WWW.BOOK.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные ресурсы
 

Pages:   || 2 |

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК   Институт востоковедения                 В. Г. РАСТЯННИКОВ    АГРАРНАЯ ИНДИЯ  ПАРАДОКСЫ  ЭКОНОМИЧЕСКОГО  РОСТА  ...»

-- [ Страница 1 ] --

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК  

Институт востоковедения  

 

 

 

 

 

 

 

В. Г. РАСТЯННИКОВ 

 

АГРАРНАЯ ИНДИЯ 

ПАРАДОКСЫ 

ЭКОНОМИЧЕСКОГО 

РОСТА 

Вторая половина ХХ в. – начало XXI в. 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Москва 

ИВ РАН 

ББК 65.9 + 65.32

Р24

УДК 338.43:330.111.4:330.15:314.06

Рецензенты

доктор экономических наук О. В. МАЛЯРОВ

доктор исторических наук Ф. Н. ЮРЛОВ

кандидат экономических наук Л. Ф. ПАХОМОВА

Р24 Растянников В. Г. Аграрная Индия: парадоксы экономического роста. Вторая половина ХХ в. – начало XXI в. М.: ИВ РАН.

2010. — 128 стр.

ISBN 978-5-89282-418-7 На фоне феноменальных достижений экономики Индии к началу XXI века рассматривается драматический ход экономического роста в ее аграрном секторе. Исследуются процессы деградации (и прямого разрушения) цепи взаимосвязанных звеньев аграрно-экономической деятельности под воздействием усиливающегося демографического давления на природные ресурсы. Среди этих процессов — маргинализация системы хозяйства агросферы; падение нормы накопления в сельском хозяйстве; падение подушевого производства продовольствия — к началу XXI века по сравнению с началом XX; углубление макрохозяйственных диспропорций в производстве и распределении товарного продовольствия; выпадение крупнейших регионов страны из рядов общенациональных поставщиков продовольствия; дисперсия сельскохозяйственных рынков. Рассматривается также борьба государства с угрозами продовольственной безопасности (рыночный аспект). В различных ракурсах исследуется феномен отставания сельского хозяйства. В свете реалий начала XXI века оценивается «закон народонаселения» Т. Мальтуса.

В работе выделяются обстоятельства, способствующие формированию «модернизированного» варианта дуалистической структуры экономики индийского общества. Очерчивается проблема выбора альтернативных стратегий выхода из острокризисной ситуации в аграрном секторе, предлагаемых различными группами индийского истеблишмента.

Книга предназначена для широкого круга читателей, интересующихся актуальными вопросами современного бытия стран бывшего «третьего мира», в частности проблемами драматических социально-экономических изменений в аграрном секторе сегодняшней Индии.

–  –  –

Введение: кратко о сути обсуждаемой проблемы............... 9

1. Маргинализация хозяйства агросферы

2. Накопление в сельском хозяйстве: исторический вектор процесса

3. Производительность труда и товарное производство продовольствия: макрохозяйственные ограничители роста

4. Тенденции концентрации товарного производства в аграрном секторе

5. Изменения в направлении потоков товарного продовольствия

6. Дисперсия рынка в продовольственном комплексе аграрного сектора

7. И пришло государство …

8. Четыре угла экономического роста в сельском хозяйстве. Феномен отставания

9. Перед выбором

Эпилог

Приложения 115

1. Периферийный регион сельскохозяйственного роста: Орисса

2. Регион — лидер сельскохозяйственного роста:

исторический Пенджаб

4 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста

Перечень таблиц

№ Название Стр.





1 Маргинализация хозяйства в аграрном секторе Индии (вторая половина ХХ века – начало XXI века)

2 Индия: средний размер землепользования в хозяйствах различных групп земледельцев, 1970/71 – 2000/01 гг.

3 Индия, штат Западная Бенгалия: маргинализация системы земледельческих хозяйств, 1950/51 – 2000/01 гг.

4 Индия, штат Западная Бенгалия: динамика земледельческих хозяйств по размерам землепользования, 1950/51–2000/01 гг.

5 Индия, штат Западная Бенгалия: изменение места мельчайших и мелких хозяйств в структуре землепользования земледельческих хозяйств, 1970/71 – 2000/01 гг.

6 Индия: изменение удельного веса накопления в сельском хозяйстве в совокупной массе национальных накоплений, 1951/52–2005/06 гг................ 33 7 Индия: динамика накопления в сельском хозяйстве, 1951/52–2006/07 гг.

8 Производительность труда в земледелии Индии.

Зерновое хозяйство, 1930–2006 гг.

9 Поступления товарного риса / пшеницы на оптовые сборные рынки Индии, середина 50-х – конец 90-х годов ХХ века

Содержание 5 10 Индия: изменение роли различных регионов в поставках товарного риса на общенациональный рынок в последней трети ХХ – начале XXI века........ 49 11 Концентрация производства и товарной массы пшеницы в аграрном секторе Индии, 1983/84 г...... 52 12 Концентрация производства и товарной массы риса в аграрном секторе Индии, 1983/84 г.................. 54 13 Землепользование «средних» и «крупных» земледельцев в штатах Пенджаб и Андхра Прадеш, 2000/01 г.

14 Распределение урожая риса в воспроизводственном процессе рисопроизводящего хозяйства Индии, ХХ век

15 Динамика численности семей сельских рабочих Индии, 1964/65–1999/2000 гг.

16 Рост среднего дневного номинального заработка сельскохозяйственных рабочих-мужчин в Индии, 1983 – 1999/2000 гг.

17 Индия: изменение роли государства в закупках зерна на оптовых сборных рынках, 1959/60 – 2006/07 гг.

18 Индия, штат Уттар Прадеш: эффективность политики мобилизации товарного зерна по различным параметрам государственных закупок пшеницы, 1970/71–2006/07 гг.

19 Индия: наличие пищевого зерна на душу, конец XIX – начало XXI века

20 Индия: динамика отставания сельского хозяйства, вторая половина ХХ – начало XXI века

6 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста 21 Индия и Пакистан, исторический Пенджаб: динамика плотности населения, конец XIX – начало XXI века

22 Индия и Китай: ежегодные темпы прироста урожайности зерновых культур, 1978–2008 гг.............. 109

–  –  –

The book is about one of the most acute problems of India’s modern economic growth, the pressure of growing population on natural recourses, becoming ever more scarce, especially those available for agricultural use (i.e. food production). The processes of degradation (or even rough destruction) of the chains of interrelated links of agro-economic activity are the object of the study. Among these processes are: the marginalization of the system of farms, which now affects all the size-classes of them — from the bottom to the top;

reducing rate of capital formation in agriculture; increasing tensions in mobilization and distribution of the marketed food produce (of mass requirements); the fall of a number of states, formerly major suppliers of food produce to the all-national basket, out of the ranks of these.

The author keeps to the line that the depressive effect of market dispersion process hinders greatly the formation of the single (allnational) food market; as well a stress is made on the point that the per capita basic food production became steadily much less by the fall of the XXth century than it was the case at the dawn of it. Moreover, the strengthening dualism, now of the «modern kind», in the socioeconomic structure of the Indian society is discussed.

In this background the validity of the Malthusian doctrine of the «law of population» is estimated anew. Also the market aspects of the state policy to avert the menace to the national food supply are considered. The alternative strategies to overcome the present agrarian crisis are outlined, which are suggested by the different quarters of Indian establishment. The study is supplied with rich statistical information.

The book is intended for a wide range of readers, those who are interested to learn more on the acute (historically recently born) problems of economic growth in the former «third world» countries, as well as those who would like to go deeper into the knowledge about India’s economic history, especially that of the recent dramatic changes in her agriculture.

8 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста

CONTENTS

Preface: briefly about the heart of the problem discussed.......... 9

1. Marginalisation of the farming system in agriculture............ 15

2. Capital formation in agriculture. The historical vector of the process

3. Farm labour productivity and the marketed food surplus.

Macroeconomic constraints in the way of agricultural growth... 40

4. Trends in the concentration of commodity food production.

Territorial and social unevenness of the process

5 Changes in the directions of flows of marketed food produce

6. The emerging all-national food market vis--vis the destructive waves of dispersion pressure

7. And here the state has come…

8. Agriculture lags behind more and more. A report on the four estimates of the phenomenon

9. Ahead is the choice

Epilogue

Appendix 115

1. Economic growth in a peripheral agricultural region.

Orissa

2. Economic growth in an advanced agricultural region.

Punjab

ВВЕДЕНИЕ:

КРАТКО О СУТИ ОБСУЖДАЕМОЙ ПРОБЛЕМЫ

За последние десятилетия Индия показала феноменальные темпы экономического роста. Плановая комиссия страны не преувеличивала, когда возвестила, что «Индия поднимается как одна из наиболее быстро растущих экономик среди большинства развивающихся стран», высказывая надежду, что к 2050 г. Индия будет «одной из четырех крупнейших экономик мира, включая Бразилию, Россию и Китай»1. Успехи в экономическом росте Индии общеизвестны. Она, в частности, уже является мощной державой компьютерного мира. Но вместе с тем в Индии сложилась огромная (по числу занятого населения) сфера (аграрная) экономической деятельности, где вектор роста развернут в противоположную от общенациональной тенденции сторону. И это, пожалуй, самый впечатляющий парадокс экономического роста в новейшей истории Индии.

Современная Индия переживает острейший кризис, несмотря на головокружительные успехи экономического роста за последние десятилетия. Червоточина этого кризиса под названием «давление населения на землю» (pressure of population on land) весьма болезненно ощущалась крестьянами Индии еще в 30-е годы ХХ века2, к началу XXI века она разрослась в огромную раковую опухоль. Этот кризис имеет перманентный характер. Его причина — не конъюнктурно-рыночного происхождения, не некий особый феномен спада экономического цикла, это кризис самих фундаментальных основ земледельческого производства, исторически главной сферы экономической деятельности народов Индии. Первопричина этого кризиса – чрезмерно интенсивный, не сообразующийся с массой имеющихся природных ресурсов рост населения.

The XI th Five Year Plan (FYP) (2007–12). Development Policy.

2007. Ch.1. C. 97.

См., например: Mukherjee, Radhakamal. Land Problems of India.

London. 1933. C. 120, 216, 349 и др.

10 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста Такому росту с 50-х годов ХХ века активно способствовал «демографический взрыв», который вызвал резкую интенсификацию ежегодных приростов населения. Если в первой половине ХХ века средний прирост населения в Индии составлял 0,85% в год, то во второй половине века он поднялся до 2,09%3.

И как здесь не вспомнить Т. Мальтуса, политэкономатеоретика конца XVIII – начала XIX века, возвестившего об извечной коллизии в органически связанной паре — «народонаселение/средства существования», коллизии, порожденной разными правилами движения каждой из частей данной пары. Эта коллизия и явилась «технической» основой сформулированного Мальтусом «закона народонаселения». (Правда, Мальтус проблемой природных ресурсов производства специально не занимался. Для исследователей того времени эта проблема была совсем неактуальна — ведь «на земном шаре в настоящее время (т.е. в конце XVIII века. — В.Р.) имеется еще много необработанных и почти незаселенных земель»4. Поэтому в теории Мальтуса фигурируют непосредственно лишь плоды реализации данных ресурсов — «средства существования» — хотя и умозрительно автором представленные.) Так, по Мальтусу, «мы можем признать несомненным», что «если возрастание населения не задерживается какими-либо препятствиями, то это население удваивается через каждые 25 лет и, следовательно, возрастает в каждый последующий двадцатипятилетний период в геометрической прогрессии». Напротив, «исходя из современного состояния заселенных земель, мы вправе сказать, что средства существования при наиболее благоприятных условиях применения человеческого труда никогда не могут возрастать быстрее, чем в арифметической прогрессии»5.

В отсутствие точной статистики Мальтус с оценкой роста народонаселения определенно хватил через край. В Англии, например, в период наиболее бурного за 600 лет сельскохозяйственного роста (1770–1810 гг.) население возрастало темпом 1,1% в год, а «средства существования» (производство зерна) — 1%. Рост за период составлял в обоих случаях 1,5 раза. В последующие сорок лет (1810–1850) население увеличилось в 1,7 раза, при ежегодном его См.: Петров В.В. Население Индии. М.: «Наука». ГРВЛ. 1965.

С. 50; Agricultural Statistics at a Glance. 2008. Table 2.2. http://dacnet.nic.in.

Мальтус Т. Опыт о законе народонаселения. // А н т о л о г и я э к о н о м и ч е с к о й к л а с с и к и. Т.2. М.: Эконов. 1993. С. 12.

Там же. С. 12, 14.

Введение 11 приросте 1,3% (что более чем вдвое ниже того значения — 2,81% — которое вытекает из постулатов Мальтусовского «закона народонаселения», предполагающего его удвоение всего за четверть века). «Средства же существования»

увеличились лишь в 1,2 раза, возрастая на 0,5% в год в течение упомянутых сорока лет. Позже мы будем иметь возможность сопоставить эти показатели из XVIII – XIX веков с теми, которые сложились в веке XXI6.

Главным результатом разнокачественного исторического движения обеих частей (органически связанных между собой) «закона народонаселения» является голод, недоедание, бедность (обусловленная, помимо прочего, низкими заработными платами), нищета, т.е. «признанные бедствия», которые выпали на долю «низших классов общества»7.

Даже если отвлечься от того, что в теории автора напрочь отсутствует социально-экономическая составляющая «закона народонаселения», а в качестве источника «бедствий, порождаемых (этим) законом», постулируется исключительно «естественное стремление людей размножаться быстрее, чем могут возрастать средства существования», существенно важно уже то, что введенный Мальтусом в ход анализа сам принцип органического несоответствия органически же связанных между собой сторон «закона народонаселения» (он же — «великий закон природы»8) может в иную эпоху (которую, например, переживают ныне многие страны Востока, Индия и Китай в частности) занять в реальной жизни свою нишу, провоцируя и развивая процессы деградации во все более расширяющихся сегментах обществ стран, угнетенных влиянием Мальтусовского «закона».

В отличие от ресурсной ситуации времен конца XVIII века, когда Мальтус, оценивая демографический и бытовой опыт родной ему Англии, раскрывал «секреты» содержания и действия своего «закона народонаселения», положение с ресурсами, используемыми в сельском хозяйстве, во многих развивающихся странах, в частности странах Востока, Индии в особенности, складывается ныне, в начале XXI века, много хуже.

Можно выделить, по меньшей мере, два универсальных различия между обеими ресурсными ситуациями, разделенными отрезком исторического времени в два столетия.

Во-первых, как можно судить по материалам, описывающим Индию (и ряд других стран Востока), природные ресурсы (заИсчисления базисных данных, использованных для настоящих расчетов, выполнены Gregory Clark’ом. См.: Idem. Yields per Acre in English Agriculture, 1250–1860: Evidence from Labour Inputs // Economic History Review. Vol.XLIV. 1991. №3. C.445–447.

Мальтус Т. Опыт о законе народонаселения. С. 133.

Там же.

12 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста действованные в производстве «средств существования»), уже введенные в хозяйственный оборот, подвергаются интенсивной деградации; последняя обусловлена, помимо прочего, все усиливающейся интенсификацией их потребления (использования) — без последующего адекватного восстановления. (В Индии, например, различным формам деградации почв подверглось в той или иной степени до двух третьих площади возделываемой земли.) Во-вторых, на фоне высокого роста населения в Индии (как и во многих других странах Востока) все острее и болезненнее ощущается фактор ограниченности (а в иных случаях — уже и прямой нехватки) природных ресурсов (в том, что касается производства «средств существования»). Иначе говоря, речь идет об упорно надвигающемся ресурсном голоде — необратимом разобщении частей системы производительных сил, нарастающая губительная эффективность которого, возможно, в полной мере еще не оценена истеблишментом страны.

Этот фактор, активизировавший свою мощь после угасания эффекта «зеленой революции» — крупного технологического сдвига в земледелии, пережитого «третьим миром» в 60–80-х годах ХХ столетия и позволившего существенно (причем — скачкообразно быстро) увеличить производство «средств существования», — знамение наступающей эпохи, фактор, последствия разрушительного влияния которого на экономический рост сказываются, прежде всего, в плотнонаселенных развивающихся странах, Индии в том числе9.

Суть переживаемого Индией в последнее десятилетие кризиса Плановая комиссия лаконично сформулировала так:

«Страна, где свыше миллиарда ртов, которых надо кормить, находится в состоянии постоянного стресса, будучи вынуждена выжимать все больше и больше из своих сельскохозяйственных

Еще в 60-е годы прошедшего столетия, до появления первых значимых результатов «зеленой революции», распространение получили мнения, вроде того, которое было озвучено в работе Дж. Кроуфорда, проректора Национального университета Австралии, «Призрак Мальтуса в Индии»:

«Если воззрения Мальтуса когда-либо и имели отношение к какой-нибудь конкретной стране, то это, конечно, была Индия» (Crowford J. The Malthusian Specter in India. // The Australian Journal of Science. Vol. 30. №10. 1968.

C. 385).

Введение 13 ресурсов, причем в условиях, когда площадь возделываемой земли неуклонно сжимается. А доходы на сельскохозяйственные вложения падают»10.

Я постараюсь показать, как возникла многозвенная цепь, в которой следствием разрушения одного звена (или нарушения нормального его функционирования) оказывается разрушение последующего звена, связанного с предыдущим звеном и его функционированием обусловленное, каковое разрушенное звено становится причиной разрушения следующего в цепи звена, связанного со вторым разрушенным, и т.д. Я постараюсь проследить этот феномен, по меньшей мере, в нескольких последовательно связанных (обусловленных) звеньях. При этом мы увидим, каким образом, например, экономическая политика опосредованно оказывается связанной прочнейшими нитями с первопричиной разрушений во всей цепочке. (В данной работе исследуется только одна — и это понятно — цепочка из множества других.) Мы увидим также, что такого рода процесс разрушения постепенно охватывает все большее экономическое пространство, развивается неравномерно по регионам.

Конечно, в ходе исторического движения, в отдельные периоды, на отдельных участках обширнейшего поля экономического роста мы можем наблюдать и оценивать положительные (в социальном и экономическом измерении) явления в общей динамике роста в агросфере. (Незашоренному экономическими успехами читателю они, возможно, даже напомнят что-то вроде видений «пира во время чумы».) Поэтому, упоминая о развертывании острейшего кризиса в народном хозяйстве Индии, мы можем говорить об этом процессе именно как о тенденции, определяющей в конечном итоге нынешний и возможный уже в недалекой перспективе характер экономического роста.

Возможно, некоторые разделы книги могут показаться слишком пространно изложенными. Что касается автора, он убежден в том, что именно насыщение «несущих конструкций» темы The XI th FYP (2007–12). Report of the Working Group on Crop Husbandry, Agricultural Inputs, Demand and Supply Projection and Agricultural Statistics for the Eleventh Five Year Plan (2007–2012). / Govt. of India. Planning Commission // New Delhi. 2006. C. 12.

14 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста детальным материалом как раз и позволяет наилучшим образом высветить анатомию изучаемого объекта (здесь — сельскохозяйственный рост), к чему автор и стремится в этой работе. Что из этого получилось — судить читателю.

В своем анализе процесса роста я стараюсь использовать прежде всего статистический материал, полагая статистические данные адекватным источником для выработки оценки хода и интенсивности данного процесса. Конечно, привлекаются и экспертные заключения ученых, оценки различных ведомств и учреждений. При этом при неизбежности выбора предпочтение отдается все-таки тем статистическим данным, каковые прошли через горнило аналитического штаба Правительства Индии — Плановой комиссии, именно она сформировала новое целостное, алармистское восприятие кризисной динамики аграрного сектора современной Индии.

Hic Rhodes, hic salta.

* * * Автор выражает глубокую признательность своим коллегам и друзьям Олегу Малярову, Людмиле Пахомовой, Феликсу Юрлову, Александру Акимову, Нине Цветковой, Александру Петрову (Институт востоковедения РАН), которые рецензировали рукопись этой монографии и дали автору ценные советы в связи с подготовкой ее к изданию. Сердечную благодарность я приношу Ирине Дерюгиной, соавтору ряда наших совместных трудов, оказывавшую мне профессиональную помощь в работе над этой книгой — она выполнила ряд необходимых для изложения материала математических расчетов (разделы 1, 2), составила графические рисунки.

МАРГИНАЛИЗАЦИЯ ХОЗЯЙСТВА АГРОСФЕРЫ

По существу вся эпоха независимости Индии отмечена драматическими процессами углубления диспропорции между базисными факторами производства в сельском хозяйстве — количеством имеющейся рабочей силы, с одной стороны, и наличными природными ресурсами, используемыми в производстве — с другой. Но особенно они усилились с начала 1970-х годов, когда доступные для возделывания земельные ресурсы в Индии практически почти полностью были исчерпаны, что «перекрыло кислород» росту площади обрабатываемой земли. Эра развития земледелия экстенсивного типа — «вширь» — завершилась.

Страна вступила в новую эпоху сельскохозяйственного роста, возвестившую об императивной потребности перехода аграрного сектора Индии к модели интенсивного роста, основывающейся, помимо прочего, на массированной интенсификации использования природных ресурсов.

Ресурсный голод между тем предопределил и характер социально-экономического процесса в агросфере. Обширными своими сегментами аграрное хозяйство страны вошло в разрушительную фазу инволюционного движения — измельчания хозяйства агросферы, причем такая форма развития охватывает в Индии сразу обе стороны спектра земледельческих хозяйств — и «снизу» (дробление мелких по землепользованию хозяйств), и «сверху» (дробление хозяйств с крупным, по индийским стандартам, землепользованием)11. С какой интенсивностью происходит этот процесс?

Проблема маргинализации хозяйства аграрного сектора Индии также исследовалась автором (совместно с И.В. Дерюгиной) в других работах; см.: [Растянников В.Г.] Становление современного аграрного хозяйства в Индии // Земельный вопрос / Под редакцией Е.С. Строева. М.: «Колос».

С. 450–454 [Подписано к печати 29.04.1999]; Растянников В.Г., Дерюгина И.В. Сельскохозяйственная динамика. ХХ век. М.: ИВ РАН, 1999. С. 56– 61 [Подписано к печати 18.10.1999]. Эта же проблема разрабатывалась параллельно нашими индийскими коллегами-аграрниками; см: Rao V.M., Hanumappa H.G. Marginalization Process in Agriculture // E c o n o mi c a n d P o l i t i c a l W e e k l y. 1999, December 25. C. A133–A136.

16 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста Если за первые полтора десятилетия второй половины ХХ века (1954/55 – 1970/71 гг.) параметры землепользования, как средненациональные, так и групповые, по обеим категориям рассматриваемых хозяйств (см. табл. 1) хотя и колебались (повидимому, все-таки из-за неотработанности методики статистических наблюдений), но в целом отличались определенной устойчивостью, то с 70-х годов возникла совсем иная ситуация.

Согласно данным опубликованных сельскохозяйственных переписей, в расчете на одну производственную единицу аграрного сектора Индии в течение тридцати лет, с 1970/71 по 2000/01 гг., средняя хозяйственная площадь (operational land area) претерпевала четко выраженное сокращение — из пятилетия в пятилетие — и в конечном итоге уменьшилась на две пятых, с 2,3 га до 1,3 га, а в соответствии с трендовой отметкой на 2006 г. должна уменьшиться (или уже уменьшилась) до 1,17 га, или вдвое, за 35 лет (см. табл.1).

При таком тренде изменений средняя площадь земли под хозяйством уже менее чем через десятилетие, к 2016 г., сократится до одного гектара! (См. табл.1). Между тем уменьшающийся хозяйственный участок все более активно насыщается рабочей силой, существенная часть которой, несмотря на происходящую интенсификацию земледелия, сопряженную с ростом числа работников, используемых на единицу площади обрабатываемой земли, относится к типу относительно «избыточного населения»12.

Так, по оценке Плановой комиссии Индии, в 1992–1995 гг. сельскохозяйственный сектор Индии, сосредоточивая около двух третьих (63,4%) (март 1992 г.) общего числа лиц, занятых в народном хозяйстве, смог в той или иной степени обеспечить работой менее половины (47,9%) общенационального прироста рабочей силы (Draft Mid-Term Appraisal of the Eighth Five Year Plan 1992–1997. New Delhi. 1996. C. 66). Как комментировала такого рода диспропорцию Национальная комиссия по сельским рабочим, «увеличение емкости занятости в сельских районах не соответствует приросту массы рабочей силы»; в частности, «численность сельскохозяйственных рабочих увеличивается в течение нескольких последних десятилетий более высоким темпом, чем происходит прирост населения в деревне»

Маргинализация хозяйства агросферы 17

–  –  –

* Составлено и подсчитано по: The National Sample Survey. 8th Round. First Report on Land Holdings. Rural Sector / Govt of India. Calcutta,

1958. C. 36 (данные за 1954/55); All India Report on Agricultural Census 1970Govt. of India. N.D. 1975. C. 26; All India Report on Agricultural Census 1980-81. / Govt. of India. N.D. 1987. C. 17; Agricultural Statistics at a Glance 2001. / Govt. of India. Ministry of Agriculture. N.D. 2001. C. 190; do.do. 2004.

(Report of the National Commission on Rural Labour. / Govt. of India. Ministry of Labour. Vol. I. New Delhi. 1991. C.69). (Подробнее об этом ниже.) 18 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста C. 186 (цит. по: http://agricoop.nic.in); Sarvekshana. Journal of NSSO. Vol. XX.

1997, №3. C. 17, 20, 21; Agricultural Statistics at a Glance 2006. Table 16.1 (цит. по: http://agricoop.nic.in ); Some Aspects of Operational Land Holdings in India, 2002-03. NSS 59th Round. / NSSO. Govt. of India. 2006. C. 16, 18 (цит.

по: http://mospi.nic.in ).

Примечание. За 1954/55 и 1960/61 гг. приводятся данные Организации «Национальные выборочные обследования» (NSSO). За период 1970/71–2000/01 гг. используются данные регулярных сельскохозяйственных переписей, проводящихся Министерством сельского хозяйства Индии.

Последующие данные — прогнозного характера — исчислены на основе экспоненциального тренда динамики показателей сельскохозяйственных переписей за 30 лет. В скобках — показатель, заимствованный из публикаций NSSO.

Его значения относятся соответственно к годам/периодам:

1970/71 г., 1981/82 г., 1991/92 г., 2002/03 г.

Так, за период 1950/51–1970/71 гг. такая площадь в расчете на одного работника, занятого в сельском хозяйстве, уменьшилась на 16% (с 1,51 га до 1,27 га), а за период 1970/71–2000/01 гг.

данная площадь сократилась на 53% (с 1,27 га до 0,6 га)13, т.е. во втором периоде в расчете на десятилетие сокращение площади на одного сельскохозяйственного работника происходило примерно в два раза интенсивнее, чем в первом периоде. (Общее сокращение составило 2,5 раза.) Между тем площадь посевов (т.е. площадь, реально используемая в процессе земледельческого производства) изменяется совсем по другому алгоритму, нежели площадь угодий, отнесенная к категории «хозяйственная площадь». В результате развития ирригационного потенциала в Индии во второй половине ХХ века существенно расширилась площадь поливных земель, используемых под посевы обычно дважды (а иногда и трижды) в течение года. В 1950/51 г. коэффициент использования обрабатываемой земли Индии под посевы составлял 111,1%, а в 2000/01 г.

он увеличился до 133,2%14. Фактор интенсификации использования природных ресурсов приводит, конечно, как бы к увеличеРассчитано по: Растянников В.Г., Дерюгина И.В. Сельскохозяйственная динамика. ХХ век. М.: ИВ РАН, 1999. C. 56; The State of Food and Agriculture, 2003-04. FAO. Rome. 2004. C.169; Agricultural Statistics at a Glance 2004. / Govt. of India. Ministry of Agriculture. New Delhi. 2004. C. 163.

Agricultural Statistics at a Glance 2004. C. 162.

Маргинализация хозяйства агросферы 19 нию реально используемой в процессе производства площади земли и в результате компенсирует в той или иной степени процесс сокращения хозяйственных участков, обусловленный диспропорцией между наличной рабочей силой и наличными природными ресурсами, задействованными в земледельческом производстве. Сколь велика эта компенсация?

Как упоминалось выше, за тридцать пять лет (1970/71– 2006 гг.) средний размер площади под хозяйством (operational land area) сократился наполовину; ожидаемый же прирост среднего землепользования хозяйства — за счет роста площади вторичных посевов на базе поливных земель за 1950/51–2000/01 гг. (т.е.

более продолжительный период времени) увеличился, по расчетам с использованием приведенных «коэффициентов интенсивности», лишь на одну пятую15. Иначе говоря, хотя и в несколько замедленном темпе, площадь реального землепользования средней производственной единицы (т.е. с учетом площади вторичных посевов) в аграрном секторе Индии продолжала и продолжает неуклонно сокращаться.

Индия между тем совсем не единственная страна, переживающая губительное воздействие похозяйственной маргинализации в своем аграрном секторе. В Египте, например, так же, как Индия, оказавшемся во второй половине ХХ века под сильнейшим давлением демографического пресса, процессы похозяйственной маргинализации наиболее интенсивно стали охватывать аграрный сектор от рубежа 50-х – 60-х годов ХХ века.

Нижеследующие показатели фиксируют ее динамику за сорок лет ХХ столетия (площадь в га, в среднем на одно хозяйство, по годам)16:

1939 1950 1960 1965 1974/75 1977/78 1985 1,69 1,71 1,60 1,18 1,00 0,84 0,66 Рассчитано по данным: там же, а также табл. 1.

Цит. (и рассчитано) по: Фридман Л.А. Египет. 1882 – 1952. Социально-экономическая структура деревни. М.: «Наука». 1973. С. 113, 121;

Гатауллин М.Ф. Аграрная реформа и классовая борьба в Египте (конец 40-х

– начало 80-х годов). М.: «Наука». 1985. С. 178; Абрамова И.О. Арабский город на рубеже тысячелетий (на примере Египта). М.: «Восточная литература» РАН. 2005. С. 83.

20 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста Как видно, к концу первой половины ХХ столетия размер средней земельной площади под хозяйством пока еще отличался стабильностью. Во второй же его половине произошли радикальные изменения: за период всего трех с половиной десятилетий – 1950–1985 гг. – среднее землепользование производственной единицы сократилось в Египте в 2,6 раза, составив две трети гектара.

Те же тенденции мы наблюдаем и в Китае (КНР), где за период 1983 – 2001 гг. средний участок крестьянской семьи сократился с 0,64 га до 0,51 га, или на одну пятую. Но хотя хозяйство стало существенно мельче, уменьшилась и численность постоянных членов семьи, почти на одну четверть (на 23,6%)17, свидетельствуя, по-видимому, о росте привлекательности источников заработков вне деревни. Земельный голод, однако, вынудил хозяйствующую семью сильно урезать так называемый «семейный участок», занятый под жилыми постройками и придомовой полоской земли, используемой под огородные культуры, с 630 м2 до 205 м2, т.е. в три раза!18 Иных источников мобилизации ценнейшего ресурса хозяйственной деятельности – земли ради поддержания производства в китайской деревне больше не осталось. Отметим также, что оцененный в более далекой ретроспективе, процесс маргинализации крестьянского хозяйства в Китае по интенсивности своего проявления весьма близко напоминает аналогичные процессы в Индии и Египте. Так, по оригинальным данным В. П. Курбатова, за период 1949–1993 гг. среднее землепользование крестьянского двора в КНР сократилось с 0,9 га до 0,41 га, или в 2,34 раза, за четыре с половиной десятилетия, при этом всего за полтора последних десятилетия упомянутого периода (1978–1993 гг.), охватывающего время реформ, оно уменьшилось в полтора (1,46) раза!19 При этом государство в КНР проводит жесткую политику контроля за рождаемостью.

Одно замечание по поводу индийской особенности процесса измельчания земледельческого хозяйства сделать здесь представляется весьма уместным.

Маргинализация аграрного хозяйства «по-индийски» по своим базисным характеристикам – явление, по-видимому, уникальное в современной мировой истории. (Напомним, чтобы было яснее в дальнейшем, – абрис процесса маргинализации очерChina Yearbook 2002: Rural Household Survey / National Bureau of Statistics of China. [б.м.]: China Statistics Press. С. 26.

Там же. О проблемах аграрного перенаселения в современном Китае см.: Бони Л.Д. Китайская деревня на пути к рынку / Институт Дальнего Востока. М. 2005. С. 245–247, 420, 426–430.

См.: Курбатов В.П. Актуальные проблемы КНР: демография, агросфера, экология. М.: [ИВ РАН]. 1996. С. 66.

Маргинализация хозяйства агросферы 21 чивается данными, полученными из регулярных сельскохозяйственных переписей, охватывающих, за некоторыми незначащими, т.е. не влияющими на общую картину, исключениями, все пространство агросферы Индии.) Суть этой уникальности состоит в том, что на протяжении всего периода проведения переписей средний размер земельного участка (operational land holding), характерный для той или иной, выделенной переписями, группы хозяйств, остается стабильным (едва уловимая тенденция к понижению данного показателя – около 0,15% в год — выражена лишь в группе крупных хозяйств), а численный состав группы весьма сильно изменяется.

Всмотримся внимательнее в следующие значения отмеченного показателя, содержащиеся в материалах сельскохозяйственных переписей Индии (см. табл. 2).

Таблица 2 Индия: средний размер землепользования в хозяйствах различных групп земледельцев, 1970/71–2000/01 гг.*, га

–  –  –

* Составлено по данным источников, приведенных в примечании к таблице 1.

Самое поразительное в этом трехдесятилетнем единообразии – то, что устойчивость межгрупповых соотношений размеров среднего землепользования по группам хозяйств, равно как и стабильность самих размеров среднего землепользования в каждой группе по годам, наблюдаются в условиях бурного распада 22 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста хозяйственной площади уже сложившихся производственных единиц. И в самом деле, за рассматриваемые тридцать лет (охваченных сельскохозяйственными переписями), при застойном фонде обрабатываемой земли, число мельчайших хозяйств выросло более чем вдвое (на 113,2%) – с 35,7 млн. до 76,1 млн., мелких – более чем на две трети (на 70,1%) – с 13,4 млн. до 22,8 млн., а крупных, наоборот, уменьшилось более чем наполовину (на 56%) – с 2,77 млн. до 1,23 млн.

Не вызывает сомнения факт, что, например, распад «крупного» (со средней площадью землепользования 18–17 га) хозяйства происходил (и происходит) не только под давлением угрозы законодательного фактора (введение земельного максимума – «потолка» земельного владения), но и в результате, как и в хозяйствах других, более мелких групп, «заурядной» (естественной) демографической дифференциации (по законам, установленным А. В. Чаяновым), выталкивающей «осколки» бывшего «большого» хозяйства (и одновременно – NB – крупного землепользователя) в состав низших по размерам земельной площади групп хозяйств – «средних» и «полусредних», землепользование которых под прессом все того же демографического давления рассыпается в свою очередь на участки – парцеллы (соответственно – мельчайшие хозяйства) размером 0,4 га (что, кстати говоря, соответствует площади среднего «личного подсобного» хозяйства в России начала XXI века).

Естественно, изменяется и ландшафт экономического пространства аграрного сектора Индии. Если раньше, в 1970/71 г., на каждое «крупное» хозяйство (со средней площадью 18,1 га) приходилось всего 13 мельчайших хозяйств – парцелл, то в 2000/01 г. каждый аналог такого «Монблана», хотя и с несколько (на 5%) уменьшившейся площадью земли (до 17,2 га), стал феноменом куда более редким, чем прежде, оказавшись на арене индийской деревни в окружении существенно более плотного массива мельчайших хозяйств – теперь

62. А еще через полтора десятка лет (считая от начала нынешнего века), к середине второго десятилетия XXI века (см. табл.1), группа «крупных» хозяйств, при существующем тренде похозяйственных изменений, превратится в экономически малозначащий хозяйственный анклав (кроме, возможно, пенджабского региона), демонстрирующий «зарубку на времени» (А. З. Арабаджан) своМаргинализация хозяйства агросферы 23 его неотвратимого — при «необузданном» развитии процессов маргинализации — сползания в экономическое небытие.

Дробление похозяйственного землепользования в тех масштабах, в каких оно происходит в последние три–четыре десятилетия в Индии, коренным образом изменяет всю картину концентрации земли в деревенском обществе. Как следует из изложенного выше, процессы маргинализации обрабатываемой площади и соответственно производства охватили как нижний эшелон хозяйств, так и верхнюю их группу; стимулируемое этими процессами более крупное (по стандартам Индии) землепользование все больше уступает место мелкому и мельчайшему.

Рис. 1 ИНДИЯ: удельный вес земельной площади под хозяйствами с землепользованием до 2 га и 10 га и более, 1970/71–2016 гг., % 1970/71 1976/77 1980/81 1985/86 1990/91 1995/96 2000/01 Уже в середине второго десятилетия XXI века, если современные тенденции к измельчанию земельной площади производственных единиц агросферы не будут блокированы или хотя бы заторможены, наименее эффективное (как правило, но не всеАграрная Индия: парадоксы экономического роста

–  –  –

* Подсчитано и составлено по: West Bengal Today. / Govt. of West Bengal. Alipore, 1954. C. 45, 48, 50; All-India Report on Agricultural Census 1970-71. / Govt. of India. Ministry of Agriculture and Irrigation. N.D. 1975.

Маргинализация хозяйства агросферы 25 C. 240; Annual Report 1996-97. / Govt. of West Bengal. Land and Land Revenue Reforms Department. Calcutta, 1998. C. 20; Agricultural Statistics at a Glance.

2006. Table 16.2(a), in: http://dacnet.nic.in.

Конечно, с точки зрения логики социально-экономического процесса при развивающемся капитализме такого рода вектор изменений в концентрации основного средства производства в земледелии представляется аномалией, но он вполне закономерен, если принять во внимание нарастающую силу давления на природные ресурсы страны избыточной массы рабочей силы;

такой вектор изменений в системе землепользования наглядно отражает тенденции усиления потенциала хозяйственной инволюции, охватывающие своим губительным влиянием все большие сегменты агросферы Индии.

Один из таких сегментов, демонстрирующий понятие «взлет» (термин У. Ростоу) похозяйственной маргинализации, — плотнонаселенный аграрный сектор штата Западная Бенгалия.

Здесь за полвека (1950/51 – 2000/01 гг.) число земледельческих хозяйств выросло, по официальным данным, с 2670 тыс.

до 6790 тыс. единиц, или в 2,5 раза, но их совокупная хозяйственная площадь (operational land area) увеличилась лишь на 6,5%, или менее чем на 1/15, годовой темп прироста этой площади составил 0,12% (подробнее см. табл. 3).

В период же последних трех десятилетий ХХ века (1970/71 – 2000/01 гг.), в течение которых динамика земельной площади могла быть оценена стандартными данными сельскохозяйственных переписей, рост диспропорции между имеющейся в аграрном секторе рабочей силой и количеством земельных ресурсов, который (рост) и нагнетал процесс маргинализации, выглядел следующим образом:

число хозяйств увеличилось (с 1970/71 г. по 2000/01 г.) в 1,6 раза (и в 2,5 раза – с 1950/51 г.);

земельная площадь, занятая под этими хозяйствами, выросла менее чем на 1/10 (и только на 1/15 часть – с 1950/51 г.).

В итоге средний размер хозяйственного участка земли уменьшился в Западной Бенгалии за вторую половину XX столетия в 2,4 раза – с 1,95 га до 0,82 га (по отношению к среднеиндийскому показателю – 1,32 га – он стал меньше почти на две пяАграрная Индия: парадоксы экономического роста тых), при этом за последние тридцать лет ХХ века – примерно на треть – с 1,2 га до 0,82 га (см. табл. 3 и 1). Более того, уже с начала 50-х годов, т.е. существенно раньше, чем было установлено в отношении Индии в целом (см. табл. 1), процесс маргинализации земледельческого хозяйства в Западной Бенгалии стал всеобщим, охватив все группы земледельцев – снизу доверху (об этом убедительно говорят данные табл. 4).

Таблица 4 Индия, штат Западная Бенгалия: динамика земледельческих хозяйств по размерам землепользования, 1950/51–2000/01 гг.*

–  –  –

* См. примечание к таблице 3.

В скобках — показатель группировки хозяйствующих субъектов, принятой в 1951 г. Отметим, что сведения, относящиеся к данному году, касаются только лиц, занимавшихся сельскохозяйственной деятельностью, которые имели какие-либо владельческие права (различные по своей юридической силе, зачастую иерархически соподчиненные) на какой-либо хозяйственный участок земли. Таких легитимных землевладельцев, или, точнее, признанных законом в качестве таковых, было подавляющее большинство. Часть крестьян, именно — издольщиков-баргадаров, не владевших землей вообще (так называемые «чистые» арендаторы), в данную категорию земледельцев не включались. (Земледельцев, не имевших никаких прав на землю, насчитывалось в Западной Бенгалии, по переписи населения 1951 г., 12,01%.) Более того, показатель удельного веса мельчайших хоМаргинализация хозяйства агросферы 27 зяйств в 1951 г. должен был бы быть больше, чем это показано приведенными данными, и потому, что часть мельчайших хозяйств оказалась «скрытой» в группе «мелких» хозяйств (сказалось несовпадение принципов группировки всей совокупности хозяйств — ведь группа «мелких» хозяйств в 1951 г. включала землепользователей с площадью не от 1 га до 2 га, а от 0,8 га до 2 га). В действительности мельчайшие хозяйства составляли в этом году по-видимому, не менее двух пятых общего числа хозяйств.

Дополним этот вывод временнй поправкой: тот же процесс происходил и в более ранний период, в частности в 30-е и 40-е годы ХХ века, однако тогда он отличался рядом других особенностей. В 30-е и 40-е годы большой «вклад» в процессы маргинализации системы земледельческого хозяйства Западной Бенгалии внес, помимо собственно демографического фактора (его влияние было пока менее значимым, чем во второй половине ХХ века: «демографический взрыв» был еще впереди), безудержный разгул земельных экспроприаций, обрушившийся на земледельцев в период мирового экономического кризиса и посткризисной депрессии (30-е) годы и в период военных и послевоенных лет (40-е годы). И первой жертвой захватнического напора деревенских эксплуататоров стали именно группы мелкого и мельчайшего крестьянства, обладавшего теми или иными владельческими правами на землю.

Так, по свидетельству источника, опубликованного от имени западнобенгальского правительства, перепись населения Западной Бенгалии, проведенная в 1951 г., показала, что «голод (1943 г. – В.Р.) и нехватка сельскохозяйственной продукции» привели к «дальнейшему обнищанию» даже групп владельцев земли, располагавших участками более 1,6 га, «которые (владельцы. – В.Р.) вынуждены были продавать часть своей земли в периоды таких нехваток». А «это в свою очередь свидетельствовало о прогрессирующей концентрации больших площадей обрабатываемой земли в руках немногих лиц». Индийский статистический институт в своем обследовании состояния сельской задолженности в штате, также инициированном правительством Западной Бенгалии, дал свою оценку результатов движения земельной собственности в штате в 40-х годах ХХ столетия: «По сравнению с данными, приводимыми Комиссией по земельному налогообложению (1940 г.), удельный вес семей, владеющих площадью земли 0,8 га и менее (в 1946/47 г. в Западной Бенгалии. – В.Р.), практически удвоился (вырос с 34,4% до 64,7%. – В.Р.). Резко подскочил и показатель удельного веса группы семей, имеющих 0,8–2,0 га земли... Это, кстати говоря(!), также означало рост концентрации земельной собственности»20.

При всей разноголосице оценок (ср. приведенные показатели с теми, которые указаны в табл. 4), вызванной, очевидно, разной полнотой охСм.: West Bengal Today. / Govt. of West Bengal. Alipore. 1954.

C. 47, 48, 49.

28 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста вата обследуемых хозяйств, методикой подсчета результатов обследования, они едины в главном: процесс экспроприации бенгальских земледельцев (в частности, в форме частичной продажи ими своей земли) в рассматриваемое историческое время происходил весьма бурными темпами.

Таблица 5 Индия, штат Западная Бенгалия: изменение места мельчайших и мелких хозяйств в структуре землепользования земледельческих хозяйств, 1970/71–2000/01 гг.*

–  –  –

Вглядимся в процесс расползания маргинального хозяйства на ниве Западной Бенгалии более внимательно. За последние три десятилетия ХХ века (1970/71 – 2000/01 гг.), по которым имеются адекватно сопоставимые данные (они получены, как упоминалось, при использовании единой методики сельскохозяйственных переписей), число мельчайших (с землепользованием до 1 га) хозяйств, условно – маргинальная группа I, выросла более чем вдвое (на 116%), а группа мелких (с землепользованием от 1 до 2 га) хозяйств, условно – маргинальная группа II, лишь на 7%. Что касается всего группового землепользования, группа I увеличила его более чем в два с половиной раза (на 153%), а группа II – менее чем на четверть (23%) (см. табл. 5).

Маргинализация хозяйства агросферы 29 В итоге маргинальный «полюс» бенгальской деревни, вобравший в свои ряды девятнадцать двадцатых (95,3%) общего числа земледельческих хозяйств, овладел за тридцать лет четырьмя пятыми всей хозяйственной площади земли штата (78,7% против среднейндийского показателя – 39%; см. табл. 1), при этом безусловным лидером (с усиливающимся потенциалом роста) данной хозяйственной инволюции является именно мельчайшее хозяйство (80% общего числа хозяйств, почти половина – 49,7% – всей хозяйственной площади земли в 2000/01 г. против 60% и 21,5% соответственно в 1970/71 г.). Отметим, однако: несмотря на различия в темпах роста каждой из групп, составляющих совокупный конгломерат маргинального хозяйства, средняя производственная единица такого конгломерата изменилась — по площади земли — весьма мало (ее средняя площадь составляла 0,69 га в начале периода и 0,67 га в конце его: распад более высоких групп хозяйств и переход их фрагментов вместе с сохранившейся у них и уменьшившейся площадью земли в нижние по размерам землепользования группы хозяйств протекал примерно с той же интенсивностью, с какой сокращалось землепользование в группах маргинального «полюса» бенгальской деревни). (См.

табл. 5.) Очевидно, в Западной Бенгалии в динамике землепользования отдельных групп хозяйств мы наблюдаем те же закономерности, с которыми знакомились ранее на примере долговременных изменений/стабильности среднего землепользования в группах хозяйств в аграрном секторе Индии в целом (см. табл. 2).

Оборотной стороной «успехов» маргинального хозяйства Западной Бенгалии в пространственной экспансии является сокрушительное поражение «крупного» (и подпирающего его снизу «среднего») хозяйства.

Его агония, впрочем, длилась уже давно: перепись 1970/71 г. обнаружила на всей территории штата из более чем 4,2 млн. земледельческих хозяйств 3266 хозяйств с землепользованием 10 га и более (при средней величине земельного участка — 11,95 га), включая 132 хозяйства размером от 20 до 40 га; было еще 344 действительно крупных землепользователяплантатора, имевшего каждый в среднем по 560 га земли (на них приходилось 3,8% всей земли). Всего же «крупных» хозяйственных единиц, по переписи, насчитывалось в штате 3610 в 1970/71 г. К 2000/01 г. группа «крупных» хозяйств «усохла» до 1000 единиц, т.е. в 3,6 раза, по сравнению с исАграрная Индия: парадоксы экономического роста ходным периодом, при этом группа таких хозяйств в итоговом реестре была «разбавлена» землепользователями – «гигантами» плантационного сектора (последние имели в 2000/01 г. в среднем по 219 гектаров земли). (Более подробными данными о составе данной группы автор не располагает.) Итак, как свидетельствуют сельскохозяйственные переписи, в течение тридцати лет, уже к началу XXI века, собственно земледельческие «крупные» хозяйства почти исчезли с карты штата (см. табл. 4), на грани исчезновения оказалась и группа «средних»

хозяйств (с землепользованием, напомню, от 4 га до 10 га).

Молох диспропорций, развивавшихся из несостыкованности динамик базисных составляющих системы естественных производительных сил — народонаселения (живого труда), с одной стороны, и природных ресурсов (земля, вода) — с другой, с неумолимой силой дробил (eo ipso разрушал) экономический потенциал хозяйств в аграрном секторе Западной Бенгалии, отличавшихся хотя бы какой-то эффективностью.

Таким образом, опираясь на совокупность приведенных данных, мы можем сделать следующий вывод: к началу XXI века вся хозяйственная система западнобенгальской агросферы фактически полностью изменила свой социальный облик — в пользу маргинальной группы хозяйств, даже точнее — в пользу мельчайшего, экономически наименее эффективного (имеющего по 0,5 га земли на одну хозяйственную единицу) производителя, уже овладевшего половиной всей хозяйственной площади земли штата и фактически превратившегося в основную социальную фигуру сферы производства в аграрном секторе. Процесс хозяйственной маргинализации еще далеко не завершился в Западной Бенгалии; он продолжается, внося в экономику штата все растущие по своей мощи угрозы для ее воспроизводства, самого существования огромной массы людей. С такой вот тяжелой «ношей»

непреодолимых (пока!) диспропорций штат Западная Бенгалия вступает во второе десятилетие XXI века.

Добавим к этому. Когда-то, на заре «зеленой революции», В. Ладежинский, тогдашний аграрный советник Президента США, после ознакомительных поездок по штату Пенджаб писал, что земледелец, имеющий 3,5 гектара земли, «богатый урожай», свой «трубчатый колодец» — «более выразительный символ того, что приносит или может принести «зеленая ревоМаргинализация хозяйства агросферы 31 люция», чем «кулак», имеющий 20 гектаров земли. Подобный земледелец — уже не крестьянин, он фермер»21.

Процесс маргинализации, сокрушая на своем пути многие такие «средние» (да и более крупные) хозяйства (см.

табл. 4, 5), ослабляет все больший контингент экономических агентов, потенциально образующих ее, «зеленой революции», наиболее массовый социальный базис. В таких штатах, как Западная Бенгалия (а таковые с проблемами развития, сродни западнобенгальским, все множатся), социальная среда, способная питать возможную (?) новую волну «зеленой революции», ужимается, как шагреневая кожа (см. табл. 4, 5), — фактически с каждым новым дроблением болееменее эффективной земледельческой хозяйственной единицы и возникновением в результате ее гибели хозяйств-фрагментов, пополняющих группу маргинальных хозяйств.

Все сказанное свидетельствует о том, что в агросфере Индии возник и развился клубок специфических деформаций (противоречий), который условно можно было бы назвать «земельно-демографический комплекс» (ЗДК). Его формирование — динамический процесс, охватывающий все большее экономическое пространство агросферы, процесс, при котором естественный прирост населения оказывается чрезмерно высоким по отношению к наличным природным ресурсам в самой агросфере, к источникам производительной занятости как внутри, так и вне ее. Именно чрезмерное демографическое давление вызывает прогрессирующую маргинализацию хозяйства во всех группах земледельцев, особенно болезненно последняя затрагивает сектор мелкого и мельчайшего землепользования22, где флюсы, порождаеLadejinsky W. The Green Revolution in Punjab. A Field Trip. / Economic and Political Weekly. Bombay. 1969. Vol. 4. №26. C. A-75. Подробнее см.: Растянников В.Г. Развивающиеся страны Азии: социально-экономические проблемы «зеленой революции» (Обзор зарубежной литературы за 1969–1972 гг.). // Зеленая революция. Реферативный сборник. М.: ИНИОН.

1974. С. 9–66.

Плановая комиссия Индии свидетельствует: «Бедствие, обрушившееся на сельское хозяйство, столь очевидное сегодня, не ограничивается страданиями только мелких и мельчайших фермеров, оно охватывает все классы фермеров, независимо от их принадлежности к той или иной социальной группе в аграрной экономике» (The XI th FYP (2007–12). Report of the Working Group on Crop Husbandry. 2006. C. 4, 5). См. также: [Растянников В.Г.] Становление современного аграрного хозяйства в Индии // З е Аграрная Индия: парадоксы экономического роста мые слишком быстрым (для хозяйства данной группы/групп) естественным приростом населения, усиливаются (временами весьма значительно) под влиянием губительных социальных процессов — земельными экспроприациями непосредственных производителей.

Как следует из анализа, проведенного выше, ЗДК есть особое выражение глубокой диспропорции, возникшей и нарастающей в структуре производительных сил индийской агросферы; по своей функциональной роли в Индии ЗДК — «встроенный депрессор» (Д. Торнер)23, феномен системного характера, глубоко деформирующий механизмы экономического роста в аграрном секторе.

Первой крупной жертвой ЗДК стал инвестиционный процесс в агросфере.

м е л ь н ы й в о п р о с / Под редакцией Е.С. Строева. М.: «Колос». 1999.

С. 450–459, 467.

Thorner D. The Agrarian Prospects in India. Delhi: Delhi University Press. 1956. C. 12.

НАКОПЛЕНИЕ В СЕЛЬСКОМ ХОЗЯЙСТВЕ:

ИСТОРИЧЕСКИЙ ВЕКТОР ПРОЦЕССА

–  –  –

30,0 3,0

–  –  –

15,0 1,5

–  –  –

0,0 0,0 1955/56 1960/61 1965/66 1970/71 1975/76 1980/81 1985/86 1990/91 1995/96 2000/01 2005/06 2010/11

–  –  –

0,00 0,00 1970/71 1976/77 1980/81 1985/86 1990/91 1995/96 2000/01 2005/06 2010/11

–  –  –

С начала 70-х годов ХХ века площадь обрабатываемой земли (в частности, пашни) стабилизировалась в Индии в пределах 140 млн. гектаров, площадь поливной земли — 40 млн. гектаров. Именно тогда агросфера страны перешла через исторический Рубикон в своей экспансии — земельный потенциал страны, доступный для сельскохозяйственного освоения, был полностью исчерпан. (Должно, однако, отметить, что в течение первых двух десятилетий рассматриваемого периода видимый прирост обрабатываемой площади все-таки имел место, составляя 0,1% в год, но он целиком, как и весь невидимый (нерегистрируемый) прирост, поглощался ускорившейся урбанизацией, прямо распроАграрная Индия: парадоксы экономического роста странявшейся на часть возделываемых сельскохозяйственных угодий24.) Такое совпадение — совсем не некий «казус» в истории ХХ века. Напротив, в Индии оно имеет под собой самые прочные (экономические) основания. Вот, например, как характеризуется зависимость изменений удельного веса накоплений (gross capital formation) в сельском хозяйстве в совокупном объеме национального накопления от изменений в среднем размере земельной площади под земледельческим хозяйством (см. табл. 6; рис. 3): за 1970/71–2005/06 гг. коэффициент корреляции R=0,89 (N=8), при значимости по F-критерию (критерию Фишера) свыше 95%. Более того, в рассматриваемом случае нормированный коэффициент детерминации R2=0,76, что означает, что удельный вес инвестиций (накопления) в сельское хозяйство на 76% зависит от среднего размера земельной площади под хозяйством, а на 24% — от других факторов. И еще: эластичность изменения удельного веса инвестиций в сельское хозяйство в рассматриваемом случае составляет 9,85. Это означает: при сокращении средней земельной площади под хозяйством на 1% удельный вес инвестиций падает на 9,85%!

Закономерен вывод: чем больше расширяется в аграрном секторе поле, охваченное процессом похозяйственной маргинализации, чем прочнее позиции, завоевываемые маргинальным хозяйством (особенно его мельчайшим подразделением), тем больше ослабляется совокупный экономический потенциал субъектов накопления, гаснут сами его возможности к положительному росту.

«В течение 1995/96–2004/05 годов ограниченность земельных ресурсов для сельского хозяйства, вызванная давлением конкуренции со стороны несельскохозяйственных секторов хозяйства и быстрой урбанизацией, заявила о себе падением тренда возделываемой площади, занятой под большинством культур. То, что динамика чистой посевной площади (т.е.

площади пахотной земли) «заглохла» на отметке 140 млн. гектаров, а площадь всего посевного клина Индии не выходит за пределы 190 млн. гектаров, свидетельствует, что возделываемая земля страны по своим размерам находится в фазе стагнации» (The XI th FYP (2007–12). Report of the Working Group on Crop Husbandry. 2006. C. iii, 16).

Накопление в сельском хозяйстве 37

–  –  –

* Составлено и исчислено по: Agricultural Statistics at a Glance 2004.

Table 3.6(B).

C. 31–32; do.do. 2008. Table 3.6(B).

Понятие «работник» относится ко всем представителям работающего населения, входящего в состав выделяемой переписями населения группы «земледельцев», т.е. лиц, ведущих хозяйство «на собственный счет».

Исчислено в ценах 1999/2000 года.

The XI th FYP (2007–12). Report of the Steering Committee on Labour and Employment constituted for the Eleventh Five Year Plan (2007–2012).

/ Govt. of India. Planning Commission. New Delhi. 2008. C. 13.

38 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста Действительно, чем же примечателен процесс накопления в сельском хозяйстве за этот исторически весьма протяженный (по меркам событий ХХ века) период? Огромная по насыщенности рабочей силой (225 млн. работников в 2004/05 г., по варианту высокой оценки Плановой комиссии Индии)26 аграрная сфера Индии, как показывают данные приведенной таблицы, могла экономически прогрессировать, т.е. обеспечивать занятых в ней работников прираставшим (хотя и в микроскопических величинах — около 50 рупий, или примерно 3 ам. долл. в год, по паритету покупательной способности валют в начале XXI века, и 1,1 ам. долл. по курсу обмена валют) инвестиционным ресурсом, но лишь при массированной поддержке государства (см., например, данные за 60–70-е годы ХХ века). Попытка же передать основное бремя этой «миссии» частному хозяйчику-аграрию (крестьянину), как это произошло в 80–90-х годах ХХ – первой половине первого десятилетия XXI века, когда удельный вес государственных инвестиций сократился с половины до одной пятой их совокупной величины, вызвало почти полную атрофию положительной динамики накопления в расчете на работника (см. табл.

7). Фактически накопление в сельском хозяйстве Индии в течение двух с половиной десятилетий (1980/81–2004/05 гг.) представляло собой ресурс — в макроэкономическом измерении — лишь компенсировавший происходившую амортизацию «основного капитала» в самой уязвимой отрасли национальной экономики. Не более. И только когда на рубеже второго пятилетия первого десятилетия XXI века государство вновь обозначило свою активно донорскую позицию в инвестиционном процессе (см. данные за 2005/06–2006/07 гг.), накопление, похоже, опять пошло в гору (хотя опять-таки весьма маленькими — пока? — шажками, возрастая на 100 рупий на работника в год). Из сказанного очевиден вывод: сельское общество (rural domain) Индии, подвергаясь «непреклонному» (оценка Плановой комиссии Индии) воздействию демографического «молота», все менее способно осуществлять воспроизводство главной отрасли своей экономики как особенной, органической части народного хозяйства страны — самостоятельно.

Там же. С. 12, 13.

Накопление в сельском хозяйстве 39 Более того, безудержная экспансия маргинального производства, разрушающая экономически сколько-нибудь эффективное хозяйство, все более сужает рамки возможностей такого воспроизводства. Как крик души, звучит голос Плановой комиссии: «Эта вызывающая тревогу тенденция посягает на аграрное хозяйство по самым разным направлениям: она воздействует на доход семьи земледельца и его способность осуществлять накопление, угнетает уже находящийся в состоянии стресса механизм распределения производственных ресурсов, распространения опыта и знаний о сельскохозяйственном производстве, получения кредита и обеспечения сбыта произведенной продукции. И все это — из-за роста численности людей, поставивших на карту все ради собственного выживания»27. Эти люди, «маргинальные фермеры», — не «инвесторы», они — «чистые» потребители (либо все больше становятся таковыми), эволюционирующие в немалой своей массе под различными личинами в вынужденных иждивенцев общества; объединенные стремлением, выраженным явно или проявляющимся бессознательно, — обрести поддержку в ресурсных инъекциях со стороны государства, они частью своих многочисленных отрядов вынуждены пополнять «сферу бедности» (см. раздел 5).

Маргинализация земледельческого хозяйства «тянет»

вниз, консервирует на нижних ступенях технологического прогресса производительность труда, этого со стремительно повышающейся в современной истории значимостью фактора экономического роста — экономии труда. Более того, как процесс всеобщий, поражающий все «этажи» аграрной экономики — снизу доверху, она вносит немалый «вклад» в разрушение сложившихся пропорций продовольственного комплекса Индии (производство, распределение, потребление), катализируя разлад, углубление несостыкованности различных его сторон.

The XI th FYP (2007–12). Report of the Working Group on Crop Husbandry. C. 10.

ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТЬ ТРУДА

И ТОВАРНОЕ ПРОИЗВОДСТВО ПРОДОВОЛЬСТВИЯ:

МАКРОХОЗЯЙСТВЕННЫЕ ОГРАНИЧИТЕЛИ РОСТА

Исторически Индия, как и подавляющее большинство стран Востока (в частности Китай, Египет), относилась (и относится) к типу стран, земледельческая система которых развивалась (и соответственно экономический рост в аграрном секторе происходил) по правилам так называемых «землесберегающих»

технологий, т.е. технологий, предполагающих приоритет экономии земли (воды) как (природного) ресурса производства, находящегося в минимуме, в противоположность экономии в использовании рабочей силы как ресурса, имеющегося в избытке, притом — избытке увеличивающемся28. Именно такого рода соотношением двух фундаментальных факторов производительных сил при их реализации в производственном процессе обусловливались в «землесберегающих» системах производства устойчивые тенденции к:

— застою производительности труда (ПТ) в сельском хозяйстве;

— выработке прочной психологической «антитрудосберегающей» установки, в соответствии с которой пренебрежение (игнорирование) производителем величиной издержек производПо вопросу о двух основных исторических типах технологической организации земледельческого производства — «трудосберегающей»

и «землесберегающей» создана с начала ХХ века уже обширная исследовательская литература. Очень краткий историографический обзор некоторых, по моему мнению, существенно важных для анализа данной проблемы произведений см. в работах: Растянников В.Г., Дерюгина И.В. Сельскохозяйственная динамика. ХХ век. Опыт сравнительно-исторического исследования./ Российская Академия наук. Институт востоковедения. М.: ИВ РАН.

1999. С. 15–24, 158–163; Растянников В.Г., Дерюгина И.В. Модели сельскохозяйственного роста в ХХ веке. Индия, Япония, США, Россия, Узбекистан, Казахстан. М.: ИВ РАН. 2004. С. 26–34. Из российских ученых, разрабатывавших данную проблему, упомяну имена: А.П. Демидов, А.В. Чаянов, Е.Е. Яшнов, а также исследователей-востоковедов: А.С. Мугрузин, Ю.Г.

Александров, Б.И. Славный, авторы указанных выше работ.

Производительность труда 41 ства (столь тяжко угнетавшее процесс развития конкурентоспособной аграрной экономики) становилось обычной нормой производственного процесса в агросфере Индии29. (Отсюда, кстати говоря, — относительная дороговизна — хотя и меньшая, чем, например, в Японии — продовольственной продукции в Индии, требующая во все растущих масштабах субсидиальной подпитки сферы потребления в целях создания возможностей для ее, основной продовольственной продукции, оптимального распределения, особенно в том, что касается беднейших слоев народа.) Застойная динамика производительности труда в агросфере, этого источника и относительно высоких издержек в производстве продовольственных ресурсов в Индии, и их низкой товарности заслуживает первостепенного внимания.

В дальнейшем мы будем рассматривать различные параметры производства, распределения и потребления самого массового продовольственного продукта в Индии — зерна, включающего и злаки, и бобовые культуры. Тем более что население Индии в основном вегетарианское (в начале XXI века на душу населения в день в Индии приходилось лишь 10 г животного протеина против 6 г в середине ХХ века, причем эта норма обеспечивалась почти исключительно потреблением молока; мяса всех видов индийцы потребляют в количестве 5,2 кг на душу в год).

Как свидетельствуют материалы многочисленных обследований, земледелие Индии, несмотря на все достижения «зелеДаже на подходе к XXI веку ряд видных ученых-аграрников Индии считал необходимым выразить упрек в адрес государственной экономической политики в сельском хозяйстве. В.С. Вьяс: «Упор делался главным образом на увеличение выхода продукта на гектар, а не улучшение других факторов производства, таких, например, как рабочая или животная сила» (Vyas V.S. Agricultural Policies for the Nineties. Issues and Approaches // National Bank News Review. Bombay. 1994. Vol. 10, №3. C. 2, 3, 8). М.Л. Дантвала: «Количественной стороной капиталовложений в сельское хозяйство мы обеспокоены больше, чем эффективностью использования уже инвестированных ресурсов» (см.: The Economic Times. 09.09.1997). А через десяток лет мы вновь слышим призыв к правительству (со стороны Комиссии по сельскохозяйственным издержкам и ценам) — о необходимости «улучшить эффективность использования (инвестируемых. — В.Р.) ресурсов» (Reports of the Commission for Agricultural Costs and Prices for the Crops Sown during 2007–2008 Season. 2008. C. 112).

42 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста ной революции» в последнюю треть ХХ века, отличается удивительной неподвижностью (за очень небольшим, регионального характера исключением) в том, что касается эффективности производительной силы труда. В рисопроизводящем хозяйстве техническая ПТ (определяется величиной продукта, произведенного за единицу времени), заданная технологией возделывания рисовой культуры, удерживается до сих пор в пределах 2–2,5 кг/час и менее(!) (см. табл. 8, разделы I, II), т.е. в параметрах классической традиционной экономики. Весьма скромные, очень вяло происходящие, с длительными временными интервалами (отражающими периоды застоя), сдвиги в развитии производительной силы труда демонстрирует в последние десятилетия пшеницепроизводящее хозяйство Индии (см. табл. 8, разделы I, II).

На фоне этой тягучей медлительности в развитии ПТ, особенно в рисопроизводящем хозяйстве (за частичным исключением, возможно, рисопроизводства в штатах Андхра Прадеш и Тамилнаду), резко выделяется своей экономической эффективностью зерновое производство Пенджабского региона (включающего штат Пенджаб и выделившийся из него в 1966 г.

штат Хариана), этого весьма небольшого пространства индийской нивы (5,5% площади пахотной земли страны в 2003/04 г. и 7,5% всей ее посевной площади30), где производительная сила труда в земледелии в середине уходящего десятилетия XXI века позволяла обеспечить выход почти 20 кг зерна (пшеницы) на час затрат труда (см. табл. 8, разделы I, III), что соответствует уровню Японии на рубеже 70–80-х годов ХХ века.

Чтобы полнее оценить это (выдающееся для Индии) достижение земледельческой производительности труда (ПТ), можно рассмотреть его в контексте нормы ПТ, сложившейся в земледельческих системах «трудосберегающего» типа в последние десятилетия ХХ века. В России (СССР), например, техническая производительность труда в зерновом хозяйстве в 1990 г.

составляла 95 кг/час (против 3,9 кг/час в 1922–1925 гг.).

–  –  –

* Составлено и рассчитано по: Материалы серии публикаций «Farm Management Studies» агроэкономических центров штатов Западная 44 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста Бенгалия, Тамилнаду, Андхра Прадеш, Пенджаб за 50–70-е годы; публикации Бюро экономических обследований Пенджаба (Лахор, Чандигарх, Лудхиана) 30–60-х годов; а также материалов исследований: Report of the Commission for Agricultural Costs and Prices for the Crops Sown in 1997–1998 Season. Ministry of Agriculture. New Delhi, 1998. C. 173, 176, 277; do.do. 2003– 2004 Season. 2004. C. 271, 272, 435–437; do.do. 2007–2008 Season. 2008.

C. 264, 265, 437, 438; Kurian N.J. Employment Potential in Rural India. // Economic and Political Weekly. Bombay. 1990. Vol. 25. №52. С. A-182; Guha Sumit. Labour Intensity in Indian Agriculture, 1880–1970. //do.do. C. A-189, ASidhu D.S. and Byerlee Derek. Technical Change and Wheat Productivity in Post-Green Revolution Punjab. // do. do. 1991. Vol. 26. №52. C. A-160; Madhusudan Ghosh. Technological Change and Employment Generation in a Rice– based Agriculture. // Agricultural Situation in India. Delhi. 1988. Vol. 42. №10.

C. 881–888.

Штат Раджастхан — 1994/95 г.; штат Уттар Прадеш — 1990/91 г.

Штат Ассам.

В 1933–1936 гг. провинция Бенгалия, с 1954/55 г. — штат Западная Бенгалия.

Штат Андхра Прадеш.

Штат Тамилнаду.

Штат Орисса.

Провинция Пенджаб (1929/30 г.); Восточный Пенджаб (1935/36 г., 1939/40 г.); штат Пенджаб в современных границах (1950/51 г. и позже).

В США к началу 90-х годов производилось зерна на час затрат труда — 400 кг (пшеница) – 900 кг (кукуруза)31. Очень интересен и другой ряд сопоставлений — по показателям выхода продукта зернового хозяйства на работника. Так, в Китае один работник производил в 1985 г. — 1037 кг зерна, в 1995 — 1241 кг, а в 2005 г. — 1395 кг (пять культур); в Индии же один работник, занятый в зерновом хозяйстве, при допущении, что рабочая сила аграрного сектора распределена между отраслями пропорционально концентрации ими посевной площади (в этом случае на зерновое производство приходится в XXI веке 65% условной рабочей силы сектора), производил в 1993/94 г. 1012 кг зерна, а в 2004/05 — 1001 кг (семь культур)32. В странах распространения См.: Растянников В.Г., Дерюгина И.В. Модели сельскохозяйственного роста в ХХ веке. С. 418, 419.

China Statistical Yearbook 2006. / National Bureau of Statistics of China. Tables 13-17, 13-24 // www.stats.gov.cn. (Оригинальные данные — Производительность труда 45 «трудосберегающих» систем земледелия для расчетов ПТ нужны единицы измерения совсем других масштабов. В США уже на исходе 70-х годов ХХ века на одного работника, занятого в товарном производстве зерна, производилось 375 тонн продукции отрасли (шесть хлебов); в России же в 2004–2006 гг., при допущении, что 50% сельскохозяйственных работников было занято в зерновом производстве, на каждого занятого приходилось 21,5 тонны зерна (десять хлебов), а при допущении, что доля занятых в отрасли составляла 25% (что, возможно, ближе к действительности), — 42,8 тонны33.

Словом, в аграрных гигантах мира, занимающих ведущее место в зоне господства «землесберегающих» технологий, зерновое производство, оцениваемое по критерию экономической эффективности труда, на порядок-два уступает зерновой экономике стран зоны классического «трудосбережения» в земледелии.

Исторически заданная технологическая организация земледелия с ее застойно-маргинальной производительной силой труда требует в регионах господства «землесберегающих» технологий колоссальных затрат живого труда для создания каждой единицы массы земледельческой продукции (по сравнению с регионами распространения «трудосберегающих» технологий); в результате огромная («дополнительная» по сравнению с регионами «трудосберегающего» земледелия) часть произведенного продукта расходуется на потребление самих производителей, этот продукт создающих. Поэтому в регионах данного типа, при устойчивом сохранении заданных «землесберегающими» технологиями параметров производства, пропорции товарного выхода продукта массового потребления (в данном случае — зерна) отличаются устойчиво низкими величинами. Что мы и наблюдаем в уточнены: для показателей по Китаю исчислены значения по культуре риса в эквиваленте очищенного от шелухи зерна). По Индии рассчитано по: Agricultural Statistics at a Glance. 2001. C. 23, 118, 122, 123; do.do. 2006. Table 4.

5; The XI th FYP (2007–12). Report of the Steering Committee on Labour and Employment. 2008. C. 12, 13.

Statistical

Abstract

of the United States 1980. 101st ed. / US Bureau of the Census. Wash. 1980. C. 685, 710, 714; Российский статистический ежегодник 2007. Статистический сборник / Росстат. М. 2007. С. 147, 457.

46 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста

–  –  –

* Составлено по: Indian Agriculture in Brief. 4th Ed. / Govt. of India.

Ministry of Agriculture New Delhi. 1958. C. 76; do.do. 27th Ed. 2000. C. 229;

Bulletin on Food Statistics. 1992 and 1993. / Govt. of India. Ministry of Agriculture New Delhi. 1995. C. 50, 51.

Имеется в виду исчисленная товарная часть продукта, потенциально возможная к продаже на рынке (marketable surplus).

1955/56 г.

В показателях с 1981/82 г. по 1996/97 г. приведены средние значения по трехлетиям, в которых обозначенный год занимает срединное положение.

Приведенные данные весьма отчетливо отражают следующую тенденцию в движении товарности зернового хозяйства.

В пшеницепроизводящем хозяйстве удельный вес товарного выхода зерна (за таковой в Индии принимают поступления зерна на оптовые сборные рынки, куда стекается практически вся масса товарного зерна, распределяемая как вне деревни — в городе, так и — централизованно, аккумулируясь в обратном потоке, — в растущем количестве — см. ниже — в самой деревне) на протяжении всей второй половины ХХ века так и не поднялся выше 1/3 — показателя валовых сборов этой второй по значимости в национальном рационе питания хлебной культуры, опускаясь нередко (см. табл. 9) ниже даже 30% их (сборов) величины. УсПроизводительность труда 47 пехи рисосеющего хозяйства в формировании рыночной массы зерна, как следует из данных таблицы 9, выглядят лучше: товарность продукции риса достигла отметки 40%; однако в том, что касается 90-х годов ХХ века, реальное значение удельного веса товарного выхода риса, похоже, заметно ниже обозначенного34.

Вряд ли мы будем далеки от истины, если допустим, что товарность рисопроизводящего хозяйства в 90-х годах прошлого века в Индии скорее тяготела к более скромной величине — одной трети валового урожая риса.

При этом ясно, что оцениваемая относительно масштабов производства (иначе — размеров хозяйства) «проедающаяся»

(вследствие заданной, крайне низкой, производительности труда) часть создаваемого продукта — тем больше, чем мельче хозяйство, этот продукт производящее. Отсюда понятна и та историческая «миссия», которую неугомонный «крот» разрушения — земельно-демографический комплекс (ЗДК) — в земледелии Индии выполняет. Он деформирует исторически естественный ход дифференциации групп хозяйств на огромных территориях плотнонаселенных регионов страны, разворачивая его — от процессов хозяйственной поляризации (при которой усиливаются «сильные», т.е. эффективно действующие производители, создающие Некоторые факты для пояснения такового вывода были бы здесь уместны. Итак, мы видим, что за кратчайший период, фактически на стыке трехлетий — 1990/91 и 1993/94 и относящимся к ним смежным годам, — в аграрном хозяйстве Индии якобы произошел крупнейший экономический прогресс, выразившийся, в частности, в скачкообразном взлете товарности рисопроизводства — сразу на 32,13% (см. табл. 9). Между тем прирост сборов риса за трехлетие «1993/94 г.» по отношению к трехлетию «1990/91 г.»

составлял 5,6% (4,1 млн.т), но показанный прирост товарного выхода культуры риса достиг 39,5% (8,9 млн.т), т.е. по абсолютной величине вырос более чем в два раза (см.: Agricultural Statistics at a Glance 2001. C. 30–31;

табл. 9). И это — при относительной, сопоставимой стабильности условий производства, но при продолжающемся ослаблении массового контингента экономических агентов, поставляющих рис на рынок (вследствие происходящей маргинализации хозяйственной системы). Выскажу предположение:

феномен таких диссонансов возник, по-видимому, в результате изменений методики учета, по-разному затронувших обе составляющие процесса формирования товарного хлеба (валовое производство, товарный выход произведенного продукта).

48 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста продукт в форме товара, и слабеют «слабые») в сторону процессов всеобщего — снизу доверху — измельчания (маргинализации) хозяйств, вымывая тем самым потенциал товарного производства изо всех этажей аграрной экономики, охваченной этим бедствием.

И при этом не будем упускать из виду ту особенность динамики процесса, что, накладываясь на хозяйственные системы, подчиняющиеся закономерностям движения «землесберегающих» технологий, ЗДК вызывает эффект синергии35 в торможении роста товарной массы продукции массового потребления. А если оценивать этот процесс в контексте общенационального спектра проблем — даже относительном свертывании этой товарной массы. Факт устойчивого нисходящего движения товарного производства зерна (риса) в штатах Западная Бенгалия и Орисса реальность этого процесса в последние десятилетия ХХ века наглядно подтверждает (см. табл. 10) Насколько масштабно в реальной экономической жизни идет этот процесс? Например, в Западной Бенгалии, прошедшей «школу» «зеленой революции», сборы риса за последние пятьдесят лет (1954/55 – 2005/06 гг.) увеличились почти в четыре раза (с 3,8 млн.т до 14,5 млн.т), но товарный выход риса увеличился лишь в 1,75 раза (с 1,2 млн.т до 2,1 млн.т). (Динамике аграрного хозяйства Ориссы, весьма редко специально затрагиваемого в наших индологических исследованиях штата, посвящен отдельный (краткий) очерк. См. приложение 1.) В тенденции земельно-демографический комплекс (ЗДК) опустошает (экономически) такие регионы, выключая обширнейшие отрасли — «несущие конструкции» их экономики из национального хозяйства. (Касается это в первую очередь товарной зерновой экономики, в частности производства бобовых культур, остановившегося в своем движении на уровне 1958/59 г.36) В результате действия ЗДК в Индии в XXI веке произошло резкое сужение экономического пространства, занимаемого производством товарных ресурсов продовольствия массового потреблеТо есть эффект, возникающий, когда совместное влияние обеих составляющих процесса оказывается сильнее, чем простая сумма их влияний, взятых в отдельности.

The XI th FYP (2007–12). Report of the Working Group on Crop Husbandry. C. 15.

Производительность труда 49

–  –  –

* Составлено и подсчитано по: Studies in Economics of Farm Management. Ferozepore District (Punjab). Report for the Year 1969-70. / Govt. of India. Ministry of Agriculture. Delhi. 1973. C. 328; Indian Agriculture in Brief.

13th Ed. / Govt. of India. Ministry of Agriculture. Delhi. 1974. C. 136; do.do. 23rd Ed. 1990. C. 334–336, 393; do.do. 27th Ed. 2000. C. 195, 229, 231; Bulletin on Food Statistics. 1992 and 1993. / Govt. of India. Ministry of Agriculture. New Delhi. 1995. C. 50, 51; Economic Survey 1990-91. / Govt. of India. Ministry of Finance. New Delhi. 1991. C. S-19; Agricultural Statistics at a Glance. 2006. /

Govt. of India. Ministry of Agriculture. Table 4.7(a,b) (цит. по:

http://dacnet.nic.in/agStat06-07.htm); Punjab Mandi Board. Arrivals and Rates (цит. по: http://mandiboard.nic.in/arrnew/jpg 03.07.2007).

I — удельный вес товарного риса в валовом сборе в регионе; II — удельный вес региона в поставках товарного риса на национальный рынок.

1969/70 г.

1981/82 г.

Данные относятся только к штату Пенджаб.

50 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста Отметим здесь очень важное обстоятельство: Пенджаб потому и становится все больше «всеиндийским кормильцем», выделяющимся высокой концентрацией товарного хлеба, что, помимо прочего, сумел начать развивать производительную силу труда в своем зерновом хозяйстве (см. табл. 8, разделы I, III).

Именно он пока37 (!) в наибольшей части компенсирует утраты вследствие свершающегося буквально на наших глазах выпадения из рядов поставщиков товарного продовольствия крупных регионов, ранее производивших «излишки» товарного зерна, доступные (в большей или меньшей степени) для общенациональной мобилизации. (Более подробные данные о динамике товарного производства зерна в Пенджабском регионе в историческом ракурсе см. приложение 2.) Именно он демонстрирует, пока в виде закладки предпосылок, становление условий для формирования в зерновом производстве «экономики масштаба» (economy of scale) (т.е. экономики, утверждающей свою повышательную эффективность в результате устойчивого снижения издержек производства. См., в частности, словарь А. В. Аникина. 1977. С. 232).

Приведенные данные и оценки об исторической тенденции региональной концентрации товарного зернового производства необходимо дополнить сведениями о степени локальнопохозяйственной его концентрации. Ведь, как свидетельствуют многочисленные материалы, углубляющаяся неравномерность, характерная для региональной концентрации товарного зернового производства, свойственна и процессам концентрации, происходящим в среде самих производителей, производящих зерно для рынка.

Мы говорим «пока» — ведь в XXI веке ежегодный прирост урожайности главной культуры земледелия штата Пенджаб — пшеницы характеризовался отрицательными значениями (–1,16% в год в 1999–2007 гг.).

ТЕНДЕНЦИИ КОНЦЕНТРАЦИИ ТОВАРНОГО

ПРОИЗВОДСТВА В АГРАРНОМ СЕКТОРЕ

Мы располагаем данными уникального (всеиндийского) обследования38, позволяющими выявить (по состоянию на 1983/84 г.) группы так называемых «крупных» хозяйств по штатам – лидерам процессов концентрации товарного производства (на примере зернового хозяйства Индии). К таким типам хозяйств в обследовании были отнесены хозяйства, обладающие пятью гектарами обрабатываемой земли на хозяйство и более, а группу лидеров составили штаты/регионы, в которых на «крупные» хозяйства приходилась самая высокая доля производства какойлибо основной зерновой культуры – пшеницы и/или риса, при этом одновременно хозяйства данной категории сосредоточивали и наиболее высокую долю во всеиндийской товарной массе зерна (пшеницы и/или риса), принадлежавшей «крупным» хозяйствам всех штатов Индии. В итоге были выделены группы «крупных»

хозяйств в Пенджабском регионе, включающем штаты Пенджаб и Хариана (и отдельно «крупные» хозяйства в штате Пенджаб), и регионе (штате) Андхра Прадеш.

Оговорим заранее, что в интересующую нас группу «крупных» хозяйств включены хозяйства, располагающие площадью обрабатываемой земли 10 га на хозяйство и более, к этой же группе обследователями отнесена и существенная часть крепких «средних» хозяйств, каковая охватывает хозяйства с площадью 5–10 га на хозяйство (официально принятая нижняя граница землепользования «средних» хозяйств – 4 га). В материалах обследования, проведенного Институтом сельскохозяйственных исследований Индии (IARI), данный «конгломерат» хозяйств значится как группа «крупных земледельцев», под каковым термином они и выделяются в приведенных таблицах 11 и 12.

Обратим внимание также на существенное несовпадение показателей удельных весов групп хозяйств, производящих данную(ые) основную(ые) зерновую(ые) культуру(ы) (пшеницу и/или рис) по регионам/штатам и в стране в целом (см. показатели, приведенные в скобках, в табл. 11 и 12).

См.: Production, Utilization, Marketable and Marketed Surplus of Wheat, Rice and Maize. / Government of India. Ministry of Rural Development.

Indian Agricultural Research Institute. Faridabad. 1995.

52 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста

–  –  –

* Составлено и подсчитано по данным обследования, проведенного Indian Agricultural Research Institute (IARI). Production, Utilization, Marketable and Marketed Surplus of Wheat, Rice and Maize. / Government of India. Ministry of Rural Development. Faridabad. 1995. C. 15, 20, 28–36, 63–68. Agricultural Statistics at a Glance / Govt. of India. Ministry of Agriculture. New Delhi. 1988. C. 9, 11.

К «крупным» авторы обследования, проведенного IARI, отнесли хозяйства, возделывающие 5 га земли и более, т.е. включили в данную группу, помимо действительно крупных (10 га земли и более на хозяйство), также часть крепких средних хозяйств. Напомним, что в соответствии с методикой официальных переписей земельных владений, осуществляемых Министерством сельского хозяйства (МСХ) через каждые пять лет, а также с методикой National Sample Survey Organization (NSSO) (Организация Национальные выборочные обследования) к «средним» относятся хозяйства с площадью 4–10 га. В скобках приводятся данные об удельном весе выделенных групп хозяйств (т.е. имеющих площадь 5 гектаров и более) в общем числе хозяйств аграрного сектора Индии, согласно итогам обследования 37-го раунда (январь–декабрь 1982 г.), проведенного NSSO; последняя, в противоположность переписям МСХ, приводит более дробные данные о группах хозяйств по размерам землепользования, выделяя среди других хозяйства с землепользованием 5 га и более. Поэтому значения обоих столбцов, фиксирующие удельные веса групп хозяйств, именно — категории «все хозяйства» и категории «крупные» хозяйства, могут сравниваться (сопоставляться), по меньшей мере, в том, что касается их распределения по размерам землепользования.

По Индии в целом даны среднеарифметические значения за 1982/83–1984/85 гг.

В скобках — данные об удельном весе товарной пшеницы/риса, реализованной «крупными» хозяйствами региона/штата, в общей массе товарной пшеницы/риса, проданной всеми «крупными» хозяйствами аграрного сектора Индии в 1983/84 г.

В этих несовпадениях, конечно, отразилось различие в масштабах массива выборочных (исходных) данных, который послужил базой для разработки оценок разного уровня (общенационального, локального, группового). Например, в обследовании 37-го раунда NSSO (результаты которого, как и результаты обследований других раундов, используются при разработке государственной политики по различным направлениям социальноэкономического процесса индийского общества), выборка насчитывала 29089 хозяйств (расположенных в 3692 деревнях), а выборка специализированного обследования комплекса вопросов, касающихся производства и распределение массы товарного зерна, — лишь 3096 хозяйств.

54 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста

–  –  –

Уже по этой причине первое обследование, очевидно, полнее (точнее), при прочих равных условиях, могло отражать реальную картину распределения групп хозяйств аграрного сектора по размерам землепользоваТенденции концентрации товарного производства 55 ния; тем более что в выборке специализированного обследования неизбежно присутствовала в какой-то степени «тяга к перекосу» — в сторону отбора большего числа более специализированных, лучше функционирующих хозяйств39, чем в «безликом», но более массовом обследовании похозяйственного распределения землепользования, проведенном NSSO в ее 37-м раунде. Иначе говоря, вольно или невольно выборка смещалась к группам товаропроизводителей, выращивавшим основную торговую культуру, а среди них — прежде всего к более устойчивым, крепким хозяйствам.

Все это неизбежно приводило к большим, нежели при использовании широкого массива данных, отклонениям окончательных результатов исследуемых величин от истинных, по меньшей мере, по ряду оцениваемых в данном разделе позиций (см., например, данные табл. 11 и 12; ср. данные табл. приложения 2).

О чем же свидетельствуют приведенные данные?

Если в секторе «крупных» пшеницепроизводящих хозяйств Индии в целом разрыв между показателями доли таких хозяйств в общем числе хозяйств, с одной стороны и их долей в производстве и концентрации товарной массы пшеницы — с другой, сравнительно невелик (2,5–3,0 раза), то в «полюсах роста»

товарного производства данной культуры картина существенно иная. Так, на долю «крупных» хозяйств пенджабско-харианского региона приходилась уже к середине 80-х годов (1983/84 г.) пятая часть производства пшеницы, но концентрировали такие хозяйства, составляя лишь 3% общего числа пшеницепроизводящих хозяйств Индии (общая доля «крупных» хозяйств — 15,5%), почти три десятых (28,4%) общенациональной товарной массы пшеницы и при этом доминировали в общеиндийской группе «крупных» хозяйств — производителей (и держателей) товарного зерна данной культуры; действительно, «крупные» земледельцы региона Пенджаб – Хариана составляли лишь около пятой части (19,5%) данной группы земледельцев Индии, но владели они более чем тремя пятыми (62,2%) совокупной товарной массы пшеницы, принадлежавшей всей этой группе (см. табл. 11). Регион, Зигзаги такой статистической разноголосицы были рассмотрены нами по данным одного из специализированных обследований, характеризующего уровень развития товарного пшеницепроизводящего хозяйства в 70-х годах (оно было проведено Министерством сельского хозяйства Индии), в работе: Растянников В.Г., Дерюгина И.В. Модели сельскохозяйственного роста в ХХ веке. С. 183–185.

56 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста напомню, производил в 80-х годах ХХ века свыше половины товарной массы пшеницы в Индии (см. табл. 11 и приложение 2).

Концентрация товарного фонда пшеницы в экономически лидирующем штате региона Пенджабе была еще выше, чем в регионе в целом. Здесь, в Пенджабе, на долю всего 1,24% всех пшеницепроизводящих хозяйств Индии (они составляли 8% всей группы «крупных» хозяйств данной категории в стране) приходилось свыше пятой части (21,3%) всей массы товарной пшеницы Индии, а в группе «крупных» пшеницепроизводящих хозяйств страны — почти половина (46,7%) (см. табл. 11). Отметим также, что при соотнесении «крупных» хозяйств (т.е. располагавших каждое пятью гектарами земли и более) Пенджаба со всей массой земледельческих хозяйств Индии степень рассматриваемой концентрации видится уже по-иному. Более чем пятой частью (21,3%) общенационального фонда товарной пшеницы владела в середине 80-х годов группа хозяйств, составлявшая 0,28% общей численности земледельческих хозяйств страны! (Соответствующие показатели по региону в целом — 28,4% и 0,52%.) (См.

табл. 11.) Все это — убедительные свидетельства весьма высокой — уже к последнему десятилетию ХХ века — степени концентрации товарного производства одного из двух основных в Индии видов продовольственного зерна у весьма незначительной по своему удельному весу региональной прослойки «крупных» производителей, располагавшей лишь 5,5% всей хозяйственной площади земли (operational land area) аграрного сектора огромной страны (1991/92 г.)40. И вместе с тем это — яркий пример роста неравномерности развития экономически и социально различных сегментов аграрного сектора в пенджабскохарианском регионе товарного зернового производства Индии, районе, в лидирующей «половине» которого (штат Пенджаб) производители пшеницы, взятые вместе, отпускают на рынок штата (по данным на начало XXI века) более трех пятых валовых сборов данной культуры (см. приложение 2), существенно превосходя региональный уровень товарности (по данным, относяСм.: Sarvekshana. Journal of NSSO. Vol. XX. 1997. №3. C. 71, 76, 85.

Тенденции концентрации товарного производства 57 щимся к рубежу XX–XXI столетий). Вряд ли можно сомневаться в том, что наибольший вклад в эту разницу вносит группа «крупных» земледельцев (уже к середине 80-х годов товарность пшеничного производства в этой группе, по данным обследования IARI, превышала 90%! См. табл. 11). Говоря иначе, экономический рост, очевидно, усиливал дифференциацию хозяйств, все больше перемещая внутрирегиональные «полюсы роста» на группу «крупных» (т.е. наиболее крепких) хозяйств.

В зонах рисопроизводства в Индии в качестве «полюсов роста» — как пока только складывающихся, так и уже значительно развившихся — были выделены аграрные секторы штатов Пенджаб и Андхра Прадеш, в котором, в частности, наибольшей степенью зрелости отличается товарное производство риса, сосредоточенное в нескольких прибрежных округах штата.

Сравнение данных таблиц 11 и 12, описывающих степень концентрации производства и массы товарного зерна и другие индикаторы сельскохозяйственного роста, показывает, что товарное рисопроизводство даже в регионах «полюсов роста» представлено более слабым (мелким), экономически менее эффективным типом «крупного» хозяйства, чем товарное производство пшеницы в аналогичных «полюсных» регионах. Поэтому мы и наблюдаем столь большие различия между регионами по степени концентрации рассматриваемых элементов роста. В частности, обращает на себя внимание большой перепад значений товарности рисопроизводства в выделенных «полюсах роста» — Пенджабе, с одной стороны, и Андхра Прадеше — с другой.

В обстановке формирующегося рыночного аграрного хозяйства корни этих различий кроются в размерах землепользования основных групп хозяйств, производящих продукт для продажи. Всеиндийская сельскохозяйственная перепись 2000/01 года установила следующие различия в плотности групп таких хозяйств по штатам, в частности по рассматриваемым «полюсам роста» (см. табл. 13).

Очевиден огромный «перевес» Пенджаба по показателю плотности группы, способной самостоятельно («на собственный счет») производить сельскохозяйственный продукт для рынка, над гораздо более скромным экономическим потенциалом земледелия штата Андхра Прадеш. Указанное различие, среди отмеАграрная Индия: парадоксы экономического роста ченных других, объясняется также историческим фактором, именно — более ранним рывком рисопроизводящего хозяйства Пенджаба (и входивших в него территорий, сформировавших впоследствии, в 1966 г., штат Хариана) к благам рыночной специализации, которые сулила ему (в дополнение к таким стимулам, как устойчивый спрос и соответственно благоприятные в целом цены) все более усиливавшаяся государственная поддержка (см. раздел 7).

Таблица 13 Землепользование «средних» и «крупных» земледельцев в штатах Пенджаб и Андхра Прадеш, 2000/01 г.*

–  –  –

* Составлено по: Agricultural Statistics at a Glance. 2006. / Govt. of India. Ministry of Agriculture. New Delhi. 2006. Table 16.2(A), 16.2(B) // http://dacnet.nic.in.

Действительно, рисосеяние в пенджабско-харианском регионе еще с 50-х годов ХХ столетия развивалось почти исключительно как рыночное производство, а культура риса прочно заняла в регионе место одной из важнейших денежных культур — во всех группах рисопроизводящих хозяйств штата. Показатель товарности, устойчиво составлявший 80–90%(!) валового урожая Тенденции концентрации товарного производства 59 культуры риса на протяжении трех с половиной последних десятилетий, этот факт надежно подтверждает (см. табл. 12).

Напротив, в штате Андхра Прадеш рисосеющие хозяйства, более мелкие по среднему размеру землепользования и к тому же обильно «разбавленные» потребительским типом экономической деятельности, заметно позднее вступили в фазу активной эволюции к рынку, показав в результате существенно меньшие успехи в развитии товарного производства.

Вот, например, какими данными характеризует Министерство сельского хозяйства Индии изменение «внешней» товарности рисопроизводящего хозяйства в этом штате в 70-х – конце 90-х годов ХХ века41 (в % в валовом урожае):

1970/71 1974/75 1978/79 1980/81 1987/88– 1990/91– 1992/93– 1995/96– 1989/90 1991/92 1994/95 1997/98 35,9 30,2 34,5 41,4 43,3 41,8 59,0 67,9 Лишь в 80-х годах уровень «внешней» товарности рисопроизводства (основной отрасли аграрного хозяйства штата) преодолел отметку 40%, хотя такой результат, по меньшей мере, в начале периода, по-видимому, еще не обладал большим «запасом прочности», а участие в рыночном процессе группы «крупных»

хозяйств было еще относительно невелико. Так, «крупные» хозяйства Андхра Прадеша по индикатору товарности рисовой отрасли, например в 1983/84 г., почти не отличались (33% versus 30%) от всей массы рисосеющих хозяйств штата (см. табл.12).

Большинство этих хозяйств, как можно судить по данным приведенной таблицы, относилось к тем или иным типам пока еще традиционного в основе своей производства, в пределах которого все еще активно действовал «остаточный» принцип в распределении произведенного продукта, а этот принцип предполагал, что на рынок должен был отправляться именно излишек зерна — Составлено по: Indian Agriculture in Brief. Delhi. 16th ed.1978; 19th ed. 1982; 21st ed. 1987; 23rd ed. 1990; 27th ed. 2000; Bulletin on Food Statistics 1992 and 1993. / Govt. of India. Ministry of Agriculture. New Delhi. 1996.

C. 50–51.

60 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста малый или большой, — остававшийся сверх необходимой для потребления его (зерна) массы — в самом хозяйстве, его выращивавшем, или внутри деревни (данная масса включала и часть, использовавшуюся для бартерного обмена). Ситуация стала более активно прогрессировать, по-видимому, лишь в 90-х годах ХХ века42.

И тем не менее концентрация производства и товарного продукта в секторе «крупных» хозяйств, очевидно, усиливалась не только в пшеницепроизводящей, но и в рисопроизводящей отрасли. Если в Индии в целом у «крупных» земледельцев, составлявших одну седьмую (14,1%) общего числа рисопроизводителей, сосредоточивалось к середине 80-х годов две пятых (39,8%) общеиндийской массы товарного риса (показатель концентрации — 1:2,8), то в обоих выделенных «полюсах роста», штатах Пенджаб и Андхра Прадеш, показатель концентрации был существенно выше: здесь он составлял 1:8,8 (иначе: 2,46% «крупных» земледельцев — рисопроизводителей Индии, приходившихся на оба региона, держали более пятой части — 21,7% — общенациональной массы товарного риса). И конечно же, в этой «связке» регионов лидировал Пенджаб, где указанное соотношение достигало 1:17,1. Как и следовало ожидать — «крупные» рисопроизводители рассматриваемой «связки» регионов, составляя 17,4% общего числа «крупных» рисоводов Индии, сосредоточивали основную часть — 54,5% — общенациональных ресурсов товарного риса, произведенных всем контингентом «крупных» рисоводов страны (см. табл. 12).

Пенджаб выделяется и по данному виду концентрации отраслевого продукта (риса). К середине 80-х годов ХХ века на штат приходилось всего 5,7% общего числа «крупных» рисопроизводителей Индии, но владела эта группа более чем третью (34,8%) общей массы товарного риса, принадлежащей «крупным» хозяйствам Индии. И если исходить из данных о (опережающих) темпах роста пенджабской доли товарного риса на инИ все-таки мы должны обратить внимание на статистически выраженный феноменальный скачок в показателе товарности рисопроизводства на рубеже 1991/92–1992/93 года. Возможное объяснение этому факту см.

в прим. 34.

Тенденции концентрации товарного производства 61 дийском рынке риса (37,3% в 2004/05 г. versus 20,7% в 1983/84 г.;

см. приложение 2 и табл. 12), с одной стороны, и того факта, что даже в 1983/84 г. подавляющая часть производства риса в Пенджабе была сосредоточена именно в «крупном» (т.е. располагающем пятью гектарами земли и более) хозяйстве (на него приходилось 6,7% всего сбора «падди» в Индии, а на всю группу пенджабских рисоводов — 9,9%; см. табл. 12) — с другой, можно с большой долей уверенности предположить, что степень концентрации товарного риса (как, впрочем, и пшеницы) в секторе «крупных» хозяйств Пенджаба в XXI веке существенно возросла.

На опережающую динамику рисопроизводящего сектора аграрной экономики штата (как и пшеницепроизводящего хозяйства) большое (по существу — определяющее) влияние, несомненно, оказала политика высоких закупочных цен государства на зерно. Политика государственного субсидирования собственно сферы производства в сельском хозяйстве43 органически дополняла влияние высоких закупочных цен на продовольственную продукцию, вызывая эффект синергии (см. прим. 35).

Так, субсидии в различных формах, направляемые государством в сферу производства в сельском хозяйстве, быстро увеличивались в 90-х годах ХХ века и 2000-х годах: за период 1993/94–1999/00 годы они выросли в 2,2 раза (цены текущие), за период 1999/00–2005/06 годы — в 1,8 раза (цены 1999/00 года) и составили в 2005/06 г. 598,9 млрд. рупий44. В результате повышалась, особенно с начала XXI века, и доля производственных субсидий по отношению к сельскохозяйственной части ВВП. О возрастающей роли субсидиальной «подпитки» экономического роста в сельском хозяйстве Индии наглядно свидетельствуют слеПолитика сельскохозяйственного субсидирования в данном случае включает затраты на удобрения (снижение цен), оплату части потребленной электроэнергии, на обслуживание ирригационного процесса, расходы на другие объекты воспроизводства, в том числе страхование урожая, производство отдельных культур, функционирование кооперативных обществ, производство и использование урожайного семенного материала, а также расходы на дотации и кредитование различных групп «фермеров».

Рассчитано по: Agricultural Statistics at a Glance 2008. / Govt. of India. Ministry of Agriculture. New Delhi. 2008. Table 12.1(A) // http://dacnet.nic.in.

62 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста дующие данные (среднеарифметические значения по трехлетиям, в % к сельскохозяйственной части ВВП)45:

1993/94– 1996/97– 1999/2000 1999/2000 2000/01– 2003/04– 1995/96 1998/99 2002/03 2005/06 6,5 7,3 6,9 8,2 9,1 10,2

–  –  –

Как видно, правительство лихорадочно искало пути эффективной поддержки производства в сельском хозяйстве с целью преодолеть падающий темп динамики валового сельскохозяйственного продукта (подробнее см. раздел 8). Всего за пятилетие от начала XXI века производственные субсидии государства в сельское хозяйство увеличились по отношению к валовому сельскохозяйственному продукту на четверть, а в целом за выделенный период (с 1993/94 г.) их относительная величина возросла, по-видимому, примерно в полтора раза.

Все это — рост закупочных цен и увеличивающееся государственное субсидирование сельского хозяйства — в конечном итоге предопределило активную экспансию зернового хозяйства регионов — лидеров сельскохозяйственного роста на зерновые рынки Индии в первом десятилетии XXI века (см. разделы 4 и 7).

Феномен Пенджабского региона, упорно восходящего на всеиндийский олимп производителей товарного зерна (в данном случае — риса) (см. приложение 2), весьма интересно оценить в контексте распределительной динамики, происходившей (и происходящей) в воспроизводственном процессе рисопроизводящего хозяйства страны, в некоторой исторической ретроспективе.

Имеющиеся материалы специальных обследований свидетельствуют, что, по меньшей мере, на протяжении последних двух третьих времени ХХ столетия пропорции использования урожая риса в рисосеющем хозяйстве отличались удивительной устойчивостью (см. табл. 14).

Рассчитано по: Agricultural Statistics at a Glance 2001. / Govt. of India. Ministry of Agriculture. New Delhi. C.13; do.do. 2008. Table 2.1; 2.8;

12.1(A).

Тенденции концентрации товарного производства 63

–  –  –

* Repot on the Marketing of Rice in India. / Govt. of India. Calcutta.

1954. C. 418, 419; Production, Utilization, Marketable and Marketed Surplus of Wheat, Rice and Maize. / Govt. of India. Ministry of Rural Development. Faridabad. 1995. C. 49, 56, 66; Indian Agriculture in Brief. 27th ed. / Govt. of India. Ministry of Agriculture. New Delhi. 2000. C. 229, 231; Agricultural Statistics at a Glance 2001. / Govt. of India. Ministry of Agriculture. New Delhi. 2001. C. 134.

По оценке авторов исчислений данного показателя, последний характеризует «пропорцию рекомендованного рыночного излишка», т.е.

возможного «остатка», остающегося в хозяйстве сверх необходимого внутреннего потребления произведенной продукции зерна (риса).

Как видно, основная масса риса (более половины урожая) потреблялась в самом хозяйстве. Более того, чтобы обеспечить необходимый резерв зерна, рисопроизводитель образца 1983/84 г.

приобретал на рынке или (немного) путем бартерного обмена в самой деревне массу риса, составлявшую несколько более 1/10 (11,1%) величины валового сбора данной культуры (речь идет здесь о периодах относительно «спокойной», безынфляционной рыночной конъюнктуры, каковые здесь и представлены); макропропорции распределения продукции рисосеющего хозяйства по сферам воспроизводственного процесса характеризовались в таАграрная Индия: парадоксы экономического роста кие периоды, очевидно, некоторым «запасом прочности» («устойчивости»), даже несмотря на то, что рисопроизводство Индии, например в 80-х и 90-х годах ХХ века, переживало эпоху технологических преобразований (до начала последнего десятилетия ХХ века — «зеленую революцию»). (В частности, в 1936/37– 1938/39 годы средняя урожайность риса в Индии в эквиваленте очищенного зерна составляла 9,1 ц/га, в середине же 80-х годов ХХ в. она поднялась до 14,5 ц/га, а в конце 90-х — до 18,6 ц/га46.) «Зеленая революция», казалось бы, должна была радикально изменить структуру использования продукции риса в (первичной) ячейке его производства. Этого, однако, не произошло: улучшения в технологии служили в большой степени целям личного и хозяйственного (т.е. натурального) потребления самого производителя и его семьи.

Напомню, что в приведенную сравнительную выборку данных, относящихся к 80-м годам, были включены хозяйства более крепкие, чем существовавшие в целом в рисосеющем секторе сельского хозяйства; а это с новой стороны подтверждает факт о малой степени структурных изменений в использовании главного продукта зернового производства Индии к концу ХХ века. Социально-экономический процесс 90-х годов внес, похоже, слишком малые изменения в макрораспределение произведенного продукта (риса) (см. в табл. 14 данные о реальных продажах на рынке риса), чтобы надежно изменить долю реального товарного выхода рисового урожая. Даже несмотря на значительный прирост урожайности культуры (на 28% за полтора десятилетия).

И все-таки мысль об исторически затянувшемся единообразии распределения продукции рисосеющего хозяйства по сферам воспроизводственного процесса нуждается в некотором пояснении. Конечно, в ходе социально-экономического процесса в ХХ веке индийский земледелец все больше отрывался от пуповины традиционных форм натурального хозяйства, однако все более усиливавшийся ЗДК уже в новых, претерпевших крупные изменения, технологических условиях производства вынуждал (и вынуждает поныне) земледельца (особенно выступающего в маргинальном статусе) держаться за натуральный тип хозяйственReport on the Marketing of Rice in India, C. 410, 416; Agricultural Statistics at a Glance 2001. / Govt. of India. Ministry of Agriculture. New Delhi.

2001. C. 30, 31.

Тенденции концентрации товарного производства 65 ных отношений — там и тогда, где и когда они остаются единственной (точнее — экономически единственно приемлемой) гарантией обеспечения средств к жизни. Похоже, именно из противостояния этих двух противоположных тенденций складывается отмеченный выше «баланс единообразия» (хотя его натуральный компонент постепенно, как мы видели, подвергается все большей коррозии). Их «силовое равновесие» пока поддерживает «устойчивость» пропорций отмеченного распределительного процесса в рисосеющем хозяйстве.

Проблема кризиса «внешней» товарности продовольственного производства в Индии, в особенности зернового, имеет, однако, более глубокие корни. Испытывая сильнейшее влияние динамики ЗДК, мощную кризисную подпитку производящий сектор получает и со стороны процессов, детерминируемых социально-экономической жизнью деревенского общества. Среди них — интенсивный рост массы людей, питающихся товарным хлебом, причем увеличивается не только их численность, но и доля во всем сельском населении. Итак, рассмотрим некоторые факторы, влияющие на динамику общественной потребности в продовольствии.

ИЗМЕНЕНИЯ В НАПРАВЛЕНИИ ПОТОКОВ

ТОВАРНОГО ПРОДОВОЛЬСТВИЯ

Индийская деревня знает два основных типа покупателей продовольствия на рынке. Это — обширные массы сельских рабочих, работающих по найму в его различных формах и получающих заработную плату. (В официальных документах к ним относятся лица, совокупный доход которых более чем наполовину складывается из заработков от работы по найму.) И это — маргинальные сельскохозяйственные производители, ведущие хозяйство, которые вынуждены пополнять необходимый им объем жизненных средств путем регулируемых законами рынка сделок, выполняя работы (включая и оплачиваемые деньгами) «на стороне», вне пределов своего хозяйства.

Последние десятилетия жизни деревенского общества Индии были знаменательны тем, что прирост контингентов сельских рабочих (и в частности, их самого многочисленного отряда — сельскохозяйственного пролетариата — 77,3% общего числа сельских рабочих в 1987/88 г. и 80,2% в 1999/2000 г. против 85,5% в 1964/65 г.) происходил, хотя и неравномерно по отдельным периодам, гораздо более высокими темпами, чем прирост всего сельского населения. Исследовательская группа, работавшая под руководством одного из наиболее авторитетных специалистов-аграрников Индии, Ханумантха Рао, в своем пятом серийном фундаментальном обследовании положения сельских рабочих подметила эту особенность, охарактеризовала ее причины и ее динамику по состоянию на конец 80-х годов ХХ века. Если дополнить данные, проанализированные группой Х. Рао, аналогичными данными из материалов двух последних серийных обследований, относящихся к периоду 90-х годов ХХ века, получим следующий — весьма впечатляющий — результат (см. табл.15).

Таким образом, приведенные данные свидетельствуют, что индийская деревня, рассматриваемая в историческом времени, стремительно пролетаризируется. За период трех с половиной десятилетий, при росте численности всех сельских семей почти в 2 раза, численность семей сельских рабочих увеличилась более чем в 3 раза.

Изменение в направлении потоков 67

–  –  –

1964-65 70,4 100 17,9 100 25,4 15,3 100 21,8 1977-78 95,7 136 35,2 197 36,8 28,6 187 29,9 1987-88 108,4 154 43,1 240 39,7 33,3 218 30,7 1993-94 119,5 170 45,8 256 38,3 36,2 237 30,3 1999-2000 137,1 195 55,1 308 40,2 44,2 289 32,2 * Составлено и подсчитано по: Report of the National Commission on Rural Labour. / Govt. of India. Ministry of Labour. Vol. I. New Delhi. 1991.

C. 9; Rural Labour Enquiry (55th Round of NSS) 1999-2000. Report on Employment and Unemployment of Rural Labour Households (Main report). / Govt. of India. Ministry of Labour and Employment. Labour Bureau. Shimla. Chandigarh.

2006. C. 37, 46.

Если в середине 60-х годов ХХ в. они составляли четвертую часть семей сельского населения, то к концу 80-х годов их доля «подросла» уже до двух пятых общей численности семей сельского населения, в таких пределах их доля сохранялась до начала XXI века47 (см. табл.15).

В действительности совокупный численный состав семей сельских рабочих в сопоставлении со всей массой сельского населения заметно меньше, чем доля и численность семей сельских рабочих по отношению ко всем семьям людей, проживающим в сельских местностях, просто потому, что в бедных семьях, к коим относятся семьи сельских (в том числе, естественно, и сельскохозяйственных) рабочих, численный их состав существенно меньше, чем состав семей зажиточных или средних по уровню благосостояния сельских жителей (разбор этих различий был проведен в книге:

68 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста В Индии в последней трети ХХ – начале XXI столетий сформировались два процесса, способствовавших интенсификации роста контингента лиц, выходивших (и выходящих) на рынки труда в агросфере.

Среди них — стартовавшая в середине 60-х годов ХХ века и получившая на поливных землях широкое распространение в 70-х «зеленая революция». Одним из ее выдающихся, революционизирующих результатов был сильнейший удар, нанесенный по все еще сохранившимся от общинного бытия бастионам традиционных натуральных отношений в деревенском социуме Индии, складывание условий для становления рыночного хозяйства.

Говоря иначе, «зеленая революция» выступила катализатором индивидуализации воспроизводственного процесса в крестьянском хозяйстве; исторически она пронеслась как смерч, высвобождающий экономических агентов агросферы из системы натуральных (в том числе основывающихся на внеэкономическом принуждении производителя) связей в форме традиционного обмена продуктами и услугами конкретного труда между земледельцами и их экономическими «визави» в деревне (ремесленники, «слуги общины»), вызывая распад данной системы (именно это происходило и происходит, например, с системой «джаджмани» в зонах «зеленой революции»48).

Размывание натуральных бартерных отношений предопределило значительный выброс на рынки труда рабочей силы, прежде связанной узами традиционного хозяйства. Или, если скаРастянников В.Г., Дерюгина И.В. Модели сельскохозяйственного роста в ХХ веке. С. 183–185). Для сравнительного анализа некоторых аспектов демографической динамики этот фактор имеет весьма важное значение.

Один из наблюдателей этого процесса свидетельствует: «В межличностных отношениях, охватывающих различные кастовые группы, происходят изменения: на смену традиционной системе «джаджмани» приходят отношения формального договора. Натуральная оплата труда, преобладавшая в прошлом, заменяется денежными формами платы» (Sidhu D.S.

Socio-economic Implication of Rapid Agricultural Growth. The Experience of Punjab. / Indo-Soviet Symposium on Agricultural Productivity. May 11–13.

1982. Dushanbe. C. 10 [mimeo]). Глубокий анализ механизмов действия системы «джаджмани» сделал А.П. Колонтаев (см.: Традиционные структуры и экономический рост в Индии / Институт востоковедения АН СССР. М.:

«Наука». 1984. Гл.II, §§ 2, 3 [А.П. Колонтаев]).

Изменение в направлении потоков 69 зать иначе: данный процесс вынес на рынок труда тот объем работ (и то количество труда), который ранее осуществлялся традиционным работником по законам внутриобщинного (натурального) разделения труда, а теперь должен был выполняться работником, оплачиваемым заработной платой, при опоре на рыночный механизм и его регуляторы. Более того, как результат интенсификации производства вырос и объем работ, подлежавший выполнению. Все эти метаморфозы, вызванные «зеленой революцией», нашли отражение в динамике данных за 60–70-е годы (см.

табл.15).

Это был период, если судить по приведенным данным, наиболее интенсивного роста сельских/сельскохозяйственных рабочих во всей полувековой истории социального развития индийской агросферы: всего за тринадцать лет (1965–1978 гг.; см.

табл.15) абсолютная численность обеих категорий рабочих, работающих за заработную плату, увеличилась вдвое (сельские рабочие) / почти вдвое (сельскохозяйственные рабочие). (Главная их масса пополняла ряды поденщиков, каковой процесс свидетельствовал, помимо прочего, о росте «избытка» сельскохозяйственного труда в индийской деревне; см. ниже.) Другой фактор интенсификации роста сельского пролетариата — действие земельно-демографического комплекса (ЗДК), которое превратило этот процесс в Индии — с последней трети ХХ века — практически в «автоматическую карусель». Именно вследствие неустанной работы механизмов ЗДК отряды мельчайшего и мелкого крестьянства стали ныне одним из самых емких источников формирования рядов безземельных сельских рабочих. Как явствует из доклада Ханумантха Рао, эта группа рабочих «состоит из тех тружеников, которые, прежде чем влиться в ряды рабочих, были мелкими/мельчайшими земледельцами, но они или сами решили оставить занятия сельским хозяйством (изза ничтожно малого дохода, получаемого от этих занятий), или были вытеснены из них обстоятельствами, которые находятся вне пределов их контроля»49. В докладе раскрывается и «порядок», принуждающий мельчайших и мелких крестьян расставаться со своей землей: «Что касается мелких и мельчайших фермеров, Report of the National Commission on Rural Labour. Vol. I. C. 64.

70 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста рост населения и разделы хозяйственных участков плодят все новые контингенты чрезвычайно крошечных, нерентабельных хозяйств. Это приводит к вынужденной продаже земли с последующей пролетаризацией фермеров и, соответственно, к расширению за их счет рядов безземельных сельских рабочих»50.

Есть, однако, одно обстоятельство, нуждающееся в пояснении. Из данных таблицы 15 следует, что, по меньшей мере, за период 1987/88–1999/2000 гг. удельный вес сельских рабочих почти не изменялся (в группе сельскохозяйственных рабочих то же прослеживается даже с более раннего периода, с конца 70-х годов. См. табл.15). Между тем процесс роста сельского пролетариата происходил в эти годы весьма бурно: число семей сельских рабочих возросло за выделенные двенадцать лет на 12 миллионов, или на 27,8%, хотя число всей группы сельских семей увеличилось меньше — на 26,5% (на 28,7 млн. единиц).

«Равновесное» соотношение между обеими группами сельского населения достигалось, как видно из данных таблицы 15, в результате того, что степень деградации большой массы крестьянских хозяйств, проявлявшейся, помимо прочего, в процессах их дробления (в частности, сокращения земельной площади в расчете на хозяйственную единицу) и в конечном счете в опережающем росте сектора маргинальных хозяйств, в первую очередь — мельчайших, по существу, «уравновешивалась» интенсивностью роста рядов сельских рабочих из «старых» и «новых» маргиналов-земледельцев. (Отсюда — длительная относительная «устойчивость» доли сельских/сельскохозяйственных рабочих. См. табл.15.) Однако такое «равновесие» к концу ХХ века стало нарушаться, хотя и в незначительной пока степени, в пользу сельских/сельскохозяйственных рабочих; в частности, доля последних на рубеже веков — ХХ и XXI вплотную приблизилась уже к одной трети совокупной численности сельских семей Индии (см. табл.15).

Одновременно и параллельно с этим процессом существенно изменялась и социально-профессиональная структура сельского/сельскохозяйственного пролетариата.

Там же. С. VI.Изменение в направлении потоков 71

Согласно обстоятельному исследованию Аджита Гхоша, использовавшего материалы Организации Национальных выборочных обследований (NSSO), в Индии в группе «занятых, получающих заработную плату», отчетливо выражена тенденция к переходу от занятий (работы) по найму на постоянной основе к временному найму, работы по которому оплачиваются, как правило, поденно. За обследованный период (1977/78–1993/94 гг.) удельный вес временных (сезонных и иных аналогичных категорий) рабочих вырос в Индии в целом с 28,2% совокупной численности всех занятых до 33,2%, в аграрном же секторе — с 33,8% всех занятых до 41,6%; иначе говоря, в аграрном секторе прирост таких рабочих происходил опережающими (по сравнению со средненациональными) темпами изменения численности занятых (включая лиц, ведущих свое хозяйство, и лиц, работающих за заработную плату). В результате в составе сельскохозяйственных рабочих рабочие «временного» найма уже к середине 90-х годов почти полностью вытеснили постоянных рабочих — «сроковых батраков»: их удельный вес в 1993/94 г. достигал 96,1% (против 88% в 1977/78 г.)! Все это убедительно свидетельствовало об ухудшении к концу ХХ века прочности (постоянства и т.п.) условий занятости у подавляющей части наемных рабочих агросферы Индии51.

Отметим также: прогрессирующими изменениями отношений найма в группе всех сельских рабочих (расширение зоны временного найма за счет постоянного) отмечено формирование рынка труда в деревенской экономике Индии по сути дела в течение всей второй половины ХХ века. (В этой группе, напомню, сельскохозяйственные рабочие составляли примерно четыре пятых ее общей численности.) Так, по данным обследования, проведенного Х.

Рао и его коллегами, временные сельские рабочие, оплачиваемые поденно, увеличивали свой вес на деревенских рынках труда следующим образом (по годам, в %)52:

1972/73 1977/78 1983 1987/88 64,5 71,5 73,9 75,8 Цит. и подсчитано по: Ghose Ajit K. Current Issues of Employment Policy in India. // Economic and Political Weekly. 1999. September 4. C. 2593, 2597, 2600.

Report of the National Commission on Rural Labour. Vol. I. C. 9.

72 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста От неполных двух третьих доля поденных рабочих всего за пятнадцать лет выросла до более чем трех четвертых всего состава сельских рабочих, получаюших заработную плату.

Весьма интересна для целей сравнительных сопоставлений и ранняя оценка пропорций разделения сельскохозяйственных рабочих по социально-профессиональным признакам, относящаяся к середине 50-х годов ХХ века. Согласно Второму всеиндийскому обследованию сельскохозяйственных рабочих, проведенному Министерством труда и занятости Индии в 1956/57 г., семьи «сроковых батраков» (attached labourers) составляли 26,6% общего числа семей сельскохозяйственных рабочих, а семьи рабочих поденного найма соответственно — 73,4%.

Сами обследователи считали показатель батрацкого найма «в некоторой степени» завышенным. Объяснение его неадекватности они находили в том, что крупные землевладельцы Индии, в широких масштабах использовавшие на своих землях чужой труд, стремясь избежать воздействия арендного законодательства начала 50-х годов, предоставлявшего некоторым группам арендаторов (в частности, издольщикам) права постоянного арендного держания (occupancy rights) и запрещавшего их произвольный сгон с земли, объявляли последних сельскохозяйственными рабочими, якобы работавшими по найму в их хозяйствах, притом — на постоянной основе. Тем самым доля таких рабочих («сроковых батраков») в общем контингенте сельскохозяйственных рабочих неизбежно увеличивалась. (Невозможно, однако, оценить, насколько такое завышение, обозначенное интригующей пометой «в некоторой степени», имело место в действительности53.) Фактически речь шла о том, что у сельскохозяйственных рабочих Индии все больше возрастал фонд «избыточного» рабочего времени, который не мог быть использован в процессе производительного труда, оплачиваемого заработной платой54.

См.: Agricultural Labour in India. Report on the Second Agricultural Labour Enquiry. 1956-57. Vol. I — All India. / Govt.of India. Ministry of Labour and Employment. Delhi. 1960. C. 54, 62.

«Рост поденщины в использовании труда по найму означает, что уровень неполной занятости работников становится все больше». По расчетам Аджита Гхоша, осуществленным на основе данных NSSO, в 1993/94 г.

лишь 3,3% «регулярных» (т.е. постоянных) рабочих искали или хотели бы получить дополнительную работу по найму, среди же группы «временных»

рабочих таковых было 27,4%. Подавляющее большинство последних было сосредоточено в аграрном секторе (Ghose Ajit K. Current Issues of Employment Policy in India. C. 2600, 2603, 2605).

Изменение в направлении потоков 73

–  –  –

* Подсчитано и составлено по: Rural Labour Enquiry 1999-2000.

2006. C.39; Bulletin on Food Statistics. 1992 and 1993. / Govt. of India. Ministry of Agriculture. New Delhi. 1995. C. 87; Indian Agriculture in Brief. 23rd ed. New Delhi. 1990. C. 244; do.do. 27th ed. 2000. C. 120; Agricultural Statistics at a Glance. New Delhi. 2001. C. 132.

Примечание. I — заработок в сельском хозяйстве; II — заработок в несельскохозяйственных отраслях деятельности.

74 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста Материалы серийных обследований положения сельских рабочих Индии предоставляют такую возможность (см. табл. 16).

Данные по выделенным трем периодам (по ним имеется весь ряд показателей, необходимых для сравнительных оценок) 80–90-х годов ХХ века свидетельствуют о развитии на рынках труда сельской Индии следующих (характерных и для сегодняшней Индии) тенденций. В течение первого периода (середина 80-х годов ХХ века) заработки и цены (за таковые приняты минимальные закупочные цены, выплачиваемые государством на свободных зерновых рынках, т.е. так называемые «цены поддержки» (support prices), предотвращающие падение цен на зерно и обеспечивающие производителю зерна стабильные условия для реализации его продукта) лишь частично стали «расходиться» в темпах своего параллельного движения (пока это коснулось цен на пшеницу).

Но главное — наметились признаки опережающего роста цен на труд (и соответственно заработков) в несельскохозяйственных сферах деятельности, спрос на труд в которых стал активнее отвлекать из сельского хозяйства занятых здесь рабочих (возможно, точнее — для многих случаев — часть рабочего времени сельскохозяйственных рабочих). Этот процесс дал основание комиссии Х. Рао заключить: «Некоторое увеличение реальной заработной платы, отмеченное в 80-х годах, вызвано не столько повышением сельскохозяйственной производительности, сколько ростом спроса на труд в сфере несельскохозяйственных форм деятельности /…/ Основной причиной снижения абсорбционной способности сельскохозяйственного производства в стране, по-видимому, является подъем заработных плат относительно сельскохозяйственных цен.

Подъем же уровня зарплат вызван растущим спросом на труд в несельскохозяйственных сферах деятельности»55. И это — очень провоцирующее обстоятельство: «зарплатный бум» в несельскохозяйственных сферах экономической деятельности сыграл роль триггера, вызвавшего повышательную динамику ставок заработной платы в весьма инерционном собственно аграрном «сегменте»

сельской экономики Индии!

В последующий период (рубеж 80–90-х годов) отмеченные тенденции получили новый импульс. Отрыв повышательной Report of the National Commission on Rural Labour. Vol. I. C. VI, 38.

Изменение в направлении потоков 75 динамики заработков сельскохозяйственных рабочих (особенно в несельскохозяйственных сферах деятельности) от таковой динамики зерновых цен увеличился еще более; при этом заработки рабочих от труда в несельскохозяйственных отраслях по сравнению с заработками в сельском хозяйстве возросли всего за шесть лет на одну треть! И хотя в третий период (последние две трети 90-х годов ХХ века) агрессивный напор обеих тенденций был в некоторой степени приглушен (снижен), глубокий разрыв между темпами интенсивности роста каждой из них сохранился: рост цен на зерно продолжал отставать по сравнению с ростом заработков рабочих.

Более того, заработок рабочих из семей сельскохозяйственных рабочих в несельскохозяйственных сферах деятельности претерпел по сути дела скачкообразное увеличение:

всего за шесть лет он поднялся, по сравнению с таковым в сельском хозяйстве, уже на две пятых (см. табл.16). Подчеркнем здесь еще раз: не внутренние процессы, пульсировавшие в самом аграрном секторе, определяли повышательную тенденцию заработных плат в сельском хозяйстве, а, напротив, — процессы экзогенного (для аграрного сектора) происхождения (в частности, строительный «бум» в несельскохозяйственных отраслях в сельских местностях); они-то и потянули за собой ставки сельскохозяйственных плат вверх.

Парадокс состоял, однако, в том, что весь этот многосторонний процесс увеличения реального (в отличие от номинального) заработка сельскохозяйственного (и сельского вообще) рабочего происходил на фоне реального же увеличения (как мы видели выше) избытка «свободного» рабочего времени сельского/сельскохозяйственного рабочего, т.е. обострения ситуации его «неполной занятости» (что отмечено рядом исследователей Индии, например, цитированными выше А.К. Гхошем, Х.Рао); к тому же в 90-х годах ХХ века «бонанза» («источник большой наживы», по словарю А.В. Аникина) в виде несельскохозяйственных сфер деятельности в сельских местностях стала заметно усыхать.

Так, если в 1993/94 году на работах в этих местностях сельскохозяйственные рабочие-мужчины были заняты 17 дней из 254 оплаченных, то в 1999/2000 году только 7 из 245. В исчислении полных рабочих дней такие рабочие, занятые только на несельскохозяйственных работах, работали в 76 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста 1999/2000 году лишь 198 дней против 234 дней в 1993/94 году, или на 15% меньше56.

Ставки оплаты труда сельских рабочих, таким образом, поднимались в ходе экономического роста аграрного сектора столь высоко (особенно в несельскохозяйственных отраслях), что совокупный доход (заработок) рабочих позволял им с лихвой компенсировать (пока, до рубежа ХХ–XXI веков) экономические потери, проистекавшие из сокращения годового фонда рабочего времени (т.е. отработанных за заработную плату дней) — как в результате превращения «постоянного» труда во «временный»

(см. выше), так и — в период после 1993/94 года — уменьшения объема занятости в несельскохозяйственных сферах деятельности, причем — несмотря на происходивший одновременно рост продовольственных цен.

Это обстоятельство в итоге вызвало понижение коэффициента Энгеля (отношение расходов на продукты питания ко всем расходам на жизненные средства семьи), что определенно свидетельствовало о постепенном улучшении положения сельских/сельскохозяйственных рабочих Индии к концу ХХ века.

Вот какими данными характеризовалось движение коэффициента Энгеля по годам обследования их положения57 (в %):

Категория 1963- 1974- 1977- 1983 1987- 1993- 1999рабочих 64 75 78 88 94 2000 Сельские 73,3 78,4 67,7 68,2 66,2 65,3 61,4 Сельскохозяйствен- 73,9 78,8 68,6 68,7 67,1 66,3 62,3 ные Особенность данного процесса состояла в том, что все эти изменения (к лучшему) происходили (уж во всяком случае, до конца ХХ века) в пределах групп сельского населения Индии, относящихся в наибольшей своей массе к беднейшему, наиболее Rural Labour Enquiry. 55 Round of NSS 1999-2000. Report on Employment and Unemployment of Rural Labour Households (Main Report).

Shimla. 2006. C. 25, 47.

Там же. С. 40.

Изменение в направлении потоков 77 нуждающемуся его слою: по оценке Плановой комиссии Индии, ниже «черты бедности» (poverty line) проживало в 1999/2000 году в сельских районах страны 27,1% всего их населения (в 2004/05 году этот показатель, при фактическом полузастое с начала XXI века сельскохозяйственного производства, по расчетам Комиссии, составлял 28,3%)58.

Плановая комиссия при этом подчеркнула, что в течение трех десятилетий (1973–2004/05 годы) численность бедных (лиц, живущих за «чертой бедности») в Индии «едва изменилась»; составляя 321 млн. в 1973 г. и 320 млн. в 1993/94 г., она снизилась лишь до 302 млн. в 2004/05 году. «Поэтому, если численность людей, которые по размеру получаемого дохода должны быть отнесены к категории лиц, живущих за «чертой бедности», в течение трех десятилетий сокращалась менее чем на один миллион в год, то потребуется, по меньшей мере, 300 лет, чтобы при таком темпе искоренить бедность в Индии»59. Любопытна и оценка Всемирного банка, сделанная на 2000 г.: в этом году, согласно ВБ, за «чертой бедности» проживало 30,2% всего сельского населения Индии60.

И все-таки подлинным «бичом» для обширных групп сельских/сельскохозяйственных рабочих оставалась (и, очевидно, останется в XXI веке) исходно низкая заработная плата. Применительно к периоду, оканчивающемуся 1993/94 годом, Аджит Гхош свидетельствует: «Многие из тех, которые считаются занятыми, в действительности получают доходы, которые ниже официального показателя, очерчивающего границу бедности». Причины их (временных рабочих) бедствий «следует искать в чрезвычайно низких заработных платах… Имеются свидетельства того, что даже если временные рабочие работали бы полное время, но получали бы господствующую ставку заработной платы, они все равно оставались бы за чертой бедности… В реальной жизни они нуждаются не столько в добавочных рабочих днях, Agricultural Statistics at a Glance. 2004. Table 2.4; do.do. 2007. Table 2.4; Report of the Steering Committee on Rapid Poverty Reduction and Local Area Development for the Eleventh Five Year Plan (2007–2012). / Govt. of India. Planning Commission. New Delhi. 2007. C. 6.

См.: Там же. С. 3.

См.: World Development Indicators 2005. // www.ruralpovertyportal.org 14.06.2006.

78 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста сколько в более высоком уровне заработной платы за проработанный день»61.

Ханумантха Рао таким образом расшифровывает эту оценку Гхоша, формулируя следующий закон (для условий Индии): «Поскольку увеличение возможностей занятости происходит медленно, высокий темп прироста населения приводит к удержанию величины заработных плат сельских рабочих на низком уровне (курсив наш. — В.Р.)»62. Проблема, естественно, заключается в том, как будет происходить противоборство всех отмеченных тенденций развития (включая, конечно, и демографическую составляющую, определяющую степень давления на ресурсы воспроизводственного процесса), в каком направлении будет разворачиваться их вектор (пока обозначающий положительную для сельских рабочих динамику) в ближайшие десятилетия XXI века, прорвут ли сельские рабочие в основной массе своей «заколдованный круг», обозначенный «чертой бедности»?

* * * Таким образом, как следует из изложенного выше, на протяжении последних трех-четырех десятилетий аграрная Индия переживает кризис в формировании общенационального фонда товарного продовольствия, причем этот кризис ощущается тем острее, чем ближе к современности та или иная временная точка его развития. Данный кризис обусловливается по преимуществу двумя группами внутренних процессов.

Могучим источником его обострения является, как мы показали ранее, непрерывно происходящая маргинализация производственных единиц индийской агросферы, катализируемая действием земельно-демографического комплекса (ЗДК) и проявляющаяся в безудержном распространении мельчайшего и мелкого хозяйства на все бльшую часть хозяйственной площади земли Индии. В ареале такого хозяйства прогрессирующее измельчание производственных единиц выступает как процесс, постоянно генерирующий натурально-потребительские тенденции в агропроизводстве (т.е. тенденции, органичные именно для проGhose Ajit K. Current Issues of Employment Policy in India. C. 2607.

Report of the National Commission on Rural Labour. Vol. I. C. IV.

Изменение в направлении потоков 79 изводства, первейшей целью которого является обеспечение самого производителя и его семьи продовольствием и другими предметами жизненных средств). Такого рода тенденции угнетают (с той или иной степенью действенности), а в иных случаях — даже блокируют формирование условий и предпосылок роста абсолютных размеров выхода и пропорций товарного продовольствия (в реальной действительности — прежде всего его зернового компонента). Приведенные выше данные о многодесятилетней стагнации удельного веса поступлений товарного зерна на сборные (национальные) оптовые рынки — яркий тому пример.

Вторая группа процессов — перемещение все большей части наличных ресурсов товарного продовольствия в сферу его внутридеревенского потребления (или, может быть, точнее: его потребления в границах самих сельских местностей, где оно и производится). При этом, как мы видели, численность и удельный вес сельских покупателей продовольствия (в частности, в лице «сельских рабочих», в том числе занятых в несельскохозяйственных промыслах, и мельчайших «фермеров») растет намного быстрее, чем увеличивается само сельское население; более того — в сельской Индии за последние три-четыре десятилетия, по меньшей мере, до рубежа XX–XXI веков, по данным массовых полевых обследований, происходило увеличение реального заработка сельских/сельскохозяйственных рабочих (особенно значительное в несельскохозяйственных сферах деятельности), даже хотя этот процесс в наибольшей части проявлений все еще ограничен «чертой бедности», не выходит за нее.

Все это вместе взятое существенно увеличивает в сельских районах общественную потребность в товарном продовольствии; масштабные приросты каковой удовлетворяются за счет тех товарных ресурсов продовольствия, которые в альтернативном случае должны были бы пополнить продовольственносырьевой фонд растущих индустриально-урбанистических центров (или, например, отраслевые подразделения национального хозяйства, нуждающиеся в сырье сельскохозяйственного происхождения, например, животноводство, включая птицеводство).

Или, говоря иначе, сокращая хозяйственный потенциал производства товарного продовольствия (вследствие процессов измельчания хозяйства), деревня вместе с тем вырастает в мощный по 80 Аграрная Индия: парадоксы экономического роста силе влияния фактор, все более активно конкурирующий с национальным городом за товарные продовольственные ресурсы, производящиеся в аграрном секторе.

И происходит это на фоне все большего углубления различий в динамиках макросоставляющих продовольственного комплекса Индии (общественная потребность в товарных продовольственных ресурсах — национальное аграрное производство, их обеспечивающее); но к этому вызову эпохи, порожденному естественным ходом экономического роста, аграрный сектор страны, несмотря на феноменальные успехи в развитии «зеленой революции» в последней трети ХХ века, оказался — пока — в полной мере еще неготовым — и экономически (активно продолжающийся всеобщий процесс маргинализации хозяйства аграрного сектора, сопровождающийся относительным сокращением объема инвестиций в его производство), и ресурснотехнологически (застой в динамических характеристиках урожайности основных продовольственных культур при резко обостряющейся экологической напряженности). Ведь XXI век поставил, причем в императивном ключе, перед аграрным сектором Индии задачу: не просто резко увеличить производство продовольственных ресурсов, но увеличить его при таких пропорциях распределения (на товарную и нетоварную части), которые адекватно соответствовали бы происходящим структурным изменениям общественной потребности в продовольствии (что нашло бы отражение в опережающем росте товарных продовольственных ресурсов).

ДИСПЕРСИЯ РЫНКА В ПРОДОВОЛЬСТВЕННОМ

КОМПЛЕКСЕ АГРАРНОГО СЕКТОРА



Pages:   || 2 |



Похожие работы:

«Уроки творчества Сочиняем сказку Сказка это кладезь народной мудрости в ней таится громадный ресурс для воспитания и развития детей. Сколько существует человечество, столько малыши всех времен, культ...»

«Приложение№2 к общей характеристике ОПОП Аннотации программ практик по направлению подготовки 07.04.02 Реконструкция и реставрация архитектурного наследия, программа академической магистратур...»

«Д. С. Л И Х А Ч Е В Б. А. РОМАНОВ И ЕГО "ГИД" Д А Н И И Л ЗА Т О Ч Н И К 13 книге "Люди и нравы древней Руси" Б. А. Романов ввел в качестве посредствующего звена между собой и читателем Д аниила Заточника. Он избрал Д аниила "гидом", чтобы...»

«История успеха клиента SAP | Добыча угля | "СУЭК" Сибирская угольная энергетическая компания (СУЭК). Система управления персоналом и Общий центр обслуживания на базе SAP ERP HCM История успеха клиента SAP | Добыча угля | "СУЭК" Содержание 4 Краткий обзор 6 О компании 6 Ход проекта 7 Решение для управления персона...»

«ГАТЧИНА НЕРАЗГАДАННАЯ За полвека жизни в Гатчине и за 40 лет краеведческой деятельности я невольно обратил внимание на странные случаи, имевшие место в нашем городе. Причём – никакой мистики, ничего сверхъестест...»

«УДК 008+130.2 Голкова Мария Леонидовна Феномен благотворительности в культуре северных регионов России и Норвегии Специальность: 24.00.01 — теория и история культуры АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учёной степени кандидата культурологии Санкт-Петербур...»

«Религия— дурман для народа № 29 28— 1928 май-июнь Содержание Н В. Румянцев — И лия прор ок.. Фр. Шахерль — 15 лет за монастырской стеной. Библиография. Р ел и ги я— дурм ан д л я н арод а ПРИНИМАЕТСЯ ПОДПИСКА НА ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ Ж УРН АЛ С БО РН И К Н А У...»

«Александр Григорьевич Звягинцев Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и документах Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8222613 Законоблюстители. Краткое изложение истории прокуратуры в лицах, событиях и доку...»

«КОГЕНЕРАЦИЯ Комбинированная выработка электроэнергии и тепла Наша история Фирма TEDOM была основана в 1991 г. За четверть века небольшая фирма превратилась в международную компанию с более чем 500 сотрудниками, которая продает свою продукцию в десятки стран мира. Мы начинали свою деятельность с единст...»

«Информационное сообщение о проведении аукциона по продаже государственного имущества Комитет по управлению государственным имуществом области в соответствии с прогнозным планом (программой) приватизации государственного имущества Новгородской области, утвержденным распоряжением Ад...»

«Вісник ХДАДМ стиль минимализм. исторические ПредПосылки и современное состояние мироненко в. П., д-р архитектуры, профессор, калантай м. в., соискатель ученой степени магистра Украинская инженерно-педагогическая академия аннотация. В ст...»

«ЦЕНТРАЛЬНЫЙ УРАЛ в І-ІІІ тыс. до н. э. * Приступая к рассмотрению непростой историко-культурной ситуации на Южном и Среднем Урале в конце каменного века, необходимо уточнить географические дефиниции региона и их историко­ географическое со...»

«ИСТОРИЯ СОЦИАЛЬНОЙ МЫСЛИ В РОССИИ А.В. Малинов ОБЛАСТНИЧЕСТВО В ИСТОРИИ РУССКОЙ МЫСЛИ* В статье рассматривается областничество как самостоятельное направление в истории русско...»

«Ю.А. Козлова. ЧУХЛОМСКОЕ ДЕЛО МИТРОШКИ ХРОМОГО 445 Ю.А. КОЗЛОВА ЧУХЛОМСКОЕ ДЕЛО 1635-1636 гг. "ПУЩАГО ВЕДУНА" МИТРОШКИ ХРОМОГО Термин "колдовской процесс" применительно к русской истории не подразумевает тот, в основе своей состязательный, суд над ведьмами, который знаком нам по материалам подобных процессов в Западной Европе XV-XVII вв....»

«Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет Протоиерей Геннадий Егоров СВЯЩЕННОЕ ПИСАНИЕ ВЕТХОГО ЗАВЕТА (Фрагмент: Исход) Курс лекций Москва Глава 5. Исход Книга Исход открывает новый большой период ветхозаветной истории. На место одного благочес...»

«160 Эксмо, 2012. Cools V. The Phenomenology of Contemporary Mainstream Manga // Image & Narrative. – 2011. – Vol. 12, N 1. – P. 63–82. ETHICAL PROBLEMS OF F.M. DOSTOYEVSKY’S “CRIME AND PUNISHMENT” IN THE MAN...»

«Социология семьи © 2005 г. И.О. ШЕВЧЕНКО, П.В. ШЕВЧЕНКО БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ КАКАЯ ОНА? ШЕВЧЕНКО Ирина Олеговна кандидат исторических наук, доцент кафедры теории и истории социологии социологического факультета Российского государственного гуманитарного университета. ШЕВЧЕНКО Павел Владимирович кандидат психологических наук, доцент кафедры организ...»

«РАБОЧАЯ ПРОГРАММА по учебному предмету "История" для 10-11 класса 2016 г. Пояснительная записка Рабочая (учебная) программа по истории составлена на основе федерального компонента государственного стандарта среднего (полного) общего образования, Примерной программы среднего (полного) общего образования на...»

«"Вопросы экономики".-2009.-№2.-С.4-23. ДРАМА 2008 ГОДА: ОТ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ЧУДА К ЭКОНОМИЧЕСКОМУ КРИЗИСУ* В. MAY, доктор экономических наук, профессор, ректор Академии народного хозяйства при Правительстве РФ Главная характеристика 2008 г., которая гарантирует ему особое место в мировой и росси...»

«ЛЕНИНГРАДСКИИ ОРДЕНА ЛЕНИНА И ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ rосУДАРСТВЕННЫИ ~'НИВЕРСИТЕТ именн А. А. ЖДАНОВЛ r. л. Куроатов ИСТОРИЯ ВИЗАНТИИ (ИСТОРИОГРАФИЯ) Допущено в качестве учебного пособия Минuстерство.м высшего и среднего специальног...»

«1 КОМПИС 15 апреля 2009 СВОБОДНОЕ ПРОГРАММНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ (FREE SOFTWARE) В данном докладе будут представлена история развития лицензионных соглашений на свободное программное обеспечение (далее СПО), известное в международном сообществе ка...»

«ФРАНЦИЯ КЛАССИКА МАКСИ 15 дней Париж(Версаль)-(Нормандия)Замки ЛуарыАнже-(Мон Сен-Мишель, СанМало) КоньякБордо(Каркассон)Нарбонна(Авиньон)-МарсельНиццаМонако-Монте Карло)Лион-Виши-БуржОрлеанПариж Даты заездов: 07.07.17 и 15.09.1...»

«Денис Александрович Шевчук История экономики: учебное пособие Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=182719 История экономики. Учебное пособие: электронная книга; Москва; Аннотация Пособие предназначено для подготовки к экзаменам по...»

«Домашнее задание по математике для 6а;8а;8б;8в;9а классов 1. 6а п.23.24,25 прочитать, законспектировать Стр. 144 историческая справка, прочитать №820-826 №848,853,861,849,868 №880,882.890.2. 8а,8б,8в Подготовка к к/р 22.18,22.19,стр.147-148 по вариантам №1,3,4,5 П. 58-60 (новый учебни...»

«С? oS о н CQ КНИГА И ТЕХНИКИ В.Ф. Рунге ИСТОРИЯ ДИЗАЙНА, НАУКИ ДИЗАЙНА, НАУКИ И ТЕХНИКИ Книга вторая ИСТОРИЯ Москва Издательство "Архитектура-С" А прошлое ясней, ясней, ясней. Булат Окуджава Автор —...»

«Раздел 2 Реклама онлайн Социальные сети По статистике, трафик из соцсетей давно превышает трафик поисковых систем: люди ищут и находят там все, что им нужно. Именно поэтому ваш бизнес должен присутствовать...»

«Константин Кравчук Женщины Абсолюта Серия "Источники живой истины" Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8333207 Женщины Абсолюта: Ганга; Москва; 2014 I...»

«"ПОЛИТОЛОГИЯ С ОСНОВАМИ ПАБЛИК РИЛЕЙШНЗ" Учебно-методическое пособие Ижевск Министерство образования и науки РФ Государственное образовательное учреждение Высшего профессионального образования "Удмуртский государственный университет" Кафедра истории и политологии "ПОЛИТОЛОГИЯ С ОСНОВАМИ ПАБЛИК РИЛЕЙШНЗ" Уч...»

«Елена ПЕРВУШИНА Санкт-Петербург "БХВ-Петербург" УДК 396+930.85 ББК 63+60.524 П26 Первушина Е. В.П26 Мифы и правда о женщинах. — СПб.: БХВ-Петербург, 2012. — 416 с. — (Окно в историю) ISBN 978-5-9775-0835-3 Книга посвящена анализу основных стереоти...»

«Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии. Вып. XVIII Д. А. ПРОХОРОВ ИСТОРИЯ КАРАИМСКОЙ ОБЩИНЫ КРЫМА В ПЕРСОНАЛИЯХ: УЧЕНЫЙ, САДОВОД И БЛАГОТВОРИТЕЛЬ А. И. ПАСТАК В последние годы в совреме...»








 
2017 www.book.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.