WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 

Pages:     | 1 || 3 |

«ТУРЦИЯ и СЛАВЯНСКИЙ МИР ВОПРОСЫ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ И ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНЫХ СВЯЗЕЙ КУБАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Факультет истории, ...»

-- [ Страница 2 ] --

Турецкие власти вели на Балканах антирусскую пропаганду, о чём говорилось в донесении Кудрявцева Н.П. Игнатьеву от 25 июня 1876 г.: «В донесении моём от 23-го текущего я не упомянул о той пропаганде, которая делается между магометанами, католиками и евреями с целью представить Россию главным виновником всех бедствий настоящего часа: Россия и православие восстают на попрание святынь иноверцев, на поглощение собою всего Востока, на истребление Турции, стремясь освободить для этой цели весь православный славянский мир» [18].

Несмотря на все усилия России, мирное урегулирование конфликта не удалось. В донесении Кудрявцева Н.П. Игнатьеву 2 декабря 1876 г. отмечается, что Турция считает войну с Россией неизбежной, и поэтому спешит делать необходимые приготовления в Боснии и Герцеговине [19]. Россия тоже начала проводить частичную мобилизацию, о чём идёт речь в циркуляре А.М. Горчакова русским дипломатическимпредставителям за границей о причинах мобилизации русской армии 1 ноября 1876 г.

[20].

Почему Россия всё-таки пошла на столь нежеланную для неё войну? Одним из важных факторов послужил небывалый подъём общественного движения, всячески призывавшего собирать силы и средства на войну с Турцией. М.В.

Максимов, непосредственный участник событий, вспоминал на этот счёт:«Основной принцип настоящей войны есть принцип великий:

принцип освобождения славян из-под ига деспота. Кто нашёптывал нам эти слова? Это нашёптывали публицисты, цель жизни которых заключается в том, чтобы попрать всякую свободную мысль, всякую свободную инициативу» [21].



В Турции к началу войны царило полное расстройство финансов. Имел место громадный дефицит бюджета на 1875–1876 гг.– до 5 млн 46 тыс. золотых лир. Кредитное доверие Европы упало, доходы казны постоянно уменьшались [22]. К экономическим проблемам добавлялись политические: 30 мая 1876 года в результате переворота был низложен султан Абдул Азиз, на престол вступил Мурад V. По одной из версий, впоследствии Абдул Азиз покончил с собой, перерезав вены ножницами для стрижки усов и бороды [23]. В стране развернулась сложная внутренняя борьба за принятие конституции [24].

Как уже отмечалось выше, и Россия, и Турция заранее рассматривали возможность начала военного конфликта.

Отправной точкой должно было бы служить вторжение русских войск в Румынию, т.е. на территорию Османской империи.

Министры Высокой Порты решили узнать мнение европейских правительств по поводу возможности перевода турецких войск в Румынию до объявления войны. Европа не возражала против такого шага, но ещё до объявления войны Румыния заключила с Россией особую конвенцию, по которой войска последнейполучали разрешение вступать на румынскую территорию.

Турция неоднократно заявляла, что присутствие значительного числа русских войск на её границе нарушает спокойствие в государстве, не позволяет ему разоружаться и возбуждает фанатизм среди мусульманского населения. Это препятствие Порта считала единственным для восстановления спокойствия и проведения внутренних преобразований [25].

За несколько дней до прекращения дипломатических отношений между Россией и Османской империей (8 апреля) султанская канцелярия издала документ, где отмечалось, что нужно завлечь неприятеля внутрь страны и там дать ему сражение, а затем выгнать обратно и преследовать до Прута. С тех пор в турецкой армии велись активнейшие военные приготовления, выяснялись численность и места дислокации русских войск [26].





Уже в июле 1877 г. высокопоставленные военачальники турецкой армии полагали, что существование турецкого государства висит на волоске: речь об этом шла, в частности, в депеше турецкого командующего Саид-пашикомандующему Балканской армией Сулейман-паше [27]. С сентября 1877 г.дела у турецкой армии ухудшились ещё в большей степени [28], и, в конце концов, Турция войну проиграла.

В процессе заключения прелиминарного Сан-Стефанского мирного договора Англия и Австро-Венгрия делали всё, чтобы соглашение России и Турции не состоялось, но сторонам, несмотря на это, всё-таки удалось достичь определённых договорённостей. Турция возмещала России убытки, последняя брала на себя создание в освобождённых государствах административной и судебной системы. Завершением Великого Восточного кризиса стал Берлинский конгресс июня-июля 1878 г., в результате которого в Европе появились независимые государства Сербия, Румыния, Черногория и автономное Болгарское княжество. Османские провинции Босния и Герцеговина были оккупированы Австро-Венгрией[29].

Примечания

1. Россия и восстание в Боснии и Герцеговине 1875–1878. М., 2008.

С. 7.

2. Там же. С. 16.

3. Освобождение Болгарии от турецкого ига. Т. 1. М., 1953. С. 31.

4. Там же. С. 45.

5. Россия и восстание в Боснии и Герцеговине. С. 27.

6. Там же. С. 69.

7. Там же. С. 43.

8. Там же. С. 44.

9. Герцеговинское восстание и восточный вопрос. СПб., 1876. S.l.

10. Россия и восстание в Боснии и Герцеговине. С. 54.

11. Там же. С. 144.

12. Там же. С. 308.

13. Хевролина В.М. А. М. Горчаков и национально-освободительная борьба южнославянских народов в 60–70-е годы XIX в. // Канцлер А.М.

Горчаков. 200 лет со дня рождения. М., 1998. С. 107.

14. Россия и восстание в Боснии и Герцеговине. С. 81.

15. Там же. С. 81.

16. Там же. С. 101.

17. Там же. С. 109.

18. Там же. С. 291.

19. Там же. С. 336.

20. Россия и национально-освободительная борьба на Балканах. 1875–

1878. М., 1978. С. 200.

21. Максимов Н.В. Две войны 1876–1878. СПб.,1879. С. 236–237.

22. Освобождение Болгарии от турецкого ига. С. 45.

23. Оганисян А.Турецкий историк о политических событиях 1876– 1878 в османской империи // Страны и народы Ближнего и Среднего Востока. Б. М., 1996. С. 143–145.

24. Там же. С. 147.

25. Ахмед-Мидхат. Сборник турецких документов о последней войне.

СПб., 1879. С. 4–7.

26. Там же. С. 65.

27. Там же. С. 10.

28. Там же. С. 77.

29. Россия и восстание в Боснии и Герцеговине. С. 7.

Барбарунова З.А. (г. Прага, Республика Чехия), Коваленко Е.С. (г. Краснодар, Российская Федерация)

БОИ НА ПЕРСИДСКОМ ФРОНТЕ. ПО

ВОСПОМИНАНИЯМ ХОРУНЖЕГО КУБАНСКОГО

КАЗАЧЬЕГО ВОЙСКА АНТОНА ЧЕРНОГО

(1915–1917 ГГ.) Военные конфликты последних лет, особенно те, что происходили у границ России, вновь вызывают интерес историков и публицистов к проблемам простого человека, находящегося в гуще трагических событий.Российская и советская публицистика, описывая многочисленные войны, в которые была втянута Россия, уделяли много внимания теме маленького человека. Эпоха же Первой мировой войны, судьбы рядовых участников боевых действий были надолго и не заслужено забыты из-за политической конъюнктуры. Перемены, произошедшие в России в конце ХХ в., оживили интерес к событиям и людям этой переломной для империи эпохи. В настоящей работе показаны военные события на Персидском и Кавказском фронтах (1915–1917 гг.) в восприятии участника Первой мировой войны хорунжего Кубанского казачьего войска Антона Павловича Черного. Основным источником послужили его рукописи [1].

Эти рассказы, частично опубликованные в эмиграции, по замыслу автора, должны были сложиться в книгу [2]. Но книга им так и не была дописана. Отдельные рассказы, описывающие событияПервой мировой войны, выступают содержательным историческим источником. Сам автор так объяснял замысел своей книги: «Ярешил в назидание потомству изложить как в былое время «культурно» воевали… впример атомову душегубству «сверхкультурного» нынешнего века…чтобы правдиво осветить все страдания(как) простой свидетель» [3].

Автор рассказов, хорунжий А.П. Черный, родился в 1891 г. в ст. Пашковской в семье потомков запорожских казаков Черных.

Его дед Евтихий Григорьевич Черный был награжден серебряными медалями за Персидскую (1826–1828 гг.) и Турецкую (1828–1829 гг.) войны [4]. Его отец Павел Евтихиевич Черный с семьей в виду малоземелья переехал в 1898 г. на хутор Новопашковский Ейского отдела (с 1915 г. – ст. Новопашковская).

В 1901 г. А. Черный был принят скрипачом в Кубанский казачий музыкантский хор в г. Екатеринодаре. Там же окончил 1-ую Екатеринодарскую учительскую семинарию. После учительствует и регенствует сначала в родном хуторе Новопашковском, позднее в ст. Брюховецкой. В 1913 г А. Черный обучается игре на бандуре у выдающегося виртуоза Василия Емца. Становится одним из участников первой капеллы бандуристов в Екатеринодаре и популярным певцом и бандуристом [5].

С началом Первой мировой войны на фронт ушли его старшие братья, Андрей и Захар Черные. Антона же оставили на гражданской службе ввиду нехватки учителей в школах. Но уже 9 февраля 1915 г. он был призван в 3-й Сводный Кубанский полк [6]. Полк вошел в состав Экспедиционного корпуса под командованием генерал-майора Н.Н. Баратова, оперировавшего в Персии.

Персидский фронт являлся самостоятельным направлением в ходе боевых операций Кавказской армии. Ему отводилась определенная роль – не допустить вторжения германо-турецких вооруженных сил на территорию Персии, пресекать здесь всяческие вылазки курдских сепаратистов против русских частей [7].

Тема войны описана А.П. Черным в пяти неопубликованных рассказах: «Война», «Вторая Тифлисская школа прапорщиков», «Кенделянский перевал» (декабрь 1915 г.), «Как наш полк брал перевал Кергабад, а потом город Сенне – столицу Курдистана, что была в верстах десяти»(1916 г.), «Повествование о давно минувших днях. Один из военных эпизодов 1-ой Мировой войны.

Год 1916, 1-е декабря» [8]. Все действующие лица рассказов – не вымышленные люди. Данные о военных чинах отражены в приказах по Кубанскому казачьему войску [9]. Об этом А.П.Черный писал: «Я хочу сообщить, как и когда наш 3-й Сводный Кубанский полк попал в Персию. С самого начала войны турецкие верхи магометанской веры объявили «священную»

войну всем инаковерующим противникам. Их агитации подверглась и персидская жандармерия, которая начала переформировываться в более крупные воинские соединения и постепенно отходить к турецкой границе. По этой причине на персидской территории был создан экспедиционный корпус, возглавленный генералом Баратовым. Живая сила этого корпуса состояла из русских солдат, а материальное содержание легло на Англию. В августе 1915 г. наш3-й Сводный Кубанский, стоявший в то время около г. Баку, был одним из первых переброшен по Каспийскому морю в Энзели – на персидскую территорию.

Отсюда походным порядком 224 км.он прошел до г. Казвин пока не двинулся в направлении на Хамадан, преследуя отходящую жандармерию» [10].

Полк, в котором находился А.П. Черный, прибыл под г. Баку, в начале апреля 1915 г. Война шла уже почти год и на фронте ощущался недостаток младшего и среднего офицерского состава.

Поэтому из формируемых полков посылают наиболее грамотных казаков и нижних чинов в 3-6-ти месячные школы прапорщиков[11]. Имея учительское образование, А.П. Черный стал одним из таких кандидатов. Его вахмистр Кофтишный бывало говорил о нем командиру: «Ваше благородие, вот кому быть охфициром». Со своими подчиненными он обходился очень сурово, в том числе и со мной. Но я инстинктивно чувствовал, что он меня по-своему очень уважал, зная моих братьев как добрых воинов и непревзойденных джигитов-наездников, которые к тому времени были увешаны крестами… Тем более, что я любил войсковую службу и служил не за страх, а за совесть» [12]. В результате А.П. Черный успешно заканчивает 2-ую Тифлисскую школу прапорщиков и получает первый офицерский чин прапорщика [13]. И тогда, в день окончания курса школы, «по мере того, как зачитывались о производстве наши фамилии, каждый из нас срывал на живую ниткуприкрепленные юнкерские погоны и оставался в старшинских. Этот момент был столь велик для всех нас, что если бы кто-то скомандовал нам прыгать в какую-то бездну, никто бы не задумался эту команду не выполнить» [14].

По окончании школы А. Черного назначили в расположение штаба Кубанского казачьего войска в Екатеринодаре, а оттуда – в запасную сотню лагеря ст. Уманской [15]. В лагере он взял трехдневный отпуск и поехал к родителям в ст. Новопашковскую, чтобы там увидели «новоиспеченного их благородия. Дома, естественно, родители и вся родня очень рады были увидетьменя офицером. А что касается людей, особенно старшего возраста, как например, турецкой кампании, от них отбою не было». Учителем, «сколь не учись, уважение есть, но не такое, как к офицеру»[16].

Вскоре А.П. Черный назначается в свой 3-й Сводный полк, который он догоняет при его передислокации в Персию [17].

Спустя пару месяцев полк двинулся в направлении на г. Хамадан.

Об этом А.П. Черный повествует в рассказе «Кенделянский перевал»: «В декабре 1915 г. нашу 1-ую сотню Ейского полка (тогда еще 3-й Сводный полк) из-под Хамадана направили к перевалу Кенделян. Тогда сотней командовал есаул И.В. Белый, а я, прапорщик А.П. Черный, был его младшим офицером. В ту пору снега было очень много, особенно в горах. Чтобы попасть на перевал, надо было пройти небольшую треугольную долинку, перед которой, как нарочно, был пробит узкий проход шириной в один-полтора коня – «фермопилы».

В первые дни турки беспокоили небольшими отрядами пехоты. С каждым днем их становилось больше – пехоты до батальона, сотни две конницы и 2 пулемета… С криками: «Аллах! Аллах!» они вели отчаянные маневры, чтобы удержать перевал». Далее А.П. Черный описывает «унесшихся от бесчисленных выстрелов и страха коней, оторвавшихся от коновязи», «бредущих по глубокому снегу, безнадежно махая руками, и повторяющих «Ой, Боже мий!»

казаков... Я смотрю, как затравленный зверь, во все стороны, а мой командир, усадивши людей на коней, плывет по глубокому снегу на соединение со мной». При третьей атаке смешались вместе «их мощное «Аллах!» и редкое меж ними наше «Ура!». Достигли узкого прохода. «Гонимый инстинктом самосохранения, каждый хотел проскочить первым. В гуще коней сразу было убито 16 юных казаков». А. Черный решил свернуть с дороги и упал с конем в «заметанную снегом прорву». Далее им описаны отчаянные попытки коня выскочить, наблюдавших эту беду вокруг стоящих турок; вахмистра Плясовицу, самоотверженно вернувшегося на помощь командиру и тяжело раненного; старого коня, 21 год служившего службу, выскочившего из пропасти и спасшего жизнь Антону [18].

Далее по хронологии следуют события февраля 1916 г. из рассказа «Как наш полк брал перевал Кергабад...». В полку командир 5-й сотни А.П. Черный и хорунжий 6-й сотни Филипп Демьянок были неразлучными друзьями. Когда одному из них приходилось «жарко» в бою, командир полка посылал на помощь другого. Имея хорошие голоса, они часто пели дуэтом. Уже построены сотни. Прозвучал «Генерал-марш». И в последние минуты перед боем Демьянок просит Антона спеть дуэтом песню «Колы разлучаються двое». Спели и поспешили к своим сотням.

«Преследуя турок день и ночь, 3-й Сводный Кубанский полк (сохранено первичное наименование) редко слазил с коней, ночуя от противника на близком расстоянии». Турки отстреливались, но в затяжной бой не ввязывались, стараясь дойти до перевала, где были их укрепления. Эвакуировав свой походный госпиталь, заняли выгодную позицию на самом верху перевала. Здесь и развернулась страшная трагедия. Казачьи сотни поднимались в горы с одними винтовками. Сверху из окопов «как куропаток» их расстреливал численно превосходящий противник, вооруженный тремя родами оружия, в том числе артиллерией. Хорунжий Демьянок был одет в светлую черкеску с блестящими серебряными погонами и красным башлыком. Турки решили, что это – начальник наступающей группы. Грянул залп из замаскированных окопов. Хорунжий был изрешечен пулями. Были убиты все, кто пытались вынести тело командира: два взводных урядника и еще 10 человек, преимущественно командного состава.

Сотня почти вся погибла. Позже казаки поставили большой каменный крест с высеченными именами и фамилиями. Далее автор продолжает описывать погоню за турками после взятия г.

Сенне: снежные бураны, девятидневное блуждание по безлюдной пустыне Зохаб, голод, немощь лошадей, нерешительность казака убить своего любимца – коня. Наконец, выход обратно в г. Сенне и «здоровый» нагоняй командиру полка [19].

Военно-историческая литература, подробно описывала боевые события на Кавказском фронте и почти не касалась взаимоотношений войска и местного населения. Рассказы А.П.

Черного дополняют историческую картину. Он описывает, как в разных обстоятельствах и в связи с изменяющейся обстановкой, в том числе и в самой России, население Персии относилось к русской армии. Так, например, летом 1916 г. полк долго стоял под Биджаром, в с. Нигиристан. Прапорщик А. Черный добросовестно платил за все продукты и фураж. Местный хан предлагал ему стать командиром его кавалерии, за что обещал одарить всеми благами, вплоть до гарема. При приближении к селу люди, узнав, что к ним едет их друг – «командант Антуан», бросали свои сакли и, набравши кишмишу, становились рядком в узкой улице и в подставленные шапки казаков сыпали это добро [20]. В другой раз в г. Тикантапе за все купленные продукты и фураж «содрали с нас двойную плату. Но мы платили, не торгуясь» (декабрь 1916 г.). В 1917 г. «большевики, узурпировавшие власть, никаких субсидий нам, казакам, не выдавали. Приходилось везде брать продукты по реквизиционным запискам. Местное население об этом узнавало, старалось замаскировать сено, а когда безжалостно растягивалось их последнее добро, по селу шел страшный вопль, женщины выпазили на крыши своих домов, рвали на головах волосы, беспощадно били себя кулаками в грудь». А.П.Черного к тому времени уже назначили адъютантом командира полка. Суя реквизиционную записку старосте села, приходилось сочинять, что за ним едет «большой бузук» – генерал, он будет платить [21].

Последний рассказ «Повествование о давно минувших днях…» описывает события 1-9 декабря 1916 г. Генерал-лейтенант Н.Н. Баратов поставил задачу 3-й Сводной Кубанской дивизии соединиться с корпусом генерала Чернозубова, находящегося в 300 верстах трудно проходимых гор с перевалом «К», который держали две турецкие дивизии. В распоряжении турок были все роды войск, и каждая тропа на виду. Две попытки кончились неудачей. На перевале «К» сотни были разбиты турками. «Теперь одно слово «Чернозубов» на всех нас наводило страх». Новый комбриг Кравченко, согласовав выбор кандидатуры с командиром полка полковником графом Адлербергом, остановился на хорунжем А.Черном и его 5-й сотне. Вызвав хорунжего А.

Черного, сказал: «Зная вашего брата, Андрея Черного как редкого по отваге человека, я выбрал вас. Думаю и верю, что вы не посрамите Чернивского роду. Помогай вам Боже. Задача: перейти перевал «К», уничтожать банды курдов, захватывать все военные транспорты, которые будут идти в сторону противника и там найти Чернозубова». А. Черный отдал распоряжение вахмистру Кофтишному и рассмотрел карту со своим любимым офицером, командиром 6-й сотни И.И. Бобрышевым. Накормил хорошо людей и лошадей, взял котел с продуктами и одни санитарные носилки в упряжке катрюков. 2-го декабря сотня в составе 82 человек покинула с. Енгикенд. Выйдя из села и выстроив сотню, объяснил ей цель похода. Затем скомандовав: «На молитву шапки долой!», пропел «Отче наш». Этот поход описан подробно и образно. Сотня проходит перевал, покрытый завесой белых облаков, холодно так, что потрескалась от мороза земля. В одном селе казаки нашли двух «юнаков» с карабинами. Били их.

Старуха-мать и молодые невестки кричали и плакали. Хорунжий Черный прекратил побои. Эта старуха, увидев на носилках раненного казака, с воплем спрашивала: «Матушка вар? А баладжа вар?», т.е. «Есть у него жена и дети?».

Казаки отвечали:

«Вар». «Заломив руки, как чайка по своим чаенятам, припадая к земле, заливалась слезами. Боже мой, – думаю я. – Ведь только недавно два твоих сына были на краю гибели от нашей руки! А сейчас ты так оплакиваешь своего врага». По пути сотня встретила в средневековом г. Тикантапе гарнизон Сардара Музафера, где жили люди, называвшие себя «казахами». В руках бунчужного того отряда была настоящая старинная запорожская булава.

«Чтобы производить в дороге на всех впечатление, я постарался одеться, как можно наряднее, как «начальник». В этих расчетах нисколько не ошибся, так как своим внешним видом в одинаковой мере действовал и на сотню – на ее дисциплину и боевую стойкость». Военная смекалка помогли хорунжему Черному достичь поставленной цели. Так 4-го декабря 5-я сотня Ейского полка под командованием хорунжего А. Черного, соединилась с корпусом генерала Чернозубова в Саин-Кала, пройдя с боем 300 верст, не потеряв ни одного казака и привезя с собой двух раненных. 6-го декабря начали обратный путь.

От бессонных ночей и белизны снега у Антона Черного ослабло зрение. Вернувшись в расположение штаба бригады, в Енгикенд, хорунжий Черный скомандовал: «Песенники вперед».

«Хлопцы мои затянули мою любимую песню «Гей, козак, нечай».

Для встречи была построена вся бригада. На правом фланге полковник Кравченко скомандовал: «Бригада смирно! Равнение направо, господа офицеры!». И я, оторвавшись от сотни, широким галопом понесся прямо на полковника Кравченко, отрапортовал ему». А полковник воскликнул:«От козакы, так козакы! И дило зробылы и писню спивають! Ну, пане хорунжий, злизайте з коня».

Он обнял меня и трехкратно поцеловал. Последовали поздравления офицеров. Затем комбригады попросил меня зайти в штаб. На столе у него лежала какая-то бумажка. «Возьмите и прочтите». Беру и читаю: «Ура герою, командиру сотни. Баратов».

После короткого отдыха моей главной целью был поставлен вопрос о награждении всей сотни Георгиевскими крестами, так как у меня не было отдельных героев. Наш поход я сравнивал с походом сотника Гамалия. По этому же принципу моя сотня получила Георгиевские кресты, кроме меня. Причин этому было много, в том числе и отсутствие моего командира полка полковника Адлерберга, который меня очень любил.

Командование полка взял временно на себя его помощник войсковой старшина Нефедьев. Человек весьма неуравновешенный и завистливый, к тому же пьяница… Через семь месяцев, когда я был уже адъютантом полка, он сказал мне готовить на себя наградной лист к Анне 3-й степени. Но я отказался».[22].

В конце 1917 г. попав под приказ о демобилизации учителей, хорунжий А.П. Черный возвращается на Кубань, тем самым избежав трагической расправы от рук распропагандированных революционных солдат, которой в 1918 г. подверглись его боевые соратники при возвращении в Россию корпуса генерала Н.Н.

Баратова.

На этом кончается страница истории Великой войны, описанная хорунжим Кубанскго казачьего войска, народным учителем, бандуристом А.П. Черным. Не заканчивается лишь его жизнь, полная дальнейших тяжелых испытаний: участие в Белом движении, эмиграция, которая закончилась в 1973 г. в г. БуэносАйресе (Аргентина).

Примечания

1. Личный архив Е.С. Коваленко (ЛАК). Рукописи и фотографии архива А.П. Черного, полученные из Аргентины.

2. Черный А. Первые дни // Казак. Париж, 1956. №№ 49–53.

3. ЛАК. Рукопись А.П. Черного «Повествование о давно минувших днях. Один из военных эпизодов 1-ой Мировой войны. Год 1916, 1-е декабря».

4. Государственный архив Краснодарского края (ГАКК). Ф.162. Оп.1.

Д.127. Л.75.

5. Коваленко Е.С. Новое в биографии казака-бандуриста А.П. Черного // Российское казачество: проблемы истории, возрождения и перспективы развития. К 320-й годовщине служения Отечеству казачества Кубани.

Краснодар, 2016. С. 118–119.

6. Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА).

Ответ на запрос: №390. 17.04.97. Послужной список А.П. Черного. Ф.409.

П/с 191-714.

7. Стрелянов (Калабухов) П.Н. Корпус генерала Баратова. М., 2002.

С.3,8.

8. ЛАК. Неопубликованные рассказы А.П. Черного.

9. ГАКК. Приказы Кубанскому казачьему войску. 1914–1917 гг. Инв.

№ 8252, 9149–9164.

10 ЛАК. Рукопись А.П. Черного «Повествование о давно минувших днях. Один из военных эпизодов 1-ой Мировой войны. Год 1916, 1-е декабря».

11. ГАКК. Приказы Кубанскому казачьему войску. Приказ №397.

19.07.1915г. Инв. № 8252, 9149–9164.

12. ЛАК. Рукопись А.П. Черного «2-ая Тифлисская школа прапорщиков».

13. РГВИА. Ответ на запрос №390. 17.04.97. Послужной список А.П.

Черного. Ф.409. П/с 191-714.

14. ЛАК.Рукопись А.П. Черного «2-ая Тифлисская школа прапорщиков».

15. ГАКК. Приказы Кубанскому казачьему войску. Приказ № 553.

17.07.1915г.

16. ЛАК. Рукопись А.П. Черного «2-ая Тифлисская школа прапорщиков».

17. Елисеев Ф.И. Казаки на Кавказском фронте. 1914–1917 гг. М.,

2001. С.48-49.

18. ЛАК. Рукопись А.П. Черного «Кенделянский перевал».

19. ЛАК. Рукопись А.П. Черного «Как наш полк брал перевал Кергабад, а потом город Сенне – столицу Курдистана, что была в верстах десяти».

20. ЛАК. Рукопись А.П. Черного «Как наш полк брал перевал Кергабад, а потом город Сенне – столицу Курдистана, что была за перевалом в верстах десяти».

21. ЛАК. Рукопись А.П. Черного «Повествование о давно минувших днях…».

22. ЛАК. Рукопись А.П. Черного «Повествование о давно минувших днях…».

Сашка Г. Миланова (София, Республика Болгария)

–  –  –

Режимът за движение на плавателни съдове в мирно и военно време през Проливите[1] е обект на международноправно регулиране. Регламентът установен с конвенцията от Монтрьо(Швейцария) е подписан от всички участници [2] на 20 юли 1936 г. и влиза в сила след три месеца, на 9 ноември.

Съдоговарящите се страни признават суверенните права на Турция над Босфора и Дарданелите. Предвидената в Лозана международна комисия за наблюдение и контрол върху преминаващите плавателни съдове през Проливите е разпусната, а нейните функции са предадени за изпълнение от Турция [3].

Само няколко години по-късно СССР изразява несъгласие с контролните правомощия, предоставени на турската страна и иска ревизия на конвенцията от Монтрьо. Кремъл търси подкрепа от своите съюзници: първо от Германия, а след въвличането й във войната - от САЩ и Великобритания. Противоречията между трите водещи сили след края на Втората световна война, предизвикват политически турбуленции с глобално измерение.

Режимът за Проливите е сред спорните теми. Турция, САЩ и Великобритания отхвърлят съветските претенции и изменението на конвенцията от Монтрьо не се реализира.

Географското разположение на Дарданелите и Босфора, което оформя естествена водна връзка между Черно море и Средиземно море има ключово значение. Проливите съединяват два континента като изпълняват функцията на мост между Европа и Азия и образуват пряк воден път с многостранно предназначение за развитието на световната икономика [4]. Стратегически Турция е най-важният военен фактор в Източното средиземноморие и Близкия изток [5]. Именно на тази геостратегическа дислокация се дължи и вековният стремеж на Русия за контрол върху Проливите.

След подписването на пакта Молотов-Рибентроп през август 1939 г. народният комисар на външните работи В. Молотов информира Германия, че СССР възнамерява да ревизира режима за Проливите и да установи военни бази в Турция. В края на 1940 г. двете страни дискутират темата за сфери на влияние. Съветската позиция е категорична, че България и Проливите са много важни за нейната сигурност. Общо е съгласието, че конвенцията от Монтрьо вече не отговаря на новата политическа карта. НаТурция са известни съветските претенции, както от директно водените разговори със СССР през есента на 1939 г., така и косвено, от Хитлер, който уведомява турската власт за тях [6].

С германо-съветската война, започнала на 22 юни 1941 г., военният конфликт ескалира международните отношения. СССР е принуден да промени коалиционните си съюзници сВеликобритания и САЩ, но без да изменя посоките на външнополитическите си приоритети и аспирации.

Турция влиза в съюз сВеликобритания и Франция през октомври 1939 г., а на 18 юни 1941 г. тя сключва с Германия пакт за дружба и ненападение. В хода на Втората световна война турската дипломация успява да лавира между двата блока на противостоящите сили и запазва статута си на неутрална държава почти до края на войната. Нейната територия се превръща в кръстопътно място на разузнавателни служби от цял свят [7].

Политиката на неутралитет на Турция се оказва изгодна за нея при прилагане разпоредбите по конвенцията от Монтрьо.

Правото й на самостоятелна преценка позволява на силите от Оста да използват търговски кораби, за да пренасят въоръжение и амунииции през Проливите [8]. Антихитлеристката коалиция предполага за нарушения на установения навигационен режим, но действия се предприемат едва през лятото на 1944 г. През август с.г. Турция прекъсва политическите и икономическите връзки с Германия, а няколко месеца по-късно Проливите са отворени за съюзническите кораби, които превозват товари по лендлиза [9].

По време на срещата в Москва през октомври 1944 г. Сталин и Чърчил разговарят за необходимостта от ревизия на конвенцията от Монтрьо и за свободно преминаване на руски кораби през Проливите по всяко време [10]. На конференцията вЯлта през февруари 1945 г. Сталин отново повдига въпроса за Проливите, но не постига резултат [11].

Международният авторитет на СССР след края на войната е висок, което му осигурява силна позиция, за да пристъпи към активни дипломатически действия. Съветските претенции за контрол на Проливите се поставят паралелно в преки разговори с Турция и на съюзническо ниво с правителствени глави и външни министри на Великобритания и САЩ по време на международни конференции. Сталин и В. Молотов са особено настоятелни в исканията си и по двете линии с цел да получат съгласието на Турция.

През март 1945 г. СССР денонсира договора за приятелство и неутралитет с Турция подписан 1925 г., с аргумента, че не кореспондира на новата политическа ситуация и изисква сериозни промени. Съветският акт е несъмнено свързан с техните намерения въпросът за Проливите да се реши в двустранен договор, с което Великобритания и САЩ да се изолират от участие [12].

През юни 1945 г. съветският външен министър В. Молотов информира турския посланник в СССР С. Сарпер, че подписването на нов договор за приятелски отношени с Турция зависи от ревизията на конвенцията от Монтрьо, уреждане на териториалните въпроси в пограничните райони и разполагане на руска военна база в Проливите за създаване на по-голяма сигурност [13].

Турската страна представя своето становище, което включва само подписване на съюзен договор, против възможна агресия от неприятелска държава – европейска или средиземноморска, а също предлага да се сключи договор за закупуване на оръжие от СССР, за да се осигури отбраната на Проливите. Турция разглежда един нов съюзен договор като добра основа, върху която да се развиват приятелски двустранните отношения. В. Молотов не отстъпва от нито едно от предявените условия и отказва подписване на съюзен договор. Съветският съюз обаче не изпраща офицална нота до турското правителство с исканията си, въпреки че ги смята за обосновани [14].

В програмата на Потсдамската конференция (17 юли –2 август 1945 г.) е включен за обсъждане и режимът за Проливите.

Разискванията се водят последователно от държавни ръководители и от външни министри. Дискусиите се разгръщат главно върху проекта на съветската делегация [15]. САЩ [16] и Великобритания [17] също внасят свои проекти с предложения.

В три точки са изложени съветските претенции – първо, осъвременяване на конвенцията от Монтрьо, второ, преходът през Проливите да е от компетенциите на Турция и СССР като найзаинтересовани страни и трето, заедно с турските военни бази в Проливите да има и съветски военни бази, като гаранция за безопасността и мира в черноморския регион.

Сталин използва геополитически аргументи, за да защити съветските претенции: Русия е голяма държава и Проливите са от важно значение за нея; конвенцията от Монтрьо е насочена срещу руските интереси, защото дава права само на Турция, която по своя преценка отваря и затваря Проливите. В този смисъл правата на Съветите са приравнени с тези на японския император.

ЗаСталин е нелогично Турция да не позволява свободно корабоплаване през Черно море и обратно, а и в самата конвенция няма нужните гаранции. Военно-политически са съображенията на съветския лидер за руското искане за военна база в Проливите. На тях им е необходима както за престюй на техния флот, така и да отстояват своите права съвместно със съюзници си. Той настоява за база, дори и на друго място, но да се промени положението, което определя за «смешно» [18].

Труман изразява американската позиция, която е за преразглеждане на конвенцията от Монтрьо. САЩ предлага навигацията по международните вътрешни водни пътища, включително и през Проливите да е открита за целия свят и правото за свободно преминаване на всяка страна да бъде гарантирано [19]. В техните предложения също се открояват геополитически съображения – при интернационализация на европейските речни и морски пътища се улеснява американската намеса [20]. Президентът поддържа мнението, че териториални въпроси могат да се решават двустранно междуТурция и СССР, но не и режимът за Проливите.

Британският премиер разглежда съветските предложения като неприемливи, защото излизат извън уговорената рамка [21].

Той е за промяна на конвенцията от Монтрьо и подкрепя становището на президента. Според разбиранията му безусловно най-ефективна е гаранцията на великите сили и на заинтересованите държави [22].

Сталин не одобрява американския проект, тъй като не съдържа отговор на исканията, които СССР поставя пред съюзниците, а засяга само въпроса за свободната навигация. САЩ разглежда проблема интегрално – свободната навигация включва всички международни вътрешни водни пътища, както и преминаването през Проливите. Съветският лидер изразява опасение за възможността да се постигне споразумение, след като възгледите им се разминават.

Предложението на британската делегация предвижда конвенцията от Монтрьо да бъде отменена чрез съответстваща процедура и заменена от ново международно съглашение. В него да се утвърди принципът за свободна и неограничена навигация през Проливите за военни и търговски съдове в мирно и военно време, който да се гарантира от трите държави [23].

Американската и британската гледни точки за Проливите си съвпадат, което показва техния стремеж да заобиколят съветските искания и да се избегне фортификацията. Според тях гаранцията на международни авторитети за свободния режим в Проливите е с повече стойност отколкото фортификацията. Те искат да се утвърди правото на Русия да има пълна свобода за преминаване през Проливите в едното и в другото направление [24].

В заключение на разискванията може да се обобщи, че трите правителства признават необходимостта от преразглеждане на конвенцията от Монтрьо, за да се съобрази с настъпилите промени в международната обстановка. Те приемат, че въпросът за Проливите остава за разглеждане при директни преговори между всяка от трите сили и Турция [25].

Потсдамската конференция не постига съгласувано решение за Проливите, но е политическо събитие, което показва нова ориентация в международните отношения. В нея ясно се очертава тенденция с биполярна характеристика. Президентът Труман демонстрира, че САЩ са готови да разпростират влиянието си и в Източна Европа. Глобалното съперничество между СССР и САЩ набира скорост, тъй като двете сили имат политически амбиции в региона. Задокеанският съюзник е особено полезен на Великобритания и за нейната доминация в Средиземно море. По сходни причини Турция е повече от доволна от позицията на САЩ за Проливите, защото хармонира на нейните интереси. След конференцията очакванията на турското и на британското правителства са за активност и инициативност на САЩ за окончателно решаване на проблема. В действителност обаче събитията не се случват бързо. Държавният департамент на САЩ и президентът Труман не могат да синхронизират вижданията си по въпроса за интернационализация на водните пътища като цяло [26].

На 2 ноември 1945 г. американското правителство изпраща ноти до Турция, до Великобритания и до СССР относно специфичните принципи, които предлага да бъдат приети при ревизия на конвенцията от Монтрьо. Турският външен министър е удовлетворен от направеното предложение, но иска разяснение доколко в нея са отразени вижданията на трите велики държави.

Безпокойство наТурция е свързано със съветските искания за бази.

Отговорът на САЩ е отрицателен [27]. Великобритания е за отлагане на въпроса. СССР показва неотстъпчивост на дипломатическо ниво и определя американските предложения като недостатъчна гаранция за съветската сигурност в региона, което допълнително поддържа напрежението на Турция [28].

От края на Потсдамската конференция през август 1945 г. до съветските предложения през 1946 г., е налице влошаване на съветско-западните отношения и засилване на американската подкрепа за Турция. САЩ също търси ползи от геостратегическото разположение на турската държава и се солидаризират със западната поддръжка през периода на размяна на ноти между Турция и СССР през втората половина на 1946 г, във връзка с Проливите [29].

На 7 август 1946 г. Съветският съюз изпраща нота до Външното министерство на Турция. Нотата насочва вниманието към факта, че по време на войната няколко пъти германски и италиански военни кораби са преминали през Проливите.

Нарушенията доказват, че режимът, установен за Черноморските проливи не е надежден, не защитава сигурността на прилежащите крайморски държави от вражески намерения спрямо тях, за което Турция е отговорна. Същият ден СССР, чрез своите посолства в Лондон и Вашингтон, информира Великобритания и САЩ за нотата. Външният министър наТурция Хасан Сака по същия начин уведомява американския и британския посланници в Истанбул за връчената нота [30].

Засиленият съветски натиск увеличава честотата на консултациите, които Турция провежда с американците и британците. В първия вариант на отговора на съветската нота Турция използва всички възможни факти, за да отхвърли отправените обвинения относно нарушаване на конвенцията във военно време. Тя се противопоставя на опитите да й се наложат чужди искания. Турското правителство държи на своята компетентност по прилагане на конвенцията от Монтрьо и не допуска прояви на съмнения в това отношение [31].

Държавният секретар Дж. Бърнс, който е в Париж, получава секретна телеграма от своя заместник Д. Ачесън. В нея се съдържа информация за срещата на военните и военоморски департаменти която приключва с меморандум относно турско-съветските отношения. Главната цел, формулирана в документа е, с избрания политически курс САЩ да се противопостави с всички средства на аспирациите спрямо Турция. Президентът Труман е съгласен [32].

На 19 август американското правителство дава своя отговор на съветската нота. В него се възразява срещу петото предложение, отбелязано в нотата, което се отнася за установяване на съвместна защита на сигурността на Проливите отТурция и СССР. По същество САЩ е против подобна промяна на клаузите в конвенцията от Монтрьо и поддържат статуквото – Турция следва да продължи да е отговорна за защитата на Проливите. При опасност от агресия и заплаха за международната сигурност следва ООН да разгледа въпроса, който е от нейната компетентност [33].

На 21 август, след консултации с политическите кръгове на Турция и САЩ, британското правителство също излиза с отговор.

С мълчание отминават първите три точки от нотата и се концентрират върху точки 4 и 5. Лондон припомня, че на международно ниво е признато участието и на други държави извън черноморския регион, които са включени като съдоговарящи се страни в преговорите за режима върху Проливите. В тази връзка се отхвърля искането в т. 4 заревизия на установения регламент. Относно точка 5 вижданията на САЩ и Великобритания съвпадат –Турция има всички права самостоятелно да осигурява защитата на Проливите. Тяхната обща позиция прави безперспективен стремежа на СССР да постави на регионално ниво режима на Проливите и в бъдеще същият да се регулира единствено от черноморските държави и Турция [34].

Последна Турция заявява своето становище по съветската нота, което финализира съвместното виждане със САЩ и Великобритания. Тя проявява готовност, в съответствие с процедурата, да се проведе конференция за предоговаряне на конвенцията от Монтрьо. Турската държава изразява съгласие с точки 1–3 от съветските предложения, но се противопоставя сериозно на залегналите претенции в т. 4 и 5. Не се приема искането в т. 4, с което се отхвърля и опита за нов подход и ревизия в структурата на конвенцията. Предвижданията са за нейното по-дълго приложение. За Турция е неприемлива и точка 5, в която СССР застъпва своя интерес в режима за защита на Проливите [35].

Съветските управляващи не приемат турския отговор и излизат на 24 септември свтора нота, в която дават по-широка интерпретация на своите предложения. В нея те потвърждават убедеността си, че конвенцията от Монтрьо не гарантира сигурността и интересите на черноморските държави, както и тяхната отбрана от враждебни действия. Турският отказ за възможни съвместни действия в контрола на Проливите се приема двусмислено и поражда съмнения в искреността наТурция за намеренията й да възстанови приятелските си отношения със СССР. В нотата се отстоява позицията за общи съветско-турски защитни мерки като много по-ефикасни и не нарушаващи правата на Турция [36].

САЩ и Великобритания запазват непроменени заявените вече становища и по втората съветска нота.

На 18 октомври 1946 г. турският външен министър представя сравнително дълга нота. Аргументацията срещу предложението за съвместна защита на Проливите е юридическа, тъй като се засягат суверенните права и сигурност на Турция. Неговата реализация означава Турция да преотстъпи част от суверенитета си на СССР, което е политически абсурд. Тактиката наСталин с дипломатически натиск да получи достъп до контрола на Проливите се оказва погрешно ситуирана в международното пространство. СССР разбират невъзможността да използват сключване на двустранно споразумение сТурция, за да постигнат целите си и осъществят претенциите си. За тях е ясно, че една международна конференция за Проливите също няма внесе същностни промени в конвенцията от Монтрьо [37].

През цялата 1947 г. съветската дипломация упорито търси полезно за нея решение за Проливите, включително като се обмислят варианти за тристранно споразумение между СССР, САЩ и Великобритания. С назначението на А. Лавришчев за посланник в Турция в началото на 1948 г., Политбюро на ЦК на КПСС утвърждава документ представен от съветското външно министерство като „Указания за посланника в Турция”. В точка 4 се нарежда на посланника да ограничи обясненията си на възможни запитвания от турската страна относно съветската позиция за Проливите и за нотите от 7 август и 24 септември 1946 г. Това е последният значим документ, в който се засяга въпроса за Проливите.

След смъртта наСталин твърдата политика на съветското правителство спрямо Проливите се трансформира изцяло. На 29 май 1953 г. СССР отправя декларация към Турция, в която се заявява политически курс за установяване на добросъседски отношения между двете страни, за поддържане на мира и сигурността в региона и най-главното – изоставят се териториалните претенции на СССР и се променя позицията спрямо Проливите[38]. Конвенцията от Монтрьо се запазва и остава валидна и до днес с внесени известни корекции в правната материя.

Бележки

1. В преамбюла на конвенцията се уточнява означението «Проливи», което включва преминаване и корабоплаване през проливате Босфор и Дарданели и в Мраморно море.

2. СССР, Франция, Великобритания, Турция, България, Гърция, Румъния, Югославия, Япония, Австралия.

3. http://tass.ru/info/1418303 (достъп: август 2016).

4. Picak M.Political, economic and strategic dimension of the turkishsoviet straits guestion emerged after Word wor II // International Journal of Business and Social Science Vol. 2 No. 15; August 2011/ http:// ijbssnet.com/ journals/ Vol_ 2_ No_15_ August_2011/20.pdf С. 173 (достъп:август 2016).

5. Hasanli J. The «Turkish Crisis» Of The Cold War Period And The South Caucasian Republics, /The Caucasus and Globalization/, Vol. 3, Issue 1,

2009.С.127.

6. Chatziioannou N.The Question of the Straits and the Soviet Foreign Policy, https://repository.ihu.edu.gr/xmlui/bitstream/handle/11544/116/N.Chatziioannou.

pdf?sequence=1 (достъп: юли 2016).

7. Сотниченко А.А. Пролог «Холодной войны». Турецко-советские противоречия в 1945-1950 гг. в условиях формирования ялтинской системы международных отношений //Труды Исторического факультета СанктПетербургского университета. СПб,, 2010. № 2. С. 218–231.

8. Chatziioannou N.Пос. съч.

9. Пактам.

10. Пактам.

11. Пактам.

12. Пактам.

13. Leffler M. P.,Strategy, Diplomacy, and the Cold War: The United States, Turkey, and NATO, 1945-1952, //The Journal of American History/, Vol.

71, No. 4 (Mar., 1985)/, с. 809.

14. Сотниченко А.А.Пос. съч. С.218–231.

15. Советский Cоюз на международных конференциях периода Великой отечественной войны 1941–1945 гг. Том VІ.

Берлинская(Потсдамская) конференция руководителей трех союзных держав – СССР, США и Великобритании( 17 июля–2 августа 1945 г.).

Сборник документов/ Гл.ред. А.А. Громыко.№ 63. С.350.

16. Пак там. № 88. С.373.

17.Пак там. №. 100. С.390–391.

18. Пак там. С.159.

19. Пак там. С.160.

20. Пак там. № 74. С.360.

21. Пак там. С.143–144.

22. Пак там.

23. Пак там, док.100. С.390–391.

24. ChatziioannouN. Пос. съч. С.49–50.

25. Пак там. ХVІ. С. 477.

26. Пак там.

27. Ulgul M. The Soviet Influence On The Turkish Foreign Policy (1945– 1960), http://fsu.digital.flvc.org/islandora/object/fsu%3A175981. С.

47(достъп:юли 2016).

28. Пактам. С. 48.

29. Пактам. С.49.

30. Hasanli J. Пос. съч. Сс.126.

31. Пак там.

32. Пак там.

33. Пак там.

34. Пак там. С.127.

35. Пак там.

36. Пак тамю. С.128.

37. Пак там.

38. PicakM. Political, economic and strategic dimension of the turkishsoviet straits guestion emerged after Word wor II //International Journal of Business and Social Science /Vol. 2 No. 15; August 2011, http://ijbssnet.com/journals/Vol_2_No_15_August_2011/20.pdf. С. 187 (достъп:август 2016).

Р.А. Николаенко (г. Краснодар, Российская Федерация)

ДЕЗИНТЕГРАЦИОННЫЕ ПРОЦЕССЫ В

ЮГОСЛАВИИ В 1980-Е – НАЧАЛЕ 1990-Х ГГ.

В калейдоскопе трагических событий настоящего дня, как волной прокатившихся с Востока на Запад, нельзя не обратить внимание на земли славян.Думалось, что ошибок недалекого прошлого удастся избежать. Ведь как гласит древняя мудрость – «historiamagistravitae». Однако надежда на то, что славяне извлекли уроки из драматических, перемешанных кровью событий, вызванных распадом Югославии, не оправдала себя.

Украинский кризис с широким вовлечением в процесс урегулирования международных посредников представляется отголоском эха балканских событий начала 1990-х гг. Это вновь актуализирует вопрос о причинах и им предшествовавшим предпосылках Югославской трагедии, разгоревшейся в 1990-х гг.

Конец 1980-х – начало 1990-х гг. ознаменовано чередой «бархатных революций» в Восточной и Юго-Восточной Европе, объединением Германии. Всё громче звучали призывы к свободе, открытости, независимости. Крушение «социалистического лагеря», а затем и распад в 1991 г. Советского Союзаположили конец блокового противостояния, что, казалось,должно было привести к стиранию напряженности не только на внешнеполитической арене, но и ликвидации внутригосударственных противоречий.

Однакоизменение внешнеполитического климата,положительно отразившемся на внутреннем развитии одного полюса, резко повлияло и на развитие противоположного, но с кардинально обратным эффектом. Вполне естественно, что крах социализма не мог не затронуть и Югославию –государство, которое у многих людей того времени, проживавших в других социалистических странах, представлялось неким островком благополучия. До конца 1980-х гг. югославская федерация казалась образцом решения межнациональных отношений. Она олицетворяла мир и согласие между народами. Внутри единого этноса с разной исторической судьбой.

Как же получилось, что после почти полувекового совместного проживания югославянские народы, несмотря на этническое родство, превратились в злейших врагов, ненавидящих и уничтожающих друг друга с особой жестокостью?

В литературе мы обнаружим противоречивые оценки по вопросам происхождения балканского кризиса 1990-х, вызванного распадом Социалистической Федеративной Республики Югославии (СФРЮ), его причин и последствий. Как нет единства по вопросам причин и последствий распада СФРЮ,так нет единства и по вопросу соотношения внутренних и внешних факторов зарождения и эскалации кризиса на Балканах. Точки зрения диаметрально противоположны: от исторической неизбежности до мирового заговора[1].

В таком конгломерате оценок и подходов в исследовании кризиса на Балканах 1990-х гг. нельзя не согласиться с тем фактом, что Югославский кризис имеет комплексный, многослойный характер и как следствие и многообразные причины[2]. Как считаетведущий научный сотрудник Центра внешней политики России С.А. Романенко, повышенная и устойчивая конфликтогенность Балкан определяется тремя группами фундаментальных обстоятельств: геополитического, цивилизационного и локального (местного) порядка [3]. Данные обстоятельства в конечном итоге вели к тому, что у каждого из народов Балкан формировались свои образы друзей и врагов, свои взгляды на методы выживания: борьба или приспособление. И все это не могло не сказаться на взаимоотношениях самих народов, населявших Балканы. Многие из этих предубеждений и предпочтений сохранились и до нашего времени, а взаимные претензии подчас восходят к далекому прошлому. В.Н.

Виноградов отмечал: «Прописная истина заключалась в том, что Югославия населена близкородственными по крови и языку народами. Но история развела их в разные стороны. Сербы, черногорцы, македонцы относятся к миру восточноевропейскому, славянскому. Хорваты и словенцы, будучи по языку славянами, традиционно тяготеют к Западу, к Германии. Мусульмане давно и прочно вошли в орбиту ислама. Эти различия сказались на менталитете народов, отсюда – множество противоречий, не только экономических и политических, порожденных обстановкой, но и социально-психологических и культурных, отсюда – сильнейшая склонность к отторжению» [4].В результате ссоры, распри, конфликты народов, наций, национальностей, этносов, государств принимали затяжной характер, становились отличительной чертой, особенностью их внутренних и внешних взаимодействий. Вчерашние друзья, соседи с оружием в руках стали отстаивать свое видение решения проблем путем создания этнически чистых государств.

Однако была ли в действительности национальная рознь южных славянисторической обусловленностью, вызванной цивилизационно-культурными особенностями развития?Был ли распад СФРЮ неизбежным следствием внутренних противоречий вкупе с внешними факторами?

Особо чувствительным в Югославии всегда был национальный вопрос, что, собственно, характерно для каждого многонационального и поликонфессионального государства, коим и являлась Югославия.Развитие большинства народов, составлявших Югославию, проходило по-разному. Одни находились под османским игом, другие – под господством Австро-Венгрии. Одни исповедовали ислам, другие – православие и католичество.По ним прокатились волны фашизации, затем советизации, а сегодня – вестернизации. Одни боролись за освобождение с оружием в руках, другие ждали, когда великие державы преподнесут им независимость.Различия в общественноэкономическом, политическом, культурном и религиозном развитии, разные взгляды на принципы организации государства, на историческую перспективу развития нации создавали проблемы во взаимоотношениях между народами Югославии. Так было и в годы существования «Первой Югославии» – Королевства Сербов, Хорватов и Словенцев 1918 – 1945 гг. (с 1929 г. – Королевство Югославия), так произошло и в образовавшейся после Второй мировой войны в Федеративной Народной Республике Югославии (с 1963 – СФРЮ). В послевоенной Югославии, состоявшей из шести республик: Боснии и Герцеговины, Македонии, Сербии с автономными краями Воеводина и Косово и Метохия, Словения, Хорватия и Черногория, были формально провозглашены принципы равноправия народов, закреплено федеративное устройство, а национальный вопрос был объявлен решенным [5].

Однако в действительности в межнациональных отношениях не было единства. Относительная стабильность в межнациональных отношениях достигалась путем монополистической идеологии и однопартийной диктатуры, подавлявшей всякое инакомыслие. И не случайно после смерти в 1980 г. И. Б. Тито, которому, по мнению большинства исследователей, удавалось с помощью силы и непререкаемого авторитета сдерживать дезинтеграционные тенденции в республиках СФРЮ, маховик сепаратизма стал набирать обороты. После 75-летнего совместного проживания югославянские народы, вспомнив прошлые обиды, превратились в злейших врагов. В конце 1980-х – начале 1990-х гг. в Югославии сплелись воедино и застарелый межэтнический конфликт, и социально-политические противоречия. Югославская Федерация являлась социалистическим государством, руководство которого, отказавшись от советской модели социализма, разработало собственную концепцию самоуправленческого социализма [6].

Данная концепция предполагала децентрализацию политической и экономической жизни в том смысле, что центр предоставил большие полномочия субъектам федерации и трудовым коллективам. Такая политика вопреки ожиданиям, что будет решен национальный вопрос и образуется единая югославская нация, напротив, способствовала росту националистических настроений и амбиций местных элит. Особые споры вызвала конституция 1974 г., которая предоставляла огромные права республикам и краям. Сербские политики были недовольны, считая, что конституция способствовала обособлению краев Воеводино и Косово. Политики из Словении и Хорватии, напротив, приветствовали новую конституцию. По их мнению, она создавала условия перераспределения власти в пользу республик и краев и способствовала сдерживанию «сербского гегемонизма» [7]. Именно в этот период (1960-е – 1970-е гг.) в югославских республиках формируются националистически настроенные элиты, начал складываться определенный слой в республиках и краях, получивших наименование «этнократия».

Политика националистически настроенных элит в югославских республиках, по мнению большинства историков, и явилась главной причиной дезинтеграции страны [8].

Конституционные изменения закрепили независимость республик и краев и преобладающие экономические прерогативы региональных субъектов. В результате сложилась новая экономическая система, получившая название «договорной экономики». Она заключалась в том, что процесс производства и распределения основывался на договоренностях между всеми субъектами экономических связей. Однако значительная часть договоров не выполнялась. Новая экономическая система способствовала региональной замкнутости, усилению автаркии республик и краев, которые отдавали предпочтение сотрудничеству с иностранными фирмами, а не друг с другом. Все это вело не только к экономической, но и к политической дезинтеграции. Обладая большими полномочиями, республиканские управленческие структуры исходили в первую очередь из интересов «национальной», т. е. республиканской экономики, и только потом думали о югославской экономике в целом. Для набиравшей силу «этнократии» как нового правящего слоя, было характерно стремление к национально-авторитарным формам правления. Это выражалось в борьбе за власть, собственность, контроль над «своей территорией», этнический протекционизм, представителям своего национального бизнеса при полном игнорировании за другими народами тех прав, которых они добивались для себя [9]. Б.

Шмелев отмечал:

учитывая тот факт, что федерация не играла ключевой роли в процессе производства и распределения и имела ограниченный объем полномочий, переданных ей республиками, можно утверждать, что уже к началу 1980-х гг. Югославия с точки зрения государственного устройства находилась в переходном состоянии от федерации к конфедерации [10].

Однако авторитет основателя и руководителя СФРЮ И. Броз Тито играл большую роль в деле сохранения единства федерации.

После смерти Тито в 1980 г. процесс дезинтеграции страны усилился. Пост президента СФРЮ был упразднен, а во главе страны встал Президиум, члены, которого (главы союзных республик) ежегодно сменяли друг друга.Охвативший в начале1980-х гг. экономический и общественнополитический кризис, все больше вел Югославию к неминуемой гибели.

Огромный внешний долг Югославии лишил ее возможности получать новые займы, и ей пришлось выделить свыше 40 процентов валютных поступлений на обслуживание иностранных долгов [11]. Наиболее развитые в экономическом отношении республики Словения, Хорватия и Сербия пересталиотчислять в Фонд федерации по кредитованию недостаточно развитых республики края Косово, который был создан в 1970-х гг. для преодоления экономическогонеравенства между республиками, процент от своего общественного продукта[12].Это привело к значительному ухудшению экономического положения вслаборазвитых республиках.Ограничение реформ после X съезда Союза коммунистов Югославии – СКЮ (в политической сфере они вообще практически не проводились) и усиление роли республик и краевпривело к тому, что в стране резко усилилась национальная партийно-государственная бюрократия, так называемая нациократия. Свобода гражданинаподменялась свободой нации. Возникла концепция национальной экономики.

Каждая республика стремилась защищать от конкуренции свои предприятия засчет предприятий других республик и обеспечивать себя всем необходимым.Хрупкий общеюгославский рынок стал распадаться на шесть республиканских.

В декабре 1989 г. премьер-министр Югославии Анте Маркович предложил знаменитый пакет мер по оздоровлению экономики. Речь шла не о «стабилизации», а о резком повороте к рыночной экономике и политическому плюрализму. Результаты реформы были поразительны – сократился внешний долг, увеличился экспорт. Однако времени для завершения блестяще начатой реформы Марковичу не хватило [13]. Реформаторская деятельность А. Марковича натолкнулась на сопротивление различных политических группировок,относящихся к элитам отдельных республик, входивших тогда в состав СФРЮ.При этом реформы А. Марковича стимулировали сепаратизм в Югославии, поскольку требовали унификации существовавших в республиках СФРЮэкономических систем, а также спровоцировали дополнительную напряженность [14].

Первым серьезным предвестником кризиса государственности явились выступления на национальной почве еще в марте – апреле 1981 г. в Косово – наиболее отсталом в экономическом отношении крае. Выступление албанского населения края за расширение прав автономии и предоставление ей статуса республики обострило межреспубликанские отношения, усилило напряженность внутри Сербии.

В Косово были введены части югославской народной армии (ЮНА), фактически установлено военное положение [15].Но уже во второй половине 1980-х гг. маховик сепаратизма в СФРЮ набрал большие обороты. Этому явлению противились Сербия и сербское население, поскольку распад Югославии лишал их возможности развития как единой нации – около трети ихобщего числа в СФРЮ проживали за пределами Сербии. Пытаясь как-то переломить ситуацию, Скупщина СФРЮ 25 ноября 1988 г. приняла 39 поправок к Конституции страны. Большинство поправок касалось хозяйственного механизма, некоторые отражали новый подход к взаимоотношениям Федерации и республики. Центральное правительство получало право вмешиваться в деятельность республик, краев в случае невыполнения союзных законов [16].

Принятием поправок к Конституции и проведением вышеуказанных реформ руководство СФРЮ намеревалось разрешить противоречия междувсё большей самостоятельностью субъектов Федерации и центральной властью, однако, не путем демократических реформ, а с помощью укрепления центральной власти. Авторитарный коммунистический режим и однопартийная система насильственно заглушали, но не разрушали межнациональные противоречия. Кризис государственнополитической системы оказался неизбежен.

Первоначально обострились сербско-албанские отношения в Косово и связанная с этим проблемаавтономий.

Общефедеральный статус автономных краев Косово и Воеводина былупразднен решением руководства Сербии в 1988–1989 гг. [17].

Изменение статуса Косово вызвало негативную реакцию в остальных республиках. Новая Конституция Сербии, принятая в октябре 1990 г., свела правовой статус краев Косово и Воеводино к территориальной и культурной автономии, лишив их всех элементов государственности [18]. Этот акт дал повод руководителям других республик, особенно Словении и Хорватии

– Милану Кучан и ФраньоТуджману, обвинять сербское руководство – Слободана Милошевича в гегемонистических устремлениях.

Клубок противоречий между республиками проявлялся во взаимных претензиях друг к другу и к центру, переплетался с внутри республиканскими проблемами, выражался в столкновении различных политических сил, которые руководствовались собственными национальными амбициями и экономическими интересами. Этнократия в борьбе за власть всячески подогревала национальные эмоции. Так в некоторых СМИ Хорватии появился тезис о «засилье сербов». Характерной чертой хорватского национализма было его переплетение с католическим клерикализмом, с его идеями о принадлежности католиков-хорватов к западной цивилизации в противоположность православным сербам. Аналогичные явления происходили и в Словении, где представители интеллигенции пропагандировали идеи «словенской исключительности». Эта борьба этнократических группировок была перенесена в СМИ, что привело к настоящей пропагандистской войне между республиками с взаимными обвинениями [19]. Один из видных политических деятелей Словении Я. Дрновшек в 1990 г., будучи на посту председателя Президиума СФРЮ, подчеркивал: «Все сильнее подогреваются национальные эмоции, нация ставится превыше всего, становится важнее демократии, экономического прогресса, основных прав человека» [20].

Единственной силой, сдерживавшей центробежные, дезинтеграционные тенденции, оставался Союз коммунистов Югославии. Но и эта сила уже не могла коренным образом оказать воздействие на политику республиканскихэтноэлит. Попытки контроля со стороны СКЮ за проведением общей политики начали рассматриваться как вмешательство во внутренние дела республик и краев [21].

Осознание необходимости кардинального изменения всей сложившейся структуры политических и экономических отношений произошло в руководстве СКЮ. На состоявшемся в январе 1990 г. в Белграде XIV съезде СКЮ накопившиеся противоречия в развитии югославской Федерации и общества привели к открытому столкновению руководства СКЮ с республиканскими партийными организациями. Съезд подавляющим большинством голосов принял резолюцию об отмене статьи конституции о ведущей роли СКЮ, что означало демократизацию политической системы Югославии и открывало дорогу к созданию многопартийной системы. Кроме того, не сумев договориться о реформировании СКЮ на принципах федерализма, делегации Словении и Хорватии покинули заседание. За этим последовал фактически самороспуск СКЮ.Под воздействием событий в Восточной Европе 1989 г. и началом развала республиканских коммунистических партий, белградские власти разрешили, наконец, выборы на многопартийной основе [22]. Еще в период подготовки к последнему съезду СКЮ в Словении, а затем и в других республиках начали образовываться новые партии, в подавляющем большинстве, на национальной основе.Многие из них считали себя преемницами партий, существовавших в межвоенный период. На выборах в парламенты автономных республик (в Словении и Хорватии выборы состоялись в апреле и мае 1990 г., летом и осенью 1990 г. выборы состоялись в Сербии, Черногории, Македонии, Боснии и Герцеговине.) победили демократические партии (кроме Сербии). Везде были провозглашены стандартные для того времени лозунги демократизации, обновления и т.д. [23].

Происходившая в Югославии смена властных структур выявила тенденцию приоритета национальных политических партий и движений в новой политической системе. Пришедшим к власти националистически настроенным элитам удалось утвердить в массовом сознании народов, что путь к демократизации лежит в осуществлении права этнической общности на создание национального государства.

В декабре 1990 г. в Словении и в мае 1991 г. в Хорватии были проведены референдумы, на котором свыше 90 % участвовавших в них жителей проголосовали за выход из югославской Федерации и за провозглашение этих двух республик самостоятельными суверенными государствами [24].

Новые политические реалии вынудили руководство СФРЮ начать переговоры об изменении отношений в югославской Федерации [25]. На проходивших с конца 1990 г.

переговорах столкнулись две концепции возможного объединения республик:

создания Конфедерации (союза суверенных государств, в котором республики сами решают, какую часть своего суверенитета передать центру) и Федерации – единого государства со сложной внутренней структурой и с широкими полномочиями центра.

Несмотря на то, что федеральные органы, а также созданная ранее группа экспертов из всех республик готовили варианты концепции будущего содружества, Словения и Хорватия готовились к окончательному выходу из СФРЮ. При этом в официальных заявлениях руководителей этих республик подчеркивалось мирное решение всех спорных вопросов.

События мая-июня 1991 г. стали кульминацией государственно-политического кризиса в Югославии. 15 мая на заседании Президиума СФРЮ не состоялась смена Председателя, поскольку представитель Хорватии С. Месич не набрал достаточного количества голосов. Таким образом, Югославия осталась без главы государства, чем и не преминули воспользоваться руководители Словении и Хорватии. В республиках были проведены референдумы по вопросу о выходе из состава СФРЮ. Понимая, что трудно добиться желаемой цели конституционным путём и что главным препятствием на этом пути может быть ЮНА,правящие круги Словении и Хорватии были заинтересованы в интернационализации конфликта. Для этого им выгодно было представить ЮНА «агрессором» против «демократической» Хорватии и Словении, которые лишь стремятся осуществить законное право наций на самоопределение.

В свою очередь, в Сербии ширилась кампания за проведение мобилизации и оказание помощи сербам в Хорватии. 6 мая 1991 г.

Союзный секретариат по народной обороне издал уведомление, в котором подчеркивал, что ЮНА будет отвечать огнем на любое нападение на личный состав, подразделение и объекты армии [26].

Немаловажное влияние на события в Югославии и поведение руководства Словении и Хорватии оказывала международная ситуация. Один из исследователей югославской трагедии Александр Дугин в статье «Геополитика югославского конфликта» пишет, что «Балканы – это узел, в котором сплелись противоречивые интересы всех главных европейских геополитических блоков. Именно поэтому судьба балканских народов символизирует судьбу европейских народов» [27].

Исследуя роль внешнего фактора, болгарский писатель Стоян Бараков, отмечал, что после неожиданного падения Берлинской стены в 1989 г. началось перекраивание карты континента, жестокая борьба за новые сферы влияния.

В отношении этого региона отчетливо прослеживается историческая закономерность, согласно которой глобальные изменения в соотношении мировых сил всегда неотвратимо отражались на расстановке сил на Балканах.

До распада Варшавского Договора, по мнению югославского политолога З. Станоевича, на Балканах существовало равновесие сил: две страны НАТО (Греция и Турция), две страны Варшавского Договора (Болгария и Румыния) и две нейтральные страны – Югославия и Албания [28].

После ликвидации Варшавского Договора и окончания «холодной войны» для Запада отпала необходимость в существовании сильной и «нейтральной» Югославии как сдерживающего фактора «советской угрозе». Одновременно усилилась заинтересованность западных держав в контроле над Балканами. Австрия и Германия были заинтересованы в создании на месте Югославии новых малых государств, подвластных их контролю. Турция претендовала на роль нового регионального центра силы, которому мешала единая мощная Югославия. Италия стремилась воспользоваться моментом для пересмотра своих внешних границ. США хотели раз и навсегда избавиться от «кошмара коммунизма» и одновременно использовать Балканы в качестве уникальной лаборатории для апробирования своих опытов в области регулирования этнонациональных конфликтов [29].

Совпадают мнения многих аналитиков о прямой заинтересованности Австрии и Германии в распаде Югославии и создании новых малых государств подвластных их контролю.

С конца 1980-х гг. стало усиливаться влияние Турции на Балканах. Это проявилось в наращивании ее экспортного потенциала, возрастающей роли в качестве посредника в торговле между республиками СССР (а позднее – СНГ) и Западом. В конечном счете, Турция после развала Югославии могла претендовать на роль нового регионального центра силы.

Балканско-черноморский регион мог стать для нее мостом в Европу. Поэтому вряд ли Турция была заинтересована в существовании единой Югославии со значительным военным и экономическим потенциалом [30].

В Италии также существовали силы, которые надеялись, что дезинтеграция СФРЮ может поставить вопрос о пересмотре ее внешних границ. В мае 1991 г. итальянская Либеральная партия, входившая в правящую коалицию, на своем съезде потребовала в случае распада Югославии пересмотреть Осимские соглашения 1975 г. и возвратить Италии полуостров Истрия и районы Далмации [31].

Характерно, что в 1990 – первой половине 1991 гг. не было ни одной международной организации или страны, которые на официальном уровне поддержали бы тенденции к дезинтеграции Югославии.В начале1990-х гг. международное сообщество с беспокойством следило за событиями в Югославии, накапливающиеся противоречия в развитии экономических и политических структур, уход с политической арены Союза коммунистов Югославии, глубочайшие межреспубликанские противоречия,достигшие апогея в 1991 г., когда в стране разразилась гражданская война, показали всю глубину кризиса, переживаемого Югославским государством.

Таким образом, дезинтеграционные процессы в Югославии имели внутреннюю подоплеку. Однако внутренние противоречия, несмотря на их глубину, не вели неминуемо к распаду.Сигналом к действию националистически настроенных элит послужили события 1989 г. в Восточной Европе, объединение Германии и падение престижа СССР на мировой арене.Сепаратистски настроенные руководители республик Югославии сознательно подталкивали население к взаимной неприязни и вражде, выдвигая на передний план истории различия между народами и негативные эпизоды совместного проживания в едином государств. Также они хорошо понимали, что без поддержки западных государств им будет трудно добиться независимости республик и получить международное признание путем непрекрытой лжи, втягивали международное сообщество в процесс урегулирования Югославского кризиса. Что и привело к его быстрой интернационализации. Политика же западноевропейских государств, США и России, в данный период исходила из необходимости сохранения целостности СФРЮ (по крайней мере, в официальных заявлениях). Набиравший большие обороты этнополитический конфликт в Югославии вызывал большие опасения у европейских государств, особенно у балканских соседей Югославии. Первоначально западные государства предпочли не вмешиваться в конфликт, направляя лишь письма Президиуму СФРЮ и республикам. В посланиях обращалось внимание на то, что все противоречия должны решаться мирным путем, путем переговоров. Однако реакция западной прессы и отдельные нюансы политики ряда европейских государств говорят о другом: сепаратистские действия Словении и Хорватии встречали тайное или плохо скрываемое поощрение со стороны различных политических сил (например, итальянских либералов, республиканцев в США). Зазвучали слова о необходимости поддержать «некоммунистические» республики Югославии, тогда как сербское руководство стало почти повсеместно называться «необольшевистским».

К моменту провозглашения независимости Словении и Хорватии определенные политические круги стран Запада стали склоняться к признанию независимости этих республик, полагая, что поддержка единой Югославии способствовала разрастанию конфликта. Словения и Хорватия же восприняли такие заявления как поддержку в их безжалостной борьбе с сербским населением, которое не желало мириться со статусом национального меньшинства на отделившихся территориях. Выражая поддержку в признании независимости Словении и Хорватии, европейские государства, желая того или нет, стали одними из виновников развернувшейся войны в Югославии.

Примечания

1. См.: Романенко С.А. Распад Югославии: «заговор» или историческая неизбежность // Полития. 1998. № 2.

2. Волков В.К. Узловые проблемы новейшей истории стран Центральной и Юго-Восточной Европы. М., 2000. С. 223.

3. Там же.

4. Виноградов В.Н. Об исторических корнях горячих точек на

Балканах // Новая и новейшая история. 1993. № 4. URL:

http://vivovoco.rsl.ru/VV/PAPERS/HISTORY/ BALKANS.HTM

5. Юго-Восточная Европа в эпоху кардинальных перемен / Под ред.

А.А. Язьковой. М., 2007. С.51.

6. Задохин А.Г., Низовский А.Ю. Пороховой погреб Европы. М., 2000.

С. 276.

7. Каменецкий В.М. Политическая система Югославии (1950 – 1980 гг.). М., 1991. С. 118.

8. См.: Ващенко А.В. Балканский кризис 1990-х гг.: Уроки для России.

// Грани. Краснодар, 2001. С. 20–21.

9. Васильева Н., Гаврилов В. Балканский тупик? Историческая судьба Югославии в ХХ веке. М., 2000. С. 314.

10. Шмелев Б. Причины распада СФРЮ // Балканы: между прошлым и будущим. М., 1995.С. 35.

11. Симич П. Гражданская война в Югославии. Причины и последствия // Международная жизнь. 1997. № 7. С. 77.

12. Тягуненко Л.В. Союзная республика Югославия на рубеже І века // Новая и новейшая история. 2001. №3. С. 29.

13. Опыт друзей. Реформы конца 80-х годов в Югославии / Под ред.

Е.Ю. Гуськовой. М., 1991. С. 13.

14. Кузнецов Д.В. Югославский кризис: Взгляд сквозь призму общественного мнения. М., 2009. С. 13.

15. Романенко С.А. Югославия: от «братства и единства» к войне и распаду // Очаги тревоги в Восточной Европе. М., 1994. С. 54.

16. Никифоров К. Югославянские народы в XX веке // Первое сентября. 1995. № 30.

17. Юго-Восточная Европа в эпоху кардинальных перемен / Под ред.

А.А. Язьковой. М., 2007. С. 54.

18. Из Конституции Республики Сербия // Югославия в огне.

Документы, факты, комментарии (1990–1992). Современная история Югославии в документах. М., 1992. Т. 1. С. 35–36.

19. Васильева Н., Гаврилов В. Указ.соч. С.318.

20. Цит. по: Аблазова Л. Государства-наследники СФРЮ // Балканы:

между прошлым и будущим. М., 1995. С. 42.

21. Мартынова М.Ю. Балканский кризис: Народы и политика. М.,

1998. С. 73.

22. Куликова Н.В., Коробков А.В. Изменения в общественноэкономическом устройстве Югославии: поправки к Конституции СФРЮ // Югославия: актуальные проблемы общественного развития. М., 1990. С.

146.

23. Гуськова Е.Ю. Политические преобразования и расстановка политических сил в СФРЮ в начале 90-х гг. // Югославия в огне.

Документы, факты, комментарии (1990–1992). Современная история Югославии в документах. М., 1992. Т. 1. С.17.

24. См.: Брагин Ю. Распад Югославии, предпосылки трагедии // Международная жизнь. М., 1995. № 4-5. С. 23-30.

25. Из предложения Президиума СФРЮ о необходимости приступить к изменению Конституции СФРЮ // Югославия в огне. Документы, факты, комментарии (1990–1992). Современная история Югославии в документах.

М., 1992. Т. 1. С. 65.

26. Брагин Ю. Указ.соч. С. 86.

27. Дугин А. Геополитика югославского конфликта // Полития. 1996.

№ 4. С. 79.

28. Цит. по: Васильева Н., Гаврилов В. Указ.соч. С. 340.

29. Волков В.К.«Новый мировой порядок» и балканский кризис 90-х годов // Новая и новейшая история. 2002. № 2. С. 12.

30. Валев Э.Б. Югославский клубок // География. 1996. № 7. С. 32.

31. Там же. С. 34.

–  –  –

Э.Г. Вартаньян (г. Краснодар, Российская Федерация)

РОССИЙСКО-ТУРЕЦКИЕ ОТНОШЕНИЯ: ОПЫТ И

ПЕРСПЕКТИВЫ СОТРУДНИЧЕСТВА (1992–2016 гг.) Исторически сложилось так, что одним из важнейших направлений российской внешней политики была борьба за влияние в Черноморском регионе. Здесь переплетаются интересы Турции, России, Украины, государств Восточной и ЮгоВосточной Европы, Закавказья и др.

Укрепление двусторонних российско-турецких отношений – это исторический императив, поскольку единственным реальным средством противодействия негативным следствиям глобализации является региональная интеграция. Сотрудник РАН Егоров В.К.

правомерно отмечает, что бесценный опыт сожительства двух стран в разные времена, в различных условиях и состояниях свидетельствует о главном – развитие двух стран и каждой в отдельности тем успешнее, чем больше они в своей внутренней и внешней политике следуют своим собственным интересам, тем более самостоятельными и независимыми они являются в мировом сообществе [1].

Окончание холодной войны дало мощный импульс активизации российско-турецких отношений, в основу которых были положены политический диалог и развитие всесторонних связей. Базовые ориентиры партнёрства между Россией и Турцией опираются на Договор об основах отношений Российской Федерации и Турецкой Республики от 25 мая 1992 г., который ознаменовал начало нового этапа в развитии российско-турецких отношений. Это нашло отражение, в первую очередь, в развитии торгово-экономических связей и туризма.

Российско-турецкие отношения в 1990-е гг. имели явные признаки партнерства, хотя и приобрели свою определенную конъюнктурой специфику. Стремительный переходРоссии к рыночным отношениям сопровождался глубоким кризисом национального производства, что влекло небывалый спрос на зарубежные потребительские товары и услуги (прежде всего туристические), а специфика российского спроса (оптимальное сочетание цены и качества) сделали Турцию одним из главных поставщиков этой продукции.

Знаменательно в контексте развития региональных связей создание Организации черноморского экономического сотрудничества (ОЧЭС), у истоков которой стояли Россия и Турция. Черноморский регион имеет на современной геополитической карте мира исключительное значение, т.к. здесь сконцентрированы природные ресурсы, через него проходят стратегические транспортные коридоры. В регионе сосредоточены геополитические, финансово-экономические (особенно если иметь ввиду Черноморско-Каспийский ареал), военно-стратегические интересы главных мировых и региональных объединений и сил. Важным направлением политического курса Турции в странах Черноморского бассейна является обеспечение своих экономических интересов, которые имеют целью установление торгово-экономических связей на выгодной Турции основе и влияния путём инвестирования средств в наиболее выгодные для Турции проекты и производство (строительство, добыча нефти и газа, их переработка).

Начиная с 1989 г. Турция стала выступать за создание системы экономического сотрудничества государств Черноморского бассейна. Мысль о создании организации с целью расширения экономического сотрудничества в регионе была озвучена в 1991 г. во время визита в Москву президента Турции Тургута Озала. Она была отражена в подписанном между СССР и Турцией Договоре о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве 12 марта 1991 г. В рамках этой договоренности 25 июня 1992 г. была создана Организация черноморского экономического сотрудничества, а в феврале 1993 г. во время встречи парламентских делегаций стран Черноморского бассейна (Албания, Азербайджан, Армения, Болгария, Греция, Грузия, Молдова, Румыния, Россия, Турция, Украина) создана Парламентская ассамблея черноморского экономического сотрудничества [2]. В июне 1998 г. на состоявшемся в Ялте саммите Организации, лидеры одиннадцати государств подписали основополагающий документ – её Устав, который позволил ОЧЭС получить статус региональной экономической организации и приобрести международный статус. В дальнейшем, главным образом по инициативе Турции, в Стамбуле и Анкаре был проведен ряд встреч, конференций, симпозиумов, посвященных проблемам сотрудничества в рамках ОЧЭС. Тот факт, что ОЧЭС была создана в советский период истории, свидетельствует о некоем советском наследии в российско-турецких отношениях, на которое совершенно заслуженно обращает своё внимание турецкий исследователь Эрель Телляль, подчёркивая, что советский опыт очень много дал Турции, в частности, предоставил приемлемую международную обстановку для её существования [3]. Важную роль в осуществлении сотрудничества в рамках ОЧЭС имела специальная программа по развитию пограничных территорий и рациональному использованию природных ресурсов бассейна Черного моря.

Таким образом, необходимость налаживания сотрудничества и многостороннего диалога была очевидна для черноморского региона.

Темпы роста объёма российско-турецких связей во второй половине 1990-х гг. диктовали необходимость расширения договорно-правовой базы сотрудничества двух стран. Решению этой задачи во многом содействовал состоявшийся 15–16 декабря 1997 г. официальный визит в Анкару правительственной делегации Российской Федерации во главе премьер-министром Виктором Черномырдиным. Это был первый в истории постсоветской России визит в Турцию главы российского правительства. В ходе переговоров стороны подписали 10 документов, которые выводили отношения между Россией и Турцией на качественно новый уровень. Среди них – Долгосрочная (на 10 лет) программа развития торговоэкономического, промышленного и научно-технического сотрудничества, Соглашение о стимулировании и защите взаимных капиталовложений и др. В Долгосрочной программе была указана договоренность об увеличении объёмов природного газа, поставляемого из России в Турцию по существующим и вновь создаваемым газопроводам до 14, затем до 30 миллиардов кубических метров в год [4]. В этом контексте нельзя не упомянуть и реализацию крупного совместного проекта «Голубой поток», связанного с увеличением объемов поставок природного газа из России в Турцию. Впервые о проекте заговорили в начале 1997 г., а в марте того же года был подписан Протокол о намерениях, в котором стороны официально заявили о поддержке реализации выработанного ранее плана строительства уникального газопровода Россия – Черное море – Турция, который к концу века был построен. Общая длина газопровода 1200 километров. Уникальность сооружения заключается в том, что 385 километров трубопровода впервые в мировой практике проложены на глубине 2100 метров. Газопровод проходит через приморский российский поселок Джубга (Краснодарский край), по дну Черного моря до турецкого города Самсун и далее до Анкары.

Реализация этого проекта позволила Турции решить острую проблему, связанную с удовлетворением своих постоянно растущих потребностей в энергоносителях, в первую очередь, в природном газе и электроэнергии [5].

1997 год стал вершиной в нарастании экономических отношений двух стран. В этом году Россия заняла первое место в турецкой челночной торговле и в области подрядных услуг и второе (после Германии) место в официальном экспорте и в области туризма, первое место в импорте Турцией природного газа, потребность в котором постоянно возрастала. Как указывает турецкий учёный Гюльтен Казган, «обе страны поняли одно:

вместо того, чтобы соперничать в борьбе за влияние в стремящихся к развитию отношений странах Балкан, Кавказа, Средней Азии, гораздо больше пользы принесет налаживание общего многостороннего сотрудничества» [6].

Особенностью взаимодействия двух стран на рубеже ХХ– ХХI вв. стало стремление создать новую платформу сотрудничества, суть которой заключалась в переходе от двустороннего сотрудничества к многоплановому партнёрству.

Такой подход в перспективе предполагал развитие следующих направлений:

1. Конструктивный диалог в рамках международных организаций.

2. Развитие сотрудничества в борьбе с международным терроризмом, организованной преступностью и экстремизмом.

3. Сотрудничество на евразийском пространстве.

Динамично развиваются гуманитарные связи между Россией и Турцией. Правовой основой взаимодействия в этой области являются Соглашение о научном и культурном сотрудничестве между двумя странами, подписанное в 1994 г., и подготавливаемые на его основе трехгодичные программы культурных, образовательных, научных, молодежных и спортивных обменов. В рамках этих документов был проведен ряд мероприятий, оставивших заметный след в науке и культуре обеих стран. Десятки российских и турецких студентов, преподавателей, в соответствии с подписываемыми соглашениями, получили возможность учиться и работать в порядке обмена в лучших вузах России и Турции. Примером может послужить сотрудничество преподавателей и студентов Кубанского государственного университета (КубГУ) и Гиресунского университета, обучение турецких студентов в КубГУ, в частности, на факультете истории, социологии и международных отношений. Тот факт, что профессорскопреподавательский состав КубГУ участвует в разного рода форумах, конференциях, симпозиумах в Турции, свидетельствует о позитивных тенденциях в сотрудничестве двух стран. Также впервые в истории межгосударственных отношений России и Турции была создана Смешанная комиссия историков (первое заседание было проведено в 1997 г. в Анкаре) [7]. В соответствии с решениями Комиссии в столицах двух государств были проведены коллоквиумы по вопросам взаимоотношений двух стран, научные конференции, изданы сборники трудов. Именно новые возможности сотрудничества позволили России и Турции приступить к реализации перспективных научных проектов.

В мае 2007 г. в Анталье состоялось подписание Протокола о сотрудничестве между Средиземноморским государственным университетом и Институтом стран Азии и Африки при МГУ им.

М.В, Ломоносова. Документ предусматривал студенческий и профессорско-преподавательский обмен, учебные стажировки, обучение магистров, аспирантов, защиту диссертаций, организацию международных и двусторонних научных конференций, издание книг, учебной литературы [8].

Заметны подвижки и в развитии двусторонних культурных связей. Так, в мае-июне 2004 г. в Москве, впервые в истории российско-турецких отношений с большим успехом прошёл фестиваль культуры Турции в России, а в 2005 г. – фестиваль российской культуры в Турции [9]. Эти фестивали стали своеобразным прологом к организации масштабных двусторонних мероприятий в сфере культуры. Кстати, в связи с Годом русского языка, который был объявлен в 2007 г., в Турции были проведены мероприятия по популяризации русского языка, интерес к которому возрастает.

Из года в год активизируются связи двух стран по линии туризма, введение безвизового режима въезда и выезда российских и турецких граждан, что, безусловно, свидетельствует о повышении уровня доверия между двумя государствами.

Российская Федерация является обширным евразийским государством, которое соединяет в себе в историческом конструктивном взаимодействии многие великие культуры. В этом отношении у неё есть некая схожесть с Турцией. Турция – это мини-империя, хранящая дух космополитизма.

После терактов в Нью-Йорке и создания мировой антитеррористической коалиции, в ноябре 2001 г. российские и турецкие дипломаты достигли договоренности о продолжении двусторонних консультаций по сотрудничеству в борьбе против международного терроризма, работе по «экономическому измерению российско-турецкого взаимодействия в Евразии» [10].

11 сентября 2002 г. в Москве прошла международная конференция «Перспективы сосуществования различных цивилизаций после 11 сентября 2001 г.». Выступавшие на ней турецкие докладчики подчёркивали близость позиций Турции и России на европейском пространстве [11].

В годы нахождения у власти в Турции Партии справедливости и развития (ПСР) отношения с Россией приобрели формат многопланового партнерства, как на двустороннем уровне, так и в региональном и глобальном уровне.

Визиты в Москву Р.Т. Эрдогана в качестве лидера правящей ПСР в декабре 2002 г. и министра иностранных дел А. Гюля в феврале 2004 г. дали позитивный импульс двустороннему политическому диалогу. В ходе официального визита в Турцию президента РФ В.В. Путина в декабре 2004 г. был подписан пакет важных документов, в которых были зафиксированы договорённости о расширении многопланового партнёрства России и Турции в различных областях. Между двумя государствами действует смешанная Межправительственная комиссия по торговоэкономическому сотрудничеству, создаются различные формы взаимодействия деловых кругов двух стран. Возможностей много.

Объем российско-турецкой торговли в 2002 г. составил 5 млрд. долл., а на начало 2003 г. – около 1 млрд. долл. и сдерживался недостатком в Турции свободных финансовых средств [12]. Масштабный объём работ выполняют на территории России турецкие компании по строительству (в частности, в Краснодарском крае, где был построен целый ряд объектов в 1990е гг. – начале ХХI в., в том числе большой жилой квартал «ЭНКА»

в г. Краснодаре), создаются совместные предприятия. Российское участие в реализации проектов на территории Турции выглядит более скромно, в частности, модернизация построенного при содействии СССР металлургического завода в Искендеруне и алюминиевого завода в Сейдишехире, строительство плотины и ГЭС «Деринер», газопроводов и мостов.

В ходе рабочего визита премьер-министра Турции Р.Т.

Эрдогана в Москву в январе 2005 г. обсуждался весь спектр российско-турецких отношений. В частности, были согласованы цифры роста двустороннего товарооборота. Его объём уже в 2005 г. превысил 15 млрд. долларов, а в 2007 г. достиг почти 25 млрд.

долларов. Таким образом, за последние 35 лет объём российскотурецких торгово-экономических отношений возрос более чем в 100 раз [13]. По общему объёму товарооборота Россия – второй после Германии торговый партнёр Турции. Турция же среди торговых партнёров России опережает такие страны, как Япония, Южная Корея и Индия.

С начала 2007 г. двусторонние российско-турецкие отношения характеризуются очередным этапом сближения в Черноморском регионе на основе, прежде всего, энергетического сотрудничества. Эта сфера кооперации двух государств является, по сути, «уникальным, – как пишет исследователь А.А. Ирхин, – примером регионального развития двусторонних отношений» [14].

Турция высказалась за расширение взаимодействия России в Организации исламская конференция (ОИК). Так, по инициативе Турции, как хозяйки очередного форума ОИК на уровне министров иностранных дел, в июне 2004 г. для участия в его работе был приглашён глава МИД России С. Лавров, которому была предоставлена трибуна для изложения российской позиции в отношении исламского мира. Это стало важным шагом на пути укрепления диалога России с исламским миром.

Курс на углубление двусторонних отношений был подтвержден и в ходе встречи российского президента В.В.

Путина и турецкого премьер-министра Р.Т. Эрдогана летом 2007 г. в Стамбуле в рамках юбилейного саммита ОЧЭС. В 2010 г. В.В.

Путин посетил Турцию в связи с проведением там Третьего саммита организации «Совещание по взаимодействию и мерам доверия в Азии» (СМДА), детища президента Н. Назарбаева, его попытки создать нечто похожее на азиатскую ОБСЕ [15]. По итогам этого визита Россия и Турция подписали два документа: 1.

Ростехнадзор и Агентство по атомной энергии Турции заключили соглашение в области лицензирования и надзора по ядерной безопасности; 2. Заявление об обеспечении безопасности российских туристов в Турции и турецких в России.

В феврале 2009 г. президент Турции Абдулла Гюль по приглашению президента России Д.А. Медведева посетил Россию с государственным визитом. Московский саммит стал важным событием не только с точки зрения дальнейшего развития двусторонних партнёрских отношений между двумя евразийскими государствами, но и в плане обеспечения стабильности и безопасности в регионе и в мире в целом. Была подписана Совместная декларация о продвижении к новому этапу отношений между Россией и Турцией и дальнейшем углублении дружбы и многопланового партнёрства. Визит этот был охарактеризован как начало качественно нового этапа в российско-турецких отношениях, поступательно продвигающихся от многопланового к стратегическому партнёрству.

Курс на развитие двустороннего сотрудничества был подтверждён в мае 2010 г., во время визита президента РФ Д.А.

Медведева в Турцию. В частности, было подписано более 20 пакетов договоров в разных сферах сотрудничества.

Энергетическое сотрудничество между двумя государствами вышло на новый уровень. Стороны договорились о строительстве четырёх блоков атомной электростанции, подписали соглашение по совместной реализации проекта нефтепровода СамсунДжейхан, по которому российское топливо будет поставляться в обход турецких проливов на юг страны, таким образом, это поможет разгрузить водные магистрали и снизить риск экологического загрязнения и возможных проблем с транзитом.

Было принято решение об отмене визового режима между двумя странами. А во время своего визита в Турцию в июне 2010 г.

премьер-министр России В.В. Путин предложил пересчитать экономику проекта «Голубой поток-2» с учётом незаинтересованности в нём Израиля, поскольку Израиль нашёл у себя на шельфе газ [16].

По итогам 2011 г. товарооборот между Россией и Турцией составил около 27 миллиардов долларов. Россия – поставщик примерно половины сырой нефти и 65 процентов природного газа, потребляемых Турцией [17].

Несмотря на противоречия и различия в подходах России и Турции к проблемам региональной и международной безопасности, представляется, что у двух партнеров есть общие долгосрочные цели в регионе Кавказа. Солидарна с мнением Н.

Арбатовой в том, что, во-первых, это стабильность в Кавказском регионе, что предполагает совместное урегулирование конфликтных ситуаций, прежде всего проблемы Нагорного Карабаха и последствий российско-грузинского кризиса 2008 г.

Восстановление и развитие экономических связей, транспортных коммуникаций, совместные экономические проекты при участии России и Турции могут создать необходимые предпосылки для политического урегулирования острых региональных проблем.

Во-вторых, это предотвращение «трубопроводных войн», которые затрагивают интересы и России, и Турции, и ЕС в ЧерноморскоКаспийском регионе. Представляется целесообразным налаживание полнокровного энергетического сотрудничества в треугольнике ЕС – Россия – Турция [18].

Турция прагматично учитывает собственные интересы.

Именно этим объясняется её позитивно-нейтральное отношение к российской региональной политике, включая конфликты в Чечне, Абхазии в 1990-е гг. – начале ХХI в., в Южной Осетии в 2008 г.

Закрыв черноморские проливы для западных флотов в ходе российско-грузинского противостояния в 2008 г., она не только избежала эскалации конфликта, но и напомнила Грузии об их разногласиях по проблеме туроков-месхитинцев. При этом в вопросах безопасности Причерноморья Россия и Турция – партнёры. Турция является последовательным региональным сторонником Российской Федерации в вопросах военно-морского сотрудничества в Черноморском регионе. Это имеет давние традиции и связано с нежеланием видеть присутствие в Черноморском бассейне корабли нечерноморских стран, считая этот регион сферой первостепенных национальных интересов.

Реализация стратегии России в отношениях с Турцией нам видится следующим образом:

1. Выстраивание общей политики в регионе.

2. Участие Турции в масштабных инфраструктурных проектах.

3. Подписание двустороннего договора о стратегическом партнерстве.

За последние годы Россия и Турция сумели наладить такое сотрудничество, которое не акцентируется на противоречиях. В результате, Россия и Турция – успешные торговые партнеры. А исторический опыт свидетельствует, что взаимовыгодное экономическое сотрудничество – основной фундамент всех видов партнерства, включая, стратегическое. Даже, когда интересы России и Турции пересекаются, как в Закавказье, стороны стараются соблюсти баланс интересов. Причем редкие разногласия получают публичную оценку со стороны официальных лиц. Турция – давний естественный южный сосед России, двусторонними отношениями надо дорожить, их укреплять и развивать. Само географическое положение наших стран, их естественные интересы порождают как комплекс противоречий, так и возможности для сотрудничества. Не случайно известный российский учёный Е. Сатановский пишет о том, что Турция стремительно и необратимо меняется, и эти изменения полны противоречий [19].

Стабильный политический диалог на высшем уровне, торгово-экономические связи, развитие туризма, рост количества смешанных браков, всё возрастающий поток рабочей турецкой рабочей силы в России – все это повышает интерес народов двух стран друг к другу. Стратегия России в отношении стран Малой Азии должна заключаться в выработке концепции стратегического партнерства, углубленного экономического сотрудничества и внешнеполитического взаимодействия. Так называемый «Поворот к Востоку» со стороны Российской Федерации не имеет антизападного аспекта.

Cобытия 29 ноября 2015 г. (уничтожение турецкими ВВС российского самолета, осуществляющего антитеррористическую операцию в Сирии) резко негативно отразились на двусторонних отношениях. В связи с этим президент России В.В. Путин в декабре 2015 г. подписалуказ «О мерах по обеспечению безопасности Российской Федерации и защите её граждан от преступных и иных противоправных действий и о применении специальных экономических мер в отношении Турецкой Республики» [20]. Двусторонние отношения оказались в замороженном состоянии. Только 27 июня 2016 г. президентом Турции Р.Т. Эрдоганом были предприняты шаги по налаживанию отношений двух стран: он обратился в официальным письмом к президенту В. Путину с выражением заинтересованности в урегулировании ситуации, связанной с гибелью российского военного самолета В послании, в частности, отмечалось, что Россия является для Турции другом и стратегическим партнёром, с которым турецкие власти не хотели бы портить отношения.

«У нас, – подчеркнул Р.Т. Эрдоган, – никогда не было желания и заведомого намерения сбить самолёт, принадлежащий Российской Федерации» [21]. Р.Т. Эрдоган выразил своё глубокое сожаление по поводу произошедшего и подчёркнул готовность делать всё возможное для восстановления традиционно дружественных отношений между Турцией и Россией, а также совместно реагировать на кризисные события в регионе, бороться с терроризмом.

После этой, несколько запоздалой акции раскаяния, между Россией и Турцией стали восстанавливаться отношения. 9 августа 2016 г. состоялся визит президента Турции Р.Т. Эрдогана в Россию. Поездка в Петербург оказалась первым зарубежным визитом турецкого лидера после неудачной попытки государственного переворота в этой стране в ночь с 15 на 16 июля 2016 г. Стороны говорили о необходимости скорейшего возвращения на прежний уровень двусторонних торговоэкономических отношений и гуманитарно-культурных связей. Р.Т.

Эдоган особо подчеркнул значимость достигнутого некогда соглашения о доведении объема российско-турецких торговоэкономических связей до впечатляющей цифры в 100 миллиардов долларов в год. В.В. Путин пообещал Р.Т. Эрдогану постепенно отменить все введенные Россией против Турции экономические санкции, в том числе и ограничения в отношении работавших в России турецких строительных компаний и отметил, что российская сторона надеется на реализацию, с участием Турции, двух важных проектов – газопровода «Турецкий поток» и АЭС «Аккую» [22]. Все это будет важным шагом для возвращения российско-турецкого экономического сотрудничества в прежнее русло и дальнейшего его укрепления. Эксперты заговорили о начале нового этапа в развитии российско-турецких отношений.

Исторический опыт свидетельствует, что взаимовыгодное экономическое сотрудничество – основной фундамент всех видов партнерства, включая, стратегическое. Российско-турецкие отношения должны заключаться в выработке концепции стратегического партнерства, углубленного экономического сотрудничества и внешнеполитического взаимодействия, тем более, что Россию и Турцию сближает евразийское сознание сточки зрения геостратегии и культуры.

Примечания

1. Егоров В.К.Российско-турецкие отношения и фактор третьих сил // Турция в ХХ веке. М., 2004. С. 155.

2. Пивоваров С. Черноморский бассейн: оттеснение России // Азия и Африка сегодня (ААС). 1996. № 7. С. 5.

3. Телляль Эрель. Советское наследие в российско-турецких отношениях // Турция в ХХ веке. М., 2004. С. 139.

4. Корицкий А.Сотрудничество, а не соперничество // ААС. 1999. № 3.

С. 14.

5. Вартаньян Э.Г. История Турции. Краснодар, 2014. С. 516.

6. Казган Гюльтен. Нестабильность в торговых отношениях между Турцией и Россией:причины и следствия // Турция в ХХ веке. М., Гуманитарий, 2004. С. 246, 248.

7. Вартаньян Э.Г. Россия–Турция на рубеже ХХ–ХХI вв.: базовые ориентиры партнерства // Научные исследования. Международный сборник.

М.; Астана; Кропоткин, 2013. С. 43.

8. Корицкий А.Год культуры России в Турции// ААС. 2007. № 9. С.

55–56.

9. Там же.

10. Шевяков А. Турция и страны СНГ. О некоторых аспектах сотрудничества нашего южного соседа с молодыми государствами постсоветского пространства и с Россией // ААС. 2004. № 5. С. 19.

11. Там же. С. 20.

12. Матюнина Л.Х. Роль и значение Турции во внешней политике России // Турция в ХХ веке. М., Гуманитарий, 2004. С. 332, 333.

13. Корицкий А. Россия – Турция: от соперничества к сотрудничеству // ААС. 2005. № 3. С. 13.

14. Ирхин А.А.Российско-турецкие и американо-турецкие отношения:

дилемма внешнеполитического выбора турецкой элиты //http://www.rusprostranstvo.com/article/view/ (дата обращения: 30.08.2012).

15. Косырев Д.Турция вышла из угла // Известия. 2010. 8 июня.

16. Савиных А.Турецкий транзит // Известия. 2010. 9 июня.

17. Арбатова Н.Москва и Анкара в многополярном мире.URL: http:// vpk-news.ru/articles/9018 (дата обращения: 30.08.2012); Телляль Эрель. Указ.

соч. С. 138.

18. Арбатова Н. Указ. соч.

19. Сатановский Е.Возвращение Блистательной Порты // Известия.

2010. 21 января.

20. Путин подписал указ о санкциях против Турции. URL:

http://www.interfax.ru/russia/482152 (дата обращения: 12.05. 2016); Владимир Путин подписал указ о специальных экономических мерах против Турции

URL: http://www.newsru. com/russia/28dec2015/putin.html (дата обращения:

18.07. 2016).

21. Владимиром Путиным получено послание Президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана. URL: http://kremlin.ru/ events/ president/ news/ 52282 (дата обращения: 14. 07. 2016).

22. Визит Эрдогана в Россию: Ино СМИ. URL: http://inosmi.ru /overview/ 20160813/ 237542868.html (дата обращения: 14. 08. 2016 г.).

А.В. Баранов (г. Краснодар, Российская Федерация)

ВЛИЯНИЕ ТУРЦИИ НА ПОСТМАЙДАННУЮ

УКРАИНУ: ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКИЙ И ВОЕННЫЙ

АСПЕКТЫ Актуальность темы проявляется в том, что Черноморский международный регион – один из ключевых для обеспечения национальной безопасности России. Конкуренция РФ и стран НАТО в регионе качественно возросла после начала Украинского кризиса. Одним из влиятельных внутрирегиональныхакторов межгосударственных отношений выступает Турция, проводящая курс «неоосманизма». В данном контексте нарастает актуальность исследования внешнеполитического и военного влияния Турции на постмайданной Украине.

Степень научной разработанности темы неравномерна.

Наибольшее внимание уделено аспектам военно-политической конкуренции Российской Федерации и Турции в Черноморском регионе [1], а роль Украины в геополитических процессах оценивается как пассивная [2]. Сложилась школа исследований экономического влияния Турции на постсоветском пространстве [3], но тема рассматривается либо в масштабе всех стран Черноморского региона, либо применительно к Югу России [4].

Недостаточное внимание уделено политике «мягкой силы»

Турции в Крыму и причерноморских областях Украины. Среди редких исследований этого аспекта следует отметить кандидатскую диссертацию О.В. Рябцева [5], монографии украинских исламоведов – А.В. Богомолова, С.И. Данилова, И.Н.

Семиволос, Г.М. Яворской [6] и Э.С. Муратовой [7], статью А.А.

Ирхина [8],краткий подраздел в монографии Н.В.Киселёвой, А.В. Мальгина, В.П. Петрова и А.А.Форманчука[9].Современный этап политики Турции в отношении Украины (с февраля 2014 г. по настоящее время) оценивается в основном публицистами[10].

Появились первые исследования дискурса СМИ Турции по вопросам Украинского кризиса (М.С. Чакмак и К.Ю.

Сухоплещенко) [11].

Цель статьи – определить методы внешнеполитического и военного влияния Турции на Украину после государственного переворота 22февраля 2014 г. По мере необходимости выявляется воздействие Турции на политический процесс в российском Крыму.

Современная стратегиявнешней политики Турции сложилась после прихода к власти в 2002 г. Партии справедливости и развития во главе с Р.Т.Эрдоганом. Стратегия, в разработке которой большую роль сыграл тогдашний министр иностранных дел А. Давутоглу, предполагает активную политику Турции на «постосманском» пространстве Причерноморья для обеспечения дружественных отношений со всеми соседними странами, превращения Турции в ведущую экономическую и военную державу региона. Значительная роль в неоосманистском проекте отводится «мягкой силе» – продвижению исламских ценностей, турецкого языка и культуры [12]. Опорной точкой турецкого влияния на Украине являлся до марта 2014 г. Крым.Данная концепция не исключает лавирования Турции между интересами Запада и России.

Так, Турция стала активной участницей Организации Черноморского экономического сотрудничества. В 2001 г. создана военно-морская группа оперативного взаимодействия БЛЭКСИФОР (BlackSeaNavalCooperationTaskGroup) в составе Турции, России, Украины, Болгарии, Румынии и Грузии.По инициативе Турции с 2004 г. проводится военно-морская операция «Черноморская гармония» (BlackSeaHarmonyOperation) согласованно с НАТО. Её целью является контроль над судоходными путями и досмотр подозрительных судов в целях противодействия терроризму и распространению оружия массового поражения. В 2006–2009 гг. к данной операции присоединились Украина и РФ [13]. Несмотря на участие Турции в НАТО, её органы власти после 2004 г. не одобряли планы ускоренного вступления Украины в НАТО, а во время Кавказского кризиса 2008 г. ограничили проход ВМС США в Черное море на основании конвенции Монтрё. Это означало прагматическое сближение позиций Турции и России, но гражданская война в Сирии с 2011 г. вызвала обратный крен турецкой дипломатии в сторону НАТО.

В данном контексте Крым с его узлом нерешенных до 2014 г.

проблем равноправия крымских татар, статуса Севастопольской базы ВМФ РФ превращались в удобный плацдарм турецкого давления и на Украину, и на Россию. Турция являлась вторым (после РФ) торговым партнером Украины в Черноморском регионе. По подсчётам М.С. Чакмака, к концу 2012 г.

товарооборот двух стран составлял 6150 млн. долл.Крупнейшими предприятиями Украины, работающими на турецкий рынок, выступают «Метинвест», «Криворожсталь», Сумское НПО им.

Фрунзе, Одесский припортовый завод и концерн «Стирол».

Только за 2011 г. «донорские» (некоммерческие) пожертвования Турции крымскотатарскому движению составили 8,1 млн.

гривен [14].В том числе, программа репатриации и реинтеграции крымских татар поддерживалась Турцией по направлениям:

оплата покупки жилья (5,5 млн. долл.); развитие этнического образования (3,5 млн. долл.); поддержка изучения турецкого языка и культуры в вузах и школах Крыма; строительство и реставрация мечетей (26 из 95 новых культовых зданий за 1992–2013 гг.

построены на турецкие средства) [15]. В Крыму отчасти сталкивались интересы Турции, продвигавшей умеренноисламский проект сотрудничества с Духовным управлением мусульман Крыма, и Саудовской Аравии, поддерживавшей салафитскую структуру «Альраид» и экстремистскую партию «Хизбут-Тахрир аль-Исламия».

Амбиции Турции опираются на военные, прежде всего – военно-морские ресурсы влияния. Турция занимает одно из первых мест в НАТО по доле общих военных расходов в ВВП (2– 2,5%) и государственном бюджете (5,4%). В 2015 г. бюджет министерства обороны страны составит20,3 млрд. долл. США, по расчётам профессора НурханаЙентурка (Стокгольмский институт исследования проблем мира (SIPRI)) [16]. К началу 2014 г.

численность личного состава Вооружённых сил достигла почти 470 тыс. чел. Военно-морские силы насчитывают свыше 90 боевых кораблей (в том числе 14 подводных лодок, 8 фрегатов, 8 корветов, 20 минно-тральных и 35 десантных кораблей), свыше 60 боевых катеров и т.д. [17]. По мнению эксперта А. Болдырева, в 2014 г. по огневой мощи турецкие ВМС в 1,5 раза превосходили Черноморский флот РФ (следует учитывать возможность быстрой переброски турецких ВМС из Средиземного в Черное море и поддержку со стороны флотов стран НАТО).Достаточно серьезную силу представляют и ВВС Турции, насчитывая свыше 400 боевых самолетов [18].

Характерно, что еще до воссоединения Крыма с Россией Турция предпринимала меры давления на Украину с целью повысить своё влияние в Крыму. Так, 2 октября 2012 г. состоялась встреча министров иностранных дел Украины К. Грищенко и Турции А. Давутоглу, председателя Совета Министров АРК А.

Могилев и председатель Меджлиса крымскотатарского народа М.

Джемилева. На встрече глава турецкой дипломатии потребовал провести «объективное исследование», которое бы показало, каков удельный вес крымских татар в местных органах власти Крыма, и принять меры к их пропорциональному представительству [19].

Такие встречи стали постоянными, а давление на Киев для повышения статуса крымских татар увязывалось Анкарой с созданием зоны свободной торговли. Вовремя «майданного»

насилия в Киеве, когда судьба Крыма ещё не была решена, влиятельная турецкая газета «Hrriyet» 29 января 2014 г. отмечала:

«В случае дальнейшей дестабилизации политической ситуации в Украине Турция могла бы рассчитывать на переход под ее управление Крыма». Это-де «возможно в том случае, если полуостров объявит о своей независимости» [20].

Воссоединение Крыма с Россией было воспринято Турцией враждебно. Турция проголосовала в ООН за резолюцию, поддерживающую территориальную целостность Украины и ее суверенитет над Крымом. Однако Турция воздерживалась от слишком резких шагов, учитывая свою энергетическую и туристическую зависимость от России. Тогдашний президент Турции А. Гюль сказал на пресс-конференции в Варшаве 5 марта 2014 г.: «Напряжения следует избегать и проблемы должны быть решены дипломатическим путем»[21].Риторика турецкой дипломатии была сосредоточена вокруг вопроса равноправия крымских татар, а тактика состояла в давлении на Россию посредством переговоров [22].

Но Турция пропустила через Босфор и Дарданеллы эскадры ВМС НАТО, нарушавшие требования конвенции Монтрё по длительности пребывания в Чёрном море и своему водоизмещению.Российская Федерация выступает за неукоснительное соблюдение конвенции Монтрё, установившей предельное количество и тоннаж иностранных военных кораблей, допускаемых в Чёрное море. Конвенция грубо многократно нарушается ВМФ стран НАТО, прежде всего – США.

Ужесточение турецкой позиции в Украинском кризисе происходило постепенно под давлением Запада. С декабря 2014 г.

Россия прекратила все работы по газопроводу «Южный поток», что повысило для неё значение альтернативного проекта «Турецкий поток». Весной 2015 г. министр иностранных дел Турции М. Кавусоглу оценил ситуацию с соблюдением прав крымско-татарского населения как «неприемлемую»и заявил, что власти Турции «вскоре направят в Крым неофициальную миссию для мониторинга нарушений прав человека в Крыму» [23] Понимая слабость своего влияния на политический процесс в Крыму, меджлис сделал ставку на интернационализацию конфликта за счет вовлечения Турции. По различным оценкам, в Турции проживает от 500 тыс. до 5 млн. потомков крымских татар.

В стране действуют наиболее влиятельные крымскотатарские организации. При Совете министров Турции действует Отдел поддержки тюрков зарубежья, работает программа репатриации крымских татар на историческую родину[24]. 1–2 августа 2015 г. в г. Анкаре проведен «Всемирный конгресс крымских татар» с участием 430 делегатов из 12 стран. Но представителей жителей Крыма было очень мало. Конгресс принял резко антироссийские решения, в частности, обращение к ООН и мировой общественности, требуя признать российскую политику в отношении крымских татар с 1783 г. актом геноцида.

Воссоединение с РФ делегаты конгресса назвали «аннексией» и «оккупацией». В декларации конгресса отмечается, что право на самоопределение принадлежит исключительно крымскотатарскому народу как историческому, основному и коренному народу полуострова [25]. Был одобрен проект М. Джемилева и Р.

Чубарова по образованию крымскотатарской автономии в Херсонской области, по созданию мусульманского батальона «Крым» в подчинении Министерства обороны Украины. Конгресс стал отправной точкой перехода к продовольственной, а затем и энергетической блокаде Крыма.

Президент Турции Р.Т.Эрдоган в обращении к участникам конгресса заверил, что Анкара «не признает и не будет признавать присоединение Крыма к России» [26]. Турецкая правозащитная неправительственная организация «Имкандер» открыто призывает мусульман Крыма к неповиновению России. Лидер организации М. Озер активно участвовал в 2013 г. в конференции экстремистской партии «Хизбут-Тахрир» в Симферополе [27]. В рядах батальона «Крым» и меджлисовцев, блокирующих въезд на полуостров, немало представителей турецкой праворадикальной группировки «Серые волки», экстремистских организаций, воюющих в Сирии. Один из организаторов блокады Крыма Л.Ислямов заявил о том, что Министерство обороны Турции оказывает поддержку добровольческому батальону им.

Н. Челебиджихана, который ведёт блокаду полуострова. МИД Турции выступил с опровержением заявления, но журналисты подтвердили снабжениемеджлисовцев военным снаряжением из Турции [28].

В сентябре 2015 г. Меджлис и радикальные украинские организации начали продовольственную, а в ноябре – транспортнуюи энергетическую блокаду Крыма. В Херсонской области действуют незаконные военизированные формирования Меджлиса, запугивающие население. Речь идет о создании государственного образования под руководством М.Джемилева и Л. Ислямова, что нарушает суверенитет Украины.

Под предлогом осуждения российской антитеррористической операции в Сирии президент Турции Р.Т. Эрдоган объявил 8 октября 2015 г. о возможном разрыве газового контракта с Россией. 26 ноября вследствие уничтожения Турцией российского военного самолёта РФ приостановила все работы по проекту «Турецкий поток». Анкара поддержала антироссийскую идею создания совместной военно-морской эскадры Украины, Румынии и Болгарии, что является способом нарушить конвенцию Монтрё.

В марте 2016 г. Турция достигла договоренности с Украиной о совместной транспортировке каспийского газа в Европу. Украина получила турецкий кредит в 500 млн. долл.под низкие проценты [29].

Для России стали приоритетными такие аспекты политики в отношении Турции, как: обеспечение беспрепятственного прохода Черноморского флота РФ через Босфор и Дарданеллы;

наращивание военного потенциала и боеготовности Черноморского флота РФ; предотвращение участия Турции в возможных военных и террористических провокациях на российско-украинской границе; блокирование последствий поддержки националистических и исламистских группировок, в том числе – с участием крымскотатарской диаспоры.

Качественно новый этап развития внешней политики Турции в регионе наступил после подавления июльского путча 2016 г.

Турция возобновила взаимодействие с Россией по строительству газопровода, ограничила своё сотрудничество с НАТО. Но пересмотра турецкой политики в отношении Украины и Крыма не произошло, поскольку Анкара руководствуется своими долгосрочными интересами.

Итак, методы внешнеполитического и военного влияния

Турции на Украину после переворота 22 февраля 2014 г. таковы:

дипломатическая поддержка территориальной целостности Украины и её суверенитета над Крымом; предоставление кредитов и торгово-экономическое сотрудничество; использование украинской трубопроводной системы; военно-техническое сотрудничество; поддержка запрещенного в РФ «Меджлиса крымскотатарского народа» как на государственном уровне, так и по линии турецких неправительственных организаций. Вместе с тем, Турция проводит непоследовательный, прагматический курс, что связано со степенью прочности режима Р.Т. Эрдогана и решением стратегических задач на сирийском направлении.

Примечания

1. Белякова Н.С. Роль и место Черноморского региона во внешней политике Турецкой Республики на современном этапе. Автореф. дис. … канд. полит.наук. М., 2015; Губанов А.С. Политика безопасности Турции в Черном море: военно-морской аспект регионального сотрудничества и конкуренции // Ученые записки Таврического национального университета им. В.И. Вернадского. Серия: Философия. Культурология. Политология.

Социология. Симферополь, 2014. Т. 27 (66). № 1-2. С. 308–319; Гриневецкий С.Р., Жильцов С.С., Зонн И.С. Геополитическое казино Причерноморья. М.,

2009. С. 276–285, 181–202.

2. Богданович В.Ю., Егоров Ю.В., Маначинский А.Я. НАТО и Украина (кто и зачем тянет Украину в НАТО?). Киев, 2009.

3. Гриневецкий С.Р., Жильцов С.С., Зонн И.С. Указ. соч. С. 11–130;

Кутовой Е.Г. Черноморское экономическое сотрудничество: вчера, сегодня, завтра? Краснодар, 2004.

4. Леванова К.А. Турецкая Республика и Российская Федерация:

взаимодействие и сотрудничество на примере отношений с Краснодарским краем (90-е гг. ХХ в.). Автореф. дис. … канд. ист. наук. Краснодар, 2003.

5. Рябцев О.В. Сетевой принцип деятельности организаций закрытого типа в контексте угроз национальной и региональной безопасности России (на примере крымско-татарского национального движения). Дис. … канд.

полит. наук. Ростов н/Д, 2008.

6. Богомолов А.В., Данилов С.И., Семиволос И.Н., Яворская Г.М.

Исламская идентичность в Украине. Киев, 2006. С. 43–71.

7. Муратова Э.С. Ислам в современном Крыму: индикаторы и проблемы процесса возрождения. Симферополь, 2008. С. 36–45, 119–132.

8. Ирхин А.А.Турецкое влияние на внутриполитическую ситуацию стран СНГ в контексте создания религиозно–политических сил «светского ислама» по турецкому образцу. Режим доступа: http://www.gumilevcenter.ru/tureckoe-vliyanie-na-vnutripoliticheskuyu-situaciyu-stran-sng-vkontekste-sozdaniya-religiozno-politicheskikh-sil-po-tureckomu-obrazcusvetskogo-islama/(дата обращения: 22.04.2013).

9. Киселёва Н.В., Мальгин А.В., Петров В.П., Форманчук А.А.

Этнополитические процессы в Крыму: исторический опыт, современные проблемы и перспективы их решения. Симферополь, 2015. С. 242–244.

10. Лендман С. Украина в огне: Как стремление США к гегемонии ведёт к опасности Третьей мировой войны.М., 2016. С.107, 154, 233, 305, 313, 341.

11. Чакмак М.С.Позиция СМИ Турции в отношении вхождения Крыма и Севастополя в состав Российской Федерации // Гуманитарный вектор. Серия: История, политология. Чита, 2014. Вып. 3 (39). С. 148–151;

Сухоплещенко К.Ю. Украинский кризис в оценках турецких СМИ // Украинский кризис: предварительные заметки. Сб. науч. статей / Отв. ред.

В.В. Черноус. Ростов н/Д, 2014. С. 137–147.

12. Davutoglu A. Turkey’s Zero-Problems Foreign Policy. URL:

http://www.foreignpolicy.com/articles/2010/05/20/turkeys_zero_problems_foreig n_policy (date of access: 07.09.2016).

13. Операция «Черноморская гармония» (справочная информация).

Режим доступа: http://www.mid.ru/ns-dvbr.nsf/0/ 20eaa4c7aef3 dce1c 32576 f8004 24afa? OpenDocument(дата обращения: 29.08.2016).

14. Чакмак М.С.Позиция. Указ.соч. С. 149–150.

15. Киселёва Н.В., Мальгин А.В., Петров В.П., Форманчук А.А.Указ.

соч. С. 242–244.

16. Юферев С.Вооружённые силы Турции – вторыепосле России.Режим доступа: http://topwar.ru/41179-vooruzhennye-sily-turcii-vtoryeposle-rossii.html(дата обращения: 05.09.2015).

17. Ткаченко О., Черков В. Роль Турции и её вооружённых сил в стратегии планах НАТО (2014). Режим доступа:

http://factmil.com/pub/strana/turcija/rol_turcii_i_ejo_vooruzhjonnykh_sil_v_strat egii_planakh_nato_2014/29-1-0-445 (дата обращения: 05.09.2015).

18. Там же.

19. Турция предложила Украине подсчитать, сколько крымских татар трудится в органах власти. Режим доступа: http://crimea24.info/2012 /10/04/mogilev-zayavil-chto-nikakojj-diskriminacii-net-i-krymskikh-tatar-vovlasti-dostatochno/(дата обращения: 05.10.2012).

20. Балиев А. Крымская карта в турецкой игре. Режим доступа:

http://www.stoletie.ru/geopolitika/krymskaja_karta_v_tureckoj_igre_537.htm(дат а обращения: 19.02.2014).

21. Польша пытается включить Турцию в борьбу против независимости Крыма. Режим доступа: www.regnum.ru/news/1775230.html (дата обращения: 06.03.2014).

22. Эрдоган: Россия должна защищать права крымских татар. Режим доступа: www.regnum.ru/news/fd-abroad/ukraina/1775946.html (дата обращения:08.03.2014).

23. Перемитин Г. Турция назвала неприемлемой ситуацию с правами крымских татар. Режимдоступа: http://top. rbc.ru/ politics/ 03/04/ 2015/ 551e 54d29a7947712c51ca9a?utm_source=gismeteo&utm_medium=news&utm_camp aign= gism_top1(дата обращения:03.04.2015).

24. Леванова К.А. Крым в российско-турецких взаимоотношениях:

история и современность // Природа и общество. Динамика кризиса / Под ред. Е.А. Борисовой. М., 2015. С. 101–102.

25. Крымские татары призывают «положить конец» аннексии. Режим доступа: http://inosmi.ru/world/20150803/229410768.html(дата обращения:

05.08.2015).

26.мСабиров И. «Крымско-татарская карта» в рукаве. Режим доступа:

http://www.stoletie.ru/geopolitika/krymskotatarskaja_karta_v_rukave_454.htm(дата обращения: 12.08.2015).

27.мМавашев Ю. Антироссийские «частные инициативы» Анкары.

Режим доступа: http://www.kavkazgeoclub.ru/content/antirossiyskie-chastnyeiniciativy-ankary(дата обращения: 15.09.2015).

28. Беляев М. Министерство обороны Турции окажет помощь организаторам блокады Крыма. Режим доступа: http://www. kommersant.ru /Doc/2887333 (дата обращения: 28.12.2015).

29. Ивженко Т. Турция может поддержать Украину в споре о Крыме // Независимая газета. 2016. 11 марта.

А.А. Самохин, (г. Краснодар,Российская Федерация) П.Г. Мерсалова (г. Краснодар,Российская Федерация)

–  –  –

С распадом СССР и окончанием «холодной войны», геополитическая картина мира радикальным образом трансформировалась. Международные отношения утратили устойчивость и предсказуемость. В ряде регионов разразились локальные конфликты различной степени интенсивности. Особый интерес в этой связи представляет Балканский кризис и его последствия, связанные с крушением многонационального государства Югославии (СФРЮ).

Характерной особенностью Югославского конфликта явилась вовлеченность в него различных государств, которые ранее, в системе биполярного мира, не имели возможности проявлять самостоятельную активность в международных отношениях без оглядки на общепризнанных лидеров – США и СССР. Такие страны как Алжир, Египет, Иордания, Иран, Турция, отдельные государства Западной Европы в разной степени оказали влияние на развитие Балканского кризиса, реализуя свои национальные интересы.

Последовавшая за кровавыми событиями в Словении и Хорватии гражданская война в Боснии и Герцеговине (1992–1995 гг.), стала показательным региональным конфликтом, трансформировавшимся в международный. Данный факт обусловлен процессом распада биполярной системы и возможностью США утвердиться в роли мирового гегемона.

Нестабильность в Европе была необходима и НАТО, оставшегося без естественного противника в лице Советского Союза и теряющего смысл своего существования. События в Боснии и Герцеговине (БиГ) позволили Североатлантическому альянсу примерить на себя новую роль «миротворца». Дальнейший кризис в Косово и Метохии и последовавшая агрессия НАТО против Союзной Республики Югославии, показывает разрастание зоны нестабильности и вовлечение в конфликт на Балканах, как непосредственных участников, так и внешних факторов.

Для Российской Федерации участие в миротворческих операциях урегулирования Югославского кризиса позволило показать правопреемственность политики Советского Союза в зоне национальных интересов.

С крушением СССР неожиданные перспективы открылись и перед Турецкой Республикой, заявившей себя самостоятельной региональной державой, переживающей сдвиг от кемалистских устоев к исламским фундаментальным традициям.

Так, на выборах в парламент в 1991 г. победила партия «Рефах» («Благосостояние), открыто призывавшая вернуться к ценностям ислама, как во внутренней, так и во внешней политике государства, нашедшая отклик в турецком правительстве. С начала конфликта в БиГ, турки приняли твердую позицию поддержки мусульман. Осенью 1992 г., в бытность премьерминистром, Сулейман Демирель, апеллируя к мировому сообществу, призвал вмешаться в конфликт в интересах боснийских мусульман. Кроме того, в ноябре этого же года в Стамбуле была проведена конференция Балканских стран по боснийской проблеме на уровне министров иностранных дел, в ходе которой Турция пыталась убедить мировую общественность в необходимости военного вмешательства в БиГ.

Позиция военного руководства, в лице начальника Генерального штаба турецкой армии генерала Догана Гюреша, заключалась в однозначной поддержке босняков и нанесении ударов по боснийским сербам.

На начальном этапе кризиса турки считали, что принуждение сербов необходимо осуществить в рамках НАТО или иных международных сил на основании соответствующего решения Совета безопасности ООН. Анкарой рассматривался и вариант решения боснийской проблемы при активном участии Организации исламская конференция (ОИК). Президент Тургут Озал, накануне визита в Египет, состоявшегося в декабре 1992 г., отметил возможность нанесения удара по сербским аэродромам и позициям, а также снятия эмбарго на поставки оружия боснийским мусульманам 1.

Поддерживая единоверцев в Боснии и Герцеговине, Турция со всей очевидностью пыталась придать боснийскому конфликту религиозный окрас, с целью упрочения собственного авторитета среди государств исламского мира.

Идея о Боснии как независимом государстве мусульман возникла в правящих кругах Турции для возвращения на Балканы в качестве геополитического актора. Апеллируя к историческому прошлому, турки намеревались исламизировать регион, опираясь на политику «неоосманизма». Заявление, сделанное религиозным главой боснийских мусульман реис-улемом Мустафой Церичем в 1994 г. по радио Сараево, о важности и ценности турецкого наследия для босняков, подтверждало возможность для Турции стать идеологическим и духовным ориентиром 2.

Понятие «неоосманизм» возникло в научной и экспертной среде с подачи Дэвида Бэрчарда в 1985 г. и было развито Стефаносом Константинидисом, охарактеризовавшим возвращение Турции к османским традициям во внешней политике, в период пребывания в должности премьер-министра Неджметтина Эрбакана (1996–1997 гг.) 3.

Турецкая стратегия, в рамках «неоосманизма», предусматривала использование мирных инструментов для расширения зоны активного политического, экономического и духовного влияния. Концептуальная основа заключалась в четырех принципах – крови, османского мышления, почвы и языка. Первый принцип включал в оборотную сферу понятия все тюркские народы, объединенные общим происхождением. Также связующим звеном являлась «почва», привязывающая концепцию к османскому прошлому, и показывающая цивилизационную преемственность и близость региональным культурам.

Объединенные воедино данные четыре составляющие создавали мощный идеологический фундамент для формирования обновленного османского мышления и становления Турции как общепризнанного лидера не только в регионе, но и за его пределами 4.

Разрушение единого культурного пространства СФРЮ и обострение этно-конфессиональных противоречий позволило Турции вовлечь мусульманские меньшинства, преимущественно турецкого происхождения, и славян, исповедующих ислам, в сферу духовного влияния. При этом ее усилия были направлены на отождествление славян, исповедующих ислам, с турецким этносом. Существенное значение имели также и десять миллионов этнических боснийцев, черногорских мусульман и албанцев, проживающих в Турции, являющихся дополнительным аргументом укрепления позиции Анкары в Балканском регионе 5.

Активная политика Турции на постюгославском пространстве вписывается в концепцию «ноль проблем с соседями», озвученную руководством Партии справедливости и развития (ПСР), пришедшей к власти в 2002 г. ПСР возникла из осколков партии «Фазилет», созданной взамен закрытой в 1998 г.

исламистской партии «Рефах», и запрещенной в 2001 г.

Конституционным судом Турции. Основная идея концепции «нулевых проблем» заключается в создании равновыгодных отношений, заведомо исключающих проигрыш одной из сторон.

В этой связи, территории бывшей Югославии, ранее входившие в состав Османской империи, ныне самостоятельные государства, рассматривались исторически необходимыми партнерами Турции. Возникающее на их основе единое протурецкое пространство, значительно укрепляет геополитические позиции и стратегические перспективы Турции в регионе. Одним из достижений в этом направлении явилось стремление действующего президента Турции Реджепа Эрдогана создать прямой коридор от Турции до Германии, при упрощении или отмене визового режима со странами Западных Балкан, с целью формирования единого экономического и культурного пространства.

По мнению авторитетного российского специалиста по проблемам Балкан, профессора А.А. Язьковой, турецкое правительство не планирует активно насаждать происламскую политику в странах, ранее входивших в Османскую империю, но не отказывается от линии «помощи братским странам» 6. Тому пример отношения с Боснией и Герцеговиной, где Турция применяет данную тактику, подчеркивая общее османское прошлое и родство культур. Так во время визита в Сараево летом 2011 г. министр иностранных дел А. Давутоглу заявил, что боснийцы и турки одна семья, чем вызвал восхищение среди мусульманского населения республики и недовольство со стороны сербов и хорватов 7.

Не осталась без политического внимания и Македония, гражданам которой Турция обязалась оказывать всевозможную помощь и поддержку в любой точке мира, где имеется турецкое представительство 8.

Схожая политика осуществляется и в Косово, признанного Турцией независимым государством в феврале 2008 г. Еще в 1990-е гг. турки поддержали албанское население края, в том числе участвуя в операции НАТО «Союзная сила», а также оказывая гуманитарную и экономическую помощь по ее завершению.

Другим вектором политики «неоосманизма» можно рассматривать стремление к посредничеству по урегулированию конфликтов. Особый интерес в этом ключе представляют отношения с Сербией, вступившие после 2009 г. в фазу активного сближения с Турцией. Выгода для турок очевидна, роль арбитра укрепляет их международный авторитет. В связи с этим турецкая сторона оказала влияние на принятие Сербской скупщиной декларации о массовом убийстве мусульман в Сребренице в 1995 г. от 31 марта 2010 г. Однако данный факт не стал дипломатическим успехом турецкой стороны в силу обострения боснийских претензий к Сербской Краине и массовом недовольстве босняков непризнанием сербами геноцида боснийских мусульман в декларации 9.

Следующей попыткой выйти на уровень посредника в урегулировании конфликтов следует рассматривать стремление Турции участвовать в разрешении национально-этнического конфликта в сербской области Санджак (Рашка), где конкурирующие исламские организации борются за политическое лидерство 10.

Естественным противником вмешательства Турции на Балканы выступает Республика Сербская, желающая пресечь попытки регионального доминирования Турецкой Республики, ведущего к усилению влияния мусульман в БиГ.

Тем не менее, большая часть населения Западных Балкан положительно воспринимает вхождение Турции в орбиту внутренних дел региона, позитивно принимая экономические инвестиции и позволяя участвовать в решении политических проблем. В связи с этим, значимым достижением турецких дипломатов стало подписание Стамбульской декларации мира и стабильности на Балканах в 2010 г. Основное содержание ее заключалось в принятом решении о проведении регулярных трехсторонних встреч между руководителями БиГ, Сербии и Турции. Сербская сторона заявила, что намерена всячески налаживать отношения с БиГ и вопрос о территориальной целостности и границах подниматься не будет. Результатами саммита стало открытие дипломатического представительства Боснии и Герцеговины в Белграде, а также привлечение турецких компаний для строительства автомобильных дорог в Сербии 9.

По предложению президента Сербии Бориса Тадича следующая трехсторонняя встреча прошла в Белграде в апреле 2011 г., где турецкая сторона продолжила исполнять роль посредника в переговорах между президентами БиГ и сербским руководством 11.

Очередным направлением политики Турции в регионе является военно-политическое сотрудничество. Активное участие турецких специалистов в реорганизации вооруженных сил Албании, БиГ, Македонии, вовлечение этих республик в программы НАТО и выработка общей стратегии действий, приводит к позитивному сближению Турции со странами Балканского полуострова, как входящих в НАТО (Албания), так и стремящихся в альянс (БиГ, Македония, Черногория). Турецкое руководство рассчитывает преумножить собственные дивиденты, отвечающие одновременно их региональным амбициям и общим интересам Североатлантического альянса, нацеленного на расширение за счет БиГ, Македонии и Черногории. Турция лоббирует интересы кандидатов на вступление с целью поднятия собственного авторитета, а также укрепления мира и стабильности на Балканах 8.

Таким образом, с распадом биполярной системы международных отношений, Турция воспользовалась представившейся возможностью проводить политику национальных интересов в регионе, изначально опираясь на поддержку единоверцев в Боснии и Герцеговине, Косово и Метохии. Активность Турции возрастала по мере распространения идеи «нового османского мышления» и отходу от кемалистской политики.

Ставшие самостоятельными государства рассматривались турецкой стороной как необходимые стратегические партнеры, укрепляющие ее позиции в регионе. Используя экономические, военно-политические и посреднические методы, Турция создает баланс между собственными амбициями и корпоративными интересами НАТО на Балканах.

Исходя из вышеизложенного можно сделать вывод о том, что в 1990-е – 2000-е гг. Турция закрепляется на постюгославском пространстве как новая региональная сила, способная продвигать собственные национальные интересы, и решать проблемы Западных Балкан в целом.

Примечания

1. Кунделев С. Об основных приоритетах внешней политики Турции.

URL: http://militaryarticle.ru/obozrevatel/1993-obozrevatel/12784-ob-osnovnyhprioritetah-vneshnej-politiki-turcii(дата обращения: 04.08.2016).

2. Заргарян Р. Турция опять претендует на Боснию. URL:

http://umma.ua/ru/article/article/Turtsiya_opyat_pretenduet_na_Bosniyu/16430(д ата обращения: 11.08.2016).

3. Аватков В.А. Неоосманизм. Базовая идеологема и геостратегия

Турции. URL: http://svom.info/entry/458-neoosmanizm/ (дата обращения:

19.08.2016).

4.Мехдиев Э.Т. «Неоосманизм» в региональной политике Турции // Вестник МГИМО. 2016. №2 (47) С. 32–39.

5. Ананьев А.Г. Исламский фактор на Балканах: современные тенденции и векторы развития // Исламоведение. 2013. №4. С. 9–17.

6. Язькова А.А. Турецкийнеоосманизм и евроинтеграция: одно другому не мешает.URL: http://polit.ru/article/2015/12/03/turkey/(дата обращения: 02.09.2016).

7. Давутоглу назвал Боснию домом, а Израиль правонарушителем.

URL: http://www.islamnews.ru/news-81991.html (дата обращения: 07.09.

2016).

8.Глазова А.В. Политика Турции на Западных Балканах // Проблемы национальной стратегии. 2013. № 2 (17). С. 22–34.

9. Декларация о Сребренице разочаровала боснийских мусульман.URL: https://ria.ru/world/20100401/217489796.html (дата обращения: 09.09.2016).

10. Трухачев В. Санджак: "новое Косово" для Сербии? URL:

http://www.srpska.ru/article.php?nid=18600(дата обращения: 07.09.2016).

11. Президенты Турции, Боснии и Сербии проведут совещание в Белграде. URL: http://mk-turkey.ru/politics/2011/04/26/prezidenty-turcii-bosniii-serbii-provedut-soveshanie-v-belgrade.html (дата обращения: 10.09.2016).

Т.О.Ткачева (г.Краснодар, Российская Федерация)

ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКИЕ ИНТЕРЕСЫ ТУРЦИИ

НА БАЛКАНАХ (НАЧАЛО XXI В.) Современные международные отношения характеризуются возникновением новых региональных «центров силы». На роль одного из таких центров с относительно недавнего времени стала активно претендовать Турция. Глобальные изменения, произошедшие на мировой арене в конце 1980-х – 1990-х гг.

способствовали началу процесса пересмотра турецкими элитами принципиальных основ своей внешней политики. Кемалистский курс на порицание османского прошлого сменился на заявление об ответственности за историческую территорию Османской империи.

Новый курс турецких властей выразился в активизации внешнеполитических устремлений Турции по нескольким направлениям, и одним из приоритетов стали Балканы. Эта активность связана, в первую очередь, с приходом к власти в 2002 г. партии Справедливости и развития (ПСР) и президента Реджепа Тайипа Эрдогана, а идеологом новой внешней политики считаютбывшего главу внешнеполитического ведомства Турции Ахмета Давутоглу.

Идеологическим основанием новой внешнеполитической активности Турции считается «неоосманизм». Впервые этот термин употребил английский автор Дэвид Бэрчард в своем исследовании «Турция и Запад», вышедшем в Лондоне в 1995 г.

Дальнейшую серьезную теоретическую разработку феномена «неоосманизма» связывают с именем Стефаноса Константинидиса. Он прогнозировал использование политики «неоосманизма», в первую очередь, в отношении балканских государств [1].

Идея ответственности за бывшее пространство Османской империи была озвучена еще в начале 1990-х гг. президентом Тургутом Озалом. Некоторые исследователи считают его первым идеологом и практиком неоосманизма [2]. По мнению Т.Озала, османское прошлое являлось эффективным фактором для усиления турецких позиций на подопечных территориях и возможностью снижать уровень конфликтогенности через переговорный процесс. Таким образом, можно было реализовать дипломатический стиль «мягкой силы» [3].

Идейными основами «неоосманизма» являются несколько принципиальных постулатов: этническое происхождение, османское мышление, территория и язык.Идеология «неоосманизма», ставшая со временем основой не только внешней, но и внутренней политики турецкого государства, нашла широкий отклик в турецком обществе. Политика «неоосманизма»

воспринималась турецким социумом как возрождение авторитета своего государства.Пропагандистская машина сформировала «новое имперское мышление» [4].

Этническое родство относилось к народам тюркского ареала.



Pages:     | 1 || 3 |



Похожие работы:

«Антонова Светлана Алексеевна АРХИТЕКТОР А. П. ЕВЛАШЕВ И ЦЕРКОВЬ ВОСКРЕСЕНИЯ ХРИСТОВА В ГОЛОВИНСКОМ ДОМЕ В ЛЕФОРТОВО Статья содержит исследование ранее не опубликованных материалов, архивных документов, касающихся истории создания церкви Воскресения Хр...»

«Підводні дослідження: Археологія. Історія. Дайвінг УДК 902.034 ГИБЕЛЬ СОЮЗНИЧЕСКОГО ФЛОТА КРЫМСКОЙ КАМПАНИИ У БЕРЕГОВ ЕВПАТОРИИ (ПО РЕЗУЛЬТАТАМ ПОДВОДНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ 2013 г.) Вахонеев В.В. кандидат исторических наук, заведующий отделом подводной археологии КРУ "Черноморский центр подводны...»

«Осадочные бассейны, седиментационные и постседиментационные процессы в геологической истории ОСОБЕННОСТИ ЦИКЛИЧЕСКОГО СТРОЕНИЯ РАЗРЕЗОВ И ПОРОДЫКОЛЛЕКТОРЫ В НИЖНЕДЕВОНСКИХ ОТЛОЖЕНИЯХ ХОРЕЙВЕРСКОЙ И ВАРАНДЕЙ-АДЗЬВИНСКОЙ НГО О.В. Сивальнева, А.Б. Рапопорт, А.Д. Мусихин Российский государственный университет нефти и газа им....»

«Действительный член Академии исторических наук Виктор Кирсанов kirsanov-vn@narod.ru ДЕТСКАЯ БОЯЗНЬ "ЛЕВИЗНЫ" В КОММУНИЗМЕ История этой болезни берет свое начало с периода правления в СССР Н. Хрущева. Именно при его руководстве страной и Коммунистической партией стали расти махровым цветом подхалимаж, кумо...»

« ГВОЗДЕВА Дарья Ивановна ИДЕАЛЫ ОБРАЗА ЖИЗНИ ЛИЧНОСТИ СТУДЕНТОВ– ВЫПУСКНИКОВ РАЗЛИЧНЫХ СПЕЦИАЛЬНОСТЕЙ Специальность 19.00.01 – "Общая психология, психология личности, история психологии" (психологические науки) АВТОРЕФЕРАТ дисс...»

«ТЕРРИТОРИЯ АСЕКЕЕВСКОГО РАЙОНА В XVII-XVIII В. В рассказе "История Асекеево" Ягфара Сафагареева упоминается курган в районе станции Асекеево. Еще об одном кургане, в районе станции Заглядино, писал в своей статье Иван Коннов в книге "На земле Асекеевской". В этой же статье он упо...»

«ФН – 4/2015 Отечественная философская мысль ПРОБЛеМА СВОБОДЫ В ИНТеЛЛеКТУАЛЬНОМ ТВОРЧеСТВе Г.П. ФеДОТОВА А.А. КАРА-МУРЗА Выдающийся русский историк, философ, культуролог Георгий Петрович Федотов (1866 – 1951) на протяжении своей наполненной всевозможными коллизиями жизни (например,...»

«Министерство культуры Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное учреждение культуры "КИРИЛЛО-БЕЛОЗЕРСКИЙ ИСТОРИКО-АРХИТЕКТУРНЫЙ И ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ МУЗЕЙ-ЗАПОВЕДНИК" Коллекция Металл из собрания Кирилло-Белозерского музея-заповедника Сизова Е.А. 2015 г. Фонд металла Кирилло-Белозерского истори...»

«Сергей Анатольевич Севрюгин Амазонки, савроматы, сарматы – развенчанный миф. Версия 1.1 http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=9987703 ISBN 978-5-4474-0961-6 Аннотация Книга стирает границу в дуальном мире. Раскрывается страшная тайна под семью замками о назначении амазонок. Многовековая...»

«Лоуренс Рис Нацисты: Предостережение истории Серия "Преступления против человечества" Издательский текст http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=6896178 Нацисты. Предостережение ис...»

«ГАРМАШ ОЛЬГА АНАТОЛЬЕВНА МЕНЕДЖМЕНТ АКАДЕМИЧЕСКОЙ МУЗЫКИ В РОССИИ: ГЕНЕЗИС ЯВЛЕНИЯ Специальность: 17.00.02 – Музыкальное искусство ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата искусствоведения Москва 2017 СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ.. 4 ГЛАВ...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИСТОРИКО-ФИЛОЛОГИЧЕСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ ПУШКИНСКАЯ КОМИССИЯ ВРЕМЕННИК ПУШКИНСКОЙ КОМИССИИ Вып уск 31 Сборник научных трудов Санкт-Петербург УДК 82/821.0 ББК 83 В81 Редколлегия: А. Ю. Балакин (ответственный редактор), М. Н. Виролайнен, Н. Г. Охотин Рецензенты: Р. Ю. Д...»

«д.э.н., проф. Куликова Л.И.. Соколов Ярослав Вячеславович Бухгалтерский учет: от истоков до наших дней Периодизация развития бухгалтерского учета нужна только для лучшего изло...»

«Никульшин Сергей Маевич УСЛОВИЯ ФОРМИРОВАНИЯ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ КОМПЕТЕНТНОСТИ ПЕДАГОГОВ ДЛЯ РЕШЕНИЯ ЗАДАЧ МОДЕРНИЗАЦИИ ОБРАЗОВАНИЯ В СЕЛЬСКИХ МАЛОКОМПЛЕКТНЫХ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ УЧРЕЖДЕ...»

«1. Ирошников М. П. Председатель Совета народных комиссаров Ульянов (Ленин). Очерки государственной деятельности в 1917 — 1918 гг. Л., 1974.2. РГАСПИ. Ф.17. Оп.3. Д.37.3. РГАНИ. Ф. 3. Оп. 22...»

«История современной России: поиск и обретение свободы (1985–2008) Г. И. Герасимов История современной России: поиск и обретение свободы (1985–2008) учебное пособие для вузов Г. И. Герасимов История современной России: поиск и обретение свободы. 1985–2008 годы Учебное пособие для вузов Москва 2008 УДК 94(470)(075.8) ББК 63.3(2Рос)я73 Г37 Г. И. Г...»

«RS Наследие.-2010.-№4(46).-С.10-16. Талыши – один из древнейших пластов этнической истории Азербайджана Ариф Мустафаев, доктор исторических наук, профессор Талыши, которые по происхождению...»

«Александровский Новый год (Александров – Лизуново с деревенским обедом под выступление русского народного хора Гагино Петушки Покров, 3 дня) Даты выезда: 31.12.15 Программа новогоднего тура: 07:45 сбор группы, ст. метро "Бабушкинская 08:00 отправление в Александров уютный остро...»

«Полиграфия с Душой №16 2017 www.abris-print.com НОВОСТНОЙ ДАЙДЖЕСТ АБРИС ПРИНТ От редакции: Это интересно: Хит-парад календарей 2017 года Календарь украинских выставок от "АБРИС ПРИНТ". (ма...»

«Иван Сергеевич Шмелев История любовная Scan, OCR&Spelcheck Stanichnik http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=161772 История любовная. Том 6 (дополнительный): Русская книга; Москва; 1999 ISBN 5-268-01460-9 Аннотация Основной сюжет книги – борьба Добра и Зла, чистоты и греха. Герой произведения И.С....»

«1 I. Название дисциплины (в соответствии с учебным планом): Русская литература екатерининской эпохи II. Шифр дисциплины (присваивается Управлением академической политики и организации учебного процесса) III. Цели и задачи дисциплины: Целями освоения дисциплины "Русская литература екатерининской эпохи" являются: сфо...»

«Карпушкин Алексей Валентинович ПРИМЕНЕНИЕ СРОКА ИСКОВОЙ ДАВНОСТИ ПРИ РАЗРЕШЕНИИ СПОРА О ПРЕДОСТАВЛЕНИИ ОТПУСКА В статье рассматриваются проблемы правового регулирования вопросов, связанных со сроками обращения в суд за...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНОГО ТРАНСПОРТА Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Уральский государственный университет путей сооб...»

«Содержание Неделя российского кино в Берлине. Даты и факты. стр. 2 & 3 Программа показов в кинотеатрах стр. 4 Информация по фильмам общей программы: Адмирал стр. 5 Пассажирка стр. 6 Плюс один стр. 7 Мы из будущего стр. 8 Тот, кто гасит свет стр. 9 Пленный стр. 10 Индиго стр. 11 Четыре возра...»









 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.