48 процентов учебного времени. Главной же причиной непосещения являлась бедность. Она вынуждала родителей удерживать детей весной и осенью для домашних и полевых работ. Зимой многие дети не ходили на уроки изза отсутствия обуви. Нередко посещению школы мешали бездорожье, болезни, местные ярмарки, свадьбы, забой скота и другие причины.

Дореволюционные школы и Сагунах не отвечали санитарно-гигиеническим требованиям: на каждого ученика приходилось лишь 65 процентов принятой тогда нормы полезной площади, чистого воздуха и света. Острая нужда была в пособиях для учителей и учебниках для школьников.

Однако 1-й Сагуновской школе в конце прошлого века повезло в том отношении, что о ней заботился энергичный попечитель из крестьян Петр Сыроватский. Не имея возможности помогать школе из личных средств, он умел добиться всего необходимого у общества. Он приобрел для школы мебель, лучше других в уезде она была снабжена наглядными пособиями. Имелись географические карты России и Воронежской губернии, стенные счеты и арифметические ящики. Местный краевед Григорий Андреевич Яковлев отмечал, что помогали школе также крестьянин Иван Подгорный и попечитель Поликарп Михайлович Бабешкин. Кроме того, он считал, что среди учителей сагуновских школ в XIX веке не было выдающихся личностей. Но краевед был неправ. Среди учительства того времени были настоящие энтузиасты и знатоки своего дела, но работали они в сложной обстановке. Плохая материальная обеспеченность школ обусловила большую текучесть учительских кадров. В среднем учитель служил по ведомству народного просвещения около четырех лет, а потом переходил на другую работу. Если одинокий учитель и мог без особых лишений прожить на 20 рублей в месяц, то семейный должен был испытывать постоянную нужду или вести подсобное хозяйство. Поэтому в Острогожском уезде семейных учителей было только 37 процентов. Из-за материальной необеспеченности основная масса преподавателей была лишена возможности удовлетворить простейшие духовные потребности: выезжать в культурные центры страны, выписывать книги, журналы и газеты. Только глубоко преданные своей профессии оставались на учительской службе долго или навсегда, мирясь со всякими лишениями ради дела обучения детей.

Именно такой была учительница 1-го Сагуновского училища Мария Ивановна Попова, проработавшая в этой должности к 1893 году более 20 лет. Среди старожилов Сагунов осталась добрая память об учителях В.С. и П.К. Левченко, Н.И. Дорошенко, М.Г.

Щербаковой и Д.И. Поповой. По словам Г.А. Яковлева, в дело народного образования внесли свою лепту и Анна Гавриловна Чуракова, которая привела в систему внутренний распорядок школы и учебные занятия. Если учесть, что сагуновские крестьяне с уважением относились к учителю-мужчине и с недоверием к учительнице, то станет ясно, как велика была любовь педагогов-женщин к своему делу. Ее хватало на всю их трудовую жизнь.

В первые 50 лет существования школы в Сагунах ее учительский коллектив пополнялся преимущественно из лиц духовного звания или получивших церковное образование.

Подавляющее большинство первых учителей было представлено недоучившимися семинаристами, воспитанницами Воронежского епархиального училища, частных пансионов, наконец, окончившими учительскую семинарию. В 1890 году в слободу приехал ее выпускник Тихон Попов. С 1893 гада он работал в Малых Сагунах.

Сагуновское училище существовало на средства земства и местного общества.

Например, в 1884/85 учебном году на его содержание было ассигновано от земства 673 рубля и от сельского общества 405 рублей. Из этой суммы на жалование учителям израсходовано 750 рублей: законоучителю Алексею Яблоновскому - 60 рублей, учителям М.И. Поповой, П.И. Червинской и А.Г. Чураковой по 230 рублей каждой. Поповой и Чураковой общество выделило по 24 рубля на оплату квартир. Аренда школьного помещения обошлась в 120 рублей, на его ремонт, отопление и жалованье сторожу выделили 73 рубля. Для приобретения книг, учебных принадлежностей и пособий осталось всего 87 рублей.

При всех трудностях материального существования сагуновская школа добилась существенных успехов в обучении детей. Количество грамотного населения в Сагуновской волости намного превышало средний уровень Острогожского уезда. Если в уезде в 1885 году грамотных и обучающихся грамоте жителей было 6,66 процента (грамотность мужчин составляла 11,49, а женщин -1,72 процента), то по волости и эти показатели составляли 14,32; 24,69 и 3,9 процента соответственно.

Из обучавшихся в школе в первую половину столетия ее существования крестьянские дети составили от 96,2 до 97,7 процента, дети других сословий - от З,8 до 2,3 процента.

Несмотря на то, что подавляющую массу учащихся на селе давало крестьянство, многие крестьянские дети из-за бедности оставались вне школы. Таких в 1916 году по уезду насчитывалось 1115 человек.

Все дети духовенства, торговцев и помещиков, окончили школу, продолжали учебу, чего не скажешь о выходцах из крестьян. К 1893 году из детей сагуновских крестьян только трое поступили в фельдшерскую школу (один из них уже работал помощником провизора), столько же в уездное училище, один в гимназию и один (Г. Сыроватский) стал волостным писарем и корреспондентом двух газет.

С каждым годом увеличивалось число учащихся, закончивших школу со свидетельством. Оно давало выпускникам право на льготы 4-го разряда: наполовину сокращался срок службы в армии.

В первые годы существования школы в Сагунах учителя не были заинтересованы в том, чтобы переводить всех учащихся в следующий класс, с второгодниками легче было работать.

С переходом школы в ведение земства улучшились методы преподавания. Учитель стал стремиться переводить свою младшую группу в среднюю, а потом в старшую с наименьшими потерями. Шла борьба за то, чтобы по возможности больше учащихся выпустить из школы со свидетельством. Лучших результатов достигала в этом учительница М.И. Попова. Учителя сагуновских школ еще до революции добились главного в своем труде: выросло количество грамотного населения в слободе. Об этом свидетельствует ответ на анкетный вопрос сагуновского делегата на II Острогожском уездном съезде РКСМ в сентябре 1920 года комсомольца В. В. Химичева. Он записал, что в Сагунах «безграмотной молодежи нет». Делегат, как мы увидим ниже, ошибся, но при всем этом Сагуны среди других сел уезда сильно отличались грамотностью жителей.

К чести Сагуновской школы надо признать за ней большое влияние на окружающую среду, - отмечал Г.А. Яковлев. Она понемногу вносила по-своему «луч света» в непроглядную тьму... Это значение мы оценим сильнее, если вспомним то глухое и мертвое время, когда она возникла и существовала, когда книга производила на обывателя страшное с трудом теперь понятное впечатление.

В 1885 году в Сагунах начинает работать общественная библиотека. Вопрос об ее организации был поставлен еще в 1883 году. При активной поддержке врача Ландышевского и Г.А. Яковлева начался сбор средств на устройство библиотеки, в котором приняли участие представители всех групп населения слободы. Хранящаяся в Острогожском краеведческом музее ведомость сбора средств-пожертвований в фонд библиотеки свидетельствует, что па призыв о помощи откликнулись 77 человек, а сумма пожертвований составила 108 рублей 60 копеек Наивысший взнос (49 рублей) сделали "зажиточные граждане", доля интеллигенции в общем списке составила 17,3%. «граждане среднего достатка» пожертвовали 27 рублей 50 копеек.

Первый заведующий библиотекой, не имея опыта, работы с книгами, взялся за дело без огонька. Вскоре при составлении каталога и систематизации книг по отделам ему стали помогать учителя А.Г. Чуракова и М.И. Попова.

Сначала читателями библиотеки были исключительно учащиеся сагуновских школ. Им в каникулярное время книги выдавались по воскресеньям, а в учебные дни еще и по субботам. Впоследствии в круг читателей стали втягиваться и взрослые. Для них библиотека работала только по воскресеньям. Читали «про себя» редко. Обычно чтение проводилось вслух в присутствии соседей обоего пола и разных возрастов. Случалось это на досуге долгими вечерами и по праздникам. Громкие читки практиковались также на мельницах и маслобойках в ожидания очереди па переработку продукции. Впоследствии получили распространение семейные чтения.

Книги в библиотеке были систематизированы по отделам. Журналы и газеты помещались особо. В библиотеке были духовно-нравственный, беллетристический, исторический, библиографический, естественный, географический отделы, земской службы и народного хозяйства, газет и журналов.

Рациональной постановкой дела сагуновская библиотека была обязана учительнице Анне Гавриловне Чураковой. Именно она способствовала ознакомлению учителей сельских школ с произведениями Достоевского, Гончарова, Гоголя, Успенского и других русских писателей. Хотя библиотека была открыта для всех и каждый мог взять в ней книги и газеты, сокровищами знаний пользовалось лишь ограниченное число крестьян, потому что процент грамотности среди них был низок.

Первая мировая война явилась, по выражению В. И. Ленина, «могучим ускорителем»

назревания революционного кризиса в России, способствовала росту политического сознания и активности рабочего класса и крестьянства. В 1917 голу воронежское губернское земство, уступая требованиям крестьян, вынуждено было несколько усилить внешкольную работу в деревне и более активно заняться организацией библиотек, читален, школ для взрослых. В этом году в Острогожском уезде были открыты библиотеки в пяти сельских населенных пунктах: Новой Сотне, Белогорье, Сагунах (наряду с общественной). Марках и Карпенково. В слободе Сагуны с 19 января 1917 года начала работать читальня, а с 1 июня и библиотека, получившая название библиотека-читальня. Помещалась она в общественном здании, ранее занимаемом школой, содержалась на средства Острогожского уездного земства, заведовал ею Г.А. Яковлев. Литература в библиотеке-читальне делилась на двенадцать отделов, всего насчитывалось 1501 название книг. Полнее литературой были укомплектованы отделы беллетристики (419 названий), обществоведения (193 названия), сельского хозяйства н ремесла (142 названия), кооперации (136 названий), духовно-нравственный (132 названия) и истории (131 название). Характеризуя работу читальни за 1917 год, Г. А. Яковлев отмечал:

«...в читальне перебывало много народу, по преимуществу школьного возраста, из числа взрослых были единичные посещения... Взрослые, помимо того, что стеснялись сидеть рядом за столом со школьниками, еще не приобщены к такому учреждению как читальня и чуждались ее». Весьма примечательно высказанное здесь же заведующим и такое замечание:

«политическая литература текущего момента плохо расходилась». Под политической подразумевалась официальная литература, изданная органами Временного правительства, спросом у сагуновцев она не пользовалась.

В своем отчете Г. А. Яковлев также сообщает, что в 1917 году в Сагунах было поставлено три спектакля. Выручка от продажи билетов в 155 рублей поступила а пользу библиотеки и местного Народного дома. По всей видимости, это были первые спектакли, показывавшиеся в слободе.

1 июля 1884 года Главная физическая обсерватория Российской академии наук открыла в Сагунах метеорологическую станцию 3-го разряда. Она вела наблюдение за осадками и грозами. К организации станции был привлечен и Григорий Андреевич Яковлев. В 1887 году деятельность станции расширилась: велись наблюдения за температурой воздуха, за облачностью и ветром (по простому флюгеру). Зимой 1890/91 года начались наблюдения за высотой снежного покрова и метелями. В этом же году была выстроена психрометрическая будка. Наблюдения за погодой вел Г.А. Яковлев. Ему помогали грамотные крестьяне и учителя Алексей Яковлев, Анна Чуракова, волостной писарь Иван Сергиенко и фельдшер Владимир Панкратьев.

Под влиянием школы, библиотеки, благодаря торговым домам, дающим широкое общение с окружающим миром, закладывался тип сагуновца, заметно отличавшийся от жителей других селений Острогожского уезда. Его можно было узнать по одежде, манерам и речи. В его жизнь вошло «немецкое» платье: сорочки, штаны. Пиджаки, даже сапоги «рантовки с дудками». Женщины тоже одевались «из лавки», пользовались пахучим мылом и духами. Словом, сагуновец - обыватель маленького захолустного городка в миниатюре.

Хаты строили по особому плану, на манер домиков в две-три комнаты. Внутри было чисто, уютно, встречались книги, картины и прочие «украшения». Но духовный мир людей изменился мало, да они и не очень-то стремились его изменять. Не они строили жизнь, а она лепила их по своему образу и подобию.

У жителей Сагунов на протяжении веков существовали свои приметы и поверья:

«хивраль воду покажэ - вэсна будэ холодна и затяжна»: «прыйдэ май - дбай, настанэ июнь хоть плюнь»; «в хати нэ свысты - всэ добро высвыстыш». Крестьяне были кровно заинтересованы, чтобы у них родились сыновья: землей наделяли только на мужские души.

Это стремление нашло отражение в целом ряде примет. Если беременную спросить, кого она родит, и она при этом засмеется - дочь, а рассердится – мальчик родится.

Речь сагуновцев была выразительна, образна, пересыпана золотыми россыпями пословиц и поговорок, меткими словцами и выражениями, свидетельствующими о том, что живые струи певучей украинской и многозвучной русской речи на протяжении столетий слились в единый поток. Вот некоторые из поговорок и прибауток: без инструмента и вошь не убьешь; колысь мы старцив водылы, а тэпэр оны нас водять; вор ворует не для прибыли, а для своей погибели; кто хочет собаку ударить, тот и палку найдет; газеты, як хохлы Мазепы;

бреши кобелем, продавать поведем; бытьця нэ годытьця, а лаятьця грих; будьтэ покойни, як на санях; всэ писнэ да писнэ - чорт його заснэ; вот теперь я понимаю, что я юнкера жена; в дорози и батько товарыш; все полезно, что я рот полезло; все на свете кочерыжка только уксус кислота; дэ ворони нэ литать, скризь навоз клювать; в том-то и дело, что на семи сидела, а девятерых вывела; гуртом и батька быть гарно; вырис до нэба, а дурный як трэба;

был когда-то рыжик, а теперь ничто.

В Сагунах до 80-х годов XIX века старосту называли атаманом, хотя жители еще с 30-х годов того же столетия считались государственными крестьянами, а не войсковыми обывателями.

Слобода била певуча. В любое время года, кроме поста с раннего вечера до глубокой ночи слышались во всех ее концах молодые голоса, старавшиеся перепеть друг друга.

Особенно хороши были в Сагунах праздники, к которым все тщательно готовились: белили печи, стены и потолки, смазывали глинобитный пол, мыли и скребли лавки и крылечки, в родинках стирали крупные вещи - дерюжки, одеяла, пиджаки, шторы и занавески. В утро рождества, 25 декабря дети ходили по дворам и «выршувалы» - читали молитвы о Христе, за что получали от хозяев вознаграждение сладостями и деньгами.

Весь собранный в доме мусор (смиття) в ночь перед новым годом сжигали в саду, «шоб в новом году ны було в доми ны ссор, ны дрязг», одновременно «грилы ногы покойним родытылям». Утром нового года снова обходили домишки односельчан, поздравляя их «з Василием», при этом «засивалы», то есть кидали в иконы зерна разных злаков, прося: «Роды, божэ, пшэныцю - всяку кошэныцю и дитэй копыцю» В день крещения, 6 января, вся слобода собиралась «на Ордань», к огромному колодцу с дубовым срубом, крытому железом.

Священник читал молитву и «освящал» воду. При этом раздавались ружейные залпы и взлетали стаи выпущенных голубей - символ «святого духа». «Освященную» воду слобожане набирали в чистые стеклянные, иногда серебряные сосуды и как лекарство хранили в течение целого года. С этого дня начинались свадьбы.

10 марта из крутого теста пекли булочки, по форме напоминающих жаворонка, с крылышками и глазками-изюминками. Этот языческий обычай преследовал цель ускорять прилет птиц и приход весны. На пасху весь народ шел в церковь, где с удовольствием слушал культовые гимны в исполнении лучших певцов слободы. После всенощной службы и обильного раннего завтрака ложились спать. Выспавшись и одевшись в лучшие платья, слобожане выходили на улицу на выгон, чтобы «людей посмотреть и себя показать». Здесь организовывались игры в «мяча», «третьего лишнего», «булку», «бытка» - состязание, определяющее самое крепкое яйцо. Были и хороводы, танцы и пляски под балалайку.

гармошку и «тройицьку» - оркестр в составе цимбал, бубна и скрипки. Через неделю после пасхи, в родительскую субботу, все шли на кладбище, оправляли могилы родных и близких, а в воскресенье приносили на могилки яйца, куличи, сладости и поминали умерших.

Но. пожалуй, самый ярким праздником была Троица. В этот день, перемещавшийся по годам в промежутке между 14 мая и 14 нюня, девушки и парни «завивали венки и кумылысь». Девушки приносили в церковь цветы и травы, из которых «после освящения»

плели венки, надевали их и возвращались для продолжения праздника на лоно природы.

Готовился обрядовый обед с неизменной «яешнею», парубки «прыносылы горилку». После обеда выходили в левады - крутые нераспаханные склоны к ручьям, по этим склонам со всех концов бежали узенькие тропинки в слободу - центр Сагунов. Левады благоухали пьянящими запахами степных трав, сохранившихся здесь с глубокой древности. В это время завязывались знакомства, нередко перераставшие потом в дружбу и брачные союзы на всю жизнь. Возбужденная тончайшим ароматом родной земли молодежь с песнями и плясками отправлялась «по Пидгорянському шляху» в Баюры. где по отлогим балкам среди душистого чабреца, сизой полыни и серебристого ковыля росли «воронцы» - яркие звездочки горицвета.

Здесь молодежь отдыхала до самого вечера.

Грубые пережитки прошлого постепенно уходили из жизни и быта сагуновцев. Но некоторые обычаи и обряды сохранялись долго, вплоть до конца 30-х годов текущего столетия, часть из них в измененном виде сохранилась до сих нор.

Незабываемы и другие картины народной жизни - крестьянские ярмарки. К ним долго и тщательно готовились: оборудовали карусели, строили навесы, печи «на пычэнэ и парэнэ».

На ярмарки, три раза в год. приезжали скоморохи о попугаями, обезьянками и цыгане с танцующими медведями. Здесь был широчайший выбор товаров на самый изысканный вкус.

Модницы могли приобрести изделия не только местных, но и губернских, столичных и даже заграничных мастеров, купец мог заключить сделку как со своим российским собратом, так и с представителем иностранной торговой компании. Хлеборобу предлагались «по карману и вкусу» рабочая лошадь или волы, плуг или телега - любая вещь для крестьянского хозяйства.

Щеголь мог приобрести чистокровного донского скакуна, модный тарантас и седло. Дли детей родители покупали матрешек, неваляшек, свистульки из белогорьевской глины, бублики, крендели, печенья, пряники и орехи.

Слобожане играли на многих музыкальных инструментах, у некоторых были хорошие голоса.

Три четверти века тому назад местный краевед Г.А. Яковлев писал о серости жизни и быта сагуновцев: «Есть попытки писать стихи, но они жалки но конструкции и сюжету.

Стихи представляют собой рифмованную прозу. Эти стихи обнаруживают охоту смертную, а участь горькую. Бедность их сюжета - следствие малого умственного кругозора. Правда, на фоне серой жизни не выведешь затейливого узора». Вот как, например, житель Сагунов И.М.

Кравцов в стихотворной форме отозвался на смерть своего знаменитого односельчанина О.И.

Рудинского:

Як Рудынськый гэнэрал В Петербурге помырав

- «Вы прощайтэ атютанты, Вы прощайтэ. Драгуны, Отправляюсь на слободу Сагуны».

Сагуновци його тило 3 хрестным ходом зустривалы.

А самохрыстови кони вэзлы, приставалы….

(Автор отметил момент, когда тяжелый чугунный гроб с телом покойного генерала от железнодорожной станции до слободы везли в условиях непогоды и весеннего бездорожья) Климат Острогожского уезда с его резкими колебаниями способствовал различным заболеваниям. Документы свидетельствуют, что сагуновцы лечились преимущественно народными средствами, уповая на «божью помощь», а потому обращались к знахаркам, монашкам, попам, травникам, бродягам, цирюльникам, коновалам, кузнецам и пастухам.

Процедура врачевания сводилась к лечению «собственными» средствами, а также к заговорам и нашептываниям знахарок. Лечились «наговорной водой», «стружками от гроба господня», «особенными» камнями. Кровотечения останавливали паутиной, корпией, мелом, растительной пылью, заговорами. Глазные болезни врачевали огуречным рассолом, мелким сахаром и даже человеческой мочой. От лихорадки шли самогон с перцем, настой полыни, отвар цветов подсолнечника. В качестве лечебных средств носили на груди в течение двенадцати дней яйцо и пшено из-под кулича (77 зерен), после чего больной выходил вечером на перекресток дорог и там это зерно съедал. Иногда носили на груди землю, тайно взятую на кладбище, или кусочек лягушки.

При трудных родах бабки-повитухи зажигали свечи, лампадки, заставляли молиться мужа и детей, иногда «раскрывали сундуки», «отмыкали замки», «развязывали узлы», открывали «царские врата» в церкви.

Кариозные зубы лечили табаком. У детей, больных рахитом бабки производили «запекание сухот». Больного ребенка клали на деревянную лопату, которой сажают хлеб в печку, разжигали в глубине печи слабый огонь и задвигали туда ребенка на короткое время.

Процедура повторялась многократно. Каждый раз больного выносили к матери, ожидающей за дверью.

Испуганных детей лечили переворачиванием рубашки задом наперед или «выливанием переполоха» (вылитый на воду растопленный воск, который знахарка ставила на голову больного, во время заговора должен был приобрести контур предмета, или животного, послуживших причиной испуга).

Универсальным средством лечения кожных заболеваний была роса с окон. Чтобы спасти от гибели перепившего до потери сознания, в рот ему заливали разведенный конский помет. Особенно тяготил уход за больными стариками. «Хоть бы скориш бог прибрав», говорили о них даже родные и близкие. Заботились только о работоспособных членах семьи.

Первые медицинские учреждения в Острогожском уезде возникли в прошлом веке, но их было мало и они не могли оказывать населению заметную помощь. В 1862 году в уезде с населенней 207 тысяч 663 человека было всего два врача. На фельдшерских пунктах врач появлялся один -два раза в месяц, причем в неопределенное время. Не произошло значительных сдвигов в медицинском обслуживании населения и за 50 лет деятельности земства: единственному земскому врачу приходилось обслуживать 43 тысячи 558 человек Вначале крестьяне относились к врачам недоверчиво, а порой даже враждебно. Об этом рассказал первый земский врач Сагуновского участка Роменский: «При появлении холеры в уезде в народе циркулировали самые разнообразные толки о ее происхождении, вызывавшие сильное возбуждение. Народ не хотел лечиться у врачей. В хуторах Голопузовка и Ярки Евдаковской волости и слободе Трехстенка Карпенковской волости, где особенно свирепствовала холера, жители не хотели принимать врача и грозили ему кольями, так что он вынужден был уехать, ничего не сделав, и потом уже, только при посредстве волостного старшины, удалось уговорить народ принять к себе врача; лекарства же больные только тогда согласились принимать, когда сам доктор у них на глазах принимал эти лекарства».

Только годы упорной работы медицинского персонала изменили отношение крестьян к врачу.

Участковая больница в Сагунах существовала с начала 80-х годов XIX века, хотя попытки открыть ее предпринимались значительно раньше. На плане слободы за 1867 год больница обозначена по улице Базарной, севернее здания волостного правления, где теперь размещается правление колхоза «Красный путиловец».

С 1872 года в слободе работала земская лечебница на десять коек. Земство предоставило ей даровое помещение, отопление, освещение и лекарства. Но питанием и бельем больные не обеспечивались. Через год лечебницу перевели в Острогожск. В 1874 году она открывается в Сагунах вновь, но вскоре закрывается в связи с отъездом врача в Воронеж. В 1877 году земство пригласило в Сагуны нового врача, но лечебницу решило не открывать. В 1878 году штат врачей в уезде сократился до трех и Сагуновский участок вообще остался без врача. Так продолжалось до 1881 года когда, при содействии О.И.

Рудинского, в уезде был учрежден 4-й врачебный участок (в Сагунах).

В 1882 году на Сагуновском участке открывается земская больница на десять коек. В ней работали врач, два фельдшера и акушерка.

В разное время врачами в Сагунах были Роменский (1871-1873 годы), Делекторский (1874-1875), Бирюков (1882-1883), Красюк (1883—1884), Ландышевский (1884-1887), Максимов (1887-1894). В 90-е годы врач получал 1500 рублей в год, акушерка 160 рублей и по два рубля за каждые принятые роды, фельдшер-смотритель - 300 рублей и квартиру от земства, участковый фельдшер - 240 рублей, запасной эпидемический фельдшер - 180 рублей и квартиру от общества. Кроме того, в штат больницы входили участковые фельдшеры в Белогорье, Марках, Лисках и Гончаровке. Жалованье (по 240 рублей) они получали от земства, квартиры от общества. Дом для участковой больницы земство нанимало за 330 рублей в год. Помещение было тесным и грязным, в нем размещались вместе амбулатории и больница. Если врач болел, его никто не замещал.

Наиболее частыми заболеваниями были лихорадка, чесотка и сифилис. Местность, расположенная по Дону и его притокам, способствовала развитию малярии. В 1889 - 1901 годах в Сагуновской и Белогорьевской волостях свирепствовала пандемия тифа, участились заболевании дифтерией. В 1892 году на население Сагуновской волости и ряда населенных пунктов соседних волостей обрушилась азиатская холера.

В 1885 году Сагуновская земская больница обслуживавшая Сагуновскую, Белогорьевскую, Марковскую, Гончаровскую, Колыбелковскую, Подгоренскую, Евдаковскую, Карпенковскую волости и слободу Лушники Лизиновской волости - всего 36 селений. В 1893 году в зону ее обслуживание входили уже 43 селения. Накануне Февральской революции на одну больничную койку в Острогожском уезде приходилось 2322 человека. За лечение в больнице взималась плата по 5 рублей в месяц. Бедным крестьянам да и середнякам такая дорогостоящая медицинская помощь была недоступна.

В условиях самодержавного строя, тяжелым гнетом лежащего на плечах трудового народа, прогресс в культуре и быту жителей Сагунов не мог получить необходимого развития. Однако грамотность населения постепенно росла и под ее влиянием усиливалась тяга к знаниям, а вместе с ней повышалось и политическое сознание сагуновцев.

СЛОБОДА САГУНЫ НА ПУТЯХ СТРОИТЕЛЬСТВА НОВОЙ

ЖИЗНИ Сагуновцы в борьбе за Советскую власть Сообщение о победе Октябрьского вооруженного восстания в Петрограде было получено в Острогожске по телеграфу 27 октября. Дошло до города и воззвание «К гражданам России!», написанное В.И. Лениным 25 октября. Сразу же по получении столичных известий вся полнота власти к городе и уезде на экстренном заседании Совета была передана Временному революционному комитету под председательством большевика Н.В. Лисицына.

Для охраны Совета и наведения революционного порядка в Острогожске и уезде была создана рота из демобилизованных матросов и революционный отряд из 103 человек. В него вступили вернувшиеся из царской армии острогожцы Тимофей Быков, Козьма Партолин, Тихон Бойко, Яков Химичев и другие. В распоряжении Совета были также кавалерийский эскадрон под командованием П.А. Гофмана и команда пулеметчиков, дежурившая на железнодорожной станции.

С 24 ноября 1917 года выходившая в городе газета «Острогожский листок» стала органом Совета. Издание и распространение буржуазных газет было запрещено.

Партийная организация Острогожска, насчитывавшая и своих рядах в декабре 1917 года около 350 человек, начала создавать волостные и сельские Советы. Большую помощь в их организации на местах оказывала деревенская беднота, а также демобилизованные из армии солдаты.

Весть об Октябрьской социалистической революции сагуновцы встретили по-разному.

Бедняки отнеслись к ней с восторгом, середняки сдержанно, а кулаки враждебно. В Сагунах не было потомственного пролетариата, а рабочие и грузчики на маслобойке и мельнице являлись, по существу, полукрестьянами, не порвавшими связи с землей. Местный сельский пролетариат, малоземельные крестьяне и батраки, в период экономического кризиса и особенно после него, когда война дала толчок развитию промышленности, осели в юродах, оставив на селе семьи и родственников. Поэтому большевики здесь не могли сразу найти прочную и широкую опору. При всем этом большинство жителей слободы поняли великую правду, которую несла народу партия большевиков.

Сагуновские фронтовики Дмитрий Степанович Хмелев, Сергей Акимович Ковалев, Григорий Яковлевич Сахаров, Федор Иванович Фролов, Григорий Павлович Цуркин, Тимофей Федорович Кузьменко, Григорий Иванович Любимов, Егор Ефимович Сычов, Николай Филиппович Эвенкии, Дмитрий Гайдуков и другие организовали волостной Совет.

Председателем его стал Ефим Петрович Кислицын. В Совет вошли Гавриил Дмитриевич Башлаев и многие из фронтовиков.

21-25 января 1918 года проходил первый Острогожский уездный съезд Советов рабочих и крестьянских депутатов. Прибыло 233 делегата, но одному от каждой тысячи человек населения. Съезд работал под председательством П.В. Крюкова. Сагуновскую волость на съезде представляли И.Г. Шумейко, Г.Д. Башлаев, Е.П. Кислицын и другие.

Острогожский съезд утвердил инструкцию об организации Советской власти в уезде, о распределении национализированных земель, о национализации и охране ценностей из бывших помещичьих имений. Был избран Острогожский уездный Совет рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Совет установил численность вооруженных сил в уезде для защиты завоеваний революции: 400 пеших и 100 конных воинов.

Процесс упрочения Советской власти в южных уездах губернии осложнился тем, что с конца 1917 года она стала ареной непрерывных столкновений и боев с вооруженной контрреволюцией различной окраски. Сагуны, входившие в состав Острогожского уезда, нередко становились фронтовой слободой.

В январе 1918 года острогожские коммунисты и советские работники участвовали в пресечении военной авантюры белоказачьего атамана Каледина. Весной того же года южные границы губернии оказались под угрозой вторжения немецких войск и банд Украинской Центральной рады. В мае немцы и гайдамаки захватили Кантемировку, Журавку, Талы занялись конфискацией у населения хлеба, скота и грабежом. Ставленник немецких оккупантов гетман Скоропадский потребовал присоединения к Украине южных уездов Воронежской губернии, входивших в состав Слободско-Украинской губернии. В числе территорий, па которые претендовали украинские националисты, был и Острогожский уезд.

В августе 1918 года началось вторжение в губернию банд генерала Краснова. Жители Сагунов в составе сформированных в Острогожске красноармейских частей участвовали в отражении этих нашествий. Так, в тысячном отряде добровольцев, отправившемся из Острогожска на борьбу с немецкими частями и гайдамаками, были советский активист М.Я.

Шевченко и другие слобожане.

На основании декрета Советского правительства о формировании Красной Армии 10 мая в Острогожске создается уездный, а затем и волостные комиссариаты по военным делам.

Они вербовали добровольцев и организовывали им торжественные проводы. За четыре месяца в уезде записались в Красную Армию 3 тысячи человек. Среди них были жители слободы Петр Яковлевич Шевченко, Гавриил Антонович и Владимир Антонович Филипповы и многие бывшие солдаты-фронтовики.

30 мая 1918 года в распоряжение воронежской партийной и советских организаций из Острогожска отправился второй отряд добровольцев численностью в 250 человек. В отряде, состояли и граждане Сагуновской волости Иван Михайлович Зайцев, Бреусов и Сахнов.

Что касается притязаний украинских буржуазных националистов на южные уезды Воронежской губернии, то они были с негодованием отвергнуты населением. По селам Сагуновской волости прокатилась волна митингов. Крестьянские уездные съезды, в том числе и Острогожский, тоже высказались против присоединения к Украине.

23-24 августа 1918 года, во время вторжения красновских банд в пределы Богучарского уезда, собрался 111 Острогожский уездный съезд Советов. На него съехалось 190 делегатов, н том числе 116 коммунистов, 63 левых эсера и 11 беспартийных. Председательствовал на съезде П.В. Крюков. Съезд мобилизовал всех коммунистов уезда на отпор белогвардейским бандам генерала Краснова. Перед трудящимся крестьянством были поставлены задачи ускоренного проведения хлебозаготовки.

Весной 1918 года в Воронеже началось массовое формирование частей Красной Армии.

В уездных городах из отрядов Красной Гвардии и красноармейцев-добровольцев в мае июне были организованы Бобровский, Богучарский, Алекееевский, Острогожский и другие полки. Тогда же была создана Южная оборонительная завеса, в зоне которой оказался и Острогожский уезд со слободой Сагуны.

Вместе с 7-й армией и другими воинскими частями республики оборону здесь держали и формирования, созданные Народным Секретариатом Украины после восстания рабочих Киева против Центральной рады. В сентябре 1918 года решением Советского правительства завеса была преобразована в Южный фронт, с Воронежским участком.

В полосе фронта перед Сагунами от слободы Ровеньки до хутора Голый Богучарского уезда находились Украинский партизанский полк Фурастова, Полтавский партизанский полк Головко, Чехословацкий красногвардейский отряд Кучери, кавалерийские отряды Домнича и Дженеева, сводный полк Нахаенко под Ровеньками - всего до 900 штыков и до 250 сабель. На вооружении частей Красной Армии здесь было несколько трехдюймовок, два 42-линейных орудия на железнодорожных платформах и бронепоезд. Немцы же только под Кантемировкой сосредоточили тысячу сабель регулярной конницы, В одном из боев погиб начальник Пасековского боевого участка Кучеря. Его место занял коммунист В.А. Малаховский. С помощью красногвардейцев Кексгольмского полка удалось обеспечить снабжение боевых частей.

2 октябри 1918 года Валентин Александрович Малаховский вступил в командование Богучарским полком. Он энергично взялся за повышение боеспособности части. Начался массовый приток в полк добровольцев из сел, особенно из Сагунов. В слободе находился учебный центр, где добровольцы проходили подготовку перед отправкой в действующие подразделения.

Жители Сагуновской волости предлагали для пополнения полка произвести в селениях общую мобилизацию. Однако по решению губернского комитета РКП (б) в состав частей Красной Армии зачисляли только добровольцев и при условии их самостоятельного вооружения. Чтобы как-то восполнить потери в бойцах, обозников заменяли легкоранеными.

Такая перестановка была подспорьем для красных войск. Они контратаковали противника со стороны Бутурлиновки. Богучарцы, собровцы и бойцы Волчанского полка несколько раз переправлялись на левобережье Дона, занимали Павловск и окрестные села.

Осенью 1918 года Сагуновский волостной комиссариат по военным делам перешел в подчинение эвакуированного сюда Богучарского уездного комиссариата. Сагуновцы помогли богучарцам быстрее провести запись добровольцев в Красную Армию. В ноябре 1918 года в Богучарский полк вступили многие сагуновцы и жители окрестных сел, скрывавшихся от мобилизации в белую армию. В их числе были Иван Савельевич Сыроватскнй и Николай Егорович Сухомлинов Осенью 1918 года в Сагунах работали члены эвакуированного из Богучара уездного Совета во главе с П.В. Данцевым. Здесь же действовала группа чекистов, возглавляемая богучарцем Ковалевым.

16 ноября 1918 года под напором противника красноармейские части оставили Сагуны.

Первой появилась в слободе разведка белых. Ее начальник издал приказ, который был размножен от руки и вывешен в населенных пунктах волости как официальный документ.

«На основании приказа Воронежского генерал-губернатора, генерала Семенова, - говорилось в нем, - объявляю местность на военном положении. I. Упраздняются комитеты и комиссары.

II. Запрещаются митинги и сборища. III. Восстанавливается частная собственность, IV. Все приказы и распоряжения, исходившие от комитетов и комиссаров, отменяются. V. Всякие выступления беспощадно будут подавляться вооруженной силой. VI. За невыполнение этого приказа виновные будут предаваться военно-полевому суду».

В занятых селах Острогожского уезда белые насильно забирали в армию мужчин призывного возраста, жгли дома добровольцев Красной Армии, а семьи их подвергали репрессиям.

Революция в Германии, произошедшая в ноябре 1918 года, вынудила немцев покинуть пределы Украины. Несправедливый Брестский договор был аннулирован.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |

Похожие работы:

«ЗАКЛЮЧЕНИЕ ДИССЕРТАЦИОННОГО СОВЕТА Д 212.104.04 НА БАЗЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО БЮДЖЕТНОГО ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО УЧРЕЖДЕНИЯ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ "КУРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ" ПО ДИССЕРТАЦИИ НА СОИСКАНИЕ УЧЕНОЙ СТЕПЕНИ ДОКТОРА ИСТОРИЧЕСКИХ НАУК...»

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Филологический факультет Кафедра истории русской литературы Донцова Елизавета Романовна "НОВАЯ ПРОЗА" В. П. КАТАЕВА: ПОЭТИКА АВТОБИОГРАФИЗМА Выпускная квалификационная работа Магистра филологии Научный руководитель: к. ф. н., до...»

«АВТОНОМНАЯ НЕКОММЕРЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ЯКУТСКИЙ ГУМАНИТАРНЫЙ ИНСТИТУТ Одобрено на заседании кафедры трудового права и социальной работы протокол №1 от 31.08.2015 г. Рекомендовано на заседании УМС протокол №1 от 07.09.2015 г. Рабочая прогр...»

«Химия, Хи.Жи.На. Жизнь, Наука Газета выпускается с 2007 года Июнь 2017 Выпуск № 51 Новости Стр. 2 Это моя страна! Стр. 3 Ученый-гражданин В. В. Марковников Стр. 4-5 Творцы истории Стр. 6-7 Строки о Родине Стр. 8 Хижина — Жиз...»

«Иван Тимофеевич Беляев Где вера и любовь не продаются. Мемуары генерала Беляева Серия "Николай Стариков рекомендует прочитать" Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=9600570 Где вера и любовь не продаются. Мемуары генерала Беляева.С предисловиями Николая Стари...»

«Публичный доклад директора ГБОУ СОШ № 1262 Шурыгиной Г.А. ГБОУ СОШ с углубленным изучением английского языка № 1262 имени А.Н.Островского имеет давнюю историю. Была открыта в 1937 году (тогда имела номер 628). С 1948 года носит имя великого...»

«Татьяна Вирта МОЯ СВЕКРОВЬ РАХИЛЬ, ОТЕЦ И ДРУГИЕ АСТ Москва УДК 821.161.1-31 ББК 84(2Рос=Рус)6-44 В52 Вирта, Татьяна Николаевна В52 Моя свекровь Рахиль, отец и другие / Татьяна Вирта. – Москва: АСТ, 2014. – 320 с. ISBN 978-5-17...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б. Н. Ель...»

«НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Гуманитарный факультет кафедра археологии и этнографии УЧЕБНО-МЕТОДИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС МАТЕРИАЛОВ К КУРСУ "МЕТОДИКА ОРГАНИЗАЦИИ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЙ РАБОТЫ...»

«д.э.н., проф. Куликова Л.И.. Соколов Ярослав Вячеславович Бухгалтерский учет: от истоков до наших дней Периодизация развития бухгалтерского учета нужна только для лучшего изложения и уяснения параллельных событий Галаган А.М.(1879-1938) Основные мом...»

«100 великих (Вече) Станислав Зигуненко 100 великих загадок истории флота "ВЕЧЕ" ББК 39.42(5) Зигуненко С. Н. 100 великих загадок истории флота / С. Н. Зигуненко — "ВЕЧЕ", 2008 — (100 великих (Вече)) ISBN 978-5-9533-3431-0 Озаренная неземным сиянием солнечная барка египетского бога Ра и суровые "лодьи" русских поморов;...»

«АРХИЕПИСКОП ЧЕРНИГОВСКИЙ ФИЛАРЕТ (Гумилевский Дмитрий Григорьевич, 1805 – 1866) Основные даты жизни 1805 – рождение 1812 – обучение в Вышенской обители 1816 – обучение в Шацком духовном училище...»

«Раритетна теріофауна та її охорона. Луганськ, 2008 Праці Теріологічної школи. Випуск 9. С. 73–75 Proceedings of the Theriological School. Volume 9 УДК 599.426:502.74 Охрана рукокрылых Беларуси: история и современный статус Алексей Шпак Охорона кажанів Білорусі: історія і сучасний стан. — Шпак А. — Представлено...»

«Аршакян Мария Александровна ФОРМУЛЯРНЫЕ СПИСКИ СЛУЖАЩИХ И РАБОЧИХ АЛТАЙСКОГО (ГОРНОГО) ОКРУГА XIX — НАЧАЛА XX В. КАК ИСТОРИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК Специальность 07.00.09 — историография, источниковедение и методы...»

«ФИНАНСОВО ЭКОНОМИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ МЕЖДУНАРОДНЫХ ИНТЕГРАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ Международное научное периодическое издание по итогам Международной научно практической конферен...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБЩЕГО И ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ ГОСУДАРСТВЕННОЕ АВТОНОМНОЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ "КАМЫШЛОВСКИЙ ТЕХНИКУМ ПРОМЫШЛЕННОСТИ И...»

«УДК: 373 (091) КРИЧЕВСКАЯ ЕЛЕНА ВАДИМОВНА ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О РОЛИ ОТЦА В РОССИЙСКОЙ СЕМЕЙНОЙ ТРАДИЦИИ 13.00.01 общая педагогика, история педагогики и образования АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата педагогических наук j y^ [ ) Санкт-Петербург С.К/ ОООи Работа выполнена на кафедре педагогики Государств...»

«С ерия История. П олитология. Э коном ика. И нф орматика. НАУЧНЫ Е ВЕДОМ ОСТИ 2 0 1 4 № 15 (186). В ы пуск 31/1 УДК 338.46 (378.1) РАЗВИТИЕ ИНФРАСТРУКТУРЫ СФЕРЫ ОБРАЗОВАНИЯ И ВОЗМОЖНОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ ИНСТРУМЕНТОВ ГОСУДАРСТВЕННО-ЧАСТНОГО ПАРТНЕРСТВА Авторы анализируют показатели для измерения уровня И.А. МОРОЗОВА1 развития инфраструктурног...»

«6.2.6. Разработка рациональных процедур программы линейного регрессионного анализа. В давние времена, когда президент Рейган был еще простым народным артистом США, нами был произведен на свет программный продукт...»

«Каиб Восточная повесть Каиб был один из восточных государей; имя его наполняло вселенную. "Слава твоя, — говорил ему некто из его стихотворцев, — слава твоя была бы подобна солнцу, если...»

«GI UNIVERSITY The Journal of MGIMO-University Москва №6(33) 2013 Moscow Главный редактор: Торкунов А.В. – академик РАН, ректор МГИМО(У) МИД России.Заместитель главного редактора: Подберезкин А.И. – доктор исторических наук, профессор, проректор по научной работе МГИМО(У) МИД России. Р...»

«Т.И. Щербакова АРХАИКА И ВРЕМЯ Термин "архаика" чаще всего относится к временной категории и обычно сопутствует определению наиболее древнего периода в истории человечества или наиболее ранней стадии в развитии той или иной культуры. Т.е. словосочетание "архаический период" является синонимом периода "древне...»

«Министерство культуры РФ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Северо-Кавказский государственный институт искусств Исполнительский факультет Кафедра истории и теории музыки Рабочая программа по дисциплине "Практический анализ музыкальной формы"Направление подготовки...»

«Музей идиотизма История о том, как КГИОП губил Летний сад Зная нравы руководящего слоя, нетрудно догадаться, что переход Матвиенко на другую работу повлечет замену всех ее выдвиженцев новыми кадрами. Поэтому все вице-губернаторы и руководители комитетов — ухо...»

«П СТО ЧИП П О ВЕДЕН И Е Е. А. Р Ы Д З Е В С К А Я С В Е Д ЕН И Я ПО И С ТО РИ И РУСИ X III в. В САГЕ О К О РО Л Е Х А К О Н Е * Сага о Хаконе сыне Х акона (Х аконе С таром), норвежском короле с 1218 по 1263 г., написана исландцем Ст...»




















 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.