WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 

Pages:   || 2 |

«Александр Григорьевич Звягинцев Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах Текст предоставлен правообладателем ...»

-- [ Страница 1 ] --

Александр Григорьевич Звягинцев

Законоблюстители. Краткое

изложение истории прокуратуры

в лицах, событиях и документах

Текст предоставлен правообладателем

http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8222613

Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах:

ОЛМА Медиа Групп; Москва; 2012

ISBN 978-5-373-04570-4

Аннотация

В представленном вашему вниманию исследовании впервые в одной книге в

периодизируемой форме весьма лаконично, но последовательно излагается история органов прокуратуры в контексте развития Российского государства и законодательства за последние триста лет. Сквозь призму деятельности главного законоблюстительного органа державы беспристрастно описывается история российской прокуратуры от Петра Великого до наших дней. Важную смысловую нагрузку в настоящем издании несут приводимые в нем ранее не опубликованные документы и факты. Они в ряде случаев заставляют переосмысливать некоторые известные события, помогают лучше разобраться в мотивации принятия многих исторических решений в нашем Отечестве, к которым некогда имели самое непосредственное отношение органы прокуратуры. Особое место в исследовании отводится руководителям системы, а также видным деятелям прокуратуры, оставившим заметный след в истории ведомства.

Книга также выходила под названием «История российской прокуратуры».

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»



Содержание Глава I. «Сей чин яко око наше» 6 Ягужинский Павел Иванович, граф 13 Трубецкой Никита Юрьевич, князь 24 Шаховской Яков Петрович, князь 31 Глебов Александр Иванович 36 Глава II. «Законы наши требуют поправления» 43 Вяземский Александр Алексеевич, князь 46 Самойлов Александр Николаевич, граф (1744–1814) 55 Куракин Алексей Борисович, князь 62 Беклешов Александр Андреевич 67 Обольянинов Петр Хрисанфович 71 Глава III. В двух ипостасях

–  –  –

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru) ***

–  –  –

Без малого три столетия отделяют нас от того времени, когда Петр I учредил в государстве Российском абсолютно новый для нашего отечества орган – прокуратуру. Страна тогда входила в эпоху масштабных преобразований, и без создания специального надзорного института, каким стала прокуратура, невозможно было бы укрепить державные устои и обеспечить режим законности на всей необъятной территории нашего Отечества.

С тех пор прошло много времени, но все эти годы органы прокуратуры неизменно оставались становым хребтом государства. Незыблимым оставалось и наше главное, историческое предназначение – верой и правдой служить России, стоять на страже Закона.

Из поколения в поколение российская прокуратура пополнялась новыми сотрудниками, которые в своем абсолютном большинстве были людьми с высоким представлением о долге и справедливости, с неуклонным желанием честно служить своему Отечеству и народу. Они были патриотами России, честными и ответственными профессионалами. Заботясь, в хорошем смысле этого слова, о чести мундира, эти прокурорские мужи гордились тем, что служат в государственной структуре, имеющей высокие нравственные цели; и во многом благодаря им даже в суровые времена лихолетья не прерывались лучшие традиции прокурорской этики – преданность делу и внимание к человеку.





Сегодня на этапе развития демократической России как правового государства значение органов прокуратуры только возрастает. Ведь именно прокуратура является важнейшим правовым инструментом дальнейшего укрепления российской государственности и демократического строя. Именно прокуроры защищают права и свободы граждан и интересы государства. Будучи последовательными ревнителями законности, они входят в ту кагорту державных людей, которые, цементируя государственные устои, стоят на страже фундаментальных основ общества, на передовом рубеже в борьбе с местничеством и ведомственностью, терроризмом и экстремизмом, сепаратизмом и коррупцией.

Обо всем этом и многом другом вы узнаете, прочитав книгу-летопись «Законоблюстители». В представленном вашему вниманию исследовании впервые в одной книге в периодизируемой форме весьма лаконично, но последовательно излагается история органов проА. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

куратуры в контексте развития Российского государства и законодательства за последние триста лет. Сквозь призму деятельности главного законоблюстительного органа державы беспристрастно описывается история российской прокуратуры от Петра Великого до наших дней. Важную смысловую нагрузку в настоящем издании несут приводимые в нем ранее не опубликованные документы и факты. Они в ряде случаев заставляют переосмысливать некоторые известные события, помогают лучше разобраться в мотивации принятия многих исторических решений в нашем Отечестве, к которым некогда имели самое непосредственное отношение органы прокуратуры. Особое место в исследовании отводится руководителям системы, а также видным деятелям прокуратуры, оставившим заметный след в истории ведомства.

Генеральный прокурор Российской Федерации действительный государственный советник юстиции Ю. Я. Чайка 12. 01. 2012 А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Глава I. «Сей чин яко око наше»

В правление Петра I самодержавная монархия приобрела характер абсолютной. Император Всероссийский стал не просто монархом «абсолютным», но и «неограниченным и повиноваться ему не только за страх, но и за совесть» теперь «сам Бог повелевал».

Ломался привычный, устоявшийся веками образ жизни; претерпевали коренные изменения все основные государственные структуры, начиная от местных и кончая высшими.

Без дрожи в руках Петр Великий насаждал новые, непривычные для Российского государства порядки, создавал органы, которые день ото дня укреплялись и набирали силу.

Формируются регулярная армия и полиция, преобразовывалось местное управление. Приказы, сохранявшиеся частично, уступали место так называемым коллегиям. Боярскую думу сменил Правительствующий сенат. С организацией Святейшего синода император добился полного подчинения церкви своей власти. Существенно обновлялось и российское законодательство. Последовательная и решительная деятельность Петра дала России законы, покоившиеся на монолитном государственном начале.

Петр I принял от своих предшественников российскую провинцию в мало приспособленном для его грандиозных планов виде. Государство делилось на уезды, весьма неравноценные по территории, во главе которых стояли воеводы, и волости. Управление уездами из центра было громоздким и неуклюжим. Недостатки уездного правления особенно остро сказывались при добывании денег на содержание армии и для других общегосударственных нужд. Поэтому неслучайно Петр I решил реорганизовать местное управление, учредив губернии.

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

18 декабря 1708 года появился короткий, но значительный по своей сущности указ, в соответствии с которым в Российской империи были учреждены восемь губерний: Московская с 39 уездами, Ингерманландская (с 29 уездами); с городами – Киевская (с 56), Смоленская (с 17), Архангелогородская (с 20), Казанская (с 71), Азовская (с 77) и Сибирская (с 30).

Позднее император учредил еще три губернии: Рижскую, Астраханскую и Нижегородскую, но ликвидировал Смоленскую, поделив ее территорию между Московской и Рижской губерниями. Таким образом, общее число губерний стало 10. Губернаторами были поставлены, как правило, военные люди, которые командовали расположенными в губерниях войсками.

В первые годы царствования Петра I во главе управления государством стояла Боярская дума, хотя и основательно им «причесанная». Туда входили уже не только представители знатных родов, которые ранее окружали трон, но другие, выслужившиеся при царе люди. Изменилась и роль Боярской думы, хотя она все еще собиралась на так называемые «совещания». Петр I, уезжая за границу, имел обыкновение поручать управление не Боярской думе, а отдельным, приближенным к нему вельможам. Так продолжалось до 1711 года.

Покидая пределы России по случаю войны с Турцией, 22 февраля 1711 года царь издал указ: «Об учреждении Правительствующего сената и бытии при оном розрядному столу вместо розрядного приказа, и по два комиссара из губерний».

Вскоре, 2 марта 1711 года, для всеобщего сведения было объявлено, что для «всегдашних» отлучек «определен управительный сенат, которому всяк и его указам будет послушен так, как нам самому, под жестоким наказанием или смертью, по вине смотря».

Прошло совсем немного времени и учрежденный лишь «для отлучек» государя Правительствующий сенат становится постоянно действующим и в его присутствии, то есть становится высшим правительствующим учреждением государства. Тогда же ему были приданы и высшие судебные функции.

В Правительствующий сенат вначале входили девять высших сановников России: граф И. А. Мусин-Пушкин, князь П. А. Голицын, князь М. В. Долгорукий, Т. Н. Стрешнев, Г. Племянников, князь Г. И. Волконский, М. М. Самарин, В. А. Апухтин и Мельницкий. В следующем году к ним присоединился и князь Я. Ф. Долгорукий.

Конечно, не все шло гладко. И не сразу в полную силу заработал сенат – инерция и ностальгия по прошлому еще у многих были слишком велики И многие члены коллегий и сенаторы не являлись исключением. Но доверие императора к своему детищу – к созданному коллегиальному органу – было большое, и надежды на него он возлагал немалые. Однако, судя по всему, столь же большое было и недоверие царя к самим сенаторам, ведь недаром законодательство того времени переполнено нормами, которые постоянно напоминают членам Сената об их обязанностях.

Выдающаяся заслуга Петра I заключалась в том, что он впервые в России создал органы, специально предназначенные для контроля и надзора за соблюдением законов. Вначале это был институт фискалов, затем – прокуратура.

Фискалитет, безусловно, на одном из этапов своего развития, сыграл положительную роль в обеспечении единообразного применения законов, и даже в борьбе с преступностью.

Однако признать, что он был старшим, да еще и кровным братом прокуратуры, было бы слишком смело. В то же время было бы глупо отрицать, что институт фискалов стал той предтечей, которая подготовила императора к мысли об учреждении в России прокуратуры.

Хотя со всей уверенностью можно утверждать, что для принятия такого решения у государя были и другие резоны.

Должности фискалов были учреждены указами от 2 и 5 марта 1711 года. Обер-фискал состоял при Правительствующем сенате, но назначался непосредственно государем. Фискалы образовывались при всех центральных и местных органах: коллегиях, канцеляриях, судах и др. В их основную обязанность входило «тайно проведывать, доносить и обличать»

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

обо всех нарушениях закона, злоупотреблениях, воровстве и всем прочем, что «во вред государственному интересу может быть». С этой целью они принимали «доносы» от частных лиц, имели право посещать все присутственные места, требовать для просмотра дела и документы.

Довольно скоро оказалось, что в деятельности самой фискальной службы имеется множество недостатков. Обер-фискал имел право в случае обнаружения злоупотреблений со стороны сенаторов вызывать их в суд. Однако воспользоваться этим правом он фактически не мог – ведь он подчинялся тому же Сенату. К тому же кроме того, пользуясь весьма широкими полномочиями и не чувствуя должной ответственности, многие фискалы не прочь были поживиться за счет тех мест, при которых они состояли, сами, таким образом, погрязнув в лихоимстве и злоупотреблениях. Их стали почти открыто ненавидеть, и само слово «фискал» приобрело такое же значение, как «ябедник», «доносчик».

Большая государственная печать Петра I. Нач. XVIII в.

Мало помог и указ Петра I «О должности фискалов», изданный в 1714 году, в котором прямо прописывалась ответственность фискалов за ложные доносы. Кроме того, оставался без контроля и присмотра высший государственный орган – Правительствующий сенат.

Правда, иногда государь поручал контролировать сенатскую деятельность наиболее довеА. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

ренным лицам, таким как генерал-ревизор Зотов и обер-секретарь Сената Щукин, и даже отдельным офицерам гвардии. Но эти функции они выполняли временно, эпизодически.

Петр I, принявший в 1721 году титул императора, понимал, что нужно создать новый институт общества, стоящий как бы над Правительствующим сенатом и над всеми другими государственными учреждениями, который бы ревностно следил, как принятые им законы выполняются – ведь практически отовсюду выглядывала дореформенная Россия, одетая в новый европейский кафтан, который ей везде жал и дисциплинировал, чем создавал большое неудобство. Таким органом стала прокуратура. Указ о ней состоялся 12 января 1722 года.

Вслед за этим были учреждены прокуроры и при надворных судах.

И если точкой отсчета учреждения органов прокуратуры мы вполне справедливо считаем 1722 год, то историю развития института власти прокурора смело можно отслеживать с более давних лет – с середины XVII века. Именно в те времена, как показывает анализ законодательства, начинают вполне зримо складываться предпосылки к возникновению прокуратуры в нашем Отечестве. Чуть более 70 лет потребовалось России, чтобы утвердиться в необходимости создания прокуратуры. Срок для матери-истории более чем скромный.

Именной указ

1722 Января 12. Именной, данный Сенату. – О обязанностях Сенатских Членов, о заседании Президентов Воинских Коллегий, Иностранной и Берг-Коллегий в Сенате, о бытии при Сенате Генерал и Обер-Прокурорам, Рекетмейстеру, Экзекутору и Герольдмейстеру, а в каждой Коллегии по Прокурору; о выбирании Кандидатов к оным местам, и о чинении при сем выборе и балотировании присяги по приложенной форме.

Понеже правление сего Государства, яко нераспоряженного пред сим, непрестанных трудов в Сенате требует, а Члены Сенатские, почитай все свои Коллегии имеют: того ради не могут оного снесть, сие с начала не осмотря учинено, что ныне исправить надлежит, сие и прочее к тому надлежащее, как следует:

1. Чтоб кроме двух Воинских Коллегий и Иностранной, выбрать иных Президентов, а именно: в Юстиц, в Камер, в Коммерц, в МануфактурКоллегии, и в Статс-Контору. Надлежало бы и в Берг-Коллегию, но заобычного не знаю, того ради пока такой сыщется, быть по старому; также в Сенат прибавить из Министров, которые ныне при чужестранных Дворах, дабы Сенатские Члены партикулярных дел не имели, но непрестанно трудились о распорядке Государства, и правом суде, и смотрели бы над Коллегиями, яко свободные от них; а ныне сами будучие во оных как могут сами себя судить?

2. Президенты Воинских Коллегий и Иностранной и Берг-Коллегии должности не будут иметь ходить в Сенат, кроме нижеписанных причин:

1) Когда какие нужныя ведомости. 2) Когда новый какой указ в Государстве публиковать надлежит. 3) Когда суд генеральной. 4) Или какое новое дело, решения требующее. 5) Когда Я присутствую. Понеже довольно дела будет каждому в своей Коллегии.

3. Ревизион-Коллегии быть в Сенате понеже едино дело есть, что Сенат делает и не разсмотря тогда учинено было.

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

4. Надлежит быть при Сенате Генерал-Прокурору и Обер-Прокурору, также в всякой Коллегии по Прокурору, которые должны будут рапортовать Генерал-Прокурору; также надлежит быть при Сенате Рекетмейстеру, Экзекутору и Герольдмейстеру, или иной какой чин, кто б Дворян ведал и всегда представлял к делам, когда спросят.

5. Ныне ни о чем так надлежит трудиться, чтоб выбрать и Мне представить Кандидатов в вышеписанные чины; а буде за краткостью времени всех нельзя: то чтоб в Президенты Коллегий и в Генералы и Обер-Прокуроры выбрать, что необходимая есть нужда до наступающего карнавала учинить, дабы постам испрашивать в делах было можно; в сии чины дается воля выбирать из всяких чинов, а особливо в Прокуроры, понеже дело нужно есть.

6. И понеже Юстиц-Коллегия касается до всего Государства, и чтоб не нарекали, что выбрали кого по какой страсти: того ради кажется лучше учинить так, чтоб выбрали в Кандидаты в Сенат двух, или трех всеми Офицеры, которые здесь, трех же также из Дворян отобрать лучших человек сто, и им также трех, и когда выберут, тогда позвать всех тех, кои выбрали Кандидатов в столовую и велеть балотировать. При сем выборе и балотировании присягать.

Шесть дней спустя императором учреждаются должности прокуроров в надворных судах.

Форма присяги балотирующим:

Я нижеименованный обещаюся и клянуся всемогущим Богом, что, по Его Императорского Величества указу, определенное ныне балотирование и избирание в чины представленных Господ штаба, и Царедворцов, чинить мне ни для какой страсти, свойства, дружбы или вражды, но по самой истине, как я пред Богом и страшным Его судом в том ответ дать могу, и как суще мя Господь Бог да поможет. Аминь.

Января 18. Именной.

– О бытии в Надворных Судах Прокурорам и о принятии доносов от Фискалов и людей посторонних.

1. Прокурорам быть и в Надворных Судах… (Полное собрание законов Российской империи. Т. 5. СПб., 1830. № 3877, 3880.) Фискалитет, с учреждением прокуратуры, утратил самостоятельное значение. Оберфискал (с 1723 года – генерал-фискал) был подчинен непосредственно генерал-прокурору.

Фактически же фискальная служба оказалась ненужной, но окончательно она была ликвидирована только при императрице Екатерине II (в 1775 году).

Прокуратура создавалась в России, прежде всего, как орган императорской власти, осуществляющей от ее имени и по ее поручению повсеместный и постоянный надзор и контроль за решениями Правительствующего сената, других центральных и местных учреждений. Полномочия, методы и формы работы, а также задачи, стоящие перед генерал-прокурором, в корне отличались от тех, которые были раньше у фискалов. Генерал-прокурор А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

обязан был не только, а точнее сказать, не столько фиксировать нарушения закона, сколько их предупреждать. И на это ему были даны полномочия – он мог приносить протест с правом приостановления дела, о чем сообщал императору.

*** Первым генерал-прокурором 18 января 1722 года стал Павел Иванович Ягужинский.

Представляя сенаторам генерал-прокурора, император Петр I сказал: «Вот мое око, коим я буду все видеть. Он знает мои намерения и желания; что он заблагорассудит, то вы делайте;

а хотя бы вам показалось, что он поступает противно моим и государственным выгодам, вы однако ж то выполняйте и, уведомив меня о том, ожидайте моего повеления».

*** Первый в истории государства Российского генерал-прокурор граф П. И. Ягужинский родился в семье бедного литовского органиста. Не имея почти никакого образования, с юных лет начал службу при фельдмаршале Головине. В 1701 Петр I, завороженный А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

умом, выдающимися способностями и образной красивой речью юноши, зачислил его в Преображенский полк, а затем «пожаловал» в денщики (так назывались тогда флигель-адъютанты). С этого времени начинается стремительная и блестящая карьера Ягужинского, ставшего одним из любимцев русского царя. В 27 лет он уже камер-юнкер и капитан Преображенского полка, затем генерал-адъютант, генерал-майор и, наконец, генерал-лейтенант. Прекрасно владевший несколькими иностранными языками, умный и ловкий, он неоднократно выполнял важные дипломатические миссии: вел переговоры с королями Дании и Пруссии, участвовал в работе ряда международных конгрессов, часто сопровождал царя в заграничных поездках.

18 января 1722 император назначил Ягужинского первым генерал-прокурором Правительствующего сената.

П. И. Ягужинский довольно быстро занял ключевые позиции в государственных делах, играя, по существу, роль второго лица в империи после Петра I. По выражению русского историка В. О. Ключевского, генерал-прокурор становился маховым колесом всего управления. Императора вполне удовлетворяла активная деятельность Ягужинского, и он во всем поддерживал его. Петр не раз говорил своим приближенным: «Что осмотрит Павел, так верно, как будто я сам видел».

При преемниках Петра I П. И. Ягужинский в полной мере познал как взлеты, так и падения. Во время заговора «верховников» был обвинен в измене и арестован, но после кратковременного заточения вышел еще более могущественным. Он продолжал удерживать за собой пост генерал-прокурора, хотя теперь уже редко исполнял прокурорские обязанности.

Павел Иванович Ягужинский имел чин действительного тайного советника, был сенатором и обер-шталмейстером. При императрице Анне Иоанновне стал графом и ее кабинет-министром. Имел многие российские ордена, включая орден Св. Андрея Первозванного.

Граф П. И. Ягужинский умер 6 апреля 1836; погребен в Невском монастыре.

Прошло более трех с половиной месяцев, прежде чем появился указ, четко очерчивающий функции генерал-прокурора и прокуратуры в целом: «О должности Генерала-Прокурора» (27 апреля 1722 года). Русский исследователь В. И. Веретенников нашел пять редакций «Должности». Название самой ранней из известных редакций «Должности», найденной среди документов, относящихся к 18–20 января 1722 года, «О генерал-прокуроре, то есть стряпчем от государя и от государства», отличалось от названия окончательной. Первый пункт этой редакции остался практически без изменений. Другие пункты первой и последующих редакций «Должности» претерпели существенные изменения. По первоначальному замыслу Петра I генерал-прокурор должен был выступать в роли высшего должностного лица в государственном аппарате, в руках которого сосредоточивался бы надзор за правильным и законным ходом управления страной, и прежде всего, в ее центральных учреждениях, то есть быть как бы «сердцем всего государства». Предполагалось, что генерал-прокурор должен стоять на страже интересов императора, государства, церкви и всех граждан, которые не могут сами в достаточной степени защитить свои права.

Впоследствии Петр I отказался от такой всеобъемлющей функции генерал-прокурорской должности, ограничив ее надзором за деятельностью всех государственных органов, и прежде всего Правительствующего сената.

1.

Генерал Прокурор повинен сидеть в Сенате и смотреть накрепко, дабы Сенат свою должность хранил во всех делах, которые к Сенатскому рассмотрению и решению подлежат, истинно ревностно, и порядочно без потеряния времени по регламентам и указам отправлял, разве какая законная причина ко отправлению ему помешает, что все записывать повинен в свой юрнал; также накрепко смотреть, чтоб в Сенате не на столе только дела вершились, но самым действом по указам исполнялись, в чем он должен спрашивать у тех, кто на что указы получил, исполнено ль по них в такое время, в которое начало и совершенство оного исполнено быть может; и буде не исполнено, то ему ведать надлежит, для какой причины:

не возможность ли какая помешала или по какой страсти или за леностию и о том немедленно Сенату [доносить] предлагать должен для чего повинен иметь книгу, в которой записывать на одной половине, в которой день какой указ состоялся, а на другой половине записывать, когда что по оному указу исполнено или неисполнено, и для чего и протчие обстоятельства нужные вносить.

2.

Также должен накрепко смотреть, дабы Сенат в своем звании праведно и нелицемерно поступал; а ежели что увидит противное сему, тогда в тот же час повинен предлагать Сенату явно и с полным изъяснением, в чем они или некоторые из них не так делают, как надлежит, дабы исправили; а ежели не послушают, то должен в тот же час протестовать, и оное дело остановить и немедленно донесть нам, если весьма нужное, а о протчих в бытность нашу в Сенате или помесячно, или понедельно, как указ иметь будет; також надлежит Генералу Прокурору в доношениях явных, которые он будет подавать нам, осторожно и рассмотрительно поступать, дабы напрасно кому бесчестия не учинить.

Таким образом, ежели увидит, какое дело хотя и противное ему покажется, да не ясно, или два вида имеются, то, протистациею остановя, не тот час доносить, но посоветовать, с кем он заблагорассудит; и ежели увидит, что подлинно так, то доносить нам; однакож более недели в том не мешкать;

а ежели зело ясно, то немедленно доносить також не медля более недели, не отговариваясь никакими нуждами, разве мы будем в отлучении, то однакож письмом в то же время написанным и немедленно с нарочным послать; а ежели какое неправое доношением учинит по какой страсти, то будет, и сам наказан по важности дела [тому же повинен, чему б достойны те были, на кого доносил].

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

3.

Должен смотреть над всеми прокуроры, дабы в своем звании истинно и ревностно поступали; а ежели кто в чем преступит, то оных судить в Сенате. И должен все прокурорские доношения предлагать Сенату и инстиговать, чтоб по них исполнено было также, ежели на прокураторов будут доношении, что они званий своих истинно и ревностно не исполняют, то их в суд представлять Сенату.

4.

–  –  –

7.

Фискалы в коллегиях и надворных судах должны доносить о всем своим прокурорам; а земских судов фискалы – в земских судах; а ежели в тех судах не будут следовать и праведно исправлять, то доносить в коллегиях и надворных судах прокурорам же, о чем где надлежит; а ежели прокуроры по тем доношениям будут мешкать взысканием чрезвычайное время или манить, о том должны фискалы доносить обер-фискалу, а оберфискал Генералу Прокурору; а ежели и обер-фискал не донесет или станет мешкать в том, то прямо Генералу Прокурору доносить и на обер-фискала.

8.

Все о важных делах указы так же, ежели не исправление какое будет, в которых управителях, что розыску или доправки какого штрафа на оных посылать не на почте, но с посыльными [что] от Эксикутора, дабы с полным репортом всегда возвращались, что сделано или зачем нельзя было сделать; а в коллегии и прочие ближние места указы посылать с Эксикутором, дабы рапорты в Сенат письменные от Президентов приносил, которого числа оные из Сената получили, которые должно вносить в книгу, дабы [мочно] ежели в такое время, в А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

–  –  –

9.

Генерал и обер прокуроры ничьему суду не подлежат, кроме нашего, а ежели во отлучении нашем явится в тяжкой и времени нетерпящей вине, яко измене, то Сенат может арестовать и розыскивать, а дело приказать иному кому; однакож никакой пытки, экзекуции или наказания не чинить.

10.

И понеже сей чин, яко око наше и стряпчий о делах государственных, того ради надлежит верно поступать, ибо перво на нем взыскано будет; и ежели что поманит, или иное какое дело ведением и волею преступит, то, яко преступник указа и явный разоритель государства, наказан будет; буде же всему не вымыслом, то денежным штрафом или по рассмотрению нашему наказан будет.

11.

О которых делах указами ясно не изъяснено, о тех предлагать Сенату, чтоб учинили на те дела ясные указы; и как сочинят, доносить нам; и ежели в пополнение сей инструкции что усмотрит, о том доносить же.

12.

–  –  –

Примечание:

1) все, что в подлинных текстах прибавлено собственноручно Петром, напечатано жирным шрифтом;

2) все, что в подлинных текстах зачеркнуто, напечатано в прямых [] скобках.

Ближайшим помощником генерал-прокурора и его заместителем, обер-прокурором, Петр I назначил гвардейского офицера Григория Григорьевича Скорнякова-Писарева, который хорошо проявил себя по некоторым делам в Тайной канцелярии. Однако отношения Ягужинского и Скорнякова-Писарева вскоре стали натянутыми. Генерал-прокурор признавался, что его «помощник криво толкует государевы указы». Не прошло и года, как после острого конфликта в Сенате Скорняков-Писарев был вынужден уступить место лейб-гвардии капитану И. И. Бибикову, который до этого был прокурором Ревизион-коллегии. На этой должности он оставался до 1727 года, а затем возглавлял Ревизион-коллегию и Камер-коллегию, был губернатором в Иркутске и «главным командиром» в Малороссии.

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

*** Положение первого генерал-прокурора было сложным и довольно неопределенным.

Император, человек исключительно деятельный и активный, зачастую сам выполнял обязанности своего генерал-прокурора, ездил в Правительствующий сенат и строго следил за решениями последнего, поэтому Ягужинский вначале играл роль как бы посредника между Петром I и Сенатом, постоянно получая от государя конкретные поручения.

Письмо императора Петра I генерал-прокурору П. И. Ягужинскому от 20 мая 1724 года Г. генерал-прокурор, которые прокуроры от коллегий здесь в Москве, прикажи им, чтоб они свои конторы здесь гораздо посмотрели, так ли делается, как надобно, и ежели что не так, чтоб тебе рапортовали, и оных бы, сыскав и освидетельствовав, наказать понеже за глазами, чаю, много диковинок есть.

(История Правительствующего Сената за 200 лет. СПб., 1911. Т. 1. С. 220.)

Подпись царя Петра

Постепенно П. И. Ягужинский и его помощник, обер-прокурор, расширяли сферу своей деятельности. Главное внимание они сосредоточили на контроле за повседневной деятельностью Правительствующего сената. Генерал-прокурор прилагал немало усилий, чтобы навести там элементарный порядок. Очень скоро Ягужинский сумел занять ключевое место в государственном управлении. Русский историк В. О. Ключевский писал: «Генерал-прокурор, а не Сенат становился маховым колесом всего управления; не входя в его состав, не имея сенаторского голоса, был, однако, настоящим его президентом, смотрел за порядком его заседаний, возбуждал в нем законодательные вопросы, судил, когда Сенат поступал право или неправо, посредством своих песочных часов руководил его рассуждениями и превращал его в политическое сооружение на песке».

Даже иностранцы отмечали, что генерал-прокурор по своей силе и влиянию стал вторым лицом в государстве.

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Предложения, которые давались Ягужинским Правительствующему сенату по тем или иным вопросам, как правило, почти дословно воспроизводились последним. Вот одно из таких предложений, данное им совместно с обер-прокурором И. И.

Бибиковым:

–  –  –

Хотя по генеральному регламенту 8 главы надлежит в коллегиях президентам между советниками и ассесорами иметь трудов разделение и над ними смотреть, чтоб оные о поверенных им делах с надлежащим старанием попечение имели; тако же в специальных коллежских инструкциях положено, ежели которая коллегия к лучшему порядку и государственной пользе что усмотрит, о том повелено доносить в Сенат, понеже в коллегиях не токмо того не чинится, но и то, что в генеральном регламенте о разделении трудов ясно изображено, не исполняют, отчего в делах происходит великое затруднение и продолжение, а челобитчикам

– волокита, а особливо в вотчинной коллегии, где большая часть дел неспорных и легких находится, а именно: 1. записка по купчим и закладным;

2. справка за детьми после отцов и других родственников по наследству;

3. по челобитью о даче выписей на их дачи, и прочие тому подобные и неспорные дела, которые б, ежели разделение трудов по регламенту было, то вершить безволокитно можно, но того не учинено; а дела слушают по реестру, так что за продолжением одного спорного дела таких малых не слушают и не решают; к тому ж прежде такие поместные дела бывали в особых приказах, а именно: низовых городов в Казанском приказе, Белгородского и Севского разрядов, в разряде Смоленской шляхты, в приказе княжества Смоленского; а ныне все те дела в одной вотчинной коллегии быть имеют.

А понеже ту коллегию все помещики, большие и малые, за крепкий фундамент содержат; и для того, хотя для малого дела, из дальних провинций и городов, за несколько сот, а иные – и тысяч верст приезжать в Санкт-Петербург принуждены; и за таким непорядком челобитчики имеют долговременную волокиту.

Пр. Сенат да соизволит рассудить, что, когда такого разделения в трудах между членами не будет, то в делах и впредь никакого успеху быть не может, понеже, хотя в каждой коллегии присутствуют многие персоны, однако все за один глаз и за одно ухо почитаются, а рассуждение разное имеют.

Того ради к лучшему порядку следующее представляется: 1. Чтоб повелено было всем коллегиям указами подтвердить, дабы в разделении трудов между членами поступали по регламенту неотменно; и которому члену что на собственной его труд определится, то он имеет прилежно смотреть, чтоб то дело без опущения времени происходило; паче же долженствует он все обстоятельства того дела рассмотреть, и, в чем состоит, к решению коллегии предложить; а кому какое дело в смотрение определится, о том для ведома подать в сенат ведомости. 2. В вотчинной коллегии для таких вышеозначенных малых и неспорных дел отделить бы А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

особого члена и придать ему секретаря и прочих канцелярских служителей, который бы такие дела решал безволокитно, и челобитчиков до волокиты не допускал; токмо спорных и сумнительных дел ему не решать, а представлять всей коллегии; а когда какия дела решить, о том ему подавать коллегии рапорты, которые для ведома записывать в протокол; и быть у тех неспорных дел из членов с переменою погодно, или другим образом учинить, чтоб все дело разделить всем советникам по части; а когда спорное дело случится, то представлять и решать всей коллегии. 3.

Которые дела прежде сего были в особых приказах, а именно: Казанского, Белгородского и Севского разрядов и княжества Смоленского, те положить на губернаторов (понеже оные имеют у себя несколько асессоров), чтоб за дальним расстоянием челобитчики в Санкт-Петербург приезжать были не принуждены; а ежели решат какое дело в противность указом, и в том будут на них челобитчики, – таким чинить апелляцию в Вотчинную коллегию. Павел Ягужинский. Иван Бибиков.

(Веретенников В. И. Очерки истории генерал-прокуратуры в России доекатерининского времени. Харьков, 1915. С. 98—102.) Функции генерал-прокурора по отношению к подчиненным прокурорам закреплялись в пункте третьем указа «О должности генерал-прокурора», в котором говорилось, что он должен «смотреть над всеми прокурорами, дабы в своем звании истинно и ревностно поступали».

Подобно тому, как генерал-прокурор был «оком» государя, все подчиненные ему чины прокурорского надзора были «оком» генерал-прокурора. Прокуроры при коллегиях, надворных судах и других учреждениях, губернские прокуроры были независимы от местных органов, действовали именем генерал-прокурора под его непосредственным наблюдением и покровительством.

Заметив нарушение, прокурор вначале устно предлагал устранить его, а если это не помогало, использовал право принесения протеста, который приостанавливал исполнение того действия или постановления, где прокурор усмотрел нарушение. Генерал-прокурор, получив «доношение» своего подчиненного, как правило, «инстиговал» его, то есть принимал меры к быстрому и правильному рассмотрению. Зачастую по таким «доношениям», с подачи генерал-прокурора, принимались специальные сенатские решения.

Вот одно из них:

–  –  –

По доношению Московскаго надворнаго суда прокурора князя Василья Гагарина, которое предложено от генерала лейтенанта и генерала прокурора и кавалера Ягужинскаго: 1) по делу крачего господина Салтыкова людей его Якова Максимова, Василья Герасимова в убийстве двух человек крестьян по приказу человека ж его, который был в селе Кимре приказчиком А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Михайла Архипова, да попа Михайла Михайлова, которого человек и попа да оговорного человека писаря Дмитрия Сарыгина оный г. Салтыков упрямством своим в тот надворный суд не ставит, в чем держаны были люди его многое время, токмо и за тем держанием оных оговорных не поставил; и за тою непоставкою из означенных убойцев Як. Максимов, сидя за караулом многое время, без розыску и без очных ставок умре; и за таким де укоснением опасно, дабы и оставший убийца за непоставкою тех его оговорных людей без розыску и без очных ставок не умер, что исследовать будет некем… Вышеозначенного его Салтыкова человека Михайла Архипова, буде он в Санкт-Петербурге, взяв немедленно в Юстиц-коллегию, послать в Московский надворный суд за караулом на ямских подводах на коште его, г.

Салтыкова. А буде того человека в Санкт-Петербурге нет, то взять у него, г. Салтыкова, в Юстиц-коллегии сказку, чтоб он того человека поставил в Москве в надворном суде на поверстный срок по указу, объявя ему, буде он на тот срок не поставит, тогда взят и держан будет сам в Сенате.

(Веретенников В. И. Очерки истории генерал-прокуратуры в России доекатерининского времени. Харьков, 1915. С. 86–87.) Как видно из приведенного протокола, Правительствующий сенат полностью согласился с мнением прокурора Московского надворного суда и даже пригрозил карой всесильному вельможе Салтыкову, если он не выполнит его требований.

*** При преемниках Петра I прокуратура переживала не лучшие свои времена. В 1726 году П. И. Ягужинский, оставаясь формально в должности генерал-прокурора, отправился с дипломатической миссией в Польшу. Его место в Сенате занял обер-прокурор Бибиков, а последнего сменил Воейков. Фактически прокуратура, как надзорный орган, пришла почти в полное забвение. В 1730 году императрица Анна Иоанновна предприняла попытку восстановить прокуратуру в прежней силе. Она издала для этого специальный указ.

Ныне небезызвестно нам есть, что в коллегиях и канцеляриях в государственных делах слабое чинится управление и челобитчики по делам своим справедливого и скорого решения получить не могут и бедные от сильных утесняемы, обиды и разорения претерпевают… Для отвращения всего этого был учрежден чин генерал-прокурора и ему помощника оберпрокурора при Сенате, а в коллегиях – прокуроров… А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Быть при Сенате генерал и обер-прокурорам, а при коллегиях и в других судебных местах – прокурорам и действовать по данной им Должности.

И для того ныне в Сенат, покамест особливый от нас генералпрокурор определен будет, иметь в должности его надзирание из членов сенатских генералу Ягужинскому, а в его дирекции в должность оберпрокурора быть статскому советнику Маслову, а прокуроры ж в коллегии и канцелярии, в которые надлежит, определяются немедленно.

(История Правительствующего Сената за 200 лет, СПб, 1911.) Прошел год, и П. И. Ягужинский после острой схватки с любимцем императрицы Бироном, по свидетельству современников, «с радостью воспринял весть о назначении его послом в Берлин вместо ссылки в Сибирь». Прокуратурой стал управлять Анисим Маслов, человек своеобразный. С одной стороны, он старался не конфликтовать с Правительствующим сенатом, а с другой – иногда проявлял такую твердость, что приводил сенаторов в трепет. Он направил несколько рапортов императрице, в которых гневно обличал недобросовестность и бездельничество некоторых высших сановников и сенаторов. Потом вдруг написал рапорт о бедственном положении крепостных крестьян и внес предложение ограничить власть помещиков, сославшись при этом на волю Петра I. Он нашел в архивах проект указа, который предписывал Сенату обсудить способ «неотяготительного сбора подушной подати и установить меру крестьянских оброков и работ на господ». Сенаторы переполошились, не зная, как им поступить. Идти открыто против проекта, составленного по поручению Петра Великого, они не могли, а согласиться с указом – не хотели. Однако в 1735 году Маслов умер, и Сенат, как писал Ключевский, «вздохнул свободно». На проекте, найденном Масловым, секретарь императрицы, по ее поручению, начертал: «Обождать». Ждать русским крестьянам пришлось долго.

На посту обер-прокурора оказался Ф. Соймонов. Это был довольно решительный и активный прокурор, но он не имел по существу никакого влияния при Высочайшем дворе, а поэтому и роль прокуратуры в государственных делах оказалась незначительной.

*** 28 апреля 1740 года новым генерал-прокурором Сената был назначен князь Никита Юрьевич Трубецкой, однако в полную силу он стал работать на этой должности только после восшествия на престол Елизаветы Петровны.

*** Учился за границей, «в немецких землях», где получил блестящее образование. Свободно говорил по-немецки, был умен, деятелен, начитан. Службу начал в 1719 «при дворе волонтиром», но вскоре занял место денщика императора. Через три года получил чин серА. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

жанта Преображенского полка, а в 1727 – прапорщика. К 1730 г. он уже был генерал-майором и подпоручиком Кавалергардского полка.

В молодости Н. Ю. Трубецкой входил в члены так называемой «ученой дружины», объединявшейся вокруг Ф. Прокоповича. Дружил с русским поэтом и дипломатом А. Д. Кантемиром и, по отзыву последнего, «сам не худые стихи составлял».

Князь Трубецкой участвовал в военных кампаниях против Польши и Турции, выполняя обязанности генерала-кригскомиссара, т. е. заведовал денежным и вещевым снабжением войск. 28 апреля 1740 Никита Юрьевич Трубецкой назначается генерал-прокурором Правительствующего сената. В этой должности оставался в течение 20 лет. По словам самого Трубецкого, при вступлении в должность, он нашел прокуратуру в запустении. Преодолевая большие трудности, генерал-прокурор стал подбирать себе «добрых и надежных помощников». Через некоторое время Трубецкой получил все прежние «прерогативы верховной власти», что позволило ему значительно возвыситься.

По поручению императрицы Трубецкой иногда выступал и в роли высшего судьи в государстве. Он председательствовал в комиссиях, судивших Б. К. Миниха, А. И. Остермана, М. Г. Головкина и А. П. Бестужева-Рюмина.

Н. Ю. Трубецкой был награжден многими российскими орденами. 5 сентября 1756 произведен в генерал-фельдмаршалы. В 1760 г. он покинул свой прокурорский пост и был назначен президентом военной коллегии, а спустя два года вышел в отставку «с полным пенсионом».

Князь Н. Ю. Трубецкой скончался 16 октября 1767; погребен в Архангельской церкви Чудова монастыря.

О том, в каком положении находились органы прокуратуры, когда их возглавил

Н. Ю. Трубецкой, наглядно свидетельствует следующий доклад генерал-прокурора:

–  –  –

В 1740 году апреля 28 дня Ея ж Имп. Вел. имен. указом определен ген. – прокурором из нас всепоследнейших д. т. с. кн. Никита Трубецкой.

И понеже ныне в сенатской конторе и во многих коллегиях и в прочих судебных местах и губерниях прокуроров почти никого нет, а в некоторых, малых, хотя и есть, токмо люди уже зело престарелые и к тому неспособные; и для того, дабы ген. – прокурор, имея себе во всех местах добрых и надежных помощников, по званию его подлежащие взыскания и к скорейшему дел произвождению понуждении чинить и во всех местах правосудие наблюдать мог, назнача во все подлежащия места вновь достойных людей, октября 31 дня того ж 1740 г. с показанием, в некоторых местах прежде каких рангов были и ныне необходимо быть подлежит, и в которых местах не были, и в которых ж, буде хотя и определены не будут, впредь до рассмотрения великой нужды не признавается, – представлен был А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

реестр, который ноября 3 дня того ж 1740 г. в правление бывшего герцога Курляндскаго был и апробирован; а потом, в том же 1740-м году декабря 15 числа в правление принцессы Брауншвейг-Люнебургской (происком графов Остермана и Миниха, дабы их в адмиралтейской и военной коллегиях, которые в их ведении тогда состояли, дел видеть было не можно) оная апробация до рассмотрения впредь оставлена; и некоторые потом из оных представленных определены в другие чины, а ген. – прокурор отправлен в Ригу. По возвращении же генерала-прокурора от порученной ему комиссии из Риги, хотя по представлению его сентября 17 дня сего года в Правит.

Сенат обер-прокурором действительный камергер Брылкин и определен, однако в прочие места прокуроров по двукратным представлениям и поныне еще не определено.

(Веретенников В. И. Очерки истории генерал-прокуратуры в России доекатерининского времени. Харьков, 1915. С. 180–181.) Князь радел за государственные дела и при необходимости смело опротестовывал решения Правительствующего сената. Генерал-прокурор елизаветинского времени исполнял те же надзорные и контрольные функции, что и его предшественник. От подчиненных ему прокуроров требовал, чтобы они с «наиприлежнейшим трудом крепкое и неослабное смотрение и старание имели» за всеми делами, решения «чинили по указам» и «безволокитно», а на все нарушения и отступления от закона делали вначале устный, а если «не возымеет действие», то и письменный протест.

Однако он утратил то глубокое проникновение в государственные дела, которое имел Ягужинский, стоявший близко к трону. Чтобы располагать необходимыми сведениями о состоянии законности в стране, надо было хорошо отладить работу подчиненных прокуроров, направить ее в нужное русло. С этой целью Трубецкой направил прокурорам несколько обширных инструкций и наставлений.

–  –  –

…С наиприлежнейшим Вашим трудом крепкое и неослабное смотрение и старание иметь;

1. дабы в Пр. Сенат доношения и доклады подаваны были с крепким смотрением о таких делах, кои уже необходимо к решению Пр. Сенату принадлежат, и самой той коллегии решить будет неможно и на что точных указов нет, и во оных все обстоятельства и основательное мнение подписывать так, как указы повелевают; а о непринадлежащем к сенатскому решению, и на что точные указы есть, отнюдь ни о чем не представлять; 2. по интересным, яко то по указам и по присылаемым из губерний и провинций доношениям, и по челобитчиковым делам рассмотрений и решений чинить по указом без всякого продолжения в указанные сроки по регламенту и указом, а особливо челобитчиком волокиты не чинить; и коллегии о том наивсегда предлагать и накрепко смотреть, дабы в решении челобитчиковых дел никому сверх указанного времени продолжения и волокиты отнюдь чинено не было, и колодники б А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

долговременно отнюдь держаны не были, и имеющиеся об них дела без всякого продолжения исследованы и решены были по указом; и в том во всем наиприлежнейше неусыпно по Вашей должности старание иметь. И для такого без упущения дел исправления коллегии надлежащим пристойным образом предлагать, чтоб заседание иметь изволили неотменно во все дни, и приезжать в указанные часы по регламенту; буде ж таковых запущениев умножится, то и после обеда приезжать, как о том прежними указами подтверждено, ибо за неисправление и за несмотрение Ваше всего вышеписанного поступлено будет с Вами по силе инструкции без всякого послабления. И для того и паки чрез сие вам наикрепчайше все вышеписанное в непременное исполнение рекомендуется.

(Веретенников В. И. Очерки истории генерал-прокуратуры в России доекатерининского времени. Харьков, 1915. С. 228.) Много внимания генерал-прокурор Н. Ю. Трубецкой уделял «доношениям» своих подчиненных. Когда нужно – поддерживал их в Правительствующем сенате, при необходимости давал прокурорам разъяснения и поручения. Ни одно обращение он не оставлял без внимания.

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Елизавета Петровна Конечно, основная обязанность Н. Ю. Трубецкого, как генерал-прокурора, была сидеть в Сенате и смотреть, чтобы Сенат «свою должность хранил и во всех делах, которые к сенатскому рассмотрению и решению подлежат, истинно, ревностно и порядочно, без потеряния времени по регламентам и указам отправлял». Однако сенаторы часто отступали от этого требования. Нередко там не только допускалась волокита по делам, но не сохранялась даже государственная и военная тайна, что особенно беспокоило императрицу Елизавету Петровну. Она вынуждена была специально обратить на это внимание сенаторов, генерал-прокурора и обер-прокурора.

В именном указе от 27 октября 1744 года она писала:

Именной указ императрицы Елизаветы Петровны, данный 27 октября 1744 г. сенаторам, генерал– и обер-прокурорам о хранении в тайне производящихся в Сенате дел Указ Нашим сенаторам, генералу и обер-прокурорам.

Вы знаете, как нужно содержать в секрете дела государственные нужные и что открытие оных приносит государству невозвратный вред, и Мы, надеяся на вашу верность и знание нужды в содержании секрета, А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

вверяем вам Наши государственные секретные дела по отправлению, для чего при Сенате экспедиция секретная есть. Но с великим прискорбием увидели Мы, что из Сената дела Наши, подлежащие к содержанию в вышшем секрете, выходят наружу и вскоре дошли не токмо до Наших подданных, кому ведать не надлежит, но и до чужестранных, при дворе Нашем обретающихся министров, от которых наипаче должно охраняться, дабы непроведали нужных государства Нашего дел и не могли употреблять оных в пользу своих государей, а во вред государству Нашему; а именно дело о Зенгорском владельце Галдан-Черене увидали чужестранные министры в самых тех числах сентября, в которых оное дело еще было отправляемо в Сенат, и что для того собрания сенатские были, да так точно, что все подробности того дела, яко о числе имеющего нападать неприятеля и определяемых Наших ко отвращению того неприятеля войск, сходно с самым делом знали. И тако сие стало быть явное и злейшее предательство государства Нашего, ибо пограничные с Нами области, видя Наше государство в нынешнее настоящее время, по благодати Божией, миром пользующееся, не все тому рады, но есть и те, которые ищут токмо способного себе случая напасть войною на Нас, к чему вышеписаннное открытие чужестранным министрам дела Зенгорского явным поводом стало быть, чего Мы от Наших сенаторов, генерала и обер-прокуроров никогда не ожидали. Открытию же вышеписанного дела невозможно быть из иного места, как токмо из Сената, понеже и прежде того приметили Мы, что о некотором деле, определяемом от Нас в Сенат в присутствии Нашем, чужестранные министры узнали прежде, нежели оное в публику вышло, а от Коллегии иностранных дел (хотя то Зенгорское дело токмо между оною коллегиею и Сенатом было) тому открытию быть весьма не чаем, потому что от оной коллегии секретные дела никогда не выходили, о чем никакого слуху, ни виду не было и нет.

Того дня повелеваем Нашим сенаторам, генералу и обер-прокурорам подать Нам ведомость, кто из канцелярских служителей ко отправлению того Зенгорского дела употреблены, и нет ли из них такого, кто б был знаком чужестранным министрам, или их людям, и вхож к ним, или с ними какое обхождение имел, и всякими способами (но токмо секретно) о том выведывать и, ежели что подобное тому за кем явится, о том Нам донесть. Сенаторам же всем и каждому, тако ж генералу и обер-прокурорам объявляем, чтоб впредь с чюжестранными министрами, яко неупотребленные от Нас к делам со оными министрами, никакого приватного обхождения и партикулярных свиданий, и разговоров наедине, и на ухо шептанья (кроме учтивого обхождения как при дворе Нашем, так и в протчих публичных местах бываемого, и церемониальных публичных визит) никто не чинил и от того всяк себя воздерживал; о производящих же в Сенате секретных делах не токмо с чюжестранными и своими, кому о том ведать не надлежит, но и (sic) своими домашними и самыми ближними по родству разговоров не иметь, но все секретное, всем и каждому особливо вверенное, по учиненной о том присяге, содержать в секрете, якоже и сей Наш указ повелеваем содержать в вышшем секрете и канцелярским служителем не объявлять, но по прочтении содержать за печатми всех; а ежели кто против сего Нашего указу явится в преступлении и в том обличен будет, то, кто б он ни был, наказан будет по генералному регламенту, не смотря ни на какие А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

ничьи заслуги. Ежели же содержание сего указа будет ведомо кому иному, кроме до кого сие касается (что от Нас никак утаится не может), то Мы уже ни на кого в том подозрения иметь не будем, как на тех, до кого сие касается. О получении сего указа писмянно рапорт за всех руками подать повелеваем Нам самим.

Елисавет.

В Москве в Головинском дому октября в 27 день 1744.

(История Правительствующего Сената за 200 лет. СПб., 1911. Т. 2. С. 784– 786.) Важнейшей заботой генерал-прокурора князя Н. Ю. Трубецкого был подбор и расстановка кадров прокурорских работников по коллегиям и другим местам, представление к награждению лучших и отличившихся прокуроров. В этом ему помогали его ближайшие сотрудники – обер-прокуроры. Вначале им был И. О. Брылкин, затем Н. Г. Жеребцов, а впоследствии А. И. Глебов.

Все эти вопросы решались, конечно, через императрицу Елизавету Петровну.

*** Князь Н. Ю. Трубецкой занимал высшую прокурорскую должность 20 лет. 15 августа 1760 года на этом посту его сменил князь Яков Петрович Шаховской.

Вот как, по словам самого Шаховского, происходило это назначение. В июле 1760 года Я. П. Шаховской был на балу в Петергофе. Граф И. И. Шувалов, имевший к нему особое расположение, со «знаком особливой дружеской любви» сообщил ему о том, что на днях будет обнародован указ императрицы Елизаветы Петровны о назначении его генерал-прокурором вместо Н. Ю. Трубецкого. Но это «уведомление» нисколько не обрадовало Шаховского, который с «горестным восчувствованием и имея слезы на глазах», сказал И. И. Шувалову: «Сие назначение будет к наибольшему моему злоключению».

Когда изумленный такой реакцией И. И. Шувалов сказал ему, что это назначение – знак неограниченной доверенности к нему Государыни, Я. П. Шаховской ответил: «В оном чину наиглавнейших злодеев иметь буду. Первого, брата твоего, Петра Ивановича, который привык, каким бы то путем ни было, искать и производить в действие свои устремительные намерения; второго, оного генерал-прокурора, коего против воли и желания его от оной должности мною сменят; паче же что по всем местам судьи сделались привыкшими, не по надлежащей строгости законов, но по случаям, могущим господам угодное производить, так что и наиразумнейший и вернорадетельнейший генерал-прокурор со всем своим кредитом премногих дел распутать и в порядок привесть не сможет».

В своих прогнозах Я. П. Шаховской ошибся только относительно бывшего генерал-прокурора Н. Ю. Трубецкого, который, оставив свою высокую должность, никакой неприязни к нему, конечно же, не питал.

В остальном он оказался прав. За свою непродолжительную (менее полутора лет) службу честный, бескорыстный и неподкупный прокурор, пользовавшийся репутацией «строгого законника» и пристально следивший, чтобы в государственных учреждениях все «чинилось порядочно и по указам», имел немало стычек с приближенными к императрице сановниками. Он признавался, что иногда чувствовал себя путешественником, который «с надлежащей большой дороги загнан в болото, наполненное тиною и трясиною, из коего не дорогами, но наудачу, то по колено, то глубже увязая, потеряв силы и отчаясь на твердый берег выйти, близко погибель свою ощущает».

*** С раннего детства воспитывался своим дядей, А. И. Шаховским. Получил хорошее домашнее образование. В 14-летнем возрасте определен в лейб-гвардии Семеновский полк.

За 5 лет выслужил чин поручика и перешел в Конную гвардию. В середине 1730-х служил под началом дяди, который управлял тогда Малороссией. Участвовал в русско-турецкой войне, был во многих сражениях и проявил незаурядное мужество.

В 1740 Шаховской назначается советником в Главную полицию, а затем становится генерал-полицмейстером Петербурга и сенатором. В 1741 императрица Елизавета Петровна перевела его обер-прокурором Святейшего Синода. В своих «Записках», касаясь этого периода, Я. П. Шаховской писал, что «поставил в сердце своем предметом, чтоб во всех случаях, делах и поведении моих чистосердечно поступать, злоковарных же лестей и обманов употреблять гнушаться, а справедливость всему предпочитать». Своим неуемным стремлением к справедливости Яков Петрович нажил много врагов среди членов Синода, котоА. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

рые, по его словам, чуть ли не на коленях просили Елизавету Петровну, чтобы она «удалила» слишком требовательного прокурора.

29 мая 1753 Я. П. Шаховской стал генерал-кригскомиссаром, прослужив в этой должности 7 лет. 15 августа 1760 императрица назначает его генерал-прокурором Правительствующего сената и одновременно конференц-министром. 25 декабря 1761 только что вступивший на российский престол император Петр III отправил Шаховского в отставку, и тот некоторое время «оставался не у дел». Короткое царствование Петра III закончилось дворцовым переворотом. Екатерина II «призвала» Якова Петровича Шаховского на службу, назначив сенатором, а в день своей коронации «пожаловала» ему орден Св. Андрея Первозванного.

1 апреля 1766 действительный тайный советник и сенатор Шаховской по состоянию здоровья вышел в отставку.

Князь Я. П. Шаховской скончался 23 июля 1777 погребен в Малой Соборной церкви Донского монастыря.

На следующий день после назначения Я. П. Шаховского генерал-прокурором, 16 августа 1760 года, императрица Елизавета Петровна, обеспокоенная все более распространявшимися случаями нарушения законов и злоупотреблений в присутственных местах и судах, направила специальный указ Правительствующему сенату. Указ этот фактически стал программой действий нового генерал-прокурора. Вступив в новую для себя и столь ответственную должность, князь Я. П. Шаховской решил сразу же разобраться с состоянием надзорной работы прокуроров, для чего потребовал от них представления обстоятельных докладов.

Чтобы проиллюстрировать, насколько принципиально и смело новый генерал-прокурор отстаивал тогда государственные интересы, приведу только один пример. Речь пойдет о так называемых медных деньгах. Основной противник Шаховского граф П. И. Шувалов, будучи начальником экспедиции по переделке мелких денег, представил в ПравительствуюА. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

щий сенат проект указа, в котором предлагал переделать всю медную монету таким образом, чтобы из пуда выходило не шестнадцать рублей, как было тогда, а тридцать два. Проект этот, на первый взгляд привлекательный, сенаторы, не особенно вникая в суть дела, одобрили.

Категорически возражал против него только генерал-прокурор Шаховской. Он отчетливо понимал вред, который принесло бы государству внедрение в оборот легковесной монеты.

Прокурор протестовал в Сенате, но там его не поддержали.

После этого он написал письмо императрице Елизавете Петровне:

Письмо генерал-прокурора князя Я. П. Шаховского императрице Елизавете Петровне (1761 год) Всемилостивейшая государыня императрица. Правительствующий Сенат в рассуждении по нынешним в казне деньгам недостаткам последуя предложениям и показуемым расчислениям г-на сенатора гр. Петра Ив. Шувалова, согласно определили, чтоб о размножении легковеснейших медных денег план представить к Конференции вашему императорскому величеству. Но я по многим моим диспутам и по показуемым от него, г-на сенатора гр. Шувалова, изъяснениям (которым все прочие господа сенаторы, кроме гр. Александра Ив. Шувалова, который к тому рассуждению не приступил, – следуют) не мог согласиться и за полезное признать оное медных денег умножение; наивящшее же, что за собственноручным подписанием вселюбезнейшего вашего императорского величества родителя и двумя вашего величества, за собственноручным же подписанием, указами ж умножение медных денег вредом почтено.

Все предусматриваемые мною о тех сумнениях и могущие быть в производстве оного нового плана неполезности Правительствующему Сенату, окроме словесных изъяснений, письменно, по должности моей, и с показанием, вместо оного плана, других казне способов предложил.

На которое мое предложение он, г-н сенатор граф Петр Ив. Шувалов, письменное возражение подал, коему Правительствующий Сенат, так же как и прежде, согласуя, остались при учиненном своем (о коем уже я выше упоминал) прежнем определении. Но я, и по всем таким производствам, и доныне не могши преодолеть моих сумнений и опасаясь, чтоб я за премолчание, по должности моей, осужден не был, оное Правительствующего Сената определение и мое на то с протестом предложение так, как инструкция моя повелевает, имею в готовности вашему императорскому величеству к высочайшему рассмотрению и благоволению поднесть и готовым себя представляю пред вашим императорским величеством г-дам сенаторам оные мои в том деле сумнения и признаваемые неполезности, для коих я с ними не согласуюсь, ясно доказать. О чем и ожидать буду вашего императорского величества повеления; а при сем принял смелость, к собственному вашему императорскому величеству сведению, самый краткий экстракт А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

о состоянии и происхождении того дела поднесть. Всемилостивейшая государыня, вашего императорского величества всеподданнейший раб К. Яков Шаховской.

Дня 18 июля 1761 года.

(Империя после Петра. 1725–1765 / Я. П. Шаховской, В. А. Нащокин, И. И. Неплюев. М., 1998. С. 192.) Однако недолго состоял в прямом диалоге с императрицей Шаховской. Уже во второй половине 1761 года Елизавета Петровна, вследствие болезни, почти отошла от государственных дел, и Яков Петрович фактически был лишен возможности лично докладывать ей текущие вопросы. Недоброжелатели же, которых у него было всегда предостаточно, еще более усилили свое давление на генерал-прокурора, так что добросовестно выполнять свои служебные обязанности ему становилось все труднее и труднее. Я. П. Шаховской принял решение подать в отставку.

*** 25 декабря 1761 года, после смерти императрицы Елизаветы Петровны, на престол вступил Петр III. В тот же день должность генерал-прокурора Сената была предоставлена генерал-кригскомиссару Александру Ивановичу Глебову. Новый генерал-прокурор обладал высокой работоспособностью. Каждый день в 8 часов утра он одним из первых являлся во Дворец с докладом к императору. Вскоре Глебов занял при дворе почти такое же положение, как и первый генерал-прокурор П. И. Ягужинский, так как был довольно близок к Петру III и дружен с ним. Характерно, что почти все поручения Правительствующему сенату были написаны рукой Глебова и только подписаны императором. Современники называли его человеком умным, «человеком с головой» (выражение саксонского посланника графа Брюля). Однако он был довольно корыстолюбив, не брезговал «подношениями». Будучи опытным царедворцем, хитрым и изворотливым, А. И. Глебов очень тонко оценил ситуацию, связанную с дворцовым переворотом 1762 года и, несмотря на привязанность к поверженному императору, сразу же поддержал Екатерину II. Молодая императрица, хотя и знала о дурных наклонностях генерал-прокурора, тем не менее, «терпела» его еще полтора года в основном благодаря его исключительным способностям и деловой хватке.

*** Родился в дворянской семье. С детских лет определен сержантом в Бутырский пехотный полк, в составе которого уже в 15-летнем возрасте принимал участие в русско-турецкой войне, штурмовал Очаков. В 1739 в сражении за крепость Славучан получил тяжелое ранение. На военной службе оставался до 1749, после чего перешел в «статскую». Благодаря покровительству графа П. И. Шувалова, сумел занять место обер-секретаря, а в 1756

– обер-прокурора Правительствующего сената. В августе 1760 назначен генерал-кригскомиссаром.

25 декабря 1761 только что вступивший на престол Петр III, хорошо относившийся к Глебову, назначил его генерал-прокурором Правительствующего сената. По поручению императора Глебов подготовил несколько важных законов. Он был одним из авторов известных манифестов: о даровании вольности и свободы всему российскому дворянству А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

и об уничтожении Тайной канцелярии. В феврале 1762 награжден орденом Св. Александра Невского, став таким образом первым александровским кавалером царствования Петра III.

Во время дворцового переворота 1762 Глебов поддержал Екатерину II, которая оставила его генерал-прокурором и поручила совместно с графом Н. И. Паниным руководство только что созданной (на развалинах Тайной канцелярии) Тайной экспедицией, занимавшейся всеми политическими делами. Вскоре положение Глебова при дворе пошатнулось, чему в немалой степени способствовали его сомнительные коммерческие сделки, совершенные еще в бытность обер-прокурором.

3 февраля 1764 императрица сместила Глебова с поста генерал-прокурора, оставив лишь в должности генерал-кригскомиссара. В 1773 «пожалован» в генерал-аншефы. В 1775 получил новое назначение, став смоленским и белгородским генерал-губернатором. Но уже в следующем году ревизия выявила злоупотребления в Главном кригскомиссариате. Глебов был отозван из наместничества, отстранен от всех должностей и отдан под суд. Его признали виновным «в небрежении должности» и исключили со службы.

А. И. Глебов скончался в июне 1790; погребен в своем подмосковном имении Виноградово.

Мало занимаясь организацией работы местной прокуратуры, А. И. Глебов сосредоточил основное внимание на деятельности Правительствующего сената, хозяйственных и финансовых вопросах, в которых он основательно разбирался, подготовке различных узаконений. Именно по этим вопросам к нему поступали многочисленные поручения Екатерины II, которые он исполнял всегда оперативно и аккуратно, в считанные дни давая ответ императрице.

Поручения императрицы Екатерины II генерал-прокурору А. И. Глебову 1762 г. октября 2 дня.

По делам важным, кои касаются до первых двух пунктов и кои принадлежали до Тайной канцелярии, а вступают из разных мест в Сенат, оные распечатывать и определение чинить по оным с ведома нашего вам обще с тайным советником Никитой Ивановичем Паниным, и дела, кои между тем явятся маловажные, оные сжечь, не делая на них сенатских определений.

(Центральный государственный архив древних актов (ЦГАДА), фонд 248, дела канцелярии генерал-прокурора.) Следует заметить, что Тайная канцелярия была уничтожена Манифестом Петра III от 21 февраля 1762 года. Императрица Екатерина II своим Манифестом от 19 октября 1762 года подтвердила уничтожение Тайной канцелярии. Однако еще до этого она поручила создать Тайную экспедицию при Сенате (не оформляя это поручение каким-либо документом). Тогда же она дала и приведенное выше распоряжение генерал-прокурору А. И. Глебову не только вершить суд и расправу по всем политическим делам (совместно с Н. И. Паниным), но и определять важность дела и уничтожать те из них, которые он сочтет недостойными внимания Тайной экспедиции. Что касается указанных императрицей «первых двух пунктов», то под «первым» пунктом подразумевались дела об «умысле против императорского звания, персоны и чести», а под «вторым» – дела об «измене государю и государству», что было разъяснено еще указом от 14 апреля 1730 года.

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Одновременно с Тайной экспедицией в Петербурге был создан и ее Московский филиал при сенатской конторе, который однако же летом 1763 года Екатерина II подчинила главнокомандующему в Москве П. С. Салтыкову.

Императрица часто давала Глебову поручения, касающиеся политических дел:

1763 г. февраля 5 дня.

Александр Иванович! Приложенную челобитную принес ко мне Федор Иванович Вадковский по просьбе челобитчика, и он мне советовал о сем деле послать нарочного офицера для исследования, а можно, что до Тайной касается, и здесь спрашивать, а о прочем приказать тамо исследовать, а по распросе мы можем завтра лучше увидеть важность дела: однако ж есть ли рассудишь, что туда послать, то я на то соглашусь.

Но не только челобитные по делам политическим беспокоили государыню. Не в меньшей степени волновала ее и работа Правительствующего сената, его неповоротливость при рассмотрении весьма важных дел.

12 ноября 1763 года она пишет генерал-прокурору:

Ужасная медлительность в Сенате всех дел принуждает меня вам приказать, чтоб в пятницу, то есть послезавтра, слушан был в Сенате проект о малороссийской ревизии господина Теплова; причем и ему надлежит быть.

(Сенатский архив, СПб, 1888 г.) В данном случае речь шла о записке Григория Николаевича Теплова «О непорядках, которые происходят от зло употребления прав и обыкновений, грамотами подтвержденных Малороссии», которая впоследствии оказала большое влияние на решение вопроса об уничтожении гетманства на Украине и учреждении Малороссийской коллегии. Позднее императрица писала об этом же и в Секретнейшем наставлении генерал-прокурору А. А. Вяземскому.

Генерал-прокурор А. И. Глебов стал жертвой собственного корыстолюбия. Стремясь разбогатеть, он занялся винным откупом в Иркутской провинции, однако вел дело неудачно и стал терпеть убытки. Тогда Глебов обвинил Иркутский магистрат в злоупотреблениях и, используя свое положение обер-прокурора, каковым он был, добился сенатского решения от 13 января 1758 года о направлении в Иркутск для проведения следствия коллежского асессора Крылова. Тот учинил в Иркутске подлинную расправу и даже незаконно арестовал вице-губернатора Вульфа. Но вскоре все беззакония Крылова были вскрыты, а сам он под конвоем отправлен в Петербург. Во время работы учрежденной по этому поводу комиссии, Глебов всячески поддерживал бывшего следователя Крылова и писал, что не оставит его. И действительно, когда на престол вступил Петр III, а сам Глебов стал генерал-прокурором, следственная комиссия фактически прекратила свою работу.

Екатерина II, занявшая трон убитого Петра III, приказала закончить следствие. В начале 1764 года ей был представлен доклад, составленный сенаторами Разумовским, Бутурлиным, Шаховским, Воронцовым и другими. Ознакомившись с ним, она приехала в Правительствующий сенат.

Сегодня я приехала с вами поговорить о таком деле, которое четыре года на сердце моем лежало. Я оное окончить способа не находила, не нарушая справедливости, то есть иркутского следователя Крылова. Я ныне к вам назад привезла сенатский доклад 1762 года, в котором нахожу одну только ясно выведеннную вину Крылова, по которой он именным указом блаженной памяти тетки нашей Императрицы Елизаветы Петровны лишен всех чинов и, скован, привезен сюда, сиречь арестование Иркутского вице-губернатора Вульфа. На все прочее в сенатском докладе мне представленное я смотрю как на неоконченное, следственно оные решить не могу. Моя воля есть, чтоб Сенат кратчайшим и законным образом окончил то, что по правосудию принадлежит. Крылову же Сенат имеет, применяясь к нашему милосердию и взирая на семилетнее нынешнее его состояние, определить правосудный жребий, не докладывая уже более нам.

Осталось только упомянуть о генерал-прокуроре Глебове, который в сем деле по крайней мере оказался подозрительным и тем самым уже лишил себя доверенности, соединенной с его должностью; но как генерал-прокурор никем кроме нас не судим, то представляем себе должностию его впредь диспонировать, а ему отныне сим чином не писаться. При сем за благо нахожу сделать вам примечание, сколь страшные следствия имеет те дела, кои страстию производятся, и до таких дерзостей доводят, когда вместо законов руководствуют, чего нигде так не видно, как из сего дела.

(Иванов П. И. Опыт биографий генерал-прокуроров и министров юстиции.

СПб., 1863. С. 39–40.)

–  –  –

Как он, по чину своему, подлежит собственному нашему суду, а мы, из вышепрописанных об нем обстоятельств, усмотрели, сколь мало он, как о порядочном производстве дел, так и о казенном интересе старание имел и ко всякому беззаконному произвождению сего дела единственно своим беспорядочным доношением повод подал, так как о принадлежащем казне при откупе приращении обратно в свой прибыток, и в том преступил А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

как должность чина своего, так и присягу, за что и подлежал не только лишению всех чинов, но еще и вящему наказанию… (Центральный государственный архив древних актов (ЦГАДА), фонд 248.

Дела канцелярии генерал-прокурора.) Утро стрелецкой казни. Худ. В. И. Суриков, 1881 г.

Шлиссельбург. Крепость А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

План Шлиссельбургской крепости А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Глава II. «Законы наши требуют поправления»

В царствование Екатерины Великой Россия вступает в полосу законодательной регламентации и совершенствования механизмов правотворчества и правоприменения. Этот период для прокуратуры характеризуется размежеванием прокурорского надзора – центрального и местного. Связь между ними ослабевает. Высший или центральный надзор в лице генерал-прокурора набирает обороты, получает дополнительные полномочия. К нему, в частности, переходит управление финансами, юстицией, внутренними делами. Он даже возвышается над Сенатом. В Сенат теперь ходят в основном помощники генерал-прокурора, обер-прокуроры. По мере того как Сенат все более замыкается в положении высшего судебного установления, генерал-прокурор получает все более обширную единоличную компетенцию.

Манифестом от 15 февраля 1763 года Сенат был разделен на шесть самостоятельных департаментов, бывших в «равной силе и достоинстве». Генерал-прокурор лично состоял при 1-м департаменте, который решал важные государственные и политические дела, а во всех остальных были назначены специальные обер-прокуроры. По указу от 19 сентября 1764 года генерал-прокурору предлагалось присутствовать только в «общем всех департаментов собрании». При этом он сохранял за собой государственные, секретные и «интересные», то есть наиболее важные дела, а также все те, которые «найдет нужным подчинить своему непосредственному надзору».

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Екатерина II в виде Минервы. Мраморный бюст. 1770–1780-е гг.

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

В этот период в многовластие генерал-прокурора совершенно недвусмысленно «впутываются» функции исполнительной и судебной ветвей. Выдвигается новое министерское начало. Возвышение генерал-прокурора происходит не столько из статусности самой должности, сколько в силу недюжинных способностей лица, ее занимающего. Конечно же, функции, которыми был тогда наделен генерал-прокурор, смело можно было разделить на несколько высших чиновников, но Екатерина доверяла только ему одному. В силу многотрудности, разнообразия и сложности дел, возложенных государыней на генерал-прокурора, его вниманием обделялись прокуроры на местах. Современники понимали, что как только не станет этого высокого вельможи, неизбежно образуется несколько ведомств. Таким образом Екатерина Вторая, возвысив генерал-прокурора, в то же время нанесла ощутимый удар по централизации прокурорского надзора, фактически подготовив почву для будущей организации министерства юстиции.

И все же во времена Екатерины Великой прокурорский надзор наполнился новым содержанием, «комиссия о составлении проекта нового уложения» 1767 года высказала новое воззрение на задачу прокурорской деятельности – впервые было четко заявлено, что преследованием от имени государства за совершенные преступления должна заниматься прокуратура.

Вообще многие юридические понятия и принципы, в том числе икасающиеся органов прокуратуры, которые заложила в свои законодательные акты Екатерина II, будут использованы спустя сто лет – во времена Великих судебных реформ.

*** 3 февраля 1764 года императрица Екатерина II повелела «вступить в должность» генерал-прокурора князю Александру Алексеевичу Вяземскому. В этой должности он прослужил почти 30 лет. Ни до него, ни после ни один руководитель органов прокуратуры в России (и Советском Союзе) не занимал столь длительно такой ответственный пост.

А. А. Вяземский стал для Екатерины II приблизительно тем же, чем был первый генерал-прокурор Ягужинский для Петра I. Александр Алексеевич слыл человеком семижильным, исключительно трудолюбивым и «тянул» не только прокурорские обязанности, но и многие другие. Правда, его назначение поначалу вызвало сильное удивление у многих сановников. Граф Румянцев говорил Екатерине II: «Ваше величество, делаете чудеса, из обыкновенного квартирмейстера у Вас вышел государственный человек».

*** Родился в родовитой княжеской семье. Образование получил в Сухопутном кадетском корпусе, где наряду с другими дисциплинами основательно изучал право. Окончил корпус в

1747. Во время войны с Пруссией участвовал не только в баталиях, но и выполнял некотоА. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

рые тайные (надо полагать, разведывательные) поручения командования, едва не стоившие ему жизни. К концу Семилетней войны занимал должность генерал-квартирмейстера.

В декабре 1762 императрица Екатерина II поручила ему «улаживание отношений» между бунтующими крестьянами и их хозяевами на уральских заводах. С этой миссией он успешно справился, проявив, с одной стороны, милосердие и благоразумие, а с другой – твердость и решительность.

3 февраля 1764 Екатерина II, убедившись в исключительной честности Александра Алексеевича, назначила его генерал-прокурором Правительствующего сената вместо смещенного ею А. И. Глебова.

А. А. Вяземский строго придерживался данного ему наставления и пользовался полным доверием императрицы, что позволило ему не только долго удерживать высокий пост, но и значительно расширить свои полномочия. С 1780-х он стал заведовать не только делами юстиции, но также и внутренних дел, и финансов. Деятельно руководил он подчиненными ему прокурорами, направляя им наставления и поручения, а также Тайной экспедицией, занимавшейся расследованием политических преступлений. При нем были введены в действие Учреждения для управления губерниями (1775), которые подробно регламентировали права и обязанности местной прокуратуры.

За «прилежание, усердие и ревность к пользу службы» удостоен множества наград, в том числе орденов Св. Андрея Первозванного и Св. Александра Невского. Имел воинский чин генерал-поручика и гражданский – действительного тайного советника. В сентябре 1792 по болезни вышел в отставку.

Князь А. А. Вяземский скончался 8 января 1793.

При назначении А. А. Вяземского на должность, Екатерина II собственноручно написала ему подробнейшее наставление. Следует заметить, что за всю историю России, этого не сделал ни один ее правитель.

Исключение составляет только Председатель Совета Народных Комиссаров СССР В. И. Ленин, который также лично под запись продиктовал для Политбюро свою знаменитую статью «О „двойном“ подчинении и законности», ставшую в те суровые годы программной для всех работников прокуратуры.

Секретнейшее наставление императрицы Екатерины II генерал-прокурору князю А. А. Вяземскому (1764 г.) Вам уже известно, что Вы имеете заступить генерал-прокурорское место.

Прежнее худое поведение, корыстолюбие, лихоимство, и худая вследствие сих свойств репутация, не довольно чистосердечия и искренности против Меня нынешнего генерал-прокурора, – все сие принуждает Меня его сменить, и совершенно помрачает и уничтожает его способность и прилежение к делам; но и то прибавить должно, что немало к тому его нещастию послужило знаемость и короткое обхождение в его еще молодости с покойным гр. Петром Шуваловым, в которого он руках совершенно находился, и напоился принципиями, хотя и весьма для общества полезными, но достаточно прибыльными для самих их. Все сие производит, что он более к тиомным, нежели к ясьным делам имеет склонность, и часто от Меня в его поведениях много было сокровенного, чрез что по мере и Моя доверенность к нему умалялась; а вреднее для А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

общества ничего быть не может, как генерал-прокурор такой, которой к своему Государю совершенного чистосердечия и откровенности не имеет, так как и для него хуже всево не иметь от Государя совершенной доверенности, понеже он по должности своей обязивается сопротивляться наисильнейшим людем, и следовательно власть Государская одна его подпора.

2) Вам должно знать с кем вы дело иметь будете. Ежедневные случаи вас будут ко Мне предводительствовать, Вы во Мне найдете, что я иных видов не имею, как наивящее благополучие и славу отечества, и иного не желаю, как благоденствия Моих подданных, какого бы они звания не были.

Мои мысли все к тому ж лишь только стремятца, чтоб как из внутрь, так к вне Государства сохранить тишину, удовольствие и покой. Увидя Я от вас верность, прилежание и откровенное чистосердечие, тогда вы ласкать себя можете получить от Меня поверенность безпределную. Я весьма люблю правду и вы можете ее говорить, небоясь ничего и спорить против Меня без всякого опасения, лишь бы только то благо произвело в деле. Я слышу, что вас все почитают за чеснаго человека. Я ж надеюсь Вам опытами показать, что у двора люди с сими качествами живут благополучно. Еще к тому прибавлю, что Я ласкательства от вас не требую, но единственно чистосердечное обхождение и твердость в делах.

3) В Сенате найдете вы две партии, но здравая политика с Моей стороны требует оные отнюдь не уважать, дабы им чрез то не подать твердости и они бы скорее тем изчезли, а только смотрела Я за ними недреманным оком, людей же употребляла по их способности к тому или другому делу. Обе партии старатся будут ныне вас уловить в свою сторону.

Вы в одной найдете людей честных нравов, хотя иногда и не далновидных разумом, в другой, думаю, что виды далее простираются, но не ясно, всегда ли оные полезны. Иной думает, для того что он долго был в той или другой земле, то везде по пролитике той его любимой земле все учреждать должно, а все другое без изятия заслуживает его критику, не смотря на то, что везде внутрение распоряжении на ндрав нации основавается. Вам не должно уважать ни ту, ни другую сторону, обходится должно учтиво и безпристрастно, выслушать всякого, имея только единственно пользу отечества и справедливость в виду, и твердыми шагами идти кратчайшим путем к истинне. В чем вы будете сумнителен, спроситесь со Мною, и совершенно надейтеся на Бога и на Меня, а я, видя такое ваше угодное Мне поведение, вас не выдам, вы же чрез выше писанные принципии заслужите почтение у тех и у других, безделникам будете в страх, а честным людям в покровителство.

4) Все места и самой Сенат вышли из своих оснований разными случаеми, как неприлежанием к делам Моих некоторых предков, а более случайных при них людей прыстрастиями. Сенат установлен для исполнения законов ему предписанных, а он часто выдавал законы, раздавал чины, достоинствы, деньги, деревни, одним словом почти все, и утеснял прочие судебные места в их законах и преимуществах, так что и Мне случилось слышать в Сенате, что одной коллегии хотели сделать выговор за то только, что она свое мнение осмелилась в Сенате представить, до чего однакож Я тогда не допустила, но говорила господам присутствующим, что сему радоваться надлежит, что закон исполняют.

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Чрез такие гонении нижних мест они пришли в толь великий упадок что и Регламент вовсе позабыли, которым повелевается против сенатских указов, есть ли оные не в силу законов, представлять в Сенат, а на последок и ко Мне. Раболебство персон, в сих местах находящихся, неописанное и добра ожидать не можно, пока сей вред не пресечется. Одна форма лишь канцелярская исполнается, а думать еще иные и ныне пряма не смеют, хотя в том и интерес государственной страждет. Сенат же, вышед единожды из своих границ, и ныне с трудом привыкает к порядку, в котором ему быть надлежит. Может быть, что и для любочестия иным членам прежные примеры прелестны; однако ж, покамесь Я жива, то останемся как долг велит. Россиская Империя есть столь обширна, что кроме Самодержавного Государя всякая другая форма правления вредна ей, ибо все прочие медлительнее в исполнениях и многое множество страстей разных в себе имеет, которые все к раздраблению власти и силы влекут, нежели одного Государя, имеющего все способы к пресечению всякого вреда и почитая общее добро своим собственным, а другие все, по слову Евангельскому, наемники есть.

5) Весьма по обширности Империи великая нужда состоит в умножении циркуляции денег. А у нас по щетам Монетного департамента не более восмидесяти милион серебра в народе, которою сумму, расположа по числу людей, придиот по 4 р. на человека, есть ли еще не меньше. Разные были проэкты, из которых наконец вышла медная монета, на которою много очень жалобы; однако ж пока не будет знатного умножения серебра в государстве (sic), сей вред сносить должно, а ныне об оном стараться надлежит, как уже и начато, чтоб не было разного весу монеты, содержащей одинакою цены (sic) так, как и розных цен одного весу и метала, да чтоб серебро всевозможным способом ввлечь в Государство, так как например хлебным торгом, как о том и комисии о комерции уже приказано. О выписывании серебра иного сказать не могу, как только, что сия материя весьма деликатна, и многим о сем неприятно слышать, однакож вам надлежит и в сие дело вникнуть. Все сие пишу, чтоб вас ввести в наисекретнейшие материи, дабы вы в сем при вступлении в дела не новы были и могли сами разбирать, которые действительно полезны, или только оными быть кажутся.

6) Труднее вам всего будет править Канцелярии Сенатской и не быть подчинеными обмануту. Сию мелькость яснее вам чрез пример представлю.

Француской Кардинал де-Ришелье, сей премудрой министр, говаривал, что ему меньше труда править государством и Европу вводить в свои виды, нежели править Королевской Антикаморою, понеже все празно живущие придворные ему противны были и препятствовали ево болшим видам своими низкими интригами. Один для вас только остается способ, которого Ришелье не имел, переменять всех сумнителных и подозрителных без пощады.

7) Законы наши требуют поправления, первое, чтоб все ввести в одну систему, которой и держатся; другое, чтоб отрешить те, которые оной прекословят; третье, чтоб разделить временные (sic) и на персон данные от вечных и непременных, о чем уже было помышляемо, но короткость времени Меня к произведению сего в действо еще не допустило.

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

8) Великое отягощение для народа есть соль и вино на таком основании, как оные ныне находятся, в карчебстве (sic) столько винных, что и наказавать их почти невозможно, понеже целые провинции себя оному подвергли; а что пресечь нельза – не худо к тому изыскивать способы к поправлению и облехчению народному.

9) Малая Россия, Лифляндия и Финляндия суть провинции, которые правятся конфирмованными им привилегиями. Нарушить оные отрешением всех вдруг весьма непристойно б было; однакож и называть их чужестранными и обходится с ними на таком же основании есть больше нежели ошибка, а можно назвать с достоверностию глупостью.

Сии провинции, также и Смоленскою, надлежит легчайшими способами привести к тому, чтоб они обрусели и перестали б глядеть как волки к лесу; к тому приступ весьма легкой, есть ли разумные люди избраны будут начальниками в тех провинциях; когда же в Малороссии Гетмана не будет, то должно старатся чтоб век и имя Гетманов изчезло, не токмо б персона какая была произведена в оною достоинство.

(История Правительствующего Сената за 200 лет. СПб., 1911. Т. 2. С. 793– 796.) Одним из первых начинаний нового генерал-прокурора было распределение прокуроров по коллегиям, губерниям и провинциям. Ведь в ведении генерал-прокурора продолжал оставаться весь местный прокурорский надзор.

Наиболее полную регламентацию деятельность местного прокурорского надзора получила в специальном акте – в Учреждениях для управления губерний. По этому закону в России при наместническом правлении и при судебных палатах учреждались должности губернского прокурора и губернского стряпчих казенных и уголовных дел. Такие же должности вводились при верхнем земском суде, при губернском магистрате и верхней расправе.

В каждом уезде (округе) учреждалась должность уездного стряпчего.

Прокуроры при местных судах подчинялись прокурору при губернском правлении.

Губернский прокурор находился в двойном подчинении генерал-прокурора и генерал-губернатора или губернатора. Состоявшие при прокурорах стряпчие уголовных дел помогали им при осуществлении надзора за судами. Имелись также стряпчие уголовных и казенных дел в сословных губернских судах. В уездах учреждались уездные стряпчие, которые осуществляли надзор за уездной администрацией и судом. Согласно Указу губернские прокуроры и губернские стряпчие «смотрят и бдение имеют о сохранении везде всякого порядка законами определенного, и в производстве и отправлении самых дел. Они сохраняют целость власти, установлении и интереса императорского величества, наблюдают, чтоб запрещенных сборов с народа никто не собирал, и долг имеют истреблять повсюду взловредные взятки».

Кроме судебного надзора на прокуроров возлагался еще общий надзор и надзор за местами лишения свободы. Также прокуроры получили право налагать штрафы за беспорядки в суде, причем часть от этих доходов они могли обращать в свою пользу.

Должность губернского прокурора. Что губернскому прокурору наблюдать при получении новых узаконений 1.

Когда присланы будут новые общие узаконения, или учреждения, или указы в губернию, или наместничество, тогда для записания в книгу законов, учреждений и указов, губернское правление и палаты выслушивают на перед заключения губернского прокурора, сей предложит им тогда новоизданный закон, учреждение или указ, с каким узаконением сходен, или каким узаконениям противен, или в отмену, или в поправление, или дополнение которых.

2.

Как губернский прокурор злоупотребления противныя узаконениям долженствует отвращать.

Буде губернский прокурор где усмотрит злоупотребления, противные законам, учреждениям или указам, то долженствует о том (прилично по тому случаю) напамятовать, и уведомить наместническое правление и генерал-прокурора, дабы злоупотребление поправлено было… 4.

Десять статей, о коих губернский прокурор долженствует доносить наместническому правлению.

Губернский прокурор долженствует доносить наместническому правлению все то, что до сведения его дойдет, касательно до губернского правления обязанности, а именно: 1. о не точном где в судебном месте исполнении законов, учреждений и указов, 2. буде где в наместничестве есть непослушание, или ропот, 3. о ленивых в исполнении должности, 4.

о медлении в исполнении повелений, 5. о медлении по делам в производстве, 6.

о нарушении правил благочиния и о всяком причиняющемся многим соблазне, законам противном поступке, вине, или преступлении, 7. о запрещенной торговле, или о помешательстве законам противном дозволенной торговле,

8. о нарушении тишины, 9. о нарушении в верности присяги, 10. о казенном и общественном ущербе… 8.

Оба губернские стряпчие даются губернскому прокурору для совета.

Губернскому прокурору для совета определяются губернский стряпчий уголовных дел, и губернский стряпчий казенных дел, и почитается, что они все трое едиными устами говорят.

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

9.

–  –  –

12.

Губернский прокурор, будучи око генерал-прокурора, повинен доносить ему о неисправлении кем должности.

Буде губернский прокурор усмотрит за кем не исправление должности, то повинен доносить о том не токмо генерал-губернатору, но и генерал-прокурору; ибо во всех делах губернский прокурор есть око генерал-прокурора.

13.

Губернский прокурор попечение имеет о содержащихся под стражею людях.

Губернский прокурор попечение имеет о прокормлении под стражею содержащихся, и чтоб дела сих людей скорее решение получили, и они бы скореее отправлены, или выпущены были; и для того губернский прокурор должен ходить чаще по тюрьмам по крайней мере единожды в неделю, а именно по пятницам после обеда, дабы посмотреть состояние в тюрьме содержащихся, и доходит ли до них все то, что им определено, и содержат ли их сходственно их состоянию и человеколюбию.

(Российское законодательство Х – ХХ веков. М., 1987. Т. 5. С. 170, 176, 181, 278–281.) Необходимо заметить, что несмотря на повышение авторитета и роли в управлении государственными делами генерал-прокурора, губернские власти почти повсеместно подминали под себя прокурорские чины, которые к тому же не всегда получали надлежащую поддержку от своего могущественного руководителя. Дело доходило до того, что губернское начальство очень часто назначало стряпчих своими секретарями, а губернаторы возлагали на них «письмоводство». Нередко прокурорам и стряпчим не отводились комнаты для работы, а в губернском правлении или судебной палате для них «забывали» поставить стол. Все это происходило из-за того, что губернские власти не склонны были смотреть на прокуроров как на самостоятельных должностных лиц и всячески старались закрепить их зависимость от себя, что, естественно, серьезно подрывало авторитет прокуратуры. Правительствующий сенат, по требованию генерал-прокурора А. А. Вяземского, не раз указывал губернаторам А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

на подобные нарушения, но положение почти не менялось. Местный прокурорский надзор вынужден был приспосабливаться к сложившейся вокруг себя обстановке.

Тем не менее, прокуроры на местах, в меру своих способностей и возможностей, всетаки стояли на страже законности, часто протестуя против незаконных действий поднадзорных им учреждений. Должность прокурора тогда не требовала какого-либо специального, тем более университетского образования, да его почти и не было еще в России. Чаще всего прокурорами становились военные, получившие хорошее домашнее воспитание. Были среди них и лица, которые наряду с выполнением прокурорских обязанностей, активно занимались литературным трудом и достигли в этом деле значительных вершин.

Поэт и прозаик Владимир Тимофеевич Золотницкий, учившийся в Московском университете, в течение 14 лет служил прокурором в Кременчуге и Екатеринославле. Переводчик Иван Иванович Акимов, окончивший Академическую гимназию, был прокурором в Юстиц-коллегии. Писатель Степан Никитич Завалиевский одно время занимал должность Петербургского губернского прокурора. Поэт Иван Иванович Бахтин служил губернским прокурором в Тобольске.

*** В начале 1790-х годов А. А. Вяземский стал все чаще и чаще болеть. Он уже не мог в полную силу выполнять генерал-прокурорские обязанности и попросился в отставку. Государыня долго не принимала решение. Только в сентябре 1792 года, когда он был уже прикован к постели, она все-таки удолетворила его просьбу. Обязанности Вяземского, которые он выполнял к концу жизни, Екатерина II возложила на четверых человек. Генерал-прокурором «на короткое время» стал Александр Николаевич Самойлов. 29 декабря 1792 года он был утвержден в этой должности.

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Самойлов Александр Николаевич, граф (1744–1814) *** Родился в дворянской семье. Службу начал в 16-летнем возрасте рядовым в лейбгвардии Семеновском полку. Участник русско-турецкой войны, отличился при Силистрии. В 1775 получил придворное звание камер-юнкера, а вслед за этим становится правителем дел Императорского совета. Эту должность удерживал 12 лет, оставаясь в то же время и на военной службе. Во второй (при Екатерине II) русско-турецкой войне командовал в качестве генерал-поручика воинской колонной, штурмовавшей Очаков. Потом были сражения А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

при Каушаны, Килии и Бендерах, взятие Измаила. В 1791 участвовал в мирных переговорах с турками в Яссах. В конце января 1792 именно он привел Екатерине II известие о заключении выгодного для России мира, за что она лично «возложила» на него орден Св. Андрея Первозванного.

17 сентября 1792 императрица назначила Александра Николаевича Самойлова «на короткое время» генерал-прокурором вместо тяжелобольного князя А. А. Вяземского, а затем утвердила его в этой должности.

Самойлов занимал высокий пост четыре года и пользовался благосклонностью императрицы, которая находила у него «равное усердие» с прежним генерал-прокурором. Он постоянно докладывал ей о количестве и характере дел, которые расследовались полицией и рассматривались судами, согласовывал назначение и увольнение нижестоящих прокуроров. Как и его предшественники, стоял во главе политического сыска и руководил Тайной экспедицией.

4 декабря 1796 новый император Павел I отправил А. Н. Самойлова в отставку, однако оставил членом своего Совета.

А. Н. Самойлов умер в 1814.

Деятельность А. Н. Самойлова как генерал-прокурора по осуществлению надзора за сенатскими определениями протекала по существу бесцветно. В основном она заключалась в объявлении именных указов, решении конкретных дел, переписке с обер-прокурорами, руководстве сенатской канцелярией.

Более энергично и решительно он руководил местными прокурорскими органами, направляя прокурорам коллегий и губерний свои «ордера» и предложения, требуя от них отчета по самым разнообразным вопросам. Местный прокурорский надзор был обременен многочисленными делами: надзором и контролем за расследованием уголовных дел, за взиманием казенных сборов, дачей различных заключений в судах и присутственных местах и т. п. Генерал-прокурор Самойлов внимательно следил за тем, чтобы подчиненные ему прокуроры беспрекословно выполняли свои обязанности и информировали его обо всех нарушениях законов. Особое внимание им всегда уделялось соблюдению казенных интересов.

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Н. И. Новиков. Худ. Д. Г. Левицкий. 1797 г.

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

А. Н. Радищев. Неизв. худ. Кон. 18 в.

К генерал-прокурору Самойлову от его предшественника перешло общее руководство карательным органом Российской империи – Тайной экспедицией Сената. Делами этой экспедиции ему приходилось заниматься более интенсивно, чем кому-либо из его коллег. После Великой Французской революции в России резко обострилась ситуация. Вольнолюбивые мечты проникли во все слои населения. Во многих местах создавались различные общества, А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

публиковались «крамольные» книги, все чаще и громче звучала критика самодержавного правления, все настойчивее раздавались призывы к уничтожению крепостной зависимости крестьян. В этих условиях усилилась карательная политика Екатерины II, проводником которой стал генерал-прокурор Самойлов. Еще до его назначения прошел процесс над писателем Александром Николаевичем Радищевым, написавшим знаменитую книгу «Путешествие из Петербурга в Москву». Екатерина II назвала его «бунтовщиком хуже Пугачева». Вынесенный Радищеву смертный приговор был заменен ссылкой в Сибирь. В это же время был заточен в Петропавловскую крепость без всякого суда просветитель Н. И. Новиков.

В бытность Самойлова генерал-прокурором политические дела в Тайной экспедиции возникали одно за другим. Он глубоко вникал в их сущность, лично допрашивал арестованных вольнодумцев. Очень часто выступал в роли судьи один или с кем-либо из сенаторов или других вельмож выносил им приговоры, которые утверждала императрица.

В ноябре 1796 года, когда Екатерина II находилась уже при смерти, наследник престола Павел Петрович доверил генерал-прокурору Самойлову вместе с графом Растопчиным опечатать ее кабинет. Именно Самойлов объявил о смерти императрицы всем собравшимся в Зимнем дворце вельможам. Речь его была весьма лаконичной: «Милостивые государи!

Императрица Екатерина скончалась, а государь Павел Петрович соизволил взойти на всероссийский престол».

Тем не менее, вскоре после этого события граф А. Н. Самойлов был отправлен в отставку.

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Титульный лист книги А. Н. Радищева «Путешествие из Петербурга в Москву»

Граф Александр Николаевич! По желанию вашему, для поправления здоровья вашего, позволяем вам на год от дел отлучиться и пребываем к вам благосклонны.

(Центральный государственный архив древних актов (ЦГАДА), фонд 248.

Дела канцелярии генерал-прокурора.) *** На место генерал-прокурора графа А. Н. Самойлова заступил князь Алексей Борисович Куракин. Одновременно он стал директором ассигнационного банка и присутствующим в Правительствующем сенате. Его старший брат, Александр Борисович Куракин, получил должность вице-канцлера.

*** Родился в родовитой княжеской семье. Службу начал в гвардии. Однако военная карьера не прельщала юношу, и вскоре он перешел на гражданскую – вначале был избран заседателем 1-го департамента верхнего земского суда (1780), затем попал в Сенатскую А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

канцелярию, которой руководил генерал-прокурор А. А. Вяземский. Здесь он служил под непосредственным начальством А. И. Васильева (впоследствии графа и министра финансов) и в 1796 имел уже чин тайного советника. Подлинный взлет карьеры Куракина начался при императоре Павле I, который благоволил к нему и, в особенности, к его старшему брату Александру Куракину. Оба были щедро осыпаны милостями монарха: Александр Борисович стал вице-канцлером, а Алексей Борисович 4 декабря 1796 занял посты генерал-прокурора Правительствующего сената, главного директора Ассигнационного банка и присутствующего в Императорском совете. Через несколько дней он получил орден Св. Андрея Первозванного. К его высоким должностям вскоре добавились новые: министра департамента уделов и канцлера российских орденов.

По отзывам современников, Куракин был горд и надменен, но в то же время умел приметить и «пригреть» талантливого человека. Он первым обратил внимание на выдающиеся способности молодого М. М. Сперанского, будущего «светилу русской бюрократии», взяв его в свои секретари, а затем и в Сенатскую канцелярию.

Однако триумф братьев Куракиных, вследствие переменчивого характера императора, продолжался недолго. 8 августа 1798 А. Б. Куракин был смещен с должности генерал-прокурора и назначен лишь сенатором. Фактически службу свою возобновил только при Александре I, который поставил его в феврале 1802 во главе Малороссии. В ноябре 1807 Алексей Борисович Куракин стал министром внутренних дел, а в 1810 – членом Государственного совета, причем не раз выполнял обязанности председателя. В 1826 входил в члены Верховного уголовного суда, рассматривавшего дело декабристов.

Князь А. Б. Куракин скончался 30 декабря 1829; похоронен в своем имении Куракино Малоархангельского уезда Орловской губернии.

При императоре Павле I прокуратура переживала невиданный подъем. Без генерал-прокурора не решалось, по существу, ни одно важное дело. А. Б. Куракин занимался не только судебными и прокурорскими делами, но также финансовыми, административными, полицейскими и даже военными вопросами. От него зависело назначение и увольнение сановников, раздача наград и пожалований.

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Павел I. Худ. С. Щукин. 1810-е гг.

Павел I был «проникнут идеей законности». С момента вступления на престол пытался держаться закона и требовал от всех его исполнения. Другое дело, что это хорошее начинание, вследствие личных качеств императора, превращалось зачастую не только в свою противоположность, но и в абсурд. К тому же любое проявление своей воли он также считал законом. В указе, данном белорусскому губернатору Жегулину, Павел I писал: «Я иной выслуги ни от кого не требую, как только непременно исполнения повелений моих». Следить же за исполнением законов и любой воли императора должен был генерал-прокурор.

В указе на имя генерал-прокурора Куракина от 16 декабря 1796 года отмечалось, что «должность генерал-прокурора заключает в себе повсеместную бдительность о благоуспешА. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

ном течении разного рода дел, в приказах производимых, и о точном сохранении законов, на все части государственного правления изданных». Именно отсюда исходит широта и разнообразность деятельности генерал-прокурора при Павле I.

Вот только некоторые образцы его деятельности, связанной с руководством местными прокурорами.

–  –  –

1.

Декабрь 29 дня 1796 года.

Высокоблагородный и почтенный Володимирского наместничества господин губернский прокурор. Государь мой.

За долг сей поставляю рекомендовать вам, дабы вы в отношениях ваших ко мне и во все судебные места, по каким бы то ни было делам, пояснялись самым чистым и простым слогом, употребляя всю возможную точность и стараясь изъяснять лучше самое дело, а высокопарных выражений, смысл потемняющих, всегда избегали; об исполнении чего имеете выдать предписания и подчиненным прокурорам, и совокупно с ними наблюдать, дабы оное в своей точности исполнено было. И во всех присутственных местах Володимирского наместничества, объявляя именно то, что на сие есть высочайшая воля Его Императорского Величества.

2.

–  –  –

Февраля 2 дня 1798 года.

Высокоблагородный и почтенный Владимирский губернии господин губернский прокурор. Государь мой.

По предложению моему определены вы Правительствующим Сенатом на имеющуюся во Владимирской губернии ваканцию губернского прокурора, а посему и рекомендую вам встать в сию должность, А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

отправлять оную на основании Указов, прокурорских Инструкций, Регламентов и Высочайших учреждений. По вступлению в оную донести мне и при том доставить о службе вашей список с показанием, когда вы и какими чинами происходили.

(Владимирские прокуроры. От Петровских времен до наших дней.

Владимир, 1999. С. 43.) *** После отставки князя А. Б. Куракина должность генерал-прокурора на короткое время занял князь Петр Васильевич Лопухин. Поскольку он был генерал-прокурором и одновременно министром юстиции при императоре Александре I, речь о нем пойдет позднее. Сейчас же весьма уместно рассказать о генерал-прокуроре Александре Андреевиче Беклешове.

Ведь именно ему Павел I сказал свою знаменитую фразу: «Ты да я, я да ты, вперед мы одни будем дела делать».

*** Родился в родовитой дворянской семье. В юном возрасте поступил в Сухопутный кадетский корпус, где получил блестящее образование, хорошо знал юриспруденцию, несколько иностранных языков, приобрел склонность к наукам и литературе. В 1761 стаА. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

новится сержантом, а через два года – поручиком. С 1769 служит в лейб-гвардии Преображенском полку. Принимал участие в русско-турецкой войне, в частности, в знаменитой морской битве в Чесменской бухте.

В 1783 Беклешов оставил военную службу и отправился губернатором в Ригу. В 1789 получил чин генерал-поручика и еще более высокий пост – генерал-губернатора Орловского и Курского наместничеств. С 1796 только что вступивший на российский престол император Павел I, хорошо знавший Беклешова, постоянно перебрасывал его с одной должности на другую. За непродолжительное время он побывал каменец-подольским и малороссийским генерал-губернатором, киевским военным губернатором и шефом Киевского гренадерского полка. А. А. Беклешов получил воинский чин генерала от инфантерии и гражданский – действительного тайного советника. В 1799 зачислен в свиту Павла I и стал присутствовать в Императорском совете.

7 июля 1799 Беклешов был поставлен генерал-прокурором Правительствующего сената. Возвышение Беклешова воспринималось современниками положительно. Он был человеком светлого ума, весьма сведущим и в государственных делах, и в юридических вопросах, отличался исключительной честностью и правдивостью, но очень «несдержан в словах и отзывах своих». Несмотря на солидный «вексель», выданный монархом (фактическое признание генерал-прокурора вторым лицом в государстве), Беклешов занимал высший прокурорский пост чуть более полугода. 2 февраля 1800 Павел I неожиданно уволил Беклешова не только с должности генерал-прокурора, но и вообще со службы. По мнению М. М. Сперанского, причина увольнения заключалась в том, что Беклешов «мало уважал требования случайных людей при дворе и потому часто бывал с ними в размолвке».

Занявший Российский престол император Александр I 16 марта 1801 вновь призвал А. А. Беклешова на службу и вернул ему должность генерал-прокурора. Когда были учреждены министерства, Беклешову предложили пост министра юстиции и одновременно генерал-прокурора, но он отказался, считая, что его полномочия значительно урезаны. До 1804 оставался не у дел, но потом был назначен генерал-губернатором Москвы. Спустя два года вышел в отставку.

А. А. Беклешов скончался в 1808 в г. Риге.

При Павле I несколько сократилась численность органов прокуратуры. Вначале в связи с закрытием верхних земских судов и верхних расправ, а с 1800 года – губернских магистратов. А. А. Беклешов выполнял все те же самые разно образные функции, что и его предшественники. Дела административные, судебные, военные, финансовые, хозяйственные и прочие – находились в его поле зрения.

Одно из первых распоряжений Беклешова на столь высоком посту было секретное предписание губернским властям о более внимательном отношении к выступлениям крестьян. Генерал-прокурор вел даже обширную переписку по вопросами вероисповедания. Он получал доклады об этом из Юстиц-коллегии лифляндских, эстляндских и финляндских дел, от римско-католического департамента и других мест.

А. А. Беклешов не терпел пустословия и всегда строго отчитывал своих подчиненных за это.

Вот только один пример:

Декабря 7 дня 1799.

Предписываю вам впредь пустых донесений мне не присылать, а заниматься больше существенным делом в исполнение своей должности.

(Владимирские прокуроры. От Петровских времен до наших дней.

Владимир, 1999. С. 43.) Александр Андреевич Беклешов был одним из немногих генерал-прокуроров, кто удостаивался чести дважды занимать столь ответственный пост. Вторично он занял эту должность при восхождении на престол Александра I, именно ему пришлось тогда проводить работу, связанную с ликвидацией Тайной экспедиции и преобразованием Правительствующего сената.

Несмотря на обилие заданий, которые получал почти каждый день от государя Беклешов, он все же находил время достаточно активно заниматься и вопросами организации деятельности прокуратуры, кадровой работы. Интересен текст присяги, которую при Беклешове приносили прокуроры, вступая в свою должность.

–  –  –

КЛЯТВЕННОЕ ОБЕЩАНИЕ

Я, нижепоименованный, обечаюсь и клянусь Всемогущим Богом перед святым Его Евангелием о том, что хочу и должен Его Императорскому Величеству, своему истинному и природному Всемилостивейшему Великому Государю Императору Александру Павловичу Самодержцу Всероссийскому и Его императорского Величества Всероссийского Престола наследнику, который назначен будет, верно и нелицемерно служить и во всем повиноваться, не щадя живота своего до последней капли крови и все к высокому Его Императорского Величества Самодержавству, силе и власти принадлежащие права и преимущества узаконенные и впредь узаконяемые, по крайнему разумению, силе и возможности предостерегать и оборонять, и при том по крайней мере стараться споспешествовать, все, что к Его императорского Величества верной службе и пользе Государственной во всяких случаях касаться может. О ущербе же Его Величества, вреде и убытке как скоро о том уведаю, не только благовременно объявлять, но и всякими мерами отвращать и не допускать тщатися, и всякую мне вверенную тайность крепко хранить буду, и поверенный и положенный на мне чин, как по сей (генеральной, так и по особливой) определенной и от времени до времени Его Императорского Величества Именем от представленных надо мною начальников определяемым Инструкциями А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

и Регламентами и Указами, надлежащим образом по совести своей исправлять, и для своей корысти, свойства, дружбы и вражды противно должности своей и присяге не поступать; и таким образом себя весть и поступать как верному Его Императорского Величества подданному благопристойностью есть и надлежит, и как я пред Богом и судом Его страшным в том всегда ответ дать могу, как суще мне Господь Бог душевно и телесно да поможет. В заключение же сей моей клятвы целую Слова и Крест Спасителя моего. Аминь.

У сей присяги присягаю Тверской губернский прокурор Иван Александрович Чепчугов. 1801 года июня 20 дня.

К присяге приводил Вознесенский Протоиерей Варлам. 1801 года июня 20 дня.

(Государственный архив Тверской области. Ф. 466, оп. 1, д. 38, л. 3.) *** В последний год царствования Павла I непродолжительное время генерал-прокурором был Петр Хрисанфович Обольянинов. Многие признавали, что эта должность была явно не для него. Вспыльчивый, грубый, невоздержанный, имевший ничтожное образование, Обольянинов, тем не менее, пользовался гораздо большей доверенностью императора, нежели его предшественники. Своей близостью к монарху он вызывал трепет у самых высоких сановников. У его дома вечно находились экипажи: к нему приезжали с докладами и предложениями, от него ждали милостей. В доме генерал-прокурора можно было встретить даже великих князей Александра и Константина.

Д. Б. Мертваго, хорошо знавший Обольянинова, писал о нем: «С каждым днем становясь сильнее, он вскоре уподобился великому визирю. Все лично имевшие доклад у государя получили приказание присылать свои представления через генерал-прокурора и были принуждены объясняться по всем делам с Обольяниновым, соображаться с его мнением или лучше сказать с его приказанием, которое казалось всем волею царя. Множество дел, быстрота, которую государь требовал в их исполнении, непривычка заниматься важным делом, а более всего дурное воспитание и грубость его обхождения вооружили против него всех имевших дело с ним».

*** Родился в дворянской семье. Принятого в то время для дворян образования не получил. С 1768 записан кадетом в армию. Дослужившись до премьер-майора (воинский чин 8го класса), в 1780 вышел в отставку. С 1783 губернский стряпчий в Псковском наместниА. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

честве, а через несколько лет – советник в палате гражданского суда. В 1792 перевелся в Казенную палату, получив чин надворного советника. По роду своей службы довольно хорошо изучил российские законы, но особой привязанности к ним не имел. Гражданская служба тяготила его. В 1793 П. Х. Обольянинов выхлопотал себе воинский чин подполковника и получил хорошее место – в гатчинских войсках наследника престола Павла Петровича. В 1796 стал генерал-майором. После вступления на престол Павла I получил должность генерал-провиантмейстера, в 1798 – воинский чин генерал-лейтенанта, а в 1799 еще и сенаторское место.

2 февраля 1800 Петр Хрисанфович Обольянинов был назначен генерал-прокурором Правительствующего Сената. 11 марта 1801, в ночь убийства Павла I, П. Х. Обольянинова арестовали. Через пять дней отправлен в отставку. В течение последующих 17 лет он проживал в Москве, где дворяне трижды избирали его своим предводителем.

П. Х. Обольянинов скончался 22 сентября 1841; погребен в селе Толожне Новоторжского уезда Тверской губернии.

По словам современников, при нем дела в прокуратуре «пошли хуже прежнего»; произвол водворился окончательно и над людьми, и в деловых решениях. Однако сотрудников себе он подбирал умных и толковых, которые и тянули основные вопросы.

По мнению современников, «время было самое ужасное». Усилились цензурные репрессии, подозрительность. По заданию генерал-прокурора (полученному, естественно, от самого императора) за многими важными сановниками, подозреваемыми в нелояльности, устанавливалась слежка. В частности, «наблюдение за поведением» велось за сыном знаменитого фельдмаршала Николаем Румянцевым, за бывшими любимцами монарха братьями Александром и Алексеем Куракиными, князьями Долгоруковым и Голицыным, графами Кириллом и Андреем Разумовскими и другими. Обольянинов предписал своим подчиненным прокурорам «доносить по службе о самых главных чиновниках в губерниях», надзирать за иностранцами и тщательно «сверять их подорожные с маршрутом» (не завернули ли они, куда не следует), проверять «переписку и сочинения из чужих краев» и т. п.

Обо всем этом они должны были информировать его постоянно. Вот только один из указов, направленных на места.

–  –  –

Так как чрез вывозимые из-за границы разные книги наносится разврат веры, гражданского закона и благонравия, то отныне, впредь до указа, повелеваем запретить впуск из-за границы всякого рода книг, на каком бы языке оные не были, без изъятия, в государство наше, равномерно и музыку.

(Клочков М. В. Генерал-прокуроры при Павле I. Журнал Министерства юстиции, 1911 г.).

Тайная экспедиция, которой по-прежнему руководил генерал-прокурор, выносила приговоры, напоминающие «самые темные страницы русской истории». Здесь засекали даже насмерть. Такая участь постигла, например, братьев Петра и Евграфа Грузиновых.

По указу его императорского величества самодержца Всероссийского… по предложению господина генерала от инфантерии, генерал-прокурора и генерал-провиантмейстера и кавалера Обольянинова, в коем изображено: «По дошедшим к его императорскому величеству сведениям, что в Лифляндской губернии существуют партикулярные лезебиблиотеки (т. е. библиотеки для чтения. – Авт.) государю императору благоугодно было высочайше повелеть, дабы нигде и никаких законопротивных книг не было; если же найдены будут где сумнительные, таковые препровождать в ценсуру… Находящийся близ Дерпта в Рендене пастор Зейдер не только имеющихся у него книг не представил куда следует и не объявил о существовании у него лезебиблиотеки, но и раздавал из оной для чтения сумнительные и уже запрещенные, о чем рижская ценсура усмотрела из газет, в Дерпте печатаемых, а сим самым и преступил он Высочайшее повеление. Посему его императорское величество Высочайше повелеть соизволили: книги у пастора Зейдера опечатать и прислать к господину генерал-прокурору… По привозе пастора Зейдера, отобрав у него объяснение, господин генерал-прокурор имел счастие всеподданнейше докладывать его величеству и получил высочайшее повеление судить его, яко преступника законов, и, наказав телесно, сослать в Нерчинск на работу».

В исполнение такового высочайшего его императорского величества повеления на основании законов определено… сказанного пастора Зейдера… наказать телесно кнутом двадцатью ударами и сослать в Нерчинск в работу, и в Санкт-Петербургское губернское управление сообщить, дабы благоволено было привесть решение сие в надлежащее исполнение, и о всем том предварительно всеподданнейше доложить его императорскому величеству посредством господина генерал-прокурора.

(Генерал-прокуроры при Павле I. Журнал Министерства юстиции, 1910 г.) А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Аллегория на императрицу Екатерину II с текстом «Наказа». Гравюра П. Шоффара по рисунку Ш. Монне А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Апофеоз Екатерины II. Гравюра XIX века А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Триумф Екатерины. Аллегория на путешествие императрицы Екатерины II в Крым.

Гравюра Ж.-Ж. Аври Старшего по оригиналу Ф. де Мейеса А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Емельян Пугачев. Гравюра XVIII в.

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Глава III. В двух ипостасях В России начало каждого нового столетия обычно связано с ожиданием реформ. XIX век не был исключением. Царствование Павла I закончилось дворцовым переворотом и убийством императора. На престоле оказался сын – Александр Павлович. С его именем связан новый этап в развитии российских органов юстиции.

Окруженный честолюбивыми, жаждущими деятельности молодыми людьми, Александр I провел целый ряд преобразований, которые вселяли надежду на дальнейшее укрепление могущества обширной империи, расцвет культуры, науки и искусства. Среди них одно из важнейших – учреждение в России министерств.

«Мы заблагорассудили, – сообщалось в Манифесте от 8 сентября 1802 г., – разделить государственные дела на разные части, сообразно естественной связи между собою, и для благоуспешнейшего течения поручить оные ведению избранным министрам…»

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Портрет Александра I. Неизв. худ. 1800-е гг.

Учрежденное Министерство юстиции стало создаваться на базе канцелярии генерал-прокурора. В его задачи в те годы входило управление судебной системой, осуществление надзора за деятельностью судебных учреждений, охрана земельных прав дворянства, проводимая путем надзора за судебно-межевыми делами и т. д. Кроме того, оно принимало самое непосредственное участие в разработке и законопроектов.

А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

В целях обсуждения, в Сенате «важнейших» дел и обеспечения «единства» действий генерал-прокурора и подчиненных ему обер-прокуроров при Министре юстиции была создана Консультация (совет) обер-прокуроров.

Сотрудникам ведомства, во время реализации своих полномочий, предоставлялось право просматривать определения Сената, доклады обер-прокуроров, протесты губернских прокуроров на решение судов и т. д.

В отличие от других министерств, полномочия служащих министерства юстиции как, впрочем, и самого министра юстиции, генерал-прокурора Манифестом четко прописаны не были. В нем лишь определялось, что прокурорам «впредь до особого определения» следует действовать «на основании инструкции генерал-прокурора». И такая инструкция для прокуроров была разработана и 22 сентября 1802 года направлена на места.

Следует признать, что статус нового руководителя ведомства был весьма двойственный, противоречивый. С одной стороны министр, как генерал-прокурор, действовал на основании прежних инструкций, с другой, он уже как министр, сам находился под контролем Сената. У генерал-прокурора, как отмечалось ранее, осталось исполнение обязанностей при Сенате и руководство местной прокуратурой. Правда это руководство теперь стало носить более конкретный характер и безусловно сплотило органы прокуратуры, а также положительно сказалось на поднятии уровня и авторитета подчиненных прокуроров.

Герб рода Державиных

Большое значение в определении роли и места прокуратуры сыграла «Высочайше апробованная инструкция» или «Циркулярный ордер», которую 22 сентября 1802 года подписал и направил на места первый генерал-прокурор России. Это был великолепно составА. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

ленный документ, отличающийся не только своей концептуальной определенностью, но и четкостью выражений, и доходчивостью. И это неудивительно – ведь ее писал сам Г. Р. Державин!

Инструкция, в частности, ориентировала прокуроров: «наблюдать не происходит ли где кому пристрастных допросов, бесчеловечных истязаний, притеснений»; добиваться «чтобы следствие приведено было в надлежащую ясность, точность и окончено с совершенным беспристрастием»; тщательно «смотреть за правосудием», а по делам гражданским за «сохранением формы и порядка судопроизводства».

Аппарат министерства был невелик – с 1831 года и вплоть до 1864 года он насчитывал всего 108 человек.

Перемены были ощутимы. И естественно не все прокурорские работники их одобряли. Генерал-прокурор А. А. Беклешов, будучи второй раз назначенным на эту высокую должность, реформы не поддержал. Привыкший быть единственным «оком» государя, он не пожелал стать всего лишь одним из министров. Посчитав, что его полномочия сильно урезаны, ушел в отставку.

*** Первым министром юстиции с одновременным исполнением обязанностей генерал-прокурора и руководством всей прокурорской системой был назначен знаменитый поэт Гаврила Романович Державин.

В ведение министра юстиции было передано управление судебной частью и обязанности генерал-прокурора. В Высочайшем указе Правительствующему сенату говорилось: «Министром Юстиции или Генерал-прокурором повелеваем быть Действительному Тайному Советнику Державину, предоставляя впредь назначить ему Товарища». Спустя несколько дней Державин был приведен к присяге в Сенате.

*** Родился в Казани в дворянской семье. Первое время учился дома, затем в Казанской гимназии. В 1762 начал службу рядовым в лейб-гвардии Преображенском полку. Только спустя 10 лет произведен в прапорщики. В 1773 – в подпоручики. В том же году состоялся его А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

дебют как поэта. В 1777, получив чин капитан-поручика, перешел на «статскую» службу и занял должность экзекутора в 1-м департаменте Правительствующего сената, затем – в экспедиции о государственных доходах. Державин сумел завоевать доверие своего непосредственного начальника, генерал-прокурора князя А. А. Вяземского, часто бывал у него дома, читал свои стихи.

В июне 1782 Г. Р. Державин получил чин статского советника, а в мае следующего года появилась его ода «Фелица», принесшая поэту подлинную славу. Ода, посвященная Екатерине II, так понравилась ей, что восхищенная императрица прислала поэту золотую табакерку и 500 червонцев. Вскоре отношения Державина с генерал-прокурором испортились, и он вынужден был выйти в отставку. К этому времени имя поэта Державина уже гремело по всей России.

В мае 1784 Г. Р. Державин был назначен олонецким, а в декабре следующего года

– тамбовским губернатором. Однако административная деятельность приносила ему только огорчения, и он снова покинул службу. Лишь в декабре 1791 получил место статссекретаря императрицы, а в сентябре 1792 стал сенатором и одновременно исполняющим обязанности президента Коммерц-коллегии. При Павле I Державин оставался сенатором и был членом Императорского совета.

8 сентября 1802 император Александр I назначил Гаврилу Романовича Державина первым в истории России министром юстиции и одновременно генерал-прокурором. В этих должностях он прослужил один год и, как сам писал, «держась сильно справедливости, не отступал от нее ни на черту, даже в угодность самого императора», всегда шел «по стезе правды и законов, несмотря ни на какие сильные лица и противные против него партии».

Вскоре по этой причине положение Державина стало неустойчивым. Александр I быстро охладел к поэту. И хотя служба принесла ему чин действительного тайного советника и орден Св. Александра Невского, отставка не заставила себя ждать. С этого времени Державин всецело посвятил себя литературному труду.

Г. Р. Державин скончался 8 июля 1816 в своем имении Званка и был погребен в Новгородском Хутынском монастыре. После Великой Отечественной войны его прах перенесен и предан земле около Софийского собора в Новгородском кремле.

Именной Высочайший указ императора Александра I Правительствующему Сенату от 8 сентября 1802 года Вследствие манифеста Нашего об образе управления Государственных дел, оставляя первые три Коллегии на прежнем их основании, Повелеваем Государственным Военной и Адмиралтейств Коллегиям остаться первой под управлением вице-президента той Коллегии Генерала-от-Инфантерии Вязьмитинова, второй вице-президента оной Адмирала Мордвинова; а Коллегии Иностранных Дел быть под управлением Государственного Канцлера, Действительного Тайного Советника 1 класса Графа Воронцова, коим и носить звание Министров.

Товарищем Министра Иностранных Дел назначаем Тайного Советника Князя Адама Черторыльского. Министром Юстиции или ГенералПрокурором повелеваем быть Действительному Тайному Советнику Державину, предоставляя впредь назначить ему Товарища; Министром Внутренних Дел Действительному Тайному Советнику Графу Кочубею, а Товарищем его Действительному Камергеру Графу Строгонову, которого семилостивейшее жалуем в Тайные Советники; Министром Финансов А. Г. Звягинцев. «Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах»

Действительному Тайному Советнику Графу Васильеву, а Товарищем его Гофмейстеру Гурьеву; в должности Государственного Казначея Тайному Советнику Федору Голубцову. Коммерц-Коллегия остается по-прежнему в управлении Министра Коммерции Действительного Тайного Советника Графа Румянцева, со всеми другими местами, до сего времени в его ведении состоявшими. Министром Народного Просвещения повелеваем быть Действительному Тайному Советнику Графу Заводовскому, а Товарищем его Тайному Советнику Муравьеву. Таким образом наполнив все Министерства особами, коих достоинства и отличные способности Нам известны, повелеваем им приступить немедленно, на основании манифеста Нашего, к отправлению должностей, на них возложенных;

а дабы излишне не обременять их при самом вступлении в Министерства, Правительствующий Сенат имеет окончить все дела ведомства Министров, которые в оный поступили до издания сего манифеста, и обязанностию Министров будет пещись о скорейшем окончании оных.



Pages:   || 2 |



Похожие работы:

«Валерий Иванович Гуляев Шумер. Вавилон. Ассирия: 5000 лет истории Серия "Сокровенная история цивилизаций" Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=3939735 Ш...»

«256 Л.М. Иванова Омский государственный педагогический университет Концепция дальневосточного фронтира в современной российской историографии Статья посвящена современной отечественной историографии концепции дальневосточного фронтира. Показаны причины популярности концепции Ф. Дж....»

«КОГЕНЕРАЦИЯ Комбинированная выработка электроэнергии и тепла Наша история Фирма TEDOM была основана в 1991 г. За четверть века небольшая фирма превратилась в международную компанию с более чем 500 сотрудниками, которая продает...»

«Генри Саггс Величие Вавилона. История древней цивилизации Междуречья http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=3120385 Генри Саггс. Величие Вавилона. История древней цивилизации Междуречья: Центрполиграф; Москва; 2012 ISBN 978-5-9524-4989-3 Оригинал: H. W. F. Saggs, “The Grea...»

«© 1992 г. С.П. СТАРОДУБЦЕВ ОЦЕНОЧНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ: ПЕРВОЕ ЗНАКОМСТВО СТАРОДУБЦЕВ Сергей Палладиевич — старший научный сотрудник Государственного музея изобразительных искусств им. А. С. Пушкина. В нашем журнале опубликовал ряд статей, посвященных проблемам потребл...»

«Социология семьи © 2005 г. И.О. ШЕВЧЕНКО, П.В. ШЕВЧЕНКО БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ КАКАЯ ОНА? ШЕВЧЕНКО Ирина Олеговна кандидат исторических наук, доцент кафедры теории и истории социологии социологического факультета Российского государственного гуманита...»

«© 1999 г. АЛ. СВЕРДЛОВА МЕЦЕНАТСТВО В РОССИИ КАК СОЦИАЛЬНОЕ ЯВЛЕНИЕ СВЕРДЛОВА Алла Леонидовна аспирантка Института социально-политических исследований РАН. О российских предпринимателях-меценатах, их роли в...»

«Уроки творчества Сочиняем сказку Сказка это кладезь народной мудрости в ней таится громадный ресурс для воспитания и развития детей. Сколько существует человечество, столько малыши всех времен, культур и народов с абсолютно одинаковым восторгом слушают сказки, к...»

«СЕДЬМЫЕ ОТКРЫТЫЕ СЛУШАНИЯ "ИНСТИТУТА ПЕТЕРБУРГА". ЕЖЕГОДНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ ПО ПРОБЛЕМАМ ПЕТЕРБУРГОВЕДЕНИЯ. 8– 9 ЯНВАРЯ 2000 ГОДА. Марина Черевко МАРИЯ БОРИСОВНА ДАРГОМЫЖСКАЯ В КРУГУ СЕМЬИ И В МИРЕ ЛИТЕРАТУРЫ Я бы хотела воскресить историю одной забытой жизни, судьбы, так и оставшейся в тени своих знамен...»

«Вадим ЦЫМБУРСКИЙ Тютчев как геополитик * Wir wollen nur existieren •• Ф. Тютчев Я. Фальмерайеру I Идеология российской геополитики трудна для анализа — и именно из-за гипертрофии географического символизма в нашей истории. Как выделить эту идеологию в отдельную предметную область с имманентной логикой...»

«УДК 008+130.2 Голкова Мария Леонидовна Феномен благотворительности в культуре северных регионов России и Норвегии Специальность: 24.00.01 — теория и история культуры АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учёной степени кандидата культурологии Санкт-Петербург Работа выполнена на...»

«1 На фото: английский Храм, где нашли последний приют Тамплиеры Копирование или иное использование материалов категорически запрещено Все права принадлежат проекту "Свидетели Иеговы: Некуда Идти" © 2016 "Свид...»

«Лисенков И.В., Ивановский государственный историко-краеведческий музей имени Д.Г. Бурылина, зав. отделом фондов. Работы фирмы Фаберже в фондовом собрании музея. Ивановский государственный историко-краеведческий музей им.Д.Г.Бурылина уникальное явление в культурной ис...»

«Неделя 6. Будда (4) – Будда, с которым мы можем вступить в контакт Введение В прошлых сессиях мы увидели, что для многих буддистов история Будды – не просто фактографическая запись исторических событий. На этой неделе мы посмотрим, почему большин...»

«244 ГЛАВА VII СОБОРНО-ЛИБЕРАЛЬНЫЙ ИДЕАЛ И НОВАЯ КАТАСТРОФА НОВАЯ ИНВЕРСИЯ Банкротство позднего умеренного авторитаризма означало, что вялая инверсия, попытка общества преодолеть инерцию истории, найти альтернативу за рамками исторически сложившихся циклов оказалась неудачной. Обществу не хватило массовой критической р...»

«ОБЩЕСТВЕННЫЕ НАУКИ И СОВРЕМЕННОСТЬ 1999 • № 4 В.П. ПУГАЧЕВ Информационная власть и демократия История общества всегда была и остается ареной борьбы за власть, ее распределение и использование. Власть неотъемлемый, организующий элемент любой коллективной жизни и всякой цивилизации, меняющийс...»

«©1999 г. Д.В. ИВАНОВ КРИТИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ И ВИРТУАЛИЗАЦИЯ ОБЩЕСТВА ИВАНОВ Дмитрий Владиславович ассистент кафедры теории и истории социологии Санкт-Петербургского государственного университета. Значительная часть социологических дискуссий последних...»

«МИР РОССИИ. 1995. № 1 ПРОБЛЕМЫ РОССИЙСКОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА ДВА КОРНЯ РОССИЙСКОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА: ФРАГМЕНТЫ ИСТОРИИ * В.В.Радаев В работе представлен социологический взгляд на историю дореволюционного российского предпринима...»

«Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии. Вып. XVIII Д. А. ПРОХОРОВ ИСТОРИЯ КАРАИМСКОЙ ОБЩИНЫ КРЫМА В ПЕРСОНАЛИЯХ: УЧЕНЫЙ, САДОВОД И БЛАГОТВОРИТЕЛЬ А. И. ПАСТАК В последние годы в современной исторической науке наблюдается процесс "гуманизации общественных наук", заметна переориентация внима...»

«0802472 JV ехa n s шШШШш ^^ /ШЛЯ 111шШ Г) ^ " ^ И ШШПгш''* -.-г-^^-с^зйЙ И [/,Ш МшШ1 Компактные провода AERO-Z® для высоковольтных линий электропередачи JVexans Содержание Стр Введение.2 Историческая справка.3 Налипание снега на провода,.4 Траектория перемещения провода,.6 Преимущества npoBOflaAER...»









 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.